Текст книги "Десять тысяч стилей. Книга пятая (СИ)"

Автор книги: Илья Головань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 26 страниц)

Глава 23. Мощь Красного Светила

– Служи верно – наградят примерно, – бодро сказал охранник, которого здесь все называли Левым. Сегодня он был для Ливия старшим – наставлял, объяснял, да и просто следил за тем, чтобы новичок не косячил.

Порученная куратором Бореем работа Волка не впечатлила. Он пришел в Отдел Пера за знаниями, чтобы стать сильнее, а в итоге стал работать на проходной. Начальник караула посмотрел на Ливия с недоверием, ведь каждый охранник здесь был как минимум Экспертом. Но график дежурств показал, поэтому Волк смог выставить себе смены в нужное время. Это было очень важно для него, ведь работать требовалось каждый день, а смена длилась восемь часов. При этом нельзя было забывать о тренировках и Зале отражений – в условия Красса входило еще и получение шести рангов за один месяц.

 На проходной Ливию выдали копье, длинный кинжал и легкую броню. Выглядела она, как обычный комплект одежды, но при этом надежно защищала от ударов. В своей защите одежда намного превосходила любой доспех, который носили обычные люди – настолько здесь все было серьезно.

 Работа оказалась непыльной. Все, что надо было делать – стоять на посту и проверять входящих людей. Жетон показывали старшему смены, Ливий был скорее декорацией – стоял себе рядом, да выполнял всякие мелкие поручения, вроде внесения посетителя в специальный журнал. В Отдел Пера приходило немало людей, но Волк совсем не уставал их записывать – еще бы, ведь перо двигалось само. Ливию нужно было только подумать, как письменный инструмент сам вносил все данные в журнал, причем почерком Волка.

 В Отделе Пера вообще было много подобных вещей. Левый, например, любил курить и в свободную минуту делал это. Но сигарета была заключена в какой-то футляр, отчего не было ни дыма, ни запаха. И только по блаженному лицу охранника Ливий понимал, что тот действительно курит.

 Почему напарника зовут Левый, Волк тоже быстро узнал, заметив, что обе ладони мужчины – левые.

«Надо же, и такое бывает», – подумал Ливий, внося в журнал какого-то нервного алхимика, который пробурчал под нос: «Бесполезные твердолобы». К подобному за два часа Волк успел уже привыкнуть. Всех посетителей он поделил на три категории: приветливые, официальные и высокомерные. Приветливыми могли быть совсем разные идущие, как, например, бывшие охранники или новички в Отделе Пера, так и какой-нибудь опытный мастер с доброжелательным характером. Во вторую категорию входили почти все остальные мастера. Для них охранники были частью механизма Отдела Пера, поэтому спокойно ждали на проходной, пока закончится проверка.

Третьи доставляли больше всего проблем. Обычно это были рядовые идущие, которые начинали сильно задирать нос. Для них охранники падали куда-то на уровень слуг, они переставали считать их равными себе и искренне негодовали, когда проверка затягивалась или вообще проводилась. Причем некоторые скандалили чуть ли не каждый день – Левый отлично знал каждого, и когда он видел какого-то высокомерного работника Отдела, то говорил Волку, что тот сейчас скажет. Левый ни разу не ошибся.

 А еще спесивые работники Отдела были неправы. Пусть тот же Левый и был охранником, он оставался работником Отдела так же, как и все остальные. Конечно, Левый не снискал славы на поприще науки, но разговор всегда мог поддержать. И Ливий, который прочитал не одну сотню книг, понимал, что может только иногда вставлять какие-то комментарии. Охранник проходной Отдела Пера легко уделывал его и в алхимии, и в магомеханике.

«Только какой в охране смысл?», – думал Волк. С помощью специальных магических зеркал даже не было нужды стоять и смотреть в сторону лестницы. Работа охранника Школы Пера оказалась легкой, и Ливий не понимал, зачем она в принципе существует. Почему-то ему казалось, что процесс внесения в журнал можно было автоматизировать и заставить работать и без людей. А в то, что два охранника способны задержать каких-то нарушителей или врагов, не верил, наверное, никто.

 На работу Ливий заступил, когда ушел из кабинета Борея. Разговорчивый Левый быстро объяснил, что куратор Борей – лицо в Отделе очень важное. Старый мастер был силен и скуп на слова, а еще, казалось, недолюбливал всех и вся. До этого Ливию казалось, что Борей просто разозлен из-за желания парня попасть сразу в два Отдела, только Левый тут же убедил Волка в обратном – у мастера просто был такой характер. Хотя злым он все еще мог быть.

