355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » К. Харрис » Где таятся змеи » Текст книги (страница 1)
Где таятся змеи
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 02:52

Текст книги "Где таятся змеи"


Автор книги: К. Харрис



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)

К. С. Харрис
Где таятся змеи

…кто знает, где таятся змеи?


ГЛАВА 1

Понедельник, 4 мая 1812 года

Девушка выглядывала в окно, то и дело беспокойно потирая ладонью укутанное шалью плечо. Снаружи густой туман заволакивал свет клонящегося к закату дня, приглушая звуки окружающего города.

– Ты не любишь туман, правда? – спросила наблюдавшая за девушкой Геро Джарвис.

Они сидели рядом в пятне золотистого света от лампы, стоявшей на простеньком чайном столике, где гостья разложила тетрадку, письменные принадлежности и список вопросов. Девушка перевела взгляд на лицо собеседницы. Она была постарше, чем некоторые из опрошенных проституток, но все же юной, с гладкой, чистой кожей и зелеными глазами, в которых светился проницательный ум. Опрашиваемая назвалась Розой Джонс, хотя, по опыту Геро, женщины этого рода занятий редко сообщали свои настоящие имена.

– А кто любит туман? – отозвалась Роза. – Никогда не знаешь, что он скрывает.

Произношение девицы сбивало с толку: чистая речь Мейфэра [1]1
  Мейфэр– один из самых солидных и престижных районов Лондона, где селилась знать.


[Закрыть]
, ни следа кокни или провинциального диалекта. Изящное сложение и грациозная осанка вызвали у Геро вспышку интереса, к которому примешивалось что-то более личное и менее достойное восхищения, так что вникать в собственные чувства не хотелось.

Каким образом эта девушка – явно не старше восемнадцати-девятнадцати лет и, несомненно, благородного происхождения и воспитания – оказалась здесь, в приюте Магдалины, убежище, которое «Общество друзей» [2]2
  Общество друзей("Христианское Общество Друзей Внутреннего Света") – христианское движение, возникшее в годы революции (середина XVII века) в Англии и Уэльсе. Название "квакеры", использовавшееся сначала противниками этого течения как оскорбительное прозвище, а впоследствии ставшее самоназванием, имеет несколько вариантов происхождения. Наиболее вероятна версия, согласно которой основатель данного направления Джордж Фокс на заседании суда призвал судью «трепетать перед именем Бога», за что тот назвал Фокса "трепетуном" (Quaker). Датой возникновения квакерства обычно считают 1652 год. Религиозное Общество Друзей представляет собой не единую церковь с жестко определенной вертикальной иерархией и набором установленных догматов и обрядов, а объединение независимых религиозных организаций, как вера, так и практика которых могут существенно отличаться друг от друга.


[Закрыть]
предоставляет женщинам, пожелавшим бросить проституцию?

Обмакнув перо в чернильницу, Геро задала вопрос из списка:

– Как долго ты этим занималась?

Губы Розы тронула горькая улыбка.

– Вы имеете в виду, как долго я была шлюхой? Почти год.

Сказано было с намерением шокировать. Но Геро Джарвис не принадлежала к женщинам, которых легко смутить. Достигнув двадцатипятилетнего возраста, она считала себя неподверженной излишней чувствительности, свойственной столь многим представительницам ее пола. Она коротко кивнула и перешла к следующей строке.

– Что ты делала до этого?

– До этого? Ничего не делала.

– Ты жила со своей семьей?

Роза склонила голову набок, оценивая визави взглядом, который не понравился Геро.

– Зачем вы задаете нам все эти вопросы?

Гостья прокашлялась:

– Проверяю одно предположение.

– Какое?

– По моему мнению, большинство женщин начинают заниматься проституцией не из-за врожденной нравственной ущербности, а по экономической необходимости.

По лицу Розы пробежала судорога, тон стал резким:

– Что вы можете знать об этом? Такая особа, как вы?

Геро отложила перо, твердо встречая взгляд собеседницы.

– Разве мы сильно отличаемся?

