Текст книги "Ленинград 61 (СИ)"
Автор книги: Игорь Яр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц)
Диана приехала около восьми, как и обещала. Когда раздался звонок, я уже застелил как смог постель на диване, и даже поставил чайник на плиту: нахлебником оставаться не охота, а вот есть – как раз наоборот! Ещё и поэтому встретил девушку довольной улыбкой, получив в ответ целое радостное сияние. Всё-таки хорошо, что девчонкам в это время можно особо не краситься. Хотя Диане это и не нужно: брови чёрные, глаза голубые, губы и так яркие. Просто прелесть, а не девчонка! Но это загнул: она мне не девчонка, а «проводник»…
– Доброе утро, Сергей! Как себя чувствуете?
– Здравствуйте! Боюсь сглазить, но почти замечательно!
– Только есть, наверное, очень хотите?
– Верно, но решил подождать Вас!
– Сейчас, только умоюсь, приготовлю и накрою. Подождите немного.
– А можно прямо на кухне, там же просторно?
– Как скажете, так даже быстрее получится.
– Тогда помогу Вам!
– Прямо так в халате? – она улыбнулась, поскольку сама в платье.
– Могу переодеться к столу.
– Согласна, но сначала на весы!
Оказалась, «ночная эпопея» обошлась в три с половиной килограмма – никакой тренажёрный зал с сауной так не подействует! То-то непривычно себя ощущаю: по словам Дианы организм «пережёг излишнюю энергию», теперь надо компенсировать потери.
На кухне, уже привычно, накинул фартук – вместе дело пошло споро. Чайник уже готов, на сковороде шипит яичница. Принесённая Дианой свежая булка пала под острым ножом, открываясь для масла и сыра. Не ошибся – кофеварка, хотя и архаичная, но напиток выдала вполне приличный. Диана не стеснялась и, заметно, чувствует себя здесь если не хозяйкой, то, минимум, как дома. Неудивительно, судя по всему, она здесь часто бывает. Запрещал себе даже думать о том, какие отношения у неё с этим художником, кроме деловых.
– Не стесняйтесь, кушайте! Сами убедились – переход забирает много энергии.
– Не боитесь поправиться? – неудачно пошутил, поскольку девушка отреагировала вполне серьёзно.
– В принципе можно и глюкозу колоть, но представьте, во что бы превратилась рука: живого места не останется! Конечно, летом в Ленинграде с коротким рукавом не так часто походишь, но на «той» стороне лучше с уколами не «светиться». Павел Иосифович как-то пошутил про меня: «Лучше откормиться, как бегемотик, чем походить на наркоманку».
– Разве здесь есть наркоманы?
– К сожалению, такие люди встречаются во все времена.
– Извините, что расстроил, – да уж, похоже, повидала в моем времени всякого.
– Что поделать, такая вот работа. А пока приходится усиленно питаться! – перевела тему девушка.
– Знаете, Диана, думаю, Вам перспектива стать «бегемотиком» нисколько не грозит.
– Я вообще не переживаю, хотя раньше стеснялась, что такая тощая. Но, действительно, почему-то не поправляюсь, хотя ем после перехода много.
Уже за кофе решился спросить о том, что ещё с вечера беспокоило.
– Вот Вы вчера сказали, что прошлый переход дался легко, потому как пробыли у нас совсем немного. Получается, чем дольше провёл времени «за гранью», тем тяжелее проходит адаптация?
– Нет, от времени это не зависит.
– То есть, что минуту пробыл, что час, что день, что месяц?
– Да, от этого точно хуже не станет. Павел Иосифович объяснял, только я не очень запомнила, но примерно так: если захожу «туда» с чем-то и так же ухожу, то потом обходится достаточно легко. То же самое, когда что-то «там» оставлю и ухожу «с пустом». Особо не сказывается, просто немножко по-другому. А если брать что-то с той стороны, да ещё массивное, вот тогда да, нелегко приходится.
– И как выкручиваетесь?
– Тогда за мной кто-то ухаживал: либо сам Павел Иосифович, либо его доверенный фармацевт.
– Почему, это так опасно?
