Текст книги "После измены. Новая я! (СИ)"

Автор книги: Ива Ника

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

Глава 8

Глубокий вдох режет легкие. Чувствую себя пустым местом. Такое ощущение, будто я лечу и вот-вот столкнусь с землей. Обидно, что этому человеку я отдала столько времени, а взамен…

– Знаете что? – задумчивый голос девушки, которая мне помогала, выводит меня из некоего оцепенения. – А сходите-ка к ректору.

Резко оборачиваюсь. Девушка встает с места, подходит к стойке и кладет на нее руки с противоположной от меня стороны.

– К ректору? – глухо переспрашиваю.

– Ну да, – брюнетка кивает. – Чем черт не шутит. Сейчас вряд ли у него кто-то есть, потому что обед. Так что попробуйте. Срок у вас всего на два месяце перевалил за пять лет, если учесть, что сначала вы были в академе. Так что именно это вас и может спасти. Я бы попробовала, – она ободряюще улыбается.

Моргаю, и… в груди снова вспыхивает надежда, губы сами собой растягиваются в нерешительную улыбку.

– Вы правы, – смотрю девушке в глаза. Мне кажется, она тоже хочет улыбнуться. – Нужно попробовать.

– Вот и прекрасно, – моя собеседница отталкивается ладонями от стойки и снова направляется к компьютеру.

Через пару минут оживает принтер, и оттуда выезжает несколько листов.

– Это отдадите ректору, чтобы он изучил, – девушка протягивает мне распечатки. – Он, конечно, серьезный, но вы не пугайтесь. В целом ректор справедливый. Думаю, он пойдет навстречу.

– Я помню его, – забираю листы. В голове вспыхивают воспоминания о Викторе Сергеевиче – седовласом пожилом мужчине с очень добрыми глазами и мягким успокаивающим голосом.

– Вряд ли… – неуверенно хмурится девушка, но я не обращаю на это внимания.

– Спасибо, – вкладываю в это слово всю свою благодарность.

Мне хочется обнять девушку и сказать, что она очень мне помогла, но вместе этого я лишь сдержанно прощаюсь и выхожу в коридор.

– Пятый этаж, – долетает до меня, пока дверь не успевает захлопнуться.

Ректорат находится в самом конце коридора. Это я очень хорошо помню. Мне много раз доводилось там бывать, я же была старостой и активисткой. Быстро иду через аудитории, из-за стеклянных окон, напоминающих аквариумы. Дохожу до массивных деревянных дверей, и уже через них попадаю будто в совершенно другой мир. Обычно здесь тихо и спокойно, но сейчас тишина буквально звенит… или это у меня от волнения звенит в ушах.

Мраморная белая плитка под ногами отражает мои ноги. С двух сторон на равном расстоянии понатыканы двери темно-коричневого насыщенного оттенка, что красиво констатирует с молочными стенами. На потолках висят люстры, разбрасывающие вокруг себя мягкий свет. И уже в самом конце находится еще она двустворчатая дверь, за ней расположена приемная.

Уверенно стучу в одну из створок и сразу же распахиваю ее. Взгляд натыкается на шоколадного цвета ресепшн, стоящий полукругом около стены. Напротив него из огромного окна льются лучи солнца и падают на большой кожаный диван. На низком журнальном столике перед ним лежат научные глянцевые журнал. Между дверью и ресепшеном примостился немного вялый фикус.

“Жарко, наверное,” – проносится в голове.

Осторожно прохожу внутрь и тихо прикрываю за собой дверь. В приемной никого нет. Какое-то мгновение топчусь на месте, но все-таки решаю подождать. Вдруг секретарша вышла в туалет, а я без нее прошмыгну к ректору. Получится не очень красиво, поэтому присаживаюсь на диван, утопая в нем.

Двигаюсь, удобно усаживаясь. Обивка скрипит подо мной. Обнаженная кожа под коленями немного прилипает, но это не страшно. Кладу голову на мягкую спинку. Солнце приятно согревает. Бессонная ночь дает о себе знать. Зеваю, прикрывая рот рукой. Всего на мгновение закрываю глаза и…

Видимо засыпаю, потому что в следующую секунду меня кто-то трясет за плечо. Нехотя раскрываю глаза и чуть не вскрикиваю от неожиданности. Передо мной возникает красивое мужское лицо. Русые волосы слегка спадают на высокий лоб незнакомца. Выразительные голубые глаза внимательно смотрят на меня, над ними нависают густые брови. Легкая небритость не скрывает четко очерченных скул мужчины и словно нарисованных ровных губ мужчины. На нем белая футболка-поло и джинсы.

Мужчине на вид немного за тридцать пять лет. Его можно назвать красивым, но все портит взгляд – холодный, даже безразличный.

– Вы сюда поспать пришли? – строго спрашивает незнакомец, отстраняясь, но не сильно. Он продолжает за мной наблюдать.

– Простите, – тру лицо руками. Тут же начинаю нервно осматриваться по сторонам. Тихо выдыхаю, когда вижу, что бумаги лежат рядом. Хватаю их. – Мне необходимо попасть к ректору, – сон как рукой снимает.

– По какому вопросу? – мужчины выпрямляется, поджимает губы.

Судя по тому, что он спрашивает об этом и никуда не двигается, наверное, это… секретарь? Почему-то моему еще не проснувшемуся мозгу этот вариант кажется самым приемлемым. Сдвигаю брови к переносице от раздумий. Встаю на ноги.

– Я хочу восстановиться, но так получилось, что мой срок истек в начале лета, и я пришла просить рассмотреть мой случай в индивидуальном порядке, – четко рапортую каждое слово.

– Надо же, – мужчина отходит к ресепшену, опирается на него спиной и складывает руки на груди, отчего широкие плечи напрягаются, вырисовывая четки линии мускул. – И почему вам должны пойти на встречу? – вопрос звучит с нажимом.

– А об этом я бы хотела поговорить с самим ректором, – склоняю голову набок.

Мужчина слегка прищуривается, а после хмыкает.

– Представим, что это репетиция, – строго произносит он. – Я не могу пропустить вас к ректору, если не буду уверен в вашей подготовке.

“Точно секретарь”, – цокаю про себя языком. – “И очень неприятный тип”, – у меня мороз бежит по коже от присутствия, и что-то смущает в словах мужчины. Мне кажется, будто он надо мной насмехается. Вот только я не намерена из-за него упускать своего шанса. Поэтому вздергиваю подбородок и расправляю плечи.

– Послушайте, я была хорошей студенткой, отличницей. Висела на доске почета, – сжимаю листы пальцами. – Участвовала во всех мероприятиях ВУЗа, была старостой.

– И променяли все это на замужество? – мужчина перебивает меня, вздергивая бровь.

– Что? Откуда…? – мямлю от недоумения.

– Кольцо, – он указывает глазами на мою правую руку.

Опускаю глаза, вспоминая, что все еще не сняла его. Точно! Простой золотой ободок все еще сжимает палец.

– Были обстоятельства, – произношу резче, чем нужно.

– Беременность? – голос мужчины становится еще тверже, хотя куда уж больше?!

– Не ваше дело! – получается немного пискляво. Но это точно те обстоятельства, которые его не касаются.

– Пока что я не увидел ни одной причины, по которой ректор должен пойти вам навстречу, – мужчина пожимает плечами. – Честно говоря, мне кажется, что вы и сами желаете, чтобы вам отказали. Так зачем вам занимать чье-то место?

Вопрос застает меня в тупик. Мне казалось, что у меня все на лице написано. Я хочу учиться! Хочу вернуть себя! Хочу, чтобы все вокруг перестали меня тыкать отсутствие высшего образования! Но сейчас, когда меня спросили об этом в лоб… опускаю глаза, не зная, что сказать. Как донести, что от этого буквально зависит мое будущее? Все слова кажутся бестолковыми, неубедительными.

– Вот, а вы говорите, – усмехается мужчина. – Ректора сегодня не будет, так что приходите завтра. За ночь придумайте что-то поинтереснее, чем “у меня комплекс отличницы” и “я хочу доказать папочке или мамочке, что чего-то стою в этой жизни”.

Поднимаю глаза на мужчину. На его лице блуждает насмешка. Он как и все остальные издевается надо мной. Становится дико обидно – он же даже не знает меня, но так уверенно рассуждает. Хмыкаю.

– И это мне говорит человек, который в свои тридцать пять сидит на должности секретаря! – яростно выпаливаю. – Вам ли говорить о стремлениях и желаниях. Так что научитесь проявлять хотя бы чуть больше уважения, может тогда и карьера в гору пойдет, – резко разворачиваюсь к двери, но через пару шагов торможу и кручусь обратно. Снова подхожу к мужчине. – Передайте, пожалуйста, это ректору. Завтра я у него буду, – пихаю листы ему в грудь, даже не заботясь, успеет он их поймать или нет. Пусть сам, если что, собирает.

Уже подхожу к двери, когда до меня долетает холодный голос.

– Ректор будет ждать вас к двенадцати. Не опаздывайте, он этого не любит.

От низкого тембра голоса мужчины мурашки бегут по коже, но я больше не оборачиваюсь, выхожу из приемной с гордо поднятой головой. Хотя бы это я могу себе позволить.

– Ну и дурак же! – бурчу себе под нос, пока иду по коридору.

Я настолько зла, что не замечаю, как кто-то подходит сзади, хватает меня за плечо, закрывает рот ладонью, а после толкает в ближайшую аудиторию. Больно прикладываюсь лопатками к стене, когда чужое тело нависает надо мной. От испуга дыхание напрочь сбивается.

– К ректору сбегала? – Рома рычит мне в лицо, сильно сжимая мои плечи. – Подгадить мне хочешь? Ты вообще понимаешь, на кого ты решила замахнуться?!

Глава 9

Лицо мужа искажается злобой, будто я не его жена, а какая-то грязная предательница.

– Что ты сказала ректору? – шипит он, выплевывая каждое слово. – Надеешься, что твои сопли кого-то волнуют? Ты реально думаешь, что это что-то изменит? И что я выберу тебя – жалкую, стремную, – вместо Даши? Ты же видела мою куколку, – муж холодно усмехается.

А у меня ком встает в горле.

«Так я из-за тебя стала такой!» – хочется закричать Роме в лицо, но вместо этого молча поджимаю губы.

– Даша – мое будущее, – Рома наклоняется ко мне почти вплотную. – А ты… ты ошибка, которую пора исправить.

Последние слова вонзаются холодной сталью мне в грудь. Ошибка – вот, кто я! Во рту чувствует горечь. Да, я для всех одна сплошная ошибка. Отвожу глаза в сторону.

– Нет, смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, – Рома крепко хватает меня за подбородок и поворачивает мою голову к себе. – Запомни одно, твои слова ничего не решат. Что бы ты ни растрезвонила Даша – дочка декана твоего бывшего факультета, а ее отец в свою очередь родственник ректора. Так что нам ничего не страшно!

– Вот как, – произношу тихо.

Становится гадко от Ромы. Смотрю на него и понимаю, какой же он мелочный, ничтожный. Нет, это не я его ошибка, а он моя! Большая, страшная, затянувшаяся. Во что же я там так сильно влюбилась? Чем больше всматриваюсь в мужа, тем больше не понимаю.

– Я здесь не по твою душу, – усмехаюсь тому, как взгляд Ромы становится недоверчивым. – Я решила восстановиться.

– Что? – раскатистый смех мужа чуть ли не оглушает. – Восстановиться? Ты? – его слова почему-то звучат оскорбительно. – А не старовата ли ты для этого? Посмотри на себя! Да это слишком глупо с твоей стороны.

Молча жду, пока Рома успокоится. Выпрямляюсь, чтобы казаться выше. Его реакция еще больше распыляет во мне желание доказать в первую очередь самой себе, что я еще чего-то стою в этой жизни. И пусть мне будет тяжело, я смогу добиться многого, чтобы утереть нос мужу.

– Глупо или нет, я все решила, – заявляю твердо.

– Так а к ректору зачем ходила? – Рома сужает глаза.

– Я же сказала, не бойся, до тебя мне нет никакого дела… кроме моих денег, которые ты мне задолжал, – пожимаю плечами.

– Ты хочешь, чтобы я реально посчитал, сколько задолжала мне ты? – с нажимом произносит Рома. – Алина, ты свои зубки мне не показывай. Теперь, раз ты серьезно решила восстановиться, я бы на твоем месте целовал пол, по которому я хожу. Иначе твоя жизнь в институте может стать очень непростой. Подумай об этом.

– Ты такой жалкий, – слова вырываются сами собой. Я не планировала их говорить, но и жалеть о них не собираюсь.

Шею обжигает холодные пальцы мужа. Крепкая хватка перекрывает кислород, но не сильно, видимо, Рома хочет меня напугать. С вызовом смотрю ему в глаза.

– Прошло всего ничего, как я тебя выгнал из дома, а ты уже распоясалась, – хмыкает он. – Следи за языком – это все, что я тебе скажу. И не превращайся из-за своей обиды в мстительную дрянь. Я все равно к тебе не вернусь. Тогда, может быть, наше существование в рамках института пройдет… спокойно, – напоследок он сжимает руку как можно сильнее, а после отпускает. – Скажи, ты же решила восстановиться, чтобы быть ближе ко мне? Я думал, у тебя больше гордости.

Хватаюсь за шею. Не могу сказать, что меня напугала угроза Ромы. Но я поняла, что многого о нем не знала… и не знаю, на что он способен. Поэтому пока я не восстановилась, решаю просто промолчать. Волнение сводит желудок, отзываясь тошнотой в горле. Лишь мотаю головой, глядя на мужа. Какой же он… противный.

– В любом случае, не попадайся мне на глаза, если не хочешь проблем, – Рома разворачивается ко мне боком. – И не смей кому-либо говорить, что нас что-то связывало, – он делает шаг к двери.

– Я подаю на развод, – бросаю ему в спину.

Рома на мгновение замирает, сжимает руки в кулаки.

– Тогда и кольцо верни, – он оборачивается ко мне через плечо. – Это же я его покупал.

– Да получай, – со всей силы стягиваю несчастный ободок и кидаю его в Рому.

Кольцо ударяется о плечо мужа и с тихим звяканьем падает на пол, открываясь под одну из парт.

– Подними и отдай нормально! – рычит Рома, разворачиваясь ко мне всем телом.

– Оно тебе нужно, не мне, – пожимаю плечами, складываю руки на груди. – Так что поднимай сам.

Да-да, я и так умею! На мгновение мои щеки теплеют от гордости, не отвожу глаз от Роминых, наполненных гневом.

– Ну что ж, – муж сжимает губы в тонкую линию, сводит брови к переносице, тихо хмыкает. – Ты еще пожалеешь о своем неуважении.

И снова я наблюдаю, как он разворачивается, выходит за дверь и быстро идет по коридору, скрываясь за стеной.

Только сейчас понимаю, насколько была напряжена все это время. Шумно выдыхаю, сгорбливаю плечи. Нахожу глазами тускло сверкающее на солнце кольцо. В голове проскальзывает мысль, что я могу заложить его. Вот только гордость не позволяет мне прикоснуться к атрибуту моей прошлой жизни, поэтому я тоже выхожу из аудитории, больше не обращая на кольцо никакого внимания. Возможно, это глупо, но я чувствую от этого облегчение, будто сбросила удавку с горла.

Но уже на улице начинаю жалеть о своем поступке – мне все еще некуда идти, в кармане осталось меньше двадцати тысяч. На резюме пока что никто не ответил, и в целом я не знаю, что мне делать дальше. Сажусь на лавочку перед фонтаном и смотрю на переливающуюся воду. Внутри разливается огромное чувство безнадеги. Закусываю губу, как вдруг телефон в руке настойчиво вибрирует. Смотрю на экран. Номер городской.

– Неужели, – надежда, словно спичка, вспыхивает в груди. Это по поводу работы. – Алло, – тут же воодушевленно отвечаю.

– Добрый день! – твердый мужской голос отзывается в трубке. – Вас беспокоит государственный инспектор труда Жарков Александр Степанович. На вас поступила жалоба с вашего бывшего места работы. Вам необходимо явиться в отделении для дачи показаний.

Дыхание тут же перехватывает. Недоуменно моргаю.

– И в чем меня обвиняют? – язык прилипает к небу от шока.

– В краже, – строго отвечает инспектор.

* * *

Дорогие мои,

приглашаю вас в еще одну свою непростую и очень эмоциональную новинку

Измена бывает разной

https:// /shrt/J8Qm

– У вас все серьезно? – слова даются с трудом.

– Хватит! Этими вопросами ты делаешь себе только хуже, – четко выговаривает Денис. – Сейчас главное, чтобы ты поправилась. Так что сначала приведем твое красивое личико в порядок, а потом обо всем поговорим.

– Я хочу развод, – шмыгаю носом.

– Ну какой тебе развод? – кажется, Денис усмехается. – Ты беспомощная мышка, за которой нужен уход. Так что смирись и поправляйся. Если тебе так будет проще, можешь представить в своей рыженькой головке, что никаких измен нет. Все равно ты их пока что не сможешь увидеть.

Книга живет здесь

https:// /shrt/l3Z6

Поддержите ее, пожалуйста. Буду очень благодарна!)))

С любовью, ваша Ива!)

Глава 10

В небольшом кабинете царит атмосфера официальности. Вся мебель выглядит слегка потрепанной. На стене висит календарь с видом гор, рядом с ним – огромный плакат с выдержками из Трудового кодекса, слегка пожелтевший по краям, и магнитная белая доска с графиком проверок.

Все это я изучаю, сидя на неудобном стуле для посетителей.

– Так, ну что ж… – инспектор внимательно смотрит на меня, сложив руки перед собой.

Нас разделяет массивный письменный стол, покрытый уже потертым лаком с бесчисленным количеством царапин. На нем стоит слегка повернутый боком монитор, на краю лежит стопка жалоб, в которой одна из них, наверняка, написана на меня.

Не могу смотреть в блеклые голубые глаза инспектора, поэтому перевожу взгляд на белую кружку с чаем, на которой большими цифрами выведено “23”, а ниже написано “февраля”.

“Мило,” – неуместная мысль проносится в голове.

Инспектор выпрямляется, отчего потрескавшийся обивка его кожаного офисного стула противно скрипит.

Я приехала в инспекцию сразу же после звонка. Меня встретил высокий, худощавый мужчина с осунувшимся лицом. Его волосы цвета соломы слегка кудрявятся, отчего он постоянно пытается их пригладить. Выглядит это немного… забавно что ли.

– На видео видно, как вы что-то кладете себе в сумку перед уходом, – инспектор поворачивает ко мне экран компьютера и выключает короткое видео из моего бывшего кабинета.

Внимательно всматриваюсь, как я, стоя за ресепшеном действительно что-то кладу к себе в сумку. Высокая стойка мешает увидеть, что именно. Сглатываю ком в горле. Тошнота от волнения становится сильнее. Хочется как можно быстрее выйти из этого кабинета, поэтому вцепляюсь пальцами в стул, удерживая себя на месте.

– Все верно, – произношу уверенно, облизываю пересохшие губы. – Я убирала свою кружку, которую забирала после увольнения.

– А ваш начальник утверждает, что вы забрали деньги из сейфа, который как раз стоит в том месте, – инспектор кладет передо мной фотографии моего рабочего места, где красуется тот самый сейф, находящийся до этого в шкафу за моей спиной. И вот незадача – денег там отродясь не было, о чем и сообщаю инспектору.

– Слушайте, – он устало трет переносицу. – У меня сейчас два варианта: либо я закрываю дело, либо перенаправляю его в полицию. Все зависит от вас.

Грустно хмыкаю, понимая, что от меня ничего не зависит. Но все равно собираю всю волю в кулак и рассказываю про домогательства шефа из-за моей просьбы и про мой отказ, ставший причиной увольнения. Показываю инспектору копию заявления в полицию, которое у меня приняли. Он тяжело вздыхает.

– Это получается, у вас и мотив есть, – инспектор говорит отстраненно. – Хоть месть, хоть нужда – выбирай любой.

– Прошу вас, поверьте мне, – мой голос дрожит. – Я же работала там два года. Ко мне не было никаких претензий. А тут…

Инспектор внимательно всматривается в меня, а после откидывается на спинку стула.

– Ладно, – мужчина взмахивает рукой. – Идите. Я закрою дело за неимением доказательств, но если вы еще раз попадетесь…

– Нет, – мотаю головой, тут же вскакивая со стула. Попа кажется вогнутой в другую сторону, насколько сиденье было неудобно. – Честное слово, нет. Спасибо! – облегченно улыбаюсь.

Вылетаю за дверь, на улице уже позволяю себе расслабиться. На радостях покупаю мороженное и с наслаждением его съедаю. Мне нужно хоть что-то, что может поднять мне настроение – сладостями это сделать проще всего.

Желудок ощутимо режет от упоминания еды. Кроме мороженного я сегодня ничего не ела. Кладу руку на живот, поглаживаю его, чтобы успокоить бурление. От голода немного подташнивает. Нужно зайти в магазин и подумать про ночлег.

Делаю пару шагов, как очередная вибрация телефона снова отвлекает меня от мыслей. Смотрю на экран в надежде, что хотя бы сейчас звонят по поводу работы. Но нет, это мама.

– Алло, – подношу телефон к уху.

– Привет, милая, как ты там? – мама тихо говорит в динамик.

– Все хорошо, у тебя как дела? – решаю не вешать на маму все мои проблемы, она и без того переживает за меня.

– Прости, – грустно вздыхает мама. – Папа так и не уступил.

– Ничего, – иного я и не ждала, поэтому даже не расстроилась.

– Но я поговорила с тетей Любой, – быстро произносит мама. – Она живет через три подъезда. У нее есть свободная комната. Ты можешь пожить какое-то время у нее. Она не против.

На мгновение задумываюсь, но почти сразу же отметаю эту мысль. Мне уже хватило ситуации с Верой, поэтому чужим людям доверять больше не хочется. Мало ли что. Тем более я знать не знаю эту тетю Любу. Деньги у меня пока что еще есть, так что как-нибудь продержусь. Должен же быть выход.

– Нет, мама, – закусываю щеку. – Я к ней не пойду.

– Но почему?

– Потому что я ее не знаю и не хочу рисковать, – произношу твердо. – Но спасибо, что побеспокоилась.

– Ох, дочка, зря ты так, – начинает причитать мама. – Она же хорошая женщина.

– Ага, – киваю самой себе. – Ладно, мне пора.

Сбрасываю вызов, потому что дальше разговор мог бы перерасти в нравоучения на тему «подумай как следует». И тогда мне бы пришлось все выложить мама, а этого делать точно не хочется.

На ночь я снова возвращаюсь в тот же мотель, где ночевала ранее. В ближайшем секонд-хенде покупаю достаточно симпатичное платье черного цвета в белую крупную ромашку по приемлемой цене. Не хочется, чтобы тот противный секретарь видел меня в одной и той же одежде. Жаль, что все вещи приходится носить с собой в сумке. Там собрался весь мой маленький гардероб.

Всю ночь не могу сомкнуть глаз, размышляя над тем, что лучше ответить на вопрос «Зачем мне нужно восстановление на учебу?» В конечном итоге, прихожу в выводу, что буду говорить правду. Так лучше всего. А там будь, что будет.

Когда на следующий день приезжаю в институт и поднимаюсь в ректорат, в приемной снова никого нет. Как ужаленная хожу туда-сюда, ожидая секретаря. Но он так и не появляется. Время уже поджимает, поэтому набираюсь смелости и сама стучусь в дверь, и после громкого «войдите» распахиваю тяжелую створку.

Низ живота сводит от переживания, руки, как и все тело, бьет сильная дрожь. Я настолько нервничаю, что не замечаю под ногами ковра, которого раньше не было. Носок балетки зацепляется за край. Я взмахиваю руками, будто собираюсь взлететь, но вместо этого падаю вперед на колени, свозя их. Сумка летит следом за мной на пол, вываливая содержимое. Но самое страшное то, что купленные недавно трусики в целлофановом пакете отлетаю четко под ноги стоящему передо мной мужчине.

– Надо же, – он медленно наклоняется и поднимает пакет. – Видимо больше никаких аргументов не нашлось? – задумчиво тянет.

Мои щеки пылают от смущения. Несмело поднимаю глаза и сталкиваюсь с внимательным взглядом… того самого секретаря.

– Ну что ж… – его губы изгибаются в наглой, почти хищной усмешке, а в глазах вспыхивает холодный, оценивающий огонь. Он делает медленный, нарочитый шаг вперед, и пространство между нами вдруг опасно сокращается. – Тогда вам нужно очень постараться… – голос низкий, с легкой хрипотцой, будто скользящий по коже, – …чтобы я не пожалел о потраченном на вас времени.

Еще шаг. Тень мужчины накрывает меня, и я бессознательно откидываю голову назад, чтобы встретиться с его взглядом.

– Приступайте, – приказывает он.