Текст книги "Зимний зной (СИ)"
Автор книги: Иден Бар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)
Глава 13
Борьба за чувства
Антонина
Промаявшись примерно с полчаса за сочинением короткого текста и выбором наиболее обновляющейся у ZIMMA странички в соцсети, я, наконец, пишу ему в директ текст следующего содержания: «Привет. У меня все в порядке, пожалуйста, не беспокойся. Если захочешь пообщаться – буду рада, пиши».
Но даже эти пару строк даются мне непросто. Естественно, я никак не подписываюсь, потому что мое имя и без того значится в профиле отправителя.
Сразу вижу статус «прочитано». Это приятно.
С замиранием сердца жду ответ, который почему-то не приходит. Че за хрень?! Пишу ему опять через час: «На всякий случай, это А.Брежнева (ты хоть читаешь?)»
«Спасибо, ваша информация принята к сведению» – следует скупой ответ.
Поколебавшись самую малость, я бездумно, даже сердито строчу ему дальше: «Данил, ты обижен?»
«Вам отвечает менеджер ZIMMA, меня зовут Антон», приходит мне.
Сникаю и хмурюсь. Надеюсь, что мне пишет не Зимин, потому как если да, то троллит он меня знатно.
Хотя, стоп. О чем это я? Зимин уже звезда международного масштаба! И нет, наверное, в нашей стране человека младше тридцати, кто не слышал бы о нем, одна только я периодически забываю об этом факте.
Конечно, за него отвечает помощник, что логично. И совпадение его созвучности с моим именем – просто совпадение.
Разумеется, теперь план о нашей переписке и его последующей просьбе дать мой номер телефона с треском проваливается.
Номера Данила у меня нет, хоть он и говорил, что не сменил его за эти годы. Неужели сохранил специально для меня?!
Увы, но его номер остался в мусорке железнодорожного вокзала, на той злосчастной sim-карте, которую я, не подумав, когда-то выбросила.
До боли закусываю губу и, забыв о гордости, быстро строчу этому Антону: «Не могли бы вы дать мне номер, по которому можно созвониться с ZIMMA?»
Статус «прочитано». Но ответа нет.
Я перечитываю свое послание и запоздало понимаю, что ему наверняка ведь часто пишут подобное. Однако теперь я настроена более чем решительно! Поэтому пишу дальше: «Будьте добры, передайте Данилу Зимину, что его номер просит Антонина Брежнева».
И, о чудо! Через каких-то минут пять мне приходит заветный набор цифр. Я смотрю на них, радуясь и не веря. Неужели простил?!
Немедленно заношу этот номер в память телефона. Немного раздумываю над тем, как бы назвать безликие цифры, но в итоге подписываю их без особой оригинальности: Данил.
Мне хочется набрать его прямо сейчас, но работа не дает расслабиться. Я терзаюсь в сомнениях до самого окончания своего дежурства, а потом трусливо решаю, что он, должно быть, уже отдыхает и звонить ночью некрасиво.
Однако в какой-то момент все же понимаю, что просто не нахожу себе места.
Так и не найдя в себе силы позвонить, пишу: «Привет, извини меня, пожалуйста, за спонтанность (Тоня Брежнева)». Добавляю грустный смайл и отправляю.
Ну, блин. Что это еще за дурацкое слово «спонтанность»?! Жалею о нем.
Абонент «Данил» тут же набирает меня. Сердце бешено колотится, когда я хватаюсь за трубку:
– Але?
– За что извинить? – спрашивает без приветствия. Голос его звучит сухо и отрывисто, – за спонтанность?!
Чувствую, как его там всего «чертыхает». Впрочем, меня тоже.
– Ну да, за.. ээ, – я даже заикаться начинаю. Делаю паузу.
– Вернее, за то, что уехала, не попрощавшись, – делаю над собой усилие, чтобы говорить с ним без дрожи в голосе. Даже непринужденно, – меня там девушка предложила подвезти, а я не стала отказываться. И написала тебе в соцсеть, чтобы ты не волновался!
– Спасибо, что не на Главпочтамт до востребования! – холодно усмехается, – ладно, я понял. Удачи тебе.
– В каком смысле? – тревожно уточняю.
– В прямом. Рад был повидаться, Тонечка! Если я так неприятен тебе, что ты доверяешься лишь бы кому, с целью свалить от меня побыстрее…
– Нет, это не так! – поспешно перебиваю, – просто мы с тобой тогда не поняли друг друга.
– А мне казалось, наоборот, – Данил очень категоричен.
– Что ты имеешь в виду?
– Мне казалось, мы договорились, что я сбавляю обороты, а ты будешь относиться ко мне, – его голос начинает звучать чуть тише, и как бы вкрадчиво, – как к человеку.
Это озадачивает меня.
– Я отношусь к тебе как к человеку, а ты ко мне как отнесся?! Как к мешку с картошкой?
Я слышу, что Данил смеется, но как-то нежно, по-доброму. Не даю ему продолжить:
– А я всего-то хотела обычного человеческого свидания!
– Ты еще не поняла?! – уточняет он насмешливо, – со мной не может быть обычных свиданий. Я не какой-нибудь там обычный чувак, который днем сидит в офисе, а по вечерам бегает к тебе. Что неясного?
Я замолкаю, едва дыша. В глазах неожиданно вскипают слёзы, потому что отчетливо, и до конца только сейчас понимаю – мы из разных миров.
В отличие от него, я не селебрити, поэтому мы с ним даже пообщаться элементарно не сможем. Слишком много условий и ограничений!
– А где ты сейчас?
– Уже не в Питере, – бросает без эмоций, – в следующий раз Питер по плану примерно через год. На пару часов, концерт и полетели дальше. Ладно, пока. Удачи тебе.
В ответ я только бестолково угукаю, не понимая, как мне удержать его «на проводе».
– И тебе. Пока. Извини, – снова добавляю зачем-то, – если ты меня не так понял…
– А как это ещё можно понять?! – Зимин взрывается, – ты ж меня нах.. посылаешь всякий раз, когда видишь! А я, как тупой олень, продолжаю ждать. Но на этот раз все! Дошло! Расслабляйся! И будь счастлива. Пока.
Сбрасывает вызов. Я сижу, потрясённая до глубины души.
Конечно, его тоже можно понять. Но нах.. я его никогда не посылала, что за бред?!
Зимин сам виноват, что я каждый раз сбегаю – он ведёт себя слишком провокационно. Не умеет по-другому. Видимо, так и не научился! Значит, и мозгов не прибавилось.
Усмехаюсь. Звезда, блин! Кумир миллионов.
Возвращаюсь домой на такси, стараясь не думать о нем вообще. Хотя, меня все же не покидает смутная надежда, что он ещё когда-нибудь позвонит или напишет мне.
Но проходят дни, а этого не происходит. Не может же быть, чтобы на этом все и теперь уже навсегда? Ну, глупо ведь очень. Даже кофе вместе не попили. У меня есть его номер, а у него – мой.
Промаявшись с недельку в гордом ожидании, я пишу ему первой: «Данил, привет, как дела?»
Данил
Внутри меня порхают болезненные глубокие чувства, когда ее имя загорается на экране моего телефона. Дыхание спирает как у малолетки сопливого. Смс!
Я знал! Отхожу в сторонку.
Блть. Парни шумят, не давая никакой возможности уединиться, даже просто сосредоточиться. Хоть в сортир иди! Так и делаю.
Но походу передумываю и заворачиваю в комнатуху, оборудованную под маленький тренажерный зал. Я в Москве, на студии.
Она принадлежит нашему продюсерскому центру, здесь даже жить можно. Иногда я остаюсь на студии с ночевкой, так как все необходимое для этого есть – душ, диван.
С некоторых пор я не люблю возвращаться в свою одинокую, модную съемную квартиру на Арбате. Вот уж никогда бы не подумал, что роскошь бывает такой холодной!
Я давно уже не получаю удовольствия от одиночества, как вначале своего переезда в столицу. А от временных девок в квартире только мутит.
За время своей жизни в Москве я убедился, что все или почти все здесь насквозь циничны. В том числе, и я.
В моей пустой жизни Антонина Брежнева как глоток чистого воздуха! Она настоящая, и все, что она делает или говорит, настоящее тоже. Я так чувствую, я чувствую ее – нравится ей это или нет.
Даже все мои случайные подружки походили на нее внешне. Я пытался подменить суррогатом нечто истинное, но каждый раз, неизменно разочаровываясь, продолжаю хранить в себе ее образ. Ни дать ни взять, лирический герой, мать твою!
Только разве ж я виноват в том, что опять повелся на ту химию между нами, которая никуда не делась?! Если и виноват, то сполна расплачиваюсь за это потерей сна и покоя из-за нее. Как будто мало мне своих проблем…
В качалке, к счастью, ни души. Общение с Тонечкой для меня процесс интимный, пусть даже это будет просто переписка.
– Зима, пришел новый материал от Юрия Шмильевича! Еще, Егор написал, что будет в течение получаса, – Тоха залетает туда почти вслед за мной, не успеваю я прочитать сообщение.
Психую. Киваю, едва взглянув на него:
– Я понял, щас буду, Тох.
Сегодня мы ждем Егора Крида, намечается интересное сотрудничество. Он сочинил для нас двоих песню – сейчас коллаборации в тренде.
На часах десять вечера, а нам еще предстоит «писаться»! Почему-то складывается так, что почти все в шоубизе полуночники. Это удобнее для большинства, а первая половина дня, как правило, существует только для отдыха или личных дел. Ну, или для вечных передвижений в пространстве, как у меня.
Звукорежиссёр уже заканчивает свои настройки в «аудиобудке», и сегодня мы только «пробуемся». Иными словами, смотрим музыкальную композицию «вживую» – «работаем» совместное звучание, текст, музыку, хотя до финального исполнения еще далеко. Впереди нас ждут этапы согласований и предложений.
Тоха, наконец, уходит, и я вцепляюсь в телефон. Смакую эту смс, как чашечку долгожданного кофе утром!
В помещении повисает непривычная и, я бы даже сказал, благословенная тишина. Привалившись спиной к стене, читаю коротенькое сообщение. Фак. И это все?!
Ну, хоть что-то…
Улыбаюсь. Позволяю себе «зависнуть», обдумывая ответ.
Решаю сменить тактику в нашем общении, чтобы хоть немного продвинуть его вперед, добавить прогресса. Обычные «правила игры» тут, видимо, не сработают. Так что никакого флирта!
Понимаю, что лучше будет «пожестче». Я не звоню ей. Хотя очень хочется.
Пишу два слова «Привет, работаю», и сбрасываю ей весь свой рабочий график на ближайший месяц – пусть перезагрузится. Жду реакции.
Тоня долго думает. Собираюсь уже вернуться к пацанам, когда приходит ответ. Читаю: «Хочешь, я приеду в Екатеринбург и попьем где-нибудь чаю после концерта? (в закрытом заведении)».
Екатеринбург в моем списке значится на послезавтра. Я улыбаюсь снова. Ни х.я!
Пишу: «Спасибо, нет». Она ещё не готова.
Но больше не отвечает. Наверное, в обмороке от собственной смелости, а тут еще такой облом.
Жду следующего смс, радуясь, что переписка уже завязалась, и Тоша от меня никуда не денется. Мне придется быть нестандартным и очень терпеливым, чтоб развести ее на правильное свидание. Такое, как я хочу!
Думаю о том, как сильно я вообще, в принципе хочу ее…
Слышу, что уже приехал Крид и спрашивает обо мне. Заставляю себя отлепиться от стенки, от телефона, и выйти к парням.
Ответа я пока что не дождался. Но он будет, я знаю, я чую Антонину, как хищный зверь…
Звонит Катя-Клаудиа.
– Але? – лениво откликаюсь, обнимая Крида.
Она здоровается, болтает какую-то рабочую хрень, а потом вдруг говорит:
– Давай увидимся просто так?
Молчу. Ее голос становится сиплым и плаксивым, а в словах сплошной яд, когда она заговаривает о Тоне. Я понимаю – ей больно. Мне тоже, только от другого.
И у меня, в отличие от нее, есть надежда.
– Не увидимся, Кать. Прости, – отвечаю по-честному.
– Че, все так серьёзно, Дань?! – спрашивает уже спокойнее, и без иронии.
– Да, – отвечаю, – пожалуйста. Просто пойми!
«И отвали», думаю про себя.
Глава 14
Игра в кошки-мышки
Антонина
Целую неделю я ходила злая на Зимина, и все буквально валилось из рук от разочарования. Его последний ответ в смс меня просто убил.
А ведь я, при всей своей немалой загруженности, даже решилась взять пару дней за свой счет на двух работах, заранее зная, насколько адски непросто это будет!
Но предложила, не задумываясь. А он сказал – спасибо, нет. Прекрасно.
Зря я убеждала себя забыть о нем, и вот, свой единственный выходной, воскресенье, целиком посвятила безделью и просмотру клипов ZIMMA. Всех, кроме тех, где он с Клаудиа.
Он все равно не узнает, а мне захотелось!
Итак, вечер. Сижу в пенной ванной и вдруг, наэлектризованная его музыкой и голосом, поддаюсь сиюминутному порыву. Беру в руки телефон.
Новых смс нет.
Ругаю себя за эту «чисто фанатскую» инициативу, от которой его наверняка уже тошнит, но снова пишу первой: «Привет, смотрю твой клип, скучаю…».
Эх, была не была! После многоточия добавляю сердечко.
Это в последний раз, честно. Отошьёт меня – и я уже успокоюсь! Насовсем. Клянусь. Отправляю.
Данил
Целая. Долгая. Сука. Неделя. И смс приходит! Так, темп примерно понятен. Ничего не изменилось. Где люди обычно берут терпение и силы?!
Читаю. По тону, как будто, зажмурившись, прыгает в пропасть. Вот теперь можно звонить. Она уже тепленькая, а скоро будет горячей…
Общая стратегия у меня уже имеется. Пошаговая тактика тоже, что, конечно, неплохо, только вот Антонина нифига непредсказуема.
Я-то думал, она еще долго и нудно будет выламываться, писать всякий бред по типу о погоде-о природе, но нет. Пишет, что соскучилась, и это дает просто вау-эффект! Хотя, уверен, стоит мне написать в ответ что-то подобное, как она тут же включит заднюю. А написать очень хочется, много чего…
Одно могу сказать точно – эта инициатива дается ей непросто. Я прямо вижу, как ее там плющит не по-детски после каждого отправленного мне смс.
Тонечка уже родной для меня человечек, поэтому боюсь того, что скажу. Вернее, ее реакции на это.
Тогда придётся начинать все заново. Но блдь, как это делать с моим рабочим графиком?! Ладно, хер с ним, прорвемся. Для нас же зарабатываю. Тут главное, чтоб пока зарабатываю, замуж не выскочила!
Попытка не пытка. Но это будет нереально круто, если она воспримет правильно мое предложение. Это сразу плюс сто шагов вперёд в наших непростых отношениях!
Я закрываюсь в гримерной, снимаю микрофон с уха. Делаю резкий вдох, как перед погружением в воду, и сам же смеюсь над своей робостью. Берусь за телефон, набираю…
– Привет, – ее голос немного растерянный. Совсем не ожидала?!
– Привет, не занята? – спрашиваю.
– Нет.
И молчит. Наверное, думала, что я ей буду в ответ смс-ки строчить. Всю ночь. Усмехаюсь.
Нет, я как бы и не против, но мне важно слышать Тоню, когда скажу то, что скажу. Загнать ее в угол как зайца, не дать возможности долго думать!
– Малыш, я так соскучился! – говорю абсолютно от души. До чего же это приятно, говорить девушке правду.
Но что-то идет не так.
– Данил, это Тоня, – уточняет она зачем-то. Напрягается, и напрягает меня.
– Я помню! – злюсь.
Специально, что ли, мучает меня такими шутками?! Или у нее в мозгу просто срабатывает стоп-кран какой-то на все, что касается меня?
– Ну, я подумала, – хмыкает, – вдруг перепутал с кем-то?
– Да с чего бы?! – я стараюсь оставаться спокойным и невозмутимым.
– Мало ли. Мы вроде бы, – пауза, – не малыши друг другу.
– А кто? – мне, правда, интересно.
Она ранит меня в самое сердце всякий раз, когда я слишком раскрываюсь перед ней. Это как в спарринге, открываешься – получи удар. С ней всегда так.
А я ведь мечтаю быть с ней ласковым! Нежным. Неторопливым. Таким, как ей, наверное, хочется.
Тоня, видимо, считает, что я со всеми так общаюсь, как с ней. Тут же внутренне даю себе установку не раскисать!
– Ну, пусть будет друзья, – предполагает неуверенно.
Она это серьезно?! Ну, хоть не прохожие.
– Хорошо, – легко соглашаюсь, – раз друзья, то я приглашаю тебя в Москву ко мне в гости! Приезжай.
Там перезагрузка. Тоша в трубке молчит, а в гримерку уже стучат. Стоит мне исчезнуть «с радаров» больше чем на пять минут в рабочее время, как в студии начинается паника.
– Але. Друг, ты меня слышишь? – говорю ей, открывая дверь.
Антон. Знаком прошу его постоять тут «на стреме», чтобы ко мне пока никто не ломился. «Десять минут» произношу почти беззвучно, и он кивает.
Эти минуты для меня очень важны. Хотя, с другой стороны, нах мне такая девушка, от одного разговора с которой я в перманентном неадеквате?! То боюсь, то психую.
Но она точно лучше, чем любая силиконовая кукла без мозгов, чем все куклы этого мира вместе взятые!
Хотя это не мешает мне быть сейчас очень злым на Тоню из-за того, что она ни х.. не хочет мне помочь, от слова совсем! Только стопорит то, чего мы с таким трудом уже достигли.
– Ну, сделай ты шаг мне навстречу, друг, – прошу ее, – можешь не верить, но я тоже очень соскучился. Как и ты, сама же написала! Приедешь ко мне хоть на сколько-нибудь? Поживешь у меня. Я жду. Договорились?
– Но ты вроде был против Екатеринбурга, – она ошеломлена.
– Да, я там был часов пять всего. Ну, так как?!
– Ладно, друг, я подумаю! – смеется.
Но меня не проведешь – я уже слышу в ее тоне страшные сомнения.
– Жить у тебя это, пожалуй, будет лишнее, – рассуждает как бы вслух.
– Не переживай, приставать не буду, – с улыбкой обещаю, сам в это не слишком веря, – разве что ты не будешь против…
Она пугается. Вздыхает:
– Да нет, Данил, это, в самом деле, не очень удобно…
– Не очень удобно кому?! – перебиваю жестко. Снова пауза.
Перехожу в контрнаступление:
– Ладно, тогда давай сделаем вот что. Сможешь взять отпуск на несколько дней? Я знаю, как это будет нелегко, нам обоим. Но давай сделаем это. Слетаем на острова, в такое место, где можно затеряться! Я приглашаю, с тебя только загранпаспорт и купальник, можно и без него, номера или бунгало у нас будут разные. Ну так как, договорились?!
Жду ответа, затаив дыхание.
– О Боже, Данил, – выдает.
– Я хочу посвятить это время только тебе, – продолжаю настойчиво, – друг. Пожалуйста. Не откажи…
Антонина
Бунгало?! Я пытаюсь прикинуть, сколько это может стоить. Ого, Зимин! Вот это завелся от одного, в общем, довольно нейтрального моего смс, и теперь сыпет предложениями как из рога изобилия.
Причем одно другого неприличнее, потому что ехать за его счет, да еще на экзотические острова, неприлично точно. А у меня самой таких денег нет!
Или это его предложение пожить у него в Москве? Еще и зацепился за слово «друг», и теперь постоянно его приговаривает, видимо, чтобы присыпить мою бдительность.
Ага, так я и поверила. С его-то популярностью, он вряд ли поведет меня в кафе, театр или в ночной клуб, ну или там, элементарно погулять по Красной площади.
Значит, нам остается только сидеть у него в квартире и «дружить». Не в шахматы же он со мной играть собирается?! А потом еще и опа, кровать у меня одна и так далее.
Короче, опять тупик.
Никогда бы не подумала, что просто попить кофе с этим представителем поп-культуры вызовет такую массу организационных вопросов! Грущу.
– Дань, а давай я напишу тебе попозже? – предлагаю.
Просто хочу выиграть себе немножко времени для раздумий.
– Что тут думать, – «прет буром» Зимин, словно читая мои мысли, – если решили, то мне надо искать окно в графике уже сейчас! А тебе – на твоей работе. Или ты уже не хочешь увидеться?!
Я почти в отчаянии. У нас с ним все никак не получается найти такое решение, которое устроило бы обоих.
– Данил, пожалуйста, не напирай, – отвечаю я холодно, защищаясь.
– Я пока ещё ничем на тебя не напирал, – произносит двусмысленно, и мое живое воображение тут же рисует картинки нас, полуголых, где-то на песке или в бунгало. Видения, вообще-то заманчивые.
На секунду как кипятком обдает жаром, при мысли какой этот «танк» может быть в постели. Попробуй удержи оборону перед его сумасшедшим напором!
А мне так не хочется уподобляться многочисленным фанаткам ZIMMA, которые, без сомнений, лезут сами в его постель. Возможно, он даже привык к подобной схеме отношений: отпуск, бунгало, секс.
Я далеко не ханжа, но задумываюсь, не обесценит ли это меня в его глазах? Я не хочу быть для него такой, как все. То, что он мне предлагает, пошленько и примитивно.
– Нет, Данил, уже подумала, – выпаливаю скороговоркой, – спасибо за предложение. Не подходит. Извини.
Повисает прямо-таки зловещее молчание. Я даже слышу, как тяжело Зимин дышит в трубку. Наверняка, бесится! Хотя, ему полезно.
– Ладно, я понял, что с тобой ничего не спланируешь, – выдыхает, наконец, – возьми ещё одну многолетнюю паузу и подумай не спеша. Только номер не меняй. Набрать тебя через пять лет, или не стоит?
– Зимин, – бешусь в ответ, – какие нахрен острова, ты сам вообще подумал, что сказал?! Я готова приехать к тебе в Москву даже на час, если ты так занят. Но не жить у тебя. Может, все-таки найдёшь для меня окошко для чашки кофе в своем плотном рабочем графике? Согласна даже приехать куда скажешь, хоть в офисе с охраной…
– Тош, – вдруг перебивает он меня, – я люблю тебя.
Глава 15
Конец игре
Данил
Она замолкает. Но мне, робкому, смущенному своим собственным признанием, все равно становится чуть полегче. Я даже радуюсь, что сказал это.
Вполне возможно, зря. Ответом мне служит тишина. Я уже почти привык, что сейчас получу от нее удар под дых, холодный ответ. И такой, что больше уже, наверное, «не встану».
– Тош, але, – срываюсь на фальцет. Ненавижу в себе эту слабость.
Не верит? Или вообще без взаимности?
– Дань, спасибо тебе…
Блдь. Зачем она благодарит?!
– Но откуда ты можешь это знать? – произносит то ли со страхом, то ли с сомнением.
Задыхаюсь от горечи. Где взять сигарету? Мне трудно отвечать на подобный бред. Как откуда?! От верблюда. Но я не хочу быть грубым с ней, ни за что.
– Я так чувствую, – терпеливо отвечаю, жарясь в собственном адреналине.
– Мы просто почти не знаем друг друга.
Это ж разговор глухого с немым, зачем?!
– А что чувствуешь ты? – осторожно подбирая слова, спрашиваю.
– Сложно сказать, – говорит она.
А мне сложно понять ее истинные мысли на этот счет. Считает, что не время, или все-таки я совсем не интересен ей?!
– Тош. Послушай, это важно. У тебя есть какой-то интерес ко мне? Как к мужчине, – на всякий случай, уточняю.
Мне нужна лишь ее искренность. Я хочу правды, какая есть, без прикрас.
– Конечно, – отвечает без пауз, и нечаянная радость тут же начинает потихоньку затоплять меня, – я же пишу тебе!
Логика железная, конечно. Но я все равно ликую как идиот. По лицу расплывается счастливая улыбка.
Я скучаю, я люблю, я хочу ее. Факт…
Антонина
– Ну, хорошо, беру инициативу в свои руки! – шутливо заявляю я ему.
Зимин молчит, внимательно меня слушая. Его признание что-то меняет во мне, переводит наши отношения на новый уровень.
Даже если это неправда, или не совсем правда, или уловка – неважно. Но к Данилу уже невозможно относится, как до этого признания. Оно располагает к себе. Мне нужно сделать либо шаг вперед, к нему, либо шаг назад, уже окончательный.
К тому же, признание Данила вдруг избавляет меня от страха перед ошибкой, потому что я верю ему. Даже если это все по итогу будет ошибкой, пусть!
Единственное – мне самой лучше не спешить с признаниями, а то он очень уж активен. Того и гляди, поскачем вперёд семимильными шагами, но хотелось бы четко понимать, куда.
И вообще! Я хочу насладиться процессом. Каждым малюсеньким шажочком на пути друг к другу. Хочу, чтобы этот путь стал незабываемым…
– И?! – вздрагиваю от вопросительной интонации в его голосе.
Кажется, снова замечталась. Улыбаюсь:
– Давай так. Ты сейчас в Москве?
– Считай, что уже нет. Утром лечу в Белоруссию на музыкальный фестиваль.
– Тогда просто скажи точно, когда снова будешь в Москве, хоть на час! Один, но свободный. Чтобы только мне… Я приеду.
– Часа нам не хватит, – я слышу дразнящие нотки в его низком чарующем голосе.
О Боги, неужели это вправду Данил Зимин, мой бывший ученик?! Кто-нибудь, ущипните меня – кажется, от него начинает «сносить» крышу. Я чувствую приятное томление в теле, и даже пугаюсь того, чего мне с ним еще хочется.
– Ээм… Для кофе в самый раз, – весело уточняю.
– К счастью, у нас есть преимущество, перед которым пасует даже мой нечеловеческий график, – говорит Зимин.
– И это?
– Ночь.
Озадачиваюсь.
– Полтора часа в воздухе, и я у тебя, – деловито продолжает, – постараюсь организовать, сегодня! Готовься.
– Ого. Боюсь даже спрашивать, к чему, – выдыхаю.
– К чему захочешь. Пределов нет! – по тону его понимаю, что он не шутит. Потом добавляет, – пределы устанавливаешь только ты...
От того, что Зимин говорит, перехватывает дыхание. В моей голове начинают свое беспорядочное кружение бабочки, и я понимаю – все, попалась. Ну, почти…
