Текст книги "(Не)желанная истинная северного дракона (СИ)"

Автор книги: Илана Васина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

– Это подарки для моей истинной, – холодно изрёк драгарх. – А истинная волею Аругара остаётся подле своего мужчины.

Я буквально услышала в этой фразе звон невидимых цепей, которыми он меня приковал к себе.

Это был настоящий вызов, от которого сильнее забурлила кровь.

Ну что же...

Чем не повод поговорить по душам?

– А как же твои обещания, тиарх? Я нахожу тебе мертвий – ты отпускаешь меня к сестре. Таков был уговор... Или твоё слово ничего больше не значит?

– Воля Аругара важнее твоих и моих... – он вдруг осёкся, сжимая кулаки. – Я хочу, чтобы ты осталась в моём замке, Мия, – столкнувшись с моим гневным взглядом, он снова умолк на мгновенье. – Хочу так сильно, что... прошу тебя пересмотреть наш старый договор.

Он замолчал, и я увидела, как на его шее забилась жилка. Его пальцы, добела сжатые в кулаки, медленно разжались, словно он добровольно выпускал из рук оружие. Этот гордый ящер заставлял себя произносить слова просьбы. И всё же... я мотнула головой.

– Меня устраивает старый договор.

– Меня – нет, – отрезал он, и снова сжал рот, будто пытаясь взять себя в руки. – Поэтому мне важно, чтобы ты... Скажи, что поможет тебе передумать?

Бьёрн стоял, взволнованно разглядывая меня. И хотя лицо было непроницаемым, я кожей чувствовала, что он старается меня услышать. Он даже слова выбирал так тщательно, что мой гнев как-то сам собой сошёл на нет… И желание доказывать его неправоту тоже ушло, сменившись глухим раздражением.

– Зачем мне в твоём замке это добро, вот скажи! – проворчала я, повернувшись к сундукам. – Надеть всё золото сразу, чтобы мне было ещё тяжелее стоять у этого окна? Или разложить на кровати ткани и завернуться в них, как в одеяло? Или, может, нацепить на себя всё разом, когда мы полетим в горы за мертвием?

– Это знак моей милости, – пророкотал он, нахмурившись.

– Разве я просила о милости? Мне нужна свобода для себя и исцеление для сестры. Я хочу работать. Искать мертвий, а не примерять твои побрякушки, пока моя сестра тоскует по мне! – указала рукой на сундук. – Унеси. И скажи страже, чтобы выпустила меня из этой… – я обвела взглядом комнату, – темницы. Это был бы лучший подарок, тиарх.

Глава 34

Мия

– Ты слишком рано рвёшься работать. Тебя только что пытались отравить, – произнёс Бьёрн. – Отдыхай. Набирайся сил.

Я всплеснула руками, едва не застонав от бессилия.

– Я уже отдохнула и набралась сил на несколько дней вперёд. Почему мы сегодня не полетели искать мертвий?

– Твоя безопасность – у меня в приоритете. Пока не найдём подельников Висны, мы не покинем замок. Я лично контролирую процесс.

– Хорошо. А почему мне обязательно сидеть в спальне? Почему я не могу прогуляться по замку?

– Пока неизвестно, с какой стороны ожидать удара, твои передвижения следует ограничить.

Я фыркнула и отвела взгляд, которым хотелось испепелить этого дракона.

Нет, он на полном серьёзе собирается держать меня под замком?

И снова не удержалась от колкости:

– В моём мире под замок сажают виновных, а не порядочных людей!

– В моём мире дева не спорит с мужчиной, который пытается её уберечь.

На это я не нашла, что ответить.

Прикусила губу и затихла.

Тиарх тоже замолчал, нахмурившись так, будто решал сложнейшую задачу. Взгляд его скользнул по моей фигуре, задержавшись на подоле платья.

– Твои наряды… – он запнулся, подбирая слова. – Поистрепались в полётах. Висят клочьями.

Я невольно уставилась на платье, в котором была.

Разгладила руками подол.

Вот что он придирается? Нормальное платье. Из простой шерсти, однотонное, коричневое. Недавно его стирала. Уж точно ничего клочьями не висит.

– Я не просто так подарил ткань, – продолжил тиарх. – Ты моя гостья... в числе прочего. И я обязан оказать тебе радушный приём. В том числе позаботиться о твоей одежде. Выбери себе ткань.

