Текст книги "После измены. Новая я! (СИ)"

Автор книги: Ива Ника

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Тру шею, раздумывая над этим. Слегка захмелевший мозг кричит мне “Все возможно!”. Но я понимаю, что нужно отложить эту мысль до завтра.

Через минут пятнадцать приносят наш заказ, и мы выпиваем еще одну бутылку красного вина. На большее я не соглашаюсь.

– Спасибо тебе за все, – говорю тихо, когда мы с Верой уже лежим в большой кровати.

Мне стало совсем хорошо и спокойно. Я немного пришла в норму, и теперь завтрашний день не выглядит таким уж страшным.

– Да пустяки, – отзывается Вера.

И мы засыпаем.

Утром меня будит громкий стук в дверь. Подлетаю на кровати. Голова гудит, во рту словно помойка.

Осматриваюсь по сторонам. Веры нигде не видно. Наверное, это именно она стучит – вышла и забыла ключ. Быстро натягиваю свое платье и иду к двери. Распахиваю ее, замирая с открытым ртом, когда с другой стороны вижу сотрудницу отеля в бордовом жилете и строгой черной юбке.

– Вы должны были освободить номер к одиннадцати, – строго произносит она. – А время уже 11:15. Мы пробовали вам дозвониться, но телефон не работает.

– Моя подруга… – удивленно хлопаю глазами, – она должна была меня разбудить, – оборачиваюсь через плечо, будто ожидаю, что Вера неожиданно появится сзади.

– Ваша подруга уже уехала, – девушка сужает глаза. – Так что прошу покинуть номер и оплатить вчерашний заказ. Все это можно сделать на ресепшене.

Как позже выяснилось, Вера не только не оплатила заказ, но еще и прихватила с собой все содержимое холодильника, халаты и… пять тысяч из моей сумочки.

Глава 5

– Где вы были?

Не успеваю войти в приемную, где работаю, как генеральный выходит из своего кабинета. Выглядит Игорь Аркадьевич, мягко говоря, недовольным. Брови сведены к переносице, отчего между ними залегла глубокая морщина. Губы сжаты в тонкую линию. Залысина, за счет которой генеральный выглядит старше своих сорока с небольшим лет, блестит в свете солнца, заливающего пространство из большого панорамного окна.

Генеральный сцепляет пальцы на выступающем животе, отчего короткие рукава белой рубашки натягиваются на полноватых руках, грозясь разойтись по швам. Игорь Аркадьевич гневно смотрит мне в глаза.

– Я все написала в сообщении, – выговариваю четко.

Понимаю, что время уже послеобеденное, но, к сожалению, мой просып, а потом проведенный час в полиции, изрядно задержали меня. В итоге после моего рассказа в отеле мы с администратором договорились, что я заплачу половину стоимости ужина, и на этом мы разошлись. Эту сумму я также указала в заявлении в полицию. Следователь с сочувствием смотрел на меня, пока я выводила ровные буквы. Он сказал, что шансов вернуть деньги мало, но они будут стараться. Увы, это все, на что я могу рассчитывать.

– Слишком уж надуманной выглядит причина, – Игорь Аркадьевич мотает головой, в то время, как я прохожу за высокий белоснежный ресепшн, кладу сумку на широкую столешницу и включаю компьютер.

Адреналин потихоньку начинает спадать, поэтому мое тело немного потряхивает. А еще я ничего не ела за сегодня, и вопрос, где жить, встает все острее. Паника пробирается сквозь нескончаемый поток мыслей, гоняемых в голове. Сегодня будет очень “веселый” день. Тяжело вздыхаю.

– Алина, вы меня слушаете? – строго спрашивает генеральный.

– Да, конечно, – тут же отзываюсь. – Прошу прощения, утро выдалось очень насыщенным. И еще раз приношу свои извинения за опоздания, – мгновение мнусь, переступая с ноги на ногу. – Честно говоря, – все-таки решаюсь, – у меня будет к вам одна просьба, – поднимаю на Игоря Аркадьевича затравленный взгляд, смотрю ему прямо в голубые близко посаженные глаза.

– Та-а-ак, – удивленно тянет генеральный. – Ну, пойдемте в мой кабинет, – он кивает на двустворчатую бежевую дверь, одна половина которой открыта.

– Хорошо, – виновато поджимаю губы.

Чувствую, как щеки начинают гореть от стыда. Смущение сдавливает горло, но я сжимаю руки в кулаки и решительно захожу внутрь кабинета. Генеральный заходит следом. Дверь с тихим хлопком закрывается за ним.

– Давай, рассказывай, что там у тебя за просьба, – Игорь Аркадьевич направляется к своему массивному столу из красного дерева, грузно усаживается в большое кожаное кресло и складывает руки на столе.

Бросаю быстрый взгляд на два мягких стула, стоящих перед столом, мгновение раздумываю, но все-таки остаюсь стоять. Делаю пару шагов вперед, молочно-красный ковер в самом центре помещения заглушает мои шаги. Сжимаюсь от ощущения, словно шкаф за моей спиной, будто конвоир, следит за моим движением, готовый в любой момент придавить меня. Бежевые стены кабинета давят.

«Это все от волнения!» – мысленно успокаиваю себя.

– Так получилось, что мне нужны деньги, – выпаливаю на одном дыхании, заламываю руки перед собой.

Слишком неудобная просьба заставляет лицо буквально пылать.

– Но вы же только недавно получили зарплату, – генеральный удивленно вскидывает брови.

– Да, вот только… – судорожно подбираю корректные слова, но ничего не приходит на ум. Как не стараюсь придумать причину, все кажется глупым… даже дурацким. – В общем, я ушла от мужа, и большая часть денег осталась у него. Он не хочет их отдавать, а мне негде жить… – еле останавливаю себя, понимая, что уже наболтала лишнего. – Простите, – закусываю губы.

Хочется закрыть лицо руками, поэтому опускаю их по швам. Да уж… вот опозорилась. Но с другой стороны, я уже почти два года работаю в этой компании, и сейчас впервые обратилась за помощью. Возможно, Игорь Аркадьевич поймет меня и пойдет мне навстречу.

– Ничего себе, – генеральный откидывается на спинку кресла, внимательно смотрит на меня. – И сколько денег вам нужно?

– Аванса будет достаточно, – выдыхаю.

Робкая надежда загорается в груди. Возможно, мне повезет… должно же хоть в чем-то.

– Ага, – директор кивает сам себе. – Какая щепетильная ситуация, – задумчиво произносит он. – Все-таки вот так выплачивать заранее деньги сотруднику, который может подвести, как сегодня… опасно, – он трет подбородок. – Вдруг вы совсем перестанете работать, а у компании сейчас затруднительное положение.

– Но это же был первый раз, – вскидываю глаза на задумчивое лицо генерального. – До этого я не давала поводов для сомнений.

– Тоже верно, – Игорь Аркадьевич начинает жевать нижнюю губу. – Но все с чего-то начинается. Надо подумать. Давайте, я возьму паузу до вечера, и после окончания рабочего дня озвучу решение. А пока вы можете быть свободны.

Распахиваю рот, чтобы добавить что-нибудь в свое оправдание, но тут же захлопываю его, понимая, как жалко это будет выглядеть. Поэтому только киваю, благодарю и удаляюсь на свое рабочее место.

До конца дня Игорь Аркадьевич не выходит из кабинета, потому что на три часа у него были назначены переговоры, которые, видимо, продлились до вечера. За это время я до невозможности извожу мыслями о том, что он мне ответит. Но чтобы не терять день впустую, нахожу недалеко от работы небольшой мотель с более-менее приемлемой ценой. Увы, у меня сейчас нет денег даже на съем комнаты в квартире, потому что везде требуется двойная плата – за первый месяц плюс задаток.

Когда мне уже кажется, что Игорь Аркадьевич забыл про меня, рабочий телефон отзывается пиликаньем. Резко поднимаю трубку.

– Можешь заходить, – спокойный голос генерального звучит из динамика.

– Бегу, – тут же бросаю трубку и вскакиваю с места.

Без стука вхожу в кабинет, где горит только лампа над столом Игоря Аркадьевича. Табун мурашек разбегается по телу от непонятного мне давящего предчувствия. Но это, скорее всего, мое нервное перенапряжение. Я себя окончательно довела.

– Что ж… – генеральный выходит из-за стола, встает напротив меня, при этом опирается бедрами на столешницу. – Ну и задачку вы мне задали, – он складывает руки на груди, внимательно смотрит на меня, отчего волоски на моих предплечьях поднимаются дыбом. Это не к добру… или я уже утрирую?! – Я подумал и решил, что все-таки давать деньги за счет компании – это слишком рискованно…

Внутри все падает от его заявления. Черт! Тяжело вздыхаю. Нужно придумать что-то еще… Но что?

– Не переживайте, – уже более мягко продолжает генеральный. – У меня для вас есть другой выход из ситуации, – он отталкивается от стола и направляется в мою сторону.

Когда Игорь Аркадьевич подходит совсем близко, то кажется, будто он нависает надо мной, кривовато улыбаясь. Мне хочется отстраниться от него, но я сдерживаю себя, потому что это будет выглядеть очень неуважительно с моей стороны, а я не в том положении, чтобы проявлять хоть какие-то лишние эмоции.

– Итак, Алина, – генеральный наклоняется чуть ниже. – Как ты смотришь на то, чтобы отказать мне некоторый ряд интимных услуг, скажем так, тысяч на сорок? Если что, я уже посмотрел прейскурант.

Глава 6

– Какой прейскурант? – нелепо спрашиваю я, хотя догадываюсь, о чем речь.

Противные мурашки бегут по коже от сального взгляда генерального, скользящего по мне.

– Чего ты на меня смотришь, будто я тебя вагоны заставляю разгружать? – усмехается Игорь Аркадьевич. – Поверь, тебе тоже будет приятно. Я хорош. А если мне понравится, так, может, и премии начнешь получать.

Он тянется рукой к моей щеке, но я резко отступаю. Это получается больше непроизвольно. Тошнота подступает к горлу, губы стягивает резко возникшая сухость.

– Как вы смеете такое мне предлагать? – тихо выдыхаю. Голос подводит меня. Прокашливаюсь.

– Какое? – слова Игоря Аркадьевича звучат мягко, будто он разговаривает с умственно-отсталой. – Алина, ну ты же уже не девочка, должна понимать, как мир устроен. Неужели думаешь, что деньги растут на деревьях? Нет, их нужно заслужить. Я даже позволю тебе выбрать, как ты это будешь делать – на коленях или на столе.

Закрываю рот рукой, ловя вылетевший резкий выдох. Даже от слов Ромы я не чувствовала себя настолько вывалянный в грязи… как сейчас. Мне тошно дышать одним воздухом с генеральным. Кажется, будто от него смердит. Как же я ошибалась в этом человеке… в еще одном!

– Алина, давай на чистоту, – Игорь Аркадьевич вздыхает. – Тебе уже не двадцать один. Да и куда тебя возьмут без образования? Кассиром в Пятерочку? Тебе нужна эта работа, в то время, как тебя легко можно заменить на более молодую и… качественную, – он делает шаг ко мне. – Я пытаюсь тебе помочь, но ты сама не даешь мне этого сделать.

– Как? Предлагая вам… сделать минет? – от шока не контролирую себя.

Я думала, такое бывает только в фильмах. Кончики пальцев холодеют от осознания, что я сама своей просьбой подписала себе приговор. Если я не соглашусь, то мне придется уволиться. Наверняка, меня вынудят. А если соглашусь… нет, такого “если” точно не будет! От омерзения сводит желудок.

– Чего же ты так грубо? – Игорь Аркадьевич морщится, будто увидел жабу перед собой. – Ты же девушка. Вам нельзя позволять себе таких… вульгарных высказываний.

– А вам можно позволять себе такие вульгарные предложения? – цежу сквозь зубы. Нужно убираться отсюда как можно быстрее.

– Это начинает меня утомлять, – генеральный трет переносицу. – Я не думал, что с тобой будет настолько… сложно. Пойми, ты всего лишь штатная единица, – он снова смотрит на меня. – И твои ломания вынуждают меня пойти на определенные меры.

– Какие например? – дергаю уголком губ.

– Например, завтра же тебя уволят по статье, – Игорь Аркадьевич все еще сохраняет спокойствие, но его взгляд становится чуть жестче.

Видимо, он все продумал, потому что жмет на меня очень четко, зная, куда давить. Мне нужна эта работа, но не такой ценой. Гордость куда важнее.

– Я четко выполняю свои обязанности, – шире распахиваю глаза. – Так что трудовая инспекция заинтересуется таким увольнением.

“Зачем я лезу в бутылку?!” – мысленно хлопаю себя по лбу.

Нужно было попробовать хоть как-то решить конфликт, а я все только усугубляю. Глупая! Какая же я глупая!

– Ты отсутствовала сегодня более четырех часов подряд, – Игорь Аркадьевич пожимает плечами.

– Но у меня была уважительная причина, – изумленно вскрываю.

– Заявление в полицию можно было написать и в нерабочее время, – генеральный ухмыляется. – Так что давай, иди в трудовую. И потом тебя точно никто не возьмет на работу из-за склочности. Кому нужны такие… скандальные сотрудники? – он медленно мотает головой. – Алина, ты сама себе роешь яму. Такая хорошенькая, и такая тупенькая. Ты лучше молчи.

Давлюсь воздухом. Это надо заканчивать, поэтому отступаю к двери. Я в тупике, и сейчас, находясь под давлением Игоря Аркадьевича, ничего стоящего не идет в голову. Правильно говорят, беда не приходит одна. Мои же беды наслаиваются друг на друга, словно снежный ком, который вот-вот снесет меня.

– Куда ты? – генеральный перехватывает меня за руку. – Если ты думаешь, что мне нравится, когда девушки ломаются, то нет, ты ошибаешься. Я люблю более решительных, так что не стоит набивать себе цену.

– Отпустите, – тяну на себя руку. – Я хочу уйти.

Игорь Аркадьевич замирает, всматривается мне в глаза. Я почти жду, что он дернет меня в свою сторону, как он сам делает шаг ко мне.

– Если ты выйдешь за эту дверь, не дав мне ответа, то завтра можешь на работу не приходить, – тихо произносит генеральный, проводя рукой по моим волосам. – Мое терпение лопнуло. Чтобы какая-то недоучка воротила от меня нос… такого я не позволю! – цедит он. – Итак, Алина, что ты мне скажешь?

Его горячее дыхание обжигает мой лоб. Мне приходится приподнять голову, чтобы смотреть Игорю Аркадьевичу в глаза. Сердце бешено бьется о ребра, пульсацией разносясь по телу. Не нужно было обращаться с просьбой. Я допустила огромную ошибку… еще одну.

Чувствую себя загнанной в угол. Может ли быть еще хуже? На мгновение проскальзывает предательская мысль согласиться. Но стыд тут же перекрывает ее. Какой бред! Я что, на помойке себя нашла?!

– Я скажу вам “нет”, – нахожу в себе силы выдавить ответ.

– Ты уверена? – Игорь Аркадьевич наклоняется ниже.

– Абсолютно, – киваю.

– Ну что ж… – он тут же отпускает меня, отходит в сторону. Достает платок из кармана брюк и демонстративно вытирает руку, которой только что до меня дотрагивался.

Очередной оскорбительный жест бьет по самолюбие, от которого итак остались одни ошметки.

– Тогда можешь быть свободна, – генеральный пожимает плечами. – Мне было приятно с тобой работать. Трудовую заберешь завтра в отделе кадров.

– Но… – дергаюсь в его сторону.

– Разговор окончен, – он указывает подбородком на дверь. – Ты упустила свой шанс.

Мне столько всего хочется высказать Игорю Аркадьевичу, но я понимаю, что это бесполезно, поэтому поджимаю губы и стремительно выхожу из кабинета. Хватаю свою сумку, грязную кружку, из которой пила кофе, и на этом все – больше моих личных вещей здесь нет.

Когда выбегаю на улицу, то даже не замечаю, куда иду. Мысли путаются, не могу уцепиться ни за одну из них. Хочется выть. Просто упасть на колени и выть. Но я продолжаю бежать куда глядят глаза.

Внезапная вибрация телефона заставляет остановиться. Достаю гаджет. На экране высвечивается сообщение от Ромы. Предательская надежда вспыхивает в груди. Нет, я не планирую к нему возвращаться, но возможно муж осознал свою ошибку и хочет вернуть мне хотя бы деньги.

Открываю сообщение и внимательно вчитываюсь в ровные буквы.

“Пришла квитанция на квартиру. Почему ты ее не оплатила? Что с ней теперь делать?”

Истеричный смех разрывает грудную клетку.

Глава 7

Лежа в темноте в маленькой комнатушке на неудобной подушке, ворочаюсь с боку на бок. Время уже давно перевалило за два часа ночи, а я все никак не могу уснуть. В голову лезут разные мысли на тему “а что, если бы…”.

А что, если бы я не попросила выплатить мне денег пораньше…

А что, если бы я не дала пощечину Роме…

А что, если бы я прошла в комнату к папе и поговорила с ним…

Но главный вопрос звучит громче остальных. “А что, если бы я все-таки доучилась?”

– Боже! – тихо стону, закрывая лицо руками. – Почему все так сложно? И что мне теперь делать?

Вечером я разослала резюме по всем вакансиям, на какие только наткнулась. Мне остается только ждать ответа и надеяться на лучшее. И теперь, когда у меня появилось свободное время, я поняла, что очень о многом жалею в своей жизни. Я настолько любила Рому, что не замечала его недостатков. А звоночки были. Он часто задерживался на работе, всегда клал телефон экраном вниз, да и вообще не позволял в него заглядывать, потому что там приходили сообщения от студентов, а это строго конфиденциально. И я верила… как дура верила ему. А теперь понимаю, что зря. Рома пользовался мной как рабыней. По сути я ей и была.

Даже его сообщение про оплату квартиры, которое я со спокойной душой удалили, говорит о многом.

Переворачиваюсь на другой бок. Засыпаю только под утро. Всю ночь мне снятся кошмары, а когда просыпаюсь, все тело ломит от неудобного жесткого матраса, под которым чувствуются доски кровати. Но хуже всего, что я не знаю, как быть дальше.

Апатия – полная и безоговорочная, затапливает меня.

“Если бы у меня было высшее образование…” – эта мысль в очередной раз опаляет сознание.

И вдруг в голове вспыхивает план. А почему бы и нет! Резво откидываю одеяло и быстро надеваю платье, которое ношу уже третий день. Благо, я вчера прикупила пару комплектов нижнего белья.

Мне нужно пятнадцать минут, чтобы собраться и сдать номер, а потом еще пятьдесят, чтобы доехать до института, где я раньше училась. Длинное пятиэтажное здание раскинулось в две разные стороны, будто обнимая площадь с фонтаном перед ним. Большие окна отражают солнечные лучи, откидывая их на случайных прохожих. Вокруг одна молодежь – сейчас август, а значит во всю идет поступление. Шум голосов и машин заполняет все пространство. Вдыхаю сладковатый аромат растущих на клумбах цветов.

Как же я соскучилась по ощущению студенческой жизни. Мне ее не хватало. Я мечтала о том, что окончу учебу, получу диплом, найду престижную работу, и каждый год мы с однокурсниками будем устраивать встречи, чтобы поделиться историями из жизни. А теперь вот моя жизнь… бестолковая и никому не нужная.

Тяжело вздыхаю и через открытые массивные деревянные двери шагаю внутрь здания. В холле оказывается прохладно. Мягко ступаю по мраморному полу. Осматриваюсь. Ничего не поменялось. Все те же высокие потолки с яркими лампами, бежевые стены. Доска объявлений и интересных фактов о ВУЗе прямо напротив входа. Цветы рядом с окнами.

– Вы что-то ищите? – а вот охранник, усатый дядечка в синей форме, новый. Его я раньше не видела.

– Не совсем, – осторожно улыбаюсь. – Я пришла в деканат Факультета мировой экономики и мировой политики, – сама не верю, что говорю это.

Мне кажется, что происходящее тоже все сон. Сейчас я проснусь, и ничего в моей жизни не поменялось – я все также лежу на нашем диване в зале, а Ромка давно уснул в кровати, так меня и не разбудив. Незаметно щипаю себя. Больно.

– А, так вам на третий этаж, – улыбается охранник.

Я это знаю, но все равно благодарно киваю и иду к лифтам. Серые створки распахиваются передо мной, стоит нажать на кнопку вызова. Когда доезжаю до нужного этажа и выхожу в коридор, то сразу врезаюсь взглядом в доску почета, на которой когда-то висела и моя фотография. А теперь здесь нет ни одного знакомого мне лица. Не задерживаюсь, поворачиваю налево и буквально сбегаю от грустных мыслей. Мне и без них сейчас тяжело.

Деканат встречает меня размерным клацаньем клавиш клавиатуры. Две девушки, сидящие в разных концах кабинета что-то быстро печатают.

– Прошу прощения, – подхожу к высокой стойке и встаю напротив одной из сотрудниц.

– Да? – на меня поворачивается миловидная брюнетка лет двадцати от силы. Она поправляет очки в черной оправе и внимательно смотрит на меня.

– Подскажите, пожалуйста, с кем я могу поговорить по поводу восстановления? – мнусь с ноги на ногу.

Щеки пылают краснотой от смущения. Почему-то мне дико стыдно, словно у меня на лбу написана причина моего отчисления.

– А какое отделение? – девушка склоняет голову к плечу, внимательно рассматривая меня.

– Очное, – пытаюсь выдавить улыбку.

– Так, давайте посмотрим, – девушка тут же отворачивается к компьютеру. – Назовите фамилию, имя и отчество.

– Дятлова Алина Игоревна, – четко выговариваю каждое слово.

Девушка, видимо, набирает мои данные, потом щелкает мышкой.

– Нет, такой не вижу, – строго произносит она.

– Точно, прошу прощения, – поздно вспоминаю, что так и не поменяла фамилию в документах в институте. – Клязьмина Алина Игоревна.

– А да, такая есть, – спустя минуту девушка кивает. Что-то изучает в компьютере. – Ой, – она ведет мышкой по экрану, а у меня почему-то замирает сердце. – Так у вас уже все, срок давности как раз в этом году истек. Восстановиться можно было в течение пяти лет с момента отчисления. Ваше время прошло в июне.

Эти слова звучат как приговор. У меня была маленькая надежда, но теперь и она испарилась. В груди больно колет.

– Жаль, – тихо выдыхаю.

– Да, теперь только заново поступать, – девушка грустно смотрит на меня.

– Ну что ж, – пожимаю плечами, а у самой внутри все стягивает от грусти. – Спасибо, что проверили, – киваю девушке и разворачиваюсь к двери, но не успеваю сделать и шага, как врезаюсь в заходящего в деканат человека.

– Простите, – искренне извиняюсь, поднимаю голову и резко отшатываюсь назад, когда натыкаюсь на стальной взгляд Ромы.

Черт! Как могло так не повезти?! Он работает в этом же вузе, но что муж забыл в деканате моего факультета?

– Любимый! – радостный голос раздается за спиной.

Меня буквально отпихивает вторая девушка, на которую до этого я не обращала внимание. Чужие светлые волосы хлещут меня по лицу.

Миловидная блондинка с большими сияющими голубыми глазами и губками бантиком нагло виснет на шее у моего мужа, ее хрупкие пальцы впиваются в его плечи. Легкий желтый сарафан в цветочек колышется вокруг ее стройных точеных ног, обнажая загорелую кожу бедер. Девушка встает на носочки, тянется к Роме, дотрагивается своими губами до его губ, а он не только не отталкивает ее, но и отвечает на поцелуй, при этом впиваясь в меня ледяным, полным презрения взглядом.

– Что-то… не так? – игриво спрашивает блондинка, едва отрываясь от Ромы, ее дыхание все еще смешивается с его.

Муж на мгновение замирает, его рот кривится в язвительной усмешке.

– Нет, детка, с тобой все… идеально, – он кладет руку на осиную талию девушки, притягивает свою спутницу еще ближе к себе, пальцы Ромы впиваются в ее бок. – Ладно, пошли, я голоден…

Муж широко распахивает дверь и выводит девушку в коридор, так и не сказав мне ни слова, словно мы незнакомые друг другу люди, а не муж и жена.