Текст книги "Рубиновое пламя (ЛП)"
Автор книги: Илона Эндрюс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)
У нас было семнадцать минут, чтобы ввести противоядие. Я развернулась и побежала в лазарет.
Семья вернулась в конференц-зал. Все сидели точно на тех же местах, что и двадцать четыре часа назад, но никто не выглядел так же. Мы выглядели так, словно попали в воздушный налет и не успели вовремя укрыться.
Алессандро сел справа от меня, а Константин, вернувшийся в образ Березина, слева. Битва с Хрустальным рыцарем обошлась недешево. И Алессандро, и я были порезаны. Как только адреналин спал, началась боль. Должно быть, я получила удар в спину, потому что все, от левой лопатки до талии, было похоже на один огромный синяк. Алессандро, должно быть, тоже пострадал, но он не подавал никаких признаков этого.
У Берна были мешки под глазами. Он потягивал «Ред Булл» и пялился в ноутбук. Рядом с ним Руна с мрачным выражением лица потягивала кофе со льдом. Холли, ее сестра, рухнула на стул рядом с ней, уткнувшись лицом в стол. После Холли сидел Рагнар и имел напряженный вид, с широко раскрытыми глазами человека, который изо всех сил старался не заснуть.
Аркан нанес нам двусторонний удар. Все началось с того, что к дому подъехали три бронированных автомобиля. Булле выбрался из первого и сгенерировал свою броню. Мы ожидали, что Булле рано или поздно появится, и план всегда заключался в том, что Арабелла разберется с ним. Каким бы несокрушимым он ни был, в этих доспехах все еще оставался человек, и после того, как моя сестра закончит выражать свое разочарование, он не будет представлять угрозы. Как и следовало ожидать, как только он появился на радарах системы безопасности, Арабелла выбежала из главного дома, направляясь к главным воротам.
К сожалению, Превосходный призыватель Аркана, Майя Краузе, открыла два портала, один прямо над главным домом, а другой у северных ворот, и сбросила два цвета ночи. Часовые у северных ворот пали мгновенно, как и моя сестра, и ее ударная группа поддержки.
Руна случайно оказалась в доме своего брата и сестры. Она услышала сирену, получила доступ к каналу безопасности, увидела спящую Арабеллу и входящего Булле, сказала брату и сестре оставаться на месте, пока не закончится бой, и выбежала, чтобы сражаться. Холли и Рагнар повиновались ей, то есть в тот момент, когда она убила цвет ночи, они выбежали из дома, чтобы помочь всем вывести токсины.
Маги вененаты проводят детоксикацию либо отравляя своего пациента чем-то, что убивает патоген, либо всасывая яд в себя и метаболизируя его. Несмотря на то, что у нас были банки с противоядием от цвета ночи, время было решающим фактором. Дети Эттерсонов истощили себя, пытаясь спасти всех. Бедный Рагнар выглядел так, будто не был уверен, где он, и что он здесь делает.
Справа от меня Арабелла смотрела на Константина с молчаливой ненавистью. Как только она проснулась, я ввела ее в курс дела, и она сосредоточилась на Константине как на причине маминого ранения и всего, что за этим последовало. Именно тогда Арабелла была наиболее опасна, когда она ничего не говорила и просто кипела.
Константин и Алессандро во время атаки побежали к северным воротам, на несколько мгновений упустив Булле. Алессандро своим любимым тактическим огнеметом поджег первый цвет ночи. Константин превратился в одного из наших охранников и отправился за Краузе, но она сбежала, как только сбросила порталы. Как только цвет ночи погиб, Алессандро развернулся и столкнулся со мной и Булле.
Бабуля Фрида постукивала пальцами по столу, наблюдая за мамой, которая сидела напротив нее. Сегодня мама выглядела бледнее, ее бронзовая кожа приобрела серый оттенок. Бабуля сказала мне, что мама не принимала обезболивающее. Нападение застало бабулю Фриду в автопарке, по локоть внутри ее последнего проекта мобильной артиллерии. Протокол безопасности диктовал, что она и команда охраны из трех человек должны защищать южные ворота, что она и сделала.