– Чтобы мне интереснее сиделось под замком с иголкой в руках? – ядовито поинтересовалась я.

Глаза тиарха вспыхнули золотом. Бьёрн на мгновение сжал кулаки и напрягся, но тут же взял себя в руки. Мой подкуп явно давался ему с трудом.

– Ты гостья тиарха, а не швея. Я пришлю к тебе кладовщицу со швеёй, они снимут мерки. А пока… – он сделал паузу. – Раз уж ты так рвёшься из комнаты, я разрешаю тебе выйти. Вечером.

Я замерла, не веря своим ушам.

– Правда? Я могу идти куда захочу?

– В моем сопровождении, – охладил он мой пыл.

– Ну хоть так... – я пожала плечами. – И чем мне заниматься до вечера?

– Говорят, девы из мира людей любят сладости.

Бьёрн вдруг подошёл к столу и выложил из кармана небольшой свёрток, обёрнутый в промасленную бумагу. Очень странно смотрелся этот свёрток в его больших, мозолистых руках… наверно, больше привыкших к мечу. Видимо, в моём взгляде отразилось недоумение, потому что тиарх снизошёл до пояснения:

– Это засахаренные орехи в горном меду. Лионела говорит, они лучшие в тиархоне. Попробуй. Если, конечно… тебе такое нравится.

Он напряжённо застыл, внимательно отслеживая каждый мой жест.

Я не на шутку напряглась.

– Ты даёшь мне эти сладости просто так? Ну то есть... Ты хочешь за них что-то получить?

Его бровь взлетела вверх, а в глубине зрачков вспыхнула досада. Потому что истинная приписала ему мелочность? Он вдруг криво усмехнулся:

– Это же глупая мелочь. Что я могу за неё ожидать, кроме… разве что твоей улыбки?

– В таком случае спасибо, тиарх, – осторожно взяла свёрток и с интересом развернула. – Мне нравятся сладости.

Бьёрн кивнул.

Мне даже показалось, что он с облегчением выдохнул, довольный моей реакцией.

– Вечером я зайду за тобой, чтобы показать тебе замок.

Он развернулся, чтобы уйти, но уже у самой двери снова замер.

– И надень что-нибудь… потеплее. В коридорах сквозняки.

Дверь закрылась, щёлкнул замок. Я перевела взгляд на орехи, потом на дверь. Появилось ощущение, что последние четверть часа мне приснились.

Бьёрн заботился обо мне с грацией танцующего медведя. Это было забавно, странно и… почему-то пугало меня сильнее, чем его гнев. К злому буке-дракону я уже привыкла, а вот к такому – неожиданно внимательному – я была совершенно не готова.

На этой мысли вздохнула и… засунула в рот лакомство.

Орехи оказались невероятно вкусными. Хрустящее ядро, пропитанное терпким горным медом с ароматом хвои. Я планировала съесть один, но очнулась, когда на бумажке осталась только липкая пыльца.

– Проклятье, Бьёрн, – пробормотала я, облизывая палец. – Это был запрещённый приём.

Не успела я спрятать следы своего гастрономического падения, как в дверь постучали. На этот раз вошли две женщины.

Кладовщицей, видимо, была стройная, высокая брюнетка с острым взглядом. А сопровождала её невысокая, круглая женщина с игольчатым браслетом на запястье.

Атмосфера в комнате сразу стала напряжённой. Женщины замерли у порога, глядя на меня так, будто я была редким зверьком, который мог не только позабавить, но и пребольно укусить.

– Меня зовут Лианора. Мы пришли насчёт платья. Тиарх приказал… – она запнулась, не зная, как ко мне обращаться.

– Я знаю, что приказал тиарх, – я вздохнула, понимая, что если сейчас не возьму инициативу, мы проведём этот час в гробовом молчании. – Нам нужно решить, что делать с этими бесконечными рулонами ткани. У меня никогда не было такого тонкого шёлка...

Швея – Ильди, как она представилась – робко улыбнулась.

– Шёлк очень скользкий, госпожа. Тиарх выбрал самую дорогую ткань в его сокровищнице. Не беспокойтесь! Я умею с ней работать.

Я подошла к сундуку и, подцепив край ткани, приложила его к лицу.