Та не ответила. В напряженной тишине Геро могла слышать доносящиеся снизу голоса других обитательниц приюта, звяканье столовых приборов, всплески хохота. Уже темнеет, скоро за знатной леди заедет ее карета, чтобы отвезти обратно на Беркли-сквер, в безопасный и уютный привилегированный мирок. Возможно, в некотором смысле, Роза и права. Возможно …

По дому разнесся стук громыхающего во входную дверь кулака. Геро услышала испуганный женский возглас, смешавшийся с грубым мужским рыком. Крик возмущения вдруг сменился воплем ужаса.

Роза с одичавшими глазами схватилась со стула.

– Боже! Они нашли меня!

Геро тоже вскочила на ноги.

– Что такое? Что происходит?

Теперь она слышала несколько мужских голосов, треск переворачиваемой мебели, звук бьющейся посуды. Женщины визжали. Чьи-то рыдающие мольбы перешли в стоны, тут же оборвавшиеся.

– Эти люди пришли, чтобы убить меня, – Роза обернулась, ее взгляд, пробежав по комнате, остановился на старом буфете орехового дерева, занимающем почти всю стену. – Надо спрятаться.

Снизу донесся топот бегущих ног и женский крик, переросший в ужасающее горловое бульканье.

Девушка рванула дверцу шкафа. Геро протянула руку, останавливая ее.

– Нет. Здесь посмотрят в первую очередь.

Пересекши комнату, Геро распахнула створчатое окно, из которого был виден укутанный туманом проход между домами. Оно выходило на покатую крышу помещения, похоже, служившего кухней или прачечной.

– Сюда, – позвала Геро.

Перекинув ногу через низкий подоконник и высунув голову в проем, она коротко вдохнула сырой, с привкусом угольной копоти воздух, обжегший легкие.

Покрытая мхом и сажей влажная сланцевая черепица оказалась коварно скользкой под тонкими кожаными подошвами лайковых полусапожек. Опираясь одной рукой на шероховатую кирпичную стену дома, Геро осторожно повернулась, чтобы помочь Розе пролезть в узкое окно.

Закрывая за собой раму, Геро услышала мужской возглас из дома:

– Ее здесь нет!

– Она тут. Должно быть, наверху, – басовито ответил другой налетчик, чьи шаги уже громыхали по лестнице.

– Идут сюда, – прошептала Геро и почувствовала, как Роза предупреждающе сжала ей руку.

Проследив за дрожащим указующим пальцем спутницы, Геро заметила внизу вырисовывающуюся из тумана фигуру. У черного хода был оставлен часовой, чтобы не дать никому из женщин ускользнуть из приюта.

Присев на корточки, Геро потихонечку подобралась по скользкой крыше до самого края. Она не сводила глаз с мужчины, который, надвинув на глаза шляпу и сгорбив от сырости плечи, прохаживался взад-вперед. Двигаясь как можно тише, девушка перекинула ноги через край крыши. Подол синего шерстяного платья задрался, зацепившись за черепицу, обтянутые чулками икры кремово отсвечивали в белизне тумана. Она дождалась, пока караульный остановится точно под ней, затем, оттолкнувшись, спрыгнула прямо на него.

От сильного толчка мужчина со стоном упал на колени, а Геро отбросило в сторону. Жесткое приземление в грязь на бедро заставило беглянку вскрикнуть, но она тотчас же подхватилась на ноги. Часовой еще не успел подняться с четверенек, когда Геро изо всех сил ударила его ногой по голове, отбросив к стене дома, возле которой мужчина  кучей сполз на землю и остался лежать неподвижно.

Роза стремительно рухнула с крыши, обрывая нижние юбки и обдирая кожу.

– Святые небеса, где вы такому научились?

– Часто играла с братом.

Звук открывающегося наверху окна заставил беглянок поднять головы.

– Драммонд, ты здесь? – донесся сквозь туман мужской голос.

Роза схватила Геро за руку, и они побежали.

