Текст книги "Мастер кристаллов (СИ)"

Автор книги: Игорь Ан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

В итоге деревня осталась за спиной. А впереди был Лес. И неизвестность.

Я не знал, что ждёт нас там. Не знал, вернусь ли я вообще. Но знал одно: я сделал правильный выбор.

Потому что иногда единственный способ остаться человеком – это идти в самое пекло ради тех, кто тебе дорог.

Даже если это пекло может тебя убить.

Глава 28

Лес встретил нас тишиной и мрачной настороженностью. Всегда до этого Лес разговаривал – голосами птиц, шелестом листьев, скрипом ветвей высоко над головой, а сейчас он молчал, словно не ждал нас, не хотел видеть. Ощущение, что мы незваные гости, с каждым шагом лишь усиливалось.

Мы углубились в Лес всего на несколько сотен шагов, а мир вокруг уже изменился до неузнаваемости. Деревья здесь росли не так густо, как вблизи деревни, но казались выше, мощнее, древнее. Их стволы уходили в темноту, теряясь где-то высоко над головой, а корни – узловатые, переплетённые – выползали на тропу, заставляя то и дело спотыкаться, будто бы сами лезли под ноги, мешая идти.

– Знаешь направление? – спросил я.

Юджа кивнула, но тут же пожала плечами.

– Примерно. Я изучала вопрос, как только попала в деревню, но до границы Круга не доходила.

Я шёл осторожно, но без дрожи. Каждый шорох я отмечал, каждую тень между стволами фиксировал, но не позволял страху взять верх. Я помнил рассказы космодесов, помнил Грогула, помнил детёныша геккона. Здесь было опасно. Но паника – худший враг. В этом мире паника убивает быстрее любого монстра. Настороженность – да, страх – нет!

Юджа сначала шла впереди. Легко, почти танцующе, словно всю жизнь только и делала, что бродила по ночным лесам. Её шаги были бесшумны, дыхание ровно, спина прямая. Она не оглядывалась, не вслушивалась в шорохи – просто шла, уверенная и спокойная.

Слишком уверенная.

– Ты как на прогулке, – заметил я, когда мы прошли первые полчаса. – Только вот лес – не место для прогулок.

Она остановилась, обернулась. В темноте её глаза блестели, как у кошки.

– Ган, я прошла подготовку. Я знаю, как вести себя в любой среде. Лес как лес. Джунгли, тайга, пустыня – везде свои правила, но везде можно выжить, если знаешь как.

– Ты не в том теле, Юджа, – напомнил я. – И ты не на базе. Здесь нет твоих сенсоров, нет оружия, нет связи. Есть только ты и лес. А лес, поверь, умеет преподносить сюрпризы. Я уже сталкивался.

Она усмехнулась, но в усмешке не было прежней самоуверенности.

– Ладно, командир. Буду осторожней.

Мы пошли дальше. Я ловил себя на мысли, что наши роли поменялись. В деревне она была тем, кто учил меня выживать, учил драться, учил контролировать тело. А здесь, в Лесу, я чувствовал себя увереннее. Может, потому, что уже сталкивался с его магией. А может, просто знал: здесь нельзя полагаться только на силу и подготовку. Здесь нужно чувствовать.

К тому же я уже свыкся с Лесом. Не то, чтобы был здесь, как в родной стихии, но привык, это точно.

– Слушай, – сказал я через некоторое время. – Ты же сама говорила, что в лесу есть монстры. Что они опасны. А теперь ведёшь себя так, будто это просто прогулка по парку.

Мне было странно наблюдать поведение Юджи. Беспечное… так могла бы вести себя взбалмошная девчонка, но никак не профессионал-космодес. Что с ней не так?

Юджа замедлила шаг. Помолчала. Я видел, как её спина напряглась.

– Я… тогда я просто хотела тебя отговорить, – призналась она тихо. – Думала, если напугаю, ты останешься. А теперь мы уже здесь, и… я не вижу смысла таиться, – Юджа вдруг хитро усмехнулась. – К тому же кто видел здесь хоть одного монстра?

Я остановился. Она тоже.

– Юджа, – сказал я спокойно. – Я знаю, что ты хотела как лучше. Я не обижаюсь. Но сейчас мы здесь, и нам нужно быть командой. Ты мне нужна не как та, кого я должен успокаивать, а как та, кто прикроет мне спину. Ты справишься?

Она посмотрела на меня. В темноте её глаза влажно блестели.

– Справлюсь, – ответила она твёрдо. – Обещаю.

– Тогда пошли. И будь начеку. И да, я видел монстра.

– Кого?

– Геккона. Ну, ящерица такая. Большая, размером с комодского варана, только с коротким хвостом и глупой мордой. Она на меня чуть не напала, а потом запищала, как маленькая.

– А поподробней, – попросила она. – Расскажи всё. Как это было?

Я пожал плечами и рассказал. Про то, как шёл по лесу, собирая кристаллы, как увидел отросток, похожий на змею, а потом понял, что это хвост. Про то, как тварь развернулась ко мне пастью, а потом жалобно пискнула. Про то, как рядом затрещали ветки, и я убежал, решив, что приближается мать детёныша.

Юджа слушала не перебивая. Когда я закончил, она долго молчала.

– А ты не думал, – сказала она наконец, – что это могло быть отражением тебя самого?

– В смысле?

– Ну, смотри. Ты пришёл в этот мир – слабый, беспомощный, ничего не понимающий. Ты как детёныш, которого выкинули в лес и сказали: «Выживай». И лес показал тебе твой собственный образ. Глупого, маленького, беззащитного геккончика, который даже напасть толком не может – только пищать.

Я замер. Эта мысль никогда не приходила мне в голову.

– А мать? – спросил я. – Которая ломилась сквозь чащу?

– А мать – это твой страх, – усмехнулась Юджа. – Страх, что за тобой кто-то придёт. Что тебя найдут и накажут. Или съедят. Не знаю, что ты там себе напридумывал.

– Знаешь, будто с психотерапевтом поговорил. Спасибо огромное! Теперь будут спать спокойно.

Честно говоря, меня рассмешило её заявление. Нет, я не спорю, что в Лесу возможно всё, но как-то забавно выходило. Я усмехнулся, и Юджа тоже улыбнулась да так хитро, будто знала что-то, что не ведомо мне.

– Говори, – потребовал я остановившись. – Я не сдвинусь с места, пока не расскажешь.

– А особо и рассказывать нечего. Просто все те истории про жутких тварей из леса – сказки.

– Чего? – не понял я.

– Того, – Юджа подошла ближе и тоном заговорщика продолжила. – Никто не сражался с монстрами. Только видели. Примерно, как и ты с гекконом. Что именно они видели, неясно. Среди мозговитых ходят версии, что это просто глюки. Образы, созданные магией леса. Спросишь зачем?

Я кивнул, пытаясь быстро обдумать новую информацию.

– А затем, чтобы отпугнуть непрошеных гостей. Лесу неприятно, что по нему кто-то бродит, вот он и показывает мультики. Вот, мол, как тут опасно! Не ходи в лесок, а то придёт волчок и ухватит за бочок. Я, кстати, тоже видела. Змею. Огромную, с глазами, полными злобы. Она смотрела на меня, и я чувствовала… я чувствовала себя гадиной. Ползучей, мерзкой, отвратительной. И я знала, что это я. Что лес показывает мне меня настоящую.

Я смотрел на неё и не знал, что сказать. Юджа – космодес, хладнокровная убийца – вдруг оказалась такой… уязвимой.

– А потом? – спросил я.

– А потом я перестала бояться. Перестала ненавидеть себя. И тварь исчезла. Понимаешь? Она исчезла, как только я перестала в неё верить.

Я молчал, переваривая услышанное. В голове рождалась очередная теория. Я не специалист в метафизике и прочей фигне, но здесь… здесь действительно могло случиться что угодно, и это нужно учитывать.

– Знаешь, – начал я, перешагивая через очередной корень, – в том, что ты говоришь про иллюзии, что-то есть. Про то, что лес показывает каждому своё. Ему не нужны праздношатающиеся между деревьями. Лес для чего-то нужен, у него есть смысл.

– С чего вдруг переменил мнение? – спросила Юджа. В её голосе уже не было прежней самоуверенности, только живой интерес.

– Думаю, что Лес действительно может показывать образы, проекции. Но это не значит, что всё, что мы видим – иллюзия. Скорее, это как… как зеркало, которое иногда показывает правду, а иногда искажает.

– Поясни.

– Ну, смотри. Грогул. Его видели много раз, разные люди. И все описывают его примерно одинаково: огромный паук, серо-зелёный, с оранжевыми пятнами на лапах. Если бы это была просто проекция страха, у каждого был бы свой монстр. Кто-то боялся бы змей, кто-то – волков, кто-то – чего-то абстрактного. А тут все видят одно и то же. Значит, Грогул реален.

Юджа кивнула обдумывая.

– А детёныш геккона? – спросила она. – Которого ты видел. Он проекция?

– Я не решил, – честно ответил я. – Я просто рассматриваю варианты. Может, это была реальная тварь. А может, ты права, и лес действительно показал мне меня самого. Не знаю. Но если это была проекция, то почему я видел именно геккона, а не что-то страшное? Я же боялся монстров.

– Может, потому, что ты сам себя таким видишь? – предположила Юджа. – Маленьким, безобидным, неспособным напасть?

Я задумался. В её словах была логика. Лес, как великий знаток душ. Как тот, кто видит тебя насквозь. Возможно, что и Система здесь играет определённую роль. Уж она-то точно многое о нас знает. Сидит в голове и наблюдает. Вот только так ли я безобиден? Да и геккона в пасти были о-го-го какие зубки.

– А твоя змея? – спросил я. – Которая тебя напугала. Ты сказала, что чувствовала себя гадиной. Это было, когда ты только попала в тело Юджи?

– Да, – тихо ответила она. – Я тогда… я много чего натворила. Пришлось выживать, пришлось делать то, что не хотелось. Я чувствовала себя последней тварью. И лес показал мне это. Даже для десантника было слишком, но это я так чувствовала. Мне казалось… что я себе неприятна, я себя ненавидела.

– А потом ты перестала – и змея исчезла?

– Исчезла.

Мы помолчали.

– Значит, лес не просто показывает, – сказал я. – Он отражает. То, что внутри нас. Но если в лесу есть реальные твари, они должны как-то отличаться от проекций. Иначе как понять, где правда, а где иллюзия? В конце концов, болотные русалки реальны. Не скажешь, что они иллюзии.

Я хмыкнул, вспомнив, как упал в болото.

– Может, по реакции? – предположила Юджа. – Проекции не оставляют следов. В них нельзя попасть копьём, их нельзя ранить. А реальных – можно. С реальными можно контактировать. Как с теми же русалками.

– То есть копьё в глазу Грогула – доказательство, что он реален?

– Похоже на то.

Я кивнул. Это укладывалось в мою новую теорию.

– Значит, нам нужно быть готовыми к реальным тварям. А проекции… просто не обращать внимания. Лес показывает, но не трогает.

– Если только ты сам не позволишь им себя тронуть, – добавила Юджа. – Страх – тоже оружие. Если испугаться проекции настолько, что она станет реальной… не знаю, возможно ли такое.

– В этом мире возможно всё, – усмехнулся я. – Я уже понял.

Мы шли уже больше часа, и лес вокруг начал меняться.

Деревья становились реже, но выше. Между стволами появились просветы, затянутые чем-то белым, вязким. Воздух стал влажным, тяжёлым, и с каждым шагом дышать становилось труднее.

А потом мы вошли в туман.

Он не был похож на обычный утренний туман, к которому я привык в деревне. Этот был густым, почти осязаемым. Он клубился, шевелился, тянул ко мне свои белые щупальца, и от каждого прикосновения по коже бежали мурашки.

– Чёрт, – выдохнула Юджа. – Здесь всегда так? Давно не была рядом со Стеной.

– Не знаю, – ответил я оглядываясь. – Но будь готова к чему угодно.

Мы шли медленнее, почти на ощупь. Туман сгущался, скрывал деревья, скрывал тропу, скрывал всё, кроме пары метров впереди. Я чувствовал, как Юджа напряглась рядом, как её дыхание стало чаще.

– Дыши ровно, – сказал я тихо. – Паника сейчас – плохой помощник.

– Знаю, – ответила она. – Просто… здесь реально жутко. Я космодес и могу воевать с кем угодно… ладно, почти с кем угодно, даже с собственным страхом. Но с бесплотным нечто – увольте.

– Жутко, – согласился я. – Но мы справимся.

В тумане начали появляться тени. Сначала просто сгустки, потом – очертания, потом – фигуры. Они двигались параллельно нам, то приближаясь, то отдаляясь. Я слышал тяжёлое дыхание, хруст веток, чавканье влажной земли под тяжёлыми лапами.

– Сколько их? – спросила Юджа шёпотом. – Или это иллюзии?

– Мне-то откуда знать? – ответил я прислушиваясь.

Юджа сунула руку под накидку, извлекла нож, перехватила его поудобней.

– Идём. Не останавливаемся. И не показываем страха, – произнесла она одними губами.

Я чувствовал, как Юджа крепко сжимает рукоять ножа. Хорошо. Значит, готова. Я подумал и тоже достал нож. Не уверен, что сильно поможет, но мой уровень владения говорил, что уж себя-то я не пораню. А там, как получится.

Мы шли, молчали, и каждый шаг давался тяжелее предыдущего. Туман давил, тени то приближались, то отдалялись. Я видел их уже отчётливо – огромные, чёрные, с горящими глазами. Они кружили вокруг нас, как стая волков вокруг загнанного оленя. Но не нападали. Может быть, и вправду иллюзии?

– Ган, – прошептала Юджа. – Они окружают.

– Вижу. Держись ближе.

Я сжал рукоять ножа, как учил Геб. Может, и бесполезно против такого количества, но лучше, чем ничего. По крайней мере, я продам свою жизнь так дорого, как смогу.

– Если нападут, – сказал я тихо, – прикрывай мне спину. Я попробую использовать магию, чтобы отогнать их. Но если не выйдет – будем драться.

– Поняла.

Я помнил, что против прихвостней Барака эффективность магии подвела, но одно дело – люди, другое – монстры. Я сосредоточился, приготовился. Не знаю, как оно должно подействовать, но я отлично помнил тот синий треугольник, которым врезал по твари из бездны.

Тени приблизились. Я уже видел их – огромные, покрытые чёрной шерстью, с пастями, полными клыков. Гибкие длинные тела, похожие на горностая, но размером с тигра. Их голодные и злые глаза горели жёлтым огнём.

– Сейчас, – прошептал я. – Будь готова.

И они напали.

Первая тварь вырвалась из тумана справа. Я уклонился, пропуская её мимо, и ударил ножом в бок. Лезвие вошло глубоко, тварь взвыла, дёрнулась, но не упала.

Вторая бросилась на Юджу. Она встретила её коротким ударом, ушла в сторону, полоснула по лапе. Тварь зарычала, развернулась, но Юджа уже была готова.

Третья напала на меня сзади. Я почувствовал её движение, развернулся, выставил нож. Лезвие врезалось в морду, тварь отшатнулась, замотала головой.

– Не слишком-то они проворны! – выкрикнула Юджа, уходя от очередного удара. – Ещё одна! Сами на нож так и прыгают.

В чём-то Юджа была права. Твари словно сами нарывались на лезвие. Даже не уворачивались. Туман наполнился ранеными голосами и запахом свежей крови.

Я в очередной раз рассёк бедро напавшей на меня твари и вдруг заметил…

Туман словно затвердел на миг. Из клубящихся кольев, стал плотным настолько, что капли крови из раны твари, повисли бордовыми бусинами прямо передо мной. А затем, на миг вспыхнули и превратились в серую линию, почти незаметную на фоне хмарой мглы.

Что за хрень⁈

Вдалеке раздалось завывание, словно кто-то огромный говорил округе, что он идёт, приближается.

И снова одна из тварей напоролась на нож Юджи. Я замер, наблюдая странный эффект с каплями крови. А потом снова вой, но уже гораздо ближе. Вокруг нас тоже завыли, вторя далёкому звуку. Очень похоже… да они же подзывают…

– Юджа! – рявкнул я. – Прекращаем их резать!

– Чего⁈ – отозвалась Юджа, в запале кромсая очередное гибкое тело твари.

– Они помечают нас! Они делают это не просто так. Эти твари накрывают стол кому-то, кто гораздо опасней.

Не знаю, как именно я это понял. Что меня навело на эту мысль? Но сейчас я был на сто процентов в ней уверен. Нас мазали кровью, что мы не могли просто так спрятаться. И тот хищник, огромный, явно альфа-хищник, смог запросто нас найти.

Юджа изловчилась, поймала одну из израненных тварей, и одним движением свернула ей шею.

– Так правильней?

Я пожал плечами.

– Не знаю, но резать их не стоит. А лучше сваливать!

Но, кажется, было поздно.

Мощная поступь сотрясала землю. Казалось, на нас бежит тираннозавр. Или кто-то ещё крупнее.

Твари, кружащие рядом с нами, поняли, что жертва поменяла тактику. Они перестали бросаться на нас, а выстроились рядком и завыли. Громко на разные голоса. В этом вое слышался призыв поскорее явиться к месту пира.

– Валим! – рявкнул я.

Странно, что Система не выдала никакого предупреждения. Может быть, это было нормально. Может быть, мы сами должны были всё понять, и на это был расчёт?

Я схватил Юджу за руку и потащил за собой.

В том месте, где в тумане плавали серые нити кровавых бус, я ощутил какое-то сопротивление. Словно попал в паутину. Что-то липкое и неприятное коснулось кожи, я постарался стереть это, но лишь сильнее размазал по лицу. Чёрт!

Ни запаха, ни чего-то реально прилипшего к коже я не ощущал, но чувство, что меня запачкали какой-то хренью, осталось.

Я бежал и видел, как Юджа тоже пытается оттереть с себя невидимое нечто.

Туман уплотнялся. Я уже не мог различить лица Юджи, а она была на расстоянии вытянутой руки. Я крепче сжал её ладонь.

– Держись! Не отставай! – прокричал я, но слова словно потонули в тумане.

Казалось, я ору в вату.

Справа высоко, метрах в двадцати над землёй я что-то заметил. Будто огромное чёрное тело скользнуло, разорвав плотные покровы серой ваты. Затем туман зашевелился уже слева и немного впереди. То же самое ощущение – вокруг нас двигалось нечто огромное.

– Мы почти пришли, – шепнула мне в самое ухо Юджа.

Я и не заметил, как она прижалась ко мне всем телом. Я хотел ответить, но Юджа прижала палец к моим губам. Она обняла меня за плечи и принялась пятиться, увлекая меня за собой.

Туман становился совсем уж непроницаемым. Словно стена, равномерно окрашенная серой краской. Протяни руку и коснёшься чего-то плотного, реального.

Вой, который я слышал до этого, раздался совсем рядом. Заложило уши. Здоровенный участок тумана, словно вентилятором сдуло. И на том месте на долю секунды возникла жуткая пасть. В неё мог бы поместиться междугородний автобус целиком, и, наверное, даже зубов бы не коснулся. Честно сказать, и мне бы их трогать не хотелось. Треугольные, как у акулы. В несколько рядов. Кривые, загнутые в разные стороны. Такие, если зацепят, то уже никогда не отпустят.

– На месте, – так же тихо, как до этого, произнесла Юджа. – Стена.

И в этот момент я ощутил поток воздуха. Кто-то дул мне в лицо. Чёрт! Нет! Что-то огромное неслось в мою сторону. Туман завихрениями прыснул в разные стороны, раскрывая того, кто за ним прятался. Голова размером с локомотив, оказалась метрах в десяти от нас. Я видел её только потому, что силой движения разметало туман.

– СТОЙ! – выкрикнул я, вытянув вперёд руку.

Одновременно я вспомнил все те ощущения, которые возникали в теле, когда я применял магию. Я представил себе стену, выросшую между нами и тварью. Голубоватую, изукрашенную завитыми узорами стену. Похожие символы я видел на броне Геба, когда он защищался от нападения Барака.

Юджа дёрнула меня за плечи, и я понял, что мы валимся на спину.

А потом удар.

Мощный, как врезавшийся грузовик. Из меня вышибло воздух. Я почувствовал, как спина врезалась в тело Юджи, она с шумом и хрипом выдохнула.

А перед самым носом клацнули гигантские челюсти.

Но между челюстями и мной я заметил странные голубые узоры прямо в воздухе. Они мелькнули и тут же потухли.

Я упал на мягкое. Судя по выкрику – Юджа. Мы покатились кубарем, сплетаясь друг с другом в падении. Я цеплялся за Юджу, она за меня.

И снова удар. Но на этот раз мы просто врезались в ствол дерева.

[Внимание!

Вы сменили локацию, перешли в Шестой круг. Понижение уровня локации снижает возможности развития. Вернитесь в локацию более высокого уровня и продолжайте свой Путь]

Где-то вдали завыла тварь. Теперь её голос доносился, как сквозь толстую стену.

– Мы прошли! – захрипела Юджа мне прямо в ухо. – Прошли сквозь стену!

Она принялась трясти меня за плечи, так что я едва мог говорить.

– Там тварь! – выдавил я, понимая, что голос не слушается.

– Да плевать! Она с той стороны! Она не пройдёт!

Юджа вскочила, запрыгала на месте, задрав руки вверх, и тут же рухнула, как подкошенная.

Я подполз к ней.

– Что случилось?

– У меня, похоже, нога сломана, – улыбаясь, прошипела Юджа. – Но мы прошли! Ган! Мать твою, мы прошли! Ты был прав!

Глава 29

Юджа лежала на земле и смеялась, время от времени она касалась раненой ноги и резко втягивала воздух сквозь зубы. Получалось громкое шиканье, снова переходящее в смех.

– Лежи. Не двигайся!

– Ты разве не понимаешь? Мы смогли!

– Всё я понимаю, но нам надо разобраться с твоей ногой. Иначе всё будет напрасно.

Я успокаивал её, стараясь одновременно осмотреть ногу.

Юджа, наконец, успокоилась и замерла. Я почувствовал, как начало дрожать её тело – не от холода. От боли.

Я осторожно ощупывал ногу. Даже в сумерках было видно: дело плохо. Голень ниже колена распухла. Так быстро… Я прошёлся пальцами по месту перелома, опасаясь каждую секунду ощутить сдвиг кости под опухшей плотью. Юджа вцепилась пальцами мне в плечо и стиснула зубы. Кажется, я даже услышал, как они скрипят.

Я скинул накидку, оторвал полоску – всё равно придётся это делать. Без шины здесь не обойтись. Скатав полоску ткани, я отдал её Юдже.

– Зажми в зубах, дальше будет больнее.

Юджа послушно выполнила.

Главное – убедиться, что перелом без смещения. Иначе придётся вправлять кость, а я в этом совсем не спец.

Перелом – это точно. Я выругался про себя ещё раз. Но через пару минут проверок улыбнулся. Без смещения, насколько я мог понять. Это отлично!

Чёрт! Был бы уровень Ученик…

Я быстро проверил состояние корня и список навыков. Ничего не изменилось чудесным образом. Всё так же Неофит, всё так же 30,87% и никакой возможности изучить навык Излечение. Уверен, с ним бы дело быстро сдвинулось с мёртвой точки.

Юджа молчала. Только её пальцы, впившиеся мне в плечо, побелели. А зубы терзали свёрнутую ткань.

– Потерпи, – сказал я тихо. – ещё немного.

Она кивнула, не отводя взгляда от моих рук. Зато чуть ослабила хватку.

Так. Я огляделся.

Лес вокруг постепенно темнел. Туман, в котором мы бродили последние часы, редел, но между стволами уже ползли сумерки. Воздух пах сырой древесиной и болотом, затхлой стоячей водой.

Нужно было сделать шину.

– Жди, не двигайся.

– Ага, – буркнула Юджа, – сейчас подскочу и побегу.

Я поднялся и прошёлся вокруг.

Под ногами хрустели старые мелкие ветки и толстый ковёр опавших листьев. Иногда мне казалось, что этот звук слишком громкий – будто лес слушает каждое моё движение.

Срезать ветви нельзя. Я уже видел, что происходит, когда ранишь дерево. Образ Грогула до сих пор стоял перед глазами: громадная туша, охотник Леса, гигантский паук.

Да, мы были уже в другом Круге, но кто сказал, что охотник не может пересекать границы так же свободно, как мы? Твари не могу, а он? Проверять я не собирался.

Через пару минут мне повезло.

Невдалеке лежали несколько обломанных ветвей – сухих, но крепких. Похоже, их сорвало ветром, а может, какие-нибудь монстру здесь резвились и сломали… плевать, главное – ветки подходили мне по размеру.

Я подобрал три подходящих и вернулся к Юдже.

Она сидела там же, уткнувшись лбом в согнутый локоть. Когда я подошёл, она подняла голову и попыталась улыбнуться.

– Нашёл?

– Ага.

Я опустился рядом.

– Сейчас будет неприятно. Возможно, очень.

Она коротко выдохнула.

– Валяй.

Я аккуратно взял её ногу.

Штанину пришлось распороть – слишком сильно опухла голень. Ножом я орудовал аккуратно, чтобы не зацепить кожу. Выше колена штанина осталась нетронутой. Затем из части накидки я сделал мягкие подкладки и приладил две ветки по бокам. Получилась шина.

Юджа вскрикнула – тихо, глухо, будто звук застрял у неё в горле, когда я притягивал шину к голени. Пальцы снова впились мне в плечо так, что я почувствовал, как ногти прокалывают кожу. По локтю поползли горячие капли.

– Прости, – прошептала Юджа.

Я лишь кивнул.

– Прости, – на этот раз извинялся я, когда очередная перевязка заставила Юджу зашипеть.

– Не извиняйся… – выдохнула она. – Главное… чтобы работало.

Я затянул последний узел и откинулся назад.

Получилось грубо. Но нога держалась.

Юджа осторожно попробовала пошевелиться и поморщилась.

– Больно, но терпимо, – сделал она вывод.

Я поднялся и посмотрел вокруг.

Лес уже почти утонул в темноте. Только где-то высоко, над кронами, ещё оставалась узкая полоска тусклого неба.

Идти дальше в таком состоянии – самоубийство.

– Ночуем здесь, – сказал я.

Юджа не стала спорить. Только тяжело выдохнула.

Я помог ей подняться.

– Сможешь пройти немного? Хотелось бы выбраться из тумана. От него мне не по себе. Но если не сможешь…

Юджа осторожно перенесла вес на здоровую ногу.

– Смогу, – уверенно отрезала она.

Мы двинулись медленно, едва переставляя ноги. Юджа опиралась на моё плечо, иногда тихо ругаясь сквозь зубы. Я старался идти так, чтобы ей приходилось делать как можно меньше движений. Через несколько десятков шагов туман, наконец, остался позади.

Лес здесь был немного другим.

Воздух суше. Стволы выше. И в редких просветах между кронами едва заметно проглядывали звёзды.

Я остановился и поднял голову.

– Что? – спросила Юджа.

– Дерево.

Она тоже посмотрела вверх.

Огромное. Старое. Ствол уходил в темноту, а где-то метрах в десяти расходились толстые ветви первого яруса.

Юджа тихо хмыкнула:

– Ты серьёзно?

– На земле хуже.

Я молчал оценивая.

Подниматься с переломанной ногой… безумие. Но оставаться внизу, где бродят твари, – ещё хуже.

Я провёл ладонью по коре. Она была тёплой, будто дерево хранило в себе остатки дня. От ствола пахло древесным соком и чем-то неуловимо терпким, почти пряным. Шершавая и сухая, со множеством выступов кора – хороший вариант. Любой начинающий скалолаз не испытал бы и малейших затруднений при подъёме. Но я… Я всё ещё оставался далеко не силачом, и при этом надо как-то затащить наверх Юджу. Которая хоть и девушка, но чуть крупнее меня. Говорят, своя ноша не тянет, а красивую девчонку хоть километр на руках тащи – всё в радость. Вот сейчас и проверим.

– Попробуем, – сказал я.

Я окончательно распустил накидку на ленты, несколько из них сплёл в канат. Проверил прочность – выдержит и не такую массу.

Дальше было сложнее. Я помог Юдже забраться мне на спину, присев и прислонившись к дереву. Она привязалась себя ко мне импровизированным канатом. Я затянул узел. Выглядело приемлемо.

– Держись крепко.

– Даже не сомневайся, я тебя ни за что не отпущу, – отшутилась Юджа.

Она обхватила меня руками за плечи, да так сильно, что я почувствовал, как задыхаюсь.

– Прости, – произнесла Юджа, ослабляя хватку.

Я ухватился за выступы кору и начал подниматься.

Первые метры дались тяжело.

Нагрузка была странной, плохо сбалансированной – не только мой вес, но и Юджи. Она помогала как могла, цепляясь руками за кору и ветки, иногда подтягиваясь.

Получалось… своеобразно.

Будто мы стали одним существом с шестью конечностями: четыре руки, две ноги.

Но система работала!

Медленно шаг за шагом, мы поднялись до первого яруса ветвей. Я остановился перевести дыхание. Потом посмотрел выше. И полез дальше.

– Ган… – прошептала Юджа.

– Там просторнее и надёжнее, безопаснее.

Когда мы добрались до второго яруса, я понял, что не ошибся.

Здесь ветви расходились в стороны почти горизонтально. Некоторые были такими толстыми, что на них спокойно мог лечь человек. А у нас с Юджей был опыт ночёвки на узких лавках. Сейчас как раз пригодиться.

Я осторожно перебрался на одну из ветвей и опустился на корточки.

Юджа тихо застонала, когда я отвязал её, помог устроиться рядом.

– Вот… – выдохнул я. – Мы добрались.

Я проверил ветку. Крепкая. Затем достал остатки ткани и закрепил страховку. Привязал к дереву сначала Юджа. Затем рядом себя.

– Чтобы не свалиться, – пояснил я.

– Я бы предпочла не проверять, что будет, если упасть.

– Вот именно, – усмехнулся я.

До земли было не меньше двадцати метров.

Ночь окончательно накрыла лес. Внизу всё утонуло в темноте.

Мы лежали на ветви, тяжело дыша после подъёма. Я до сих пор удивлялся, как нам удалось. Наверное, не помогай мне Юджа, мы бы так и остались в паре метров над землёй. Вряд ли я бы в одного смог дотащить такой вес до второго яруса.

Минут через десять я почувствовал, как рядом шевелится верёвка. Повернул голову.

Юджа тихо отвязывалась.

– Что ты делаешь?

– Так холодно.

Она осторожно переползла ближе. Её плечо коснулось моего. Стало чуть теплее. Юджа придвинулась ближе и укрыла нас своей накидкой. Моя вся ушла на перевязку и верёвки.

Ткань была тонкой, но всё равно стало теплее.

Я чувствовал дыхание Юджи у плеча. Неровное, иногда прерывающееся – боль никуда не делась, просто отступила ненадолго. Нужно было бы чем-то обработать место перелома, но у нас с собой ничего не было. Совсем немного спирта, который был среди реактивов, я использовал сразу, ещё внизу, когда делал шину. Мне показалось, что при падении Юджа слегка поцарапалась, но оказалось это была просто присохшая земля.

Лес вокруг постепенно наполнялся ночными звуками. Где-то далеко хрустнула ветка. Потом ещё одна.

Листва тихо шуршала над головой. Сквозь редкие просветы между ветвями проглядывали звёзды – холодные, чужие, из другого мира.

Я поймал себя на мысли, что уже давно не смотрел на небо.

На Земле оно было другим. Здесь – словно глубже. С другими созвездиями.

– Красиво, – тихо сказала Юджа.

Я кивнул.

– Угу.

Некоторое время мы молчали.

Я слушал лес. Каждый шорох. Каждый скрип. Сейчас от меня зависело слишком многое. Если кто-то появится внизу – я должен услышать это раньше.

Юджа, похоже, тоже не спала. Она лежала на спине и смотрела вверх.

– Знаешь… – сказала она вдруг. – Забавно.

– Что именно?

– Почему на базе решили, что в этом лесу нет монстров.

Я повернул голову.

– Это то, о чём ты сейчас думаешь? – удивился я.

Она тихо усмехнулась.

– Ну а что?

– Так почему?

– Потому что никто их никогда не находил.

– В смысле? – я чуть повернулся, чтобы лучше видеть лицо Юджи.

– Космодесы ходили в лес. Много раз. Целыми группами. Сканеры, дроны, всё как положено, – она помолчала. – И ноль. Ни тел. Ни следов. Никакой активности.

Я нахмурился.

– А видения?

– Галлюцинации, – она произнесла это слово с лёгкой иронией. – Так решили.

Внизу что-то тихо зашуршало.

Я замер. Юджа тоже.

Несколько секунд мы вслушивались.

Шаги. Тяжёлые. Медленные. Потом – приглушённое рычание.

По спине пробежал холодок.

Я осторожно повернул голову, пытаясь рассмотреть что-нибудь сквозь тьму под деревом.

Ничего.

Только густая чернота между стволами. Но звуки были настоящими.

Ещё один шаг. Хруст. Пауза. Будто тварь принюхивается.

Я медленно положил руку на нож.

Юджа заметила.

– Ган… – одними губами произнесла она.

Я не ответил.

Мы лежали так почти минуту. Потом звуки начали удаляться. Сначала медленно. Потом быстрее. И вскоре лес снова погрузился в тишину.

Я выдохнул.

Только теперь заметил, что всё это время почти не дышал.

– Весело здесь, – прошептала Юджа.

– Да уж.

Она немного повернулась набок, лицом ко мне. В темноте я видел только её силуэт и тёмные впадины глаз.

– Ган…

– Мм?

– Может… всё-таки вернёмся?

Я промолчал.

Юджа вздохнула.

– Геб, конечно, молодец. Но Василий Громов ему ничего не должен.