– Это непредсказуемо, кто-то опытный должен находиться рядом. Не как с Вами – чтобы просто не упали с постели. Но я уже давно ничего оттуда не приношу.
– Хорошо, Диана. Допустим, если что-то привезти «туда», оставить, а обратно перенести равный по массе либо объёму предмет?
– Для компенсации? Нет, важно не «сколько», а «откуда»!
– То есть, получается, за каждую «посылку» платишь болью?
– Наверное, поэтому лучше всего, когда просто переносишь «свой груз», а «от нас» забирают свой. Раньше так и делали: брала с той стороны уже проверенного «проходящего» и перетаскивала сюда, потом возвращала. Приходилось два раза гонять, но зато не так больно.
Когда Диана в очередной раз произнесла это слово, задумался: что же эта девочка перенесла, если профессор поменял схему контрабанды? То, что это именно тайная переброска, уже не сомневался. Но насколько же она ему дорога, похоже, талант!
– Это как Вы меня перетащили, ловко? А ведь в соседнем вагоне был! Хотя, ведь у меня тоже камушек…
– Сергей, про камушек вот что скажу: после того непонятного случая – нашей встречи в трамвае – дядя Паша запретил носить камушек «просто так», только на задание. Это на всякий случай. Раньше всегда таскала: его ведь и не чувствуешь на шнурочке. Теперь и Вам лучше не брать, если поедем в центр, тем более на метро.
– Почему, чтобы вдруг не исчезнуть куда-то?
– Вот именно – куда-то. Потому что если просто перейдёте, ничего страшного: Вы уже знаете, что и как. А если вот такое, непонятное, лучше не рисковать.
– Понятно. А где его хранить, здесь?
– Да хоть у нас, или там, где, где жить станете.
Вот это что-то новое!
Глава 32. «Обратная сторона Луны»
Диана, видимо, почувствовала моё сомнение, поэтому продолжила тему жилья:
– Ведь Вы не можете жить у нас постоянно, Валя ни о чем таком не должна догадаться, тем более дядя Сёма. И у шефа долго не загостишься, разве что день-другой.
Девушка права, со мной столько неудобств, и это всего за один день.
– Неужели снимете комнату? – в памяти всплывает прочтённое о жилищных проблемах тех лет.
– Чтобы Вы сразу себя выдали? Разумеется, отдельная квартира, ещё и со всеми удобствами!
– Разве здесь такое возможно?
– В наше время многое возможно, если есть связи или положение. Так что, переселитесь, если захотите погостить в нашем времени какое-то время. Но обо всём этом после встречи с дядей Пашей.
– А когда она произойдёт?
– Надеюсь, сегодня вечером, а пока постараюсь Вас кое-чему научить. Потому что одно дело – жить вместе с нами, другое – самостоятельно. Впрочем, и у нас дома в разговорах и поступках некоторые моменты лучше избегать.
– Думаете, у Вас получится? – не мог не улыбнуться: сейчас Диана явно кого-то копировала.
– Немножечко педагогического опыта у меня имеется, а освоить здешние бытовые реалии не так и сложно.
– Какие же: управляться с керогазом, ходить по магазинам и покупать билеты на электричку?
– Это в том числе, хотя убедилась, что Вы и сами кое-что умеете. Тем более, в новой квартире, как и у Павла Иосифовича, есть и газовая плита, и колонка. Но на людях сложнее: на первых порах придётся вести себя очень осторожно – можно забыться, что-то не то сделать или сказать.
– Думаю, что смогу научиться у Вас всему необходимому, разве что кроме бритья! А Валентина меня не раскусит?
– Она ни о чем не догадывается, но, всё же, при ней будьте аккуратнее, пока хорошенько не освоитесь. Валя не такая наивная, хотя не станет сообщать о своих подозрениях в милицию.
– Тем более, бежать далеко не надо.
– Но зачем лишний раз её смущать? Вы наверняка поняли, что у нас бывают необычные гости, когда «оттуда» появлялся новый человек, ещё без крепкой легенды. Валя привыкла, что каких-то знакомых дяди Паши надо приютить на день-два, но обычно они не очень разговорчивые.
– Не как я?
– Ну что Вы, Сергей, с Вами очень интересно! Но с другими шеф уже успевал поработать, а Вы пока целиком на мне, если честно, боюсь сделать что-то не так.