Девушки помчались по затиснутому между закопченных кирпичных стен проходу, вымощенному полузанесенными грязью булыжниками. Тяжело дыша, крепко стиснув пальцы спутницы, Геро рванулась к светлому квадрату в конце дорожки, где из тумана вырисовывались очертания кареты. Они уже почти достигли тротуара, когда сзади грянул выстрел. Роза, бегущая рядом, споткнулась.

Обернувшись, Геро подхватила начавшую оседать девушку, в груди которой пуля на выходе пробила зияющее, сочащееся отверстие.

– О, нет. Нет, – прошептала Геро.

Из полураскрытых губ Розы на подбородок полилась темно-красная струйка. Геро чувствовала, как по рукам течет теплая кровь, видела, как угасает, тускнеет свет в глазах раненой.

– Нет!

По проходу эхом отразился звук второго выстрела. Девушке показалось, что пуля пронеслась мимо щеки, словно шепот призрака.

– Прости, – всхлипнула она, опуская Розу в грязь, и побежала к экипажу.


ГЛАВА 2

Вторник, 5 мая 1812 года

Утро выдалось хмурое и не по сезону холодное, воздух был тяжелым от угольной копоти и остатков расползающегося клочьями тумана. Поворачивая к западу в сторону Сити, желтая карета тенью следовала за открытым экипажем, петляющим между потрепанными пролетками и груженными доверху подводами, которыми правили возницы в рабочих блузах и кожаных фартуках. Достигнув Стрэнда [3]3
  Стрэнд– центральная улица Лондона, которая соединяет районы Вестминстер (центр политической жизни) и Сити (центр деловой активности).


[Закрыть]
, джентльмен в экипаже натянул поводья перед последним в ряду небольших магазинчиков.

Пара чистокровных гнедых в упряжке беспокойно всхрапывали и вскидывали головы. Наклонившись вперед, дама в карете подала знак своему кучеру тоже остановиться.

– Им хотелось хорошенько пробежаться, – со своего места на запятках заметил юный грум джентльмена. В сыром воздухе отчетливо разносился его резкий говорок кокни.

– Скоро пробегутся, – отозвался хозяин, передавая поводья слуге.

Джентльмена звали Себастьян Сен-Сир, виконт Девлин. Четвертый ребенок и младший из троих сыновей, родившихся у графа Гендона и его жены Софии, он стал наследником титула после смерти двух старших братьев. Лорду Девлину исполнилось двадцать девять. Поговаривали, что на молодом человеке неблагоприятно отразилось участие в военных действиях на континенте, но мало кто в Лондоне знал об истинных обстоятельствах, под влиянием которых графский сын около двух лет назад продал офицерский патент и вернулся в Англию. До прошлой осени постоянной любовницей виконта была Кэт Болейн, знаменитая актриса, но их связь внезапно прекратилась по причинам, также окутанным тайной. Дама в карете наблюдала за тем, как джентльмен соскочил с экипажа, взмахнув пелеринами дорожного плаща, и, запрокинув голову, посмотрел на деревянную вывеску с кинжалом и парой скрещенных мечей, качавшуюся на ветру. Мужчина был высоким и стройным, темноволосым – даже более темноволосым, чем его отец в молодости. Но если глаза графа имели пронзительно-голубой цвет, то у сына глаза были жутковато-желтого оттенка и вызывали мысли о волчьем вое посреди ночи. Когда-то его светлость сделал своим увлечением поимку преступников. Но последние восемь месяцев лорд Девлин предавался пьянству, азартным играм и конной охоте с диким безрассудством, словно рассчитывая на скорую смерть в ближайшем будущем.

Дама в карете дождалась, пока виконт вошел в лавку.

– Жди здесь, – приказала она кучеру и дала сигнал лакею опустить подножку.

* * * * *

Себастьян взвесил в руке кинжал, тщательно оценивая тяжесть этого великолепного образчика оружейного мастерства. Изящная серебряная инкрустация в мавританском стиле украшала рукоятку из слоновой кости.

