Текст книги "Ленинград 61 (СИ)"

Автор книги: Игорь Яр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

– Как Вам показалось в СССР, не успели сильно разочароваться в прошлом времени?

– Вы правы, некоторые моменты, конечно, непривычны, но в детстве, порой, ездил на лето к дальней родне, да и на стажировке довелось побывать там, где жизнь не намного отличается от нынешней, разве что вместо керосинки – газ в баллонах.

– Вообще-то газ в баллонах это великое благо, здесь как раз такой, очень удобно. Но про бытовые особенности не раз пообщаемся, чтобы не допускать глупых ошибок. Хотя, смотрю, парикмахерскую уже освоили.

– Да, Диана не разрешила мне совершить самоубийство таким зверским способом, – невольно повернулся к улыбавшейся девушке.

– При желании научитесь обращаться и с опасной бритвой, да и хорошие шведские лезвия достать не такая уж проблема. Тем более, если Вы вдруг решите с нами сотрудничать.

– Разве может быть по-другому?

– Приятно, что так разумно мыслите. Не против, если и сам поделюсь мыслями?

– Конечно, нет!

– Вы попали в непонятную ситуацию и, к моему удивлению, очень достойно подготовились, судя по вашему виду, и не только. Вас даже не сразу заметили, когда выслеживали Диану.

Ничего не сказал, но понял, что мои мысли насчёт того парня были абсолютно верны.

– Получается, другие были не готовы?

– Скорее, Вы – исключение.

Тут меня пронзило озарение:

– Скажите, пожалуйста, Павел Иосифович, Вы сами здешний или тоже, как я?

– Скрывать не стану, сюда попал абсолютно случайно. Если хотите, поговорим об этом позже.

– И долго здесь обитаете?

– Это случилось, по здешним меркам, в середине тридцатых, то есть, только «прямого времени» прожил больше четверти века.

– Бывает и «непрямое»?

– Надеюсь, Диана говорила, что при переходе возвращаетесь почти в то же самое время, откуда ушли. Это действует и в обратном направлении. Так что спокойно можете побыть у нас какое-то время, посмотреть на нашу жизнь, затем проводим обратно. В дальнейшем вряд ли когда-то встретимся. Это был бы самый простой и самый спокойный для нас вариант.

– И довольно приятный, этакая экскурсия в прошлое!

– Разумеется, наше гостеприимство не потребует от Вас расходов: проживание и питание обеспечить несложно. Тем более, по первым отзывам, Вы – человек порядочный и интересный. Да и сам не прочь пообщаться, поговорить о будущем.

– Зачем?

– Что делается «там», мы прекрасно знаем, хотя газеты оттуда не перевозим, а если перевозим – долго не храним. Да и Вы сами к этому привыкнете, уверяю: покидать нас будет очень печально. Но у каждого своя ситуация, хотя скажу – кто попал сюда, не пропадает.

– И как же происходит этот отбор? Специальная комиссия, что ли, как в советские годы за границу выпускали.

– Ну, ещё одно подтверждение, что готовились. Нет, этот отбор не зависит ни от меня, ни от кого-либо ещё из людей. Есть определённые признаки, по которым человек может сюда проходить.

– Вы их знаете?

– Даже я не всё знаю.

Невольно отметил про себя профессорское «даже я». То есть, правильно догадался, что он здесь главный?

– Что же сами не вернулись обратно?

– По многим причинам, о которых пока особо не стоит говорить.

– Предлагаете и мне последовать Вашему примеру? Не хотите, отпускать меня обратно?

– Почему же, молодой человек? Очень даже хочу, хотя бы даже для того, чтобы оформить Вам нормальные документы. Пусть для временного проживания, но хорошие бумаги.

– Как же схема с сельхозартелью?

– Артели могут прикрыть в любой момент, что постепенно и происходит. А документы совнархозовского предприятия подделать гораздо труднее. Кроме всего прочего, в будущем и паспорт не помешает!

– Но если меня это не устроит?

– Тогда, после некоторого промежутка времени, можем доставить Вас обратно, как уже сказал, в тот же момент.