Леон сидел рядом с бабулей Фридой. На его руках виднелись тонкие, бледные порезы, похожие на старые шрамы. Кто бы ни напал на ФБР, он все-таки добрался до него. Доктор Патель сказал мне, что он не уверен, пройдут ли они вообще. Шрамы определенно причиняли боль, и именно поэтому он спал в своей башне, когда семя цвета ночи приземлилось в нашем патио. Он пробовал стрелять в него и Булле, но ничего не помогло, даже «Миниган». Теперь он, убитый горем, размышлял, потому что чувствовал себя бесполезным.
Дверь распахнулась, и вошел Корнелиус с серьезным выражением лица. Следующей была Матильда, ее длинные темные волосы были собраны в конский хвост. Она несла пушистую гималайскую кошку, полное имя которой было Го Ми Нам, и которая обычно отзывалась на… Котенок. Патриция Тафт вошла последней, неся мусорное ведро. У некоторых людей была более сильная реакция на цвет ночи, чем у других.
Матильда подошла к Рагнару и посадила кошку ему на колени. Рагнар удивленно моргнул, глядя на нее.
– Уют, – объяснила Матильда.
Го Ми Нам покорно мурлыкала, как безудержный бульдозер.
– Неужели я не получу утешения? – грустно спросил Леон.
Матильда обошла стол, нежно обняла его и потрепала по волосам, словно он был собакой.
– Все будет хорошо. В следующий раз у тебя все получится.
Наконец-то все на месте.
Начнем с начала.
– Семья, царевич Березин. – Я кивнула на Константина.
– Можно Константин, – сказал Константин с очаровательной улыбкой.
Семья сердито посмотрела в ответ.
– Константин представляет Российскую империю. Он поможет нам с этим делом, – сказала я.
Арабелла вынула металлическую ложку из напитка Руны и согнула ее.
Я рассказала про царевича, контракт, Смирнова и все, что с этим связано.
Никто ничего не сказал.
– Ты знаешь, кто напал на Линуса? – спросила Арабелла.
– Да, – ответила я ей.
– Ты что-нибудь предприняла по этому поводу?
– Нет.
Возмущение на лице моей сестры было настолько явным, что я чуть не попросила Алессандро призвать щит для меня.
– Каталина! – Арабелла зарычала.
– Это Кейли Кабера, и я пока не знаю, как она вписывается во все это.
– Я знаю, – вызвался Константин.
Я повернулась к нему.
– Кейли была пустышкой, – сказал Константин. – Лусиана столкнулась с большим давлением со стороны семьи, чтобы выбрать официального преемника, и это не могла быть Кейли. Конечно, вы уже знаете о связи между Арканом и Лусианой.
Алессандро махнул ему рукой, чтобы он продолжал.
– Лусиана связалась с Арканом, чтобы решить проблему, и он это сделал. Кейли выжила и стала одной из его Превосходных мутантов. К сожалению, кто-то предупредил Дункана об этом, и он отправился за ней. Лусиана поняла, что Смотритель ходит кругами вокруг ее дочери и с каждым шагом становится все ближе, поэтому она обратилась к Аркану с просьбой убить его. Тот отказался.
– Почему? – спросил Леон.
– Смотритель Техаса – опасная цель, – ответил Алессандро. – Вероятно, он не был уверен, что сможет справиться с последствиями.
– Лусиана привела своего ребенка-монстра и все равно сделала это, – сказал Константин. – И в довершение всего, она провалила сделку. Аркан пришел в ярость, покидался вещами, и как только успокоился, решил, что ему нужно заняться устранением повреждений. Он приказал Ксавьеру убить ее и предать это огласке.
– И он убил ее в ресторане Линуса, – подумала я вслух. – В качестве своего рода предложения мира. Типа: послушай, она пыталась убить тебя, и я наказал ее в отместку.
– Именно. – Константин кивнул.
По мнению Аркана, это, вероятно, каким-то образом примиряло его с Линусом. И русский цесаревич увидел возможность свергнуть Аркана. Это дело поставило Смотрителей и Аркана на путь столкновения, поэтому он слегка подтолкнул нас. Я уже собрала большую часть этой головоломки воедино, но было приятно получить подтверждение.
– Я хочу, чтобы она умерла, – заявила Арабелла ровным голосом.
