Текст книги "Лишенный имени (СИ)"
Автор книги: И. Рылов
Жанры:
Бояръ-Аниме
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)
Глава 11
Пыль на ветру
Я немедленно решил воспользоваться заминкой и принялся вылезать в окно. Я уже почти выбрался, когда снова услышал голос Энгелэд:
– А ну стоять вы оба! – что-то в нём заставило меня замереть. Тон её был вполне нормальный.
Не подумайте, она всё ещё орала на меня, но в голосе её больше не слышалось тех истерических ноток, которые говорили о том, что она себя не контролирует. А ещё я как-то понял, что она видит, что нас в некотором смысле двое. Впрочем, какой бы магической не была здешняя реальность, раздвоение личности оставалось признаком безумия и потому я собирался скрывать его ото всех.
– Я сказала, вы оба, а ну сюда залезли! – в её голосе звучали повелительные интонации, но больше было даже какого-то интереса. Я уселся на подоконнике так, чтобы в любой момент выпрыгнуть в сад и улепётывать в сторону мексиканской грани… то есть паленой плеши, где я нашёл столько всего полезного.
У того, что я не сбежал, имелась и ещё одна причина. От укуса эльфийки я парадоксально стал чувствовать себя лучше. Я даже не замечал той мучительной мути, пока Линимиэль не избавила меня от неё. Мурка делала то же, но только намного слабей.
Уж не знаю было ли это какой-то лечебной магией или ещё чем-то, но я словно проснулся. Я как растение увядал без воды и тут меня полили, вернув к жизни.
Позже я узнал, что Линимиэль страдала недугом, не встречающимся у людей. Болезнь приводила с одной стороны к нарушению накопления волшебной силы, а с другой снижала иммунитет. Всё это причиняло эльфийке самые настоящие страдания не только телесные, но и духовные. Незадолго до того как напасть на меня она окончательно изголодалась, и оттого обезумела.
Коснувшись меня, она пополнила свои резервы, но тут же потратила их, дав мне имя. В себя же она пришла, потому что смогла вновь поглотить достаточно волшебной силы из меня и кристаллов.
– Как ты это сделал? – она ткнула пальцем в кожу головы. На ней осталась всего пара небольших красных очажков. Местами даже начали пробиваться волосы. Энгелэд наклонила голову в бок и внимательно посмотрела на меня. – Я не прощаю тебя за надругательство, но как ты это сделал?
– Начнём с того, что у меня и в мыслях не было к вам прикасаться в таком смысле, – нагло соврал я.
Было конечно. Вы даже приблизительно не представляете, насколько гармонична была эльфийка. По сравнению с ней все красавицы человечества меркли. Но на то я и хомо сапиенс, чтобы контролировать свои желания.
– Я искренне хотел помочь. Мурка подтвердит…
– Ты сейчас говоришь о рыси, – ехидно прервала меня Линимиэль. Она уже больше не кричала.
– Да, – со всем достоинством, которое только может иметь человек, сидящий верхом на подоконнике, проскрипел я; – но это очень умная рысь, она, между прочим, меня чуть не загрызла, когда только заподозрила, что я о таком мог подумать.
Эльфийка подошла к Мурке, которая успела сесть и теперь внимательно смотрела на нас.
– Спасибо тебе милая, – нежно произнесла она и погладила рысь так, что та блаженно потянулась. – Бедная моя, ты столько вынесла, тебе пришлось с ним путешествовать. Надеюсь, этот урод к тебе не приставал…
– Это, между прочим, рысь… – начал было я.
– Вот и я о том же, башка ты глиняная.
Мурка тем временем продолжала блаженно щурится от поглаживаний эльфийки.
– Да ты вообще, на чьей стороне?.. – возмутился я.
Рысь муркнула и ткнула в мою сторону лапой, чем заслужила новые ласки от эльфийки.
– Ух ты моя умница. Ну и зачем он тебе?..
Мурка замурлыкала, потом выбралась из объятий эльфийки подошла и потёрлась о мою ногу, прямо как домашняя кошка.