– Понятно, бдительность терять не стоит! – вспомнил ещё одно выражение из той поры!
– Вот и хорошо! Остальное Павел Иосифович Вам расскажет в Комарово.
Вроде бы это «Комарово» должно насторожить, хотя что «им» мешает разобраться со мной прямо здесь, в городе? Разве что тело на даче проще спрятать. Впрочем, с некоторой иронией вспомнив криминальные хроники моего будущего, согласился: в общем, разницы никакой. Так что возражений не нашлось.
– Поедем на электричке?
– Ну не на такси же! – девушка не сдержала улыбки.
– Надолго туда?
– Как получится. У него там хорошо, поверьте – не хуже, чем в этой квартире.
– Серьёзно, за городом, на даче?
– Так это же Комарово, академический дачный посёлок, и дом не старый, дяде Паше он по случаю достался.
Девчонка старалась развеять сомнения, но, если подумать, вполне может быть и так. Если сейчас загородные дома порой на голову превосходят обычную городскую квартиру по комфорту, то почему в элитном посёлке советских времён должно быть иначе? Разумеется, сомневался не из-за наличия удобств. Но вариантов всё равно нет: если что-то и задумали – мне деваться некуда.
– Сергей, Вы пока побудьте в столовой или пройдите в студию. Можете радио послушать – телевидение только вечером транслируют. Скоро придёт домохозяйка, а я пока посуду помою, хотя она и ругается. А мне несложно – с горячей водой даже приятно!
Диана решительно выпроводила меня из кухни. Углядел, как резиновые перчатки надевает: оно и понятно – художник! Интересно, настоящий художник или тоже бутафория? Ладно, чего гадать, всё прояснится, недолго осталось. Скорей бы, а то, оставшись наедине сам с собой, погружаюсь в сомнения, не получается воспринимать происходящее как развлечение. И не только из-за опасности застрять здесь навсегда. С этим-то, как раз, прояснилось: убедился, что не шутка, сложнее сделать выбор.
И дело не в том, сбежать сразу или провести здесь несколько дней, а то и недель. Сейчас застрял на пороге во всех смыслах. Не зайду ли так далеко, что обратной дороги не будет? Хотя, о чем это, даже если здесь что-то натворю, всегда могу уйти обратно. Да сам и по натуре не такой авантюрист, чтобы искать приключения на пятую точку. Если судить по последним событиям, вроде бы нигде не прокололся, ничего не испортил. Поэтому хватит ломать голову, пусть всё так и идёт своим чередом.
Прошёл в столовую, остановился перед радиолой. Лампы приёмника разогревались не так долго, как у телевизора, но тоже пришлось подождать. Волн вроде много, но реально только что-то на длинных можно поймать. Наткнулся на концерт лёгкой музыки, дальше крутить не стал. Приятно удивило качество: при настройке шипение и треск, но как нашёл волну – окружил тёплый, приятный звук. Что значат деревянный корпус и мощные динамики, и неважно даже, что передавали.
Но в голове всё равно сумбур: шаг за шагом вязну в этой загадочной истории и никак не могу остановиться. А почему бы и нет, что оставил в прошлой жизни? «Светлана!» – кольнуло под сердцем. Да, Света мне дорога, но почему-то думаю о ней всё реже, успокаивая себя возможностью быстрого возвращения. Зато Диана, эта хрупкая девчушка, занимает почти все остальные мысли, остающиеся после дум об открывшейся «калитке времени»…
Девушка и не скрывает, что занимается банальной «временно́й контрабандой». Несложно понять, что перемещает нечто очень маленькое, умещающееся в планшет. Вариантов немного: ничего металлического не перевезёшь, что тогда остаётся из ценного? Невольно похолодел: валюта, картины и драгоценные камни? Не наркотики же, тем более, в эти времена это ещё не такая большая проблема. Ещё можно перевозить документы, чертежи. Правда, даже по самой подробной схеме компьютер без технической базы не собрать!