– Борей Амгат – заместитель начальника группы Развитие. А еще один из заседающих.

– Заседающих? – переспросил Ливий.

– Да, что-то вроде внутреннего совета в Отделе Пера. Пятьдесят человек, которые решают здесь все, – объяснил Левый, закуривая свою странную трубку.

«Понятно, почему он так сухо со мной общался» – думал Волк, следя за системой зеркал. По лестнице как раз кто-то очень спешно спускался.

– Вот жетон, давай быстрее! – прокричала девушка, бросая металлическую пластину в руки Левого, который ловко поймал ее.

 Короткие черные волосы, такого же цвета рубаха, а также главное снаряжение для любого алхимика – защитные наручи, призванные спасать от опасных снадобий. Девушка работала в группе Осень и сейчас закипала из-за того, что ей приходилось стоять на проходной.

«Бирэнна», – записал Волк имя в журнал.

– Что смотришь? Из-за вас мой эксперимент может крахом пойти! Да кому я объясняю?

 Слова предназначались Ливию, который бросил взгляд на Бирэнну. В глазах девушки читалось раздражение и что-то очень похожее на презрение. Бирэнна почти что вырвала свой жетон из рук Левого и помчалась куда-то по коридору.

– Нервная какая, – хмыкнул старший охранник.

 К третьему часу работы Ливий привык. Задач оказалось очень мало, поэтому Волк быстро научился всему, и теперь всеми силами искал, чем себя занять на нудном посту.

 Во-первых, Ливий решил развиваться. Уходить в медитацию он не мог, поэтому остановился на Дыхании Семи Ветров, новой технике развития, которая превосходила трехступенчатое дыхание.

«Думал, что Дыхание Семи Ветров вообще не пригодится. Оказывается, очень даже полезная техника», – подумал Ливий, спокойно работая и медленно развивая Тело Виверны. Волк приближался к рубежу.

 Название прочно закрепилось в книгах. Рубеж – это преграда в развитии на Пути Дракона. Ее тяжело преодолеть, но когда идущий это делает, то получает весомое преимущество, жестким росчерком яри отделяя его от того, кто еще не перешел рубеж. Такая преграда была и на этапе Драконида, только очень маленькая и почти незаметная. Сложности она вызывает лишь у тех идущих, чье развитие продвигается очень медленно и с большим трудом.

 А вот рубеж Тела Виверны – серьезный. И Ливий пока не хотел его переходить, ведь тогда развить Ядро было бы еще сложнее. Пока Волк хотел просто подобраться к рубежу вплотную, а потом уже ступить на Путь Ядра. И только после создания плотного ядра Ливий был готов перейти рубеж.

 Во-вторых, Волк запоминал. Людей, которые входили в Отдел Пера. Обрывки разговоров, доносившиеся из коридоров. В конце концов, были еще и беседы с Левым, из которых Ливий брал много полезной информации.

– Хороший Отдел, ничего не скажешь. Поставили на проходную, – бурчал под нос Волк, когда шел в Школу Войны после окончания рабочей смены. Выйдя на свет, он наконец-то понял, где находится Отдел Пера – это было самое сердце Сильнара, куда многие ученики могли попасть только в десятой Школе.

– Значит, где-то здесь есть остальные Отделы, – сказал Ливий, оглядываясь по сторонам. И заметил вдалеке красивую арку, отделанную розовым мрамором. О ней Волк не раз слышал от старших и мастеров. Это был вход в саму обитель главы Сильнара – огромное белое здание возвышалось сразу за аркой.

– Я так близко, – поразился Ливий. Немного постояв на месте, Волк помотал головой и пошел в Школу Войны. Дел было невпроворот, и сначала ему хотелось зайти в Зал отражений.

 Открыл глаза Ливий в теле крупного мужчины. Метра два роста, мощный торс, на котором чернела пластинчатая броня, а в руках Волк держал алебарду – простую и надежную.

 Ливий радостно улыбнулся: в этот раз в теле солдата плескалась ярь. Ее было совсем немного, уровень Адепта, не выше, только и этого было достаточно, чтобы почувствовать себя в разы уверенней.

 Вокруг было темно. Стоял Ливий на стене, сложенной из крупного камня. Давно наступила ночь, и себя парень видел только из-за яркой полной луны и факелов на стенах. Снизу уже наступали враги, они поставили свои лестницы к стенам крепости и лезли вверх.