– Не побоитесь отпускать?

– Никаких обещаний брать не станем, всё равно Вам никто не поверит. Да и не в Ваших собственных интересах рассказывать о случившемся. Подумайте о моём предложении, поживите здесь, приглядитесь – и вернётесь с яркими впечатлениями к прежней жизни! Разумеется, если у не было других замыслов и намерений. Хотя уже то, что Вы здесь, говорит о многом: просто так сюда попасть очень и очень непросто.

Вот и очередной сюрприз. Даже не обрадовался, что оказался такой догадливый, на лету схватываю. Пора запомнить: здесь для меня нет ничего устоявшегося, обо всём надо вначале спрашивать. Тем более, не стоит лезть со своими знаниями прошлого. Несмотря на рысканье по интернету, толком не представляю, что здесь происходит. Так что побольше молчать, поменьше говорить.

Коньяк действовал так, как и положено: понемногу скрытый страх испарился. Хозяин, неплохой психолог, беседу выстраивал неторопливо: говорили о многих серьёзных вещах, но по сути о деле не было сказано ни слова. После третьего бокала поблагодарил – профессор не возражал.

– Что ж, времени до ужина ещё порядком. Может, пока предложить чаю, или предпочитаете кофе?

– Да, больше нравится кофе, но не уверен, что здесь можно найти хороший.

– Если решите задержаться, обязательно посетим места, где варят отличный кофе. А пока попросим Дину.

Девушка собрала на поднос ненужную больше посуду и покинула кабинет, не забыв плотно прикрыть дверь.

– Дина – мой самый верный помощник, мне от неё особо скрывать нечего. Но о некоторых моментах не говорю просто для её собственного спокойствия.

Похоже, здесь не всё ладно… Хотя, что может быть ладного во владении переходом во времени? Ведь шеф явно не представляет собой государство. А государство такие игры с собой не очень поощряет.

– Сергей Михайлович, порой, если не знаешь некоторые вещи, то о них никогда не скажешь. И, самое главное, не будешь бояться, что ты это можешь кому-то рассказать невольно или под давлением. И Вам тоже не всё стану говорить, если решите остаться.

– Я и не настаиваю, хотя многое кажется странным.

– Просто странным? Что, вот так спокойно восприняли произошедшее с Вами?

– Вообще-то это невероятно, но чтобы не сойти с ума, стараюсь не копать вглубь, хватает и мелочей.

– Весьма разумный подход! Ведь наша жизнь и состоит из мелочей, гораздо сильнее влияющих на наше состояние.

– Знаете, Павел Иосифович, если бы не Диана, то вряд ли выдержал бы такой поворот событий. Но Ваша помощница не просто провела меня в этот мир, Диана помогла мне принять всё так, как есть. Даже тётя Валя ничего не заподозрила. А уж когда она так мастерски организовала мне здешние документы, совсем воспрял духом.

– Это Вы правильно поняли, в любом случае: проводите ли здесь день, два, неделю, месяц – бумаги нужны. Не знаю, насколько Вы в курсе, но в СССР для проживания в городе создана довольно жёсткая паспортная система. Например, нужно обязательно регистрироваться, если прибыл на срок более трёх дней.

– Но мы ходили по улице, никто у нас документы не спрашивал.

– Конечно, и вряд ли кто-то спросит, ведь Вам гостиница не нужна. Но можно просто попасть в неприятную ситуацию, дорожно-транспортное происшествие, например.

Не сдержал улыбку – это со здешним-то движением! Хотя, с другой стороны, видя, как тут водители и пешеходы соблюдают правила, так и не мудрено!

– На Вас могут напасть хулиганы; в конце концов, можете просто забыть оплатить проезд и попасться как «заяц»! В этом случае потребуется как минимум объяснение, что же Вы делаете в славном городе Ленинграде, в городе трёх революций?

– И как же быть, никуда не ходить?

– На первых порах обычно везёт, и никому нет дела до «чужака». Тем более что упомянутые справки-экспромты сделать несложно. Да и сосед Дианы и Валентины давно привык к «гостям из районов» и «приезжим художникам».