Но мысли о делах снова отходят в сторону: себе врать не стоит – в голове только девушка. Диана настолько мила и естественна, что не хотелось её отпускать даже на кухню. Что со мной? Ещё не хватало всерьёз увлечься девочкой из прошлого! Кстати, сколько ей на самом деле лет, толком и не понять? Сейчас вижу её совсем в другой обстановке, и она кажется старше, чем дома, там она совсем девчонка. Как бы разобраться во всём…
Взгляд остановился на планшете Дианы, воровато оглянулся на кухню. А что если? Да, неплохо бы обследовать сумку для эскизов… Что в этом такого? Ведь она сама обещала показать рисунки! Так, успокаивая совесть, взялся за обтянутые тканью стенки. Оказалось, внутри пусто, зато есть «второе дно» – вернее, двойные боковины, сразу и не поймёшь. Похоже, там что-то перевозили: ткань местами потёрта.
Так что же это могло быть? Тут никакой фантазии хватит, но одно уже понимал: вряд ли Диана замешана в деле «втёмную». Пусть задурить голову такой наивной девушке не представляло труда, но она точно знает, что делает. И понятно, почему её охраняли и берегли: скорее всего, такие люди встречаются «один на миллион». Но, получается, и я теперь вместе с ней в одном ряду? Если так, то бояться физического воздействия у меня нет никаких оснований. Но вот всё остальное…
Звонок телефона в прихожей заставил вздрогнуть, чуть не выронил планшет. Разумеется, и не подумал подойти к аппарату – но самое время прервать мои «исследования». Приглушил звук радиолы, и вовремя: Диана, уже без перчаток, но в фартуке, появилась в дверях.
– Домработница чуть задержится, зайдёт на Светлановский рынок за огурчиками.
– У неё тоже телефон есть?
– Получить номер не такая большая проблема, сейчас повсюду АТС строят, даже у нас оставили. Раньше служебные отключали, если никто в милиции больше не работает. Но это больше из-за соседа, дядя Сёма – товарищ деятельный.
– Поможем ей с обедом?
– В этом доме каждый занимается своим делом. И шеф платит приличные деньги по здешним меркам.
– Вам тоже?
– Само собой.
– И мне, если стану с вами сотрудничать?
– Но это же работа, ничуть не хуже других. Тем более, Ваших денег надолго всё равно не хватит. И иметь постоянный доход – разве это плохо?
– Мне пока не очень просто это усвоить, мысли так и роятся.
– Это пройдёт, у самой первое время в голове словно туман стоял.
– Если честно, тоже порой будто мешком по голове стукнутый.
– Вы не стесняйтесь, после обеда поспите, днём даже Павел Иосифович отдыхает.
– Хорошо, не против.
Дверной звонок у шефа неожиданно мелодичный, по местным меркам супер модерновый, хотя музыкальный вкус не ублажит.
– Диночка, здравствуй! Ну, как гость, выспался?
– Доброе утро, Татьяна Михайловна! Даже завтраком накормила, сейчас вас познакомлю.
Встретил домработницу в столовой, в прихожую не пошёл, чтоб не ненароком не разминуться. Поздоровавшись, ненадолго замолкли, присматриваясь друг к другу. Не то чтобы сам волновался, просто не так много общался с людьми из прошлого. Тёзка по отчеству – хороший знак! Постой-ка, вроде бы Диана на что-то намекала, может, и она «не совсем обычная»?
На первый взгляд, вполне возможно: женщине под «полтинник», но выглядит моложе, даже с нынешними причёской и платьем. Впрочем, больше глаза выдают: «здешние» не так смотрят. А у неё – словно наконец нашла своё место и рада, что никто не побеспокоит? Может, и ошибаюсь, но не зря же не просто «домработница», а «домохозяйка»!
– Диночка, где гостя спать укладывала, в столовой или опять в мастерской?
– Само собой, где телевизор, Сергей же из села, ему очень интересно, – девушка заговорщицки подмигнула.
– Там же краской пахнет! Но как хотите, можно было и в кабинете, Павел Иосифович же не возражает. И диван там удобнее.
Сколько же тут диванов! Наверняка есть ещё и в спальне, разве что в ванной и в уборной нет!
– Спасибо, Татьяна Михайловна, мне и в зале понравилось!
