Текст книги "Открыть глаза (СИ)"
Автор книги: Инна Георгиева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)
– Ей крыло надо перевязать, – доходчиво объяснила Мерси. Ревенант попятился:
– Дык... я же вроде не по этой части...
– Значит, нужно отвезти ее в клинику. Одолжишь машину или мне свою вызвать?
Зажатый в угол Итиро беспомощно пожал плечами, разевая рот в тщетных попытках придумать аргументы в пользу альботросовых котлеток.
– Не нужно никого вызывать, – надоело Таики вялое бормотание старосты. – Я сам справлюсь.
– А сумеешь? – Мерси подозрительно нахмурилась. Перевязать крыло птице – это даже не на собачью ногу лубок наложить. Здесь перья мешаются. Как минимум.
– Мужчина должен уметь все, – спокойно ответил Таики. Итиро покраснел. Мерси отчего-то тоже.
– Я, пожалуй, помогу тебе, – после секунды размышления, сообщила девушка. Черноволосый особого энтузиазма не выказал. Впрочем, и отказываться не стал.
– Э... – решил внести и свою лепту староста. – Лазарет дальше по коридору, крайняя дверь направо.
Последнее слово прозвучало совсем тихо, но его все равно никто не слушал.
– Что за дрянь они притащили? – к Итиро подошла Аканэ, слишком сильно вошедшая в роль хозяйки дома. Староста поморщился:
– Альбатроса...
– Ух ты, – усмехнулась демоница. – Давненько я не ела супчик с морской птицей.
– И не поешь, – перебил Ревенант. – Господин Хирано как раз перевязывает ей крыло. Я так понял, эту птичку мы должны вылечить.
– Кто это – «мы»? – подозрительно сощурилась Аканэ.
– "Мы" – это благородные ученики «первого-А» класса школы Фузиоку! – сквозь зубы рявкнул староста. Его зглаза на мгновение полыхнули красным огнем.
– Ну, если только так... – пошла на попятный «благородная ученица». – Пойду оборотней предупрежу... пока они нашего пациента в гуляш случайно не определили...
22 июля 20ХХ года
«Дорогой дневник. Таики это все-таки сделал! И даже без моей помощи (а точнее – вопреки моим активным стараниям). Альбатросиха выживет. Хотя она и раньше-то не сильно походила на умирающую, но Таики заверил, что через две недели она снова будет летать... И все-таки как ловко он с ней обошелся! Лишнего пера не помял, хотя дурная птица вырывалась так, будто мы ей живъем липосакцию делали. Я предложила было ее аккуратненько связать, но на меня посмотрели как на живодера. Пришлось с умным видом держаться за краешек бинта и помалкивать... А кто бы видел, с какими лицами за нами наблюдали одноклассики! Всей толпой под дверью медпункта собрались, советы бредовые давали (не одна я такая!), помочь пытались... Хорошие они все-таки люди, хоть и «нечисть».
Вот только Юмико один интересный вопрос подняла. Оказывается, альбатросы на земле вьют гнезда и откладывают в них единственное яйцо. Выходит, мы самку буквально с детеныша сняли? И где-то там, на холодном пляже остался нововылупившейся птенец? Я от такой перспективы ужаснулась, а вот Юно как-то подозрительно облизнулся. Обещал завтра сходить, посмотреть не завалялся ли на берегу бесхозный альбатросик. Самого бы я его с такой рожей туда в жизни не пустила, но Сатоси обещал за товарищем присмотреть и все его попытки навредить «несчастному сиротинушке» пресекать на корню...
А еще я никак не могу выбросить из головы пение Таики. Да и как его выбросишь, если от воспоминаний слезы наворачиваются? Это было восхитительно! Так проникновенно, чувственно... просто бесподобно. Даже птицы онемели от восхищения. Странная, конечно, реакция, если бы своими глазами не наблюдала – не поверила бы. Но как бы мне хотелось спеть с ним дуэтом! Пусть даже арию из оперы, пусть даже ценой потери голоса – сопрано мне всегда удавалось с трудом... Я даже не предполагала, что мужчина может вытянуть такие ноты... Да, история знавала случаи проявления подобного таланта – Брисон, Фаринелли, Морески... но мы также знаем, какой ценой они этого добивались. Неужели и Таики ради пения пошел на такие страшные жертвы?!