– Красиво. Но, боюсь, если я надену это в тиархоне, то мигом замёрзну. Как ты думаешь, Ильди, можно сделать подкладку из чего-то более плотного?

Женщины переглянулись. Напряжение начало таять. Мы провели следующие полчаса, обсуждая фасоны, и я намеренно спрашивала их совета. Плечи Лианоры окончательно расслабились, когда я честно призналась, что боюсь наступить на длинный подол и снести собой какую-нибудь бесценную статую в коридоре.

Когда они уже собирали свои инструменты, обе смотрели на меня без того подозрительного прищура, с которым вошли. Лианора вдруг задержалась у двери, придержав Ильди за плечо.

– Знаешь, Мия... – она впервые назвала меня по имени, и это было очень приятно. – Мы сошьём тебе такие платья, в которых будет удобно даже бегать по горам, если придётся. И появиться на пиру тиархата будет не стыдно. Я прослежу, чтобы швы были крепкими, а вышивка шла стежок к стежку.

Она коротко улыбнулась, и в этом обещании было столько тёплого радушия, что мой рот тоже непроизвольно дрогнул в улыбке. Дверь закрылась, и я осталась одна. В комнате всё ещё пахло мелом, дорогой тканью и чуть-чуть – взаимной симпатией, которая только-только начала пускать корни.

Вечер наступил внезапно, окрасив горы в фиолетовые и багряные тона. Я набросила на плечи шерстяную шаль, как наказывал дракон. Когда ключ в замке повернулся, я уже была готова. Бьёрн стоял в коридоре. В свете факелов его глаза казались текучим золотом. Он окинул меня коротким взглядом – оценил шаль, едва заметно кивнул и отстранился, молча уступая мне проём.

Глава 35

Бьёрн

В этой шерстяной шали, с гордо поднятой головой, Мия выглядела дочерью гор, а не пленницей из чужого мира. Внутри шевельнулось забытое чувство – азарт охотника, который видит перед собой равного противника.

Истинная с любопытством осмотрелась, будто спрашивая, куда мы пойдём.

– В моём замке много красивых мест, – с гордостью произнёс я. – Есть зал со стеной из чистого льда, подсвеченной светящимся мхом. В оружейной галерее хранится коллекция клинков из тёмной стали и доспехи предков. А на смотровой площадке – самой высокой в замке – ты будешь так близко к звёздам, что ощутишь себя парящей в небе. С чего ты хочешь начать?

Мия неуверенно качнула головой.

– Спасибо, тиарх. Но из всех мест я предпочитаю то, где хранятся книги... Много книг. Это единственное, что поможет мне поскорее найти след мертвия и вернуться домой, в Нок-талар.

В груди недовольно заворочался зверь.

Наша прогулка задумывалась, чтобы влюбить её в замок, а не помочь ей отсюда скорее выбраться. Вся моя выдержка, которую я по крупицам собирал весь день, едва не разлетелась в щепки.

Заставил себя глубоко, шумно выдохнуть.

– Значит, всем красивейшим местам замка ты предпочитаешь пыльную библиотеку?

– Да, тиарх. Мы и так потеряли почти два дня.

Потеряли два дня…

Я сжал челюсти так, что зубы едва не заскрипели.

В голове всплыл вкрадчивый голос Айвара.

Не давить.

Он безмерно раздражал своим всеведением в делах любовных, но его советы пока были единственным ориентиром в хаосе моих отношений с Мией.

Я сделал глубокий вдох, усмиряя внутреннего зверя.

– Хорошо. Я отведу тебя в библиотеку. И покажу тебе всё, что захочешь.

Молча развернулся и зашагал по коридору. Вскоре мы добрались до массивных двойных дверей из морёного дуба, окованных чёрным железом. Я приложил руку к магическому замку, и тяжёлые створки разошлись в стороны, открывая провал в колоссальный зал, и в тот же миг за моей спиной прозвучал короткий, рваный вдох.

Мия замерла на месте, будто наткнулась на невидимую стену. Её пальцы, сжимавшие края шали, побелели, а взгляд лихорадочно заметался по взмывающим ввысь стеллажам.

Большой библиотекой служила гигантская шахта, уходящая вглубь горы. Стеллажи, вырубленные прямо в скале, поднимались вверх, соединённые мостиками и винтовыми лестницами. Тысячи корешков – кожаных, костяных, деревянных...