– Но ведь Вы настоящий художник?

– Разумеется, иначе бы не получил квартиру на проспекте, тем более не купил бы эту дачу.

– Диана тоже рисует, видел её эскизы!

– Да, она по-настоящему талантлива. Очень рад, что могу развивать её способности. В конце концов, это дело не вечно, когда-то же придётся уходить на покой. Видите, я достаточно откровенен.

– Да и мне нечего скрывать перед Вами.

– Тогда, Сергей Михайлович, признайтесь, пошли на риск ради Дианы? Только подумайте?

Что тут думать? Всё давно передумал, ворочаясь в ночи на кушетке. Несмотря на весь интерес к возможному попаданию в прошлое, главным стимулом была встреча с этой девушкой. Почему, для чего – не знаю. Ведь даже после на драмы в семейной жизни, у меня оставалась Светлана – любимая до сих пор женщина, но о которой практически не думал, даже когда не спалось.

– Не скрою, именно так.

– Это осложняет дело.

У меня уже привычно заныло под сердцем:– неужели этот пожилой мужчина её любовник? Хотя, чему удивляться, в наше время и не такое бывает. А здешнее тоже, похоже, ничем не отличается. Понимаю, что разговор о «просто недельной экскурсии в прошлое» отпадает, и мы переходим ко второму варианту.

– Прекрасно Вас понимаю! Она – замечательный человек, но предупреждаю: во многом наивна и совсем не похожа на встречавшихся Вам женщин. Она даже для этого времени нетипична.

– Это успел заметить, Диана очень не похожа даже на свою названную тётю.

– Валентина прекрасная женщина, многим пожертвовала ради Дианы. Жаль, что не встретил их раньше.

Правильно понял, что Диана не с самого начала в этой затее, надо учитывать.

– Ещё раз возвращаюсь к Диане: Ваш интерес к девушке меня тревожит, и вовсе не из-за Вас самого. Будьте с ней очень и очень тактичны, не только потому, что она доверчива, но и по некоторым другим причинам. Пожалуйста, выбросьте из головы всякие лирические мысли, хотя бы на ближайшее время.

– У неё есть жених, или, как это у вас говорят, кавалер?

– С этим она не торопится, у неё даже родных нет, не считая Валентины, почему и заменил ей отца.

Отца! Чуть не воспарил над столиком. Похоже, Павел Иосифович тоже это заметил.

– Вы не первый, кому нравится Диана, но есть причина, почему она до сих пор не замужем. Более того, у неё нет своего парня. Всё время занято учёбой, хозяйством, помощью мне и творчеством. Вы ей тоже понравились, это я уже понял.

– Но почему?

– По многим причинам. Во-первых, Вы вполне приличный мужчина. Во-вторых, как уже знаете, Вы стали её «первым проходящим». В-третьих, между вами что-то есть, но об этом опять же потом. Почему-то в отношении этой девочки Вам доверяю, хотя мы знакомы меньше часа. А сейчас, будьте добры, попросите Диану принести кофе.

Разговор, несмотря на всю его приятность и обходительность, сильно напряг, поэтому с огромной радостью вскочил и чуть ли не бегом помчался на кухню, едва не вынося двери одну за другой. Диана слушала радио у стола, рядом расположился поднос с кофейником и невероятно ароматными горячими булочками. Сама напекла? Вряд ли! Ага, вот и электродуховка, ещё тёплая! Вообще, кухонька нормально оборудована, но сейчас не до неё.

– Диана, давайте помогу.

– Да нет, что Вы, просто придержите двери.

И мы вернулись к профессору.

Глава 35. Властелин времени

Кофе оказался замечательный, даже запах из кофейника кружил голову. Шеф оказался прав: в этом времени свои прелести! Почему-то на подносе всего две кофейные чашки, а на тарелке четыре булочки. Занятные пухлые колечки, похожие на пышки, только не жаренные в масле, судя по румяным крупинкам сахара, выпечены в духовке.

– Может, сливки, Сергей, а то дядя Паша обычно пьёт чёрный.

– А Вы?

– Лучше после ужина чаю попью.

В кабинете девушка явно не собиралась задерживаться.

– Дядя Паша, сделать салатик с крабами?

Ну да, не зря же тащил портфель деликатесами!

– Диночка, лучше завтра, сегодня Полина Владимировна на ужин достаточно приготовила.

– Тогда оставляю вас кофейничать в мужской компании, а я наверху побуду, почитаю.

Пусть профессор не скрывает ничего от своей помощницы, всё же наедине гораздо проще. Хотя о Диане уже поговорили, но, подозреваю, это не единственная проблема.

– Как Вам армянский коньяк? Понравился?

– Да, приятный.

– Ещё одна из особенностей этого времени: если знать, где выпускают хорошие вещи, уже не придётся беспокоиться о качестве. Раз такой-то завод в Армении производит отличный коньяк, значит, он такой и будет, независимо от места покупки.

– Даже алкоголь не подделывают?

– Читал, что ушлые работники общепита порой разбавляют, но в торговле пока строго. Так что многого может не хватать, много продукции не самого лучшего качества, но репутация у товаров, хорошая или плохая, имеется. Уже по одному названию и марке можно судить, что можно ожидать.

– И по цене?

– Совершенно верно! Предлагаю ещё по одной, чтобы за ужином не смущать Диану. Да и булочки рекомендую, местный финский рецепт – с кардамоном и на свежайшем масле!

По крайней мере, в «моё» время такие ни в одной кофейне не встречал. Впрочем, из «соседской» выпечки с кардамоном точно знаю только рулетики «корвапуусти». Не стал привередничать, после коньяка булочки с кофе отлично зашли. Пока не перешли к делу, задал возникший в дороге вопрос.

– А почему именно Комарово, ведь здесь всё на виду?

– Вот именно. Это место было популярным ещё при царе-батюшке, а при советской власти стало элитным. Учёные, деятели культуры – лица известные, соответственно, часто гости приезжают.

– Так здесь же всё должно прослушиваться и просматриваться?

– Разумеется! Но Комарово, при всей номенклатурности, весьма вольное место! Тут немудрено столкнуться на тропинке с популярным композитором или писателем.

– Вряд ли узнаю их в лицо!

– По крайней мере, будете горды, что просто поздоровались с легендарным человеком. Диана с девочками не раз у Анны Ахматовой в доме бывала, книжки с автографом приносила.

– Наверное, их можно неплохо продать в будущем?

– Поздравляю, Сергей Михайлович, с первым деловым предложением!

– Это машинально вырвалось! У нас такие вещи ценятся.

– Верно заметили. Но завершим с посёлком. Здесь и вода из скважины, и водопровод, пусть не везде.

– Но у Вас имеется?

– Да, прежний владелец исхитрился подключиться к сетям Академического посёлка, а заодно и к канализации. Так что и ванная, и душ – всё есть. Ещё собственная скважина с насосом, но вода не намного вкуснее «Полюстровской», но та хоть лечебная.

– А топите дровами?

– Отопление печное, но так не менее практично и даже романтичнее. Впрочем, на кухне электрический водонагреватель, колонку не поставишь. Газ, как уже говорил, баллонный, а вот проводка подведена усиленная.

– У Вас здесь и телефон есть?

– Даже гараж, завтра посмотрите.

– Пожалуй, только бассейна не хватает!

– Здесь не приняты индивидуальные бассейны, да и пляж на заливе недалеко. Летом можно загорать, на счёт искупаться не такой оптимист, но всё же. Завтра должно потеплеть, можно всем вместе прогуляться.

– Прогноз тоже «оттуда»?

– Угадать несложно. Разумеется, сам никаких печатных изданий не приносил и Диану приучил. Проще сделать определённые выписки на месяц-другой, порой могут пригодиться.

– С удовольствием прогуляюсь, ни разу тут не был.

– Уверен, Вам понравится. Комарово в «ваше» время – очень престижное место, но хочу сказать, что и сейчас все больше успешных людей желают приобщиться к «усадебной жизни».

– А как Вам удалось сюда попасть?