Глава 10
Ferroman: На пианино играть тоже очень просто.
Всего лишь надо попадать на нужные клавиши в нужный момент.
BASH
Альбатрос быстро шел на поправку. Уже на пятый день Таики начал разминать ее пострадавшее крыло. Мерси всегда присутствовала при этих процедурах – ей нравилось наблюдать за спокойными и аккуратными действиями черноволосого. Увы, почти за неделю в их обществе птица так и не привыкла к рукам человека. Таики ей больше не пел, хотя иногда девушка сама была готова его об этом попросить. Но каждый раз заставляла себя прикусить язычок: глядя на то, как уверенно парень держит альбатроса было понятно, что дополнительная помощь ему не нужна.
Как и в первый день «нечисть» выходила на пляж только после захода солнца. Она плавала в море, разжигала костры, играла в догонялки (по большей части оборотни и те, кто боялся оказаться в их зубах) и всегда с любезными улыбками приглашала Мерси присоединиться. Та неизменно отказывалась, вежливо, но твердо. Как бы приветливо ни махал ей Итиро, сколь бы предубедительна ни была Аканэ и заботлива Юмико, девушка чувствовала себя среди них чужой. У каждого была своя группа, свои друзья, свои интересы. А она словно смотрела на них со стороны, признавала, но не могла принять. Не решалась сделать шаг навстречу, будто пугаясь возможности заразиться этой странной любовью к «темной стороне».
В какую-то из таких ночей Мерси не спалось. Она тихонько выскочила из своей комнаты и спустилась в гостиную. «Нечисть» уже отправилась на пляж и грозилась задержаться там до утра. В комнате было темно и очень тихо. Зажигать огромную люстру Мерси не стала – именно сегодня ей хотелось посидеть в темноте. Забравшись с ногами в кресло у окна, она отрешенно смотрела, как лунный свет играет серебром на гладкой ткани шелкового платья.
– Хорошая ночь, верно? – голос из соседнего кресла заставил девушку вздрогнуть. Но сердце также быстро вернулось к прежнему ритму – Таики, пожалуй, был единственный, кому она прощала нарушенное одиночество. – Сегодня полнолуние, – парень чуть подался вперед, и на мгновение его лицо тоже попало в серебристый водопад.
– Думаешь, оборотни превратятся в диких безжалостных монстров? – хмыкнула Мерси.
– Кто их знает, – философски пожал плечами Таики.
– Ты же не веришь во всю эту чушь?
– Вера – понятие исключительно личное, – уклонился от ответа черноволосый. – Ты играешь на фортепиано?
Такая резкая смена темы заставила Мерси удивленно взмахнуть ресницами:
– Нет...
– Хочешь, научу?
– Меня?! – совсем опешила девушка. Из соседнего кресла раздался смешок.
– Ты видишь здесь кого-то еще?
– Но...
– На втором этаже есть небольшой зимний сад. Идем?
Мерси помотала головой: причем здесь сад? Куда идем?
– Там фортепиано, – словно прочитав ее мысли, объяснил Таики. Он подошел к Мерси и протянул ей руку.
– Да я и нот-то почти не знаю, – попыталась отказаться девушка.
– Я же не говорил, что буду учить тебя нотной грамоте, – улыбнулся парень. – При наличии таланта она не нужна.
Мерси в раздумии прикусила губу: все ее естество кричало о желании сыграть. Она бы и с бубном сейчас попрыгала, дай ей кто такую возможность. Но если дед узнает, что она опять музицировала на людях, то запросто лишит ее и той ничтожной доли свободы, которую она с таким трудом отвоевывала более трех лет. Вот только… откуда он узнает?
– Хорошо, – решилась девушка прежде, чем разум успел вставить категорическое «нет». Таики улыбнулся, чуть сжал ее ладошку, и повел к лестнице.
Ту ночь Мерси могла смело назвать одной из лучших в своей жизни. Она уже и забыла, как это – творить. Отдаваться целиком чувству безграничной свободы, словно лететь на крыльях ветра, словно скакать верхом на диком жеребце, словно мчаться с потоком времени по бескрайним просторам Вселенной. Ее пальцы сами находили нужные клавиши, глаза не искали нот – музыка шла из сердца, вырываясь из него, словно плененный зверь из тесной старой клетки.