«Осада Смаллога», – спокойно оценил обстановку Ливий.

 В далеком прошлом эту почти неприступную крепость пришли штурмовать сразу три армии, только и этого не хватило, чтобы Смаллог пал. Ливий отлично знал, что крепость устояла, значит, не нужно было делать чего-то экстраординарного. Достаточно было хорошо выложиться в бою.

«А участочек у меня непростой», – оглянулся с улыбкой парень. Он стоял в одном из ключевых мест обороны, поэтому сразу становилось понятно, что легкого боя ждать не стоит.

 Ливий и не ждал. Когда враги стали появляться у зубьев стены, Волк начал ритмично опускать свою алебарду. Замах вверх – удар вниз. В каждую атаку Ливий вкладывал немножко яри, чтобы сделать удар еще смертоносней, поэтому солдаты вражеской армии валились вниз, как гроздья переспевшего винограда.

 Враги пытались разить Волка копьями, алебардами и шипами, только не их уровня попался противник. С легкостью уклоняясь от атак, Ливий продолжал сеять смерть.

 К сожалению, таким был только он. Товарищи рядом с ним погибали под атаками врагов, пусть и были закованы в тяжелую броню и прошли не один бой. Постоянно подходили свежие подкрепления – и к защитникам крепости, и к штурмующим. Неизменным оставалось одно: Ливий, который продолжал убивать врагов одного за другим.

«Почти выдохся», – понял парень через какое-то время. Ярь почти не кончалась, потому что Ливий приноровился использовать Дыхание Семи Ветров прямо в бою. Устали мышцы. Волк постоянно поддерживал их внутренней энергией, но всему есть свои пределы.

 Первой не выдержала алебарда. Лезвие со звоном столкнулось с мечом карабкающегося наверх врага и сломалось пополам, оставив Ливия с поломанным оружием.

«Не так быстро!».

 Острие на конце все еще было целым, поэтому Волк продолжил колоть. Не было ни одной лишней атаки, жало алебарды разило врагов точно в их слабые места, отправляя обратно к подножию стен.

 Неуязвимым Ливий не был. Вмятин на доспехах было десять, под каждой как минимум синела гематома. Два поломанных ребра мешали нормально дышать и двигать правой рукой, а стрела, прилетевшая невесть откуда, попала Ливию точно в щель между перчаткой и наручем.

«Везучий сукин сын», – подумал Волк, ухмыляясь от азарта битвы.

 Алебарда сломалась. Кто-то сзади протянул копье – Ливий схватил его, как страждущий схватил бы кувшин с водой в пустыне. Мышцы горели огнем, Волк знал, что продержится от силы минут десять, но продолжал убивать врагов.

 Неожиданно противники кончились. Ливий с удивлением замер, подняв копье для укола. На стену больше никто не лез.

– Отступают, – сказал кто-то рядом.

 Ливий посмотрел на горизонт. Вставало солнце, а значит, эта ночь наконец-то закончилась.

– Фух.

 Ливий поднялся с синей плитки в Зале отражений. Испытание наконец-то завершилось, внутри он провел несколько часов – по ощущениям было именно так. Но что-то не сходилось. Сверившись со своим организмом, Ливий понял: прошло всего пятнадцать минут.

 Конечно, ранг Волк получил. Соломон широко улыбался, а когда протянул жетон, схватил Ливия за плечо и с силой потряс его. В руках мастера Волк был почти что тряпичной куклой, а когда Соломон успокоился, то сказал:

– Поздр-равляю, боец! Солдатские ранги получены, ты переведен в офицеры!

– Спасибо, – улыбнулся Ливий. – Завтра зайду к вам.

– Буду ждать, боец! Как много нынче талантливой молодежи!

«Значит, не я один быстро поднимаюсь по рангам? Наверное, Ялум».

 Одну награду ранга Ливий решил придержать на всякий случай. А вторую без зазрения совести потратил в библиотеке, ведь уже давно хотел получить в свои руки одну книгу.

– Мастер Сидон, я хочу узнать о Мощи Красного Светила.

 До этого библиотекарь почти всегда улыбался. В этот раз улыбка сползла с его лица, и мастер спросил Ливия серьезно:

– Вы уверены, ученик? Техника не из простых, да и в руках неопытных может быть опасной.

– Я верю, что справлюсь. И буду осторожен, – кивнул Волк.

– Такая книга есть на моих полках. Держите, – вздохнул Сидон и протянул Ливию фолиант в кричаще-красной обложке. – Помните об осторожности, не переусердствуйте!

