Текст книги "Зимний зной (СИ)"

Автор книги: Иден Бар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Глава 22

Из переписок

Это же время, из переписок в WhatsApp

Питер

«Ладно, не бери в голову. Звонила с Адмиралтейского из автомата?»

«Так точно). Серьезные дяди с собакой туда уже наведались?»

«И не только с собакой). Но ты молодец, у них глухо. Хотя шеф очень зол (это его обычное состояние) и не верит, что М-ц ваш ни к чему не причастен»

«Если обычное, то переживёт»

«В точку. Но больше так не делай, разве что тебя саму пригласят в номера)»

«Мне не грозит!) У меня на М-цев аллергия»

«Умница. Сеструх, а я вообще чего пишу то… Расскажи мне про девочку ;)»

«Какую?»

«Про Антонину Брежневу»

«Конкретнее?!»

«Не замужем, в отношениях, не в курсе?»

«Офигеть)… Понравилась?»

«Почему?)… Да»

«Не в курсе, но вроде не замужем. Думаешь подкатить?)»

«Хочу»

«Алексей! Ее сегодня чуть группой не изнасиловали. Может, дашь ей время дух перевести?)»

«Чуть не считается! Хорошая? Не из твоих хоть?»

«Не из моих) Хорошая, дружим. Не обижай ее. Будешь клянчить о посредничестве?»

«О сводничестве), но не буду. Взрослый мальчик, разберусь»

«Случайная встреча, цветы, серенада под окном? Это вау)»

«Я попроще привык) На допрос завтра вызову»

«Привык? Я многого о тебе не знаю, оказывается)»

«Тань, я не по этой части) Считай, просто запала в душу. Даже сам не ожидал… Такая милая, отважная) глаза красивые»

«Да ты романтик, Алексей!»

«РомантизЬму мало в нашей работе. А тут видишь, нашел…»

Таллин-Москва

«Едем в Питер. Часа на два. Вся жизнь на колесах. Заеб..ся я(»

«Ппц!( сочувствую. Он к ней?!»

«Ну получается, что да! Т.к в рабочем графике дел у него там нет, насколько мне известно»

«Тупо свидание?! Или что-то случилось? Антош, порасспрашивай»

«Да он же ниче не рассказывает! Надо и все. Лицо кирпичом. Непрошибаемый. Танцоров в отеле ждать оставили, едем только втроем: он, я и Санчо. Юрика сказал не брать, бесит его Юрик. Вообще, весь такой дерганый стал, нервный. Это все, что я знаю»

«Хоть разок попробуй?»

«Да он и нах послать может!( Не буду, Крис, прости. Я своей работой дорожу»

«Если дорожишь, то не забывай, кто тебе помог ее найти. Че, прям сильно так влюблён?!»

«Сильно не то слово, Крис(. Никогда такого не было, отвечаю. Он теперь если не работает, то мечтает, а если не мечтает, то работает. Спит по несколько часов в сутки. Все»

«И что говорит Юрий Шм.?!»

«Он не в курсе. Но с Зимой там явно перетерли что-то насчёт Питера»

«Я уже не про Питер! Работе интрижка Зимы мешает, не? У нас уже дважды переносилась совместная запись трека. Моя шефиня теперь перманентно не в настроении. Я так устала от этого, не могу передать как(»

«Сочувствую, Крис, поверь. Но мы-то что можем сделать?»

«Ты можешь, Антон. А ну давай проинформируй аккуратно Юрия Шм. на тему того, что у Зимы теперь все дороги ведут в Питер! (Вода и камень точит) Кстати. Он ее в Москву забрать не планирует?»

«Крис! Ты нормальная? Я ж для Юрия Шм. никто!( Я только помощник Зимы. А сам Зима мне про свою личную жизнь ничего не рассказывает. Никогда. Только поручения даёт, все. Без расшифровки. Ты меня услышала?»

«Это ты меня услышь, Антошка. Придется постараться с расшифровкой! Не можешь напрямую с продюсером: мол, устает очень наш звездный мальчик, попробуй окольными путями. Подумай, напрягись. Или ищи другую работу, на этой нам нужен свой человек!»

«Тебе не стыдно, Крис?»

«Нет. Мы же говорим правду друг другу?»

«Ты же знаешь, что я ваш…»

«Вот и докажи»

«Ладно, я посмотрю, что можно сделать. Но ничего не обещаю»

«Мы даем тебе время, но не затягивай. И переписку нашу не забудь удалить»

«Я всегда удаляю. Ну ты и стерва, Крис(»

«Взаимно). Работа у нас такая (и очень хорошо оплачиваемая, заметь!). Так что ничего личного. До связи»

«Да»

«Я жду. Не забывай!»

«Я ничего не забываю. До связи»

Глава 23

Размолвка

Антонина

Я вскакиваю по звонку будильника, смутно понимая, что это уже далеко не первый. Хватаюсь за телефон.

Так и есть, проспала! Блин, почти на полчаса. Очень плохо.

Как волной, меня всю вдруг окатывает острой тревогой. Я вспоминаю то, что было вчера. Перевожу взгляд на телефон снова – там несколько неотвеченных от Данила. И одно смс, двадцать минут назад. Читаю: «Подъезжаю к тебе».

Твою ж мать! Единственно точное и емкое выражение для данной ситуации. Рывком выпутавшись из одеяла, подскакиваю к зеркалу. Ужас. Опухшее от рыданий лицо и всклокоченные волосы, не говоря уже о том, что я катастрофически опаздываю на работу.

Поразмыслив секунду-другую, выбираю из всех зол меньшее.

Ну, во-первых, Данил должен был согласовать со мной свой приезд! Я же ясно сказала, что не смогу увидеться в воскресенье. Где здесь уважение моих личных границ?

Правда, сегодня понедельник, но это никак не отменяет того, что о визите все равно неплохо бы предупреждать заранее. Это элементарная вежливость.

Во-вторых, с любовником он меня надеялся, что ли, застать, весь такой внезапный?! Если речь не идет о доверии ко мне, то о чем вообще может идти речь…

Убедив саму себя, таким образом, в том, что поступаю правильно, быстро строчу ему смс: «Привет, а я уже на работе. Можем увидеться в мой обеденный перерыв в час дня, если хочешь. Раньше не могу. Наберу, как будет возможность».

Вот так! «Смягчаю» текст смайликом-поцелуем. Будет знать, что такие сюпризы неуместны. Отправляю. Статус «прочитано».

Удовлетворенная, я уже бегу в ванную умываться, как вдруг какой-то необычный шум с улицы привлекает мое внимание. Потеряв всякую бдительность, совершенно машинально выглядываю в окно. И обомлеваю, встречаясь взглядом с только что вышедшим из машины Данилом.

Это ужасно.

Одним своим появлением здесь он немедленно обращает на себя внимание моих прогуливающихся по двору соседей. Окружившие его молодые люди радостно галдят, и охранники выходят из машины Данила тоже.

А мы так и стоим оба, замерев, глядя друг на друга.

Я все испортила!

Я соврала, а он поймал меня на лжи. Взгляд Данила полон неприкрытой боли и горечи. Чувствую подступающую от безысходности дурноту.

Мне кажется, что хуже уже ничего быть не может, но он, развернувшись, возвращается в машину, и что-то в этот миг обрывается во мне. Работа, вчерашнее, и вообще все вдруг становится неважным и мелким.

Ругаю себя почем зря, беспомощно наблюдая, как его авто медленно выезжает со двора. Могу ли я как-то остановить это?!

Хватаюсь за телефон и звоню ему. Как ни странно, Данил отвечает:

– Да?

– Дань, вернись, – прошу его взволнованно, – пожалуйста!

Он выдерживает паузу.

– Нам нужно поговорить, – продолжаю я серьезно, – поверь, это важно.

Блин. Ну да, я виновата! Но не уедет же он теперь, даже не выслушав меня?!

Я расскажу ему все, конечно. Про Мискарьянца, и про то, как мне было плохо вчера.

Я успела забыть этого человека как страшный сон, и век бы еще не вспоминала, если бы не эта неприятная необходимость рассказать Данилу о произошедшем.

– О чем? – наконец, отзывается.

– О том, почему мне пришлось соврать тебе. И, кстати, – зачем-то глупо уточняю, – я действительно очень опаздываю на работу!

Данил реагирует ожидаемо холодно:

– Не смею задерживать!

Психую.

– Данил! Ну, просто вернись. Ладно? Хоть на пять минут. Это что, так трудно?! Извини, мне, правда, жаль, что так вышло, но у меня были причины соврать тебе. Веские.

Данил

Не выношу неясных моментов.

Разрастающаяся глубоко внутри меня паника не даёт дышать. Я вцепляюсь в руль, стараясь не гнать машину.

– Так назови мне их. Это тоже не должно быть трудно! – говорю ей.

Сидящие рядом парни тактично помалкивают. Глядят в окна.

Я слышу – она колеблется.

– Нет, – отрезает, – только не по телефону!

Обидно?! Есть немного. Нет. Не немного!

Потом добавляет, через паузу:

– Ну что ж такое! Возвращайся ненадолго. Я не отниму у тебя много времени, обещаю.

И тут до меня доходит – даже в глазах темнеет. Резко свернув, паркуюсь у обочины.

Да она же бросает меня! Как тогда.

Только в этот раз решила соблюсти приличия, сказав мне об этом лично?! Бросить в свой обеденный перерыв, или, чего уж там, прямо сейчас, не откладывая?

Все нутро скручивает болью. Тяжело сглатываю подступивший к горлу ком. Что же там вчера случилось такого, на корпоративе, который снова разрезал мою жизнь на «до» и «после»?

Неужели не смогла отказать тому недоумку с цветами? А может, он и сейчас с ней?!

От этой версии потряхивает. К такому я нихера не готов.

– Ты щас с ним, что ли?! – грубо спрашиваю.

Пусть говорит, как есть.

Парни, вижу, замирают тоже, и я, вдруг вспомнив, что не один, панически хватаю чьи-то сигареты и выскакиваю из машины.

А зажигалку-то я забыл.

Если все это правда, то я даже не знаю, как жить дальше…

Антонина

– С кем? – удивляюсь.

Бред какой-то. Он не желает вернуться даже на километр назад, зато придумывает какие-то новые вопросы. Очень обидно!

Это так своеобразно проявляется звездная болезнь, или как еще назвать бычье упрямство Данила?!

Весь мой запал откровения как рукой снимает. Я что, должна его умолять? Воздержусь. И совершенно не готова «исповедоваться» по телефону.

– Ну что ж, хорошо, – спокойно реагирую на истерику Данила, – я поняла. Значит, не вернешься?

Ничего страшного, подожду, пока сам перебесится.

– Ладно, тогда пока, я собираюсь на работу.

Никакой реакции. У него что там, приступ буйного помешательства?

– Ты не против, если я перезвоню позже? – добавляю.

– Зачем, ты же не любишь говорить по телефону?! – ерничает.

Это хорошо! Значит, уже пришел в себя.

– Эмм, – подвисаю, – то есть, тебе не звонить?!

– Не трудись. Хорошего рабочего дня, – продолжает издеваться он, и я холодею от ужаса.

Это что же, конец всему?!

Я думала, что выплакала свой «лимит» слез на ближайший год еще вчера, но мои глаза снова начинает предательски пощипывать.

«Беги на работу. Не стой как истукан. Ты сейчас все равно уже ничего не сможешь сделать» – бьется в голове, как птица, навязчивая мысль.

– Дань, мне действительно неудобно разговаривать, – выпаливаю на одном дыхании, – поэтому извини, но…

– Я помогу тебе! – дерзко отвечает Зимин, и кладёт трубку.

Глава 24

Майор Ивакин и прочие неприятности

Антонина

Чистый трэш и полный аллес, или что там еще можно включить в этот перечень?!

После разговора с Данилом я собираюсь на работу с умопомрачительной скоростью, пока телефон разрывает от рабочих звонков. Одеваюсь секунд за сорок пять, как в армии. Выбегаю за дверь, хватая сумку на ходу и гремя ключами.

Моя работа, на первый взгляд, находится недалеко от дома. Но это только на первый взгляд. Если учесть фактор тотального невезения в виде неожиданно разразившегося ливня и бестолкового водителя автобуса, въехавшего в мусорный бак на одной из остановок, становится понятным, что являюсь я на работу со страшным опозданием.

Но на этом мои неприятности не заканчиваются! Вернее сказать, они только продолжаются с удивительной регулярностью. Потому что в то утро меня не дождался важный клиент с крупным заказом, а никто из коллег, увы, не смог или не захотел меня подстраховать.

Получив выволочку от начальства, погружаюсь в работу. С трудом выкраиваю несколько свободных минут, чтобы черкнуть в отдел кадров радиостанции письмо о том, что я разрываю с ними контракт, и все вопросы к Герману Валентиновичу.

Времени думать о Даниле Зимине у меня не остается совсем, что, конечно, к лучшему.

Завершает этот чудный день звонок из полиции! Некто майор Ивакин, представившись по всей форме, «приглашает» меня прибыть к ним в управление в самое ближайшее время.

Это всего лишь формальность, говорит он. Мне нужно будет только ознакомиться с протоколом задержания и поставить пару подписей в качестве свидетеля.

Интересуется, удобно ли мне побеседовать с ним сегодня, или в какой-то другой день. Я решаю не откладывать, заехав туда сразу же после работы.

Эх, напиться б и забыться! Но это не наш метод. А еще, сейчас мне более чем всегда нужен спокойный и трезвый ум.

– Да, давайте сегодня вечером, – подтверждаю я свой визит в управление, с трудом поборов накатившую дурноту.

Записываю номер его кабинета, затем мы согласовываем время и прощаемся.

Перед этой встречей мне придется позвонить дяде Ване. Очень неловко беспокоить его, хоть и мента, но уже глубоко пожилого человека, однако будет совсем не лишним получить подробные инструкции, или просто дружеский совет о том, как правильно общаться с ему подобными.

Конечно, придется потерпеть и дядькины нотации на тему того, что я вообще попала в их «поле зрения».

Разумеется, я не собираюсь тревожить его подробностями «голой» вечеринки, а просто скажу, что случайно попалась с коллегами в ночном клубе.

И, что бы мне ни «заливал» сегодня уважаемый борец с нелегальным оборотом наркотических средств, я буду вычитывать от и до каждую подсунутую им бумажку!

Данил

– Ну че, как он там?! – слышу осторожный шепот.

Сбрасываю наушники на стол. Все равно ведь давно уже тупо и бесцельно сижу, без музыки, пялясь в одну точку. Проверяя телефон каждые десять минут. Депрессируя. Заколебался!

Нахожусь сейчас в двухуровневом номере гостиницы «Астория» в Новосибе, вечером здесь концерт.

Сегодня я «пустой». Но отменить, как всегда, ничего невозможно.

Откидываюсь в кресле, и снова долго рассматриваю высокий потолок с лепниной. Нахрена брать такие дорогие номера?! Лично мне бы сгодилась любая камора. Но Вирмантас настаивает, типа имидж.

После концерта интервью согласно пресс-релиза, афтепати, потом вылет в Вильнюс в пять утра. В Вильнюсе участие в сборном концерте. Оттуда – Дубай, на сутки. Я привычен к жесткому гастрольному графику.

И в дороге обычно творю «в репертуар» что-то новенькое. Сейчас тоже пытаюсь, но все, что выходит, только маниакально-депрессивное!

В Дубае будем снимать клип на совместную композицию с Клаудиа. Как мог, я оттягивал момент записи из-за этой дурочки.

Еще, хотелось, чтобы она пожестче прочувствовала мое неприятие. К ней, из-за той ситуации, и вообще! Хотя, тянуть с треком дальше нет никакого смысла.

– Закрылся! Слушает русский рок и загоняется, – продолжает Антон за дверью. В его голосе вселенская грусть. Но до моей ему далеко точно.

– С чего ты взял, что русский рок? – улыбаясь, я выхожу из комнаты.

Вообще-то, номер мой, но парни из команды часто приходят ко мне «погостить». Посмотреть хороший телек, попить кофе на веранде балкона, поваляться в джакузи – сам-то я, кроме душа и спальни, в номере обычно никуда не захожу.

Голый по пояс, я слегка разминаю затекшие от долгого сидения мышцы и с удовлетворением подмечаю зависть в глазах Антона при взгляде на мое тренировано-татуированное тело.

Ну, а кто ему мешает походить в ту же качалку?

Беру органайзер, но вижу там только Тонины глазки – темные, манящие, затягивающие меня в свой гибельный омут. Антон прав! Я загоняюсь, дурею, схожу с ума…

Мне нельзя на нее смотреть, нельзя о ней думать. Факт. Но где, в чем или в ком мне искать спасение от этих дум?!

Юрик и Санчо сидят за нардами. На инкрустированном столике рядом с ними батарея бутылок с дешевым пойлом. Выжидательно глядят на меня как хорошо натасканные охранные псы. Мутит от ассоциации.

– Зима, там телки приехали, – вдруг застенчиво сообщает Антон, – танцоры с ними в сауне парятся. Ты не хочешь?

Краснеет как девочка. Я удивляюсь откуда-то взявшемуся во мне ощутимому отвращению к связям без эмоций. Люди уже кажутся мне животными, но давно ли я сам был таким?!

Усмехаюсь. И рявкаю:

– Антон. У нас выезд через час, кто следит за таймингом, ты или я?! Иди скажи, пусть трахаются быстрее. И проверь там все перед выездом.

Решаю побыть чуток сволочным. Ну, для разнообразия. Не отказываю себе в удовольствии пошпынять и охрану.

Парни резво разбегаются по номерам. Ну а я, разогнав всех, опять впадаю в глухой ступор. Иду в душ, чтобы как-то убить время.

Так нельзя. Это может плохо закончиться…

Мой маяк, мой светоч, моя девочка. Где ты сейчас, с кем?!

Я ведь дал тебе только время подумать, чтобы не рвать нашу связь по-живому, с мясом и с кровью. Потому что я снова врос в тебя, глубоко, как дерево корнями. Охренеть. Всего за одну встречу.

А ты хочешь покончить со всем этим, покончить с нами. Ты думаешь, это реально?!

Из переписок в WhatsApp

«Юрий Шмильевич, готовы ли вы дать нам ответ по поводу продажи вашего проекта?»

«Нет. Мне нужно ещё немного времени для принятия окончательного решения»

«Сколько?»

«Поймите, ZIMMA для меня не просто проект или бренд. Парень мне практически как сын, к тому же он очень талантлив. Вы и сами знаете это, иначе не предложили бы мне подобную сделку»

«Хорошо. Но вы уже определились с ценой?»

«Вопрос не в цене. Кроме того, у нас с ним масса незакрытых текущих контрактов»

«Вам не о чем беспокоиться – все незакрытое юридически перейдет к нам и будет отрабатываться ZIMMA согласно ранее принятых договоренностей, и уже в составе «Graffit Star»

«Я понимаю. Но вы также должны знать, что условия моего сотрудничества с ZIMMA практически для него кабальные. Мы работаем 90/10. Его процент 10»

«Вы только что открыли «Graffit Star» ключевой момент вашего с ним соглашения :). Означает ли это, что вы согласны? Итак, Юрий Шмильевич, назовите цену за подопечного, и со следующей недели проект ZIMMA переходит в полное юридическое владение нашего лейбла?»

«Я дам вам ответ в ближайшее время»

«Когда?»

«Завтра, во второй половине дня вас устроит?»

«Да, спасибо! Надеемся на успешное сотрудничество. Вы можете звонить Тимуру Эльдаровичу лично. Он будет ожидать ваш звонок»

«Договорились»

Глава 25

Новый поворот

Антонина

С неудовольствием захожу в неприметное серое здание полицейского управления. С другой стороны, чего мне печалиться, у меня сегодня абсолютно свободный вечер! Данил мне не звонил и, видимо, не собирается. Я тоже. Пока, во всяком случае.

Плетусь, убеждая себя, что это очень даже хорошо, что не сижу сейчас дома, погружаясь в невеселые думы. Занятость – благо для человека с проблемами. Впрочем, без проблем тоже. И все-таки, для проблемного особенно!

Здороваюсь с постом охраны на первом этаже, и тактично осведомляюсь у дежурных, можно ли мне пройти к майору Ивакину в кабинет номер четырнадцать. Называю свою фамилию.

Один из них набирает майора при мне по аппарату внутренней связи. Получив «добро», кивает на открывшуюся передо мной с противным тонким писком пропускную перегородку.

Говорю «спасибо», иду дальше. Веселею при мысли о том, что майор, вероятнее всего, и есть брат моей Елки – фамилия у него та же.

Дядя Ваня, конечно, повздыхал о произошедшем, но, убедившись в том, что ни к каким наркотикам я отношения не имею, посоветовал говорить ментам правду и только правду. Само собой, я не собиралась поступать иначе.

Еще, он немного успокоил меня целым спичем на тему того, насколько тяжела и неприятна работа борцов с наркопреступностью.

Я даже прониклась к ним уважением и вполне осознаю, что моя задача сегодня максимально помочь им, но разумно и без лишних эмоций.

Постучав в дверь кабинета номер четырнадцать, вхожу. Со своего рабочего места мне навстречу поднимается молодой улыбчивый мужчина, на вид немногим более тридцати лет.

Тридцать пять, может быть. Он хорош собой, высок ростом и атлетически сложен. Блондин. Похож на Елку, думаю с затаенной радостью.

– Здравствуйте, – произошу, робея, – я Брежнева Антонина, по вызову майора Ивакина…

– По приглашению, – мягко поправляет. Выдерживает паузу, отодвигая для меня стул за небольшим приставным столиком напротив его рабочего.

К счастью, блондины-атлеты вообще не в моем вкусе, так что эти его улыбочки и подчеркнутая галантность – мимо. Мою бдительность таким не притупить.

Привык, наверное, «работать» таким макаром с женской аудиторией!

– Пожалуйста, присаживайтесь, – произносит с бархатцей в голосе. А голос у него приятный, да.

– Спасибо, – я с готовностью сажусь, делая серьезное лицо.

Спокойно смотрю на него, ожидая продолжения диалога.

– Если хотите, можете снять верхнюю одежду, – предлагает Ивакин, указывая мне на высокую вешалку у входной двери, и это сразу настораживает. Беседа затянется?

– Благодарю, мне удобно и так, – расстегиваю куртку.

Здесь, вообще-то, не слишком жарко, а я мерзлячка. К тому же, волнуясь, обычно мерзну еще больше.

– Чай, кофе? – его пронзительно-синие, «Елкины» глаза смотрят на меня неожиданно ласково. Даже с какой-то легкой иронией, – да вы не стесняйтесь.

– Нет, спасибо, – отказываюсь, не раздумывая ни секунды.

Украдкой наблюдаю, как майор раскрывает лежащую перед ним папку-скоросшиватель и выуживает оттуда стопку бумаг. Не решаюсь заговорить о Елке, но вспоминаю, что его, кажется, зовут, Алексей Васильевич.

– Алексей Васильевич, это ведь вы? – на всякий случай, уточняю.

– Да, можно просто Алексей, – еще одна обаятельная улыбка.

Деловито и обстоятельно, он начинает пересказывать информацию, содержащуюся в протоколе задержания известных мне лиц в ночном клубе.

Внимательно выслушиваю, после чего майор протягивает мне этот самый протокол на подпись. Читаю еще внимательнее. Долго. Втайне радуясь, что мои показания в нем числятся как «свидетельские при перекрестном допросе подозреваемых».

Выдохнув, я размашисто расписываюсь внизу листа напротив своей фамилии и, повинуясь подсказкам болтливого майора, вручную дописываю под подписью фразу: «С моих слов записано верно».

– Ставьте дату того дня, – диктует майор, – и время, двадцать часов пятьдесят пять минут.

Ну, вот и все. Почти расслабляюсь, когда он озвучивает неприятный вопрос:

– Вы будете писать заявление о совершённой в отношении вас попытке изнасилования?

Всерьез задумываюсь.

С одной стороны, как говорится, сама дура, но с другой, ведь таких, как Мискарьянц, надо наказывать?! Чтобы в следующий раз, как говорят, неповадно было.

Ну, и с третьей. Изнасилования-то, по сути, не было. А по допросам да очным ставкам, к гадалке не ходи, затаскают.

Хмурюсь, делая мучительный выбор. Поднимаю глаза на майора – он глядит на меня с сочувствием.

– Нет, Алексей Васильевич, – отвечаю коротко.

Кивает.

– Я понимаю вас. Но спросить должен был.

И тут же весело, неожиданно продолжает:

– А не хотите ли кофе, но не здесь, и с пирожными? Я знаю одну чудную кофейню поблизости.

Удивляюсь такой смене риторики, и вежливо отказываюсь.

– А вы, наверное, брат Танюши Ивакиной? – не удерживаюсь от вопроса.

– Брат, – усмехается, – по фамилии вычислили?

– Да, – подтверждаю, – спасибо вам, Алексей Васильевич!

– Просто Алексей, – снова поправляет зачем-то, – все-таки очень, очень жаль, что вы отказываетесь от моего приглашения.

Улыбаюсь и молчу в ответ, застегивая куртку. Вполне возможно и даже, скорее всего, что он отличный парень.

Но с некоторых пор я вся, буквально до краев наполнена другим человеком, и не могу думать ни о ком больше. Особенно после наших горячих поцелуев, и той, предпоследней встречи.

Я чувствую, что совершенно потеряла голову. После него невозможно даже подумать о ком-то другом. Все мужчины для меня как будто бы разом исчезли, вымерли как динозавры, испарились – остались только люди, безликие и одинаковые.

Но все это, конечно, не значит, что теперь я начну уподобляться его фанаткам и названивать, или надоедать ему еще как-нибудь. Нет.

К тому же, у меня все еще слишком много проблем, которые нужно решать, а любовь подождёт своего часа! Я не хочу ее торопить. И в том, что это именно любовь, уже даже не сомневаюсь.

Впрочем, Данилу Зимину еще очень рано об этом знать. А то, что мы писали в смс-ках друг другу, не считается!

Это был просто флирт. Кто мы друг для друга по-настоящему, покажет только время.

Простившись с майором, я уже выхожу из здания управления, когда телефон в кармане вибрирует входящим сообщением. Читаю смс от Данила: «Привет, удобно говорить?»