Текст книги "История Авиации 2004 02"

Автор книги: История авиации Журнал

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

В этом документе сообщается о пяти сбитых самолетов противника. Но на этот день, т. е. на 23 июля, на боевом счету Сафонова по документам учета числится только четыре самолета: «1 Хе-111, 1 Хш-126, 1 Ю-87 и 1 Ю-88». Нетрудно догадаться, что командование ВВС Северного флота, сбитый в группе 27 июня 1941 г. Hs126, приписало Сафонову как лично им сбитый. Таким образом, после пятого сбитого самолета, если воспользоваться общепринятым критерием, Борис Сафонов становится «заочно» летчиком-асом.

В действительности эту «планку» Борис Сафонов преодолел чуть позже – 25 июля 1941 г. В этот день, во время своего 46-го боевого вылета на отражение очередного налета на аэродром, Борис Сафонов одерживает свою пятую воздушную победу. Семь Ju88 из состава 5./KG30 в сопровождении Bf109 из 14./JG77 в первой половине дня совершили очередной налет на аэродром Ваенга. В момент налета над аэродромом как всегда барражировало звено И-1эбис, которое безрезультатно было атаковано вражескими истребителями. В воздух по тревоге поднялись четыре И-16 и три И-153. «Чайки» вступили в бой с «мессерами», а «ишаки» пустились вдогонку за «юнкерсами». Капитан Сафонов и лейтенант Виниченко настигли два вражеских бомбардировщика и атаковали их. Атакуемый Сафоновым Ju88 резко ушел вниз, и командир 4-й эскадрильи его потерял из виду. По докладу летчика, самолет противника предположительно упал в воду в районе Цып-Наволок. Ещё один сбитый Ju88 был записан на группу летчиков И-15бис.

Во второй половине дня на командный пункт 72-го САП поступило сообщение от береговых постов СНиС (Служба наблюдения и связи) о том, что в районе Цып-Наволок «кругами летают три Ю-88». По тревоге на перехват обнаруженных самолетов противника вылетело звено И-16 под командованием Сафонова. В указанном районе самолетов противника уже не было, но летчики заметили на поверхности воды масляную полосу шириной пять – шесть метров и длиной более 500 м. По всей вероятности, эта была своего рода «метка» места падения сбитого накануне Сафоновым вражеского бомбардировщика Ju88. Надо заметить, что в этот день после налета на аэродром Ваенга был потерян Ju88A-5 (сер. № 3387, борт, код 4D+IN) из 5./KG30, экипаж которого в составе унтер-офицеров Клауса Гартнера (Uffz. Klaus Gartner) и Георга Пиетрука (Uffz. Georg Pietruck), а также ефрейтеров Фридриха Крулла (Gef. Friedrich Krull) и Гельмута Хаеса (Gef. Helmut Haes) погиб.

На следующий день, то есть 26 июля 1941 г., уже на «законных» основаниях, командующий Северным флотом вице-адмирал Головко подписал наградной лист на присвоение командиру 4-й истребительной авиаэскадрильи 72-го САП капитану Сафонову звания Героя Советского Союза.

Согласно записям в «Журнале учета боевых вылетов 72-го САП», Борис Сафонов к этому времени совершил 48 боевых вылетов, из них: по тревоге на отражение и перехват самолетов противника – 26; на патрулирование – 6;

на отсечение истребителей противника от СБ – 5;

на воздушную разведку – 4;

прикрытие тральщиков – 1;

прикрытие И-153 – 1;

на поиск сбитых самолетов противника – 5;

Провел восемь воздушных боев 11*

[Закрыть]с бомбардировщиками противника и считался в составе ВВС Северного флота непревзойденным мастером воздушного боя. Но в действительности североморский ас не провел ни одного воздушного боя с истребителями противника в полном понимании этого слова!

10* Учитываются только те дни, когда Борис Сафонов вылетал на боевые задания.

11*Подсчитано по «Журналу учета боевых вылетов 72-го САП».

Военный фотокорреспондент Евгений Халдей фотографирует Бориса Сафонова у И-16 со знаменитой надписью на борту «За Сталина!». В действительности североморский ас не летал на этом самолете. Удалось также установить, что этот И-16 зав. № 24Р21891 был сбит в воздушном 19 июля 1941 г.

К слову сказать, впервые с истребителями противника – Bf109 (которого по ошибке принял за МиГ-3) – Борис Сафонов встретился в воздухе 17 июля. Правда, в этот же день он впервые на встречных курсах попытался атаковать «мессеров», но вражеские лётчики, не приняв боя, предпочли воспользоваться превосходством в скорости своих машин и сразу же скрылись. Лишь 5 августа Сафонову над своим аэродромом удалось произвести атаку по удирающему одиночному «стодевятому». К этой знаменательной встрече с истребителем противника мы еще вернемся.

Известно, что августовские воздушные бои принесли громкую славу летчикам-североморцам. Об их успешных боевых действиях в районе Мурманска в первые было объявлено в сводках «Информбюро» от 11 августа 1941 г.: «…На днях 60–70 немецко-фашистских самолетов пытались совершить массовый налет на район Мурманска. Отряды вражеских самолетов встретила наша истребительная авиация. Попытка крупнейшего за время войны налета немецко-фашистских самолетов на район Мурманска скандально провалилась. В тридцать первый раз советские истребители и зенитчики этого района побили немцев и финских летчиков, не дав им возможности сбросить бомбы на объекты.

Во время этого боя наши истребители сбили 13 немецко-фашистских бомбардировщиков. Три вражеских самолета подбила зенитная артиллерия. Советская авиация потеряла один самолет. В два наших истребителя попали осколки вражеских снарядов, но они были отремонтированы и через некоторое время вновь поднялись в воздух. Наши самолеты, взяв с самого начала инициативу боя в свои руки, не выпускали её до полного разгрома немцев».

Теперь уже всем хорошо известно, что информационные сводки СССР были ничем не лучше и не хуже «геббельской» (да и любой другой) пропаганды. В них редко говорилось об истинном положении на советско-германском фронте. В указанной «сводке» сообщалось об одном массированном налете, в действительности их было два, имевших место 9 августа. В этот день нашей стороной было заявлено об уничтожении 16 вражеских самолетов, из них на долю летчиков ВВС еверного флота были отнесены шесть Ю-88 и три Ю-87 1 2*

[Закрыть]. Несмотря на обычное в этих случаях завышение потерь противника, в этот день потери для немцев были действительно самыми тяжелыми с начала боевых действий на этом ТВД: с боевого задания не вернулось два Ju88, один Ju87 и два Bf109. Потери нашей авиации оказались значительно меньшими: в бою были сбиты два И-153 и подбит один МиГ-3, что делает успех североморцев несомненным. Но надо также сказать, что противнику все же удалось уничтожить на аэродроме один ДБ-3 и ещё несколько самолетов повредить.

В этот день Сафонов трижды поднимался в небо и во время второго вылета на отражение налета на аэродром Ваенга североморский ас заявил об уничтожении Ju88. Вот, что отмечено в донесении адъютанта 4-й эскадрильи: «В 05:20–05:55 произвели вылет 2 И-16 на видимого пр-ка к-ны Сафонов и Раздобудько. Самолеты вели воздушный бой самолетами пр-ка типа Ме-109, Ю-88, Ю-87. К– н Сафонов в районе к юго-востоку от оз. Кядел-явр сбил самолет Ю-88. На самолете к-на Сафонова перебито ушко тяги руля глубины. Тяга заменена новой.» 13*

[Закрыть]Кроме Сафонова в этот день один Ju88 на свой боевой счет записал старший лейтенант Захар Сорокин, это была его третья воздушная победа; кроме того летчиками 72-го САП в групповом воздушном бою было заявлено об уничтожении ещё четырех Ю-88 14*

[Закрыть] . В действительности на счета наших истребителей можно записать лишь один «восемьдесят восьмой» – Ju88A-5 (сер. № 3468) из состава 3./KG30, экипаж которого погиб. Второй Ju88 (сер. № 0690) был сбит зенитчиками над главной базой СФ. Это был разведывательный самолет из состава дальней разведки l.(F)/124, вылетевший с заданием сфотографировать аэродромы базирования морской авиации. Горящий «следопыт» упал на нашей территории, но перед этим из самолета выбросились на парашютах два члена экипажа, которые были взяты в плен. Пилот фельдфебель Гельмут Гауптмейер (Fw. Helmut Hauptmeier) и стрелок-радист унтер-офицер Фриц Криф (Uffz. Fritz Kreif) погибли, а штурман-наблюдатель лейтенант Хорст Вюллнер (Lt. Horst Wullner) и стрелок фельдфебель Ганс Гебауэр (Fw. Hans Gebauer) были взяты в плен. Хорст Вюллнер в плену умер, а Гебауэр в 1948 г. вернулся на Родину. От него и стали известны обстоятельства гибели самолета и членов экипажа. Кроме того, еще один Ju88 из состава I./KG30 (сер. №«3351) был подоит над целью огнем зенитной артиллерии, но раненому летчику удалось дотянуть до аэродрома Луостари и сравнительно успешно посадить машину. Все члены экипажа остались живы, но самолет списали как не подлежащий восстановлению.

12*Хроника ВОВ Советского Союза на Северном морском театре. Выпуск 1. М. 1945, стр.65.

13* Источник ОЦВМА, Ф.75, д.9205, л.330.

14* Источник ЦВМА, Ф.767, оп.2, д.272, л.10об.

Сбитый в районе Мурманска Ju87. На личном боевом счету Бориса Сафонова числится три сбитых самолёта этого типа.

Следующую воздушную победу Борис Сафонов одержал 23 августа. Во второй половине августа впервые начали практиковаться вылеты на боевые задания всем составом эскадрильи. Первый такой групповой вылет в составе восьми И-16 Сафонов совершил 22 августа. На следующий день девятка И-16 с группой И-153 в районе линии фронта перехватили семь Ju88 в сопровождении четырех ВШЭ. «Чайки» атаковали истребители противника, а «ишаки» – бомбардировщики. По докладам летчиков, в воздушном бою капитан Сафонов и капитан Раздобудько сбили по одному Ю-88, но эти победы на основе имеющейся в распоряжении автора информации, к сожалению, не подтверждаются. Выписка из Донесения штаба 4-й ИАЭ от 23.08.41 г., подготовленная к 24:00, сообщает: «…С 19:40 до 20:20 произведен вылет 9 И-16 по сигналу с КП в район Белокаменка – Ура-губа, летчики: капитан Полковников, капитан Раздобудько, ст. лейтенант Коваленко, лейтенант Винниченко, мл. лейтенанты Коган, Максимович, Абишев, сержант Симененко.

Летчики Сафонов, Раздобудько, Винниченко, Максимович, Абишев, Симененко и Коган преследовали три Ю-88. В районе Кядел-явр Сафонов и Раздобудько вели огонь по самолету Ю-88. Самолет Ю– 88, дымя, пошел со снижением к озеру Куырк-явр. Предположительно самолет сбит. Остальные летчики обеспечивали атакующих.

Ст.лейтенант Коваленко преследовал 3 Ю-88, шедших на бреющем полете к Ура-губе. Самолеты противника скрылись, используя рельеф местности.» 15*

[Закрыть] .

Хотелось бы обратить внимание читателей на тот факт, что летчики Сафонов и Раздобудько преследовали и вели огонь по одному «Юнкерсу», который «предположительно» был сбит, но в итоге в «Журнале учета сбитых самолетов 72 САП» каждому из них записали по одному лично реально сбитому Ю-88 16*

[Закрыть] .

27 августа во второй половине дня Сафонов в составе шести И– 16 вылетел на перехват самолетов противника. В районе Ура-губы недалеко от линии обороны «ишачки» перехватили вражеский разведчик Hs126 под прикрытием трёх Bf109. Нашим летчикам удалось произвести внезапную атаку по «Хеншелю» и сбили его до того, как их заметили и атаковали истребители сопровождения. Дальнейший бой прошел безрезультатно для обеих сторон. Немецкая сторона подтверждает гибель экипажа разведчика Hs126B (сер. № 4262) из состава 1(Н)/32, сбитого в районе Ура-губы советскими истребителями. Из боевого вылета не вернулись фельдфебель Генрих Стеллер (Fw. Heinrich Steller) и лейтенант Вернер Шульце-Бэр (Lt. Werner Schulze-Bahr).

Через полтора часа пятерка И-16 возглавляемая Сафоновым в этом районе снова столкнулась с парой Bf109, которые разыскивали сбитый «Хеншель». После скоротечного воздушного боя капитан Раздобудько записал на свой личный счет один сбитый «стодевятый», гибель которого не подтверждается немецкими данными.

Сентябрь в 1941 г. стал последним месяцем активных боевых действий на Мурманском направлении, как на сухопутном фронте, так и в воздухе. В период с 8-го по 25-е число немцы предприняли третью попытку овладением ВМБ Полярное и городом Мурманск. В ожесточенных боях горным егерям к 14 сентября удалось продвинуться на 16 км и перерезать дорогу на Мурманск. Именно в эти дни достигли наивысшего накала воздушные бои на Мурманском фронте. Лишь введением в бой последнего резерва – Полярной дивизии нашему командованию удалось стабилизировать положение на сухопутном фронте.

В первой половине сентября с раннего утра и до наступления сумерек над линией фронта, где шли упорные наземные бои, не стихал надсадный гул авиационных моторов, вой падающих бомб и стрекотание в небе пулеметов и пушек. ВВС 14-й Армии поддерживали свои наземные части лишь активными действиями истребительной авиации. Самолеты И-153 и И-15 бис, как правило, вылетали с бомбами и гранулированным фосфором в ВАПах в сопровождении И-16. После штурмовых действий истребители оставались над полем боя для прикрытия войск в течение некоторого времени, определяемым запасом горючего. Морская бомбардировочная авиация, усиленная гидросамолетами МБР-2, Че-2 и ГСТ, применявшимися в качестве бомбардировщиков, и истребителями И-15бис и И-153 в качестве штурмовиков также действовала в интересах сухопутных частей, ведущих ожесточенные оборонительные бои в районе Западной Лицы. Несмотря на активное противодействие «Мессершмиттов», наша авиация успешно наносила бомбоштурмовые удары по наступающим немецким войскам, причиняя им ощутимые потери, что в немалой степени затрудняло их продвижение к городу.

С немецкой стороны под прикрытием истребителей Bf109 и Bf110 наносили штурмовые удары эскадрильи пикирующих бомбардировщиков Ju87. Двухмоторные Ju88 в основном действовали небольшими группами численностью до девяти самолетов, нанося бомбардировочные удары как по целям на линии фронта, так и в тылу наших войск. Кроме того, «восемьдесят восьмые» регулярно бомбили морской порт Мурманск и объекты на железной дороге. Особенно активно в эти дни действовала немецкая эскадрилья l.(Z)/JG77, оснащённая двухмоторными истребителями Bf110, от экипажей которых часто исходила инициатива воздушных боев над линией фронта. Они штурмовали позиции наших войск на линии фронта, обеспечивали действия своим пикировщикам, атаковали и связывали боем наши группы штурмовиков и истребителей.

Эскадрилья Сафонова, как и в предыдущем месяце, в основном вылетала на отражение и перехват вражеских бомбардировщиков. 9 сентября, то есть на второй день немецкого наступления, несмотря на сильную облачность, нижний край которой местами опускался до 300 метров над землей, Люфтваффе вели активные боевые действия над нашей линией фронта. В этот день пикирующие бомбардировщики Ju87 и Ju88 небольшими группами (от трёх до восьми машин) в сопровождении истребителей через каждые полчаса появлялись над линией фронта и штурмовали позиции наших обороняющихся войск. Одну из таких групп перехватила шестерка И-16, ведомая Сафоновым. Следуя на бреющей высоте к линии фронта, летчики сначала заметили в просвете между облаками разрывы снарядов зенитной артиллерии, а потом и девятку уходящих Ju87, над которой шла четверка Bf109 и пара Bf110.

Прикрываясь кучевой облачностью, североморцам удалось незаметно приблизиться к вражеским бомбардировщикам и атаковать их снизу. Истребители сопровождения не успели перехватить И-16. По докладам летчиков, в результате этой внезапной для противника атаки на свои личные боевые счета записали по одному сбитому Ju87 – капитан Сафонов, старший лейтенант Коваленко, младшие лейтенанты Максимович и Покровский, старшина Семененко. Таким образом, всего было заявлено об уничтожении пяти «лаптёжников», то есть каждый из летчиков выбрал себе цель и атаковал самостоятельно вражеский самолет. Судя по немецким данным, в действительности результативными были лишь две атаки наших летчиков. С боевого задания не вернулись две «штуки» – Ju87R-2 (сер. № 5962) и Ju87R 4 (сер. № 6304) из состава 10.(St)/LGl, экипажи обоих самолетов – лейтенант Ганс-Иоахим Вернер (Lt. Hans-Joachim Werner) вместе со своим стрелком ефрейтором Гансом Кайзером (Gef. Hans Keiser), а также лейтенант Фридрих Дистелмайер (Lt. Friedrich Diestelmeier) вместе с унтер-офицером Куртом Сауком (Uffz. Kurt Sauk) – погибли.

В этот же день звено, ведомое Сафоновым, перехватило над линией фронта одиночный Ju88. Три «ишачка» друг за другом, выходя в атаку с задней полусферы, атаковали уходящий на высокой скорости вражеский бомбардировщик, но яростно отстреливающийся «Юнкере», оставляя за собой дымный след от работавших на форсаже моторов, смог уйти в облака. На счета всем трем летчикам: капитану Сафонову, младшим лейтенантам Максимовичу и Покровскому, записали «один сбитый Ю-88 в группе», который, как не трудно догадаться, к сожалению, не подтверждается. При преследовании вражеского бомбардировщика получил повреждения сафоновский И-16, после посадки на своём аэродроме на истребителе была заменена плоскость.

11 сентября Сафонов повёл тройку И-16 на поддержку И-153, ведущих воздушный бой в районе линии фронта. В указанном районе вражеских и своих самолетов уже не оказалось, но на другом участке обороны около двадцати немецких бомбардировщиков под прикрытием десяти Bf109 17*

[Закрыть]бомбили боевые порядки наших войск. При появлении звена Сафонова в их сторону с вражеских позиций тотчас были выпущены бело-желтые ракеты, предупреждающие самолеты противника о появлении советских истребителей. Таким образом фактор внезапности на этот раз североморцам реализовать не удалось. Тем не менее, наши истребители подошли к вражеским пикировщикам так близко, что лётчики отчётливо различали даже цвет их красных коков, но вражеские истребители сопровождения были начеку и поэтому Сафонов все же не решился атаковать Ju87. Ничего не оставалось, как уйти в облака и вернуться на свою базу 18*

[Закрыть] .

15 сентября вошло в историю Северного флота под названием «Большой день». Эта дата действительно отмечена победами наших лётчиков-североморцев, которые во главе с капитаном Сафоновым, «проявив исключительное мужество, действуя в составе девяти истребителей успешно отразили два массированных налета вражеской авиации, соответственно проведя два воздушных боя против 52 и 39 самолетов противника, не потеряв при этом ни одного самолета, отважные летчики заявили о двенадцати сбитых вражеских самолетах 19*

[Закрыть].

Согласно немецким данным, в этот день группировка Люфтваффе, действующая на Мурманском направлении, потеряла три пикирующих бомбардировщика Ju87 и один двухмоторный истребитель Bf110. Бесспорно, в этот день успех североморских летчиков очевиден. Но если рассмотреть этот знаменательный день по имеющимся на сегодняшний день архивным документам более детально, то происходившие реальные события в небе Заполярья очень далеки от официальной версии, в которой говорится лишь о заслугах единственной эскадрильи Бориса Сафонова. В действительности в этот день в небе над полем боя было «тесно», не только от

«Юнкерсов» и «Мессершмиттов», но также от «краснозвездных» самолетов и английских «Харрикейнов», которые в этот день производили облёт нашей линии фронта.

Для североморского аса этот день также стал пиком в его боевой деятельности – его личный счет воздушных побед увеличился сразу на три сбитых самолета противника, но в то же время, как ни странно, и последним днем в его активной деятельности в 1941 г., после которого наступила довольно продолжительная пауза, во время которой Борис Сафонов не имел возможности увеличить свой боевой счет, так как после провала третьего наступления германских горных егерей на Мурманском направлении боевые действия в небе Заполярья быстро начали затухать, чему в немалой степени способствовали быстро ухудшавшиеся метеоусловия.

События «Большого дня» развивались следующим образом. К 15 сентября накал боевого противостояния как на земле, так и в небе достиг своей наивысшей точки. Накануне противник на сухопутном фронте, произведя перегруппировку, силами двух полков под прикрытием дымовой завесы и при поддержке авиации нанес новый удар по нашим обороняющимся наземным войскам. Для поддержки наступления в первой половине дня Люфтваффе произвели два массированных налета на расположение наших войск. Большие массы самолетов столкнулись в небе над полем боя, так как и с нашей стороны по наступающим горным егерям наносили удары бомбардировщики и штурмовики ВВС; Северного флота и 14-й Армии. Особенно было «жарко» в небе над районом Западной Лицы, где горные егеря потеснили наши части, продвинувшись на 14 км вперед и тем самым перерезали единственную дорогу на Мурманск.

В 10:17 семерка И-16 и пара МиГ-3, ведомые капитаном Сафоновым, вылетели на прикрытие своих наземных войск в районе Западной Лицы. Надо сказать, что в сентябре месяце в состав «сафоновской» эскадрильи вошли остатки группы самолетов МиГ-3, которая ранее подчинялась непосредственно командиру 72-го САП. Над линией фронта уже вели штурмовые действия «чайки» и «бисы» ВВС СФ и 14-й Армии. Действия армейских штурмовиков 147-го ИАП, которые поливали наступающие подразделения горных егерей гранулированным фосфором, прикрывали звенья И-16 и ЛаГГ-3 145-го ИАП. Почти в это же время с противоположной стороны к линии фронта подошли пикирующие бомбардировщики Ju87 с сильным истребительным эскортом – рядом со «штуками» шли Bf110 из состава l.(Z)/JG77 и Bf109 из 1./JG77 и 14./JG77. Североморцы вместе с армейскими летчиками вступили в схватку с противником. Воздушный бой сразу же распался на несколько отдельных очагов.

Надо признать, что пилоты немецких истребителей действовали самоотверженно и грамотно, поскольку североморцам не только не удалось прорваться к бомбардировщикам, но они даже были вынуждены образовать оборонительный круг, из которого периодически совершали короткие броски, контратакуя истребители противника. Несмотря на ожесточённость боя, противники «не теряли головы», действуя достаточно осмотрительно, поскольку к этому моменту и наши и немецкие лётчики достаточно неплохо представляли себе возможности самолётов оппонентов. Неизвестно чем бы закончился этот бой, проходивший практически над самыми вершинами сопок, если бы в одном из Bf110, который пилотировал лейтенант Гейнц-Хорст Хоффманн (Lt. Heinz-Horst Hoffmann) не сидел военный корреспондент из Берлина, освещавший боевые действия Люфтваффе в Норвегии – лейтенант Гейнц Венк (Lt. Heinz Wenk). Решив продемонстрировать столичному борзописцу, «как горят большевистские самолёты», Хоффманн, оставив свое место в строю звена, предпринял попытку атаковать, маневрировавшие ниже И-16. Почти сразу же одинокий «стодесятый» был контратакован другим И-16. Стрелок двухмоторного истребителя – ефрейтор Рудольф Боем (Gef. Rudolf Boehm) – не сумел отразить нападение, а возможно, даже не видел атакующий советский истребитель, который с короткой дистанции открыл огонь. У «Мессершмитта» сразу же заклинило один из моторов и он свалился в штопор, рухнув с небольшой высоты на землю. Падение самолета закончилось мощным взрывом. Никто из экипажа «разрушителя» не спасся 20*

[Закрыть] . Как это часто бывает, организованная «показуха» дорого обошлась и постановщикам представления, и его зрителям.

Возвратившись из первого в этот день боевого вылета, капитан Сафонов, старший лейтенант Коваленко и младший лейтенант Животовский заявили каждый об одном сбитом Ме-110. Кроме того, лейтенант Абишев и старшина Семененко, а также старший лейтенант Сорокин, летавший на самолете МиГ-3, заявили ещё о трёх сбитых Ме-109.

Во втором вылете, состоявшимся в период с 12:15 по 15:00, группа И-16 и МиГ-3 ВВС Северного флота во главе с Борисом Сафоновым над линией фронта снова вступила в бой с Ju87, которых прикрывали ВШЭ, но перед этим боем во время патрулирования над линией фронта Сафонов атаковал Hs126, который пополнил счет воздушных побед североморского аса. После этого огневого столкновения его коллеги атаковали группу вражеских бомбардировщиков. Всего летчиками-североморцами в этом бою было заявлено об уничтожении трех Ю-87 и двух Ме-109. На свои боевые счета по одному сбитому «Юнкерсу» записали: капитан Сафонов, старший лейтенант Коваленко и младший лейтенант Покровский; по одному сбитому «мессеру» – младший лейтенант Коган и старшина Семененко.

15* Источник ОЦВМА, Ф.75, д.9205, л.396.

16* Источник ЦВМА, Ф.767, оп.2, д.272, л.11.

17* Указано количество самолетов по данным наших архивных документов.

18* Источник ОЦВМА, Ф.75, д.9206, л.48.

19* Источник ЦВМА, Ф.767, оп.2, д.272, л.л. 11об-12.

20* Источник: Eric Mombeek. Eismeerjager. Band 1. Lienkebeek, Belgien, 2003, S.67.

Осенью 1941 г. Борис Феоктистович Сафонов стал одним из самых известных советских лётчиков! «Воздушный боец высшего класса. Истребитель истребителей – так его называли. Да, враг испытал силу его ударов. „Мессершмитты“.. показывали хвосты при встрече с ним, „юнкерсы“ и „хейнкели“ беспорядочно сбрасывали бомбы куда попало..». Эти слова принадлежат Захару Сорокину, написавшему не одну книгу о себе и своих однополчанах. Именно так, и не меньше, до сего времени оценивается боевая деятельность североморского аса. Безусловно, у Дважды Героя Советского Союза Бориса Феоктистовича Сафонова немало заслуг перед Родиной, которые она, надо признать, щедро отметила своими высшими наградами. Но задумаемся: нужны этому герою новые? Может быть стоит просто восстановить по отношению к нему историческую правду?

«Коваленко – лучший и достойнейший из боевых питомцев Сафонова», – писала газета «Краснофлотец» в № 165 от 17.06.42 г. 3 мая 1942 г. за 11 сбитых самолетов противника командир 2-го ГКАП гвардии подполковник Сафонов представил командира 2-й эскадрильи гвардии капитана Александра Коваленко к званию Героя Советского Союза (Указ о награждении от 14 июня 1942 г.). После того, как летом 1942 г. изменился характер боевых действий в небе Заполярья Александр Коваленко на свой боевой личный счет записал лишь два сбитых самолета: 29 июня 1942 г. – Me-109 и 26 декабря 1942 г. – один Ю-87. В феврале 1943 г. А.Коваленко был направлен в Ейское военное авиационное морское училище им. И.В.Сталина на должность инспектора-летчика. В состав ВВС Северного флота вернулся уже после окончания боевых действии в Заполярье – в ноябре 1944 г. – на должность помощника командира 3-го учебного авиационного полка.

Владимир Покровский после присвоения Борису Сафонову звания Героя Советского Союза дал клятву, «что в боях будет зорко охранять жизнь своего командира>. (Газета „Краснофлотец“ № 232 от 17 сентября 1941 г.). На Северном флоте воевал с начала войны по май 1943 г. Совершил 190 боевых вылетов, провел 37 воздушных боев, сбил лично 12 самолетов противника. 18 июня 1942 г. назначен на должность командира эскадрильи 2-го ГКАП. В мае 1943 г. направлен на Курсы командиров звеньев ВВС ВМФ. После Курсов службу продолжил в составе ВВС ЧФ. 24 июля 1943 г. присвоено звание Героя Советского Союза.

Капитан Леонид Гальченко, командир эскадрильи И-16 (тип 10) 145-го ИАП ВВС 14-й армии, был одним из самых результативных армейских летчиков на Мурманском направлении в 1941 г. Свой первый самолет противника, Me-109, сбил 7 июля 1941 г. на истребителе И-16 тип 10 (с мотором М-25В), а уже 29 сентября 1941 г. был представлен к званию Героя Советского Союза. В наградном листе указывается, что к этому времени на его боевом счету числилось семь сбитых самолетов противника (по «Журналам учета…» плюс ещё пять. – Прим. Авт.).

25 октября 1941 г., Борис Сафонов возглавил вновь сформированный 78-й ИАП, первым в Советском Союзе в годы Великой Отечественной войны получивший импортную матчасть – английские истребители «Харрикейн МкIIВ». Эти машины были получены от 151-го авиакрыла Королевских ВВС, включавшего 81-ю и 134-ю эскадрильи, непродолжительное время действовавших на Мурманском направлении. По ряду характеристик «Ураганы» выгодно отличались от отечественных самолётов, хотя и не были лишены недостатков. Осваивать незнакомую матчасть пришлось с помощью английских механиков и переводчиков, которые помогли разобраться с милями, узлами, футами и фунтами. Не последнюю роль играла и русская смекалка. Например, отечественные противопылевые фильтры оказались гораздо компактнее и легче английских изделий(!). Более эффективным было и наше стрелково-пушечное вооружение.

Таким образом, в двух боевых вылетах Борис Сафонов одержал три воздушных победы. Всего же в этот день Сафонов совершил три боевых вылета. Выписка из «Журнала учета боевых вылетов» летчиков 72 САП 15.09.1941 г. сообщает: «В 10:17–11:00 7 И-16, летчики капитан Сафонов, Коваленко, Семененко, Абишев, Коган, Животовский и Покровский, вылетали на патрулирование над линией фронта от Зап. Лицы до оз. Куырк-явр. Н= 2000 м. В районе Западной Лицы кв.00–68 в воздушном бою Сафонов, Коваленко, Животовский сбили 3 Ме-110: Семененко – 1 Ме-109, Абишев – 1 Ме– 109 (предположительно). На самолете Сафонова две пулевых пробоины левой плоскости и смяты лонжероны; на самолете Коваленко две пулевые пробоины киля и центроплана.

В 14:15–15:00 7 И-16, летчики капитан Сафонов, Коваленко, Семененко, Коган, Полковников, Животовский и Покровский, вылетали на патрулирование над линией фронта от Западной Лицы до оз. Куярк-явр. Н = 2000 м. В районе оз. Куырк-явр в бою Сафонов сбил 1 Хе-126 и 1 Ю-87; Покровский – 1 Ю-87; Семененко в кв.0068 – 1 Ме-109: Коваленко – 1 Ю-87, Коган – 1 Ме-109 (предположительно). На самолете Коваленко пулевая пробоина элерона. На самолете Семененко пробиты направляющие ползунки, 4 пробоины в плоскости и 4 в центроплане. Посадку произвел с убранными шасси, поврежден винт и капот, летчик невредим.

В 18:20–19:05 (3.45) 5 И-16, летчики капитан Сафонов, Полковников, Животовский, Покровский и Семененко, вылетали на патрулирование над линией фронта от Западной Лицы до оз. Куярк-явр. Н = 2000 м. Задание выполнено. Встречи с противником не было.» 21*

[Закрыть].

В многочисленных описаниях воздушного боя в этот знаменательный день для ВВС Северного флота, как правило, «забывают» вспомнить об успехах армейских летчиков, также участвовавших в отражении этого налета авиации противника. А, между тем, самые

результативные асы ВВС 14-й Армии летчики капитан Гальченко, старший лейтенант Миронов и лейтенант Кузьмин, летавшие на ЛаГГ-3, в этот день также заявили о трех уничтоженных бомбардировщиках Ю-87. Один сбитый Ме-109 на свой личный счет записал летчик старший лейтенант Олисов из того же армейского полка, летавший на И-16 22*

[Закрыть] . Поэтому успех летчиков-североморцев 15 сентября по достоинству должны разделить и летчики ВВС 14-й армии.

Согласно списку немецких потерь, именно в первом налете в районе Западной Лицы были потеряны сразу три пикировщика из состава 12.(St.)/LGl (Ju87B-l (сер. № 5423), Ju87R-4 (сер №.6231) и Ju87R-4 (сер. № 6262).