Мия сделала шаг вперёд. Её глаза лихорадочно блеснули.

– Сколько здесь книг! – выдохнула она, медленно поворачиваясь вокруг своей оси.

Обернулась ко мне, и в её взгляде мелькнула растерянность.

– Где мне искать? С чего начинать? – спросила она, подходя к ближайшему ряду. – Где книги о тиархоне? О мертвии? О магии этого края?

– О тиархоне? – я обвёл рукой левое крыло зала, где стеллажи уходили в темноту сводов. – Весь этот сектор. Десятки томов.

Я прошёл чуть дальше и указал на спиральную лестницу, ведущую на третий уровень.

– О мертвии и бестиарии гор – там. Три стеллажа только по классификации тварей. О магии? – я посмотрел вверх, где на верхних ярусах мерцали синие охранные кристаллы. – Самые ценные гримуары хранятся на верхнем пределе.

Мия подошла к одной из полок, коснулась кончиками пальцев старинного корешка и тут же отдёрнула руку, будто обжёгшись масштабом этого помещения. Посмотрела на меня с тихим ужасом в глазах.

– Да я… я буду годами это читать! Столько книг... Зачем их так много?!

Она тяжело вздохнула, и внутри меня всё болезненно сжалось. Это была горечь человека, который внезапно осознал масштаб своей клетки. Она выглядела такой маленькой и потерянной на фоне этих колоссальных знаний, что мне захотелось прижать её к себе. Успокоить.

– У меня есть встречное предложение, – медленно произнёс я. – Мне известно содержание большинства книг в этой библиотеке. Пока я показываю тебе замок, ты можешь расспрашивать меня обо всём, что тебя интересует.

Мия замерла. Её глаза – такие живые и недоверчивые – расширились.

– Бьёрн, разве это возможно? Ты действительно… прочитал столько книг?

– Нет, конечно, – я улыбнулся её наивности. – Только основные. Содержание остальных рассказал мой наставник.

– Какой наставник?

– Мудрый Ларий.

– Познакомишь нас?

– Он уже давно перешёл в послежизнь.

– Жаль, я не успела с ним пообщаться. Тебе повезло больше.

– Я бы не назвал это везением. Меня с детства готовили к роли тиарха. Мой долг как владыки Северного Пика – знать историю и законы своих земель.

– И... ты ответишь на все мои вопросы? – глаза Мии засияли ещё ярче. – Все-все? Не будешь увиливать?

Её восторг ударил по моему самолюбию приятным теплом. Оказывается, эрудиция впечатляет её больше, чем сундуки с золотом.

Так и запишем.

– Даю слово тиарха, – я чуть склонил голову, наслаждаясь моментом её замешательства. – Если ты не попросишь у меня раскрытия вековых тайн драгархов, я отвечу на все твои вопросы.

Она вдруг нахмурилась и отвела взгляд.

– Бьёрн, ты какой-то другой сегодня. Это точно ты? Или твой учтивый брат-близнец вернулся из долгой поездки?

– У меня нет брата, Мия. Я – единственный экземпляр. Второго такого природа бы не вынесла.

Я повёл её по северному коридору. Мы остановились перед массивными дверями, окованными медью. Как обычно, я приложил ладонь к скрытому в узоре камню. Магия тиархов признала хозяина, и створки плавно разошлись. Моё простое, рутинное действие Мии показалось любопытным.

– Эти двери... Библиотека, вот эта – они только тебе открываются?

– К каждому помещению допущены определённые люди. Все двери замка открываются только передо мной и Айваром... Добро пожаловать в лето, – негромко добавил я, пропуская её вперёд.

Истинная ахнула, и этот звук стоил всех моих усилий.

Оранжерея, вырубленная прямо в скале, казалась осколком тепла, запертым в вечных льдах. Сверху, сквозь толщу прозрачного горного хрусталя, пробивался свет звёзд, но внутри было светло как днём. По стенам, в специальных нишах, мерцали тысячи жуков. Они давали мягкое свечение, заставляя зелень тянуться вверх. Воздух здесь был влажным и густым от ароматов редких горных трав. Тепло шло от земли – внизу бил горячий источник, чьи воды по сложной системе желобов питали корни растений.