Черноволосый таинственно улыбался. Он смотрел на девушку, и не мог отвести взгляд. Сейчас, именно сейчас она была самой собой: дикой, порывистой, немного безумной в своем неистовом желании. Она была прекрасна, она очаровывала и пленяла, завораживала и притягивала взор. Рыжие локоны растрепались, ультрамариновые глаза блестели в свете луны...
Мерси не почувствовала, как руки Таики легли ей на ладони. Ему пришлось силой отнимать их от клавиш.
– Достаточно на сегодня, – шепнул он, почти касаясь губами ее уха. Она оглянулась, сверкнула безумным взглядом и снова потянулась к фортепиано. Входная дверь отворилась еще раз – с прогулки вернулась Сузуми. – Пора спать, – ни на октаву не повышая голос объявил Таики, подхватил возмущенную Мерси на руки и ужом прошмыгнул в ее комнату. Девушка пискнула было что-то протестующее, но тонкий палец лег ей на губы:
– Хороших снов, моя юная сирена, – и в ту же секунду, будто кто-то выключил свет: в глазах Мерси потемнело и она без сил упала на подушки.
Утро, впервые за все лето, выдалось хмурым. Капал мелкий дождь, ветер стеснительно, с перерывами, постукивал в окно. Серые тучи, не грозовые, а тягучие будто кисель заволокли небо. Мерси проснулась ближе к обеду, потянулась до скрипа в суставах и поняла, что давно не чувствовала себя лучше. Погода не только не ухудшила ее настроения, а наоборот – еще больше его подняла:
– Да здравствует серфинг! – воскликнула девушка, натягивая на себя тугой костюм. Что было вчера, она помнила смутно. Вроде бы Таики предложил сыграть на пианино, она еще пыталась отказаться. Не вышло... Мерси помнила, как порождала первые, бессвязные звуки, как вглядывалась в нотную тетрадь, и как парень отобрал ее со словами «играй сердцем, глаза только мешают». Ну, она и сыграла. Вроде бы. Эта часть воспоминаний упрямо схоронилась где-то в подсознании.
Подхватив свою испытанную доску, на заказ выкрашенную в цвет Индиго (мастер долго разбирался, какой именно оттенок синего требует заказчица), Мерси сбежала по лестнице на первый этаж. Дверь в гостиную была приоткрыта, и оттуда слышались голоса. На цыпочках, стараясь не привлечь к себе нежелательного внимания, девушка скользнула к «вратам».
Таики бесшумно подошел к двери и наблюдал, как затянутая в спандекс Мерси убегает из пансионата. В отличие от девушки, его настроение сегодня нельзя было назвать хорошим. Подобострастно улыбаясь, к парню подошел Итиро:
– Вчера мы слышали звуки фортепиано из зимнего сада, – осторожно сказал он. – Нам стоит вас поздравить?
Таики окинул его презрительным взглядом, чуть приподняв верхнюю губу, словно вожак стаи, котому молодой трусливый волчонок притащил тухлую курицу из личных запасов.
– Ты сильно опоздал, – бросил он. – Играть на фортепиано я научился давно.
Староста поник лицом, но Таики не стал ждать словесной реакции на свое заявление, и неспешным шагом покинул гостиную. Одноклассники переглянулись и еще долго смотрели вслед черноволосому Хирано. Каждый из них воспринимал его как господина, но пока не каждый понимал, почему это так.
Когда Таики спустился к пляжу, Мерси уже вовсю покоряла волны. Словно дразня великую стихию, парень как обычно остановился в миллиметре от края голодной пены, с жадностью набрасывающейся на песок. Девушка неплохо держалась на доске – было очевидно, что ей приходилось плавать и в более сложных условиях. Да и какие волны могут быть, хоть и у предгрозового, но у такого благородно-сдержанного Японского моря?
– Эй! – Мерси уже решила плыть к берегу, когда заметила Таики. Она замерзла и устала, но все равно была довольна этой возможности вспомнить безоблачное детство на берегах Калифорнии. Когда папа учил покорять волны, а мама носилась по берегу с криками «Вперед, мои отважные капитаны!». Стуча зубами, как секретарша-трудоголик клавишами печатной машинки, девушка выскочила из воды и замерла перед Таики:
– Привет!