– Не так сильно, как я, – сказала я ей. – Я хочу разорвать ей горло. – Я сделала сжимающее движение рукой. – Тогда она больше не сможет причинить нам вреда. Это было бы обнадеживающе.
Все посмотрели на меня. Очевидно, я, должно быть, сказала что-то удивительное.
– К сожалению, есть небольшой вопрос о присяге, – сказала я. – Я исполняющая обязанности Смотрителя. У меня есть… обязательства.
– К черту обязательства. – Арабелла ударила кулаком по столу, тот немного задрожал.
– Мы арестуем ее, – сказал ей Алессандро. – Если она будет сопротивляться, мы нейтрализуем ее, так или иначе.
Арабелла сжала губы, ее рот превратился в жесткую ровную линию.
– Следующее: мы теперь будем жить в полной изоляции, – сказала я. – Аркан движется в нашу сторону. Нужно ли нам отослать детей?
– Нет, – сказал Рагнар.
Холли подняла голову от стола.
– Точно нет. Мы не уходим. Это наш дом.
Я посмотрела на Корнелиуса.
– Я останусь здесь, – объявила Матильда.
– Это кажется самым разумным вариантом действий, – сказал Корнелиус.
Патриция схватила мусорное ведро, вышла в коридор и закрыла дверь.
Все мы молча смотрели друг на друга, пока звуки рвоты не прекратились, и она не вернулась.
– Отсылка детей создаст возможность для заложников, – сказала Патриция.
– Тогда дети остаются, – сказал я. – А что насчет Регины?
– Моя жена все еще со своим двоюродным братом в Лионе, – сказала Патриция. – Она должна вернуться только через неделю. Я сообщила им о ситуации и попросила ее не прерывать свою поездку.
Я могла себе представить, как это было. Зная Регину, она бы следующим рейсом вылетела бы в Хьюстон.
– Где наши телефоны? – спросила мама.
Все посмотрели на Бернарда. Он сунул руку под стол и достал большую коробку, наполненную аккуратно сложенными телефонами, на каждом из которых было написано имя. Леон достал свой телефон и передал коробку по столу.
– Такое больше не повторится, – сказал Бернард.
– Есть ли какой то план по Аркану? – спросила Арабелла.
– Константин предоставил нам информацию о финансах Аркана. Он скопил большую сумму денег в Штатах. Мы отберем их у него, – сказала я. Я знала агента ФБР, который был бы вне себя от радости помочь.
Алессандро заговорил, и в его голосе звучала отстраненность, будто он обсуждал какую-то рутинную работу.
– У него есть крот в офисе окружного прокурора Харрис.
Леон присвистнул.
Я выругалась, когда узнала об этом.
– Есть и другие информаторы, но этот самый важный, – сказал Алессандро.
– Ты собираешься разоблачить его? – спросила Арабелла.
– Нет. Я собираюсь лично позаботиться о нем, – сказал Ремесленник.
В его голосе была ужасающая решительность. Я и забыла, насколько он был зол.
Арабелла улыбнулась.
– Мне нравится эта часть.
Я повернулась к Леону.
– Что именно произошло с ФБР?
Леон пожал плечами.
– Ничего особенного.
Я ждала.
Он вздохнул.
– Я последовал за ними к Каберам.
– Я тебя не видела.
– Ты не должна была меня видеть. Ты сказала «стань тенью». Ты не сказала «покажись на глаза».
В его словах был смысл.
– Люди Аркана напали на нас на Джастис Парк Драйв, – продолжил Леон. – Буквально в сорока пяти секундах езды от местного отделения ФБР. Энергокинетик и еще какой-то странный придурок. Энергокинетики подожгли свою машину снарядами. Она немного взорвалась…
– Поточнее можно? – попросила мама.
– Дверь со стороны водителя оторвалась, двигатель вылетел наружу и приземлился на крышу их внедорожника. Он проломил крышу машины, но не проломился насквозь. – Леон поднял руку и покачал ею из стороны в сторону. – Что-то вроде – наполовину вошел, наполовину вышел. Конечно, окна разбились вдребезги, потому что обрушилась крыша.
– Дешевое бронированное стекло, – высказала мнение бабуля Фрида. – Это называется «работа по госзаказу».