– Получить участок под дачу очень сложно, не только здесь, ещё труднее построить! Даже с учётом того, что ряд весьма популярных в «светском обществе» Ленинграда персон неожиданно потеряли не только свои тёплые места, но и поменяли место жительства. Это не могло не вызвать определённого демпинга: оказалось, что лиц, желающих вовремя избавиться от недвижимости в обмен на денежные знаки, почему-то больше, чем тех, кто готов показать наличие тех самых знаков в большом количестве. Тем более никто и не догадывался, что уже через пару лет возникнет проблема с обменом.

– Вы про денежную реформу?

– Угадали, Сергей Михайлович! А со мной вышло дело случая – одному из владельцев срочно потребовалось поправить свои финансовые дела. Понимаете, творческая жизнь порой преподносит различные сюрпризы, особенно если иметь весёлый характер и широкое сердце, и при этом занимать высокую должность в «Ленторге».

Во время поисков в интернете не раз натыкался на подобные истории, но ироничная манера речи профессора понравилась.

– А мне нечего бояться. Весь на виду, у фининспектора ко мне претензий не возникает! Наоборот, удобно, зимой здесь часто гостят приезжие, почти со всех концов страны, но чаще всего, конечно, из солнечной Киргизской ССР, из Фрунзе, по старой памяти.

– Не хлопотно?

– Дом-то всё равно протапливать надо, что с гостями, что без. Да так и спокойнее, всё под присмотром. Если кого-то в «Большом доме» заинтересует: разговоры гостей вертятся вокруг картин, либо подарков, что хотят мне привезти, или о том, что надеются приобрести в Ленинграде. В спекуляции меня никто не обвинит, потому как всё беру либо по записи, либо просто покупаю по мере возможности.

– Почему и машину держите?

– Не каждого гостя прилично на электричке возить. Есть водитель и машина «Москвич».

– Почему не «Волга», она же престижнее?

– Чтобы не выделяться. Я же художник, а не академик, даже не модный писатель или поэт.

– Во сколько же обошлась эта дача, если не секрет?

– Продавали по дешёвке, за двести тысяч. Участок ведь в пользовании, за хлопоты с переоформлением получилось сбросить ещё «двадцатку».

– Ого! Хотя, это же «старыми»?

– Даже сейчас – это четыре «Волги», а тогда было ещё больше. Но прежний владелец особо не торговался: обладая тонким нюхом, почувствовал, что негоже обычному работнику системы «Ленторга» иметь такое роскошное жилье. Нашёл себе место поскромнее, не такое «раскрученное».

– И как, помогло?

– Не уверен. Что-то давно о нём не слышал. Но здесь же пока не пишут о громких посадках и прочем. В основном речь о мелких сошках, «родимых пятнах капитализма», по крайней мере, до поры.

Понимаю, что такие подробности неспроста. Теперь и мне придётся быть откровенным. Вот сам только пока абсолютно не узнал ничего нового. А шеф не так прост! Поставив чашку на столик, профессор вначале попросил рассказать о моей предыдущей жизни, до встречи в метро с Дианой, в общем, не вникая в детали.

Постарался не лукавить, правда, толком ничего не смог вспомнить. Во-первых, столько времени прошло, во-вторых, ничего особенного, чтобы запомнилось, не случалось. Работа, отдых, развлечения с Мишкой – и всё. Можно сказать, скучно: ни любовницы, ни каких-либо афер. Размеренная жизнь представителя среднего класса, не попавшего под мобилизацию.

Затем перешли к более свежим событиям. Здесь постарался рассказать подробно: и про полицию, и про общую медицину, и про обоих психологов, даже про антиквара и ювелира. Пригодились визитки, которые забыл выложить из бумажника в Мишкиной квартире. Для чего шефу это нужно, не знаю, хотя при разговоре о геммологе лицо Павла Иосифовича на мгновение известило о тревоге – это уже научился понимать.

Почему – гадать не хотелось. Могло оказаться всё, что угодно, вплоть до связи с криминалом или спецслужбами. А что, такие люди не в вакууме живут, за ними всё равно наблюдают. По крайней мере, у «нас» и в «наши» времена, когда ещё не стёрлась в памяти военная пора, как бы её ни называли. Но понимаю – обратной дороги нет, чтобы ни говорил хозяин дачи.

– Невесёлая история!

– До того, как попал в трамвай, всё было в порядке. Потом жизнь резко начало рушиться: жена, работа, даже репутация… Признаюсь, меня «там» особо никто не держит. Разве что только один человек…

– Насколько близко связаны со своими родными? – взгляд «дяди Паши» подсказывал, что он уже понял мою ситуацию.

– С ними натянутые отношения, кровной связи нет, так случилось. Отец, вернее, отчим, после гибели мамы снова женился. Младший брат – сводный, разница между нами двадцать лет, сами понимаете ситуацию. Потом ещё и сестра появилась, так что родителям есть кого любить. Да, отец – порядочный человек, но он всего лишь воспитал меня до совершеннолетия.

– А другие родственники?

– Бабушек давно нет, дедушек тем более. С дальней родней даже в интернете не общаюсь. Если скажу родным, что хорошо устроился: уеду куда-то далеко, допустим, за границу – они особо не станут переживать, разве что позавидуют. Надо честно сказать – они и теперь ни писем не ждут, ни встречи в отпуске. Тем более никаких материальных отношений у меня с ними нет. Так что, Павел Иосифович, похоже, я для Вас в этом плане – идеальный человек.

– Сергей Михайлович, порой мне кажется, что к нам попадают те, кого «там» ничто не держит.

– Почему так думаете?

– Они сами рассказывают, как Вы сейчас. Ещё раз – не тороплю: подумайте, прежде чем посвящу в подробности. Это Ваша жизнь, но и жизнь других людей тоже. Ведь история с переходом началась даже не позавчера и закончится неизвестно когда.

– Но ведь я Вам нужен?

– Не скрою, получить нового проводника – большой подарок. Тем более, я ничего не могу поменять, раз Вы пересеклись с Дианой. А ведь она прежде ни разу не смогла никого «зацепить». Извините, этот термин сам придумал, чтобы обозначить момент контакта с проходящим.

– Но в первый раз, в метро, у меня ещё не было камешка!

– А в трамвае он уже был при себе?

– Да, в бумажнике.

– Казус в трамвае до сих пор не укладывается в голове. Диана мне сразу рассказала, как внезапно появился и исчез «человек из будущего». Понятно, что после первого контакта в метро мы уже Вас ждали, но этот случай противоречит всем представлениям о теории перехода.

– А что за теория?

– Это пока большой секрет, вся система на нём держится. Может, узнаете со временем или ещё сами раньше догадаетесь.

– Хорошо, пока не стану спрашивать.

Наверное, сейчас лицо меня выдавало полностью: нелегко скрыть интерес к тому, что решает твою судьбу! Но стараюсь «держать марку».

– Сергей Михайлович, сейчас, наверное, представляете меня каким-то повелителем времени, по своему усмотрению распоряжающимся величайшей тайной человечества?

– Примерно так. Что ещё могу думать? Существует тайна, Вы владеете ключами, но мне не доверяете! Хотите использовать «втёмную»?

– Не стоит так кипятиться! Многое зависит от Вашего решения.

– И какой же вариант Вас устроит?

– Вначале хотел бы лучше Вас узнать. Понятно, по телефону о многом не расскажешь, но Диана намекнула, что Вы весьма достойный человек.

– Она меня так мало знает!

– Пусть не такая проницательная, но она – женщина, хотя и молодая. А женщина многое чувствует сердцем.

– И сердце может ошибаться.

– Может быть, но об этом ещё поговорим… А пока продолжим о деле. Вас наверняка интересует, насколько велики мои полномочия? Наверняка вообразили, что всё это организовало государство, и оно же контролирует?

– А что, разве не так?

– Поспешу разочаровать или, наоборот, обнадёжить. Не знаю, кто и когда устроил сам переход, но, по воле случая, именно я сумел воспользоваться открывшейся возможностью. И в круг посвящённых входит очень малое количество людей, да и в принципе много быть не может.

– То есть, у Вас тайная организация?

– Можно назвать и так, хотя организация – это что-то большое, у нас скорее сообщество единомышленников.

– Не поверю, что ходите туда-сюда ради интереса!

– Во-первых, не все ходят, во-вторых, не только ради интереса. Иначе давным-давно предал бы это открытие огласке или просто передал в руки государства. Правда, не уверен, что государству действительно это нужно и что оно воспользуется им в благих целях.

– Так не любите советское государство?

Ещё не хватало мне попасть в логово «антисоветчиков»! Мало того что все они «под колпаком» спецслужб», но даже в моё время чем «либеральнее» личность внешне, тем корыстнее внутри. Но Павел Иосифович поспешил успокоить:

– Причём тут советское? Любое государство в первую очередь преследует собственные цели, а они не всегда совпадают с нашими представлениями. В чём, впрочем, государство обвинять не стоит, как и отдельных его представителей.

– Отчего?

– Их задача – сохранять стабильность, а такие случаи, как наш, могут серьёзно поколебать основы, и не только физики!

Ого, уже «наш»! Похоже профессор мысленно принял меня в свой «кооператив»?

– Разрешите ещё спросить?

– Конечно, у Вас сейчас должна быть уйма вопросов. Даже если не на все смогу ответить, по крайней мере, буду знать, чем интересуетесь. Не спешите, время – единственное, в чём мы не ограничены.

– Почему Вам нужны новые люди?

– Вы уже знаете от Дианы, что переход совершают две категории: проходящие и проводники. Начнём с проходящих, название, как выяснилось со временем, имеет двойной смысл: первый – они способны проходить через барьер, второй – эта способность со временем проходит напрочь. Впрочем, как и у проводников.

– Проходящие не могут остаться навсегда на чужой стороне?

– Почему же? Могут, но чаще уходят обратно.

– Что же с ними дальше происходит?

– Если хватает ума, просто продолжают прежнюю жизнь, при этом заработав небольшой капитал. Поверьте, десять-пятнадцать тысяч новыми деньгами в СССР – неплохая прибавка к зарплате.

– Нет, я говорю о моральной стороне. Просто жить дальше, понимая, что навсегда утратил такие способности?

– Большинство из них даже толком не представляет, что происходит. Чаще всего они меняют товар в метро и вместе с проводником возвращаются на следующем поезде.

– Почти как почтальон?

– Примерно, это наименее рискованный, но менее выгодный вариант. Но хорошо подходит для разовых контрактов, назовём их так. Некоторые особенности временно́го перехода.

– А тот случай с погибшим? Диана случайно обмолвилась.

Шеф не удивился и не рассердился, хотя девчонка ему точно не успела рассказать. А может, это запланировано, ещё одна проверка?

– Там причиной стали медицинские показания. От судьбы не уйти даже в прошлом… В этом мы чисты, хотя по-человечески жалко. Впрочем, долг перед ним исполнили, а «там» его никто не ждал, это удалось выяснить.

По голосу понятно, что профессора этот случай тоже не радует, не зря Диана старалась от меня не отходить. Не стал продолжать, вернулся к теме, понимая, что больше о давнем происшествии разговора не будет.

– Проводники, как понимаю, здесь остаются?

– Не хотите быть единственным, кто сбежал, толком не поняв, что же произошло? Скрывать не стану: почти все пришли «оттуда». В деле остаётся большинство, но не всегда на долгое время.

– Теперь понятно, почему ждали такого, как я.

– Вы догадливы, Сергей Михайлович.

– Это несложно сообразить – обычная логика. Если проводники способны переводить через барьер проходящих, значит их гораздо меньше?

– Совершенно верно, почему и заинтересован в каждом. От проходящих же приходилось порой сразу отказываться.

– Такой спрос на перевозку?

– И это тоже.

– Чем же занимаетесь, если это не криминал, что в этом времени может приносить прибыль?

– Во все времена можно достать всё, вопрос только в цене. А цена может измеряться не только в рублях, фунтах, долларах или марках, но и услугами или влиянием.

– Что же можно переносить, если металл не проходит: предметы роскоши или технологии?

– Вы действительно ещё очень молодой человек и размышляете по меркам «вашего» времени. Самыми большими ценностями неизменно оставались две вещи: деньги и жизнь. Самое простое – как раз деньги. Оказывается, наших «новых» денег сохранилось порядочно. Но это так, мелочи, тем более, что большинство более поздних годов выпуска.

– Но не наркотики же!

– Здесь на них не такой спрос, чтобы оправдать риск, к моему величайшему удовлетворению. С лёгким сердцем могу не касаться этой сферы.

– Остаются драгоценности и картины?

– Вот тут угадали, но художественный антиквариат – своеобразная сфера. С известными шедеврами связываться бесполезно и опасно. На неизвестных или пропавших работах и эскизах можно неплохо заработать. Хотя проще иметь дело с бытовым антиквариатом: нынче можно по деревням набрать древностей по дешёвке и вполне законно!

– Тогда остаются драгоценности, хотя не представляю, в чём смысл. Камешки перевезти, наверное, несложно. Но так понимаю: продавать их дёшево – неинтересно, а дорого – нужен надёжный покупатель. – вспомнил свой разговор с ювелиром.

– Приятно встретить понимающего человека! Да, приходилось порой и камнями заниматься, но пока не станем углубляться в эту сторону.

– А что Вы говорили о жизни? Неужели переводите в будущее людей, которым грозит смертная казнь?

– Браво, Сергей Михайлович! Такого сценария я даже не мог представить.

Смущённо потираю подбородок: чувствую, что покраснел, как рак. Хорошо, девчонка не с нами! Плеснул в чашку подостывший кофе – горечь помогла скрыть смущение.

– Самое дорогое у человека – жизнь, и за возможность её сохранения люди готовы отдать последнее.

– Понял – лекарства!

– Сергей Михайлович, Вы ещё раз подтверждаете мои догадки о вашей сообразительности.

Вот ещё – нашёл птицу-говоруна! Понимаю, что мои логические выводы построены на песке. Может, принимаю желаемое за действительное, но хочется верить, что пристал к надёжному берегу, пусть и на время…

– В общем, да, но не совсем так, как Вы представляете. Эффективные синтетические лекарства «оттуда» способны творить чудеса, их несложно покупать прямо с заводов в технологических упаковках, если соблюсти некоторые формальности. И здесь распространять среди нужных людей под видом зарубежных.

– Так это здорово!

– Если бы не одно «но»… При переходе в прошлое некоторые препараты резко меняют свойства и их действие становится непредсказуемым. Поэтому используем то, что реально позволяет нам барьер, впрочем, и об этом отдельно.

– Скажите, а не потому ли и не боитесь занести вирусы из одного времени в другое?

– Правильный вывод. Сначала, когда разразилась пандемия, сам испугался, потом вспомнил, что который десяток лет в прошлом прожил, никого ничем «современным» так и не заразил. Похоже, вирусы и чужие «бактерии» при переходе ведут себя почти как металлы. По крайней мере, ни разу никто из проходящих даже не чихал.

– Сам должен был понять, иначе меня сразу бы на карантин заперли! Но я отвлёкся, извините.

– Мне нравится, что стараетесь вникнуть в самую суть! Возвращаясь к делу, отмечу: наша схема абсолютно невинна с точки зрения закона.

– Это хорошо! Всегда проще, если некого бояться.

– Соблюдать осторожность необходимо в любом случае. Буду рад, если теперь, когда многое раскрыто, согласитесь с нами работать.

– Для этого мне придётся остаться здесь?

– В принципе, не обязательно, можете жить в своём времени. Но тогда потребуется совершать лишние переходы, причём вхолостую.

– Тогда лучше пожить у вас, ведь могу для начала «постажироваться»?

– Ничего не имею против этого.

– И всё же, почему там, в «моём» времени, никто об этом ничего не знает?

– Это уже другая тема. Но одно скажу: решившие вернуться обратно своё желание исполнили. Дальнейшее уже зависело только от них.