– Только на этой неделе прибыл из Испании, милорд, – доверительно сообщил, перегнувшись через прилавок, владелец сего неприметного заведеньица на Стрэнде, кругленький коротышка с пухлыми розовыми щеками и лысеющей макушкой. – Лучшая толедская сталь. Отделка рукояти необычайно искусна, вы не находите?

Себастьян кивнул, и, резко развернувшись, метнул кинжал в мишень на задней стене магазина. Лезвие вонзилось и, задрожав, замерло немного левее центра. Торговец в отчаянии всплеснул руками: Девлин никогда не промахивался.

– Очевидно, скрытый изъян… Позвольте показать вам другой –

– Не нужно. Лезвие пошло верно, – Себастьян потер глаза большим и указательным пальцами, ощущая в руке слабую дрожь, вызванную слишком большим количеством бессонных ночей, выпитых бутылок бренди и несъеденных обедов. – Я беру его.

Виконт как раз потянулся за кошельком, когда на двери прозвенел колокольчик и в помещение вошла женщина в темно-зеленой накидке и шляпке со страусовым пером, принеся с собой запах прохладного весеннего утра.

Светло-русые волосы высокой, уже не юной посетительницы были зачесаны назад незатейливым образом, который подчеркивал римскую линию носа, унаследованную от отца – лорда Джарвиса, двоюродного брата короля и признанной силы, стоявшей за непрочным регентством Принни [4]4
  Принни– прозвище Георга IV, который как принц-регент и затем как король был лично чрезвычайно непопулярен – один из самых непопулярных монархов Британии.


[Закрыть]
. Кивнув в ответ на подобострастные приветствия хозяина лавки, дама обратила взгляд серых глаз на Себастьяна.

– Заметила на улице ваш экипаж: пара гнедых и грум, с виду лет двенадцати.

Лорд Девлин сосредоточил свое внимание на отсчитывании необходимого количества банкнот.

– По-моему, Тому тринадцать. А что? Он стащил у вас кошелек?

Девушка приподняла бровь с выражением, которое неприятно напомнило собеседнику ее невероятно высокомерного и безжалостного отца.

– Ваш слуга – карманный воришка?

– Бывший.

– Как … оригинально, – дама прокашлялась. – Мне хотелось бы покататься в парке.

Себастьян посмотрел в неприветливое, решительное лицо Геро Джарвис. Он не питал иллюзий касательно отношения этой леди к собственной персоне. Мисс Джарвис уже высказывала мнение, и неоднократно, что виконта следует арестовать, а лучше без проволочек расстрелять.

– Я так понимаю, это намек? Желаете, чтобы я пригласил вас на прогулку?

– Благодарю, – дама направилась к двери. – Подожду в вашем экипаже.

Когда Себастьян, чье любопытство было затронуто, через пару минут вышел из магазина, то обнаружил, что мисс Джарвис восседает на высоком сидении его экипажа и собственноручно умело держит поводья, отложив закрытый зонтик. Юного грума нигде не было видно, хотя элегантная городская карета дамы ожидала на углу. Ее кучер, похоже, спал.

– А где Том? – поинтересовался Себастьян, запрыгивая в экипаж и перехватывая вожжи.

– Я сказала, что он не понадобится.

– Два замечания, – процедил Девлин, трогая гнедых с места. – Я не люблю, когда кто-то чужой правит моими лошадьми, и терпеть не могу, если моим слугам отдают ложные приказы.

– В моих словах не было лжи: мне мальчишка не требовался, – дама щелчком открыла зонтик и наклонила его, закрываясь от слабого солнечного света. – Хотя ваши чувства в отношении лошадей понятны, но коль скоро я отпустила грума, ничего другого не оставалось, не так ли?

– Мисс Джарвис, – хрипло проскрежетал виконт, – за последние полтора года ваш отец неоднократно пытался убить меня и чуть не уничтожил близкого мне человека. К чему этот совместный променад?

– Ах, это онпытался убить вас?! Насколько мне помнится, это вы угрожали убить его.

– Несколько раз, – согласился Себастьян, поворачивая в ворота Гайд-парка.