Я подавила стон.
– Я вальнул энергокинетика, но другой засранец подкрался с противоположной стороны. Он стрелял очередями из этого светящегося дерьма, похожего на водоросли, жалящего, как медуза, и все стало серьезно, когда они обвились вокруг машины и металл начал дымиться.
– Где же в этот момент находились агенты ФБР? – зарычала мама.
– Внутри машины.
О нет.
– Мне потребовалась секунда, чтобы найти засранца, – сказал Леон. – Машина дымилась, и из-за паров было трудно что-либо разглядеть и дышать, а потом водоросли как бы сжались, и раздался хруст, так что было еще и трудно что-нибудь услышать.
Арабелла опустила голову на стол лицом вниз.
– Потом он попытался выстрелить в меня своим дерьмом, и я увидел, с какой стороны оно вылетело, а остальное уже история. – Леон ухмыльнулся.
– Что случилось с агентами ФБР, которые вдыхали токсичные пары, находясь в ловушке раздавленной машины? – спросил Алессандро.
– Я вытащил их оттуда. С агентом Гарсией в основном все было в порядке. Уол не дышал, поэтому я делал ему искусственное дыхание, пока ребята из ФБР не выбежали из здания и не помогли.
– Мой мальчик! – воскликнула бабуля Фрида.
Я уставилась на него.
– Что? – Он поднял руки. – Когда я уходил, он нормально дышал. Они надели ему на лицо одну из этих масок, и он продолжал снимать ее, чтобы выругаться. Все хорошо, что хорошо закончилось. И теперь у меня есть классные шрамы. Цыпочки обожают шрамы.
– Такая очаровательная семья, – сказал Константин.
Он не знал и половины.
– Хорошо, – сказала я. – Мы все знаем, что делаем. Арабелла, ты охраняешь, я собираюсь разобраться со счетами Аркана, Алессандро и Константин пойдут за кротом.
– А как же мы? – спросил Рагнар.
– Ты выздоравливаешь. Мы не знаем, когда на нас снова нападут.
– Прежде чем мы прервем заседание, – сказал Корнелиус. – Кто-нибудь видел паука?
– Тут есть паук? – спросил Константин.
Арабелла широко раскрыла глаза.
– Да, очень большой, очень ядовитый.
Берн постучал по ноутбуку. На экране на стене загорелся сигнал службы безопасности из коридора офиса. На ней Ядвига неторопливо прошла по ковру и поспешила в кабинет Арабеллы. Временная метка указывала на 03:41 утра.
– Ну, она все еще жива, – сказал Корнелиус.
– Она там. – Матильда указала на боковую стену. – Я попытаюсь уговорить ее выйти, когда будет тихо.
– Я хочу подчеркнуть, что атака может начаться в любое время, – сказала я. – Он бросит в нас все, что сможет. Невада и Коннор имеют дело с Мэтью Берри и его наемниками. Правительство делает вид, что этой проблемы не существует. Национальная Ассамблея пытается справиться со смертью спикера. Мы предоставлены сами себе.
Все кивнули. Никто не казался встревоженным или удивленным. Они просто приняли это. Где-то за последние три или четыре года Дом Бейлор превратился в боевой Дом. Если Аркан думал, что его блиц-бросок сломит нас, его ждало большое разочарование.
– Тебе следует приготовить несколько маленьких бутербродов с гавайскими рулетиками и остатками свиной вырезки, – сказала мне бабуля Фрида. – Чтобы твоя мать не умерла с голоду в своем вороньем гнезде.
Конференц-зал опустел.
Леон остановился возле Алессандро на пути к выходу.
– Как ты узнал о том, что Булле уязвим для ножей?
– Однажды смотрел запись его боя с прелией, – сказал Алессандро.
Маги с талантом прелии вызывали оружие и усиливали его своей магией. Обычно их называли магами-воинами, и они были адом в бою на близком расстоянии.
– У прелии была светящаяся катана, – сказал Алессандро. – Это ничего не давало. К концу боя у него иссякли силы, и его меч исчез. Булле схватил его за горло, а маг вытащил нож и попытался пробить им броню. Он давил на нее, и, похоже, он достиг цели, потому что Булле взбесился и затоптал парня до смерти.