– А с вечера бульон сварила куриный, хозяин звонил, просил позаботиться, силы подкрепить с дороги. Сейчас лапшичку сделаю, как раз к обеду!
Раз у шефа даже домработница с телефоном, получается, и жильё своё? Хотя, может, просто комната в коммуналке. Но живёт не так далеко, раз принесла бульон в обычном бидончике, как у бабушки Лизы был. Хозяйка оставила нас, пройдя на кухню, а Диана заулыбалась, словно от радости за моё новое знакомство.
– Как она Вам показалась? Вы её не бойтесь, она только на вид строгая.
– Тоже из «наших»?
Девушка кивнула: что уж тут скрывать? Невольно подумал – не может быть, что у меня так глаз намётан, просто на контрасте различаю. Интересно, что могло заставить женщину остаться в прошлом? Хотя именно у женщины причин как раз может оказаться очень много.
– Не покажете мне Ваши эскизы? – протянул руку к планшету.
– О, там ничего нет, всё в мастерской. Но раз настаиваете, пройдемте!
Оказавшись в студии, Диана направилась в огороженный угол с холстами. Если откровенно, не ожидал от неё серьёзных работ. Поначалу, действительно, перелистывая холщовую папку с эскизами, похожую на её дорожную, просто убеждался: да, действительно, девушка умеет держать в руках карандаш.
Понятно, здесь наверняка собраны самые лучшие работы в разных стилях: пейзажные наброски, городские скульптуры (вот эти точно из Летнего сада) и даже портреты. В одном узнал Валентину, правда, намного моложе, и выполнен не очень уверенно. Видимо, Диана ещё только училась.
– Вы работаете исключительно в графике?
– Почему же, в цвете тоже! – девушка, словно обиженная моими словами, решительно закрыла папку. – Правда, таких не так много.
– А что больше нравится рисовать, людей или природу?
– Стараюсь делать портреты, но пока не очень получается. Павел Иосифович уверяет, что из меня выйдет неплохой пейзажист. Но мне почему-то больше нравится изображать людей.
– Можете показать готовые портреты?
– Вот, пожалуйста, у меня в стеллаже пара секций работ маслом и акварелью.
Снова незнакомые мне лица. Но, пожалуй, неведомый шеф может и ошибаться. Портреты у Дианы получались неплохие, пусть и манера письма не совсем привычная. Но девушка очень хорошо улавливала черты лица, передающие характер изображаемого человека. Всё же круг моделей у Дианы не такой большой – некоторые повторялись. Перемещая секцию стеллажа, она случайно открыла доступ к холсту, на котором сразу узнал её, но какую!
– Это Павел Иосифович меня рисовал для плаката.
– Серьёзно?
Динка, иначе её здесь и не назвать, на этом этюде вовсе не похожа на себя обычную. Прямо комсомолка с горящим взглядом, рядом не менее восторженный юноша. На заднем плане флаги и плакаты – явно какое-то советское мероприятие.
– Дядя Паша говорит, что это обычная «халтура». Правда, за неё неплохо платят.
– И много у вас таких?
–Да, вот, пожалуйста.
Она позволила мне посмотреть ещё несколько работ. Сказать, что смотрел с интересом – значит поскромничать, и не только потому, что на некоторых из них Диана изображена в спортивной одежде. Если честно, почти незаметной на её изящной фигурке, даже возникло подозрение, что художник рисовал девушку обнажённой и только потом уже прикрыл спортивной формой. Диана заметно засмущалась, заметив моё любопытство.
– Так Вы не только ученица, но порой и натурщица?
– Да, модель-демонстратор, так и числюсь по договору. Зачем платить кому-то, если Павлу Иосифовичу удобнее работать со мной?
Ещё бы, кто же откажется рисовать обнажённую девчонку? Но тут же осадил себя за неожиданную ревность к шефу. Не об этом должен думать – какое мне дело??? Диана, наверное, почувствовала перемену настроения, поэтому вернулась к эскизам. Видимо, не зря, поскольку с удивлением увидел на некоторых из них современный мне Петербург. Вернее, не совсем современный, хотя кварталы высоток и башни вполне узнаваемы.
– Диана, что это?