Парень посмотрел на нее "удивленным" взглядом и расплылся в ухмылке.
– Любишь серфинг? – спросил он.
– Ага, – Мерси выжала свою шевелюру, морщась, когда холодная вода потекла по рукам. – Только костюм для такой погоды у меня неподходящий.
– Холодно? – участливо поинтересовался черноволосый, рассматривая ровный синий цвет губ молодой пловчихи.
– Жуть, – честно ответила она, пританцовывая на месте. – Но я скоро согреюсь.
– Может, вернемся в пансионат? – Мерси искоса глянула на черноволосого. Его глаза не светились беспокойством или заботой. Но сама постановка вопроса удивляла. «Вернемся?» Это вместе, что ли? Он, получается, здесь только из-за нее стоит, на волны любуется?
– Прежде я хочу кое-куда сбегать, – ответила она, наконец.
– Могу я составить компанию?
– Если дождя не боишься, – пожала плечами Мерси. Какое-то время они с Таики рассматривали низкое серое небо.
– Пожалуй, я рискну, – хмыкнул парень. Мерси так и подмывало спросить «а смысл?!». И правда, с чего это любителю строгих костюмов топать по мокрому песку в своих дорогущих туфлях следом за едва знакомой серфингисткой? – Так куда идем?
– На «Крыло Альбатроса».
– Зачем? – впрочем, удивления в голосе не прозвучало. – Или ты все еще надеешься отыскать покинутого птенца?
– После того, как территорию обшарили Юно с Сатоси? – фыркнула девушка. – Они же как мор – оставляют после себя только голую землю без признаков жизни, и то не всегда.
Таики не стал больше расспрашивать, а Мерси не захотела объяснять. Она почти бежала по пляжу, загребая песок босыми ногами и поминутно отбрасывая за спину непослушный хвост. Черноволосый скользил чуть позади, издавая много меньше шума: его ботинки, словно подражая волшебным сандалиям Гермеса, несли хозяина по воздуху, не позволяя тонуть в рыхлой земле.
На этот раз дорога к холму отняла от силы десять минут. Мерси ступила на уходящую вверх тропку, затаив дыхание. Из-под пятки покатился камешек, и девушка опомниться не успела, как Таики схватил ее за руку:
– Будь осторожней.
– Как ты здесь оказался? – вскинула она брови. – Ты же шел позади меня.
Черноволосый пожал плечами и помог Мерси взобраться на высшую ступеньку. В этом месте скала резко уходила вверх, и подъем был таким крутым, что его вполне могли использовать скалолазы для своих тренировок. Правда, уже чуть дальше «Крыло альбатроса» приостанавливало свой рост, а затем и вовсе переходило в почти горизонтальную плоскость.
Дойдя до самого края, Мерси обвела глазами бушующее море и восхищенно замерла. Таики скосил на нее глаза: вот, оказывается, зачем они проделали весь этот путь.
«В тебе гораздо больше от родителей, чем я думал, крошка», – улыбнулся он про себя.
– Ты чувствуешь это? – Мерси раскинула в стороны руки и чуть прогнулась назад, позволяя ветру трепать рыжие пряди.
– Свободу? – тихо предположил черноволосый. Девушка ответила горящим взглядом. – Да. Чувствую.
– Будто на краю мира стоишь…
– И стоит только захотеть – полетишь как птица…
Мерси радостно засмеялась и подпрыгнула, взмахивая руками.
– Не знаю, как тебе, – глядя куда-то вдаль, сказал Таики, – а мне в такие моменты не хватает музыки.
– Мне тоже, – шепотом пробормотала девушка.
– Тогда спой.
– Я… – Мерси вздрогнула и опустила голову. – Я лучше послушаю.
Таики улыбнулся:
– Хочешь, чтобы я для тебя спел?