– Хорошая находка, – сказал Леон и ушел.
Остались только Арабелла, Алессандро и я.
– Ты в порядке? – спросила я ее.
– Сколько времени у меня оставалось, когда ты оживила меня? – спросила она.
– Двенадцать минут, – сказала я ей. – Ты была первой, кого Холли обезвредила.
Арабелла бросила на меня задумчивый взгляд.
– Мне жаль, – сказала я ей.
– Я устала от происходящего дерьма.
– Я тоже.
Она вздохнула и поднялась на ноги.
– Я собираюсь пойти… кое-что сделать.
Она вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Мы с Алессандро посмотрели друг на друга.
– Объясни мне, пожалуйста, историю с Сашей-кузеном. Как ты связан с империей?
Он вздохнул.
– Что ты помнишь о смене российской династии?
– Не так уж много. В 1916 году баланс сил в Первой мировой войне сместился в пользу России. Германская империя понесла тяжелые потери и решила убить царя Николая II. Я думаю, они взорвали кортеж его семьи во время Пасхи. Выжили только Анастасия и Алексей, потому что их не было в двух первых машинах.
– Верно. – Алессандро кивнул. – Убийство создало вакуум. Алексей был слишком молод и слишком болен, чтобы занять трон. Империя была в разгаре войны и нуждалась в сильной руке. Они предложили корону полудюжине человек, но все отказались.
Я понятия не имела, что русским пришлось играть в музыкальные стулья с троном крупнейшей империи на европейском континенте. В учебниках истории, которые я читала, эта часть замалчивалась. Конечно, в Техасе история Техаса занимала в учебнике больше места, чем вся остальная западная цивилизация вместе взятая.
– Что случилось потом? – спросила я.
– Россия изо всех сил пыталась найти кого-то, кто был бы одновременно подходящим и готовым принять корону. Они выбрали Майкла Березина, который возглавил русское наступление против Германской империи. Майкл Березин стал Майклом I, и вся его семья сплотилась вокруг него для его защиты. Страна зависела от этого. Они столкнулись с войной снаружи и гражданскими беспорядками внутри. Коммунисты агитировали рабочих в крупных городах. Они в основном терпели неудачу потому, что убив Николая II, Германия превратила его в мученика. Русские хотели нового монарха, и они хотели расплаты.
– Это объясняет многое о том, как Константин мыслит. Семья против всего мира.
– Именно. У Майкла был младший брат, Борис. Он был магом антистази, как и его мать, и симпатизировал коммунистам. Он думал, что России будет лучше без монархии, поэтому он вступил в сговор с коммунистической ячейкой, чтобы убить брата. Охранка, имперская тайная полиция, внедрили в ячейку оперативника, чтобы следить за ее деятельностью. Заговор был раскрыт.
– Заговоры часто бывают.
– Майкл I не мог вынести казни младшего брата, поэтому Борис вместо этого был лишен титулов и владений и сослан. Он оказался в Великобритании, где купил фальшивое удостоверение личности и женился на дочери из купеческой семьи Уинстон, которые были готовы не обращать внимания на шаткие свидетельства о рождении и паспорт, чтобы добавить в свой генофонд Значительного верхнего диапазона.
– Семья твоей матери.
Он кивнул.
– Мой прадед был очень жестким человеком. Он провел свою жизнь, пытаясь вернуть свои титулы и статус.
– Я так поняла, как ты сказал, что он был коммунистом.
– Это было до того, как он стал бедным. – Алессандро тихо рассмеялся. – Мой дедушка тоже был одержим титулами, вот почему мама вышла замуж по расчету за моего отца.
Его мать была Значительной антистази низшего уровня. Он говорил мне раньше, что у нее была магия, но не было силы или подготовки, чтобы ее использовать.
– Мой дед по материнской линии устроил этот брак ради титула, моя мать согласилась на это, потому что ей понравился мой отец, и она хотела сбежать от своей семьи. Мой отец думал, что она красива, и у них будут влиятельные дети, а мой дед по отцовской линии получил приданое. Все были в плюсе.