– Спасибо, – сказал я. – Так вот сударыня Энгелэд, когда вы изволили укусить меня, вы потеряли сознание и мне пришлось ухаживать за вами. Ну а раз уж так и так возится, то я сделал мазь от вашего рубромикоза…
– Чего, чего… – эльфийка вдруг покраснела до самых кончиков острых ушей. – Ты что сказал глиняный⁈
– Рубромикоз, – вздохнул я, – ваша болезнь. Лекарство от неё я нашёл в том месте, куда вы изволили меня загнать. Я там, вообще, неплохо так помародёрствовал… то есть насобирал.
– По тебе видно, – мрачно произнесла эльфийка, садясь в кресло и подбирая ноги под себя. – Слушай, огрызок, – она каким-то образом обратилась к здешнему мне, я сейчас отчётливо понял это. – Почему ты позволяешь червяку жить в тебе?
– Потому что он знает много такого, чего не знаю я, да и вообще никто не знает, и ещё он такое может… – тут впервые заговорил здешний я. Нет, то есть говорил по-прежнему я, но мысли эти были отголосками мыслей парня, жившего в этом теле раньше. Скажем так, говорили остатки его памяти. – Он, то есть я, но тот я, который там, двери в другие миры открывал, материю расщеплял. Как тебя вылечить, это тот я знает. И как защиту снять, чтобы тебя из петли вынуть, тоже тот я придумал. И про то, что ты эльф бессмертный, и про Валинор тоже…
В этот самый момент на моём горле сомкнулись руки эльфийки. Я даже не заметил, как она оказалась рядом.
– Откуда ты это знаешь⁈
– Сказки в детстве любил, – прохрипел я. – У твоей кровати книжка, там про это написано.
Эльфийка всё с той же жуткой серьёзностью глядя мне в глаза, произнесла.
– В какие миры ты открывал двери, Червяк⁈
– Не знаю, – я изо всех сил пытался вырваться, но эльфийка с удивительной ловкостью придавила меня коленями к стене, и я никак не мог добраться до оружия. – Мы расщепили часть пространства методом глюонного резонанса и там такая фиолетовая завеса появилась. Оттуда чудовища полезли, гибриды крабов с осьминогами. Мы их убивали, убивали, а они всё лезли. Я тогда термоядерную бомбу взорвал. Всё кругом разрушил, и тварей тех убил, а завеса меня после смерти с собой утащила.
Эльфийка отпустила руки и отступила на шаг.
– Ты такой сильный маг? – с интересом спросила она.
– Вся ваша магия – фуфло и даже фуфелище. Наши машины могут намного больше, – гордо ответил я. – К сожалению, одному их не построить. Для этого целый мир нужен. Мы вон по небу летали, и с людьми на другом континенте разговаривали как будто они рядом.
– Сам ты фуфел, Червяк, – с внезапным спокойствием сказала эльфийка. – Ты зачем защиту на доме сломал?
– А как бы я тебя иначе из петли вытащил? – ответил Огрызок – моя старая часть. Стоп, а как это он Огрызок? Каким-то фантастическим образом я его теперь так называл, но это ладно теперь я стал Червь, ну хоть не червяк, на том спасибо! – Я без этого войти не мог.
– А зачем из петли вытаскивал? – ещё мрачнее сказала Энгелэд, надо привыкать называть её так.
– Сделаешь так, и тебя вечность мучений ждёт! – жёстко ответил я. – Так поступать нельзя, Ауле́ запретил.
– И как я тут теперь жить буду? – устало спросила девушка. – Ты об этом подумал?
– Ну, я это… думал, что вы защиту поставили, и в силах её снова сделать, – ответил я. – Вы же не единственная тут, у вас наверняка родители есть.
– Не твое дело, Червь глиняный…
– А как это теперь у меня имя появилось? – наконец-то смог вставить свой вопрос я.
– Я его дала, скажите спасибо, что похуже не назвала.
– Спасибо – удивлённо ответил я.
Мою здешнюю часть сейчас затопил самый настоящий восторг от осознания, что я снова имею имя. Обретение его не давало мне отобранных возможностей, но закрывало дырку в моём существе, которую проделали палачи своим мерзким ритуалом.
– Так это… давайте я вас домой провожу. Вы теперь здоровы, а вместе идти веселее, – закинул удочку я.