Девушка поперхнулась: почему это «для тебя»?! Разве не он сам только что говорил, что жаждет музыки? Но черноволосому, как оказалось, ответ был вовсе необязателен. Ступив на самый край холма, так что носки туфель зависли над пропастью, он закрыл глаза и запел. В этот раз он тоже взял за основу арию из оперы, только теперь его голос был ниже, бархатнее, глубже... Эта мелодия заставляла сердце трепетать. Она навевала мысли о войне, о страхе и боли, и в то же время – о благородстве и величии. Сила, самопожертвование, страсть и желание победить – все это сливалось вместе и единым потоком летело на крыльях предгрозового ветра. На мгновение Мерси представила себя всадницей, рыцарем в доспехах, с оружием в руках мчавшимся над полем брани. Ей будто открылся вид далеких событий – закатное зарево над бескрайним полем и люди, много людей, остервенело крошащих друг друга мечами и секирами. Она видела смерть, жестокую и беспощадную, но в этот момент, возможно, впервые в жизни, смерть ее не пугала. Наоборот, Мерси страстно захотелось оказаться там, захотелось взлететь над полем и упасть в самое сердце битвы, туда, где за миг до конца можно ощутить жизнь в полной мере.
Таики пел, из-под опущенных ресниц наблюдая за девушкой. Вот она ступила ближе, ее глаза наполнились блеском, губы увлажнились и искривились в диковатой ухмылке. Таики понял, что она уже не здесь. Нет больше моря, нет дождя или скалы – есть только музыка и она сама, где-то в другом мире, который он для нее открыл. Девушка протянула вперед руку, будто в попытке схватиться за что-то, сделала быстрый шаг, словно перед прыжком и, запрокинув голову, взмыла над землей.
«Достаточно на сегодня», – определил черноволосый, подставляя руки. Песня прекратилась и в тот же миг Мерси очнулась.
– Что..? – пролепетала она.
– Ты как? – Таики осторожно поставил девушку на камень.
– Голова болит, – поморщилась она. – Что со мной случилось?
– Не знаю. Ты вдруг стала падать, и я едва успел тебя подхватить. Думаю, – парень взял Мерси за руку, – тебе нужно поесть и отдохнуть.
– Странно, – девушка коснулась пальцами висков. – Со мной раньше такого не было.
– Идем, – потянул за ладонь Таики. – Я помогу тебе.
Нечисть с удивлением смотрела как черноволосый, бережно поддерживая Мерси за талию одной рукой и неся доску для серфинга в другой, возвращается с пляжа. Даже не глянув в сторону изумленно застывших одноклассников, Таики провел девушку в ее комнату, уложил в кровать и велел прислуге сервировать завтрак. Когда же спустя полчаса он спустился в гостиную, то загадочно улыбнулся и поманил пальцем Юно:
– Иди-ка сюда, Хаттори-кун. Надо нам с тобой кое-что обсудить.
29 июля 20ХХ года
«Дорогой дневник. С каждым днем мне все сложнее выполнять данное деду обещание. Хотя кого я обманываю: мне настолько хочется его нарушить, что я специально ищу для этого повод! Впору заняться самобичеванием и назвать себя лживым, слабохарактерным человеком... Ах, дед, дед, если бы ты знал, как мне сейчас тяжело... Словно душа рвется на части: музыка дала мне больше, чем я смогла принять, но это было столь же томительно, сколь и прекрасно. Будто целый океан эмоций водночасье вышел из берегов, собрался с силами и вернулся сторицей. Я так долго сдерживала себя, что теперь захлебываюсь этими позабытыми ощущениями... И жажду их до темноты в глазах, понимая, насколько сильно рискую...
Но это все лирика. Правда жизни такова, что когда закончатся каникулы, я вновь стану прилежной внучкой Кея Томаши. А значит, не будет никакого пения, никакой музыки, никакого волшебства. Это при учете, что дедовы шпионы не уследили за моими пригрешениями, иначе и жизни никакой не будет. Таики открыл для меня дверь в сказочный мир и милостиво разрешил потоптаться на его пороге. Но ощущение чуда исчезает вместе с последним аккордом, и я понимаю, что пусть еще ни разу в жизни мне не было так хорошо, сказка эта – не для меня.
