Текст книги "Новая магия II (СИ)"

Автор книги: Илья Соломенный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 16

Я старался выбрать место приземления посвободнее, и ближе к источнику дыма, который заметил с воздуха, но не особо в этом преуспел. Видимо, сказывался недостаток опыта при прыжках с горящих дирижаблей… И огромная территория всеобъемлющего векового леса, раскинувшаяся внизу.

Скорость снижения была высокой – куда выше, чем хотелось бы. К тому же, парашют имел самую простую конструкцию, и управлять им было весьма сложно.

Хотя перед кем я сглаживаю углы? Управлять им было практически невозможно!

Мелькнули верхушки высоченных деревьев. Я едва успел прикрыть лицо руками и тут же почувствовал множество ударов, пролетев сквозь густые ветви.

Они ломались, трещали, а парочка довольно чувствительно впились – в плечо и левый бок, заставив испытать острые приступы боли.

Очередная ветка хлестнула по лицу, проскочив через выставленные руки, а затем резкий удар едва не выдернул меня из лямок. Я повис, и ещё какое-то время висел с закрытыми глазами, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Повезло, кажется… Отдышавшись, я осмотрел себя. Бок оказался просто сильно оцарапан, как и лицо (по ощущениям), а вот в левое плечо вонзилась ветка. Проклятье!

Сжав зубы, я крепко ухватился за деревяшку и чуть пошевелил её. Плечо пронзила вспышка острой боли, и я выругался. Тем не менее, шока не было, и рискнув, я чуть потянул ветку. Усилий прилагать не пришлось – выскочила из раны она довольно легко, что меня только порадовало. Пошевелив плечом, локтевым суставом и кистью, я убедился, что критических повреждений нет.

Это радовало. Тем более, что при таком падении имелась высокая вероятность насадиться на какую-нибудь ветку не рукой, а головой…

Повезло, мне просто повезло…

До земли, усыпанной прошлогодней листвой, оставалось метров пять. Задрав голову и прищурившись, я увидел остатки парашюта. А затем, осмотревшись и убедившись, что прыгать не придётся, начала раскачиваться.

Жив – и сейчас это главное.

Дотянувшись до ветвящегося ствола ближайшего дерева, я уцепился за толстые ветви, перебрался на сук, отцепил, наконец, стропы, и спустился на землю. Оказавшись там, огляделся и, махнув рукой, сел на пожухлые листья, привалившись спиной к грубому, шершавому и заросшему мхом стволу.

Надо выдохнуть, успокоиться и всё проанализировать.

Подумав об этом, я усмехнулся. Да уже и так всё понятно, что тут анализировать?

Был теракт. Кто цель – я, Рауль, или компания и дирижабль Корвина – сейчас не так важно. Террористы могут быть близко. Если они не дураки, и при условии, что нашли на дирижабле ещё парашюты, то скорее всего – выпрыгнули следом за нами. А значит, и приземлились в пределах, в которых смогут меня найти, если постараются.

Плюс – теракт явно не спонтанный, а хорошо спланированный. Значит, на земле у этих ребят есть сообщники. Вряд ли они просто смертники, типажи не те, и уж подавно – действия.

Хреново всё это, очень даже хреново…

Если я правильно помнил карты лётных маршрутов, то дым, который виднелся с воздуха, с высокой долей вероятности может указывать на небольшой городок под названием Кайлан. Ничего особенного, тысячи две жителей – но там есть дороги, и оттуда можно добраться куда угодно.

Я поднялся на ноги. Кроме засапожного ножа вещей при себе никаких не было – и это очень плохо. Из раны на плече сочилась кровь – не сильно, но если её не обработать, туда может попасть инфекция. Разумеется, о спирте и речи не шло – найти бы воду…

Соорудив из рукава рубахи повязку я, как смог, перебинтовал руку.

Защититься от опасных хищников или террористов можно магией, не вопрос. Но чем питаться? Охотиться или ставить силки я не умел. У Виктора в памяти оставались какие-то единичные воспоминания о паре случаев, когда его брали на охоту, но… Этого было недостаточно для меня. Особенно ввиду отсутствия хоть какого-то оружия.