– Это с тобой что ли, – скривилась эльфийка словно жуя десяток лимонов одновременно.
– С Муркой… – нашёлся я.
Тут, видимо, в голову эльфийке пришла какая-то мысль, по крайней мере, она выглядела, так, словно готова закричать «эврика».
– Да пошёл ты, вы оба! – вдруг взбеленилась Энгелэд. – Всё это себе забирай. Дарю! Всё теперь твоё! – ярость вернулась на лицо девушки.
Похоже, она решила, что я предлагаю им с Муркой уходить, а сам собираюсь жить здесь…
Мысль эту додумать я не успел, потому что с потолка мне на лоб стекла струйка серой пыли. Не дожидаясь, пока дом обрушится, я схватил эльфийку и сиганул в сад. Мурка стрелой вылетела из домика.
Аккуратные белые стены, крыша, выложенная красной черепицей, окна с удивительно чистыми стёклами, дверь с тончайшим узором, даже половички, с любовью разложенные по дому – всё это стремительно рассыпалось серой пылью. Лишь благодаря моей реакции мы не оказались похоронены под ней.
Внезапный порыв ветра поднял облако пепла и понёс его. Я с трудом встал, только тут обнаружив, что рубашка на девушке разделила судьбу дома. Поборов желание попялиться, я отвернулся и, скинув с плеча рюкзак, достал оттуда одежду и протянул, старательно отворачиваясь от потерявшей дар речи Энгелэд.
Потом, встав на корточки, принялся готовить снаряжение к пути. В конце концов, у меня была работа. Что-то мне подсказывало, что следующая моя цель лежит либо в Куйвале, либо в её ближайшей округе. Впрочем, всё зависело от выбора Энгелэд. Не знаю, как, но дом развалил именно я, как уничтожал другие вещи здесь.
– Сударыня Энгелэд, – обратился я к девушке – в том месте, куда вы меня загнали тогда, есть много вещей, полезных в дороге: одежда, заплечные сумки, палатки… И ещё там можно найти лекарство от вашей болезни. Если вы согласитесь пройтись со мной и подождать, то я принесу вам всё полезное, что смогу найти.
На несчастную эльфийку моя реплика произвела просто сокрушительное действие. Дар речи вернулся к ней и она принялась поливать меня такой отборной бранью, что я даже заслушался.
Впрочем, против моих ожиданий русский мат быстро исчерпал свои ресурсы и Энгелэд стала поносить меня на непонятном наречии, чем-то похожем на финское. Минут через полчаса она немного успокоилась и в очередной раз спросила:
– Как?
– Не знаю, – ответил я, – если ко мне в руки попадает что-нибудь по-настоящему хорошее из этого мира, то оно рассыпается в пыль.
– А это? – Энгелэд собрала в складку рукав рубашки поло. Она оказалась ей порядком велика, несмотря на мою худобу до стройности эльфийки мне было очень далеко.
– А это из моего мира, – пожал плечами я. – Оно без всякой магии сделано, на плеши её подобрал.
– Ты что несёшь, башка ты глиняная⁈ – устало сказала эльфийка. Она сейчас сидела на невесть как уцелевшей садовой скамейке. – На этой гари магический фон всё выжигает, даже приближаться и то опасно.
– Да ну, – отмахнулся я – я ж вон хожу и ничего…
– Оно и видно… – Энгелэд постучала пальцем по виску.
– Сгущёнки хотите? – я протянул эльфийке мягкую пачку, украденную в чепке. Та приняла её и удивлённо уставилась.
Я извинился и открутил крышку.
– Попробуйте, оно, конечно, слишком сладко, но силы восстанавливает неплохо.
В общем, Энгелэд Линимиэль сгущёнка понравилась. Она выпила все три имевшиеся пачки. Потом съела три шоколадки и все мои орехи. При этом демонстративно оставшись всем этим крайне недовольна.
До гари шли молча. Мы уговорились, где встретимся, и я отправился мародёрствовать. К слову, я совершенно не беспокоился за безопасность эльфийки. Каким-то чудом её хлысты уцелели, и она была более чем боеспособна. Я уже знал, где что забрать, и потому управился быстро.
Когда я вернулся, отдал вновь оставшейся недовольной эльфийке одежду и набор туристического снаряжения: рюкзак, пенку, палатку, котелок и прочее. С собой я взял сгущёнку и шоколад. Все, какие только смог утащить.
К моменту моего возвращения я потрясённо обнаружил вокруг сосны, на которой с определённым комфортом разместилась эльфийка, высокие кусты, усыпанные крупной земляникой, успевшей созреть.
Энгелэд забрала всё принесённое мной, а я двинулся обратно. Со слов девушки, то место, куда я должен был её проводить – а она считала, что я теперь по гроб жизнь ей обязан, находилось в шести днях пути. Я же имел весьма ограниченный ресурс времени.
В общем, я разжился двумя велосипедами. А что, быстро, просто. Я поначалу опасался, что Энгелэд не сможет им пользоваться. Куда там, она минут через двадцать уже ездила, как заправская туристка.
Хотя тут я вернусь немного назад. Когда я возвратился, она уже приготовилась в дорогу. Кроме принесённых мной вещей, у неё оказался посох, весь испещрённый светящимися значками. Я к тому времени уже знал, что вот так видеть магию местным не положено.
По крайней мере, прежний я раньше так не мог и не знал никого, кто такое бы умел. Так вот, эльфийка потребовала у меня самый яркий кристалл и как-то невероятно ловко врастила его в посох, так что и следа его не осталось.
Покончив с этим, она отлучилась. Я же завозился с рюкзаком и пропустил момент, когда она заявилась назад с тем комплектом одежды, что я ей отдавал, когда разрушился домик. Ну, по крайней мере, раньше это была одежда. Так вот этот ком рваного тряпья, хорошенько сдобренного вонючим илом, она удивительно точно запульнула прямо мне в лицо.
Я ругнулся, но стерпел. Наивный! Я надеялся получить у неё информацию, которой мне так не хватало. Тут надо сказать, что она, не останавливаясь, донимала меня вопросами, а на мои не отвечала, уходя от темы. Пакостить она при этом мне не переставала. В процессе этого я узнал важную закономерность: если какая-то магическая вещь становилась моей, она рассыпалась в пыль.
Узнал я это весьма интересным образом.
На привале я варил себе суп из убиенного мной зайца. Энгелед не уставала поносить меня за то, что я злодей извожу бедных зверушек. При этом эльфийку они реально не трогали, а меня эти твари преследовали в течение всего пути.
Так вот, суп уже сварился и приятный запах распространялся по округе, когда Энгелэд подошла и остановилась чуть в стороне, а она всегда останавливалась чуть в стороне. Девушка ткнула в сторону котелка своим посохом и что-то мелодично пропела. Котелок весь покрылся бледно светящимся орнаментом. Он был удивительно красив, и я даже залюбовался тем, как переливались его линии. Энгелэд секунду смотрела на котелок, а потом вдруг произнесла:
– Дарю его Червю.
Тут же от костра повалил пар, ведь металл рассыпался прахом, а суп разлился, потушив пламя. Так я лёг спать голодным, ну если не считать двух шоколадных батончиков «Серебряный вальс».
А ещё я узнал важную закономерность: зачаровавший вещь становился её хозяином. Чтобы она стала моей и разрушилась, он должен был мне её подарить, продать или я мог у него её отобрать силой.
К слову, ещё в первый день Энгелэд зачаровала свой велосипед и он ехал сам по себе. Питался он от кристалла, который она к нему неведомо как прирастила. Тут я узнал ещё одну важную вещь. Когда кристалл начинал светится в моих руках – он заряжался. То есть я был чем-то вроде огромного аккумулятора магии.
При этом я, как и положено, отлично мог передавать её другим таким же аккумуляторам. Например, самой эльфийке или кристаллам. Так вот энергии в одном кристалле, со слов Лины, а я стал её мстительно так называть, ей бы хватило лет на тридцать спокойной жизни.
Однако вернёмся к велосипедам. Её железный конь, покрытый замысловатыми светящимися узорами, ехал сам по себе, причём очень быстро. Ладно бы только это, так у него ещё и шины были словно литые. Я камеры за те три дня, что мы ехали, менял раз тридцать, а Лине этого просто не требовалось.
Кстати, ехать эльфийке очень понравилось. Одним из вопросов, который она не прекращала мне задавать, был: «Где такой ещё достать?»
Это о велосипеде. Я отмалчивался. Чего это я должен отвечать, если она мило улыбалась в ответ на все мои вопросы.
Мурка то появлялась, то вновь исчезала, видимо, двигаясь параллельным курсом. По дороге мы раз пять встречали палёные плеши. По крайней мере, на трёх из них валялись, лежали и даже в одном месте стояли вверх фундаментом самые обычные здания моего мира.
К вечеру третьего дня мы выбрались к окрестностям красного озера, так, по крайней мере, я думал. Здесь, похоже, начинались владения эльфов. Повсюду здесь – на растениях, камнях, земле и даже в воздухе были следы их магии.
Я дождался Мурку, опустился перед ней на одно колено и, глядя ей в лицо, то есть в мордочку сказал:
– Мурка, уходи, пожалуйста, нечего тебе туда идти, только зря сгинешь.
Лина, при этом как-то странно фыркнула. Мурка умоляюще посмотрела на меня. Я повторил свою просьбу. Рысь лизнула меня в лицо, а потом развернулась и умчалась в лес.
Я оставил большую часть своего снаряжения в одной из плешей и пошёл пешком. Из всего оружия я взял только «Ясень» и гранаты. Лине это всё очень не понравилось. Она утратила свой залихватский восторг, с которым доставала меня всеми возможными способами. Примерно через полчаса пути она спешилась и повела велосипед за руль. А ещё минут через пять едва слышно сказала:
– Добрались!
Глава 12
Теплый прием
Эльфов было шестеро. По крайней мере, тех, кого я смог заметить. Я повернулся к девушке и заговорил.
– Лина, нет, сударыня Линимиэль, здесь мы прощаемся, я прошу вас идти вперёд. Не забывайте менять повязку ещё минимум одну седмицу. А мне с этими воинами надо заняться нашими скучными мужскими делами.
Сосняк здесь был совсем редким, а подлеска и вовсе не было. Только метров через сто начинались густые заросли можжевельника, именно там и засели встречающие. В сумерках я прекрасно видел свечение рун на их плащах.
Лина не была бы собой, если бы выполнила просьбу. Пройдя несколько шагов, она обернулась и вдруг неуверенно произнесла:
– Я… я… я так не хочу… – голос её дрожал. – Не… не… надо…
Вот как давать обидные имена, портить мои вещи и еду, так ей нравится, а как домой идти, так она не хочет. Во мне… нет, в нас обоих, стало подниматься раздражение.
– Становясь океаном, сожалеют ли воды реки о своих берегах? – процитировал я. – Иди скорее, тебя ждут, – я не врал. Чуть в глубине леса мелькал плащ, руны на котором резко отличались от остальных. – Господа, – крикнул я к эльфам. – Прежде чем мы приступим, я хочу сказать, что не держу на вас зла.
Я почти физически ощутил, как на мне скрестились взгляды. Я сжал светошумовую гранату в левой руке, прижав рычаг к её корпусу и резко дёрнул, оставив чеку пристёгнутой к разгрузке. Усики-то я заранее отогнул. Правой я поднял свой пистолет-пулемёт.
Эта машинка имела плохую репутацию из-за огромного разброса и высокой скорости стрельбы. Попасть из «Ясеня» куда-то было отнюдь непросто. Но сейчас именно это давало мне крохотный шанс. Даже эльфы не способны увернуться от пули, но они могут двигаться так, чтобы я не мог прицелиться. А значит, моё оружие должно бить по площади.
Я стал медленно пятиться, стараясь не делать резких движений. Шаг, другой, третий…
Треньк! Меня словно молотом в грудь ударили. Стрела невероятным образом пробила металлокерамическую пластину бронежилета. Я рухнул на землю, перекатился и швырнул в сторону кустов светошумовую гранату.
Бахнуло так, что я оглох. Что уж говорить об эльфах. Глаза у них порядком больше человеческих, а уши устроены очень сложно. Нетрудно догадаться, что и чувства их намного тоньше. А это значило, что жахнуло по ним сильнее.
Я тут же швырнул в их сторону гранату со слезогонкой, потом ещё одну и дал дёру. У меня не было сомнений, что эльфы не станут оставлять меня в живых.
О них здесь никто не знал. По крайней мере, ни один известный здешнему мне человек. Нетрудно догадаться, что достигалось это достаточно простым методом. Они элементарно убивали всех, кто с ними контактировал.
Вновь я бежал, не чуя под собой ног. Шанс у меня имелся всего один, воспользоваться заминкой и добежать до реки, тёкшей в сторону палёной плеши, где остались мои вещи.
Нет, я не сомневался, если я буду просто плыть, в меня легко попадут. Не знаю, из чего они стреляли, скорее всего, из арбалетов, уж больно коротким было древко болта. Что меня действительно впечатлило так это способность пробить бронежилет.
Треньк!
Я кубарем полетел вперёд. Ещё один болт засел в спинной пластине. Я вскочил и рванул дальше, постепенно замедляясь. Добежав до реки, я бросился в воду и тут же получил ещё одну стрелу в бронежилет.
Я набрал побольше воздуха в лёгкие и лёг на воду животом вниз, опустив голову поглубже, а сам сунул в рот загубник страховочного водолазного баллончика.
Его я нашёл позавчера. В одном из домов, видать, жил какой-то дайвер. Мне несказанно повезло, баллончик оказался полон. Там же я разжился очками для подводного плавания, которые надел по дороге.
В общем, я дышал через раз. Плыл по течению, полностью расслабившись, чтобы моя спина с торчащими стрелами была видна.
Всё шло хорошо, пока мне в нос не вцепилась какая-то мелкая рыбёшка. Тварь и не думала отпускать, а отогнать её руками я не мог, и та преспокойно жевала краешек моей ноздри.
Это было больно. Прямо по-настоящему больно. Я протерпел два вдоха. А потом медленно-медленно подвёл руку под лицо и схватил надоедливую гадину.
Меня жрала уклейка. Мелкая мерзкая дрянь. Я со всей дури сжал её, и она прекратила рыпаться. Увы на запах крови наверняка уже спешили рыбы покрупнее. Выбора не было, я начал грести. Оставалось лишь надеяться, что эльфам не до меня.
Увы, надежды оказались тщетны, стоило начать рыпаться, как я получил ещё один сокрушительный удар в спину. Мне оставалось только затихнуть и терпеть.
Крупная рыбина, то ли щука, то ли ещё кто, вцепилась мне в висок и терзала кожу, а я молился, прося Бога дать мне сил не двигаться. Не знаю, сколько прошло времени, но рыбина вдруг отцепилась.
Дно подо мной резко изменилось, пропали водоросли, и даже вода стала намного чище. Дохлую рыбину отнесло течением.
Итак, река выволокла меня на палёную плешь. Впереди замаячило упавшее в воду дерево. Я чуть поднырнул под него. И прячась за стволом, ползком выбрался на берег. День был жаркий, но, несмотря на это, от ледяной воды меня била дрожь.
Передвигаясь на четвереньках, я постарался уйти как можно дальше от реки. Бурелом надёжно прикрывал меня. Так, я относительно спокойно добрался до зданий.
На этой были разбросаны несколько роскошных коттеджей. Чуть дальше, прислонившись друг к другу, словно крепко подвыпившие гуляки, разместились пятиэтажный доходный дом конца девятнадцатого века в стиле модерн, и какая-то современная мне постройка.
Вот что интересно, ни одно из зданий не развалилось. Нетрудно догадаться, что они не строились, чтобы лежать на боку или стоять вверх ногами, опираясь на соседа по несчастью, но они были целы. Какая-то сила не позволяла им разрушаться. Да, что и говорить, у них даже окна остались на месте.
На этот раз я не стану утомлять вас рассказом о найденных здесь вещах. Ничего такого особо интересного тут не было. Разве что я разжился помповым дробовиком. К нему имелось две коробки патронов. Это было уже четвёртый вид оружия в моем арсенале.