– И взяли в заложницы меня, – напомнила спутница.

– С горничной в придачу, – поддакнул Девлин. – Но ведь ненадолго. Что возвращает нас к вопросу: зачем вы здесь?

– Прошлой ночью неизвестные напали на приют Магдалины возле Ковент-Гардена [5]5
  Ковент-Гарден– район в центре Лондона, в восточной части Вест-Энда между Сент-Мартинс Лейн и Друри-лейн. Хотя до XVI века это были в основном поля, район был ненадолго заселен, когда он стал сердцем англо-саксонского города Люденвик. После того, как город был заброшен, часть территории была защищена стеной для использования в качестве пахотных земель и фруктовых садов Вестминстерским аббатством и называлась «сады Аббатства и Монастыря». Земля, уже под названием «Ковент-Гарден», была отобрана Генрихом VIII и подарена графу Бедфордскому в 1552 году. Тот дал поручение Иниго Джонсу построить там красивые дома, чтобы привлечь богатых арендаторов. Джонс спроектировал площадь с аркадами и церковь, посвященную Апостолу Павлу.
  Небольшой фруктовый и овощной рынок на открытом воздухе появился на южной стороне модной площади к 1654 году. Постепенно и рынок, и окружающая его территория получили дурную славу по мере открытия таверн, театров, кофеен и борделей, добропорядочные жители съезжали, а на их место приходили повесы, юмористы и писатели. К XVIII веку это место стало известным кварталом красных фонарей, привлекавшим лучших проституток.


[Закрыть]
. Налетчики убили около полудюжины женщин и подожгли дом.

Квакерский приют не был темой, принятой к обсуждению в обществе. Бросив быстрый взгляд на девушку, Себастьян перевел его обратно на лошадей.

– Я слышал, что заведение сгорело. Но не припомню, чтоб говорилось о нападении.

– Для Боу-стрит [6]6
  Боу-стрит– первое полицейское формирование при главном уголовном полицейском суде на Боу-стрит в Лондоне. Создано судьей-магистратом (и писателем) Генри Филдингом в 1749 г. В обязанности сыщиков полицейского суда входили вручение судебных предписаний и сыск. Своими умелыми действиями заслужили признание населения, преступники их боялись и уважали. Прекратили существование как самостоятельная служба в 1829 г. в связи с созданием лондонской столичной полиции.


[Закрыть]
гораздо удобнее признать пожар несчастным случаем, – презрительно скривила губы Геро. – В конце концов, жертвами стали всего лишь женщины с дурной репутацией.

– А откуда вам известно, что пожар не был случайностью?

– Потому что я сама в то время находилась в приюте. Я вылезла через окно с одной из женщин и убежала по проходу между домами.

На мгновение, пока собеседник осмысливал сказанное, воцарилась тишина.

– Вы не спросили, как я там очутилась, – подсказала девушка.

– Ну, хорошо, мисс Джарвис: так как же вы там очутились?

– Проводила исследования, чтобы подать на следующем заседании парламента законопроект о пособии нуждающимся женщинам. Лицемерные моралисты и мечущие громы с амвонов священники столетиями убеждали общество в том, что женщины становятся проститутками из-за своей врожденной низкой нравственности. Я же, напротив, убеждена – горькая истина в том, что большинство женщин прибегают к этому ремеслу, отчаявшись, как к последней мере. Не имея возможности заработать на жизнь никаким другим доступным в нашем обществе способом, они вскоре понимают, что им остается или красть, или торговать собой, или умирать с голоду.

Виконт взглянул в напряженное лицо спутницы. Не может быть, чтобы такая проблема волновала чувства дочери лорда Джарвиса. Но с другой стороны, Себастьян почти ничего не знает об этой леди.

– А что случилось со второй беглянкой?

– Ее застрелили, когда мы почти уже выбежали на улицу. По счастью, я оставила в карете горничную: у нее настолько кислый и чопорный вид, что исключает всякую возможность общения с нереспектабельными особами. А иначе, нет сомнений, служанку бы тоже убили.