А подбить рябчика молнией – это надо постараться… Что ж, если повезёт, может натолкнусь на какое-нибудь крупное травоядное… Стыдно признать – я и понятия не имел, какие животные обитают в этих мрачных лесах…

Ладно, нужно двигаться. Главное – не помереть от жажды и не заблудиться, иначе в этих лесах можно гулять целую вечность…

* * *

Поначалу удача была на моей стороне. Довольно быстро стало понятно, что смерть от жажды не грозит – через несколько часов блужданий по густому лесу я наткнулся на ручей с кристально чистой водой. Жалко, что с собой не было никакой фляжки, но с таким количеством источников я перестал думать о жажде как одной из проблем. Рану удалось хорошенько промыть и, поменяв повязку на новую (ради которой пришлось оторвать полосу ткани от рубахи), я слегка успокоился.

Теперь меня волновало ориентирование, но и с этим удалось разобраться достаточно быстро.

Дирижабль летел из Атриала в Мариду. С севера на юго-запад. Теракт произошёл рано утром, когда солнце было на востоке, а дым – на юге. Всё было просто – по первоначальным прикидкам, мне требовалось преодолеть чуть меньше сотни километров, чтобы выйти к его источнику. Конечно, в такой чаще можно было запросто промахнуться, но к вечеру первого дня я обнаружил скалистую возвышенность и растущих на ней исполинов.

Не без труда забравшись на одного из них, я осмотрелся – обзор был отличный. Над зелёным покрывалом леса на юге всё также виднелся дым, а значит – направление я выбрал верное.

Вот только с оценкой расстояния ошибся.

С воздуха казалось вполне возможным добраться до городка за пару дневных переходов. На деле же оказалось, что по пересечённой местности, заросшей вековым лесом, испещрённой бурными ручьями, скалистыми гребнями и заросшей буераком двигаться получается очень медленно.

Никаких дорог, никаких троп, никаких обозначений (само собой, в такой-то глуши) бродов или расстояний между населёнными пунктами, никаких ориентиров – ничего, кроме бурелома, заваленных старыми деревьями оврагов, высоченной травы и колючего кустарника.

Моя изысканная одежда подходила для комфортабельного путешествия на самоходных экипажах и в дирижаблях. Тонкие бриджи, сапоги на мягкой подошве, обычная хлопковая рубаха, уже изрядно оборванная, и тонкая кожаная куртка. Не совсем то, в чём комфортно передвигаться по лесу.

Спустившись, я задумался. Сумерки наступали быстро. Впрочем, в лесу всегда так происходит.

Когда я лез на исполина, яркое солнце ещё пробивалось через густые кроны, но стоило спуститься, как деревья окутало серое марево, краски потускнели, а видимость резко упала.

Я не решился продолжать путь в темноте. Не имел никакого желания споткнуться и свернуть шею в каком-нибудь овраге. Далеко отходить не пришлось – подле скалистого гребня нашлась удобная, ровная и сухая площадка, ещё и защищённая с одной стороны каменным откосом. Поискав вокруг хворост, которого в лесу имелось в избытке, я сложил небольшой костерок и подпалил его, ударив в древесную кору и пожухлую траву крошечной молнией, в пару сантиметров длиной.

Пламя жадно лизнуло древесину и мгновенно разошлось. Я дождался, пока оно пожрёт тонкие веточки и подкинул сучья побольше, глядя на огонь и летящие вверх искры.

Впервые, с тех самых пор, как довелось оказаться в этом мире, я остался совершенно один и очень далеко от цивилизации. Да, Загорье тоже было дикой местностью, часто с очень условными законами и рядом серьёзных опасностей, но…

Но там всегда были люди рядом. Новые знакомые, личная охрана, да даже стражники, торговцы или бандиты. Там были дороги, поселения и хоть какая-то помощь, если что-то случится. Здесь и сейчас у меня не было ничего – только собственный опыт, смекалка, и магия.

