Текст книги "Ангелы не летают (СИ)"
Автор книги: Ирина Сахно
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)
– Любишь его?
– Люблю, – закрыв глаза, ответила Карина.
– Почему?
– А почему ты меня любишь?
– Потому что люблю!
– Тот же ответ…
Страх куда-то исчез, самозащита отказывалась работать…
– Сейчас разожму руки, и все закончится.
– Кирилл, это уже вторая попытка помочь мне уйти на тот свет.
– Да, вторая, и может стать последней! – перешел на крик Кирилл, – так что будем делать?
– А что надо делать? – стараясь сохранять спокойствие, спросила Карина. Голова уже кружилась от высоты.
– Любишь Анну Каренину? Так вот сейчас ты закончишь, как она!
– Опусти меня. Не делай глупости.
– Страшно?! – зверел Кирилл.
– Нет, – спокойно сказал Карина.
– Ты – просто стерва, права моя мать.
– Да, твоя мать права, я стерва. Опусти меня.
В этот момент мимо проходил немолодой мужчина.
– Ребята, тихо, тихо! Что вы делаете?
Он осторожно подошел, приобнял Кирилла сзади, подобрался к Карине, и тихонько, чтобы не испугать парня, затащил ее на мост.
– Ребята, ну, что же вы, а? Кто же так решает проблемы?
Кирилл разрыдался, как малыш:
– Она меня не любит! Она любит другого!
– Парень, ну, что ты! Такими методами не заставишь девушку любить себя.
– У меня нет шансов! Она не просто девушка, она моя жена! Она ушла от меня!
Мужчина потрепал Кирилла по плечу.
– Если не любит – отпусти. Не удержишь, брат! Пусть женщина сама сделает выбор, с кем она хочет быть. Ты просто докажи свою любовь или отойди в сторону.
– Я не могу! Я люблю ее! Я не могу без нее жить! – кричал Кирилл.
– И потому хочешь лишить ее жизни? Не играй в такие игры. Удачи вам, ребята!
Карина отошла в сторону и достала сигареты. Теперь она всегда носила их с собой. Пока мужчина и Кирилл выясняли отношения, она смотрела вниз с моста. По рельсам громыхал грузовой поезд…
Её спаситель скрылся в темноте. Карина подошла к Кириллу, протянула сигарету. Они присели на корточки, закурили вместе. Два несчастных человека – находящиеся по разные стороны баррикад…
Кирилл проводил Карину до квартиры Валентины. И тут до Карины дошел весь ужас происходящего:
– Знаешь, а хорошо, что я от тебя ушла. Рано или поздно ты переболеешь и забудешь меня. А с тобой я бы всю жизнь мучилась. Это хорошо, что у нас не получилось детей.
– Плохо. Если бы у нас были дети, ты бы не ушла. Я бы тебе ребенка не отдал! И у меня был бы кусочек тебя.
– Видимо, не получится у нас с тобой встреч. Ты не сможешь меня простить.
– Может и не получится.
– И хватит уже обвинять меня во всех грехах. Ты сам подписал себе приговор на страдания.
Кирилл замахнулся и нанес пощечину Карине в очередной раз назвав ее стервой.
Все происходило на лестничной площадке, и Валентина услышала крики. Она вышла, набросилась на Кирилла и выхватила Карину из его рук.
– Пошел вон отсюда!
– Вы обе – стервы! – заорал Кирилл. – Это ты виновата! Ты ее настроила!
Валентина толкнула его в сторону лифта и затащила Карину в квартиру.
Рассказывая подруге о насыщенном событиями дне, Карина все больше ощущала, что все это – не она. Как будто она – пустая оболочка, одно тело, которое не слушается разума.
– Не понимаю, что с тобой происходит. Та Карина, которую я узнала три года назад, и ты сегодняшняя – два совершенно разных человека.
– Не знаю… – отрешенно сказала Карина, – я сама себя не узнаю.
Никто не мог прогнозировать дальнейшие действия всех участников треугольника: Карины, Кирилла и Ильи. Этот треугольник превратился в другую геометрическую фигуру – замкнутый круг. Кто же его разорвет? Найдется ли на свете такой человек?
ГЛАВА 32. И всё-таки муж?
