Текст книги "(Не)желанная истинная северного дракона (СИ)"

Автор книги: Илана Васина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

– Ты слишком опасна для этого мира, огненная дочь Аругара, – прошептал он, и в его голосе я услышала уважение. – Если Бьёрн действительно тот, кем я его считал когда-то… возможно, в этом безумии есть смысл. Но если он поднимет меч на моего посла – я лично выжгу всё, что тебе дорого.

– Он не поднимет, – я твердо посмотрела ему в глаза.

– Мне нужно подумать. И приготовься – завтра мы проверим, чего стоит слово твоего истинного, – Свейн резко отвернулся и зашагал вглубь коридора.

Глава 56

Я дёрнулась было за Свейном, но воздух в пещере вдруг вздрогнул. Где-то в глубине каменных переходов послышался гул. Это не было похоже на обвал. Грохот, крики и отчётливый лязг металла о металл.

Сердце заколотилось о ребра.

– Что это? – выдохнул я, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.

Свейн изменился за секунду. Вся его задумчивость слетела. Он выхватил меч, моментально подобравшись.

– Не будет посла. И переговоров не будет, – отрезал он, напряжённо вглядываясь в темноту тоннеля.

– Почему? – ахнула я.

– Снежные нас нашли.

– Но как?! Ты же говорил, это невозможно...

Свейн медленно перевел взгляд на мое запястье. Метка под кожей пульсировала в такт моему бешеному бьющемуся сердцу. Он молча смотрел на неё несколько секунд. Его лицо окаменело, а на скулах проступили желваки. И вдруг... он расхохотался – зло, надтреснуто.

– Метка. Конечно... Она привела его сюда. Маяк, который я сам позволил тебе зажечь у себя под носом! Но ты, наверняка, не поэтому умолчала о ней?

– Откуда я могла знать?! – я мотнула головой, пятясь. – Мне казалось, что метка – это просто намёк Аругара... Присмотреться друг к другу. Ну... Как совет мудрой свахи... Можно ему последовать, а можно пойти своим путём...

Свейн не дослушал. Он шагнул ко мне, больно вцепился в предплечье и буквально волоком потащил за собой.

– Куда ты меня тащишь? Пусти! Свейн! – я упиралась ногами в неровный пол, едва не спотыкаясь о выступы камней.

– В безопасное место. Скоро здесь будет жарко. Не хочу, чтобы ты пострадала.

– Просто отдай меня Бьёрну! Слышишь? – я сорвалась на крик, пытаясь перекрыть нарастающий шум битвы. – Клянусь, я сделаю всё, чтобы уговорить его выслушать тебя! Мы еще можем остановить бой!

– Поздно, – бросил он через плечо, не замедляя шага. – Снежные никогда не станут слушать красных, обнажив мечи. Пока ты у меня... Мне жаль, Мия, но ты – моя единственная гарантия, что твой Бьёрн не сожжет здесь всё дотла. Или не заморозит.

Меня обожгло злостью. Свейн опять прикрывается мной.

Как говорится, "Прости, Мия, ничего личного", да?

Мы ворвались в огромную пещеру, и я замерла на миг, ослеплённая красотой и ужасом момента. Каменный свод был усеян гигантскими багровыми кристаллами, которые сейчас мерцали тревожным, алым светом.

Внизу, среди резных каменных колонн и террас, царил хаос. Мимо нас, задевая плечами, пробегали испуганные женщины. Одна из дев тащила за собой двоих детей. Малыши не плакали, они просто молча, с расширенными от ужаса глазами, перебирали ножками, стараясь не отстать от матери.

Воздух стал тяжёлым от запаха гари. Где-то наверху, у входа в пещеру, вспыхнуло пламя – снежные драгархи пробивали заслоны.

– Свейн, отпусти, пожалуйста! – скулила я, когда он рывком заставил меня карабкаться вверх по крутой лестнице, ведущей к потайным ярусам. – Прошу тебя! Хватит напрасно проливать кровь... Я прикрывала тебя собой от снежных. И сделаю это ещё раз. Просто позволь мне поговорить с Бьёрном!

– Зачем тебе это, Мия? – он резко развернулся и впился пытливым взглядом в моё лицо. – Зачем прикрывать меня снова?

– Точно не ради тебя. Уж прости, – горько усмехнулась. – Ради всех нас! Ради снежных драгархов и ради красных! Мы должны положить конец этой ужасной, бессмысленной войне! Тогда выиграют все! И ещё… – я сняла с шеи цепочку с кулоном и протянула драгарху. – Вот. Ты наверно и сам понимаешь…

Пальцы онемели от его хватки, в ушах стоял гул от топота сотен ног. Красные воины с криками, рычанием проносились мимо, пока Свейн думал, что делать дальше…

Бьёрн

Я шёл по тоннелям, не сбавляя шага. За мной следовали драгархи и гарды. Тоннели дробились на десятки рукавов, обрывались в никуда. Магия здесь искрилась ложными следами и манила в ловушки, но я обходил их по широкой дуге.

Мия звала меня.

Тянула к себе, словно нас связывала невидимая нить, и с каждым моим шагом она становилась короче.

Десятки поворотов. Сотни пустых залов. Кровь в жилах гудела, указывая путь.

Мой зверь вёл меня сквозь пласты камня прямо к ней. Он чуял её живое тепло среди вечного холода этих скал. Слышал ритм её сердца – в тишине пещер он звучал громче моего собственного.

Наконец я ворвался в один из узких пещерных коридоров, снося заслон из двух стражников. Сапоги скользили по гладкому полу. Я рубил врагов, пока среди хаоса и бегущих теней не увидел Свейна и... Мию.

Кровь ударила в голову, зрение сузилось до одной точки – красного ублюдка. Взгляд прикипел к нему, выхватывая каждую деталь. Он шёл ко мне, лениво обхватив меч, и эта его самоуверенная ухмылка бесила сильнее, чем всё остальное. Я видел каждую царапину на его доспехе. Видел, как крепко его пальцы впились в руку Мии.

От этого зрелища внутри вспыхнула ярость. Базальт под моими сапогами не выдержал холода и лопнул. Трещина змеёй рванула прямо к ногам Свейна.

– Отпусти Мию, – глухо приказал я. – Я дам тебе шанс вывести отсюда женщин и детей. Мы позаботимся о них, когда вас не станет. Не прячься за женской спиной. Поступи по чести. Впервые в жизни. А потом скрестим мечи.

Свейн даже не дрогнул. Лишь крепче сжал рукоять.

– Ты не будешь диктовать в моём доме, что мне делать, снежный.

– Ох, Аругара ради! И это вы называете переговорами?! – голос Мии полоснул по нервам. Но через мгновенье она обратилась к красному: – Свейн, мне надо поговорить с Бьёрном!

Мия стряхнула с себя его руку и побежала ко мне. Его пальцы на мгновение сжались в пустоте.

Я сделал шаг навстречу, подхватывая её свободной рукой. На долю секунды прижал её к себе, чувствуя, как колотится её сердце. Живая. Родная. Моя.

Её близость отзывалась во мне болезненным, сладким жаром. Хотелось крепче сжать её в своих объятиях, замереть, вдохнуть её запах, ощутить тепло её кожи своими губами… Лишь огромным усилием воли я не отрывал взгляда от Свейна. Меч в правой руке смотрел ему в грудь.

– Иди к выходу, Мия, – я мягко, но неуклонно оттеснил её себе за спину. – Тебя проводит Вульфгар. Айвар держит проход, он доставит тебя домой.

– Нет, послушай меня, пожалуйста! Бьёрн...

– Поговорим дома, любовь моя, – отрезал я, чувствуя, как кружит голову её близость. – Когда я вернусь.

Но она не двинулась с места. Её ладонь вцепилась в край моего доспеха.

– Бьёрн, я нашла мертвий! Прямо здесь, в пещере! Его здесь целые залежи!

Я замер. Рука с мечом не дрогнула, но фокус внимания на мгновение сместился.

– Хорошо. Значит, мы не уничтожим эти пещеры. Только очистим от красных.

– А что дальше? Твои драгархи не смогут добывать мертвий.

– Наймём людей.

– Это нереально. Сюда не добраться человеку без помощи драгархов. К тому же... Кто из людей согласится жить в недрах горы? Месяцами... Вдали от семьи...

Это правда.

Я лихорадочно искал выход, но... не видел.

– Что ты предлагаешь? – спросил наконец.

– Красноволосые драгархи умеют добывать мертвий так, чтобы он не терял силу! – Мия задыхалась от спешки. – Вот почему им не нужны браслеты. Они живут на мертвии. Свейн может отдавать нам добытый мертвий, Бьёрн! Но ему тоже нужна помощь. Мы нужны друг другу! Пожалуйста, выслушай его!

Перевёл взгляд на Свейна. Тот стоял неподвижно, желваки на его скулах ходили ходуном.

Я медленно опустил остриё меча к полу, но не убрал его в ножны. Тишина в пещере стала давящей.

– Что ты хочешь за мертвий, красный?

Глава 57

Мия

Свейн ответил не сразу. Он медленно убрал меч в ножны, но рука его всё ещё покоилась на рукояти, словно ждал подвоха.

– Нам нужны девы, тиарх, – произнёс он глухо.

Я почувствовала, как Бьёрн напрягся.

– Ты в своём уме, красный? – его голос прозвучал, вибрируя гневом. – Считаешь, что мы добровольно отдадим тебе наших дев?

Свейн лишь равнодушно пожал плечами, глядя прямо в глаза тиарху снежных.

– Другого нам не надо.

– Бьёрн, – я коснулась его предплечья, привлекая внимание. – Помнишь Висну?

Бьёрн нахмурился, не понимая, к чему я клоню.

– Я хочу сказать, что у дев тоже бывают разные обстоятельства… В замке у нас есть молодые вдовы. Или… Когда в семье пять дочерей, сложно собрать для всех приданое. Иногда младшие дочери годами ищут себе пару. Или сироты без протекции рода – им сложнее всего устроить свою судьбу, – заговорила я быстро, стараясь успеть до того, как тишина снова взорвётся звоном стали. – Если им показать эти пещеры... Если они захотят приехать сюда на пару дней, просто осмотреться и пообщаться. Без принуждения. Возможно, им здесь понравится?

Сзади послышался топот и лязг – в коридор ворвались снежные воины, тяжело дыша и вскидывая оружие при виде красного вожака.

– Всем стоять! – рявкнул Бьёрн, не оборачиваясь.

В пещере снова повисла тяжёлая пауза. Бьёрн смотрел на Свейна, в его глазах шла борьба между застарелой враждой и здравым смыслом.

– Я обдумаю твоё предложение, красный, – наконец произнёс он, чеканя слова. – Соберу совет и приму решение. Но прямо сейчас ты вернёшь всех дев, украденных в ночь Серебряной Луны.

Свейн поколебался, глядя на своих воинов, застывших в тенях пещеры за его спиной.

– Я не стану неволить дев. Если захотят остаться – им будут здесь рады. Если нет – пускай возвращаются в твой замок. Прими это как знак доброй воли.

– Согласен, – Бьёрн коротко кивнул. – Тогда пусть каждая лично заявит о своём выборе.

Свейн бросил пару тихих фраз подошедшему воину, и тот исчез в глубине пещер. Снежные воины расступились, образовав живой коридор. Тишина пещеры теперь наполнялась лишь звуком капающей воды и прерывистым дыханием людей.

Пока мы ждали, я исподтишка разглядывала Бьёрна, испытвая почти болезненное облегчение от его близости. Его свободная рука внезапно обхватила меня, прижимая к корпусу так крепко, словно он пытался вплавить меня в свой доспех. Тяжёлая, горячая ладонь накрыла мою лопатку. Его пальцы дрогнули, когда он зарылся ими в мои волосы на затылке, заставляя меня еще плотнее прильнуть к его груди.

Я слышала, как сбилось его дыхание. Тяжелый, рваный выдох коснулся моего виска. Он не отводил взгляда от Свейна, но каждое его прикосновение ко мне было одновременно жадным и бережным. Минуты ожидания рядом с тиархом пролетели как один миг...

Одна за другой из глубины переходов стали выходить похищенные девы. Они кутались в накидки, испуганно озираясь на блестящие доспехи снежных. Многие выглядели растерянными.

Когда им объявили, что они могут выбирать, где жить дальше, восемь дев выбрали остаться в пещерах. Шестеро направились к Бьёрну, порядком удивлённому выбором остальных дев. Две из этих шестерых долго стояли посередине, переводя взгляд с лиц снежных воинов на красноволосых драгархов, прежде чем сделать шаг в нашу сторону.

Зато светловолосая дева по имени Тара не сомневалась ни секунды. Она выбежала вперёд, едва не сбив с ног Свейна, и рванулась к нам. Её взгляд лихорадочно метался по рядам воинов, пока не остановился на молодом драгархе в помятом доспехе. Он стоял в первом ряду, его руки, сжимавшие меч, заметно дрожали.

Тара всхлипнула – этот звук и бросилась к нему, врезаясь в его нагрудник. Драгарх, не выпуская меч, свободной рукой сгрёб её в охапку, зарываясь лицом в её волосы.

Плечи Тары вздрагивали от рыданий, когда он шептал что-то ей в макушку, не обращая внимания на товарищей и врагов. В этот миг центром пещеры стали эти двое, кто едва не потерял друг друга навсегда.

У меня защипало в глазах. Я посмотрела на Бьёрна. Его лицо оставалось суровым, но очень надеюсь, он видел то же, что и я. Живое доказательство того, ради чего стоит договариваться. Чтобы не было таких вот ненужных разлук…

– Когда нам ждать твой ответ, тиарх? – глухо бросил Свейн.

– Через три дня я отправлю вам посла.

Свейн коротко кивнул, и на мои глаза вдруг навернулись слёзы. Просто не верилось, что в истории вековой вражды забрезжил лучик надежды! И так мне хотелось лелеять, и беречь этот хрупкий, крошечный шанс, что я не представляла, как отпущу Бьёрна на совет драгархов и не попрошусь следом. Мужчины – они такие мужчины…

– Пойдём, – потянул меня Бьёрн.

– Погоди уходить, – насмешливо произнёс Свейн. – Твоя дева ещё не озвучила нам, кого выбирает.

Десятки пар глаз уставились на меня, и к моим щекам густо прилила кровь.

Свейн прекрасно знал, каков мой выбор, но, похоже, это был ещё один его жест доброй воли – заставить меня во всеуслышание выбрать снежного тиарха. Чтобы… что? Успокоить его? Умаслить в виду предстоящего судьбоносного решения? Или, может, выразить так своё почтение к воле Аругара?

– Я выбираю Бьёрна, – счастливо улыбнулась, глядя на своего драгарха, и тут же перевела смеющийся взгляд на Свейна. – Но прежде, чем мы уйдём, драгарх, верни мне, пожалуйста, мои вещи! Думаю, ты всё равно не станешь носить подарки снежного тиарха, тем более – подаренные его истинной.

Глава 58

Говорят, дорога домой кажется быстрее, но почему-то – не в этот раз. Я никак не могла дождаться, когда мы доберёмся до замка. Когда мы приземлились на каменные плиты террасы, я чуть не расплакалась – мы были дома, в родных стенах.

Бьёрн не спешил отпускать меня. Он обернулся, и, стоило нам зайти в спальню с террасы, притянул меня к себе так стремительно, что у меня перехватило дыхание. Его руки сомкнулись на моей талии, и меня на мгновение пронзило странное ощущение – будто я могу исчезнуть отсюда, если отпущу его.

Глупо, конечно.

Я сильнее прижалась к нему, наверное, пытаясь поверить до конца, что он настоящий. Что мы в безопасности. Мой взгляд скользил по кровати, по столику с вереском и свечами – по этой привычной, родной обстановке…

– Мы дома, – он очень вовремя пророкотал мне на ушко.

Ладони, горячие даже сквозь ткань, скользнули вверх по спине, зарываясь в мои волосы, рассыпая их по плечам. Он пропустил их сквозь пальцы, чуть оттянул назад, заставляя меня откинуть голову и встретиться с ним взглядом.

Его глаза потемнели и вспыхнули золотом. Сбитое, прерывистое дыхание. Меня обдало его беспокойством, таким густым и осязаемым, что я угадала причину.

– Бьёрн, Свейн не причинил мне вреда.

– Не причинил… – глухо повторил он, сузив глаза.

Его пальцы на моей талии на мгновение сжались сильнее.

– Угрожал тебя убить. Украл. Из моего дома. Он ответит за это, – тихо добавил он. – Не сейчас, но ответит.

Я чувствовала его злость. Недоверие и неприязнь к красноволосым, будто корнями вросшие в душу. Ощущала его чувства, как свои, но также прекрасно понимала, что далеко мы не уедем в нашей договорённости с красными, если тиарх Северного Пика будет вынашивать планы мести.

– Пожалуй… – я замялась, подбирая слова. – В этом похищении даже был какой-то… смысл? Мы теперь лучше понимаем... своё отношение друг к другу.

Поймала на себе его мрачный взгляд, и сжалась, мысленно дав себе оплеуху. Аругар, что я несу? Слова прозвучали так оторванно от реальности, будто последние два дня я глотала пыльные философские трактаты в архиве, а не сидела в плену.

Перед глазами на мгновение вспыхнули чужие, холодные стены, всплыло то чувство безысходности, и я крепче вцепилась в плечи Бьёрна, пряча лицо у него на груди.

– Хотя, – добавила уже тише, – повторять этот опыт я бы точно не хотела.

– Мне нравится слушать твои мысли, истинная. Но сейчас ты слишком устала и неспособна мыслить здраво.

Бьёрн подхватил меня на руки и понёс к кровати.

Я почему-то особенно остро почувствовала, что мы с ним находимся наедине – в той самой спальне, где столько ночей провели бок о бок... Каким же терпеливым он был со мной всё это время!

Он усадил меня к себе на колени. Я поймала себя на том, что глажу его по колючей, небритой щеке, чувствуя, как щетина покалывает кожу. Втягиваю в себя его запах, любуюсь…

– Ильди шьёт тебе платье для церемонии брачных уз. Служанки готовят пиршество, – он заправил прядку волос мне за ухо и добавил: – Ты же станешь моей миарой вита, Мия?

– С радостью.

Бьёрн выдохнул, и я почувствовала его облегчение. Или это мне стало легче от того, что теперь между нами не осталось недомолвок? Он прижал мой лоб к своему, и несколько мгновений мы просто слушали дыхание друг друга. Потом он медленно отстранился и полез под нагрудник.

– У нас с тобой всё немного кувырком, не находишь? – вдруг усмехнулся. – Ты наденешь мне этот амулет, Мия?

Бьёрн разжал ладонь, и я ахнула. На его руке лежал браслет, который я связала в ночь Серебряной Луны. Эта вещица в его огромной ладони заставила меня задохнуться от удивления. Я не стала спрашивать, как он нашёл его в том хаосе после нападения. Молча кивнула и нацепила ему браслет на широкое запястье.

Всё-таки не удержалась от искушения продлить момент. Провела подушечками пальцев по коже вдоль браслета, задыхаясь от счастья и наслаждаясь его близостью – этой редкой возможностью прикасаться к нему, изучать вблизи…

Внезапно его губы накрыли мои. От неожиданности замерла... Тут же подалась ему навстречу, прижимаясь к нему, чувствуя, как щетина приятно покалывает щеки и подбородок. Он целовал меня – быстро, жадно, нежно, почти не давая вдохнуть. Лицо, виски, шею, заставляя меня мелко дрожать в его объятиях.

Голова закружилась. Показалось – ещё чуть-чуть, и я отключусь от переизбытка ощущений. Шерстяное платье вдруг стало слишком узким и неудобным. Конечно, Свейн вернул мне все мои амулеты и артефакты, но платье… Мне пришлось возвращаться в том, что на мне было.

– Бьёрн, – пробормотала я, едва отстранившись и чувствуя, как горят щеки. – Мне нужно… я хочу поскорее снять это платье. Хочу переодеться в своё.

Я почувствовала, как под моими ладонями напряглись его мышцы.

Его потемневший взгляд медленно скользнул по платью цвета чайной розы.

– Это он тебе дал? – тихо спросил Бьёрн.

Я кивнула.

– Тогда определённо стоит от него избавиться, – его голос прозвучал низко, с хрипотцой, от которой по спине пробежали мурашки. – Я тебе помогу.

Прикусила губу – я совсем не то имела в виду.

Но почему-то промолчала.

Он не стал возиться со шнуровкой. Ладони легли на плечи – и ткань с тихим треском разошлась. Платье сползло к ногам, оставляя меня в тонкой сорочке.

Воздух на мгновение показался холодным, но я тут же согрелась, стоило Бьёрну притянуть меня к себе. Горячие ладони скользнули по талии, по спине, и от этого движения по телу прокатился жар.

Я потянула его ремень, намекая и сама удивляясь своей смелости…

Он отлично понял намёк.

Мои пальцы скользнули по его плечам, притягивая его ближе. Каждое прикосновение его слегка шершавых пальцев – к талии, к лопаткам – отзывалось острым уколом удовольствия, от которого хотелось зажмуриться и не дышать.

Мой. Истинный…

– Ты говорила, что проголодалась? – вдруг вспомнил Бьёрн… ох, это шутка что ли?

– Уже не важно, – отмахнулась я.

Остальное случилось как-то слишком быстро – и в то же время всё будто остановилось. Замерло. Его губы, руки, его дыхание сбивали мысли. Я только и успевала ловить губами воздух и отвечать ему едва слышным шёпотом.

Когда он осторожно уложил меня на кровать, я даже не подумала отстраниться – только сильнее вцепилась в него.

Пушистый мех под спиной, жар его тела… Он двигался уже не так резко, как сначала. Осторожнее. Сдержаннее. Иногда замирал, словно проверяя, не остановлю ли я его.

Я не останавливала.

Наоборот.

Каждый раз тянулась, льнула к нему, забывая обо всём.

Когда всё немного улеглось, мы так и остались лежать рядом, переводя дыхание. Я устроилась ближе, чувствуя его тепло и тяжесть его руки на плече.

Так хотелось понежиться в этом новом для меня ощущении близости с Бьёрном. Насладиться лёгкими прикосновениями. Его – ко мне, моими – к нему, но… Я смущённо улыбнулась, стараясь унять колотящееся сердце.

– Бьёрн, прости… я ужасно проголодалась. И пить хочется так, что во рту пересохло. Ну, и всякое остальное, по мелочи...

Бьёрн на мгновение прикрыл глаза, будто приходя в себя, и мягко погладил меня по щеке большим пальцем.

– Конечно, – он неохотно разжал объятия. – Обещаю, я научусь помнить, что тебе нужно отдыхать… и есть. Одевайся и спускайся в приёмную залу. Тебя ждут новости. Надеюсь, приятные.

Он собрался по-военному быстро и вышел, а я кинулась к шкафу. Старое платье из мягкой бежевой шерсти казалось мне сейчас самым роскошным нарядом на свете. Быстро умывшись холодной водой и расчесав спутанные ветром волосы, я поспешила вниз в сопровождении верного, но, похоже, жутко уставшего Вульфгара.

У дверей приёмной залы я на мгновение помедлила, поправляя пояс. Сердце забилось быстрее. Почему мы встречаемся здесь, в самом торжественном месте замка? Я была бы совсем не против перекусить на уютной кухне, в окружении знакомых лиц... Когда я вошла, Бьёрн уже ждал меня у камина.

Он шагнул ко мне, взял мою руку в свою. Столько уверенности и надёжности исходило от этого простого движения, что я невольно подалась к нему. Да уж… Мне определённо нужно научиться не льнуть к нему при каждом удобном случае… Или хотя бы изучить, что там с правилами этикета у драконов… Может, и ничего?

– Знаешь, – заговорил он тихо, глядя мне прямо в глаза. – Поначалу меня раздражала твоя любовь к сестре. Мне казалось, это твоя слабость. Уязвимость, которую враг может использовать против тебя. А значит, и против меня.

Он сделал паузу, и его пальцы чуть сильнее сжали мои.

– А потом я понял, что в этом твоя сила, Мия. Ты предана тем, кого любишь. И для меня будет величайшим счастьем однажды обрести такую твою любовь.

Я смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. Его признание стоило тысячи клятв.

– А теперь, – Бьёрн чуть отступил. – Твой сюрприз.

Глава 59

Бьёрн чуть отступил в сторону, открывая обзор на дальние двери залы. Гулко стукнула створка, и в двери появился тонкий силуэт.

Сначала я увидела копну рыжих волос – яркое пятно на фоне серых камней. Сердце пропустило удар и застряло где-то в горле, мешая дышать.

Олия. Сестрёнка...

Она шла сама – когда такое было?! Не держась за стену, не опираясь на костыль, который слуга когда-то вырезала ей из сосны. Шла легко, чуть подпрыгивая, как в детстве, когда мы бегали наперегонки к ручью. На ней было простое, добротное платье, и щеки – Аругар, её обычно бледные щеки наконец-то порозовели!

– Олия! – мой крик отразился от сводов залы.

Я сорвалась с места, не чувствуя ног. Слёзы брызнули так внезапно, что мир перед глазами превратился в дрожащее марево. Я врезалась в сестру, подхватила её под мышки и закружила.

– Ты ходишь! Лисёнка моя, ты сама ходишь! Как? Я же оставила тебя совсем слабенькой...

– Мия, пусти, голова кружится! – Олия звонко рассмеялась, вцепившись в мои плечи тёплыми пальчиками. – Меня спас Варкан. Он такой добрый маг! Оказался целителем, настоящим, не чета нашему дарну Вернону.

Я поставила её на пол, жадно ощупывая лицо, плечи, руки – проверяла, не сон ли это. Олия тараторила, захлёбываясь от восторга:

– Он вылечил меня. Долго лечил. Я сначала не могла встать, но потом он запретил мне пить отвары Вернона. Я боялась, но слушалась. Потом он начал поить меня очень горьким лекарством… Потом водил надо мной какой-то светящейся штукой, и мне с каждым разом становилось лучше. А потом сказал, что знает, где ты.

Она замолчала на несколько мгновений, захлебнувшись в эмоциях.

– Обещал привести к тебе, а потом... обернулся драконом, представляешь? И нёс меня в лапах. Так долго! Я уже думала, что мы никогда не доберёмся. А тут замок... и ты! Варкан всё время был рядом, показывал мне тут всё. Здесь все такие добрые, хотя сначала я боялась… Глупенькая, да?.. Всё время чего-то боюсь... А ты? Как ты сюда попала, Мия? Тебя тоже принёс сюда дракон, да? Я не верила, когда Грегор сказал, что ты сбежала с мужчиной. Ты бы не бросила меня…

Она снова прижалась ко мне, уткнувшись носом в плечо, и я наконец-то позволила себе разрыдаться. По-настоящему, в голос, выпуская весь тот ужас, что сидел во мне месяцами.

Пока высокий драгарх с мягкими чертами лица – наверное, тот самый Варкан – подошёл к Олии и что-то шепнул ей про « посмотреть светящиеся глаза у статуй», увлекая её вглубь залы, я вытерла лицо рукавом и обернулась к Бьёрну.

Он стоял у камина, сложив руки на груди, и молча наблюдал за нами. Всё мое внимание тянулось к нему. Я прекрасно понимала, какую роль он сыграл в том, что Олия осталась жива.

– Спасибо, – я подошла к истинному вплотную, чувствуя, как дрожат колени. – Что вылечил Олию. И привёз сюда. Я должна тебе гораздо больше, чем смогу отдать за всю жизнь.

Очень хотелось обнять его, прижаться к груди, но мешало дурацкое незнание этикета. Так и стояла, топталась с ним рядом, пока Бьёрн не перехватил мою руку и не притянул к себе. А затем коротко, собственнически поцеловал в макушку, и я с облегчением выдохнула. Похоже, зря я переживаю про этикет…

– Ты согласилась стать моей миарой вита, – пророкотал он в самые волосы. – Разве мог я оставить тебя без родного человека в день нашей церемонии?

Я подняла голову, глядя в его золотистые глаза.

– Но как же правила? Ты сам говорил... в тиархон нельзя приводить человеческих дев, если их не забрали с жертвенного камня, как ежегодную дань.

Бьёрн усмехнулся.

– Сделал одно исключение. Сделаю и второе. Мир драгархов не рухнет.

– А Грегор? – я похолодела, вспомнив железную хватку попечителя на своём запястье. – Он ведь будет искать её. Поднимет шум, станет скандалить, задействует закон. Как бы драконов не обвинили в похищении…

– Скандала не будет, – отрезал Бьёрн.

Спокойствие в его голосе почему-то прозвучало пугающе.

– Точно? Откуда такая уверенность?

– Некому будет скандалить, Мия.

Я замерла, вглядываясь в его лицо.

– В каком смысле?

– Твой... достопочтенный попечитель скоропостижно скончался, – Бьёрн произнёс это так буднично, будто сообщил о смене погоды. – Сразу после того, как некая баронесса разорвала с ним помолвку. У бедняги не выдержало сердце.

– Скончался? – я невольно сделала шаг назад. – Грегор? Но он был молод. И здоров. Сил девать было некуда...

Бьёрн наклонился ко мне, и в глубине его зрачков полыхнуло мрачное, торжествующее пламя.

– Он сделал много гнусностей. И собирался сделать ещё больше. Но вовремя ушёл в послежизнь. Тебе должно быть известно, Мия... у подлецов обычно очень слабое сердце. Особенно, когда они встают на пути у драгарха или его истинной.

Он не улыбался, и у меня от его взгляда мурашки побежали по коже. С врагами Бьёрн умеет быть беспощадным... Снова посмотрела на Олию, которая смеялась, разглядывая огромную статую. Хвала Аругару, моя лисёнка была жива. Это было сейчас самым главным.

– Иди к ней, – Бьёрн склонился к моему уху. – Пригласи за стол. Вам не мешало бы поесть.

Немного забегая вперёд.)

Через пять лет из Лисёнки вырастет вот такая девушка. И мы с ней, уже выросшей, соприкоснёмся коротенечко в эпилоге. –>

Глава 60

Это была самая длинная и самая счастливая ночь в моей жизни. Мы с Олией залезли на огромную кровать в гостевых покоях, укрылись пушистым меховым одеялом и шептались до самого рассвета, совсем как в детстве.

– Мия, я так рада, что мы снова вместе, – Олия сонно прижалась к моему плечу. – Когда Милайда… ушла в послежизнь, дома стало так тихо. Она была добрая, мы с ней часто говорили, а потом раз – и тишина. Слуги разбежались. Лекарства мне носить стало некому. Если бы не Варкан, я бы, наверное, просто уснула и не проснулась.

От этой новости горло перехватило, и я крепче прижала сестрёнку к себе. В тот день, когда бывший жених продал меня, я остро почувствовала, что нельзя оставлять Олию на него. Пропадёт она с таким «попечителем»!

– А Грегор? – тихо спросила я.

– Он приходил два раза после того, как ты пропала. А потом вообще перестал, – она пожала плечами. – Варкан сказал, что он задолжал всем слугам, поэтому они разбежались, прихватив серебро. Но мне было всё равно. Главное, что Варкан давал мне то горькое лекарство, и мне стало лучше. Мия… мы ведь теперь всегда будем вместе? Правда?

– Всегда, Лисёнка. Обещаю, – я поцеловала её в макушку, и на сердце наконец-то стало спокойно.

Когда Олия наконец провалилась в сон и начала сладко посапывать, я тихо выскользнула из её комнаты.

За дверью спальни меня встретил Вульфгар.

– Отведи меня к тиарху, пожалуйста, – попросила я, но драгарх меня огорошил.

– Тиарх на Совете.

– Тогда отведи на Совет.

– Девам туда нельзя, – сообщил он, нахмурившись. – Но, если хочешь, можешь его подождать.

– Конечно, хочу! – и вдруг подумала, как мне повезло, что меня сопровождает Вульфгар. Без него я бы так и не узнала, где искать Бьёрна.

По дороге я всё пыталась подобрать доводы для тиарха, которые помогут ему понять очевидное.

Снежные и огненные драгархи нужны друг другу.

А месть… Аругар, месть сюда ни в какие ворота не вписывается!

Долго мерила шагами коридор за дверью Совета, пока не устала настолько, что присела. Кажется, я отключилась быстрее, чем приземлилась... Знакомое тепло, родной запах хвои. А потом – ощущение полёта. Я очнулась на руках Бьёрна и пробормотала с упрёком:

– Почему ты так поздно созвал Совет? По ночам надо спать…

– Дело безотлагательное. К тому же… В моей кровати было слишком пусто без тебя, любовь моя, – шепнул он, обжигая дыханием ухо.

Я потёрлась щекой о его плечо.

– Что ты решил?

– Тебе понравится моё решение, Мия, – тихо сказал он. – Мы подпишем договор. Союз с красноволосыми – единственный способ получить мертвий и не дать нашим драконам обезуметь. Пять дев в год, по желанию, будут уходить в их пещеры на три дня.

Он произнёс это с очевидной досадой, и я поняла, что этот договор стоил ему огромных усилий.

Бьёрн всю жизнь считал их врагами, и просто сесть с ними за стол переговоров для него было сродни предательству самого себя.

Ему пришлось наступить на горло собственной гордости, чтобы дать своему народу шанс на выживание. Он не выглядел победителем в этот момент – скорее человеком, который выбрал меньшее из двух зол, чтобы сохранить мир.

Я пообещала себе, что как только отдохну – расскажу ему версию Свейна. Про то, как кинжал, вонзённый Бьёрну в грудь, на самом деле однажды спас ему жизнь.

Уткнулась лбом в его плечо, чувствуя, что едва ворочаю языком.

– Это лучше войны, тиарх…

Он ничего не ответил, лишь крепче прижал меня к себе, и я заснула прямо у него на руках, баюкаемая мерным стуком его сердца.

Проснулась оттого, что в комнату заглянуло яркое солнце. Бьёрна рядом уже не было – на его половине кровати осталась лишь примятая подушка, хранившая запах хвои. Я долго лежала, глядя в высокий потолок и слушая привычную тишину замка. Впервые за многие недели мне не нужно было никуда бежать, не нужно было бояться и гадать, переживёт ли Олия следующий день – и это ощущение покоя казалось мне чем-то сродни волшебству.