Его глаза были темными. Через одиннадцать лет после того, как его родители пошли к алтарю, Аркан убил Марчелло Сагредо, и жизнь Алессандро уже никогда не будет прежней.
Я встала и обняла его. Он вздохнул, тихо выдыхая напряжение.
– Империя хочет вернуть тебя? – спросила я.
– Я не о себе беспокоюсь. Константин опасен.
– Я знаю. Я буду осторожна.
Зазвонил его телефон. Он достал его из кармана и посмотрел.
– Аркан вытащил Сандерса с Аляски.
Сандерс была плохой новостью. Из всех Превосходных в арсенале Аркана он доставлял мне наибольшее беспокойство.
Алессандро встал и поцеловал меня.
– Мне нужно позвонить.
– Я должна поставить на место русского цесаревича.
Он поднял руку. Мы тихо дали друг другу пять и направились из конференц-зала, он в свой кабинет, а я к входной двери.
Константин сидел на каменной скамейке возле нашего офисного здания, именно там, где я просила его быть после встречи. От него тянулась вереница наших сторожевых собак. Они подходили один за другим, ведомые своими помощниками, запоминая его запах. Я хотела, чтобы его должным образом пометили, прежде чем они с Алессандро уедут.
Небо никак не могло решить, хочет ли оно быть затянутым тучами или залито солнечным светом, и ветер продолжал гонять облака взад и вперед. Когда я вышла на улицу, облака над головой разошлись, и луч золотого солнца прорвался и упал на Константина, заставив его волосы и кожу загореться. Он выглядел как ангел. Не один из тех неприкасаемых царственных ангелов, но тот, кто наполнен теплом. Это действительно походило на момент из фильма. Я наполовину ожидала, что он повернется ко мне в замедленном темпе, когда зазвучит сочный саундтрек.
Константин протянул руку, когда Рейнджер, огромная немецкая овчарка, обнюхала его.
– Kakoy horoshiy pios.
– Любишь собак?
Он кивнул.
– Они честные существа. В отличие от нас.
Он то знает.
Царевич повернулся ко мне и улыбнулся.
Ух, ты!
– Я не знал, что ты хорошо обращаешься с клинком, – сказал он.
– Есть много вещей обо мне, которые ты не знаешь. И я бы так и оставила.
– Я начинаю это понимать.
То, как он смотрел на меня… Это было немного чересчур.
– Почему Аркан не нацелился на Смирнова? Он знал, что он у нас в руках. Было логично, что он должен был быть в оружейной, и все же Булле прошел не заглянул в нее.
Константин посмотрел на меня своими потрясающими аквамариновыми глазами.
– Аркану не хватает объективности. Он сентиментален и ценит дружбу. Давай возьмем Ксавьера. Он недисциплинированный, непостоянный и импульсивный. Все, что Аркан ненавидит. Но по причинам, известным только ему, ему нравится Ксавьер. Он видит в нем своего рода ученика. Он позволяет ему совершать поступки, которые привели бы к увольнению большинства других его агентов. По американским понятиям, у него есть фавориты. Смирнов фаворит. Они встретились на базовой тренировке. Имперская служба безопасности вытащила их обоих, и они вместе прошли через Miasorubka. «Мясорубка» – интенсивная боевая подготовка. Я полагаю, что ваша программа «СИЛ» может быть аналогичной, за исключением того, что кандидаты «СИЛ» могут уйти и редко умирают на тренировках. Люди, которых засовывают в «мясорубку», умирают довольно часто.
– Что произойдет, когда Аркан поймет, что ты убил Смирнова?
Константин усмехнулся.
– Я представляю, как он обратит лицо к небу и будет выть по-волчьи. Хотел бы я это увидеть.
Он мог позвонить Аркану в любое время и сказать ему, что его лучший друг мертв. Да, это изменило бы природу приманки, но я была уверена, что когда Аркан узнает, что Константин убил Смирнова, он перевернет небо и землю, чтобы наказать его. Константин приберегал это как раз для подходящего момента.
Собачья стая отступила, уведенная своими проводниками.
– У тебя закончились собаки.
– Не совсем.
Я щелкнула языком. Кусты слева от меня зашуршали, и Тень вышла на открытое место. Моя собака не любила незнакомцев. Она была очень хороша в том, чтобы ее не видели, когда она этого не хотела.