– После первого возвращения была так поражена некоторыми изменениями, что попробовала по памяти изобразить увиденное. Разумеется, с учётом современной манеры письма, что-то вроде фантастических представлений о будущем Ленинграда.
– Кому-то показывали, кроме шефа?
– Да, мне сказали, что это вовсе не детская фантазия, а именно так и будет при коммунизме, тем более, недолго осталось ждать.
– Серьёзно?
– Мы с Павлом Иосифовичем посмеялись, но эскизы он решил оставить.
Диана рядом со своими работами совсем другая, уж точно не малышка. Сейчас даже не скажу, сколько сейчас ей лет – такая строгая и серьёзная. И вовсе не потому, что хочет, чтобы мне понравились рисунки. Просто это её настоящее призвание, а уж никак не скачки во времени. Не торопил её, но она сама завершила «экскурсию».
– Ну что ж, Сергей, теперь видите, какой из меня художник.
– Хотите услышать комплимент?
– Даже и капельки не думала! – девушка обиженно посмотрела на меня.
– Вы не очень большого мнения о своих способностях. А мне кажется, что Вы очень талантливы.
– Павел Иосифович тоже всё время так говорит, но я постоянно сомневаюсь.
– Почему же, Вам трудно даётся рисование?
– Нет, наоборот, никак не могу привыкнуть, что это так просто. Просто взять и обвести на бумаге карандашом или кистью то, что видишь. У меня и в школьном кружке легко получалось.
– Так надо только радоваться!
– Может быть, но мне боязно, что когда-то это просто кончится, и не смогу больше рисовать. Нас учили, что без труда на одном таланте далеко не уйдёшь.
– Но и талант нельзя исключать. Вы зря так о себе думаете. Мне очень понравились и эскизы, и картины.
Чуть не добавил: «Особенно те, где Вы выступаете моделью!» Но благоразумно сдержался, ни к чему смущать девушку. Догадываюсь, несмотря на то, что она талантливый художник, во всём остальном – ещё наивная девчонка, несмотря на возраст. Уже забыл, когда таких встречал, разве что в школе класса до восьмого, а то и раньше.
Ну что же, немного стало понятно поведение Дианы: она вовсе не рисуется передо мной, действительно такая открытая и беззащитная. Может, все талантливые люди такие, но легче мне от этого не стало.
– Я всё положу на место, побудьте пока в столовой!
Вернулся один в уже ставшую привычной комнату. Смотрю в окно на уже знакомый двор – ничем не примечательная повседневная жизнь словно говорила: «Какая разница, в каком ты времени, главное – не потерять себя!» Но как это сделать? Ведь самое сложное – поверить в то, что в прошлом всё идёт точно так же, как и в будущем, то есть в моём настоящем. Что стрелки часов передвигаются, отсчитывая время, что на улице солнце или моросит дождь, шумит ветер, во дворе галдят дети, а по улице приезжают машины. Всё так же, как и в моё время, и так же от меня ничего не зависит.
Неужели рисунки Дианы так подействовали? Недавнее спокойствие снова улетучилось. Вроде бы добился, чего хотел, шёл на риск, не зная, чем всё кончится. Теперь-то знаю, но вот это знание меня и беспокоит. Понимаю, что возможность перемещения во времени – это невероятно. И одновременно не понимаю, что с этой невероятностью делать, завис в такой же неопределённости. А ведь надеялся что-то поменять в своей жизни, найдя Диану.
И вот рядом с ней, похоже, даже подружились, но что дальше? Продолжить общение с Дианой и тётей Валей, дождаться встречи с неведомым Павлом Иосифовичем. И что это даст? Поговорим, объяснит, в чем дело? Может быть, всё пойму, может быть, нет. Может, все секреты раскроют, а может, это всего лишь ловушка и вместо профессора встретит специальная бригада и увезёт в такое же, не менее специальное, заведение.