Что ж… Во всяком случае, это лучше, чем ничего…

* * *

Спалось тревожно. Я постоянно думал о том, что террористы, поджегшие корабль, могут оказаться рядом, и даже сквозь сон прислушивался к окружающим звукам и шорохам, наполнявшим лес. А их было до одури много. Днём это было не так заметно, или, возможно, это я не обращал внимания, но сейчас…

Птичья разноголосица разносилась меж деревьев, где-то вдалеке ухали совы. В траве шуршали мелкие твари, кто-то ползал в соседних кустах, а во тьме что-то поскрипывало и постанывало. На грани слышимости доносился волчий вой…

Опять же – вроде ничего особенного, мне доводилось ночевать и в дороге, у тракта, в одном спальном мешке, и в наспех разбитом лагере, и в дикой местности. Ничего особенного в этом не было. Но всегда имелись нюансы, делающие такие остановки удобнее и приятнее.

Спальный мешок, тёплая одежда, котелок, приправы, продукты, зубная щётка и кружка, в конце концов!

Толком не выспавшись, я поднялся с охапки травы, на которой уснул. Поднялся, само собой, замёрзшим, тревожным, затёкшим и недовольным. Справив нужду, умывшись и напившись, как следует, определил свой вчерашний курс и зашагал по неприветливому лесу ещё до того, как утро полностью вступило в свои права.

В голове роились мысли. И что удивительно, они касались не произошедшего накануне – а вещей куда более глобальных и общих.

Начав с размышлений о судьбе Рауля, опостылевших Финьярд и их действиях, я довольно быстро ушёл в общую политику.

Несмотря на то время, которое довелось провести в этом новом мире, несмотря на то, что здесь были люди из моей прошлой жизни, и люди эти владели немалыми богатствами и властью, несмотря на везение и принадлежность к, практически, королевской семье, несмотря на все мои знания, опыт, задумки и весьма резвый взлёт, в Элларии я всё ещё был гостем.

Просто потому, что не знал очень много из того, что знать определённо стоило. Что-то досталось от Виктора – язык, зачатки этикета и точных наук, например, какие-то сведения о мире. Что-то я узнал самостоятельно, благо доступ к информации был. Что-то мне рассказывали сильные мира сего – та же Дайша, например, Корвин, Рауль и его братец, Никас и другие высокородные. Но…

Как всегда было «но», и не одно.

Я слишком увлёкся новой жизнью. Приключения, проекты, интриги, заговоры, поединки, магия, в конце-концов! Это было жутко интересно, полезно, прибыльно, но я забыл кое о чём важном.

Ради чего я старался, рисковал и рвал жилы? Ради положения и денег? На первый взгляд, это было вполне объяснимо – со всем тем, что я имел, можно было жить относительно безопасно и комфортно. Однако в какой-то момент, когда моё положение устоялось, следовало сосредоточиться на другом. На том, к чему мне всё это. Тем более, что в неприятности я влипал с завидной регулярностью.

У меня не было чёткой цели. «Хорошая жизнь» – слишком расплывчатое определение, и столь обобщённый ход мыслей не был для меня характерен.

У меня не было чёткого понимания политической обстановки и своего места в этом мире. И то, что это мне до сих пор не аукнулось, можно снова списать лишь на чистое везение.

Ещё одним камнем преткновения было то, что я, несмотря на все свои знакомства и заслуги, как бы иронично и странно это ни звучало, всё ещё был мелкой сошкой. Информация, которой со мной делились люди рангами выше, была неполной. Иногда они и сами не знали её до конца, иногда просто не решались рассказать всё, как есть. Даже несмотря на то, что говорили обратное. Я видел, когда Никас что-то недоговаривает, но никогда не заострял на этом внимание.

Может быть, зря?

Политическая ситуация на материке – в общих чертах. О семье Карантир вообще ничего толком не известно. Как происходит колонизация Загорья? Как придётся, безо всяких законов, ограничений, саммитов и обсуждений. Кто успел – тот и съел, как тут говорили. Всё, деталей снова никаких. Какие отношения в кругах правящей элиты наших домов? Я с удивлением понял, что этого тоже не знаю, и искренне рассмеялся.