Карина проснулась опустошенной. Руки не слушались, голова тяжелая, тело еле шевелилось. «Наверное, нельзя столько пить, так и до алкоголизма недалеко» – подумала она и осталась лежать в постели.
– Карина, тебе нужно устраиваться на работу, – собираясь, сказала Валентина.
– Не хочу, – чуть шевеля губами, ответила Карина.
– Ну, что значит «не хочу?» Есть такое слово – надо!
– Не могу.
– Карина, помнишь мой девиз? Не хандри! Возьми себя в руки! Вставай и действуй! Не впадай в депрессию.
– Пожалуйста, не надо. Ты не понимаешь, что со мной происходит.
– Карина, не хотела тебе это говорить, но, видимо, придется. Понимаешь, я не могу тебя долго тут держать. У меня есть сын и внук, и мне нужно им помогать.
– Я поняла, я тебе мешаю. Я что-нибудь придумаю.
– Я тебя не гоню, но я не могу смотреть, как человек сам себя губит и ничего не делает для того, чтобы исправить положение.
Валентина участливо посмотрела на Карину.
– Да ничего ты не понимаешь! Ведешь себя, как взрослая, а на деле – совсем ребенок. Ладно, я ушла на работу. Если тебе плохо, то в баре есть вино, можешь похмелиться. Только не пей много! Вечером приду, и будем думать дальше.
Когда за Валентиной закрылась дверь, Карина попыталась встать, но ватные ноги не послушались. Карина испугалась своего состояния, но всё-таки открыла бар, взяла бутылку вина, налила в бокал. Села в кресло и долгое время с бокалом в руках смотрела в одну точку. Сколько времени прошло – она не знала, и вышла из транса только тогда, когда в бутылке ничего не осталось.
Руки и ноги приобрели активность, но она продолжала смотреть на себя как бы со стороны. Механически прошла на кухню, открыла форточку и закурила. «Надо искать работу», – подумала одна часть личности. А вторая ответила: «Да, конечно, в таком состоянии тебе только и идти!» «А что? Самое что ни на есть – лучшее состояние, чтобы…» «Да-да, чтобы найти приключений на свою задницу!» «А вот и пойду!»
Было около семнадцати часов. Он решила нанести визит Илье. Больничный пока не закрыт, а к врачу Карина не пошла. Она поймала себя на том, что стала безответственной, хотя раньше такого не наблюдалось.
В полной прострации она доехала до пункта назначения. Прошла в кабинет Ильи. Что она хотела сказать? Что хотела услышать? Илья вытаращил глаза:
– Ты зачем здесь?
– Я пришла… наверное, на работу.
– Какая работа? У тебя состояние нестояния.
– Тебе не понять моего состояния.
– Ты здесь больше не работаешь.
– Кто это решил? Администрация в курсе?
– Сейчас будет в курсе.
– Но мне нужна работа, пока я не найду другую. И вообще, эта работа – часть моей жизни. Я здесь достаточно известна, меня уважают коллеги, тебе не позволят меня уволить. Не говоря о том, что я вложила столько труда.
– Ну, и что ты такого сделала? Не будь самоуверенной, а то крылышки быстро подрежу! Взлетела высоко? Так вот, больно будет падать!
– Да, это вы умеете, Илья Тимофеевич…
– Не забывай, что я здесь главный. Я тебе дал эту работу.
– Как любовнице, да?
– Конечно! Я тебе такую репутацию нарисую, что долго будешь отмываться!
Илья все больше показывал свою истинную сущность.
– Как я тебя любила все эти годы? – спросила Карина в пустоту.
– Тот же вопрос! – скрестив руки на груди, ответил Илья.
На лице Ильи читалось как будто отвращение… и злость. А на лице Карины – умирающая, но все еще трепыхающаяся любовь. Нет, это просто сумасшествие, не иначе! ТАК любить – нельзя. Ее бьют – она терпит. И ведь вчера она начала бить в ответ! Почему бы не продолжить?
– Ты пьяна. Впрочем, ты стала алкоголичкой уже давно.
– Да, ты прав. Ты меня спаивал.
– Самое интересное, что я сейчас трезв и целый день работаю. А вот ты вчера с НИМ осталась… вроде как разводиться собралась, а сама продолжаешь отношения.