– Ох… – выдохнула Мия, делая шаг в изумрудное марево. – Как красиво! Я думала, что живу в скучном каменном мешке, а тут такие чудеса… А я всё гадала, откуда Ильва берёт свежую зелень! Она шутила, что в нашем замке камни такие упрямые, что начинают цвести назло зимней стуже.

Я наблюдал, как она касается тонкими пальцами листьев, как жадно вдыхает воздух. Видеть её такой – беззащитно-восхищённой – было редким, непривычным удовольствием.

Мия обернулась ко мне. Её лицо было так близко, что я почувствовал тепло её дыхания. Влажный воздух оранжереи заставил несколько прядей её волос завиться у висков.

Я непроизвольно подался вперёд. Пальцы дрогнули, стремясь коснуться её щеки, убрать этот мешающий локон. Мой зверь внутри согласно зарычал, требуя заявить права на эту женщину здесь и сейчас, среди ароматов трав и мягкого света. Почти ощутил подушечками пальцев тепло её кожи, но вовремя заметил, как расширились её зрачки.

Я заставил себя замереть.

Рано.

Крепости не берутся наскоком, если хочешь, чтобы они открыли ворота сами.

Мия сглотнула и, кажется, забыла, как дышать. Но через секунду её взгляд снова стал серьёзным и сосредоточенным.

– Спасибо, что привёл меня сюда, Бьёрн… – тихо сказала она. – Скажи… раз уж ты обещал отвечать… почему вы так люто враждуете с красноволосыми?

Глава 36

Мия

Бьёрн отвернулся, но перед этим я заметила, как изменился его взгляд. Мой вопрос явно ему не понравился.

Что же.

Хотя бы остынем, разговаривая на отвлечённые темы. А то слишком жарко тут стало. Минуту назад мне вообще показалось безумием, что я согласилась на эту прогулку по замку.

Все прежние ночёвки в одной кровати, теперь выглядели невинной забавой. Они были и вполовину не такими опасными, как эта наша встреча. Я будто по краю лезвия ходила.

Сегодня в Бьёрне обнаружилось всё самое притягательное для меня в мужчине.

Способность услышать, понять и пойти навстречу.

Начитанность.

Умение приятно удивить.

Наверно, я сделала за сегодняшний день гораздо больше открытий в тиархе, чем сама себе в этом признавалась. Но старалась об этом не думать.

И вот что странно. Чем сильнее пыталась оттолкнуться, тем стремительнее меня затягивало в воронку его харизмы. Я боялась этой власти над собой, но ещё больше боялась, что в какой-то момент мне захочется ему подчиниться...

Тиарх подошёл к невысокому парапету, за которым шумела вода горячего источника, и жестом пригласил меня присесть на широкую скамью с удобной спинкой. Поколебавшись, я опустилась рядом. Засунула руку в карман платья и сжала в пальцах письмо Олии, как защитный амулет.

– Эта вражда старше моих прадедов, – начал тиарх. – Всё началось с раскола. Наши браслеты – это якоря. Без них зверь сожрёт нас изнутри за считанные мгновенья. Безумие и ярость – вот что ждёт того, кто решит снять металл с запястья.

Он коснулся своего массивного браслета, блеснувшего серебром.

– Красные живут на инстинктах, без браслетов, и мы считаем их дикарями. Даже в человеческой ипостаси они полулюди-полузвери. Делают, что хотят. Существуют без кодекса чести.

Бьёрн замолчал, вглядываясь в густую зелень, словно видел там картины прошлого.

– Самая горькая часть нашей вражды – это женщины. Существует легенда о первом похищении. Говорят, когда-то земли были едины и законы были равны для всех. Драгархи собирали дань с людей: дев и мертвий. Взамен – давали им защиту от порождений Тьмы. Но однажды красные решили, что им нужно больше дев, чем другим. Потом даже одной девы в оборот солнца им стало мало. Они решили, что закон Аругара о священной дани несправедлив. Начали набеги на поселения людей. Забирали дев силой.

Он криво усмехнулся.

– Старики рассказывают, что красноволосые строят свои замки на крови и слезах украденных женщин, потому что зверь внутри них не знает любви – только жажду обладания. Мы веками боремся с ними, чтобы смыть это пятно с чести драгархов. Для нас красноволосые – то зеркало, в которое мы боимся смотреть. Зеркало, где зверь победил человека.