Деньги, магия и положение среди аристократов – вот на чём я был сконцентрирован всё это время. Для человека, который стал самым молодым советником Императора, подобная беспечность была непростительна. Удивительно, как сильно я изменился…

Про Корвина и Дайшу и вовсе говорить не приходилось. Они, как и я, увлеклись тем, что начали строить новый мир, не разобравшись в старом. Почему так получилось? Мы ведь были неглупыми людьми, с определённым жизненным опытом в своих профессиях. И по сравнению с нынешними учёными владели куда большим пластом знаний. Не только научных – но и социальных, к примеру.

Неужели всё дело в переселении в другое тело? Может, мы что-то потеряли, когда лишились своих «оригинальных» тел? Частичку, которая делала нас теми, кем мы являемся на самом деле?

Эти мысли пришлось выкинуть из головы, потому что рассуждать на тему, о которой не имеешь точных фактов, очень тяжело.

Да уж, не зря говорят, что свежий воздух отрезвляет. Подобные мысли, пока я был занят своей жизнью, мне в голову не приходили…

* * *

Добраться до треклятого Кайлана оказалось куда сложнее, чем я думал… И без того немалое расстояние осложнялось непроходимостью леса, а вдобавок к этому на моём пути не попадалось подходящих для осмотра окрестностей возвышенностей.

Как итог – я сбился с верного направления, и сильно отклонился к востоку. Плюс – идиотский рельеф постоянно заворачивал меня, так что я, можно сказать, ничуть не приблизился к своей цели.

К счастью, в лесу удалось встретить оленя. Благородное животное совершенно меня не испугалось – мне показалось, что оно вообще впервые увидело человека. Убегать сохатый не спешил, так что я безо всякого зазрения совести ударил его молнией.

Животное умерло мгновенно, а я потратил несколько часов, чтобы освежевать часть туши, вырезать себе несколько кусков мяса, соорудить что-то вроде вертела и приготовить их на костре. Без специй, пережаренная, эта оленина показалась мне самым вкусным, что я ел в своей жизни…

Рядом с местом, где я убил животное, протекал ручей, так что я напился вволю, а затем продолжил путь. С собой прихватил несколько крупных кусков мяса, завернув их в остатки рубахи. Рана не гноилась, и не болела, так что я решил, что просто буду промывать уже имеющиеся повязки.

Конечно, уже послезавтра мясо наверняка испортиться, но вот завтра обедом я обеспечен. А силы понадобятся, если так и дальше плутать…

Дождавшись наступления сумерек, я остановился на привал. Попытался найти какое-нибудь высокое дерево, но в этой части леса росли лишь сосны, чьи нижние ветви начинались метрах в трёх над землёй…

Таким образом, наутро третьего дня я уже не был уверен в том, что иду в верном направлении, и начал слегка нервничать. Ландшафт спускался всё ниже и ниже, и не было никакой возможности оглядеть лес хоть немного. Никаких признаков человека мне, по прежнему, не встречалось…

Тем неожиданнее было к вечеру наткнуться на древние каменные развалины какой-то башни, судя по сохранившемуся основанию. Она просто появились передо мной, словно материализовавшись меж здоровенных деревьев.

Огромные валуны были выложены, я так полагаю, некогда на поляне, теперь заросшей самыми разными представителями флоры. Размер внушал уважение – постройка была высоченной, судя по количеству каменных обломков, усыпавших всю округу.

Часть из них обвил плющ (как и саму башню), часть покрылась мхом или оказалась скрыта под густой травой, часть уже покрылась слоем дёрна.

Кажется, разрушена постройка была очень, очень давно.

Я не стал выскакивать к своей находке сломя голову. Для начала – осторожно обошёл по периметру, убедившись, что вокруг нет патрулей, а в самой постройке – кого нибудь с недобрыми намерениями.

К счастью, убив пару часов на слежку за развалинами и разведку, я убедился, что здесь никого нет. А так как уже смеркалось, не оставалось ничего, кроме как устроиться на ночлег.

Башня была полая – все лестницы вдоль стен давно обвалились, крыши не было, никакой утвари – внутри властвовала такая е дикая природа, как и снаружи. Зелень, мох, старые листья и запах древности. Не той, что создана человеком – но природой.

Здесь, несмотря на всё произошедшее в последние дни, мне отчего-то было спокойно. Я побродил вдоль стен, но не найдя ничего интересного, развёл костёр, приготовил уже слегка завялившуюся оленину, и лёг спать на мягкой траве.

* * *

Проснулся резко – как бывает за секунд до кульминации кошмара. Сердце бешено колотилось, на лице я почувствовал испарину.

Что же такое мне снилось?

Костёр давно потух, и мне было холодно.

– Отличное место для привала, парни! Всю ночь шариться по этим буеракам, чтоб они все сгорели!

Я едва не подскочил, услышав эти слова.

Зараза! Кто тут мог быть кроме ублюдков, поджегших дирижабль? Варианты, конечно, имелись, но проверять их на своей шкуре не хотелось.

Не вставая в полный рост, я на корточках метнулся к ближайшему пролому в стене и, быстро выглянув в него, вылез наружу.

Судя по звукам, незваные гости подходили к развалинам с другой стороны. Это хорошо…

– Эй, Карст! Тут кто-то недавно был, смотри, костровище!

Проклятье!

Всё также пригибаясь и ежесекундно озираясь, я метнулся к ближайшему обломку башни и скользнул за него. Итак, что теперь делать? Куда бежать?

– И правда, – раздался ещё один голос, – Остыл всего пару-тройку часов назад… Это может быть он, парни! Рассредоточились, быстро! Грог, твои ребята пусть прочешут…

Я не стал дослушивать и, нырнув в ближайшие кусты, рванул в сторону могучих деревьев, под прикрытие чащи. Теперь сомнений почти не осталось – эти ребята кого-то искали, и скорее всего – меня…

– Эй, вон он!

Я выругался и, теперь не скрываясь, резко развернулся. Метрах в пятидесяти из винтовки незнакомой конструкции меня выцеливал молодой парнишка в походной одежде безо всяких опознавательных знаков.

Пришлось рухнуть на землю, и сразу после этого раздался звук выстрела. Затем сразу – ещё нескольких.

Ждать было нечего. Я вскочил на ноги, заметил трёх человек, перезаряжающих оружие и ещё трёх, бегущих прямо на меня. Обняв себя за плечи, я с пробуждающейся яростью сконцентрировал в руках энергию, представил каркас заклинания, активировал его и в тот же момент раскинул руки в стороны, задавая чарам нужную траекторию.

Десять энергетических дуг, вырвавшись из пальцев, пролетели отделяющее меня от противников расстояние за считанные мгновения. Я влил в них столько энергии, что заклинание, расширяющееся по мере удаления от меня, и захватывающее всё большую территорию, одним махом рассекло четырёх человек на части, заставив их обугленные останки упасть на землю.

По остальным я не попал, и из-за мощности чар поймал такой мгновенный откат, что у меня онемели руки. Застонав, я бросился в сторону, и не прогадал – мимо пролетел какой-то сгусток, снеся несколько немаленьких деревьев.

Сверху посыпались ветки и листья, деревья начали падать, а я, не разглядывая, кто там пытается меня подбить, и петляя как заяц, припустил по лесу…

Глава 17

Фух, фух, фух…

Несколько арбалетных болтов пролетели совсем рядом, а в паре метров древесный ствол взорвался градом щепок. Я вскинул руку, прикрываясь от них – в ладонь врезались несколько острых деревяшек. На бегу я оглянулся, и бросил назад очередное заклятие.

С запястья, обжигая его до самых костей (настолько мощными они получились) сорвались пять полуметровых молний. Не было времени выглядывать точную траекторию полёта, так что прицелился я примерно – но три попали в стрелков, пробив лёгкие доспехи и оставив в телах узкие выжженные отверстия. Трупы мгновенно рухнули в кустарник, а их соседи с криками бросились на землю. Я же, в свою очередь, рванул дальше.

Стрелков удалось положить уже с десяток, но колдун, чтоб его…

Сраный менталист – мой противник номер один на ближайшее время. Судя по всему, отрядом управлял именно он. И количество бойцов в подчинении этой мрази неприятно удивило. Не десяток, не два. Больше. Сколько точно, я не знал, но хватало и тех, что имелись.

Чёткие, слаженные действия, минимум эмоций – лишь когда бойцы слишком сильно удалялись от своего хозяина.

Человек пятнадцать-семнадцать я уже положил, да… А им конца-краю не видно…

Под ногами мелькнул здоровенный корень, и я успел заметить его в последний момент. Перескочив через гиганта, сгруппировался и прокатился по крутому каменному склону с десяток метров, оттолкнулся от карниза, перемахнул через широкий провал и тут же рванул под прикрытие здоровенной скалы, тянущейся на юг.

– Где он?! Кас, comela ego?

Крики раздались позади и гораздо выше – преследователи, судя по всему, действительно потеряли меня из виду…

Лихорадочно шаря глазами, я заметил под переплетением корней, опутавших скалы в месте их стыка, пустоту, и быстро опустился рядом. Небольшой проём, в который я с трудом мог бы протиснуться, вёл к узкой, но вполне проходимой скалистой тропе, спускающейся десятка на три метров ниже. Она заканчивалась меж разбросанных наподобие лабиринта исполинских камней, большей частью скрытых густым лесом.

Меня загнали к скале, но сейчас имелся реальный шанс затеряться.

– Надо спуститься, messere. If casta solda, мы найдём tropatto.

Нельзя терять времени! Но и оставлять всё как есть опасно. Рядом с проёмом в скале росло несколько ветвистых кустиков. Выбрав самый большой, крошечной молнией я срезал его у самого основания, спустился через трещину на узкий карниз и как смог приладил растение сверху, прикрыв им лаз.

Надеюсь, это даст мне хотя бы пять минут форы…

Спуск занял в два раза больше времени, и всё это время я не смотрел вниз. Не потому, что было страшно спускаться по узкой, крутой тропке в три ступни шириной, цепляясь руками за крошащиеся камни.

Нет, совсем нет.

Я просто смотрел наверх, на чёртов лаз, прикрытый лишь куцым кустом. Это была единственная возможность догнать меня – трещина в трёхсотметровой скале, отделяющей меня от преследователей, оказалась настоящим спасением.

Но она же могла оказаться и моей смертью. Отсюда я не смогу защищаться, как следует. Скорее всего, меня подстрелят. Или я сорвусь и разобьюсь. Или они очень быстро спустятся, и погоня продолжится.

Последний вариант, при самом плохом раскладе, был для меня предпочтительным.

Хотя бы так…

Но пока всё оборачивалось как нельзя лучше. Я спрыгнул, наверное, с трёхметровой высоты, и удачно приземлился на рыхлую землю. В последний раз задрав голову, кажется, услышал какие-то крики и, решив больше не ждать, рванул под прикрытие густого леса и исполинских камней.

* * *

Лес оказался мрачным. Густым, с высоченными соснами, с огромными стволами, густым папоротником и колючим кустарником. Затянутый туманом, мхом и паутиной, он напоминал спящего великана, который дремлет много сотен лет.

Каменные монолиты, которых оказалось куда больше, чем можно было предположить, были раскиданы в огромном количестве по огромной территории. Некоторые стояли вертикально, некоторые лежали, часть была воткнута в землю под разными углами. Но все без исключения камни были прямоугольными, заросшими мхом и лишайниками, и очень большими. От пяти до пятнадцати метров в длину, насколько я мог судить.

Было ужасно интересно узнать, что это за место и откуда эти камни тут взялись но, к сожалению, у меня имелась первостепенная задача.

Следовало убраться как можно дальше от менталиста. Я не сомневался, что рано или поздно лаз обнаружат. Скорее всего, это уже произошло, но сейчас у меня было преимущество – без собак им будет трудно определить, в какую сторону я пошёл. Иголки – не земля, следы на них остаются неохотно. А я хоть и торопился, но старался выбирать такой путь, чтобы оставлять как можно меньше указаний о том, что был здесь.

К тому же, туман прекрасно скрывал примятую траву и обломанные сучья, и пока он рассеется…

К сожалению, именно туман и сыграл со мной злую шутку. Стараясь убраться как можно дальше от скал, где меня потеряли, я быстро углубился в лес и потерял ориентиры. За деревьями, в густом мареве было совершенно невозможно определить стороны света.

На этом я и прокололся. Снизив скорость передвижения, старался просто идти по прямой, периодически прислушиваясь, но туман пожирал все звуки. Через пару часов стало стремительно темнеть, и я сильно удивился – до заката было ещё очень много времени, вряд ли сейчас миновал даже полдень.

И, тем не менее, краски померкли, и лес погрузился в сумрак. А потом пошёл дождь.

Сильнейший ливень обрушился стремительно и неожиданно, и я моментально промок до нитки. Вода падала с неба в таком количестве, и с такой скоростью, что тишина тумана в мгновение ока сменилась шумом падающих капель.

Я попытался продолжить путь, но теперь полностью потерял всякое направление. Я уже не был уверен, что не хожу кругами, и когда нос к носу столкнулся с одним из преследователей, едва не наложил в штаны.

Но рефлексы сработали быстрее – схватив молодого парня за шею, я ударил его мощным разрядом. Тут же бросился в сторону, уловил движение краем глаза, услышал за спиной голоса – и в следующий миг что-то тяжёлое прилетело мне в лицо, а через секунду темнота поглотила всё…

* * *

– Слыш, сержант, ну мы чо стоим-то? Давай уже по горлу его, и сваливаем, от этих лесов у меня мошонка сжимается.

– Это потому что ты ссыкло.

– Слыш!

– За углом подышишь!

Звуки потасовки…

– Капитан!

– Capitane!

– Тихо, суки! Мессере сказал si parto strazzi, не торопиться!

– У нас приказ…

– У меня, сучий ты pastrato! У меня этот приказ, а ты, сын maroladde, тут никто! Закрой пасть, vienze, пока я тебе оставшиеся зубы не выбил! Мессере лучше знает, что надо делать!

Звук удара. А этот парень, похоже, слово держит…

Глаза удалось разлепить с трудом. Точнее – только один. Левый был будто залит воском и покрылся какой-то коркой. Кровь, наверное.

Поймали, сволочи, всё-таки поймали…

– Воды дай, – прохрипел я.

– О, pastrato проснулся! Спящий ты наш beato! Хвала небесам, я уж думал, мои ребята тебя пристукнули!

– Воды!

Гарцеватый (даже не знаю, как иначе его описать) мужчина с лихими усами, пронзительными синими глазами, в берете и невыразительном мундире, поднёс ко рту флягу, и я сделал несколько глотков.

– Наёмники?

– Нет. И перекупить даже не пытайся.

– Понял. Мессере, я так понимаю, рядом нет?

– А у тебя хороший слух, парень.

– Не особо, раз я твоего бойца только вплотную заметил. Скорее, это наблюдательность. Уж больно вы живые для кукол.

Мой собеседник рассмеялся, и приложился к фляге, а вот четверо его людей, стоящие в паре метров, смотрели на меня взглядами, полными ненависти.

– Что бы ты в этом понимал?

– Да ничего, само собой. Чего это твои парни так недобро на меня смотрят?

– А чего ты ждал?! Ты, rapieri, положил кучу наших товарищей. Давно такого не было, balette, очень давно. Правда, и magisto загонять давненько не доводилось… Но сейчас, как ты правильно заметил, мессере рядом нет, и мы…emotale truantо, чувствуем всю ненависть и горечь от потери. Скоро это изменится.

– Так я у вас не первый magisto? Слегка обидно, знаете ли.

Капитан снова рассмеялся и присел рядом, на расстоянии метра – прямо на мокрую траву.

– Ты мне нравишься, парень. Смелый, дерзкий, сильный. Эх, мне бы такого сына… Жаль было бы тебя закапывать, вот mamo sparto venica, клянусь.

– Как я вас понимаю. Но вот навскидку – сколько мне осталось? Далеко ваш мессере?