– Да, тебе не понять меня. Впрочем, как и всем, кто меня окружает, – последнюю фразу Карина сказала, отвернувшись.
– Ну, куда же простым смертным понять Ангела!.. падшего, правда.
Вот они, удары. Любовь до гроба, и сразу же – смертельно ядовитые обвинения.
– Да, я пошла с ним вчера. И нам вместе неплохо, между прочим. Вне брака. Так и будем теперь встречаться.
– Девица низкого поведения! – со злостью сказал Илья.
– Зато свободна и делаю, что хочу. Всегда! Даже если это кому-то не нравится. А ты не можешь себе этого позволить и столько лет прячешься, – Карина ухмылялась, издевательски глядя на свалившегося с пьедестала кумира.
Илья не сразу решил, как возразить, только напряг мышцы лица от злости. Затем подошел и дал Карине лёгкую пощечину. Он снизошел до пощечины! Значит, она попала в самое сердце. Второй мужчина пытается применить к ней физическую силу. Духовной, похоже, не осталось у обоих!
– Тебя нужно хорошенько поколотить и запереть дома, чтобы образумилась. Я, кажется, начинаю понимать твоего мужа! С тобой жить… это с ума можно сойти! С такой…
– …стервой? – злорадно засмеялась Карина, – знакомые слова от мужчин, которые не смогли справиться с женщиной.
– Да ты посмотри на себя! Я влюбился в девушку мечты. А теперь ты – бродячее существо, спящее со всеми подряд, да еще и нетрезвое.
– Только вы забываете, уважаемый Илья Тимофеевич, кто меня в него превратил. Напомнить, как все начиналось? Какие обещания были? Из-за кого я всего лишилась? Кто вливал в меня литрами алкоголь, задирая мою юбку?
– Я не могу больше тебя слышать! Иди отсюда!
– Уйду. Выскажу всё и уйду.
– К нему?!
Карина застыла.
– А что? Есть разница?
– Ведешь себя как проститутка!
– Аааа, все-таки разница есть! – засмеялась Карина, намеренно выводя из себя Илью. – Что за ревность, Илья Тимофеевич? Богам она не к лицу! И вообще злиться вам не идет!
– Ты кого хочешь из себя выведешь!
– Да, я это уже поняла. Один говорит, что не он такой, это я – «такая». И второй твердит то же самое. Оба оскорбляют меня одними и теми же словами. Только ты его понимаешь, проникся к нему состраданием, а он тебя терпеть не может и называет стариком!
– Так ты к нему вернулась или у вас так… секс без обязательств?
– Нет. И никогда не вернусь. Так что второе – в самую точку! Кстати, замечательно определение, оно мне подходит, возьму, пожалуй, на вооружение! – добивала Карина.
– Я же говорил, что ты по рукам пойдешь.
– Теперь я никому ничего не должна. Ни тебе, ни ему! Было два, не стало ни одного! – у Карины начался истерический смех. – Захотела – пришла, захотела – ушла. Мечта, а не жизнь!
– Да, докатилась… – презрительно прищурился Илья.
– Какая есть! Можете разочаровываться. Я ушла домой. Если это временное пристанище можно назвать домом, – печально сказала Карина, но не хотела показывать ему всей своей боли.
– А работать кто будет?! – остановил Илья.
Ход игры ему не нравился – проигрывать не любил.
– Вы же собрались меня уволить.
– Работай пока.
– Премного вам благодарна, ваше сиятельство! – издевательски сказала Карина и ушла в свой кабинет.
Она открыла рояль и начала играть. Музыка полилась: Шопен, Григ… она закрыла глаза и заиграла мелодию Ангелов…
Она хотела окончить консерваторию, стать профессионалом высшего класса. Как быстро все пропало. Осталось выжженное поле… за полгода все изменилось. И будто бы чужие пальцы играют, а ее глаза на них смотрят… Попробовала спеть, но голос перестал звучать. Карина испугалась: скоро программы, концерты, поездки. А она совершенно не в форме.
Карина еще раз попробовала. И снова ничего не получилось – ни нормально петь, ни прилично играть. Вместо тонкого, мягкого тембра из голосовых связок вышел сип. Карина попробовала говорить вслух – голос был. А когда начинала петь – пропадал. Она в отчаянии хлопнула крышкой рояля и выбежала, как ошпаренная, прочь из кабинета, а затем из здания. На пешеходном переходе замедлилась, дошла до парка. Присела на скамейку, отдышалась, посидев так минут двадцать – вернулась обратно в кабинет с роялем. Открыла крышку – ничего не помнила. Пробовала петь – звук не шел. Подумала, что всему виной утренний алкоголь, но сейчас она была совершенно трезвой. И как теперь искать работу? Как восстановить игру и голосовые связки? Это ее хлеб! «Это еще хуже, чем потерять Илью», – подумала Карина.
В расстроенных чувствах Карина вернулась домой и поведала о случившемся Валентине.
– Я знаю, что делать в таких случаях! – подруга достала из сумки вино.
Первое, что хотелось сказать: «Нет! Хватит вина! Я, кажется, начинаю спиваться, как многие музыканты… только не успев стать великой». Но тревога не унималась, и Карина согласилась. Когда подруги выпили полбутылки, Валентина предложила:
– А вот теперь пой.
И Карина запела… даже не поняв, как. Их любимую песню «На маленьком плоту сквозь бури дождь и грозы…», с которой когда-то началось знакомство. Голос потёк журчащим ручьем – красивый, переливающийся. Валентина довольно улыбалась.
– Это было психосоматическое расстройство, Карина! Я тебе дам почитать книгу. Психологией не увлекаешься? Так вот, от переживаний и стрессов ты можешь потерять голос, девочка! И тогда ты в мире музыки никому не будешь нужна! Красота – не вечная сила. Пока ты все берешь красотой, а надо – талантом. Голосом ты давно всех покорила, игрой на инструменте тоже, но все же больше берешь внешностью. У тебя есть дар от природы, и ты не должна себя губить. Береги это в себе!
Карина расчувствовалась и заплакала на плече у подруги.
– Не реви, а запоминай все это, пока я жива.
– Спасибо! Ты для меня всё делаешь…
– Не надо. Я не всегда такой бываю, увы. Ты читала истории знаменитостей? Что с ними бывало на фоне стрессов?
– Да, немного знаю. У меня не раз пропадал голос, от напряжения или на фоне болезни. Фониатр исправлял. Но здесь совсем другая история.
– Я знаю. Вот теперь ты спокойна, расслаблена и уверена в себе, и голос вспомнил, что он есть… понимаешь меня?
– Понимаю. Но я же не могу постоянно пить…
– Да! Хотя… многие знаменитые певцы полощут горло коньяком.
– Меня с работы выгонят, если я приду с запахом. Ты что?
– Да, но если ты будешь это делать грамотно, то все будет нормально. Ты не напивайся.
И подруги на радостях допили бутылку вина, а потом еще одну. И песни пошли в ход, и шутки – как в старые добрые времена, когда Карина не была обременена обязательствами, и они сидели допоздна на кухне и беззаботно проводили время, смеялись до упада, а потом шли спать; утром расходились на работу и так – до следующего раза. Карина скучала по прошлому. Вернуть бы все назад, отмотать как кинопленку, чтобы все исправить… и как жаль, что хорошее быстро заканчивается.
Валентина легла спать – она умела высыпаться за несколько часов. Карине было мало этих часов, потому что она не знала, куда себя девать. В одиночестве – тревожно, неуютно, грустно… а ведь когда-то она жила одна в общежитии, и ей не было вовсе страшно. И вдруг пришла в голову бредовая мысль – Кирилл и встреча с ним. Она позвонила мужу.
Он пришел, еще с одной бутылкой вина. И они продолжали банкет на кухне у Валентины, которая спала… а после случился секс. Бешеный, на всю ночь…
Утром Валентина проснулась и пришла в шок, но не стала вмешиваться.
Так появилась новая «традиция»: они втроем стали проводить время весело. Пили, пели, танцевали. Валентина предположила, глядя на молодых людей, что у них может вспыхнуть новая страсть: «Прошли через такие испытания – каждый для себя что-то понял. Нередки случаи, что пары расходятся и снова женятся». У Карины тоже проскальзывали подобные мысли, однако, наученная горьким опытом, она помнила, что все это только кажется, на самом деле – кризис повторится. И Илья тут уже не причем. Психологическое отторжение играло пагубную роль, и Карина не подпускала Кирилла на расстояние ближе, чем положено. В постель – да, но только чтобы муж не нарушал границ влияния и не предъявлял право собственности на нее. Однако Валентина с Кириллом уже строили планы, как вернуть Карину во всех смыслах. Валентина серьезно, а Кирилл – наверное, шутя.
– Подруга, стоп! – остановила однажды Карина, – не надо больше! Нам хорошо просто встречаться, дружить, спать. Я хочу так и оставить. По крайней мере, пока Кирилл не найдет себе девушку.
– Даже когда найду, я все равно хочу с тобой спать. Потому что я тебе все еще люблю, – сказал Кирилл, – а на развод я еще не подал.
– Вот и я об этом, – добавила Валентина, – может, вам надо было пожить отдельно, насладиться свободой и только после этого жениться, со всей страстью, а? Как делают это нормальные люди. У вас не так было, вот потому и результат не тот.
– Как было, так было. Не стоит ворошить прошлое, давайте жить настоящим! – подтвердил Кирилл.
ГЛАВА 33. Вера
Предновогодняя суета захлестнула город. Карина нашла новую работу, в одном из домов культуры, которая не приносила большой радости, но давала средства к существованию, что уже неплохо. Она продолжала трудиться с Ильей – всего несколько часов пару раз в неделю. Что испытывал Илья, она не знала. После последнего разговора они больше не выясняли отношения, Илья всем своим видом показывал, что разочарован в Карине, а та не навязывалась.
Кирилл получил комнату в рабочем общежитии, и ему тоже понравилась вольная жизнь. Либо он удачно маскировал боль. Но Карина рассудила по-своему: если не говорит ей о чувствах, значит начал забывать. Но на развод так и не подал, а Карине штамп в паспорте не мешал.
Отделение от родителей спровоцировало перемены: Кирилл начал встречаться с другими девушками, но Карине об этом, разумеется, не говорил. Когда она приезжала к нему в гости, он всегда радовался. И, какие бы люди ни были в гостях – он всех выпроваживал, стоило только Карине переступить порог его комнаты. Его друзья недоумевали, не понимая их отношений, но свое мнение никто навязывать не осмеливался. Кириллу импонировало, что Карина до сих пор его жена, хотя она не поменяла фамилию с Богатыревой на Ветрову. А он гордился тем, что эта красивая, интересная девушка, которая нравилась всем друзьям без исключения, находилась в статусе супруги. Не нравилась Карина только Дмитрию, который был старше Кирилла на десять лет и, несколько раз разочаровавшись в женщинах, стал женоненавистником. Красивых он обходил стороной. И когда Карина заставала Дмитрия у Кирилла, тот вставал и уходил, осуждающе оглядывая Карину. Кирилл прислушался к нему позже, а пока демонстрировал свою «Богиню» и знакомил с приятелями: собирались по вечерам, пили вино, слушали музыку, играли на гитаре, танцевали. Обычная жизнь молодых людей.
Те приятели, которые проявляли к Карине сексуальный интерес, Кирилла раздражали, и он выводил их на откровенность, которая иногда заканчивалась дракой и завершением дружбы.
Однажды Кирилл заявил Карине, что стоит вести себя менее раскованно или не приходить к нему больше, иначе он растеряет всех друзей, да и от подобных отношений толку нет. Скоро, вероятно, он все же подаст на развод, потому что надежда на возвращение Карины с каждым днем угасает. Он думал, что Карина поиграет в свободу и скажет: «Кирилл, я ошиблась, была не права, давай будем вместе, как прежде». Карина же не хотела ничего менять, в ее душе было пусто. И пустоту она заполняла смехом, прибаутками, алкоголем, музыкой, пением, большим количеством тусовок, все так же испытывая одиночество в толпе.
Но Кирилл извинялся и снова звал к себе. У него не складывалось серьезных отношений с другими девушками, а Карина иногда оставалась ночевать. Утром она уходила и не говорила, когда вернется. Кирилл снова упрекал, что стоит прекратить такие дурацкие отношения, но каждый раз принимал ее и никогда не отказывался от секса. Он не знал, когда она придет, и не знал, на сколько часов с ним останется. Карина и сама этого не знала.
Со временем и Валентине надоел такой беспутный образ жизни Карины, и она намекнула, что хотела бы устроить свою личную жизнь, и на примете есть мужчина, а Карина им будет мешать, несмотря на три комнаты в квартире. По итогам переговоров Валентина разрешила остаться ей до Нового года.
Карина хотела встретить праздник с любимым человеком. А им был… по-прежнему Илья. Не Бог уже, но чувства к нему не остывали. Но в новогоднюю ночь он не бросит семью. А вот на следующий день вполне себе… можно попробовать. Эта идея Карину, увы, не согрела.
И вот она, жизнь: пока текут будни – все ничего, жить можно. Стоит только нагрянуть празднику, как все, от чего убегаешь, проявляется пышным цветом: одиночество накрывает с головой, все страхи, тоска и тревога выходят наружу, словно спрятавшиеся в темном чулане привидения. Особенно когда представляешь, что в соседних окнах горит свет любви, единения и счастья.
Карина не представляла себя одной в чужой квартире, пусть даже очень уютной, и запланировала наведаться к давней подруге в Кричев, что располагался между Могилевом и поселком Зеленые Луки, в котором жили ее родители. Встретить новогоднюю ночь у нее, а потом и к родителям можно.
Оставалась еще неделя, и Карина готовилась к показательным мероприятиям. У неё было много поклонников, и Илья это знал. Он видел, как ее провожали до остановки, но не понимал, что она просто скрашивает одиночество. Однажды, когда Карина шла с работы одна, он догнал ее и тронул за плечо.
– Ты еще у подруги живешь? – спросил он без предисловий.
– Да, до нового года. А потом не знаю. Может быть, комнату сниму или к Кате уеду.
– Вот. Это уже лучше. Особенно, если комнату снимешь.
– Почему? – удивилась Карина.
– Потому что я к тебе смогу приходить.
– Вот это новость!
– Ну, а что? У Валентины мы уже примелькались, полно общих знакомых, злые языки и так далее. А новое место жительство – это незнакомые люди, да и мало ли… я твой дядя, например?
– Я что-то не понимаю, в чем подвох, – сообщила Карина.
– Да никакого подвоха. Просто хочу канун Нового Года провести с тобой, отметить наше расставание.
– А оно разве еще не случилось?
– Ну, мы как-то плохо расстались… как будто нас ничего не связывало. Предлагаю по-другому, ты же теперь доступна для каждого? Так почему своему первооткрывателю не уделить время?
– Так, дальше я одна. Разговор окончен, – настроение у Карины пропало.
– Ну, все, все, извини, ты же знаешь, что меня иногда заносит.
– Я свободный человек. А сплетни – это всего лишь сплетни, тебе ли не знать?!
– В том то и дело, что дыма без огня не бывает… Нам ли с тобой не знать?! – многозначительно посмотрел на нее Илья.
Пропади она пропадом эта любовь! Из-за которой и в огонь, и в пропасть…Неужели не бывает прошедшей первой любви!? Стоит только позвать… правильно подобрать ключики…
– В принципе, мне это предложение нравится. В том смысле, что некрасиво расстались, – согласилась Карина.
– Вот это уже другой разговор. Значит, пройдут все концерты, ты, конечно, покажешь высший класс, и мы это дело и другое… отметим 31 декабря примерно в 15 часов. Но на работе – мы только коллеги, помни об этом. Никаких намеков. Просто в 15.00 31 декабря я приду к тебе.
На носу – масштабное городское мероприятие. Карина волновалась, как никогда: чутьё подсказывало, что сегодня изменится вся ее жизнь.
Раньше Карина была уверена в своем профессионализме: без тени сомнения выходила на сцену и не задумывалась, что может быть иначе. А в последнее время силы все чаще покидали ее, голос стал дрожать, руки плохо удерживали микрофон, ноги предательски тряслись, давали о себе знать стресс и неопределенность будущего. А Илья, в поддержке которого она нуждалась больше всего, подливал масла в огонь. От их сплочённого трудового тандема не осталось и следа. Складывалось ощущение, что Илья не просто не хочет вместе работать, а желает от нее избавиться. Она улавливала это, и ощущение покинутости сильно ранило.
Она видела музыкантов, которые падали с пьедестала, но никак не могла примерить это к себе.
= = =
Зал уже ждет. Илья не поддерживает, как бывало ранее, скрещивая пальцы и вдохновляя взглядом: «Давай, девочка! Я верю в тебя!» Он стоял, скрестив не пальцы, а руки на груди, своим циничным видом демонстрируя: «Ну, покажи, что ты можешь без меня!?» Карина посмотрела в его сторону и попросила поддержки, но Илья стоял, как каменный истукан.
До сих пор Карина перед выступлениями снимала мандраж небольшим количеством коньяка из маленькой фляжки. Было стыдно и противно, но альтернативного выхода она не знала. В туалете она повторила ритуал и вспомнила о Кирилле. Ведь он когда-то хотел гордиться ею и восхищаться, а после концертов обнимать и всем рассказывать, что это выступала ЕГО жена… смотреть, как поклонники задаривают цветами и аплодисментами. Карина тогда не оценила его рвения и прогоняла, считая, что он не ничего понимает в музыке, и вообще не надо ее сопровождать на концертах.
Если бы сегодня она позвала Кирилла, он бы пришел. Но она не хотела при нем падать на дно, показать Кириллу, что ей больно… и не хотела столкновения двух любовников, каждый из которых считал, что соперник виноват в его проблемах.
Может быть, именно сейчас Кирилл подает на развод, ведь он хотел Новый Год начать с чистого листа…
= = =
Карина шла на ватных ногах, даже коньяк не сильно помог. Илья почувствовал от нее запах и показал пальцами что-то вроде стакана, намекая, что все понял. Если бы он чувствовал ее смятение…
Дошла до рояля, села на стул, отрегулировав под себя, и попыталась выпрямить спину… а она не выпрямлялась, как будто мешал тяжёлый груз. Поставила кисти рук на рояль, приготовилась пройтись по клавишам, но… ничего не вышло. Клавиши продавились под пальцами, выдавая фальшивые ноты. Она ничего не помнила! В зале воцарилась тишина. Ей очень хотелось посмотреть на Илью, но она сдержалась и глянула в сторону других коллег. Только один концертмейстер, питавший к Карине искреннюю симпатию и жалеющий, что она не в большом городе и не на большой сцене и что свою молодость она дарит «непонятно кому и зачем», махнул головой: «Давай, девочка!»
Она поняла, что играть не сможет, и подошла к микрофону. Сотни глаз смотрели на нее, в первых рядах сидели компетентные люди, которые будут решать, кто представит город и страну на зарубежных концертах. Карина смотрела на них, но не выдала ни звука. Постояв так несколько секунд, она хотела извиниться, но даже это у нее не вышло. Она повернулась и ушла… мимо кулис, мимо зрителей, не придерживая длинное платье и наступая на него каблуками. Как вышла из зала – не помнила, в туалете ополоснула лицо ледяной водой, сглатывая слезы. Села на пол, рядом с ней была сумка с фляжкой коньяка. Как она успела захватить сумочку – даже и не помнила. Карина открыла флакон, глотнула крепкого напитка…
= = =
Музыка с верхнего этажа доносилась до туалета. Карина зажала уши руками, не замечая, кто входит в дамскую комнату и выходит из неё. Вдруг почувствовала, как до плеча дотронулась чья-то рука – теплая и нежная. Как давно к ней никто не прикасался…
– Всё будет хорошо, милая.
Карина даже не испугалась, а просто открыла глаза и увидела девушку примерно ее возраста. Вроде знакомое лицо, а вроде нет. Карина подумала, что она, наверное, из тех, кто искал одобрения и не мог найти, а сейчас – подходящий момент. Карину временами сильно заносило, и она невольно ранила людей, которым нравилась, а те затаивали обиды. А теперь испытания навалились одно за другим, она начала падать вниз, и ей хотелось, чтобы приласкали и пожалели.
Карина протянула коньяк. Девушка повертела фляжку в руках и вернула.
– Как тебя зовут?
– Вера.
– Извини, я не помню тебя.
– Не извиняйся. Такой звездочке, как ты, вовсе необязательно знать всех по именам. И тебе, ангелу, можно все простить.
– Спасибо, – улыбнулась Карина. – Но какой я к черту ангел? Вот, сегодня у звезды полный звездец. Пришел мой час платить по счетам. И я думаю, это только начало. Беда же не приходит одна, я чувствую.
– Да, но это временное состояние. Я давно заметила, что с тобой что-то не так. Ты всегда была для многих примером для подражания. Знаешь, сколько тебе завидуют? – Вера показала широкий жест.
– Догадываюсь, но меня это давно не радует… Нам часто кажется, что мы будем всю жизнь верхом на белом коне. А вот… – Карина развела руки, – и, главное, что обидно: еще не успев насладиться успехом и славой, когда все еще впереди – нужно уйти, чтобы больше не позориться. Потому что здесь у меня ничего нет – ни семьи, ни жилья, ни работы… ни удачи, ни любви. Все потерялось в один день, 31 августа…
– Я все знаю.
И тут Карина обратила внимание на лицо девушки. Оно было ярким, в то же время совсем неприметным. И не понимала, откуда она взялась и кто она? Как Карина ее раньше не замечала?
– Этого никто не может знать!
– Я знаю все. А откуда – не суть, – улыбаясь, сказала Вера.
– Странно, но я не хочу сейчас об этом думать.
– И не думай. Тебе сейчас главное выстоять. У тебя в последнее время много событий, которые подкосили твое состояние, уверенность в себе. Но это еще не конец. У тебя все впереди. Верь мне! Ты только не сдавайся! Если у тебя не получилось в одном, получится в другом. У тебя не один талант, поверь! И никто не может сказать наверняка, что петь и играть – это твое призвание, только потому, что ты с детства об этом мечтала, и твои родители этого хотели. Возможно, ты проживаешь сейчас не свою жизнь. А себя еще придётся поискать.
– Я никогда не задумывалась на эту тему, удивительно. От природы были способности, и я даже не думала, что можно пробовать что-то еще. И никто никогда мне не говорил об этом, ты права, Вера!
– У тебя еще будет много времени подумать, – кивнула Вера, как будто знала всё наперед. – А сейчас, главное, обрести веру в себя! И только тогда в тебя поверят другие.
– Да, я где-то ее потеряла… веру в себя…
– Но я нашлась, я рядом.
Карина не поняла этих слов.
– Без любви ты не можешь, я знаю, – продолжала Вера. – Но поверь, ты обретешь любовь, и весь этот кошмар будешь вспоминать с улыбкой. Ты будешь учить других любить и надеяться. Ты будешь счастлива! Ты будешь гордиться собой и своей семьей.
Карина была готова бесконечно слушать Веру, ее красивую речь. Эта незнакомая девушка за несколько минут вдохнула в нее немного жизни.
Но вдруг Вера встала:
– Мне нужно идти. У меня еще много важных дел. Другие люди ждут меня, я должна быть с ними. Но я не прощаюсь.
– Мы еще встретимся? – с надеждой спросила Карина.
– Конечно! Правда, не знаю когда. Все зависит от тебя!
– То есть, от меня? Я не совсем понимаю.
– Ты должна уйти достойно с этого места работы. Только не уходи сейчас. Пройдет немного времени, люди забудут про сегодняшний инцидент, а, когда все утрясется, ты просто приди и исполни то, что должна. А потом можешь уходить.
– Хорошо, – сказала изумленная Карина.
– До свидания, Ангел Карина! Мне пора.
– Постой. Может быть, еще посидим или прогуляемся?
– Нет, мне нужно идти, – убедила Вера, вставая и поднимая Карину за руки, – посмотри на себя в зеркало, познакомься с будущей собой и возвращайся в зал. Ничего не бойся! У тебя впереди еще много испытаний. Потому что прежняя Карина умерла, просто ты не можешь ее отпустить. Она умерла еще тогда, 31 августа… но ты не даешь ей уйти, именно поэтому с тобой все это происходит. Как только ты ее отпустишь и впустишь в себя другого человека – твоя жизнь начнет меняться в лучшую сторону. Но и сейчас ты еще не та, что должна быть. Ты еще раз умрешь… но выживешь, все зависит от верности твоей душе… А когда ты научишься владеть своим телом и эмоциями, перед тобой раскроется весь мир…