– Хорошо, мастер, – поклонился Волк. Библиотекарь опасался за Ливия, а значит, Мощь Красного Светила действительно была опасной техникой.

 Брать с собой книгу Волк не стал, а прочитал прямо на месте. Еще в процессе чтения он удивленно поднял брови, а Сидон кивнул, прочитав вопрос в глазах Ливия.

– Я вам говорил, молодой человек, что техника опасна на вашем уровне, – сказал библиотекарь.

«Да уже и сам понял», – подумал Ливий.

 На пути к арсеналу он обдумывал то, что успел выучить. Мощь Красного Светила – техника, заставляющая организм самостоятельно генерировать ярь. На словах все звучало просто, но только прочитав, Ливий осознал всю ее опасность: организм мог буквально сгореть от таких нагрузок. К Мощи Красного Светила нужно было прибегать только в самых крайних случаях. Описания ужасных последствий впечатлили Волка – тут тебе и инвалидность, которую почти нельзя вылечить с помощью магии или алхимии, и что-то попроще, вроде поражения всех внутренних органов, и даже то, чего боится любой идущий по пути боевых искусств – разрушение самих связей с ярью, невозможность чувствовать и собирать энергию. Даже если человек излечивал свое тело, Марс не восстанавливался. Сложно оставить жизнь идущего. Тот, кто летал высоко, как птица, уже не мог вернуться на землю – многие мастера не могли смириться с таким исходом и предпочитали окончить свою жизнь.

 Но опасность – это только одна сторона Мощи Красного Светила. Вторая – сложность этой техники.

 Энергетический парад планет – это сила каждого идущего. Любая планета в первую очередь отражение одной из сторон силы. Идущий не сможет открыть Марс, если до этого не тренировался в поте лица долгие месяцы. Он не сможет воззвать к Меркурию, если до этого не приготовил десятки, а то и сотни зелий. Венера подчинится тому, кто не раз выжимал из своего организма все, а значит, отлично знает, как это делать. Мощь Юпитера можно обрести, если ты тверд духом и остро нуждаешься в силе.

 Это объединяет все планеты. Когда идущий доходит до какой-то точки в своем развитии, чаша весов перевешивается в нужную сторону, и планета открывается.

 Для Меркурия, Венеры, Юпитера, Гигеи и Весты все было более-менее одинаково. Отличался только Марс. Красную планету идущие открывают первой, только вот у нее нет какого-то особенного «открытия», ведь Марс работает всегда. Если идущий умеет использовать ярь, значит, и Марс открыт.

 Мощь Красного Светила касалась как раз этой планеты. Оказывается, Марс-таки можно было открыть, как Венеру или Юпитер. Призыв всей силы красной планеты и был первой частью Мощи Красного Светила.

– Две ярь-линзы. Разноцвет степей, комплектующие номер семь из Дьявольского дерева, – сделал Ливий заказ в арсенале. Вернувшись к себе в квартиру, Волк немного улучшил Барьер Вечной Спирали, а потом снова погрузился в думы о Мощи Красного Светила.

– Надо прислушаться к себе. Увидеть ее. Когда-то я видел Марс в своих снах, мне просто нужно сделать это еще раз, но уже в сознании…

 Управлять своим разумом Ливий умел. Через минуту он погрузился в поверхностную медитацию, в которой оставил всего одну эмоцию и одну цель – желание увидеть свой Марс. От всего остального Ливий отрешился, будто в мире больше не существовало ничего, способного удивить или заинтересовать парня.

 Темная пелена навалилась на реальность. Свет померк, сознание притупилось, и Ливий будто провалился куда-то. Он продолжал ощущать себя в реальности, но больше не мог видеть ни светильников на стене, ни оружейной стойки возле двери. Все, что были способны узреть глаза Ливия – непроглядную темноту, обволакивающую весь мир.

 Но видел Волк не только глазами.

 Огромная сила приближалась с немыслимой скоростью. Вскоре Ливию пришлось закрыть глаза из-за немыслимого жара, только и через закрытые веки пробивался яркий свет. Волку казалось, что он сейчас ослепнет или сгорит, кожа была на пределе, в горло будто засыпали горсть песка…

 И тогда Ливий открыл глаза.

Гигантская планета занимала все. Пусть Ливий видел Марс и раньше, он не думал, что красная планета такая большая. Волк даже не мог поверить, что нечто столь огромное вообще может существовать, но Марс был перед ним во всем своем величии.

 Когда Ливий открыл глаза и принял на себя силу красной планеты, нестерпимый жар прекратился. Ужасный красный свет перестал быть таким опасным. Перед Волком был спокойный и великий Марс, признавший решимость своего владельца.

– Ох.

 Ливий вернулся в реальность. Тело дрожало от напряжения, казалось, что все произошедшее случилось здесь, в реальном мире, ведь Волку сразу пришлось зажмуриться – смотреть на светильники он пока не мог. Аккуратно направив ярь к глазам, Ливий дождался, пока восстановление сделает свое дело. Только после этого Волк смог открыть глаза, чтобы встать и направиться на кухню. Горло ужасно пересохло, и Ливий сомневался, что сможет сейчас сказать хоть слово.

«И это только половина!», – думал Волк, жадно вливая себе в рот целый кувшин воды, а за ним еще один, и еще…Ливий знал, что пора остановиться, но ничего не мог с собой поделать – неприятное ощущение все никак не исчезало. После третьего кувшина Волк волевым решением прекратил пить. Все же парню немного полегчало.

 Передышка дала Ливию возможность поразмыслить над всем. Даже полное пробуждение Марса нанесло вред, до генерации Волк пока еще не добрался. Задумчиво съев бутерброд с хорошим куском говядины, Ливий набросал меню на ближайшие несколько дней и направился обратно в центр площадки. Можно было бы отдохнуть, только Волк был настроен на то, чтобы освоить Мощь Красного Светила сегодня.

– А если Марс больше не ответит в этот день? – задумчиво спросил Ливий в пустоту, садясь в позу для медитации. Перед этим он потратил ярь, оставив всего десятую часть, ведь новая техника должна была восстановить внутреннюю энергию.

 Дорога до планеты заняла всего пару секунд. Когда в подсознании Волка появился образ Марса, жар вновь обуял тело. Всего секунду Ливий сомневался – он шел на опасный шаг.

– Никаких сомнений. Без риска не бывает силы.

 Собрав волю в кулак, Волк направил жар внутрь себя.

 Сгореть изнутри заживо…Такой исход даже врагу не пожелаешь. Весь организм Ливия пылал, каждая клеточка его тела съедалась огнем, но при этом боль была терпимой. И это удивляло Волка, даже пугало его. С одной стороны, он чувствовал, как пламя пожирает тело. С другой стороны, понимал, что может спокойно терпеть это.

«Марс любит решительных», – вспомнил Ливий слова из книги о Мощи Красного Светила. Марс принял его, ответил на его решимость, поэтому сейчас одаривал Волка своей силой.

 Жар внутри тела нельзя было отпускать на вольную прогулку. Сконцентрировав внимание, Ливий смог немного подавить пламя – организм стал гореть чуть слабее.

Небольшие частицы яри появлялись в теле будто сами по себе. Они собирались в капли, капли – в небольшие ручьи, а ручьи в настоящие потоки, которые стали наполнять организм Ливия внутренней энергией.

«Потрясающе», – впечатлился он. За несколько секунд ярь почти полностью восстановилась – техника оказалась просто бесподобной. И тогда Ливий прервал ее.

 Сначала Волк ощутил боль в сердце. Кровяной насос будто сжали в тиски, от чего Ливий даже вскрикнул. А дальше болевые ощущения стали расходиться по всему телу. Легкие горели огнем, печень чувствовалась так, будто по ней пару часов били ногами, голова раскалывалась от ужасной боли, даже мысли приносили страдания.

«А есть хоть что-то, что не болит?», – подумал в сердцах Ливий. Этой полушуточной фразой он попытался успокоить себя, но не получилось. Ведь Ливий осознал, что был всего лишь в шаге от смерти.

«Если бы не Пять Ограничивающих Кругов, я бы потратил намного больше яри перед техникой. Значит, я бы задержался в ней дольше, чтобы восстановить энергию…Верная смерть.

Венера с поддержкой Гигеи быстро восстанавливала тело. Поднявшись на ноги, Ливий помотал головой и сказал:

– Все моя самоуверенность. Теперь даже понимаю, почему Борей сделал меня охранником. Я пока не заслуживаю ничего большего.

 Планеты перестали действовать, выжимать ресурсы организма до последней капли Ливий не собирался. Дойдя до ванны, он кинул в воду небольшую таблетку, которая растворилась с громким шипением. Ливий опустил руку вниз, но тут же одернул ее: еле теплая вода казалась парню обжигающе-горячей.

– Кожа не восстановилась полностью. Ну его, пойду спать. Хватит с меня на сегодня.