Я слушала, затаив дыхание.

Странно. У меня не сходилась в голове картинка. Если сравнить Свейна с Торвальдом, однажды чуть не проткнувшим мне горло, красноволосый был воплощением адекватности. Просто галантный принц на белом коне. А по рассказу Бьёрна выходило, что Свейн – какой-то дикарь. Безумец.

– Мы чтим древние законы. Красноволосые – нет...

На этом месте я, не удержавшись, встряла:

– Все мы иногда нарушаем правила. Даже ты, тиарх, когда-то забрал меня из Нок-талара не по закону.

Бьёрн едва заметно кивнул, принимая этот удар. Лицо его осталось непроницаемым, только зрачки на миг сузились, превращая его взгляд в два острых клинка. Похоже, он не особо жалел о содеянном.

– Забрав тебя, я нарушил древнее соглашение между людьми и драгархами. Ещё один рискованный шаг – и мой собственный народ отвернулся бы от меня. Я стал бы для них позором, таким же безумным беззаконником, как те, кого мы презираем.

– Но тут на моём запястье появилась метка, – догадалась я. – И тогда ты решил, что Аругар одобрил твои действия.

– Аругар одобрил, – эхом отозвался он, и его взгляд потяжелел, опускаясь к моим губам. – Метка – это щит для моего народа. Повод, чтобы они не взбунтовались. Но для меня... ты – не воля свыше. Ты – моя личная Бездна, в которую я прыгнул сам, по своему желанию. И я бы прыгнул в неё снова, даже если бы это стоило мне крыльев.

Я слушала его, замерев. Боялась даже вздохнуть. Влажный воздух оранжереи, пропитанный ароматом трав, казался густым, как мёд. Но больше всего меня пьянило не летнее тепло, а то, как Бьёрн на меня смотрел.

Его слова подкупали вернее золота и шелков.

Мне вдруг захотелось впитать в себя этот момент. Задержаться в нём. Запомнить. Насладиться его взглядом, признанием... Но имею ли я право на это? Сердце предательски дрогнуло... и я поспешила возразить.

– Если вы без браслетов сходите с ума, то почему красноволосые могут обходиться без них? В чём их секрет?

Тиарх небрежно пожал плечами.

– С чего ты решила, что красноволосые не безумны? Безумие может принимать разные формы. У нас оно превращает мужчину в воющего зверя за считанные мгновенья. У них – оно прорастало веками, становясь частью их крови. Они постепенно теряют человеческое, следуя своим диким инстинктам.

– Каким инстинктам? Продолжения рода? Нет... Методы у них, конечно, спорные, но причина вполне понятная. И не то, чтобы дикая. Ты знал, что у красноволосых рождается слишком мало девочек? Они вынуждены... Искать варианты.

– Плохо ищут, раз воруют женщин у своего же народа. Для них нет ничего святого. Красные демоны караулят караваны в заснеженных ущельях, чтобы забрать золото и женщин. Для них дева – это дорогая добыча. Трофей, который можно бросить в клетку. Они ужасны в своём хаосе. Именно поэтому мы никогда не станем братьями. Мы – закон этих гор, они – их проклятие.

Я помолчала.

И упрямо тряхнула головой.

– Не сходится, тиарх. Прости.

Бьёрн молчал, задумчиво рассматривая моё лицо. Наверно, в его глазах я спорила с тем, чего ещё не понимала. Я ведь даже о существовании драгархов узнала совсем недавно. Разве есть у меня основание спорить с ним – постигшим их вековую мудрость?

И всё же он сделал приглашающий жест ладонью:

– Что не сходится?

– Когда я была в пещерах красноволосых, я не заметила признаков безумия. Мужчины были спокойными. Женщины и дети – тоже. Всё было дружно. Такая спокойная суета. Свейн тоже меня не обижал. Покормил, отогрел у костра, пригласил у него остаться. Но, когда я отказалась, он принёс меня сюда.

Я задумчиво покачала головой.

– Разве так выглядит безумие? Нет! Безумие для меня – это скорее, Торвальд с его когтем, прижатым к моему горлу.

Бьёрн сжал рот, и помрачнел.

– Когда я был несмышлёным юнцом, я тоже хотел верить в то, что красные не безумны. И даже подружился с одним тайком от своей семьи. Свейн – так его звали, – он с горечью взглянул на меня, и вдруг расстегнул первые пуговицы рубашки, обнажая грудь.

Ткнул в застарелый шрам.

– Вот чем закончилась наша дружба. Его кинжалом, нацеленным мне в сердце. Этот кинжал до сих пор висит у меня на стене. Как напоминание о том, что красноволосым нельзя верить. Никогда.

Глава 37

Мия

Дослушав историю Бьёрна, я замолчала, обдумывая его слова. Наверняка тиарх рассказал правду, но его правда ломала тот образ Свейна, который сложился у меня в сознании.

Я могла себе представить, что Свейн со своими сородичами когда-то напал на торговый караван. Допускала, что он решил утащить деву с закрытой повозки. Для этого обернулся человеком, но унести добычу не успел. Подоспел Бьёрн – первым из числа тех драгархов, кто охранял караван.

А вот на этом месте у меня начинались проблемы. Когда Бьёрн узнал друга, то замешкался – и в ту самую секунду Свейн ударил его кинжалом в грудь. Караван едва отбили от "красных демонов". Бьёрна выходили. Его спасла удача. Кинжал застрял в ребре, так и не достигнув сердца.

В моей голове не укладывалась эта цепочка событий.

Я всё думала про двух драгархов, сцепившихся там, у горного каравана, не на жизнь, а на смерть. Временами трогала кулон под платьем – подарок Свейна. Вспоминала его почтительные прикосновения. Неужели те же пальцы, которые с трепетом прикасались ко мне, не колеблясь вонзили кинжал в сердце друга?

М-да…

Резко стало не до мертвия и не до разговоров.

– Мы можем продолжить завтра? – попросила я и, заметив, как ярко вспыхнули глаза Бьёрна, быстро добавила: – Нам надо поговорить про мертвий. Я хочу о многом тебя расспросить.

– Конечно, истинная. Мы будем говорить исключительно про мертвий! – уголки его губ дрогнули.

Я с подозрением на него покосилась. Он смеётся?

Но не смогла ничего прочитать по невозмутимому лицу.

– Бьёрн… – пролепетала я.

– Да?

– Мне очень понравился сегодняшний вечер. Точнее… ты мне понравился. Но это ничего не меняет, понимаешь?

Он медленно, напряжённо кивнул.

Такое чувство, что шея с трудом ему подчинялась.

Я поднялась и указала в сторону двери.

– Мы можем вернуться?

Он мотнул головой.

– Ты спрашивала меня, я отвечал. Теперь моя очередь спрашивать, Мия. О тебе.

После откровенности тиарха отказать ему было бы грубо и несправедливо. Поэтому я развела руками, но на скамью не села, показывая всем видом, что не в настроении болтать о себе.

– Хорошо. Я устала, но если ты настаиваешь, то отвечу. Один вопрос, Бьёрн.

– Расскажи, как ты попала под опеку к этому… Как там его? – он наморщился, то ли пытаясь вспомнить имя, то ли выражая своё презрение к моему бывшему жениху.

– К Грегору? – подсказала я.

– Именно. К Грегору.

Бьёрн произнёс имя бывшего с таким отвращением, будто сплюнул с губ.

Я всё-таки села обратно на скамейку.

Второпях говорить о болезненном не хотелось.

Рассказала, как мои родители заболели во время эпидемии красной лихорадки. Нас с Олией уберегла Милайда. Та самая служанка, которая сейчас заботится о сестре, увезла нас тогда из города на целый месяц к себе в деревню.

Мы выжили. А вот родители – нет.

Когда вернулись, их уже похоронили. Нашим опекуном, согласно последней воле родителей, стал дарн Томас. Он заботился о нас до самой смерти. Потом… мы с Олией достались в наследство его сыну. Таковы законы Нок-талара.

Грегор сделал мне предложение, и я согласилась. Мне казалось, это самым верным шагом – ведь он изначально заботился не только обо мне, но и об Олии. А затем в один прекрасный день он пригласил прогуляться по зимнему Нок-талару и сообщил, что продал меня…

Стоп!

Я зажала рот ладонью, сообразив, что рассказываю Бьёрну то, о чём не собиралась.

Что со мной?

Почему я это делаю?

Поймала его взгляд и тут же поняла почему.

