Текст книги "Лидер (СИ)"
Автор книги: Иоланта Палла
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)
15
Паша: Быстро же ты… Кто он?
Сердце останавливает привычную работу и переходит на странный ритм, сокращаясь за ребрами через раз. Я смотрю на экран телефона, словно там слиток золота, а не сообщение от бывшего парня. Меня накрывает смешанными эмоциями – волнение, непонимание, ядовитая радость и омерзение. Горящий коктейль чувств вызывает прилив жара к щекам, а руки же наоборот холодеют, будто я держу кусок льда.
К собственному удивлению, я рада, что сторис со сводным братцем задела Пашу. Только радость не пробуждает внутри тепло. Она, словно паутиной, облепляет меня, сковывает движения и приближает к приступу удушья. Да, мне чертовски больно дышать!
Я не понимаю, зачем он мне пишет, если рядом с ним уже другая девушка?! Собственнические инстинкты проснулись?! Не поздно ли?!
Мысли о той несчастной становятся источником мерзкого чувства, которое клубком катается в животе. Мне очень неприятно. И в то же время пальцы дрожат от волнения, будто мы только начали переписываться, и ничего между нами не было. Даже не особо фигуристой девушки, которую он так часто постит.
– Все хорошо, Ярик? – Лёня ловко выкручивает руль, лавируя по улицам моего родного города, а я не могу пошевелиться или сказать ему что-либо. Не хочу снова показывать свою слабость, но тело было обездвижено, как при заморозке. – Что там?
Широко распахиваю глаза, когда Фил выхватывает телефон из моих триггерных рук и нагло читает нашу с Пашей переписку.
– Отдай! – взвизгиваю, забираю гаджет и убираю его в карман джинсовки. – Ты всегда такой бесцеремонный? Или только мне так повезло?
Лёня усмехается, не воспринимая меня всерьез, чем ужасно бесит. Я складываю руки на груди и смотрю в окно на прохожих, асфальт, деревья, да на что угодно! Только не на его довольную физиономию.
– Не ведись на его сообщения, – говорит без смеха, а я кривлюсь. Тоже мне великий советчик! – Задевает, что ты, якобы, нашла ему замену.
– Какой же ты специалист в отношениях, – не удерживаюсь от выдавленной улыбочки и бросаю на Фила убийственный взгляд, – ты больше по теории или практика была?
Не отрываю взгляда от сводного братца, но вместо ожидаемой оптимистичной улыбочки Лёня вдруг становится серьезным и с особым рвением следит за дорогой. Я от неловкости ерзаю по сиденью. Что не так? Снова окатываю его выпытывающим взглядом, только Фил хмурится и кивает вперед на хлипкую изгородь.
– Нам сюда?
– Угу.
Лёня паркуется у обочины возле местного кладбища, а я медленно выдыхаю, настраиваясь на предстоящий выход. После похорон я пару раз была на могиле отца и сейчас чувствовала себя виноватой, словно забыла о том, что он когда-то присутствовал в моей жизни.
– С тобой сходить? – хмуро выдает Филатов, усиливая мою неловкость после вопроса про отношения. Я не видела Лёню с девушкой. Ни разу. Он был очень общительным, но о таких личных вещах я не имела представления. Леонид не знакомил родителей ни с одной девочкой, а они у него были. Много. В этом я была уверена.
– Нет, – дергаю за ручку и вдыхаю воздух, пропитанный запахом свежескошенной травы. Пусть кладбище не новомодное, но порядок здесь поддерживают на регулярной основе.
– Тогда жду, – Лёня надевает солнцезащитные очки и откидывается на спинку сиденья, игнорируя мой виноватый взгляд. Не парень, а парадокс! То он гиперактивный и веселый, то мрачный и отчужденный, как статуя!
Без весомой причины громко хлопаю дверью, чтобы хоть как-то задеть Фила, но тот и бровью не ведет. Шумно выдыхаю и нервно одергиваю края джинсовки, будто она могла помяться. Бурчу себе под нос грязные ругательства, выплескивая эмоции, которые бушевали после сообщения от Паши. Крепко сжимаю кулаки и иду вперед по знакомому маршруту, вертя головой. Хочется прогнать лишние мысли и остаться наедине с прошлым, но не получается. Когда я достигаю цели, то присаживаюсь на хлипкую деревянную лавочку около могилы и провожу по искусственному цветку на венке. Бабушка поддерживает здесь порядок. Вина толкается внутри очередной неприятной волной.
– Я скучаю… – еле шевелю губами. Они дергаются в печальной улыбке, и я безвольно опускаю руку, не находя подходящих слов. На могильной плите нет фотографии, лишь фамилия, имя, отчество и даты рождения и смерти. Рефлекторно обнимаю себя руками, гася внутри дребезжащее чувство потери. Мне порой кажется, что вся наша жизнь после похорон является сном. Словно она не мне принадлежит, а другому человеку, чью роль я сейчас играю. Это больно…
Вздрагиваю, когда телефон вибрирует в кармане, и достаю, чтобы проверить уведомление.
Паша: Кто он?! Я его знаю?!
За ребрами вновь стопорится жизненно-важный процесс, и я таращусь на сообщение. Хочется послать его куда подальше, но я не могу…
Яра: Тебя не должна волновать моя личная жизнь. Занимайся своей!
Сердце отбивает ритм вместе с пальцами, которые ударяют подушечками по сверхчувствительному сенсорному покрытию. У меня даже возникает мысль, что все органы переместились вверх и давили на легкие. В горле застрял не ком из эмоций, а мое несчастное разбитое сердце. Зачем он мне пишет?! Почему именно сейчас?!
Не ведись на его сообщения…
Прикрываю глаза и закрываю чат с Пашей, который активно набирает очередной месседж. Желание взвыть становится нестерпимым, и я лезу в контакты, отыскивая необходимый номер. Палец зависает над кнопкой вызова, и сердце колотится с утроенной силой. Мне нужно отвлечься… И другого способа я попросту не вижу…
Один гудок… Второй… Третий…
Разочарование липкой неприятной субстанцией разливается по организму.
– Ярослава! – даже вздрагиваю от голоса Марии и испытываю дикое волнение, которое смешивается с остальными эмоциями, вызванными сообщением от Паши. – Что-то случилось? Как ты?
– Маша, – пищу, словно мышь, и прикрываю глаза от неловкости, которую испытываю в данный момент, – я…
– Мамочка-а-а… – теряю дар речи, услышав на втором плане голос ребенка, и сижу, глупо открыв рот. – Я машинку потелял…
– Прости, Ярослава, – Маша усмехается, – сейчас я помогу своему богатырю найти его пропажу, и мы поговорим.
Я должна ответить, но получается лишь кивать…
Немного новостей.
Прода будет выходить 2-3 раза в неделю.
Точных дат и времени нет. Приблизительно через два дня после выкладки последней проды.
16
POV Маша
Четыре года назад
Помещение ломится от обилия посетителей. Мы с Ирой устроились у края барной стойки, и я с интересом рассматривала каждого человека. Раньше я не часто посещала бары и ночные клубы. Сначала учеба не позволяла стойкой отличнице вырвать кусочек счастья и свободы, а потом в моей жизни нарисовался Игорь, которому я посвятила все свободное время.
От осознания собственной глупости и наивности стало горько до возникновения противной оскомины во рту, словно я съела неспелый фрукт. Противное ощущение, от которого я не могла избавиться, пока подруга не толкнула меня в бок. Перед глазами тут же появился бокал с красным коктейлем, и я сомневаюсь в том, что хотела бы знать его состав.
– Итак, – Ира отодвигает в сторону высокий стул, на котором сидела, и высоко поднимает бокал, пока я с удивлением её рассматриваю, – я хочу выпить за тебя, Машунь. За то, что у меня есть такая прекрасная понимающая подруга, которая поддержит меня в любой ситуации.
– Перестань, – пытаюсь отмахнуться, чувствуя жуткую неловкость, но Ирина ловит мое лицо пальцами и смотрит в глаза.
– Не думай, что ты в чем-то виновата, Маш. Иногда люди просто сами по себе настоящее де…
– Я поняла, – усмехаюсь, только подруга меня не отпускает, понимая, что слова ничем не помогли, и, да, я виню себя в измене мужа.
– Нет, Маша. Я тебе говорю вполне серьезно. Я тебя знаю много лет и могу сказать со стопроцентной точностью, что ты хороший человек и великолепная жена. Он не стоит того, чтобы убивать в себе самые лучшие качества.
– Спасибо, – вытираю слезу, которая предательски скатывается по щеке, пока подруга кривляется.
– Пей, – подталкивает бокал к моим губам, – это была последняя слеза. Отныне мы будем лишь радоваться жизни. Поняла меня? – Ира покачивает бедрами под музыку, привлекая внимание мужского пола. – Поняла?
– Да.
Она кривится, делая вид, что не слышит, и прикладывает ладонь к уху. Я смеюсь.
– Не слышу?
– Да.
– Что?
– Да! Черт… Да! Да! Да! Только перестань!
Звон бокалов глохнет в нашем смехе, который теплом разлетается по организму. Я улыбаюсь, отбрасывая прочь мысли об Игоре. Сейчас мне хочется забыть о том, что произошло, и побыть счастливой хоть чуточку. Совсем немного, а потом я вернусь в прежнюю жизнь и буду решать проблемы.
Мы увлекаемся. Кажется, слишком круто сворачиваем на ребяческие горки. Напитки позволяют отпустить тяжелую реальность. Она попросту убегает на второй план, пока я смеюсь, слушая рассказы Иры о наших совместных прошлых приключениях.
– Я скоро вернусь, – говорит она мне на ушко, а сама посматривает за столик в противоположной стороне зала. Там на протяжении всего вечера на нее без отрыва смотрит красивый мужчина. Она делает вид, что не замечает, но я вижу четкую заинтересованность в ее мимике и каждом движении. Киваю в ответ и отворачиваюсь к уставшему бармену, показывая на пустой бокал.
– Угощаю, – вздрагиваю от приятного голоса, раздающегося над моим ухом. С трудом сдерживаю порыв резко подняться и ловлю взглядом хитрые глаза. – Не против?
Бунтарь садится на стул и в очередной раз подмигивает мне. Я не маленькая девочка, но от его наглости сердце заходится незнакомым ритмом.
– Не поздно ли спрашивать? – цепляюсь за бокал, как за спасательный круг, только увести взгляд в сторону не получается. У парня красивые глаза, и я смотрю прямо в них. Возможно, всему виной атмосфера и очередная порция веселья. Не придаю значения деталям. Я же решила в этот вечер полностью отпустить ситуацию с Игорем, значит, прекрасно справлюсь с этой задачей.
– Ты очень красивая, – осматривает меня, явно оценивая.
– А ты очень наглый, – усмехается, забирает из моих рук бокал, делает глоток и возвращает мне.
– Но тебе это понравится.
– Не помню, чтобы мы переходили на ты, – стараюсь скрыть дрожь в пальцах, обхватывая ими бокал. Щеки горят, словно градус жары в помещении резко подскочил. И где Ира потерялась?
– Не проблема, Flower, – бунтарь улыбается, и так заразно, что закусываю губу. – Сейчас исправим, – он взмахивает рукой перед барменом и поднимается.
Один шаг, и парень оказывается около меня в непростительной близости. Ахаю от его напора. Только не могу двинуться – впереди он, а позади и по бокам спинка барного стула. Сердце подпрыгивает до горла, падает обратно в грудную клетку и тут же начинает бешено колотиться, грозя сломать к черту несчастные ребра.
– Что ты делаешь? – произношу не своим голосом, пока парень исследует мое лицо своими глазами. Ресницы у него безбожно длинные и делают глаза особенно выразительными. – Не слишком ли много наглости?
– Нет, – улыбается до появления ломоты в груди, и я хочу отвернуться, но бунтарь помещает руки на стул по обе стороны от меня, окутывая приятным ароматом парфюма, – не нравятся официальные мероприятия, но правила стараешься соблюдать даже вне пафосного общества?
Изгибаю бровь, сохраняя ответ на его вопрос при себе, и выпрямляю спину. В конце концов, я старше, не так ли? От моего движения наши носы практически соприкасаются, и улыбка бунтаря становится шире. Не дьявол ли он во плоти?
– Благодарю, – кивает бармену и берет бокал, – за пламенный переход на ты, – поднимает руку и вопросительно смотрит на меня, – на брудершафт, Flower. Ну же! Или взрослая девочка слишком труслива?
Фыркаю, пристреливая его глазами. В организме фонтанирует дикий азарт, которому я поддаюсь. Поднимаю свой бокал. Бунтарь тут же перекрещивает наши руки, притягивая меня к себе через чур близко. Так, что я ощущаю мятное дыхание на своей щеке. Выпиваем, глядя друг другу в глаза, но отклониться я не успеваю. Парень притягивает меня к себе и целует. Бокал падает на пол вместе с моим сердцем. Голова кружится, пока тело взрывается от прилива убойных эмоций, которые я испытываю в это мгновение. Кажется, мозги превращаются в пригоревшую кашу, и я не могу ими воспользоваться. Бунтарь отклоняется, бросая взгляд на разбитый бокал, и нагло улыбается, пока я растерянно моргаю, пытаясь прийти в чувство.
– Леонид, но для тебя просто Лёня, – произносит он, после чего с довольным видом салютует своим бокалом, – приятно познакомиться, Фиалка!
17
POV Маша
– Кого принесло в такую рань? – бухтение Иры не снижает уровень моего безумия, и я с еще большим усердием вдавливаю палец в многострадальную черную кнопку, от чего квартира подруги взрывается от противной трели. Я кусаю губы и прижимаю сумку к груди, в которой останавливается жизненно-важный орган.
– Что надо?! – Ира открывает дверь и растерянно моргает, увидев меня на пороге. – Маша? Ты… Что случилось?
Она отходит в сторону, пропуская меня внутрь, выглядывает на лестничную клетку, словно за мной могли гнаться тысячи чертей, и тихо прикрывает дверь. Я же с места сдвинуться не в состоянии. Внутри бушует ураган эмоций, голова раскалывается, а тело приятно ноет. От силы, с которой я кусаю губы, они не просто горят, а полыхают. Ира останавливается напротив и сканирует меня взглядом, вызывая в душе очередной приступ необоснованной вины.
– Ты не была дома?
Отрицательно качаю головой, издавая при этом странный хрюкающий звук, похожий на смех.
– Та-а-ак, – протягивает подруга, дотрагиваясь до лба рукой, топай в душ. Я тебе сейчас чистую одежду принесу и кофе сварю.
– Чай, – еле шевелю губами, пока Ира трет лицо руками.
– Хорошо, чай.
Она практически толкает меня в сторону ванной комнаты, где я дрожащими руками стягиваю с себя одежду. В зеркало намеренно не смотрю, боясь увидеть свое отражение с безумными и полными печального счастья глазами. Кажется, я сошла с ума вчера вечером и выпустила наружу всех своих опасных демонов, иначе как объяснить то, что произошло ночью?
Искусывая губы, забираюсь в душевую кабинку, прикрываю глаза, настроив поток прохладной воды, и стою, подняв лицо вверх. В памяти тут же пролетают картинки того, что я творила с бунтарем. Щеки вспыхивают от ярких подробностей, и я шумно выдыхаю. Я должна чувствовать себя предательницей, но в груди раскрывало крылья совершенно другое ощущение и имя ему вина. Я, как правильная девочка, которую так старательно воспитывали родители, испытываю чертову вину перед изменщиком-мужем. Эмоции настолько смешанные и колючие, что мне с трудом удается дышать.
Еле заставляю себя начать смывать с себя вчерашние приключения, и постепенно улыбка сходит на нет. Я не смотрела, сколько пропущенных вызовов было в телефоне от Игоря, и не хотела его видеть, только реальность нагрянула внезапно, когда я вышла из ванной комнаты. Раздался стук в дверь, а за ним противный писк звонка. Ира вручила мне одежду и кивнула на дверь в свою комнату, где я скрылась. Скинув полотенце, в которое завернулась после душа, я быстро переоделась и с гулко стучащим сердцем подошла к двери.
– Где она?
– Успокой свое эго, Игорь, – подруга произносила каждое слово с завидным спокойствием, а вот меня всю трясло, медленные вдохи и выдохи не помогали, – мы вчера посидели допоздна. Она только проснулась и приняла душ.
– Почему бы не сделать это дома?
– Возможно, ты сам виноват.
– Ир, суешь нос не в свое дело. Займись лучше своей жизнью, – послышались шаги, но я не стала дожидаться того момента, когда муж войдет в спальню подруги, и сама открыла дверь.
В меня тут же впился изучающий взгляд Игоря. Он часто дышал. Ноздри ходили ходуном, пока муж проводил осмотр. И, да, я боялась, что на моем лице и теле отчетливо виднеются следы ночного веселья.
– Ты в моем доме находишься, Игорь, а не у себя. Мы попьем чай и позавтракаем, а потом, если Маша захочет, то она спустится к тебе, – Ира подошла ко мне и встала между нами, как нерушимая стена. – Прошу на выход! – она указала на входную дверь, а я нервно сглотнула.
– Я жду, – после нескольких тяготящих секунд раздумий сообщил Игорь и с каменным выражением лица покинул территорию подруги.
Я же смогла расслабиться, когда дверь за ним закрылась. Ира повернулась ко мне и развела руки в стороны, показывая, насколько сильно любит моего мужа. Мы спокойно разместились за столом в кухне, и я рассказала о том, как провела ночь с Леонидом. Подруга готова была повесить мне на грудь огромную медаль за то, что я красиво уделала Игоряшу, вот только в моей грудной клетке стремительно тяжелело, ведь если муж узнает, с кем я провела ночь на самом деле, то последствия будут плачевными для нас обоих. Конечно, я не строила иллюзий насчет бунтаря. Он еще совсем мальчишка, и втягивать его в личные конфликты я не собиралась, тем более из-за одной запоминающейся ночи.
– Как долго ты собираешься плясать под его дудку? – Ира с недовольством посмотрела вниз на машину Игоря, припаркованную около ее подъезда.
– Мне нужно найти выход из положения, Ир, если такой есть…
– О себе думай, Маша, а не обо всех. Ради чего с ним жить? Чтобы все были счастливы и богаты, кроме тебя? Это бред!
– Знаю, – только и смогла выдавить из себя прежде, чем попрощаться. Вестись на угрозы Игоря нельзя было изначально, но я правда боялась за своих родных, которым он может насолить.
Если раньше я была уверена в том, что Игорь не причинит вреда, то сейчас очень сомневалась в нем, даже как в человеке. Пока спускалась вниз и шла к его машине, вся наша совместная жизнь пронеслась перед глазами. Столько лет вместе, и к чему мы пришли? На что потратили драгоценное время?
– Я жду объяснений, Маша, – Игорь был напряжен, когда я села на пассажирское сиденье рядом с ним, и скашивал на меня взгляд, словно мог сорваться в любую минуту, – я тебя по всему городу искал. Неужели сложно было ответить на звонок?! – он ударяет кулаком по рулю, а я вздрагиваю, стараясь сохранить спокойствие, хотя бы внешне.
– Знаешь, после того, что произошло я не могу изображать из себя любящую жену.
– А что так?! Прошла любовь, завяли помидоры?! – едко выплевывает, будто я стала виновницей падения нашей семьи. От его тона внутренности скручиваются с такой силой, что я жадно вдыхаю кислород, чтобы облегчить это состояние, но мне ни капли не помогает. Только хуже становится. Ощущение такое, словно меня всю потрошат, не спрашивая на то разрешения. – Ты уже давно не маленькая девочка, Маша, и должна понимать взрослую жизнь. Твои обидки – временное помутнение. Мы – семья…
– Семья?! Игорь, ты в своем уме?! О какой семье ты говоришь?! – срываюсь на истерику, не вынося его наглости. – Ты в нашу постель другую притащил!
– Успокойся.
– Успокойся?! Да пошел ты! – дергаю ручку, но Игорь блокирует двери. Взрываюсь ревом, ощущая, как по щекам стекают горячие слезы. – Выпусти меня!
– Успокойся, я сказал! – верчу головой, отказываясь смотреть на него. Вся выдержка улетает в трубу за считанные секунды. – Я вливал деньги в проект твоего папочки. Продолжишь истерику, оставлю его без гроша в кармане, поняла? – запускаю пальцы в волосы и крепко сжимаю их у самых корней. – Не слышу. Поняла?
– Какая же ты сволочь…
– Не слышу ответа. Ты поняла меня?
– Да. Поняла.
– Хорошо, – поворачивает ключ в зажигании, – обедать будем в ресторане с Резниковым. Ты должна выглядеть на все сто, и будь так добра, улыбку на лицо натяни.
18
POV Ярослава
Мои проблемы теряются в пространстве, стоит Леониду оказаться рядом. Его запах заполняет легкие и оседает в них ядовитым порошком, парализуя к чертям все функции головного мозга. Паша с его сообщениями исчезает в неизвестном направлении, и все, о чем я могу думать, – почему сводный брат действует на меня, как красная тряпка на быка? Нет, он всегда меня раздражал, но в данный момент я ловила себя на том, что нагло рассматриваю его лицо, руки, широкие плечи и даже зубы, когда на смазливой физиономии появляется улыбка. Я не могла отвернуться даже в то мгновение, когда Лёня ловил меня на подглядывании. Вроде нужно бы изобразить отсутствие интереса, но, с другой стороны, с чего бы так позорно капитулировать? Он ведь все равно меня поймал с поличным…
Я старалась меньше с ним контактировать и хоть как-то сосредоточиться на своих желаниях. Раньше я хотела посвятить себя сцене, да и сейчас с трудом представляла себя в другом амплуа. Только после случившегося я замерла в одной точке и не знала, в каком направлении двигаться дальше, и нахождение поблизости Фила никак не помогало, скорее наоборот сбивало с истинного пути. Я злилась, не имея на то веской причины, и отвечала сводному резко, порой грубо, за что получила от бабушки. В общем, в кровать я легла не в самом лучшем расположении духа. Бездвижно лежала и считала воображаемых овец, стараясь не обращать внимания на то, что в метре от меня находится Лёня. Игнорировать его присутствие не удавалось, и я сдалась, глубоко вдохнув приятный аромат. Что же такое…
– Перестань так громко дышать! – бросила в темноту и перевернулась на другой бок, чтобы хоть как-то облегчить свое состояние. Не удалось…
– Завтра заедем в аптеку, – спокойно ответил Фил, слегка хрипловатым голосом. Видимо, мистер Позитив намыливался сладко спать в отличие от меня.
– Зачем?
– Куплю тебе таблетку успокоина. Может, тогда полегчает, – усмехнулся гад, а я стиснула зубы с такой силой, что в голове зазвенело. Чтоб тебя, чертов сводный братец!
Его дыхание было тихим и равномерным, а мое частым и прерывистым, потому что злость внутри разрасталась очень стремительно, и когда со стороны Фила раздался мирный храп, я схватила подушку и со всей силы зарядила по его тушке.
– Ярик! – рыкнул и метнул мое орудие мести обратно. Прилетело в цель – по голове.
– Ты храпишь! – зашипела в ответ и снова кинула ему перьевую гранату.
– И что ты предлагаешь?! Сейчас съездить за успокоительным?
БАХ! Подушкой прямо в мое разъяренное лицо! Ух-х-х!
– Подожди, пока я усну, потом храпи, сколько твоей душеньке угодно!
БОМБА! Фил тихо выругивается. С его стороны раздается шорох, и я напрягаюсь всем телом. В комнате тьма, и я могу лишь предположить, где находится сводный брат. Выпрямляюсь и слышу, как мое сердце одичало ворочается за ребрами, пытаясь нормально функционировать.
– Хватит с меня этой поездки, – раздается неподалеку. Дзинь! Он снова безошибочно сотрясает мои мозги, подогревая ярость.
Я поднимаюсь на ноги, переставая дышать, потому что, вроде как, громко это делаю, и на цыпочках крадусь к раскладному креслу, на котором Лёня уместил свое тело. В крови бушует какой-то жгучий азарт, словно я сейчас переступлю красную черту, после которой нет пути обратно. Сглатываю слюну и оказываюсь в плену горячих рук. Леонид ловко ловит мое неуклюжее тельце, откидывает в сторону подушку, а меня, не смотря на активное сопротивление, кидает на кресло и зажимает сверху собой.
– Слишком громко дышишь, baby, – шепчет Фил, опаляя мое лицо теплым мятным дыханием. Упираюсь руками в его плечи и замираю. Мышцы под моими ладонями напрягаются. Мне кажется, что перед глазами пролетают искры. Чувства обострены до предела, и чтобы не задохнуться от нехватки воздуха, я открываю рот. Мне становится невыносимо жарко от близости Лёни. Пламя разгорается внутри и подогревает кровь, рисуя в воображении красочные картинки. Мне становится стыдно за такие мысли, но я не спешу двигаться, особенно в тот момент, когда Фил ведет носом по моей щеке, едва касается губами мочки уха и спускается к шее. По коже бегут не просто мурашки, а огромные мурашища.
БАХ-БАХ-БАХ! Сердечная мышца группируется и ударяет по ребрам с непоколебимой мощью, сотрясая мое тело. Кажется, вибрации проходят не только по мне, но и передаются Лёне, ведь он резко отстраняется, задевая губами чувствительную точку на шее. Я шумно выдыхаю. В месте недопоцелуя горит, словно клеймо выжгли. Руки находятся все в том же положении. Я, широко раскрыв глаза, таращусь в темноту, пока сводный братец поднимается на ноги.
– Успокоилась? – звучит не вопрос, а скорее утверждение. – Топай в люлю и спи, baby, – раздраженно бросает Фил, и я подрываюсь, словно на мине.
От стыда горят не только щеки, но и внутренние органы. Да, что там?! Мне кажется, я вся превращаюсь в один сплошной сгусток неловкости. Самой себе не хочется признаваться в том, что пару минут назад я ждала от Фила поцелуя. Или нет? Вот же черт…
Шагаю в сторону кровати, но запинаюсь. Леонид ловит меня, прижимая к себе. Очередной разряд тока вышибает из груди толи стон, толи ругательство, толи все вместе.
– Ярик…
– Спокойно ночи! – отпрыгиваю от сводного брата, как от огня, и ныряю под одеяло, сдвигая к самому краю кровати. Подальше от Лёни. Сердце колотится в районе горла, словно я пробежала марафон и претендовала на первое место в этом забеге. Зажмурилась, отгоняя прочь мысли. Нет-нет-нет! Я придумала себе то, чего нет!
Сквозь свое сбивчивое дыхание слышу шорохи и скрип. Фил улегся обратно. Храпа нет. Откидываю одеяло с головы и прислушиваюсь. Лёня шумно выдыхает. Периодически ворочается. Я же лежу на одном месте и боюсь сделать полноценный вдох. Прикрываю веки и поджимаю губы, дотрагиваясь до шеи.
Снова шорох. Напрягаюсь, не представляя, что происходит около меня. Выжидаю так, будто Фил набросится на меня. Только он тихо идет к двери. Когда открывает, замечаю, что он накинул на себя спортивный костюм.
БАХ-БАХ-БАХ! Протягиваю руку и включаю светильник около кровати. Сталкиваемся взглядами. Его раздраженный и мой панический. Первый побеждает. Вопрос застывает на кончике языка. Секунда. Две. На третью Фил закрывает дверь, а в моей груди тонкими невидимыми нитями сплетается странное ранее не изведанное чувство…