– Эх, парень, зачем тебе это? Бежать даже не пытайся, нас тут восемь. Да и не развяжешься ты.

В этот момент я уже нащупал путы на руках, и был готов рискнуть. Кажется, это крепкая кожа. Произвольный выплеск электричества нужной мощности, и она разлетится на атомы. Затем молния в капитана и широкая дуга по тем четверым…

Но электричество, всегда бурлившее где-то во мне, теперь не поддавалось. Я заметил насмешливый взгляд капитана.

– Да-да, magisto, у нас от таких как ты есть средство.

– Крутые вы ребята, – только и смог я сказать, только сейчас по-настоящему ощущая тяжесть ошейника. А я-то думал, почему он без цепи?

Рядом появился ещё один солдат и что-то быстро сказал на непонятном мне языке. Капитан поднялся на ноги.

– Ну вот и всё, парень. Рад был поболтать, но теперь с тобой будут говорить другие. Мой тебе совет – не запирайся. Мессере всё равно залезет тебе в голову, и это будет очень неприятно. Расскажи, всё, о чём он попросит, и умрёшь легко и быстро.

Он отошёл за деревья и скрылся в пелене дождя. Рядом остались двое его бойцов. Они нервничали, и то и дело поглядывали по сторонам.

– Чего боитесь, девочки?

Один зарычал и повернулся ко мне, но второй мигом его одёрнул.

– Ссыкуны, и правда, – резюмировал я.

Впрочем, насмешливость была лишь признаком нервозности. Я боялся настолько сильно, что был готов потерять сознание. Пожалуй, выбери я смерть, так бы и поступил – чтобы не чувствовать, как твой мозг перебирают по клеточке.

Но я выбрал жизнь, и не собирался умирать.

А потому встретил твёрдым взглядом человека, присевшего на корточки передо мной через несколько секунд. Солдаты, как только он оказался рядом, превратились в каменные статуи. Точно такие же, какими становились гвардейцы Дайши, когда она брала их под контроль…

Это был тот самый мессере-менталист, я сразу это понял. Глаза выдавали этого человека с головой – без зрачков и радужки, мутно белые, подёрнутые туманом. От них по коже лица расходились такие же мутные линии.

Узкое, почти прямоугольное лицо с острым подбородком и скулами, впалые щёки, чуть крючковатый нос, чёрные волосы, прилипшая ко лбу чёлка. Пройди я мимо такого в Тарнаке – не обратил бы внимания, если бы не глаза и растекающаяся от них магия.

Уши, что примечательно, у колдуна были обычные. Бастард, или простолюдин.

– Здравствуй, Виктор. Ты меня изрядно утомил.

– Рад стараться.

– Предлагаю сразу перейти к делу. Мой капитан, должно быть, наплёл обо мне всяких небылиц? Обычно он любит так делать, это сильно развязывает языки. Потому что большая часть небылиц – правда.

– Очень театрально, – кивнул я и поморщился, – Чем обязан этой встрече?

– Всё просто, Виктор. Мне приказали тебя убить. Но перед этим я попрошу ответить на несколько вопросов.

– И зачем мне это? Чтобы не страдать? Думаю, вам проще сразу выудить информацию из меня, минуя ложь, оговорки и неточности. Я вообще не понимаю, почему мы разговариваем.

– И тебя это не удивляет?

– Весьма, так что пожалуйста, утолите моё любопытство. Раз уж умирать так и так придётся.

Он несколько раз кашлянул, и я понял, что это смех. Странный парень…

– Итак, кто ты, Виктор? И прежде чем ты начнёшь перечислять свою родословную, я предупрежу – подумай хорошенько…

Я глотнул. Ситуация – хуже не придумаешь… И время нужно потянуть, но зачем? Я никак не освобожусь!

– Виктор!

– Да, прости. Я не знаю твоего имени, это сбивает с толку.

– Вижу, ты всё же решил поиграть… Что ж, твой выбор…

Он приблизился и посмотрел на меня своими мутными глазами.

– Зря.

– Нет-нет, подожди! Я всё расскажу! Расскажу! Ты спрашиваешь, кто я? Я – пришелец.