Себастьян перевел взгляд на парк, обдумывая услышанное. Время для прогулок было неурочное: если не считать мужчину средних лет, обучавшего мальчика-подростка править потрепанной двуколкой, посыпанная гравием дорога в мерцающем утреннем свете была совершенно пустынна.

– Не обессудьте, мисс Джарвис, – спустя мгновение заговорил виконт, – но я нахожу, что во все это сложно поверить. Видите ли, по-моему, посмей некто прошлой ночью стрелять в дочь лорда Джарвиса, всех магистратов и констеблей Англии уже подняли бы на ноги. Пока мы тут беседуем, сыщики уже рыскали бы по городским задворкам и притонам до тех пор, пока виновников не привлекли бы к ответу.

Зардевшись сердитым румянцем, Геро принялась нервно вертеть зонтик.

– Отца расстроило возможное обнародование моего пребывания в приюте Магдалины…

– Расстроило? – переспросил Себастьян, изогнув бровь.

– Расстроило, – с нажимом повторила спутница.

– Учитывая отношение лорда Джарвиса к социальным реформам, полагаю, определение «ужаснуло» более точное.

– Отец понимает, что наши убеждения разнятся.

Себастьян только ухмыльнулся.

– Он попросил сэра Уильяма Хэдли лично заняться расследованием, – добавила Геро.

– Тогда можете спать спокойно. На посту главного магистрата Боу-стрит сэр Уильям зарекомендовал себя как грубый, безжалостный и очень предприимчивый человек.

– Боюсь, я не совсем понятно выразилась. Магистрату приказано проследить, чтобы не проводилось никакого официального расследования, поскольку оно неизбежно свяжет мое имя с произошедшим. Вместо этого отец намеревается разобраться с виновными лично. Он хочет, чтобы все было тихо. Очень тихо.

– Лорд Джарвис весьма искусен в «тихом» разбирательстве с неугодными, – бросил виконт. – Думаю, вам не следует особо волноваться по этому поводу.

– Для отца единственной целью является смерть тех, кто подверг мою жизнь опасности.

– А разве этого недостаточно?

Взгляд серых глаз повернувшейся к собеседнику мисс Джарвис был столь же умен и непроницаем, как у ее всемогущего родителя.

– Одну из девушек, которых я опрашивала тем вечером, звали Роза. Роза Джонс. Не старше восемнадцати-девятнадцати лет, высокая, стройная, каштановые волосы, зеленые глаза. Могу поклясться, что она была знатного происхождения. Очень знатного.

– Вполне возможно. К несчастью, мисс Джарвис, гнет обстоятельств часто вынуждает женщин самого благородного происхождения к проституции.

Себастьян завершил второй круг по парку в молчании, затем повернул обратно к Стрэнду.

– Дочери священников, обедневших адвокатов и докторов, жены и сироты погибших на войне офицеров – все они гораздо чаще промышляют в Ковент-Гардене, чем вы себе представляете.

– Может, и так. Но когда прошлой ночью бандиты вламывались в приют, Роза воскликнула: «Боже, они нашли меня! Эти люди пришли убить меня!». Позже я услышала, как мужчины переговаривались: «Ее здесь нет». – «Должно быть, она наверху». По-моему, приют уничтожили из-за Розы Джонс. Я хочу узнать, кем была эта девушка, и почему налетчики охотились за ней.

– Зачем?

– Зачем? – казалось, собеседница искренне удивлена вопросом.

– Да-да. К чему вам это знать? Вульгарное любопытство?

– Нет.

– Тогда что?

На мгновение спутница умолкла, разглядывая туманный парк. Сырой ветер растрепывал ее гладко причесанные русые волосы. Глубоко вдохнув, Геро ответила:

– Роза умерла у меня на руках. Я легко могла оказаться на ее месте. И чувствую, что чем-то ей обязана.

Возможно, Себастьян поверил бы в столь проникновенную речь, произнеси ее кто угодно, кроме дочери Джарвиса.

– А с какой стати вам понадобился именно я?