Этот дракон умел слушать, как никто другой. Внимательно – так, будто кроме меня больше никого в целом свете не было. И это подкупало.

Я снова поднялась со скамьи:

– Когда человек устал, он говорит больше, чем следует. Думаю, нам пора вернуться.

Бьёрн с неохотой встал. Его радужки снова полыхнули золотом. Похоже, мой рассказ его взволновал. Он заглянул мне в глаза.

– Мне жаль, что твой отец слишком рано ушёл. И не смог защитить тебя от мерзавцев. Надеюсь, ты позволишь это сделать мне.

– Эм-м… Спасибо, что выслушал, но…

Бьёрн вдруг опустил палец на мои губы и покачал головой.

– Это был не вопрос, истинная. Идём. Ты устала.

Он открыл дверь и проводил меня в спальню. В голове был бардак. На сердце тоже. Поэтому я оказалась совершенно не готова, к тому, что увижу в спальне. Когда мы зашли, нас обдало густым, терпким ароматом хвойных веток и свежей древесной стружки.

Я замерла на пороге, не веря своим глазам.

На столе красовался поднос с фруктами, но не фрукты меня поразили. По всей спальне – на подоконниках, у камина и даже на полу вокруг кровати – были рассыпаны аккуратные кучки блестящей золотистой стружки. Между ними стояли невысокие пеньки, на которых горели толстые восковые свечи, а на столе высилась гора сосновых шишек.

С первого взгляда – бардак. Или чья-то шутка. Будто кто-то решил лесную опушку перенести сюда. А потом... я поняла. И сердце предательски ёкнуло. Неужели этот суровый дракон решил устроить для меня этот сюрприз? Неуклюжий, странный, совершенно мужской, но такой искренний?

Я медленно повернулась к нему. На лице Бьёрна отразилось целое созвездие эмоций, пока он, наконец, не прикрыл глаза, а пальцы не сжали эфес меча.

– Бьёрн… это так неожиданно... И так приятно!

Он резко посмотрел на меня. В его взгляде читалось такое удивление, что мне захотелось его обнять.

Наверное, сомневался, что мне понравится его сюрприз. А может, слуги, которым он приказал всё это устроить, что-то напутали, и поэтому рот тиарха поначалу был крепко сжат, а на щеках ходили желваки. Злился на нерадивых исполнителей?

Зря. Очень зря.

– Откуда ты узнал, что наш с Олией дом находится в сосновом бору? – прошептала я, вдыхая запах хвои. – Этот запах для меня слаще любого другого!

Бьёрн издал какой-то неопределённый звук, похожий на сдавленный выдох. Он выглядел так, будто мечтал провалиться сквозь землю прямо сейчас. Медленно, через силу кивнул. Я подошла к нему и осторожно коснулась его руки.

– Спасибо. Это самый оригинальный, самый прекрасный вечер в моей жизни.

Бьёрн посмотрел на мою ладонь на своём рукаве, потом на стружку под ногами, и в его глазах мелькнуло непонятное мне выражение. Он медленно накрыл мою руку своей ладонью, на мгновение задержав её, а затем его взгляд переместился на тяжёлую дубовую дверь.

– Ложись спать, истинная, – приказал он и вдруг он направился к выходу.

Я удивилась:

– Куда ты?

– Мне нужно срочно переговорить с одним… драгархом.

Меня кольнула тревога. Тиарх слишком мало спит, а недостаток сна ещё никогда не сказывался хорошо на психике. Ему бы отдыхать побольше...

– Но ведь уже поздно. Разве ты не устал?

– Всю усталость как рукой сняло, – произнёс он, обводя комнату взглядом, – при виде этих милых шишек.

Глава 38

Бьёрн

Я нашёл Айвара в тренировочном зале. Поздний час не мешал советнику изнурять себя тренировкой. К счастью, других драгархов здесь не было.

Окликать его не стал. Снял со стены два меча и один из них швырнул Айвару без предупреждения. Он поймал клинок рефлекторно, едва не пропустив удар рукоятью в грудь. В его глазах вспыхнуло мрачное понимание.

Я атаковал сразу. Мощно, наотмашь, вкладывая в удар всю ярость, скопившуюся за вечер. Айвар едва успел подставить меч. Сталь встретилась со сталью с оглушительным звоном. Советник пошатнулся, его дыхание сбилось под весом моего напора.