Или люди с неприметными лицами станут допытывать, кто такой, не являюсь ли шпионом во времени, посланным вражеской разведкой. Что-то плохо помню историю, но вроде в шестидесятые годы ничего подобного не происходило. Случались шпионские скандалы, но о таком, как со мной, вряд ли кто напишет. С другой стороны, что с меня взять? Ах да, у меня же здешние документы, ещё вопросы…
Нет, так нельзя! Скорее бы уехать в Комарово, ожидание изводит больше опасности. Никакой я не шпион, а без документов не прожить, имея в виду нормальную жизнь. Понятно, если прятаться в квартире, можно не выходить на улицу хоть месяц, просто в окошко смотреть, пока денег хватит. Но смысл тогда во всём произошедшем? Уж лучше дома смотреть по телевизору старые документальные фильмы. Ну да, только ветер в лицо дуть не будет и брызги моросящего дождя не ощутить. Может, больше не заморачиваться, дождаться встречи с профессором? Там что-то объяснится, потом уже придётся решать.
Тем временем из кухни донеслись вкусные запахи. В час дня я был приглашён в зал, где нас накормили ароматной куриной лапшой и не менее потрясающим бифштексом с жареной картофельной соломкой, яйцом и теми самыми солёными огурчиками с рынка. От предложенной рюмочки отказался, за что получил на десерт клюквенный кисель! И когда домохозяйка всё успела?
– Диана, мы скоро поедем?
– Да, уже пора, сейчас народу не так много, это утром и ближе к пяти часам на «Светлану» и обратно едут.
– На станцию пешком?
– Лучше на трамвае, чтобы Вам не очень отсвечивать.
– Снова в макинтоше дяди Сёмы? Неужели куртка настолько не подходит?
– Нет, она симпатичная, но слишком модно выглядит. У нас так в будни не ходят.
– И что, милиция заинтересуется?
– Милиции нет, хулиганы могут. Пусть Удельная не рабочая окраина, но «стиляг» и здесь не очень любят.
– Диана, разве я похож на такого?
– Да, возраст у Вас немножко не тот, но лучше не рисковать.
– Тогда, может, подберём мне здешнее пальто?
– Сергей, у нас выбор не очень большой, даже в новом универмаге.
– Тогда где поищем?
– Там, где всё имеется.
– У спекулянтов?
– Вот видите, и некоторые наши термины знаете! – Диана улыбнулась, не скрывая иронии.
– Даже помню – в вашем времени их называют «фарцовщики».
– Примерно так и есть. Только пойдём не в «Апраксин двор», а в другое место.
– А вдруг я засланный сотрудник ОБХСС? – вспомнил ещё одно слово из этой эпохи.
– Вот тогда наверняка встретили бы меня в модном костюме и красивом плаще, – она снова улыбнулась.
Тем временем домохозяйка начала квартирную уборку, поскольку сегодня пятница. Без удивления услышал гул пылесоса и ворчание электрополотёра, прогресс есть прогресс! Тем более, нам задерживаться нет причин!
Глава 33. «Я уеду в Комарово!»
Соседский макинтош пригодился не только для маскировки. Красный спиртовой столбик на термометре за окном даже к обеду не дотянул и до десяти градусов, поэтому и куртка, и джемпер не помешали. Диана тоже оделась потеплее: всё же дорога за город, а как сквозит в вагоне поезда, помню по первому дню. Ещё и зонтик прихватили, похоже, профессорский, судя по габаритам. Зато на двоих хватит; если что, предосторожность не лишняя. Всё же и сам пусть не коренной, но петербуржец.
– В другое время нас бы отвёз шофёр Павла Иосифовича, но он тоже в отпуске.
– Ого, а что шеф сам не водит? Или водитель для престижа?
– Какой престиж, обычный «Москвич-407». Здесь темп жизни иной, есть общественный транспорт, пусть и не такой совершенный.
– Неужели люди никуда не торопятся?
– Это Вы ещё не видели набитые автобусы и трамваи, переполненные электрички после смены. Но дяде Паше порой приходится выезжать в места, откуда «сухим» не уедешь, вот водитель и нужен. Не говоря про рабочие поездки и доставку продуктов на дачу.
– Может, нам стоит что-то привезти с собой?
– Да, заскочим в гастроном и, если не сложно, прихватите портфель в студии. Нам совсем немного везти, и там не очень далеко от станции.