И еще один важный, прямо-таки, животрепещущий вопрос. Я понимаю: феерия чувств, страсть и нахлынувшее блаженство... но амнезия?! Раньше я думала, что выражение «музыка захватывает целиком» – всего-лишь красивый фразеологизм. Но, кажется, в моем случае, он имеет вполне реальную подоплеку. В какой-то момент, когда мне поет Таики или когда я сама играю на музыкальном инструменте, я словно теряю себя. Это очень комфортное состояние – кажется, будто ты летишь птицей сквозь облака и ничто в мире не может сдержать твой полет. Но вот после... Даже головные боли и слабость пугают не так сильно, как понимание того, что на какое-то время твой рассудок попросту исчезает. Первый раз такое ощущение пришло еще в школе, с виолончелью, но я не обратила на это внимания. Слишком быстро Сёя вырвал у меня из рук инструмент, не позволив окончательно свалиться в пьянящую бездну безволия. После игры на фортепиано я несколько часов балансировала на грани сознания. При том, что сам процесс игры из памяти благополучно стерся. А пение Таики на «Крыле альбатроса»? Я на миг оказалось будто на вершине мира... другого мира... Неужели дед в чем-то прав, не позволяя мне музыцировать? Неужели от этого я... теряю контроль или... схожу с ума?..»
Глава 11
Сразу он не умрёт, но будет об этом мечтать.
House M.D.
Мерси проснулась от того, что в коридоре кто-то бегал. Судя по звукам это было стадо гиппопотамов. Девушка поморщилась и перевернулась на правый бок. Не помогло – открытое ухо продолжало бессовестно фиксировать помехи.
В это время за дверью ее спальни взмыленный Сатоси заходил на сто пятый круг. Таики дал четкие указания, как именно следует разбудить девушку, что она должна увидеть при выходе из комнаты и куда он должен ее препроводить. Вот только... Бегать оборотень начал еще на рассвете, громко стуча когтями по деревянному полу. Реакции не последовало. Тогда Сатоси решил сменить тактику: взяв в обе руки по тяжеленной вазе, он натянул валявшиеся в кладовой военные ботинки на высокой подошве и стал бегать, неуклюже переваливаясь с ноги на ногу. Звук по пансиону пошел... казалось, мертвые из могил поподымаются. И только Мерси будто оглохла на оба уха.
Сатоси уже едва не рычал в голос, когда дверь распахнулась.
– Ты что здесь делаешь? – сонно полюбопытствовала девушка.
– Юно ищу...
– А вазы зачем?
Оборотень крякнул и небрежно швырнул драгоценные китайские изделия через плечо. Девушка проследила за их недолгим полетом и чуть вздрогнула в ответ на громкий звон бьющейся посуды.
– Мерси-сан, – схватил ее за руку Сатоси, будто опасаясь, что одноклассница вернется в комнату досыпать. – Пропал мой друг.
– В смысле, Юно? – переспросила девушка, украдкой позевывая в кулачок. Оборотень кивнул:
– Нигде не можем его найти. Вы его случайно не видели?
Мерси оглянулась, словно желая убедиться, что она действительно только что вышла из своей спальни:
– Разве что вчера...
– Как плохо... плохо... – огорченно повесил голову Сатоси. – Он с утра на прогулку ушел и до сих пор не вернулся…
– Да... – философски кивнула Мерси. – Здесь леса коварные... можно и заблудиться.
– Вы думаете, он в лесу?! – изобразил ужас парень.
– А чего ты так удивляешься? – подозрительно сощурилась рыжая. – Вы же там почти все время проводите. Или в лесу, или по комнатам.
– Ах, Мерси-сан, – воскликнул Сатоси, всеми силами пытаясь выдавить из себя слезу. – Юно – он ведь такой… хммм...
– Боевой? – предложила Мерси. – Смелый? Решительный? Сильный, быстрый… находчивый?
– Несмышленый! – вспомнил, наконец, слово Сатоси.
– Кто? – фыркнула девушка. – Юно?! Мы с тобой вообще об одном и том же парне говорим?
– Это он только с виду такой грозный! – возмутился оборотень. – А на самом деле постоянно в какие-то переделки попадает.
– Ну, с его характером это и не удивительно...
– Мерси-сан, – почти припал к ее рукам Сатоси. – Помогите найти Юно!
– Ну... – протянула девушка, – ладно. Только как?
– Идемте со мной! – и, невзирая на слабые попытки Мерси намекнуть о своем желании хотя бы одеться, потащил в гостиную.
– Доброе ут... – Таики встретился глазами с хмурой девушкой и подавился приветствием. Растрепанная, сонная, в шелковой ночной сорочке она являла собой просто образчик раздраженности.
