Текст книги "Падение ангела к небу (СИ)"

Автор книги: Ивета Зинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 8. Столкновение

Глава 8. Столкновение

Утро снова встречает меня запахом свежесваренного кофе – так ведь и привыкнуть можно. Этот аромат вьётся в воздухе, словно невидимая нить, связывающая меня с этим странным, новым миром. Он дарит ощущение хрупкой стабильности – пусть всё вокруг зыбко и непонятно, но кофе здесь всегда свеж и крепок.

Перед тем как пройти в ванную, захватываю с собой лёгкое платье – со строгим воротником и расклёшенной свободной юбкой, длиной чуть выше колена, небесно‑голубого цвета. Сегодня хочется ясности и лёгкости во всём. Ткань скользит по коже, будто обещание: «Сегодня будет иначе».

Быстро умываюсь, споласкиваюсь. Вода прохладная, бодрящая – она смывает остатки сна, оставляя после себя ощущение чистоты и свежести.

Наконец‑то нормально расчёсываю свои золотые кудри.

Смотрю в зеркало. Ну, здравствуй, новый день! Надеюсь, что хотя бы ты подкинешь мне какие‑то ответы, а не только новые вопросы.

Улыбаюсь себе, вскидываю подбородок и выхожу из ванной. Глаз бросается на яркое пятно в этом чёрном королевстве мрака и безразличия – мой блокнот. Он лежит на тумбочке, словно маленький маячок, напоминающий: «Ты не одна. У тебя есть место, где можно спрятать свои мысли».

Почему‑то кажется, что ни в коем случае нельзя оставлять его вот так, беззащитным. Беру его с тумбочки и бережно кладу под подушку. Чувство небольшой защищённости своих мыслей от чужих посягательств немного успокаивает. Это мой тайный уголок, моё убежище, где я могу быть честной с самой собой.

Выхожу на кухню. Всё как всегда: завтрак уже готов, кофе сварен, две дольки лимона ожидают меня на привычном месте. Атмосфера почти домашняя – если бы не напряжённая тишина, которая витает между мной и Риком.

– Доброе утро, – говорю тихо, почти шёпотом.

– Доброе утро, – отвечает Рик в меру сдержанно.

Я как будто слышу чуть меньше равнодушия в его тоне. Удивительно. Поднимаю на него внимательный взгляд – в остальном всё без изменений. Размеренно, чётко, без лишних движений. Хотя я чувствую, что заинтересованный взгляд проходит по мне всё чаще. Он словно пытается что‑то разглядеть, понять, но не решается сказать вслух.

Быстро расправляемся с завтраком, и я обращаю внимание, что в этот раз Рик остаётся с ноутбуком прямо здесь, за столом. Это значит, что у меня есть отличная возможность наконец‑то выйти на террасу и посмотреть на простирающийся под нами мир с высоты 45 этажа! А заодно побыть наедине с собой.

Спешу осуществить свои планы. Иду, не оборачиваясь. Хочу поскорее глотнуть свежего воздуха. Находиться с Риком в одном помещении становится всё сложнее. Столько недоговорок и секретов. При этом меня не покидают мысли о нём в одном полотенце и какая‑то нездоровая тяга, с которой я ничего не могу поделать. Она живёт где‑то внутри, как тихий шёпот, который невозможно заглушить.

Подхожу к панорамному окну, которое по совместительству является и дверью. Тяну за ручку – и меня резко обдаёт прохладным ветром. Ощущение, будто кто-то снаружи зовёт меня, шепчет: «Иди, посмотри, как прекрасен этот мир». Но я понимаю, что в одном платье долго здесь не протяну. Все-таки я не демон, который надевает куртку «чтобы не смущать окружающих». Невольно ловлю себя на мысли, что мне хотелось бы прикоснуться к его телу, проверить, правда ли он настолько горяч.

Нет, не нужно сейчас этих мыслей.

Разворачиваюсь и быстро пробегаю через холл, беру куртку и возвращаюсь на террасу. Она очень просторная и светлая – что удивительно, учитывая обстановку внутри квартиры. Здесь стоят два тёмно‑коричневых плетёных кресла и такой же столик. Недалеко от них – вьющееся дерево в горшке, неизвестное мне. Его листья шелестят на ветру, словно ведут тихий диалог с этим городом.

И пространство, много пространства. Оно обнимает меня, дарит ощущение свободы, которой так не хватает внутри этих стен. Не спеша подхожу к парапету и смотрю вниз: люди, как муравьи, маленькие, юркие, снуют туда‑сюда. Мир живёт, мерцает красками. Вокруг – такие же небоскрёбы, устремлённые ввысь, словно пытаются дотянуться до бескрайнего неба.

А чуть выше, практически на уровне со мной, проплывает облако – лёгкой дымкой развеваясь на ветру. Поднимаю руку, пытаясь до него достать. По‑детски улыбаюсь. В этот момент чувствую себя маленькой девочкой, которая верит, что может коснуться неба.

Невероятная красота, просто дух захватывает. Я беру кресло, пододвигаю его практически вплотную к парапету и сажусь. Закрываю глаза, вдыхаю полной грудью – воздух здесь другой, чище, свободнее. Слышу отдалённый гул города, шум ветра, шелест листьев. Это музыка, которую невозможно повторить, невозможно записать. Она существует только здесь и сейчас.

Не знаю, сколько проходит – десять минут или час. Время будто застывает. Есть только сейчас. Только этот момент. Только я и этот бескрайний мир, раскинувшийся под ногами.

Вскоре понимаю, что начинаю замерзать – всё‑таки на такой высоте заметно прохладнее. Нехотя возвращаюсь в холл. Рика нигде не видно, странно. Подхожу к кухонному островку, чтобы выпить тёплой воды.

Звук СМС на мобифоне Рика заставляет меня вздрогнуть. Он лежит на столешнице, и сбоку начинает мигать лампочка. Любопытство в груди разгорается быстро и стремительно. Оглядываюсь, прислушиваюсь – он не идёт. Сердце бьётся всё сильнее, дыхание перехватывает. Я словно воришка, честное слово. Но ничего не могу с собой поделать – любопытство берёт верх.

Быстро, пока не успела передумать, переворачиваю телефон. На экране – номер без имени и сообщение:«Ну что, сегодня как обычно в 00:00? Расслабимся… хохо» .

Внутри что‑то сжимается. Очевидно, что это не наша новая знакомая Мора. И, очевидно, что отношения ему в принципе не нужны. Только вот так – по расписанию: расслабиться и забыть до следующего раза, или до следующей первой встречной Моры. Даже имя не записал… Интересно, сколько у него таких – безымянных, «по расписанию»?

Кладу телефон на место и направляюсь в ванную. Хочется умыться холодной водой, смыть с себя это странное, колючее чувство. Что это? Ревность? Боже, какая же я дура! Кто он мне? Рик ясно дал понять: ему никто не нужен. Единственное, чего он хочет, – поскорее решить проблему со мной. Со мной – потерявшей память, не знающей, куда пойти. Я – проблема для него.

Но глупое сердце… И этот его пьянящий запах – пачули и вишни…

Иду, утопая в неспокойных мыслях, и вдруг замечаю: в ванной горит свет. Слышны странные хлюпающие звуки. Потом – рык, резкий возглас: «Агрх!» – и сильный удар об стену.

Я застываю столбом, не в силах пошевелиться. Что это было?

Секунды тянутся вечно.

Резким движением дверь распахивается. На пороге – Рик. Взъерошенный, с яростно пылающими янтарными глазами. Его грудь поднимается и опускается так резко, что кажется, сердце вот‑вот вырвется наружу. Чёрная футболка натянута до предела, будто готова лопнуть. Дыхание прерывистое, зрачки расширены. В глазах – неистовый, неудержимый огонь.

– Что ты делаешь здесь под дверью? Подслушиваешь? – его голос вибрирует от злости, почти рычит.

– Я в спальне, которую ты мне любезно предоставил! – первое, что приходит в голову. Зачем вру – сама не понимаю. Ну шла я в ванну умыться, что здесь такого? Но раз уж начала – нужно продолжать. – Услышала, что ты ругаешься, потом будто что‑то упало… – хотя я точно знаю: это был удар кулаком об стену, но сейчас лучше не затрагивать это. – Думала спросить, может, что‑то случилось и нужна помощь, – виновато опускаю глаза.

Стыдно, хотя сама не могу понять, из‑за чего. Его аура давит и одновременно обволакивает.

– О, да. Мне нужна помощь, – бросает он и делает шаг в мою сторону.

Не успеваю опомниться: одним рывком Рик сгребает меня, разворачивает и прижимает к стене. Смотрит, как хищник на добычу. Не сводит взгляда, не моргает. Только грудь поднимается всё сильнее, вдавливая меня в стену. Его дыхание обжигает, словно пламя. Воздух вокруг вибрирует. Несколько секунд – но кажется, прошла целая вечность.

И Рик целует меня.

Это не поцелуй – это шторм. Нет, торнадо, сметающее всё на своём пути!

Он сминает мои губы так яростно, что я забываю, как дышать. Воздух выходит из лёгких, но не может найти путь обратно. Его язык врывается неожиданно, уверенно изучает каждый сантиметр. Руки блуждают по телу: талия, живот, грудь. Он сминает её сильно, теребит внезапно затвердевшие соски.

Нет, это не мужчина – настоящий ураган!

Я слышу, как он жадно вдыхает наш общий запах. Всё смешивается, в голове – ни одной мысли, кроме него. Он заполняет всё моё сознание – так горячо и неистово.

Хватаюсь за его плечи – как за единственную точку опоры.

Только я привыкаю к новым ощущениям, как он опускает руки на мои бёдра, резким движением прижимая ещё ближе. Я чувствую его возбуждение, его твёрдость. Не успеваю осознать эту мысль – он приподнимает меня. Инстинктивно обвиваю ногами его талию, чтобы не упасть, чтобы ощутить опору.

На секунду он прекращает поцелуй – на губах появляется одобрительная ухмылка. А затем он снова врывается в мой рот – ещё увереннее, настойчивее.

Одной рукой держит мои бёдра, другой уже расстёгивает ширинку.

Всё происходит стремительно. Не успеваю опомниться – его рука оказывается там, где я уже вся намокла, только сейчас осознав это. Мимолётная ухмылка, утробный звук, похожий на рык.

Быстрым движением отодвигает мои влажные кружевные трусики – и тут же входит.

Воздух выбивает из лёгких у нас обоих, с протяжным стоном.

Он берёт меня жёстко, вбивается всем телом, сразу набирая неистовый ритм.

У нас становится одно дыхание на двоих – тяжёлое, прерывистое, но единое.

Он сжимает мои бёдра двумя руками так сильно, что завтра точно останутся синяки. Его язык властвует в моём рту, а сам он вбивается резкими рывками.

Это на грани боли и за гранью наслаждения. Мои стоны разлетаются по квартире – я не узнаю свой голос. Рик рычит, как дикий зверь, снова и снова наполняя и забирая меня без остатка.

Внезапный разряд прошибает всё тело – от макушки до кончиков пальцев. Я отрываюсь от его губ, закидываю голову назад и кричу. Боже, как же хорошо!

Рик не останавливается, растягивает моё удовольствие. И через несколько бесконечных секунд его движения становятся хаотичными, прерывистыми. Он застывает – и со стоном я чувствую, как он пульсирует, а внутри меня растекается что‑то горячее.

Мы застыли. Слышно только наше прерывистое дыхание и биение сердец в такт.

Он опускает голову на моё плечо. Я всё так же смотрю в потолок, пытаюсь собрать пазл из мыслей. Ничего не получается.

Не отрываясь от моей шеи, он медленно выходит, оставляя пустоту. Отпускает мои бёдра – я встаю на пол, ноги дрожат от перенапряжения. Если бы не стена и его горячие руки, всё ещё придерживающие меня, – точно бы упала.

Потом он резко отворачивается, даже не взглянув мне в глаза. Быстрым движением застёгивает ширинку и выходит из спальни, не оборачиваясь.

Стою в тишине, прерывисто дышу. Почему он так себя ведёт? Что это вообще было?

Спустя какое‑то время слышу звук захлопнувшейся двери. Он просто ушёл.

На негнущихся ногах прохожу в холл – вижу: забрал мобифон, куртку и испарился.

Наверное, пошёл по своему расписанию – продолжать «расслабляться». В сердце что‑то колет. Снова распускается чёрный цветок ревности, перекрывая даже тот экстаз, что я только что почувствовала.

По щекам текут горячие слёзы обиды и непонимания. Я даже не заметила, как они пошли.

Что. Это. Было.

И вдруг волной меня окатывает мысль: крови и боли нет. Я не девственница! Значит, у меня есть – или был – кто‑то близкий. Парень? Мужчина? Мысли о том, что я могла быть распутной, со множеством мужчин, отбрасываю сразу.

Он меня ищет? Волнуется?

Или мы расстались перед тем, как всё это случилось?

Новые вопросы – и снова ни одного ответа. Боже, как же это выводит из себя! Вспомнить бы хоть что‑то! Хоть частичку себя!

Но ни‑че‑го. Ни обрывков, ни образов. Почему?

А теперь ещё и этот наш с Риком горячий порыв, который не смоет никакой душ или прохладный пронизывающий ветер. Его взгляд, словно раскалённая игла, до сих пор пронзает меня изнутри, оставляя невидимые, но жгучие следы. Как теперь себя вести с ним? Делать вид, что ничего не было? Или, напротив, попытаться разгадать, что скрывается за этой внезапной вспышкой?

Вспоминаю его дыхание, прерывистое и горячее, его руки, твёрдые и одновременно трепетные… И тут же резко отгоняю эти мысли – нельзя, нельзя поддаваться. Но тело помнит. Помнит то мгновение, когда время остановилось, а мир сузился до размеров его взгляда, до биения его сердца, которое я словно чувствовала сквозь собственную кожу.

Боже, как же это было хорошо… Как будто впервые с момента, как пробудилась здесь, я ощутила себя живой, настоящей, не потерянной в этом странном, чужом мире. Как будто на миг я нашла то, что искала, сама не зная, что именно.

Возвращаюсь в спальню и ложусь на кровать, прикрывая глаза. В темноте перед внутренним взором вспыхивают обрывки: его ресницы, дрогнувшие в последний момент, его губы, чуть приоткрытые, его пальцы, сжимающие мою талию, мои бедра, мою грудь.

Уже ничего не изменить, пусть всё идёт своим чередом. Я больше не буду гоняться за ответами, не буду пытаться разложить по полочкам то, что не поддаётся логике. Пусть будет, как будет. Пусть этот момент останется со мной – не как ошибка, не как случайность, а как искра, которая, возможно, однажды разгорится в пламя. Или тихо угаснет, оставив после себя лишь тёплый след в памяти.

Закрываю лицо руками, глубоко вдыхаю. В груди – странная смесь страха и восторга, растерянности и тихой, почти невесомой радости. Я не знаю, что ждёт нас завтра, но сегодня я позволила себе почувствовать. И это уже немало.

Глава 9. Дубовый рай

Глава 9. Дубовый рай

Рик.

Хлопаю дверью и выхожу – куда глаза глядят. Лишь бы прочь от неё, от этого цветочно-свежего запаха фиалки с ментолом, от её растерянного взгляда, от тепла её кожи под моими пальцами.

Что на меня нашло? Эта девчонка сводит с ума. От одной мысли о ней в штанах каменеет, а в голове – туман. Теперь я просто не могу не думать о ней. Снова и снова прокручиваю в памяти её стоны, дрожь её тела, то, как она вцепилась в мои плечи, будто в последнюю опору в этом мире.

Нельзя. Нельзя привязываться. Нельзя допускать этих мыслей.

Связь демонов и ангелов – даже падших – под строжайшим запретом. Это не просто правило – это закон, за нарушение которого платят кровью. Но она… Она не похожа ни на кого. В ней есть ангельский шлейф – тонкий, едва уловимый, но точно есть. Только вот крыльев нет. А когда лишают крыльев, теряется сила, но не память. А у неё память пропала, но сила – я чувствую – осталась.

Что, чёрт возьми, с ней произошло?

И зачем я оставил её при себе? Оправдывал себя тем, что через неё получится выйти на тех, кто меня подставил. Но объективно – какой толк от девчонки, у которой напрочь отшибло память? О чём я думал, когда впускал её в свой дом, в свою жизнь?

Шагаю, не замечая улиц, пока не оказываюсь перед своим баром – «Дубовый рай». Ирония судьбы – точно чёрт дёрнул дать такое название. Подхожу к массивной резной двери из темного дуба. Толкнув её, впускаю в себя привычный запах: дерево, чеснок, хмель. Здесь я обычно провожу всё своё время. А сейчас меня не было три дня. Работники, наверное, уже решили, что я заболел или того хуже.

Подхожу к стойке, киваю новому бармену.

– Чёрный кофе, и покрепче.

Он кивает в ответ и быстро принимается за дело. Как же его зовут? Совсем из головы вылетело. С этой девчонкой я точно с ума сойду. Чтобы я забыл имя хоть одного из своих сотрудников – за все последние 15 лет такого не было ни разу.

Но как же она соблазнительна. Эта чертовка. Пока она в моей квартире, даже подрочить нормально не получается – мысли путаются, перед глазами её практически обнажённое тело, под тонкой ночнушкой, прилипшей к влажному телу, её глаза, распахнутые от удивления. И как же некстати она оказалась сегодня на моём пути из ванной…

Нет. Никаких мыслей об этом. Остановись!

Достаю мобифон. Экран загорается, и я снова вижу то сообщение:«Ну что, сегодня как обычно в 00:00? Расслабимся… хохо» .

Кто это? Лика, Мира или кто‑то ещё? А, без разницы. Может, получится хоть немного забыться, перестать думать об Эви.

А ещё нужно найти этого грёбаного Морти. Подкинул заданьице – и пропал. Четыре дня ни слуху, ни духу. Не отвечает ни на звонки, ни на сообщения. Чёрт его подери.

Надо разузнать на улице. Этим и займусь сегодня. Может, получится найти информацию и об этой чертовке.

Потом встречусь с Мирой, Ликой или кто там ещё могла написать. Надо выбить из головы все мысли об Эви. Главное – не забыть ответить на сообщение, чтобы не заявилась ко мне домой. Достаточно будет моего кабинета за баром. Стол тут крепкий. Я еще, конечно, ни разу не использовал его для этих целей – но, какие времена, такие и решения проблемы. Хорошо, что на звукоизоляцию я не поскупился.

Тем временем передо мной ставят кофе. Чёрный, обжигающий, терпкий – идеальный. Аромат горьких зёрен проникает в сознание, словно якорь, цепляющий меня за реальность. Киваю. Признать перед подчинённым, что я забыл его имя – черта с два! Должен же кто‑нибудь его окликнуть рано или поздно. А пока нужно попытаться привести голову в порядок. Мысли разбегаются, как капли воды по полированному столу – надо собрать их воедино.

Сидеть на свету в самом центре зала – нет никакого желания. Так что я подзываю официантку Милли и прошу подготовить мой столик. Она кивает, берёт мою кружку, несколько сухих наставлений бармену – и мы направляемся в самый дальний угол моей обители. Этот столик всегда свободен для меня, даже если бар битком.

Здесь удобно, уединённо. Благодаря тому, что он находится в тени и на небольшой возвышенности, я могу наблюдать за всем, что происходит в зале: кто входит и выходит, а меня при этом практически не видно. Идеально, когда нужно подумать, но одному оставаться опасно для самого себя. Сажусь. Кофе уже тоже здесь.

Окидываю взглядом мой бар. На мой взгляд – здесь всё идеально. От деревянной светлой барной стойки, расположенной кругом в самом центре просторного зала, для шумных компаний или тех, кто пришел для новых знакомств. Здесь в том числе и я сам не раз знакомился с девушками, когда было настроение, до отдалённых столиков под окнами – они находятся чуть в тени, для тех, кто, как и я сейчас, хочет почувствовать ощущение уединения. Чёрные кожаные диванчики соседствуют со столами из тёмного дуба – такого же, каким обиты все стены.

Запах кожи и дерева – обожаю это сочетание. Оно успокаивает, обволакивает, напоминает: это моё пространство, мой мир, где каждая деталь продумана лично мной. Здесь жизнь течёт привычным ритмом – вереница людей, запахов, звон бокалов, шум разговоров. При этом нежелательным личностям путь сюда заказан, это все знают.

Неспешно попиваю кофе, оглядываю входящих девушек. Ещё несколько дней назад я бы уже вовсю флиртовал с одной из них. Почему сейчас этого делать совершенно не хочется? Конечно, я знаю ответ. Но нужно хотя бы постараться перебороть эту нездоровую тягу – она словно липкая паутина, оплетающая мысли, мешающая сосредоточиться.

Внимательно оглядываю барную стойку, замечаю миловидную стройную демоницу со светлыми волосами. Причина выбора очевидна, но это не важно. Одета в открытое черное платье, с глубоким вырезом как на груди, так и по спине – все практически напоказ. Причина, по которой она сюда пришла – очевидна. А мне другого и не нужно.

Уже собираюсь вставать, как взгляд падает на входную резную дубовую дверь – и там появляется она.

Вся раскрасневшаяся, губы надуты, в глазах – решимость и вызов. Злится. Только этого не хватало. И что же она здесь забыла? Нигде от этой чертовки спасенья нет.

Её появление – как удар гонга в тишине. Всё внутри сжимается, а потом распускается горячим пламенем. Я пытаюсь отвести взгляд, но не могу. Она словно магнит, притягивающий мои глаза, мои мысли, всё моё внимание. В ней есть что‑то, чего я не могу определить: то ли дерзость, то ли наивная отвага, то ли эта её способность быть везде – даже там, где её быть не должно.

Она одета в простые голубые джинсы и белую блузку, но есть одно но. Нижние пуговицы блузки расстегнуты и завязаны в узел, слегка обнажая живот.

Я делаю глоток кофе, пытаясь скрыть волнение. Горячий напиток обжигает язык, но не может заглушить странное чувство, которое она во мне пробуждает. Это не просто влечение – это что‑то глубже, темнее, опаснее. Что‑то, что я не хочу признавать, но что уже проникло в самые потаённые уголки души.

Она идёт по залу, не замечая меня, и я ловлю себя на том, что слежу за каждым её движением. Как она поправляет волосы, как хмурится, как сжимает кулаки. Всё это – словно танец, который я не могу разгадать, но от которого не в силах оторваться.

«Успокойся», – говорю себе. Но сердце бьётся чаще, а мысли путаются. Я знаю: если она подойдёт, если заговорит, теперь я точно потеряю контроль. И это напрягает меня больше всего.