Путешествие началось с визита в гастроном, но вчерашнего многократного хождения не случилось. Диана сразу привела в «стол заказов». Видимо, её тут хорошо знали, потому что никаких документов не спрашивали. Девушка расплатилась за подготовленные продукты, и расписалась на бланке с перфорацией, так ненароком узнал фамилию профессора – Шаталов. По мне, так нести не слишком много: этих деликатесов в баночках нам Мишкой, к примеру, на разок закусить. Но уже догадывался, почему пришлось взять портфель, и почему остальные ленинградцы ходили с сетками-«авоськами».
– Не хотите мороженого, Диана? Оно здесь такое вкусное!
– Нам ведь на трамвай! Может, сразу проедем до «Скобы», ну, до Скобелевского, и зайдём в «Круглый»?
– Вам лучше знать! А почему поедем не с Ланской?
– Так понравился маршрут? – Диана улыбнулась. – С Удельной проще отправляться: не надо бегать через пути за билетами. И потом, рядом с Ланской негде мороженое купить!
– Хорошо, доверюсь вам.
Уже привычный маршрут от будущей площади по проспекту: сели в первый же трамвай, не глядя на номер. Ещё один сюрприз – вагон оказался без кондуктора, с кассой самообслуживания! Смешно, но как приятно заплатить за два билетика, словно везу девушку на свидание. Вот уже и знакомый дом, следующая остановка – наша. Уже иначе воспринимаю и улицы, и людей, притёрся, что ли?
Перебежали перекрёсток Скобелевского и Ярославского, но Диана потянула за рукав, не доходя до дверей «Продовольственного». Показала на деревянный павильончик тира перед вчерашней парикмахерской.
– А здесь у нас снимали «Максима Перепелицу»!
– Так это вроде украинское кино?
– Не знаю, но стояли кинофургоны, светили прожекторы, и везде написано «Ленфильм».
– И артистов видели?
– Их особенно не разглядывала.
– А почему вдруг вспомнили?
– Сама не знаю, мама тогда уже тяжело болела, я девятый заканчивала, вот и врезалось в память… Вчера просто волновалась, как с Вами получится?
– Значит, сегодня не волнуетесь?
– Что Вы, Сергей, пока не дали ни одного повода!
В уже знакомом «круглом» магазине взял два пломбира, впервые угостив свою новую знакомую. И правда, почти свидание! Осталось только в кино сводить, тем более, далеко ходить не надо: и киноафиша на углу вытянутой деревянной «одноэтажки», и сам маленький кинотеатр за ней виднеется, вроде бы «Уран» называется. А сам время от времени, стараясь делать это незаметно, поглядывал по сторонам: вдруг Маруся снова попадётся? Но сегодня знакомых Диана не встретила, вообще народу не очень много: кто-то работает, кто-то учится, а мамашам с детьми ещё не время.
Но тут же поругал себя за мороженое: есть на ходу, как уже заметил, в это время не принято, да и с портфелем в руке неудобно. Пришлось пройти чуть подальше по Ярославскому, в садик со скамейками. Тем более времени у нас достаточно. Невольно загляделся, как девушка смотрит на запястье. Она поймала мой взгляд, но поняла неверно, успокоив:
– Через Комарово идёт достаточно поездов, успеем.
– Диана, скажите, а на переходе часы не носите, дома оставляете?
– Почему же, без них никак, по крайней мере, «туда». Правда, часики пропадают, поэтому каждый раз новые.
– Это дорого?
– Самые дешёвые, «Заря», чуть больше «двадцатки». У дяди Паши целая коробка одинаковых.
– Оптом брал?
Вроде в шутку сказал, но Диана ответила неожиданно серьёзно:
– Что Вы, здесь так нельзя, если ты не магазин или хотя бы артель! Да и странно «доставать из-под полы», если полно часовых магазинов. Вот мы вместе и ездили по городу, накупили одинаковых, ещё чтобы Валя не спрашивала лишний раз.
– Мне тоже выдадут для перехода?
– Разумеется, несколько «Ракет» так и лежат у шефа от прошлого курьера.
– А на «той» стороне?
– Там стесняться некого, обычно покупаю в «Гостином» – выбор большой. Но тоже обязательно на металлическом браслете, чтобы всё вместе исчезало. Не думать потом, куда попадут кожаные и пластиковые остатки.