Повернувшись, девушка взглянула виконту в лицо. Отблеск чувств, которые, как показалось мужчине, он уловил, исчез.

– Как ни странно, но никто из моих знакомых не обладает опытом в отношении расследования убийств. Так что я, естественно, вспомнила о вас.

Себастьян ошарашенно хохотнул.

Что-то неприятное блеснуло в глазах собеседницы:

– Я забавляю вас, милорд?

По правде, мисс Джарвис чертовски его пугала. Виконт покачал головой:

– Возможно, я и был ранее вовлечен в какие-то дознания, но поимка убийц не является моим хобби.

– А как бы вы это назвали? Призванием?

Кэт Болейн однажды назвала это его страстью, одержимостью, добровольным искуплением грехов, понятным ей только отчасти. Но, кажется, это происходило целую вечность назад, и Себастьян, усилием воли захлопнув ум перед непрошеной мыслью, ответил:

– Я давно уже не занимаюсь ничем подобным.

– До меня доходили слухи о вашем времяпрепровождении в последние месяцы, – сухо заметила спутница. – Смею заверить, я не прошу вашего личного участия. Мне нужны всего лишь наставления касательно того, с чего начать.

– Вы намерены самизаняться расследованием убийства?

– А вы полагаете, я на это неспособна?

– Я полагаю, что женщины вашего круга, как правило, нанимают для подобных дел сыщиков с Боу-стрит.

– В данной ситуации это невозможно.

– Из-за сэра Уильяма?

– Не совсем. – По щекам собеседницы снова пополз румянец, и виконту стало интересно, о чем она умалчивает – Я пообещала отцу не обращаться в полицию.

Девлин всмотрелся в безупречно спокойные черты девушки.

– Однако лорд Джарвис не возражает против проведения вами личного расследования?

Геро отвернулась, будто разглядывая проезжаемые магазины, и Себастьян рассмеялся:

– Вы что, не сказали отцу? Все равно ведь узнает.

Лорд Джарвис располагал обширной сетью шпионов и осведомителей, что снискало вельможе заслуженную репутацию всеведущего.

– Я не собираюсь отказываться от своих намерений.

Виконт ощутил краткий всплеск восхищения: немногие имели смелость противостоять могущественному кузену короля.

– Надеюсь, вы понимаете, что я могу использовать полученные сведения во вред вам? – поинтересовался он.

– Подразумеваете, чтобы через меня насолить моему отцу? – Геро твердо выдержала взгляд спутника. – Такое приходило мне в голову. Это риск, но я согласна дерзнуть.

– Для вас так важно выяснение личности погибшей?

– Думаю, ничто и никогда не было для меня важнее, – откровенно ответила девушка.

Между собеседниками залегло напряженное молчание. У виконта имелась дюжина причин сторониться этой леди и почти ни одной, чтобы помогать ей. Конечно, искушение досадить Джарвису было велико. Но, пожалуй, этого было бы недостаточно, не ощути вдруг Себастьян шевельнувшийся интерес. Девлин не мог припомнить ничего, что затронуло бы его – по-настоящему затронуло – за последние восемь месяцев.

Придержав лошадей рядом с каретой спутницы, он посоветовал:

– На вашем месте, мисс Джарвис, я бы для начала пообщался с полицией. Выяснил бы, что им удалось узнать.

Впервые за все время с момента их встречи виконт увидел, как удивительное самообладание дамы слегка поколебалось.

– Но как раз этого я и не могу сделать.

– Вы нет. А я могу.

– Вы? Но… зачем вам впутываться во все это?

– Вам, кажется, известно, зачем.

Взгляды собеседников встретились, и в это мгновение Себастьян понял, что ей действительно известно. Мисс Джарвис знала, что виконт воспользуется любой возможностью расстроить планы ее отца. Более того – она рассчитывала на это.

– Благодарю вас, милорд, – выходя из экипажа, Геро позволила себе слегка улыбнуться. – Вы сообщите мне, если обнаружите что-нибудь?

– Непременно, – заверил Себастьян и отправился на поиски своего грума.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю