Текст книги "Ночная магия (ЛП)"

Автор книги: К. Кроуфорд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

– Так как это работает? Раньше тут была упряжь, за которую я держалась, – Урсула попыталась вспомнить, как Сера управляла летучей мышью, но спина Серы заслоняла ей обзор.

– Тебе нужно научиться ездить верхом без седла, – Баэл забрался на Веспереллу, демонстрируя всё во время разговора. – Ты можешь придержать свободную кожу сразу за ушами. Затем просто направь голову летучей мыши в ту сторону, в которую ей нужно лететь, – он потянул голову Веспереллы вправо.

Урсула глубоко вздохнула, взглянув на Сотца. Он прищурил глаза. Когда она придвинулась ближе, в его груди зародился низкий рокот, и он оскалил зубы.

– Полегче, Сотц, – сказал Баэл. – Просто переступи через его плечи. Тебе нужно будет немного присесть.

– Его плечи?

– Там, где крылья летучей мыши соединяются с грудью, – сказал Баэл. – Тебе лучше сесть прямо на них. Когда он будет лететь, обхвати его грудь икрами, – его взгляд скользнул вниз, к её ногам. – Тебе нужно будет использовать мышцы бёдер, чтобы удержаться.

Урсула перешагнула через шею Сотца и осторожно опустилась. В тот момент, когда её задница коснулась его спины, он сразу стал карабкаться вперёд, к краю крыши.

– Притормози, – крикнула она, сжимая бёдра вокруг его тела. Она ухватилась за свободную кожу у него за ушами.

Мгновение спустя они уже неслись вниз с крыши и поднимались в воздух. Урсула взглянула вниз на кратер, находящийся в сотнях метров внизу, и у неё перехватило дыхание. Когда Сотц резко повернул вправо, она утратила хватку на его коже. Её сердце бешено колотилось.

Паника пронзила её тело, и Урсула протянула руки, чтобы снова схватиться за его шкуру, но Сотц увернулся от неё. Это движение заставило Урсулу соскользнуть в сторону, и она вслепую схватила что попало – её пальцы вцепились в мягкую кожу его уха.

Сотц издал пронзительный визг, дернувшись всем телом. Она попыталась удержаться, но он швырнул её в воздух.

Её сердце остановилось, и всё, казалось, замедлилось. На короткое мгновение инерция удерживала Урсулу на восходящей траектории, и перед ней расстилалась вся долина кратера. Она могла видеть дома онейроев, пурпурный шпиль Асты, даже слабое мерцание магии вдоль края кратера, магии, которая – к несчастью для неё – создавала гравитацию. Урсула устремилась к земле, и ужас орал в её сознании. Из её горла также вырвался крик.

Пока ветер трепал её волосы, что-то дёрнуло её за куртку сзади, остановив падение. В следующее мгновение Баэл затащил её на Веспереллу.

– Держись за меня! – прокричал он, перекрикивая ветер.

Урсула инстинктивно обвила руками его шею, прижавшись лицом к его груди. Летучая мышь была слишком крупной, чтобы она могла ухватиться за неё ногами. Вместо этого она обернула их вокруг талии Баэла. Он наклонился, направляя летучую мышь по воздуху. Его сердце тяжело колотилось сквозь рубашку.

Она льнула к нему, пока он выводил Веспереллу из резкого поворота. Сила тяжести прижала Урсулу к его тёплому телу, и она вдохнула аромат сандалового дерева у моря. Его сладкое дыхание согревало её лицо.

– Не волнуйся, – сказал Баэл. – Первое падение с летучей мыши – всегда самое страшное.

«Первое?!»

Урсула чувствовала, как напрягались его мышцы, пока он мастерски управлялся с летучей мышью. Пока ветер хлестал по их телам, Баэл по большой ленивой дуге направил Веспереллу обратно к крыше.

– Когда снова полетишь, – сказал он, – не хватайся слишком сильно. Это напугает его. С летучей мышью надо быть нежным. Вот сейчас я управляю ею, и даже лёгкого подёргивания моих пальцев достаточно, чтобы заставить её реагировать так, как я хочу.

Урсула с трудом сглотнула. «Кто ещё тут кого отвлекает».

Баэл помог Весперелле мягко приземлиться на крышу, и Урсула убрала ноги с талии Баэла. Она слезла с летучей мыши, борясь с головокружением.

Он ухмыльнулся.

– Судя по твоей хватке на мне, я знаю, что ты достаточно сильна, чтобы удержаться.

– Спасибо, что не дал мне умереть.

– У меня было предчувствие, что тебе может понадобиться некоторая помощь в твоём первом полёте. Я чуть не врезался вон в те скалы, когда мчался за тобой, – он указал на особенно острую с виду скалу. – Но главное – никогда не хватай летучую мышь за уши. Они очень чувствительны. Я подзову Сотца, и ты сможешь попробовать ещё раз.

Прежде чем Урсула успела возразить, Баэл свистом подозвал летучего мыша. На этот раз Сотц приземлился рядом с Баэлом, но его глаза-бусинки не отрывались от Урсулы. Урсула с облегчением увидела, что его ухо оказалось невредимым.

Баэл наклонился и почесал Сотца по голове.

– Всё в порядке, малыш. Она просто немного неуклюжая.

– Ну, нет необходимости заострять на этом внимание.

– Давай попробуем ещё раз, – сказал Баэл.

На сей раз, сев на плечи Сотца, Урсула не опустилась на него всем весом. Вместо этого она присела на корточки и прошептала летучему мышу на ухо:

– Прости, Сотц. Я не хотела причинить тебе боль.

Она потёрлась своей головой о него. Шкурка Сотца был мягкой, как бархат, и пусть он не урчал, как кошка, но и не рычал.

– Ты хороший летучий мышонок. Хороший, – повторила Урсула, затем почесала его за ушами, как Баэл делал с Веспереллой. Потом она осторожно опустила весь свой вес.

Когда Сотц взлетел на этот раз, Урсула уже крепко, но нежно сжимала кожу у него за ушами. Они резко полетели к земле, и у неё скрутило нутро. Урсула мягко потянула Сотца за шею, и он выровнялся. Они полетели над дном кратера, всего в тридцати метрах над землей, проносясь над маленькими каменными домиками и узкими переулками Королевства Теней.

– Хороший мальчик, – прошептала Урсула ему на ухо.

Звук хлопающих крыльев заставил её повернуть голову. Баэл летел на расстоянии шести метров, и лунный ветер трепал его тёмные волосы.

– Уже лучше, – прокричал он, пытаясь заглушить ветер.

– Спасибо.

– Наклонись вперёд и позволь своему весу смещаться с каждым взмахом его крыльев.

Урсула наклонилась вперед, пока её грудь не оказалась в нескольких дюймах от шеи Сотца. Позиция казалась немного более нестабильной. Но начав смещать свой вес с каждым взмахом крыльев Сотца, она поняла, что Баэл прав. Поездка плавно перешла в скольжение.

– Именно так, – сказал Баэл. Он и Весперелла пронеслись под ней и Сотцем. Двумя мощными взмахами крыльев Веспереллы он вырвался вперёд. – Следуйте за мной!

Урсула поразилась перемене в его поведении. Казалось, Баэлу было так комфортно на летучей мыши, будто он действительно наслаждался жизнью. Трудно поверить, что это тот же самый мужчина, который всего несколько часов назад перерезал Массу горло.

Баэл направил её и Сотца по большой дуге обратно к крыше. Когда они оказались на расстоянии тридцати футов, Баэл и Весперелла с ужасающей скоростью нырнули к крыше. В последний момент Весперелла расправила крылья, грациозно приземлившись на мрамор.

«Вот теперь он просто выпендривается». Урсула подалась вперёд, чтобы прошептать Сотцу на ухо.

– Мы справимся с этим, здоровяк, – она попыталась медленно направить летучего мыша, но когда крыша оказалась перед ними, Урсула инстинктивно отпрянула назад. Сотц напрягся, пытаясь решить, то ли приземлиться, то ли снова подняться в воздух. Он выбрал приземление, но они ударились о крышу в рывке, который сразу сбил Урсулу с его спины. Она ударилась о мрамор, перекатившись несколько раз, после чего оказалась лежащей на спине.

Когда она открыла глаза, Баэл стоял над ней с обеспокоенным лицом.

– С тобой всё в порядке?

– Нормально, – по-прежнему лежа на спине, Урсула стряхнула пыль со своей куртки.

– Хорошо, потому что этим вечером ты должна быть целой. Нас пригласили в Асту на ужин с лордами и их жёнами.

Глава 29

Несколько часов спустя Урсула и Баэл вышли из его экипажа на мраморную площадку на самом верхнем уровне кристального шпиля. Солнце ярко светило в чёрном небе – к счастью, ещё не в зените.

На Урсуле было платье из мерцающего белого шёлка с глубоким вырезом на спине, в настоящий момент прикрытое бледно-голубым плащом.

Она бегло покосилась на Баэла.

– Напомни мне ещё раз, почему мы здесь?

– Будучи лордом, я обязан посещать ужины в шпиле.

Она выгнула бровь.

– А теперь напомни, почему мне нужно было прийти?

– Потому что твоё присутствие отвлечёт всех настолько, что мне не нужно будет ни с кем разговаривать.

Она склонила голову набок, и ветер развевал её волосы.

– Я не уверена, что отвлекаю всех. Думаю, это касается только тебя.

Он медленно покачал головой.

– Все наблюдают за тобой.

«Это настораживает». Собравшись с духом, Урсула взглянула на танцующие рои лунных мотыльков. Пурпурный свет Асты просвечивал сквозь их крылья, пока они бесшумно кружили вокруг шпиля. По какой-то странной причине она чувствовала себя здесь как дома. В умиротворении.

Урсула сунула руку в карман плаща, перекатывая серебряное кольцо на ладони.

– Нам пора войти, – сказал Баэл.

Она обернулась и увидела, как он открывает чёрную дверь, которая вела в тёмный коридор. Она вошла внутрь, идя рядом с Баэлом. Какой-то безумный порыв овладел ею, и она взяла его под руку.

Она почувствовала, как напряглись его мышцы, когда она коснулась его локтя, но он промолчал.

Коридор вёл в огромный прямоугольный зал, стены которого были выкрашены в серебристый цвет. На одной из стен были нарисованы вороны. Чёрные люстры, освещённые свечами, свисали с потолка над двумя длинными столами из оникса.

Лорды сидели в серебряных креслах вокруг стола – кроме Хотгара, который восседал в огромном, похожем на трон кресле во главе. Жёны сидели за другим столом.

Маленькая служанка-онейройка поспешила к Урсуле, подзывая её вперёд.

– Сюда, миледи.

Служанка подвела её к свободному месту за столом жён, затем протянула руку за плащом Урсулы.

Урсула сняла его.

– Я оставлю его при себе, спасибо, – она хотела держать серебряное кольцо как можно ближе. Ей понадобится её маленький талисман на удачу, чтобы пережить сегодняшний вечер.

Когда Урсула повесила свой плащ на стул, в помещении воцарилась тишина. Одиннадцать пар глаз уставились прямо на неё, разглядывая её жемчужное платье. И, как и прежде, она сидела рядом с Принцессой-Готом, Женщиной-Викингом и Когтями.

Она глянула на Женщину-Викинга, одетую в платье цвета морской волны. На её подбородке виднелся насыщенный пурпурный синяк. Она кивнула Урсуле.

Другие женщины были не совсем так дружелюбны. Принцесса-Гот отвернулась, продемонстрировав Урсуле свою бледную спину, покрытую чёрным кружевом.

Когти мрачно посмотрела на Урсулу, постукивая длинным красным когтём по своему серебристому кубку. Серебристые волосы Когтей рассыпались по фиолетовому платью.

– Кто пригласил шавку?

Урсула прищурила глаза.

– Меня зовут Урсула.

Викинг покрутила свой бокал с шампанским, бросив резкий взгляд на Когтей.

– Полегче, Будстурга. Мы не должны устраивать сцен.

Так вот как зовут Когтей – Будстурга.

Принцесса-Гот бросила на неё мрачный взгляд.

– Присутствие здесь человека нарушает баланс. И запах невыносимый.

Урсула склонила голову набок. «Хочешь устроить склоку? Я тебе покажу склоку».

– Забавно. Твой муж Абракс не думает, что я человек. Видимо, именно это ему и нравится во мне.

Принцесса сверкнула глазами.

– У него есть извращённое увлечение уродами.

Урсула взяла свой бокал со стола.

– Ну, и что это говорит о тебе, раз ты его жена?

Викинг хлопнула ладонью по столу.

– Я же сказала, мы не должны устраивать сцен. Ну серьёзно, дамы. Кто здесь настоящий враг?

Лицо Будстурги выражало неверие.

– О чём, ради всего святого, ты говоришь? О том онейрое?

Викинг наклонилась и прошептала:

– Когда ты в последний раз видела, чтобы женщина сражалась? Наши мужья говорят, что мы должны делать, как нам сказано, потому что женщины слабы, – она посмотрела прямо на Урсулу. – Но Урсула доказывает, что они ошибаются. Если они ошибаются насчёт Урсулы, возможно, они ошибаются насчёт всех нас.

Принцесса-Гот скрестила руки на груди, практически надув губы.

– И вообще, почему ты так ненавидишь своего мужа?

Викинг пожала плечами.

– Твоего я тоже ненавижу. Он – чудовище. Но Хотгар – тот, с кем мне приходится жить. Ты видишь это? – она указала на фиолетовый синяк у себя на подбородке. – Это потому, что я проиграла пари на потасовку.

Будстурга вонзила коготь в канапе.

– Мужчины жестоки, да. Их лучше избегать.

Викинг повернулась к Урсуле.

– Само собой, Баэл другой. Он не женат. Но мне говорили, что ему действительно нравятся женщины. Те слухи о нём как о любовнике – это правда?

Урсула прочистила горло.

– Откуда мне знать? Мы тренируемся вместе. Вот и всё.

Складки на лбу Викинга свидетельствовали о том, что она в это не поверила.

– Конечно, леди Царства Теней никогда бы не легли в постель с мужчиной до замужества. Но я полагала, что такая женщина, как ты… – она умолкла на полуслове.

Брови Урсулы взлетели вверх.

– Я не знала, что у демонов есть правила относительно секса до брака.

– Не у всех демонов, – сказала Принцесса-Гот. – Только у знати Царства Теней.

Урсула кивнула.

– И дайте угадаю. Это относится только к знати женского пола.

– Естественно, – сказала Будстурга.

Викинг наклонилась ближе.

– Это действительно кажется несправедливым. Мы должны испытать их, прежде чем подписываться на отношения. Первый раз, когда я поцеловала Хотгара, случился на нашей церемонии заявления прав. Это стало ужасным разочарованием, но к тому времени было уже слишком поздно.

Урсула сделала глоток вина, настолько увлёкшись разговором, что едва не пропустила, как официанты принесли тарелки с дымящимся грибным супом.

– Что такое церемония заявления прав?

Викинг шумно поглощала свой суп.

– Это церемония, когда муж предъявляет права на свою жену. Это единственная традиция, которую воины Никсобаса переняли у онейроев. И поскольку это исходит от зверей, это определённо дико.

Урсула покачала головой.

– Но что это такое?

Будстурга вонзила когти в овощную нарезку. С поеданием супа ей придётся непросто.

– Когда воин предъявляет права на женщину, они обмениваются кольцами. Затем контракт скрепляется публичной демонстрацией похоти. Ничего слишком откровенного, Никсобас бы этого не допустил. Но воин должен продемонстрировать сексуальное доминирование над своей женщиной.

– Как вы можете себе представить, – вздохнула Принцесса, – Абракс зашёл немного далеко.

– Это церемония бракосочетания? – спросила Урсула.

– Больше похоже на помолвку, – сказала Будстурга.

Щёки Викинга покраснели.

– Хотгар сделал предложение в шпиле Асты, а затем засунул свой язык мне в глотку на глазах у других лордов. Он сорвал с меня топ. Честно говоря, это был последний раз, когда он проявлял ко мне какой-либо интерес, и это случилось более тысячи лет назад.

Принцесса-Гот пожала плечами.

– Мужчины хотят только того, чего они не могут иметь, – её тёмные глаза скользнули к Урсуле. – Запретную плоть. И всё же ты говоришь нам, что Баэл не проявляет к тебе интереса?

Щёки Урсулы вспыхнули румянцем.

– По-видимому, нет.

Викинг вытерла суп с подбородка, уставившись на Принцессу-Гота.

– Ашарот. Почему твой муж так сильно ненавидит Баэла?

Ашарот – по-видимому, так её звали – склонила голову набок.

– Он сын бога. Он требует поклонения. А Баэл никогда не был достаточно покорным. Его роль Меча Никсобаса всегда раздражала Абракса.

Викинг сделала большой глоток вина.

– Хотгар даже не полубог, и он требует поклонения. Вы бы видели, что у него в храме.