«Он ее что – из кровати вытащил?..» – черноволосый склонил голову и прошелся взглядом на Сатоси. На лице мокрого от долгого бега оборотня крупными буквами проступило: «я свою работу выполнил. Отпустите меня, пожалуйста».
– У вас тут, говорят, Юно пропал? – нарушила тишину Мерси.
– Это так... – Таики чуть заметно нахмурился.
«Неужели всё настолько серьезно? – испугалась девушка. – Если даже он нервничает».
– Плохо то, что Юно-кун вчера любопытствовал по поводу «Крыла альбатроса». Возможно, он решил направиться туда.
– И что же в этом плохохо? – не поняла Мерси.
– Ночью в скалу попала молния. Я боюсь, сейчас там находиться опасно. Возможен оползень.
– Я не думаю, что стоит так беспокоиться, – улыбнулась Мерси побледневшему Сатоси. – Юно не дурак. Он не...
– Да я на что угодно могу поспорить, что он сейчас на этой самой чертовой вершине! – взревел парень, бросая разъяренные взгляды в сторону Таики.
– Значит, нужно его предупредить, – спокойно ответил тот. – Мерси-сан, не пойдешь со мной?
– Я? – искренне удивилась девушка. Что она там будет делать? Изображать группу поддержки в спальном костюме? Но, похоже, Таики считал иначе:
– Твое присутствие всегда положительно сказывалось на поведении Хаттори-куна. Он прислушивается к твоим советам.
Мерси выгнула бровь: интересно, на основании каких фактов черноволосый сделал такие потрясающие выводы? Но, тем не менее, кивнула утвердительно:
– Что мне, сложно что ли? Дайте только переодеться...
– Некогда, Мерси-сан! – перебил Сатоси. – Юно сейчас угрожает смертельная опасность.
– Да вы даже не знаете наверняка, что он там!
– Я это сердцем чувствую... – патетично заявил оборотень, ненавязчиво подталкивая девушку к выходу.
– На улице прохладно после вчерашней грозы, – шепнул ей Таики, накидывая на плечи невесть откуда взявшийся плащ.
– Спасибо... – пробормотала рыжая. Сегодня погода действительно была не жаркая: тучи исчезли вместе с дождем, но ветер, резкий, пронизывающий до костей, остался.
– И чего ему в такую погоду дома не сиделось? – кутаясь в плащ, проворчала Мерси. Таики скосил на нее глаза, но ничего не ответил.
Они увидели Юно еще на подходе. Одинокая фигурка застыла на вершине, не отрываясь глядя в темные воды далеко внизу.
– Юно, идиот, отойди от края! – завопила Мерси.
– Он тебя не слышит, – покачал головой Таики. – Нужно подойти ближе.
Девушка первая бросилась в лес. Едва ее рыжая шевелюра скрылась за деревьями, оборотень обернулся, нашел глазами Таики и поднял вверх большие пальцы обеих рук.
«Он действительно идиот», – обреченно констатировал Хирано, неспешно следуя за Мерси. Парень нисколько не сомневался, что сумеет ее обогнать.
Мерси, путаясь в длинных полах плаща, бежала вверх по склону и сквозь зубы материлась. Не то, чтобы она так уж сильно переживала за Юно, вот только...
«Сатоси мне голову оторвет, если его товарищ пострадает!»...
Хотя... нет. Это тоже не было основной причиной. Будто что-то гнало ее на самый верх. И не к оборотню даже, а просто туда, где только море и небо, и где каждый шаг грозит стать последним. Да, именно это толкало ее вперед. Мерси даже вздрогнула от неожиданного понимания: ей нравилось рисковать!
– Осторожно, здесь острые камни, – девушка не испугалась вкрадчивого шепота – она уже привыкла к абсолютно бесшумной походке Таики. И к тому, что он имеет потрясающее свойство оказываться в нужное время в нужном месте.
Они поднялись на вершину вместе.
– Жди здесь, – жестом остановил ее парень, осторожно приближаясь к оборотню. Мерси напряженно смотрела, как невысокий подросток в сером спортивном костюме бесстрашно нависает над самым краем, ничего и никого не замечая вокруг.
«Только бы он не испугался, – невольно кусала губы девушка. – Только бы не дернулся».
И в этот момент случалось страшное. Юно резко обернулся, встретился глазами с усмехающимся Таики и испуганно отпрянул. Раздался треск. К небу взметнулась каменная крошка, словно кто-то с силой ударил молотом скалу под дых. Мерси охнула, когда Хирано прыгнул вперед в попытке поймать падающего Юно, но лишь мазнул рукой по воздуху. Девушка успела заметить круглые, несказанно удивленные глаза оборотня, когда доселе абсолютно цельный камень под ним треснул пополам и с громким плеском упал в воду. Едва ли не одновременно с ним туда же нырнул и подросток.
– Юно... – прошептала девушка, бросаясь вперед.
– Стой, где стоишь! – рявкнул на нее Таики и ласточкой сиганул следом за одноклассником.
– Куда... – выдохнула Мерси, оторопело замерев на месте. А потом бросилась вниз. – Хирано... – бормотала она, чувствуя, что на глаза наворачиваются слезы. Она не ощущала как ветки кустов хлестают по ногам, как волосы путаются в густой листве. Образ Таики, вниз головой падающего в пропасть, вытеснил все. Онемевшими пальцами сдирая с себя плащ, Мерси на скорости влетела в холодную воду, пробежала несколько шагов и только потом рассмотрела плывущего к берегу черноволосого. На его плече безвольной куклой висел Юно. Всхлипнув, девушка бросилась помогать, и в четыре руки они быстро вытянули пострадавшего на песок.
– Что с ним?
– Воды наглотался, – просипел Таики. Недолго думая, Мерси накрыла его плечи плащом, за что удостоилась такого удивленно взгляда, будто как минимум предложила забрать свою почку. А Юно, меж тем, так и не приходил в сознание. Девушка его и по щекам била, и закрытый массаж сердца делала и даже с искусственным дыханием «рот-в-рот» примеривалась (Таики остановил, обозвал вредителем, вытянул мокрый носовой платочек и через него принялся «оживлять» парня самостотельно). Но мгновение Мерси показалось, что ресницы оборотня возмущенно дрогнули, но в этот момент Хирано от души засандалил "пациента" кулаком по лицу с рыком:
– Очнись, гад!
– Таики-кун! – вцепилась ему в рукав девушка. – Юно только сотрясения для полного счастья не хватает. Аккуратней, прошу тебя.
– Я знаю, что ему точно поможет, – решительно выпрямился черноволосый. – Музыка. Если что и вытянет его с того света, то только она.
– А может все-таки скорую вызовем? – осторожно предложила Мерси.
– Ты мне веришь? – Таики рывком схватил девушку за плечи и притянул к себе. Его глаза светились безграничной решимостью. В них было столько воли к победе, столько упрямой отчаянной силы, что неожиданно Мерси захотелось поддаться этому безумию.
– Верю!.. – прошептала она. Черноволосый улыбнулся, набрал в грудь воздуха и внезапно упал на колени в приступе кашля.
– Таики! – склонилась над ним Мерси.
– Я не могу... – прохрипел он. – Давай ты...
– Но... – беспомощно заозиралась девушка.
– Мерси-тян, – болезненно поморщился парень, – пожалуйста. Попробуй. У тебя получится.
– Не в этом дело...
– Он умирает, – черноволосый протяжно вздохнул и поднялся на подрагивающих руках. – Нет, я не буду тебя заставлять... Так нельзя... Я... кх-кх! Я сам...
Мерси смотрела на этого героя-одиночку и чувствовала себя распоследней сволочью. Сейчас он был так непохож на всегда собранного, спокойного и уравновешенного Хирано. Он ведь старался сделать все правильно, по-рыцарски благородно... Глупо, конечно, но благородно…
– Подожди, Хирано-кун, – девушка схватила измученного Таики за руку. – Я спою для него.
– Но если ты не хочешь...
– Я же сказала, спою! – почти рявкнула Мерси. Она склонилась над Юно, аккуратно убрала прядь мокрых волос с его лица и не увидела, как победная ухмылка на мгновение озарила лицо Таики. Но радовался он недолго. Пока Мерси собиралась с духом, из леса неспешной походкой вышел еще один любитель появляться вовремя. Улыбнувшись в полный рот и обменявшись с Хирано убийственными взглядами, Ямамото показушно всплеснул руками:
