Текст книги "Падение ангела к небу (СИ)"

Автор книги: Ивета Зинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 10. Дубовый стол

Глава 10. Дубовый стол

Эви. Чуть раньше

Сижу какое‑то время на террасе. Забыла надеть куртку, поэтому уже порядком замёрзла – кожа покрывается мурашками, а кончики пальцев немеют от холода. Голову остудить хочется, но заболеть – тоже не выход. Хотя, если я ангел, то могу ли я в принципе заболеть? Хороший вопрос – надо бы его тоже записать, чтобы не забыть. Так, в образовательных целях.

Но проверять желания нет – поэтому приходится вернуться в квартиру. Пустота и тишина давят, словно тяжёлые бархатные шторы, опущеные на окна души. Он ушёл. Неизвестно куда, неизвестно с кем. Калейдоскоп не самых радужных мыслей разрывает изнутри – образы, слова, взгляды сплетаются в хаотичный вихрь.

Вдруг взгляд цепляется за визитку, которая лежит на тумбочке. Подхожу и беру в руки – бар «Дубовый рай». Учитывая название, вряд ли это его бар. Может, конкурентов? Смотрю на указанный адрес – я видела название этой улицы по дороге в молл – не так далеко от дома.

В вазе на тумбочке около входной двери есть несколько купюр, их я тоже приметила чуть раньше.

Решение само идёт мне в руки.

Прохожу в спальню – переодеваюсь в голубые джинсы по фигуре и белую чуть свободную блузку, оставляю расстёгнутыми две верхних и две нижних пуговицы. Снизу связываю концы блузки в узел. В меру вызывающе и дерзко, при этом всё, что нужно, прикрыто. То, что нужно.

Если это просто бар – хорошо. Если ночной клуб – тоже подойдёт. Но быть серой мышкой – не хочется от слова совсем. Беру рюкзак, складываю блокнот, ручку, визитку. Иду в сторону двери, по пути хватаю из вазы купюры – нужно пересчитать и записать, когда смогу, верну ему всё до последней сольдо.

Обуваю кроссовки – вдруг гулять мне придётся долго, кто знает, как закончится этот день.

Но мне нужен этот шаг, нужна свобода. И главное – подальше от янтарных глаз хозяина этой квартиры. Решительно открываю дверь и напоследок кидаю взгляд в зеркало – вперёд, на встречу приключениям! Оставаться в этой квартире одной, пока он там с кем‑то расслабляется, я не собираюсь.

Делаю шаг через порог, захлопываю дверь – ну всё, теперь пути назад в любом случае нет. Сжимаю сильнее лямки рюкзака. Вдох‑выдох. Всё будет хорошо.

Спускаюсь на лифте – теперь меня не покидает мысль, что если в этом мире есть ангелы и демоны, значит, магия тоже есть? И значит, вполне возможно, что лифт настолько быстрый – не просто так, и моё изначальное предположение в шутку, может быть очень даже реальным. Выхожу на улицу – воздух свежий, ветер развивает волосы. Свобода!

Только как теперь будет попасть обратно – об этом я не подумала. Хотя, если у Рика есть визитка этого места, возможно, его там кто‑то знает? Что‑нибудь придумаю. Сейчас самое главное, что я вышла из этой тюрьмы. Смело иду вперёд, подняв подбородок.

Хотя мысли всё равно путаются, то и дело возвращая меня к жёлтым глазам, горячим рукам, к тому, как он целует, пробует на вкус, поднимает и… Нет! Стоп! Нужно срочно сменить обстановку и желательно сменить собеседника. Хотя Рика в принципе назвать «собеседником» можно с очень большой натяжкой, учитывая его немногословность в отношении меня. Других‑то он с огромным воодушевлением «радует» своим общением и вниманием.

Смахиваю головой. И как раз в этот момент оказываюсь перед большой резной деревянной дверью, над которой возвышается горящая надпись – «Дубовый рай». Какое странное название, может, его хозяин – ангел‑любитель дубов? Вряд ли я об этом узнаю. Вдох – и резко толкаю дверь, пока не передумала. Хотя пути назад у меня в любом случае уже нет. Так что остроумие и отвага – вот два моих верных товарища на сегодняшний вечер!

Делаю решительный шаг – и меня сразу же окутывает запахом хмеля, чеснока, дерева, которым здесь обиты все стены, и чего‑то ещё едва уловимого, до боли знакомого. Опять это наваждение Риком. Откидываю волосы. Сжимаю кулаки. Ну уж нет, он не испортит мне вечер. Я тоже буду расслабляться. Конечно, не так, как он. Но новые эмоции, общение с новыми людьми – мне сейчас жизненно необходимы.

Направляюсь к барной стойке, по пути оглядывая бар. Хотя баром я бы его назвала с натяжкой – всё‑таки больше он похож на ресторан, если, конечно, не считать огромной круглой барной стойки, расположенной в самом центре зала. Здесь уже довольно много людей… и не только людей… Единственное, кого я здесь не наблюдаю – это ангелы. Очень странно.

Вокруг барной стойки расположены столики с кожаными диванами. Снова в интерьере преобладает этот порядком надоевший чёрный цвет. Столики расходятся равномерно вглубь зала, где постепенно свет затихает так, что за самыми дальними столиками практически не видно, что происходит. На секунду кажется, что где‑то в углу, вдали, моргнули настоящим пламенем чьи‑то глаза – до боли знакомые глаза. Но этого не может быть, снова просто наваждение, я уверена.

Сажусь на свободное место за баром. Здесь уже заняты почти все места, хотя разгар вечера ещё только впереди. Мужчины и… демоны… много демонов… И демониц, которые одеты настолько откровенно, что я рядом с ними кажусь монахиней.

– Вам помочь?

Подскакиваю от неожиданности – бармен терпеливо ждёт моего ответа с дружелюбной улыбкой. Он полукровка, жёлтые глаза, хвоста не видно. Интересно, от чего зависит его наличие или отсутствие?

– Да, можно, пожалуйста, барную карту.

Протягивает, кивает и отходит. Много‑много названий, которые я не знаю. Выбираю наугад – «Лонг Айленд Ice Tea», наверное, в основе коктейля чай со льдом, судя по названию. А это мне сейчас не помешает. Взбодриться и освежиться.

Начинаю снова углубляться в свои мысли, как кто‑то слегка касается моего плеча. Я едва не подпрыгиваю от неожиданности. Оборачиваюсь.

Стоит высокий мужчина, именно мужчина – это не может не радовать. Смотреть в чьи‑нибудь жёлтые глаза сейчас бы очень не хотелось. Широкие плечи, серая водолазка, чёрные джинсы, весьма обаятельный, с карими глазами.

– Простите, здесь не занято? – показывает на соседний стул.

– Нет, не занято, – смущённо отвечаю я.

– И почему такая милая леди совсем одна? Это же просто невозможно, кто‑то ведь сейчас наверняка локти кусает по вам! – говорит с самой обворожительной улыбкой, располагаясь на соседнем стуле.

Глаза блестят в свете лампы, которая висит над баром.

Чем‑то мне это напоминает разговор Рика с Морой в молле. Смахиваю это очередное наваждение и поднимаю глаза с ответной улыбкой. Только собираюсь что-то сказать, как сквозь гул разговоров слышится скрежет разбивающегося бокала. Причём звук не такой, когда бокал разбивается об пол, а как будто его чем‑то с треском раздавили. Несколько девушек охают от неожиданности, а я каменею на месте.

На меня надвигаются два янтаря, пылающих настоящим огнем. Быстро пересекая весь зал.

Не успеваю опомниться, как между мной и моим новым знакомым резко на стойку опускается рука. Его рука.

– Девушка занята, – не отрывая от меня звериного взгляда, рычит Рик.

– О‑о, Рик! Она с тобой? – с удивлением мужчина переводит взгляд с меня на Рика и обратно. Поднимает руки в примирительном жесте и быстро ретируется без слов.

Мы с Риком продолжаем сверлить друг друга глазами. В этот раз первой решаю заговорить я – как раз мне уже приносят коктейль.

– Ну и что ты тут делаешь? – специально говорю чуть небрежно, с ноткой безразличия. И отворачиваюсь, улыбаясь бармену. Беру бокал и отпиваю – а очень даже вкусно! И алкоголя почти не чувствуется. Кажется, с коктейлем я угадала.

Медленно потягиваю его через трубочку, чувствуя, как уже не только Рик прожигает все нутро своим взглядом, но и практически все окружающие, особенно девушки, не стесняются разглядывать меня. Кто‑то с интересом, кто‑то с откровенной завистью. В воздухе повисает напряжение – тонкое, как натянутая струна, готовое лопнуть от малейшего прикосновения.

Рука Рика на стойке сначала сжимается в кулак, потом он её вскидывает – бармен в секунду оказывается около нас.

– Односолодовый, в мой кабинет. И коктейль девушки тоже.

Застываю на месте: «в мой кабинет»? Я что же, попала в его бар?! Вот же угораздило.

– Оригинальное название для бара, – говорю я, не поворачивая головы в его сторону.

– Пошли, быстро, – рычит он.

Я поворачиваю голову и теперь уже сама пылаю праведным гневом.

– Я никуда с тобой не пойду, тем более быстро! Да как ты смеешь со мной…

Я не успеваю договорить, как его губы накрывают мои. Жадно. Властно. Подчиняя себе каждую клеточку моей души. Ощущение – будто молния пронзает всё тело, оставляя после себя лишь огненный след. В этом поцелуе – и вызов, и обещание, и власть, которой невозможно сопротивляться.

Он резко отрывается и говорит на ухо, опаляя горячим дыханием:

– Если ты сейчас не пойдёшь со мной – дома тебя будет ждать наказание. Хоть я и уверен, что в итоге тебе понравится.

Сглатываю. Наказание, которое мне понравится? Что он имеет в виду? Но проверять не хочется. Гордо вскидываю подбородок, тяну руку к коктейлю, но хватаю лишь пустоту, его уже нет.

Ну ладно, устраивать скандал – не имеет никакого смысла. Тем более что всё ещё есть вероятность, что мне грозит опасность. Медленно стекаю с барного стула, голову чуть ведёт, хотя я выпила всего несколько глотков – вот это чай!

Рик берёт меня за руку – на грани вежливости и грубости. И куда‑то ведёт. Теперь абсолютно все кидают на нас заинтересованные взгляды – отлично мы не привлекаем внимание. Очевидно, что хозяина заведения здесь знают все. А вот таинственную незнакомку – теперь запомнят тоже наверняка.

Проходим по коридору мимо кухни к очередной резной деревянной двери. Рик делает несколько взмахов руками, затем поворачивает ключ. Открывает дверь и пропускает меня вперёд.

Я прохожу, медленно и уже совсем не твердой походкой – коктейль оказался весьма коварным.

Чувство самосохранения, очевидно, тоже притупляется. Потому что я прямиком иду к большому деревянному столу, сажусь на него, беру свой бокал и делаю смелый глоток. С вызовом глядя на моего демона во плоти.

Он закрывает за собой дверь и небрежно, с дикой грацией хищника, подходит к столу сбоку от меня, вплотную прижимаясь к моему бедру. Отпивает из своего бокала, глядя прямо.

– И что ты здесь делаешь? – спрашивает он, обманчиво спокойно.

Небрежно пожимаю плечами.

– Не хотела находиться одна в твоей квартире, пока ты… – осекаюсь, бросая на него злой взгляд.

– Пока я что? Узнаю информацию, не заметил ли кто-то, что пропала одна язвительная полуголая девушка с дерзким языком?

– Я не полуголая! – вскидываюсь я. – У меня чуть приоткрыт живот, но по сравнению с другими собравшимися здесь «девушками», я – просто верх приличия!

– Что прилично, а что нет – буду решать я, – резко разворачивается ко мне всем телом Рик, пылая праведным гневом. – А про полуголую – это легко исправить.

В ту же секунду он вроде бы просто проводит по моей блузке рукой – как пуговицы с треском разлетаются в разные стороны, открывая моё белое кружевное бельё. Время замирает. Мы смотрим друг на друга, не отрываясь. Дыхание сбивается.

И он снова меня целует. Но на этот раз не так бешено, как раньше. В этот раз всё по‑другому, даже немного нежно. Язык медленно проходит внутри, помечая каждый миллиметр. Проходит по моим губам, переходя к мочке уха, шее, и обратно к губам.

Держусь руками за столешницу так сильно, что пальцы немного сводит. Это так сладко. Просто завораживает. А тугой узел внизу живота уже тянет с такой силой, что я готова сама наброситься на него. Только бы поскорее получить желаемое.

Разум мутнеет от Рика, от коктейля, от окутывающего нас запаха – смеси дерева, кожи и чего‑то неуловимо‑пряного, что принадлежит только ему. Его руки медленно развязывают узел на блузке, снимая её полностью. Губы снова спускаются к шее, к ключицам.

Я невольно закрываю глаза и запрокидываю голову – как же хорошо. Сопротивляться сил нет, да и желания тоже. Есть только он, я, горячие руки, которые только что расстегнули белый лиф, откинув его к блузке. В следующее мгновение его руки уже на моём животе, скользят всё ниже, к ширинке на джинсах. Его горячие губы, которые захватили мои затвердевшие вмиг вершины груди. Обводит языком сначала одну, потом вторую.

Руки в это время медленно стягивают джинсы вместе с остатками белья. Я всё ещё закрываю глаза. Всё кажется нереальным, слишком хорошо. Слишком горячо. Кажется, если я их открою – весь жар момента разобьётся вдребезги.

Инстинктивно обвиваю его плечи, пытаясь прижать сильнее. Прочувствовать всю его силу и внутренний огонь.

Внезапно он спускается совсем низко, вставая передо мной на колени, и накрывает ртом моё лоно. Я резко открываю глаза с диким вздохом. Ягодицы пытаются сжаться, но Рик разводит их сильнее, раскрывая меня перед ним.

Одной рукой он сжимает моё бедро, второй рукой накрывает чувствительный бугорок. Чуть надавливает, блуждая своим языком уже глубоко во мне. Я не сдерживаю стонов, просто не могу. Хватаюсь за его волосы, не зная, что я хочу больше – попытаться оттянуть его или же наоборот, прижать ещё сильнее. Верх берёт второй вариант.

А Рик тем временем нажимает всё сильнее на мою чувствительную точку. И меня накрывает невероятный экстаз. Глубокий, тягучий. Спазмы идут волнами, в такт его движениям рукой. Стоны уже больше похожи на крики. И я обмякаю, чуть не падая, когда Рик встаёт и снимает меня со стола. Но лишь для того, чтобы развернуть меня к себе спиной.

Его рука снова на моей груди, а вторая расстёгивает ширинку на его джинсах. Губы снова на мочке уха. Он чуть прикусывает её, вырывая у меня очередной стон, протяжный, громкий. Он надавливает на мою поясницу и тут же входит на всю длину. Он кажется ещё огромнее, ещё твёрже, ощущения на грани боли и экстаза, который накатывает почти сразу. Но не тягуче, а резкими вспышками.

Воздух выбивает из груди, спина выгибается дугой, а руки пытаются схватить хоть что‑то, но проскальзывают по гладкой поверхности дерева. Я встаю на цыпочки, чтобы открыться ещё больше, вобрать его всего – а он вколачивается в меня резко, размашисто, каждый раз со звонким шлепком.

Я уже не понимаю, где верх, где низ. Голова кружится, всё стягивается и растягивается снова и снова. Наши стоны уже перекрывают даже шлепки. Внезапно его рука накрывает клитор – и это становится последней точкой. Я выгибаюсь ещё сильнее, ноги подкашиваются, а по всему телу прокатывается разряд молнии.

В эту же секунду я чувствую уже его начинающуюся пульсацию, и он резко выходит, изливаясь мне на бедро.

Мы стоим какое‑то время, не двигаясь. Я прижата к столу, он прижат ко мне. Дыхание потихоньку приходит к нормальному ритму. Он отпускает руки и отходит, оставляя после себя пустоту и прохладу. Через мгновение я чувствую, как он снова рядом – встал на одно колено и вытирает семя с внутренней стороны бедра и ниже по ноге.

– Кроссовки придётся выкинуть, – хрипло говорит он. – Я сейчас скажу, чтобы купили и принесли новые. Какой размер?

– 39, – только и могу выдавить я полушёпотом. Голос надрывается.

Он встаёт и ведёт рукой по моей спине вверх, снова прижимается ко мне и шепчет прямо на ухо:

– Вставай, малышка. Или ты хочешь, чтобы я взял тебя на этом столе ещё раз? – явная насмешка так и сквозит в его голосе.

Я приподнимаю голову, отталкиваюсь дрожащими руками, пытаясь привстать. Руки Рика приходят на помощь, помогая мне принять вертикальное положение. Наши глаза сталкиваются. Смотрим, не отрываясь. Изучаем друг друга по‑новому.

Вдруг меня осенило – мы же совершенно не пытались быть тихими! Наши крики, стоны, горячие шлепки… Моё лицо не просто краснеет, а багровеет от смущения. Я открываю рот и перевожу взгляд на дверь.

Рик прослеживает мой взгляд и говорит:

– Не беспокойся, звукоизоляция. Если честно, я делал её совершенно с другой целью. Но так тоже хорошо, – улыбается мой демон‑искуситель.

Протягивает мне одежду.

Мы медленно одеваемся, каждый в своих мыслях. Потом я натягиваю блузку и понимаю, что главные пуговицы, которые закрывают грудь, – оторваны. Поднимаю глаза на Рика:

– Блузку тоже новую купишь? – с вызовом смотрю на него.

Он улыбается той самой своей обворожительной улыбкой.

– Ты мне больше нравишься без неё.

Не успеваю я выдать протест, он одним быстрым движением стягивает с себя чёрную футболку и протягивает мне.

– А ты? – спрашиваю я с нескрываемым удивлением, но футболку беру.

– У меня здесь есть запасная рубашка. Её не предлагаю, так как в ней ты утонешь ещё сильнее, – хмыкает он.

Берёт мобифон, что‑то печатает, видимо про кроссовки, и идёт к небольшому пеналу рядом с огромным книжным шкафом во всю стену.

Только сейчас понимаю, что я совершенно не огляделась, когда сюда зашла. Кроме книжного шкафа и стола, здесь ещё стоят кожаный чёрный диван с креслом, перед ними – небольшой кофейный столик, а в углу расположился большой камин с кладкой из красного кирпича.

Все так же, без изменений – на грани уюта и роскоши, с преобладанием черного и красного.

Сажусь на край дивана, пытаясь собрать мысли хоть во что‑то вразумительное. Получается плохо. Я вся как струна – натянута до предела. В воздухе витает едва уловимый аромат дерева и кожи, разбавленный ароматом разгоряченных тел, смешанный с тонким шлейфом пачули и вишни. Этот запах, его запах, теперь будто отпечатался в моей памяти – он будит воспоминания, от которых сердце начинает биться чаще.

Рик уже надел рубашку и тоже сел на диван, притягивая меня к себе в объятия.

– Малышка, расслабься, – шепчет он мне на ухо. – Просто теперь коротать вынужденное совместное пребывание будет приятнее.

Целует в висок и встаёт, направляясь к двери.

На пороге появляется девушка, передаёт пакет и поднос с двумя бокалами. Узнаю знакомый коктейль. Только вот теперь я не совсем уверена, что мне стоит его пить. Перевожу смущённый взгляд на стол, прикусывая губу. Через секунду понимаю, что прикусила её до крови. Беру салфетку и промакиваю.

Рик уже идёт ко мне, видит это движение и кровь на салфетке. Сразу же хмурится.

– Что это? – кивает на салфетку.

– Просто нечаянно прикусила губу, – пожимаю плечами.

Он снова улыбается, садится рядом, притягивая меня к себе. А в следующую секунду его язык уже проходится по моей губе, слизывая выступившую кровь. Я сижу не дыша – ощущение одновременно странное и волнующее, будто каждая клеточка кожи пробуждается от его прикосновения.

Он замечает это:

– Не забывай дышать, – ехидно говорит, не скрывая усмешки, и протягивает мне бокал с коктейлем.

Немного повременив, всё‑таки беру его. Отпиваю. Вкус растекается внутри, немного обжигая. И это приятно – тепло разливается по венам, мягко снимая напряжение. В этот момент я осознаю, что даже неловкость и смущение отступают перед этим странным, почти магическим ощущением покоя.

Приятно находиться здесь, в этом строгом уюте, с этим мужчиной, в это мгновение. Диван кажется неожиданно мягким, а свет, который разливается от нависшей под потолком сферы, придаёт комнате тёплый, почти интимный оттенок. Я ловлю себя на мысли, что хочу задержаться в этом моменте – в тепле его рук, в спокойном ритме его дыхания, в этом странном, но таком притягательном и обманчивом ощущении безопасности.

Не знаю, что нас ждёт дальше. Но сейчас мне очень‑очень хорошо. В голове – ни одной чёткой мысли, только ощущение, что всё вокруг замедлилось, остановилось, оставив нас наедине с этим мгновением. Я закрываю глаза и делаю ещё один глоток коктейля, позволяя себе раствориться в атмосфере – тихой, тёплой, почти волшебной.

Глава 11. Лика

Глава 11. Лика

Возвращаемся домой поздно, после полуночи, уставшие. Ноги ватные, в голове туман – после коктейля, после близости с Риком, после жара его губ, его тела. Ощущения всё ещё пульсируют под кожей, словно отголоски далёкой грозы, то затихая, то вспыхивая с новой силой. Каждый нерв будто намагничен, отзывается на малейшее воспоминание о его прикосновениях.

Но я стараюсь не обманываться. Таким, как Рик, не нужны отношения. Может быть, это действительно просто один из хороших способов вынужденного сосуществования. Хотя становится очевидно, что эта нездоровая тяга мучила не только меня.

Так что пока, Эви, можешь получать удовольствие. Главное – не обманываться и ни в коем случае не влюбляться. Нужно записать это в блокнот – и перечитывать каждый день перед сном, как мантру. Кто знает, вдруг поможет.

Но всё – завтра. Сейчас я хочу в душ и поскорее лечь спать. Все мысли, терзания и очередные вопросы – оставим на потом.

Молча проходим в холл. Рик идёт в сторону кухонного островка, а я прямиком в ванную. Скидываю рюкзак на тумбочку, поворачиваюсь к комоду, чтобы взять чистую одежду, и замираю.

Из темноты сумерек на меня сверкают удивлённые красные глаза. Моргаю – может, это белочка меня с опозданием догнала после выпитого алкоголя? Но морок не спадает. Демон… Но что он здесь делает?

Дрожащей рукой тянусь к торшеру и включаю тусклый свет. Этого достаточно, чтобы разглядеть нежданного гостя. А если быть точнее – гостью…

На кровати лежит полностью обнажённая жгучая брюнетка в позе, которая не оставляет простора воображению. Очень‑очень красивая – такой дьявольски‑обольстительной красотой. Я по сравнению с ней чувствую себя абсолютно простой и невзрачной. Идеальное тело, подтянутая грудь – всё, что нужно, чтобы понравиться любому мужчине.

Она резко подскакивает, натягивая на себя одеяло. Моё одеяло.

– Вы кто?! Что вы здесь делаете?! Я сейчас охрану позову! – визжит брюнетка.

На секунду я полностью теряю дар речи. Хотя позвать охрану – отличная идея. Не успеваю я прийти в себя, как сзади медленно и размеренно подходит Рик и кладёт мне руку на талию.

Секунду он смотрит на девушку в его кровати.

– Лика, какого чёрта ты здесь делаешь? – говорит намеренно спокойно, но во взгляде, я вижу, полыхает настоящее пламя.

– Рик! Ты здесь! Я пришла к тебе! Хотела сделать сюрприз! А тут заваливается эта смердящая пернатая! Что вообще здесь происходит??? – переходит на истерический крик брюнетка, раскидывая руками в стороны.

«Смердящая пернатая»?! Да что эта демоница себе позволяет! Я уже сама готова разойтись праведным гневом. Руки сжимаются в кулаки, в глазах – ледяное пламя. Как вдруг Рик сжимает меня чуть крепче и поворачивает мою голову к себе. Ловлю его взгляд.

– Малышка, можешь, пожалуйста, оставить нас на две минуты? – говорит мягко, практически мурчит.

Выдыхаю. Злость скапливается, и я чувствую, что вот‑вот рванет. Но понимаю: вряд ли за эти две минуты они успеют что‑то кроме разговора. Сжимаю губы, сильнее стискиваю кулаки, но киваю.

И уже собираюсь выйти, как Рик меня удерживает.

– Подожди.

Наши глаза снова ловят друг друга. И в следующий миг он целует меня – так же трепетно и нежно, как несколько часов назад в кабинете, в раю… Проводит рукой по моей щеке, разрывая поцелуй.

Я не вижу взгляда демоницы, но чувствую его всем своим нутром. Он прожигает, раздирает меня на части. Теперь явный и отчётливый гнев исходит от неё – заполняет всё пространство. Победно улыбаюсь и выхожу из спальни. Дыхание сбивается, сердце уходит в дикий ритм. Я уже не знаю, от чего: от злости, от трепета или от чего‑то ещё.

Беру куртку и выхожу на террасу – не хочу слушать их разговор. Лучше перевести дух на свежем воздухе. Очевидно, что это та самая «по расписанию», которую видимо Рик забыл отменить.

Интересно, сколько ещё таких сюрпризов меня ждёт в ближайшее время. Смахиваю головой неприятные мысли. Нет смысла надеяться на что‑то в будущем, но я очень хочу, чтобы в настоящем меня больше это не коснулось.

Несколько минут уже прошло. Кидаю взгляд назад – вижу, что они уже вышли из‑за перегородки спальни и о чём‑то говорят. Рик всё ещё в одежде – это не может не радовать.

Эмоции демоницы хлещут через край – это ясно даже без слов. Она разворачивается, кидая на меня полный гнева и обиды взгляд, и пулей вылетает из квартиры.

Снова перевожу голову вперёд, смотрю на город. Его ночная жизнь бьёт ключом. Огни мерцают. Звёзд на небе практически не видно, из-за яркой освещенности.

Слышу открывающуюся дверь за собой. Медленные, уверенные шаги – хищник вышел на охоту. Через мгновение мою талию сжимают тёплые, сильные руки.

Мы стоим какое‑то время молча. Просто смотрим на город. Естественно, что у него были девушки – ревновать к их наличию до меня нет никакого смысла. Главное, чтобы это по возможности не касалось меня, пока я нахожусь рядом. А остальное не так важно.

Первой разбиваю тишину:

– Я не буду спать на кровати, пока там это постельное бельё.

За спиной раздаётся смешок.

– Если хочешь, можем его завтра сжечь, – с явной ухмылкой говорит мой демон‑искуситель.

– Хочу, – тихо произношу я, разворачиваюсь в его объятиях и утыкаюсь ему в грудь.

Обвиваю его шею руками, вдыхая его запах – пачули и вишня. Даже когда мы рано или поздно расстанемся, этот запах навсегда останется со мной, я уверена.

– Пошли спать, – шепчет он и целует в макушку.

Молча киваю. Заходим в холл. Я скидываю куртку и снова направляюсь в ванную. Хватаю полотенце и новую белую ночнушку с кружевами – а почему бы и нет? Не зря же её покупала.

Кидаю быстрый взгляд на смятую постель. Невольно задумываюсь: интересно, сколько у него здесь побывало женщин? Смахиваю головой – не нужно об этом думать. Очевидно, что много.

Быстрее иду в душ, чтобы смыть с себя этот день. Вода освежает, немного приводит мысли в порядок. Стою под струями воды – они стекают, оставляя после себя чистоту и свежесть.

Внезапно дверь раскрывается, и я вижу полностью обнажённого Рика. Он быстро разрезает пространство душевой, сминая меня в грубых объятиях. И снова этот шторм – по сравнению с той нежностью, что была на дубовом столе. Даже не знаю, как мне нравится больше.

Его губы тут же находят мои. Он целует жадно, прикусывая то нижнюю, то верхнюю губу. Руки блуждают по моему телу – сжимая и следом поглаживая. Прижимает меня всем телом к стенке душевой кабины, спускаясь поцелуями ниже – к шее, ключицам. Потом приподнимается, кусая за мочку уха.

В этот момент я вспоминаю, какой он доставил мне экстаз там, в кабинете, когда я сидела на столе, а он стоял передо мной на коленях. Как это было блаженно, протяжно. Интересно, как это – доставлять такое удовольствие другому? И решаю удивить его, да и себя тоже.

Я начинаю целовать его шею в ответ, потом ключицы, перехожу к мочке уха, вставая на цыпочки, прикусываю её. Полностью повторяю путь, который проделали только что его губы. Мои руки обводят его грудь – она вздымается с невероятной амплитудой. Опускаю руки на пресс, очерчивая каждый кубик. Спускаюсь губами вслед за руками – пока не останавливаюсь.

Он огромный, твёрдый, пульсирующий, с мягкой податливой головкой. Начинаю вести по нему рукой – вперёд‑назад, медленно, изучая каждый сантиметр. И пока я чувствую его замешательство, а инициатива всё ещё на моей стороне, резко опускаюсь на колени, поднимая на него вызывающий взгляд дикой кошки.

Его глаза пылают страстью, желанием. Он медленно кладёт руки мне на затылок с довольной улыбкой сытого кота, направляя мою голову. Я послушно подаюсь вперёд, захватывая губами мягкую головку. Руки на затылке сжимают мои волосы, а из груди Рика доносится протяжный стон. Именно этого я и хотела – услышать, как получаю над ним власть.

Я начинаю насаживаться головой глубже, сильнее, быстрее. Помогаю себе рукой у основания, двигаясь в такт движению головой. Он наматывает мои волосы себе на кулак и ускоряет толчки ещё сильнее, перенимая инициативу на себя. Его бёдра двигаются быстро, навстречу ко мне, с каждым разом входя всё глубже – так, что я начинаю задыхаться, но держусь. Я хочу доставить ему это удовольствие.

И в следующее мгновение он входит в мой рот и замирает, изливаясь. Он пульсирует, передавая мне волны экстаза. Сглатываю солоноватую жидкость, поднимаю глаза и намеренно облизываю губы.

Его взгляд затуманен, зрачки расширены до предела, а дыхание сбивается. Медленно поднимаюсь, провожу руками по его прессу, груди, которая вздымается в бешеном ритме.

Наши глаза встречаются. Торжествующе улыбаюсь. В эту секунду он только мой. А всё остальное – не имеет значения. Тепло его взгляда окутывает меня, словно шёлковый плащ, отгоняя последние тени сомнений. В груди расцветает странное, почти пугающее чувство – будто я наконец нашла то, что так долго искала, сама не зная об этом.

– А ты полна сюрпризов, малышка, – ухмыляется он, обвивая мою талию и притягивая к себе для поцелуя.

И снова он нежный, томительный. Его губы касаются моих с такой бережностью, что внутри всё сжимается от неожиданной нежности. Этот поцелуй – не страсть, не жажда обладания, а что‑то гораздо более глубокое, почти интимное. Я растворяюсь в нём, позволяя себе на мгновение поверить, что это – не просто мимолетный каприз, а что‑то настоящее.

Но лишь на один миг, потому что вспоминаю, кто именно стоит передо мной.

Но как же хочется верить, что сказка может стать явью.

Выходим из душа. Замечаю подготовленную целую стопку сухих, чёрных полотенец. Невольно улыбаюсь – такая простая, но трогательная забота. В этом жесте читается больше, чем в словах.

Когда надеваю белую, короткую кружевную ночнушку, замечаю его оценивающий, одобрительный взгляд. В его глазах – огонь, но не тот, что сжигает, а тот, что согревает. Он смотрит так, будто я – самое прекрасное, что он видел за день, будто ему нравится каждая линия моего тела, каждый изгиб. От этого взгляда по коже пробегают мурашки, но не от холода, а от странного, пьянящего чувства – я желанна.

Он подходит и быстро поднимает меня на руки. От неожиданности я взвизгиваю и обвиваю его шею, звонко смеясь. Его смех смешивается с моим, и в этот момент мир становится проще, легче, ярче. В его объятиях я чувствую себя невесомой, будто он может унести меня куда угодно – и я готова следовать за ним, куда бы он ни повёл.

Проходим мимо спальни сразу же в зал, на диван. Его руки держат меня крепко, но бережно, словно я – самое ценное, что у него есть. Я прижимаюсь к его груди, слушая мерный стук сердца, и понимаю: это – мой покой.

И через мгновение я уже засыпаю в горячих объятиях моего демона‑искусителя. Обмякаю, погружаясь в сладкое царство сна. Его дыхание согревает мою шею, его руки надёжно укрывают меня от всех невзгод. В голове – ни одной тревожной мысли, только ощущение тепла, защищённости и странной, почти забытой гармонии.

Не знаю, что нам принесёт день грядущий, но я хочу запомнить это мгновение, когда мне очень‑очень хорошо. Хочу сохранить в памяти этот запах – его кожи, его волос, этот тихий шёпот ночи, этот покой в его объятиях. Хочу верить, что хотя бы на эту ночь всё – настоящее. И пусть завтра всё изменится, пусть мир снова станет сложным и запутанным, сейчас я просто счастлива.