Царевич моргнул.
Я подняла ее и указала на Константина.
– Плохой.
Тень издала тихий гав.
– Да, он нам не нравится. Плохой, очень плохой.
– Это такса, смешанная с кем? Может, с шотландским терьером?
– Не важно, – сказала я ему.
Тень зарычала, уловив враждебность в моем голосе. Я опустила ее на землю. Она гавкнула еще раз, давая ему понять, что она серьезно относится к делу, и завиляла хвостом. Когда я выпрямилась, я увидела две большие фигуры, спускающиеся по тенистой дорожке между деревьями, а между ними стройного невысокого человека. Четвертая тень трусила рядом, почти комично маленькая по сравнению с остальными. Они двигались бесшумно, тени от кроны деревьев скользили по их меху.
В глазах Константина вспыхнуло веселье.
– Теперь я познакомился со всеми. Могу ли я свободно блуждать?
– Пока нет.
– Есть еще кто-то? Может, это миниатюрный атакующий пудель или отважный чихуахуа?
– Что-то вроде того. – Я кивнула в направлении тропинки.
Константин повернулся, чтобы посмотреть, и захлопнул рот.
Несколько лет назад военные попытались применить магию и генную инженерию, чтобы создать сверхразумных медведей. Они планировали использовать их в бою, как или почему я никогда не могла понять. Программа была прекращена, но некоторые из ее бойцов-животных остались. Сержант Тедди был одним из них. Огромный кадьяк, он достигал пяти футов трех дюймов в высоту на четвереньках и десяти с половиной футов в высоту, когда вставал на дыбы. Он весил более полутора тысяч фунтов. Его лапы были больше моей головы и могли расколоть человеческий череп, как грецкий орех, одним ударом. Его когти были длиной почти шесть дюймов, а зубы вызывали кошмары.
Несмотря на все это, сержант Тедди был пацифистом. Он предпочитал человеческую компанию жизни в дикой природе, и ему нравились дети. Рядом с ним десятилетняя Матильда выглядела крошечной, как беспризорный малыш. Шестидесятифунтовый золотистый ретривер, следовавший за ними, был похож на шестинедельного щенка.
Существо, прогуливающееся по другую сторону от Матильды, было кем угодно, только не пацифистом. Первое, на что все обращали внимание, был его цвет. Его мех был поразительного синего цвета, настолько яркий, что казался нереальным, цвет, который должен был принадлежать какой-нибудь экзотической птице, а не массивному хищнику из семейства кошачьих. Два с половиной фута в холке, шесть с половиной футов в длину, он шагнул вперед на огромных лапах, скрывающих серповидные когти. Его мускулистое тело напоминало тигра, но бахрома щупалец вокруг его шеи не оставляла сомнений в том, что Зевс не был существом, рожденным на Земле.
Два зверя приблизились. Зевс остановился в двух футах от Константина, наклонился вперед и принюхался, его глаза вспыхнули бирюзой.
Русский цесаревич держался очень тихо.
Его лицо очень еле заметно изменилось. Сейчас он был почти невозможно красив.
– Мы не были должным образом представлены, – сказал он Матильде. – Я князь Константин Березин. К кому имею честь обращаться?
– Я Матильда Харрисон, из Дома Харрисон.
– Матильда, очень приятно. – Он склонил голову. – Я сожалею, что мои действия привели к тому, что твой отец был ранен. В мои намерения не входило вовлекать его в это дело. Я прошу у тебя прощения и надеюсь, что ты позволишь мне загладить свою вину.
Вот это да! Он «прочитал» Матильду за долю секунды. Большинство людей не стали бы так разговаривать с десятилетним ребенком, но каким-то образом он понял, что Матильда была взрослой в теле ребенка.
– Ты настоящий принц?
– Да. Мой дядя – император, и он часто говорит мне, что я его любимый племянник.
Матильда обдумала это.
– Ты то?
– Подозреваю, что мой дядя говорит это всем своим племянникам, когда хочет, чтобы мы что-то для него сделали.
Она вздернула подбородок.
– Я принимаю твои извинения. Сержант Тедди думает, что ты пахнешь как медведь.
Он кивнул.
– Мой Дом давно связан с медведями. Можно сказать, что мы практически семья.
И что, черт возьми, это значит?
Матильда покосилась на него, затем повернулась ко мне.
– Аромат был приобретен.
– Спасибо тебе, Матильда.
– Очевидно, я в «Книге джунглей», – сказал Константин. – Я встретил волков, медведя и пантеру.
– Не волнуйся, питона нет.
Он странно посмотрел на меня.
– Я уже встречался с ней.
– Что? – спросила я.
– Неважно. Я был легкомысленным.
– Быть легкомысленным – не очень хорошая идея, – сказала Матильда. – Мой папа говорит мне, что убийство – неизбежная часть жизни Превосходного, так что если ты нарушишь правила, я убью тебя.
– Считай, что я должным образом предупрежден. – Константин кивнул.
Подбежал золотистый ретривер и сел, уставившись на Константина со счастливой собачьей ухмылкой.
– Это Рустер[9]9
Rooster (англ.) – петух
[Закрыть], – сказала Матильда. – Она будет твоим смотрителем.
– Из всех доступных вам собак вы выбрали для меня золотистого ретривера? – Брови Константина поднялись на долю дюйма.
– Пожалуйста, измените форму, Ваше высочество, – попросила Матильда.
Лицо Константина расплылось, и Алессандро оказался на его место. Это было идеальное подражание, вплоть до тонкого пореза на подбородке Алессандро, который он получил, сражаясь с Булле.
Рустер взорвалась лаем. Он был не просто громким, он был оглушительным.
– Боже милостивый, – прокричал Константин сквозь шум, – это как удар по барабанным перепонкам
– Вернись обратно, пожалуйста, – приказала Матильда.
Константин вернулся в свой облик. Рустер замолчала и тяжело дышала, глядя на него.
– Рустер лает на 112 децибел, – сообщила ему Матильда. – Она может продолжать лаять часами, не напрягаясь. Если ты изменишь форму, она залает. Если ты попытаешься убежать, она залает. Если ты попытаешься каким-либо образом спрятаться от нее…
– Она будет лаять? – спросил Константин.
– Да. Если она лает дольше одной минуты, электронный датчик в ее ошейнике отправит сигнал тревоги. Обрезание ошейника или его снятие также вызовет оповещение. – Матильда уставилась на него. – Если что-нибудь случится с Рустер или ее ошейником, я узнаю. Я приду. Я приведу друзей. Я надеюсь, что мы понимаем друг друга.
– Кристально, – сказал он ей.
– Пожалуйста, следуй за мной, – сказала ему Матильда. – Меня попросили ознакомить тебя с планировкой Комплекса.
– С удовольствием, – сказал он ей.
Они вдвоем пошли по тропинке в сопровождении медведя и загадочного тигра с щупальцами. Рустер бежала за ними, ее взгляд был прикован к Константину.
Патриция вышла из офиса и встала рядом со мной.
– Разумно ли это?
– Мы не можем сдержать его, и мы не можем держать его взаперти. С таким же успехом можно было бы позволить ему бродить под присмотром.
Патриция вздохнула.
– За нами ведется наблюдение.
– В курсе.
– Нет, Аркан не спускает с нас глаз. Время от времени они запускают беспилотник или устанавливают камеры на случайных деревьях за пределами границы собственности, которые мы находим и сносим. Теперь у него два активных наблюдательных поста. Один находится на ранчо Ордуны, наблюдая за нашими передними воротами, а другой находится на территории Рединга, наблюдая за нашей подъездной дорожкой. Они держат нас под круглосуточным наблюдением.
– С этим ничего не поделаешь. При определенных обстоятельствах это может стать преимуществом.
Патриция кивнула.
– Кроме того, ко мне обращались.
– С кнутом или с пряником?
– На данный момент это палка. Они пытаются меня шантажировать. «Уходи», ну и что-то наподобие.
– Региной?
Патриция снова кивнула. Она была нашим рыцарем в сияющих доспехах, который следил за тем, чтобы наши силы охраны действовали как единое целое. Без нее мы были бы мертвы. Ее жена знала об одном секрете. Регина была слабостью Патриции. Конечно, они должны были нацелиться на нее.