Урсула съела ложку своего супа. «Это звучит любопытно».

– И что бы я нашла внутри его храма?

Викинг хихикнула.

– Мы не всегда можем заполучить людей здесь, в Царстве Теней. Они просто так легко умирают. Но на тот случай, когда у нас заканчиваются рабы-люди, у Хотгара есть его куклы.

Урсула склонилась над своим супом.

– Что он делает со своими куклами?

Викинг прикрыла ладонью рот, зашептав:

– Он напивается водкой и использует свою магию, чтобы оживить их. Он заставляет их сгибаться, чтобы они поклонялись ему и называли его Никсобасом. Одного или двух он объявляет язычниками и ломает их своими ногами.

– И всё это время, – добавила Будстурга с коварной улыбкой. – Его лунный жезл обнажён.

– А я-то думала, что мой муж извращенец, – произнесла Ашарот.

Губы Урсулы скривились.

– И вам не разрешается развлекаться с другими мужчинами, тогда как ваши мужья делают всё, что им заблагорассудится?

У Ашарот отвисла челюсть.

– Конечно, нет.

Урсула отпила вина.

– Вы, дамы, заключили паршивую сделку.

Ашарот пожала плечами.

– Не всё так ужасно. Как только мужчина предъявляет на тебя права, ты защищена. Ни один мужчина не имеет права прикасаться к жене другого мужчины. Никто не может причинить нам вред. И мужчинам запрещено убивать женщин, на которых они заявили права.

Урсула уставилась на неё.

– И это всё? Они не могут вас убить? Как я уже сказала, вы заключаете паршивую сделку.

Прежде чем кто-либо успел ответить, за столом лордов поднялась суматоха.

Баэл встал. Его тёмная магия хлестала по воздуху вокруг него.

– Абракс напал на меня в моём особняке. Он переступил мой порог без приглашения.

Хотгар развел руки в умиротворяющем жесте.

– Я знаю, ты злишься…

– Я не злюсь, – и всё же в его голосе слышался ледяной гнев. – Но я хочу компенсации, на которую имею право.

Хотгар пренебрежительно махнул рукой.

– Как я уже сказал, ты убил его чемпиона.

– Его чемпион напал на меня, как дикое животное. Если бы Абракс не вторгся в мой дом, его чемпион по-прежнему был бы жив. Мне причитается компенсация.

Хотгар поднялся.

– И, как я уже сказал, тот факт, что ты убил его чемпиона – достаточная компенсация.

– Я знаю, что вы двое в сговоре. Особняк лорда неприкосновенен. Настоящий Меч Никсобаса никогда бы не допустил такого проступка.

Абракс откинулся на спинку стула, изучая свои ногти.

– Может быть, тебе следовало быть более осторожным и не терять свои крылья, – его взгляд метнулся к Баэлу.

– Не будь ты сыном Никсобаса, я бы убил тебя ещё несколько месяцев назад, – прорычал Баэл, затем повернулся, встал из-за стола и вышел из зала.

Взгляд Абракса скользнул к Урсуле, и у неё внутри всё перевернулось. «Пора убираться отсюда».

Будстурга наклонилась к ней, прошептав:

– Думаю, тебе следует последовать за ним.

Урсула встала, схватив плащ со спинки стула. «Тебе не нужно повторять дважды».

Глава 30

Баэл ждал её в экипаже, и Урсула бегом пересекла ониксовую платформу, дёрнула за ручку и забралась внутрь.

Она села напротив Баэла, пытаясь поймать его взгляд. Пока команда летучих мышей поднимала экипаж в воздух, он внимательно изучал окно.

Она сунула руку в карман, поигрывая серебряным кольцом.

– Жёны лордов на самом деле не так уж плохи.

Он бросил на неё резкий взгляд, затем снова уставился в окно. Очевидно, он не в настроении для разговора.

Урсула закрыла глаза, пытаясь избавиться от образа Хотгара, расхаживающего перед собранием оживших кукол и поглаживающего свой лунный жезл. У неё вырвался невольный смешок, и она прикрыла рот рукой.

– Что, во имя богов, есть смешного в этом моменте? – спросил Баэл.

– Ты знал, что Хотгар оживляет кукол, чтобы они боготворили его писюн?

Глаза Баэла широко раскрылись. Его губы медленно изогнулись в улыбке.

– Не знал. Пожалуй, я мог бы прожить и без этого знания, – он не сводил с Урсулы глаз, пристально изучая её. Все следы напряжения исчезли с его лица. – Не хочешь покататься верхом, когда мы вернёмся в особняк? – тихо спросил он.

– На летучих мышах, я полагаю?

Баэл кивнул.

– Я одета не самым подходящим образом, – Урсула опустила взгляд на своё вечернее платье. – Хотя, полагаю, с такими огромными разрезами, которые Сера сделала спереди, я могла бы обхватить ногами летучую мышь.

Баэл прочистил горло.

– Плащ согреет тебя. Это прекрасно – охотиться при дневном свете, когда солнце играет на крыльях мотыльков.

Как она могла отказаться от такого?

– Полагаю, мне действительно не помешает практика.

– Вот и хорошо, – он откинулся на спинку своего сиденья.

Бледный солнечный свет струился через окно, отражаясь в его ледяных глазах и освещая идеальные контуры лица. У Урсулы возникло сильнейшее желание протянуть руку и прикоснуться к нему, но он уже сказал ей, что думает о «гончих». И если она вспоминала об этом, оскорбление всё ещё жалило. Очевидно, ему не нравились адские гончие. Так какие же женщины ему по вкусу?

Урсула прикусила губу. Её это вообще не должно было волновать. Они собирались драться не на жизнь, а на смерть меньше чем через неделю, если она вообще доживёт до этого. Очевидно, вино и высота уже ударили ей в голову, спутывая мысли.

Что ей нужно, так это сосредоточиться на предстоящей гонке.

Она побарабанила кончиками пальцев по сиденью.

– Мне нужно знать что-то ещё для гонки, помимо обучения полётам?

Баэл покачал головой.

– Тебе нужно будет только следовать за мной и стараться оставаться на летучей мыши.

– Где будет проходить гонка?

– Вокруг шпиля Асты. Мы пролетим три круга.

Урсула медленно кивнула.

– И победители – самые быстрые? – она нахмурилась. – Мне действительно нужна дополнительная практика. Я не могу вообразить, что там кто-то будет медленнее меня.

– Просто старайся не отставать от меня.

Урсула почувствовала, как экипаж коснулся крыши, заскользив по мрамору, и схватилась за ручку, чтобы не упасть.

Баэл открыл дверцу, и она вышла на сверкающую крышу. Баэл посмотрел в чёрное небо и засунул пальцы в рот, чтобы свистнуть двум летучим мышам.

Когда экипаж поднялся в воздух, Урсула плотнее закуталась в свой плащ.

– Ты что-то говорил об охоте?

– Да. Охота на мотыльков.

Она сморщила нос.

– Нам обязательно их убивать?

Баэл приподнял бровь.

– Ты вдруг остерегаешься проливать кровь? Это не та воительница, которую я видел в потасовке убивающей демонов вдвое крупнее неё.

Она пожала плечами.

– У меня странная симпатия к мотылькам.

«Потому что они добыча, как и я сама».

– Нам не нужно их убивать, если ты этого не хочешь.

Урсула прикрыла глаза ладонью, уловив какое-то движение в тёмном небе.

Две летучие мыши грациозно скользнули на крышу, всего в нескольких метрах от них.

Баэл взобрался на Веспереллу, держась за шею, в то время как Урсула забралась на плечи Сотца. Она обхватила Сотца ногами, и ткань её платья разошлась, обнажая бёдра. «К концу этого путешествия у меня всё слегка обветрится». Баэл посмотрел на неё на мгновение дольше необходимого, затем поднялся в воздух.

К тому времени, как они с Сотцем добрались до края крыши, Баэл уже описывал над ней широкую дугу.

Урсула крепче обхватила Сотца бёдрами, наклонилась вперёд, и прошептала ему на ухо.

– Следуй за Веспереллой.

Сотц взмахнул крыльями, взлетая с края крыши. Он поднимался всё выше, пока не полетел совсем рядом с Баэлом и Веспереллой.

– Отличная работа! – похвалил Баэл, перекрикивая ветер.

– Скоро это станет второй натурой.

Баэл устремился выше в небо, поднимаясь над краем кратера, а Урсула следовала в нескольких метрах позади него, двигаясь в ритме взмахов крыльев Сотца.

– Посмотрим, сумеешь ли ты не отставать, – крикнул Баэл. Он наклонился ниже, увеличивая скорость.

Урсула низко опустилась к шее Сотца. Просто изменения позы оказалось достаточно, чтобы поощрить мыша. Его крылья забились сильнее, и они помчались вокруг края кратера в жемчужном солнечном свете. Волосы Урсулы бешено развевались вокруг головы, но она всё равно могла лицезреть потрясающий вид на кратер.

Впереди неё Баэл и Весперелла рванули вперёд, увеличивая отрыв и поднимаясь всё выше в небо.

Урсула придвинулась ещё ближе к Сотцу.

– Ты можешь их догнать?

Крылья Сотца со свистом рассекли воздух, и они ускорились. Пульс Урсулы участился, пока ветер хлестал по её коже.

Несмотря на ледяной холод, который впивался в её обнажённые колени, по её телу пробежала рябь странного чувства, почти как будто ей самое место здесь, в воздухе, под чистым, чёрным небом.

Она притормозила рядом с Баэлом, упиваясь скоростью полёта. Они поднялись выше, чем она когда-либо летала в экипаже, проносясь над шпилем Асты. Перед ними поднялось кишащее море мотыльков.

С ликующим возгласом Баэл направил Веспереллу прямо на мотыльков. Сотц бросился за ними так быстро, что Урсула чуть не потеряла хватку. Она крепче сжала летучего мыша как раз в тот момент, когда они достигли края облака.

Мотыльки расступились, когда они ворвались в эту стаю, оба кружа вокруг них на безопасном расстоянии. Уши Сотца навострились, и из его груди вырвалось низкое рычание. Насыщенный звук завибрировал в её животе – глубокое жужжание бьющихся крыльев мотыльков.

Сотц устремился вперёд, глубже в облако.

Урсула наклонилась к нему.

– Сегодня мы не будем убивать, Сотц. Просто катаемся.

Ещё одно рычание вырвалось из его горла. У неё складывалось ощущение, что он не в восторге от этой идеи.

Взмахнув своими огромными крыльями, Сотц снова поднялся в воздух, выбираясь из облака мотыльков, пока Урсула не смогла снова увидеть чёрное небо.

Отсюда Баэл повёл её и Сотца вокруг края облака. Извивающаяся масса поднималась высоко в тёмное небо. Собираясь там, свет Асты отражался от крыльев мотыльков, омывая их вспышками пурпурного и фиолетового. Было что-то почти гипнотическое в том, как они колыхались вокруг шпиля.

В тридцати метрах над ней из облака вырвалась летучая мышь с истекающим кровью мотыльком в пасти. За ней последовала другая. Урсула могла слышать хлопанье их крыльев, когда они пролетали над ней. Солнечный свет озарял их силуэты на тёмном небе, которые казались красивыми и одновременно устрашающими.

Далеко над ней из облака вырвалась ещё одна летучая мышь. Урсула ахнула. Бледный силуэт ни с чем нельзя было спутать – белая летучая мышь Серого Призрака.

– Баэл! – крикнула она.

Он повернулся, чтобы посмотреть на Урсулу, но когда она попыталась показать, белая летучая мышь исчезла.

– Что там было? – спросил он, делая круг назад.

Она последовала за ним, и ветер развевал её волосы.

– Летучая мышь Серого Призрака.

– Ты видела, куда она делась?

– Нет! – эта чёртова штука исчезла. Совсем как привидение.

Наклонившись поближе к Весперелле, Баэл начал поворачивать обратно к особняку. Урсула наклонилась ближе к Сотцу, набирая скорость, чтобы не отставать от Баэла. Её пульс участился от волнения, пока они снижались над городом. «Я действительно думаю, что смогу это сделать. Я могу поспевать за Баэлом не хуже остальных».

Возможно, в этот момент её ноги слегка обморозились, но ощущение чистоты лунного воздуха взывало к ней. Каким-то образом она чувствовала, что ей суждено летать.

И, очевидно, что Баэлу тоже.

Весперелла резко нырнула на крышу Абельды, а Урсула последовала за ней по пятам. Когда чёрный мрамор приблизился, Сотц взмахнул крыльями, замедляя спуск. Он грациозно скользнул на посадку рядом с Веспереллой. Баэл уже спешивался.

Она сошла с Сотца. Внутренняя сторона её бёдер горела от усталости, а внешняя – от ледяного ветра.

Она выпрямилась, взглянув на него.

– Я так понимаю, ты скучаешь по своим крыльям.

– Трудно привыкнуть к тому, что ты прикован к земле после двадцати двух тысячелетий полета.

Урсула улыбнулась.

– Жёны лордов говорили, что в старые времена тебе поклонялись как богу.

– Жёнам лордов есть что сказать обо мне.

– И всё же ты по-прежнему полная загадка.

Он осторожно посмотрел на неё.

– Что тебе нужно знать?

Холодный лунный ветер играл её волосами.

– Ты сказал, что ты из Ханаана. Где остальные члены твоей семьи?

– Мертвы, – категорично сказал он.

Дерьмо. Ей не следовало поднимать этот вопрос. Она уже знала, что его жена умерла. Она с трудом сглотнула.

– Я имела в виду твоих родителей.

– Мертвы. Умерли давным-давно, – он снова забрался на спину Веспереллы. – Тебе следует зайти внутрь. Замёрзнешь.

Прежде чем она смогла ответить, Баэл наклонился вперёд, положив руку на плечи Веспереллы, и зашептал ей на ухо. Крылья Веспереллы рассекли воздух, и Баэл взмыл ввысь, в чёрное небо.

Глава 31

Урсула сидела на диване, втирая мазь в свои ладони. Она покосилась на солнце, угрожающе приближавшееся к зениту, и её пульс участился. Оставалось уже недолго.

Она тренировалась на Сотце в течение нескольких дней, наращивая скорость и контроль. И теперь, за день до гонки, её мышцы горели от глубинной усталости.

Она задрала платье, поморщившись при виде внутренней поверхности бёдер, натёртых до крови от ежедневных многочасовых поездок вокруг кратера на Сотце.

Она нанесла мазь на бёдра, втирая её в кожу, пока краснота не сменилась бледно-розовым цветом.

П.У., возможно, раньше не ездила верхом на летучей мыши, но она, казалось, понимала принципы управления зверем, заставляя его подчиняться её воле с помощью едва заметных движений мышц, небольших подёргиваний рук. Чувствуя каждое движение мышц и сухожилий Сотца. Направляя его так, как будто он был продолжением её самой. Конечно, Урсула не так искусна, как Баэл, но она добивалась прогресса.

По настоянию Серы она даже овладела искусством обвивать руками шею Сотца, чтобы лететь на нём вверх тормашками, пока её волосы свисали к поверхности Луны. Это конкретное движение всё ещё заставляло её сердце подскакивать к горлу, но, тем не менее, она попыталась это сделать.

Урсула сунула руку в карман, взглянув на дверь. Единственным, что заметно отсутствовало в течение последних нескольких дней, был Баэл. Он полностью исчез после их разговора о его умершей семье. «Молодец, Урсула».

Вместо того, чтобы обучать её, как обещал, он просто исчез в своём особняке. Она даже не была уверена, планировал ли он по-прежнему помогать ей в гонке, или же собирался сбить её с летучей мыши. Очевидно, пырнуть кого-то штопором – это простительный проступок. Но стоит задать кому-нибудь личный вопрос, и это уже перебор.

Урсула встала, направляясь к бару. Сера оставила аккуратно сложенную стопку одежды для верховой езды – её костюм на завтрашнюю гонку. Сера смастерила кожаный наряд мерцающего чёрного цвета, чтобы она могла сливаться с небом. Урсула, нахмурившись, провела пальцами по мягкой коже.

Почему было особенно важно, чтобы она сливалась с небом? Если бы они просто участвовали в гонке, ей не пришлось бы маскироваться.

Если, конечно, за этим не скрывалось что-то большее.

Раздался негромкий стук в её дверь – стук Серы, и Урсула поспешила пересечь комнату. В животе у неё заурчало. Вся эта верховая езда разожгла неудержимый аппетит, и, если повезло, то Сера принесла ей ужин.

Но когда она открыла дверь, то обнаружила Серу, стоящую с пакетом для одежды вместо подноса с едой. Ясный солнечный свет струился по её волосам, и она подняла пакет.

– Новое платье.

Урсула открыла дверь, жестом приглашая её войти.

– И почему, собственно, мне нужно новое платье прямо сейчас?

– Лорд попросил твоего присутствия на ужине, – она сунула пакет Урсуле. – Я сделала платье отвлекающим. У меня такое чувство, что лорду нужно немного отвлечься.