Впрочем, кое-что меня зацепило. Один из домов попал сюда из какого-то ещё другого мира. То есть снаружи он казался самым обычным, а вот внутри у него нашлась целая куча незнакомых вещей. Часть из них даже работала, вроде странного механического волчка, издававшего отвратительный визг, от которого сводило зубы. А ещё нашлись книги, ничем не примечательные, кроме своей восьмиугольной формы и текста, написанного странными крючками по спирали, а так…
Неприятности, впрочем, не заставили себя долго ждать. Хотя почему во множественном числе? Она была всего одна, зато летела очень быстро и воткнулась в стену всего в сантиметре от моей головы.
Передо мной оказалась короткая толстая стрела, а вернее, арбалетный болт. Эльфы и не думали отставать. Вот уроды ушастые! Всегда подозревал, что внешняя красота соседствует с дурным характером.
После этого я перемещался ползком. За следующий день в меня стреляли ещё раз пять, и разок даже попали. Однако снова не смогли меня убить, моя суперкольчуга спасла меня.
К слову, наконечники эльфийских стрел были сделаны из всё того же, тускло светящегося синим металла. Думаю, не будь на мне бронежилета, мне бы не жить, но тут эльфам не повезло. Ночью с помощью бинокля я быстро обнаружил, что обложили меня знатно.
На всех наиболее крупных деревьях сидели ребята в рунных плащах. Даже край плеши патрулировали. Оставлять меня в живых они явно не собирались.
В книжках обычно кто-нибудь бывает благодарен за спасение одного из своих и помогает герою. Ну, так то в книжках. В них и больные не забывают доктора, который их спас, а в жизни пациент нередко строчит жалобы на тех, кто ему помог. Плавали, знаем.
Меня беспокоило совсем не агрессивность эльфов, а то, что я мог отвезти Лину к её врагам. Именно этим легко можно было объяснить её неуверенность.
Ко мне-то она относилась откровенно плохо и вряд ли бы расстроилась, тому, что со мной что-то случится. И тут я её тоже не осуждал. Это ведь я убил любимцев и разрушил дом эльфийки. Хорошо, волков прикончил Петрович, но он-то помогал мне.
Вот что интересно любимым обзывательством Лины было: «глиняный». Выходит, Эльдары знали, что Бог вылепил нас из этого материала.
Вам интересно а из чего он создал их?
Не буду вас томить мои дорогие читатели. Ауле создал своих старших детей из воды. Естественно речь шла о мистической стихии, а не жидкости губящей много больше людей, чем пиво.
Ладно, возвращаясь к нашим баранам, дела мои были плохи.
Как я смог сбежать? А очень просто: в гараже одного из особняков я обнаружил электрический квадроцикл. Он был огромный, трёхместный! А если потесниться, так и впятером можно ехать. Рундуки у него тоже оказались весьма вместительны.
Вот вы скажете, и что в нём интересного, электричества-то нет. Ну, это у вас может, и не было бы, а у меня очень даже нашлось. Всё просто, если сунуть светящийся кристалл в катушку, присоединив к ней потребитель тока, то он не взрывается, а даёт электричество, и много. Отличным вариантом такой нагрузки оказался аккумулятор.
Я присоедини его к волшебному камню с вечера и к утру он полностью зарядился. Теперь у квадроцикла был запаса хода километров в сто.
На моё счастье, на палёной плеши имелась относительно широкая полоса, относительно свободная от бурелома. Что ж, я загрузил рундук своего алюминиевого коня, открыл дверь гаража, и пока мои враги не очухались, вскочил в седло, а потом выкрутил акселератор на максимум.
Ветер ударил мне в лицо, машина бешено понеслась по свободной полосе в сторону деревьев.
Бах!
Стрела ударила меня в грудь, вышибив из меня дыхание, но не выбив из седла.
Бах!
Стоило мне чуть приподняться, как меня словно молотом жахнула ещё одна. Она прошла по касательной, распоров бронежилет.
Бах!
Стрела ударила в мою единственную поножу, и нога слетела с педали. Твари! Я её не чувствовал.
Эльфы стреляли в меня, я должен был отвечать, но не хотел. Что-то мне подсказывало: с ними ещё удастся найти общий язык.
Вдруг вокруг резко стемнело, я оказался в лесу. Деревья здесь стояли редко, однако сосны не в пример моему миру были просто огромны. Я выкручивал ручку акселератора до упора. Скорость оставалась единственной надеждой.
Увы, совсем скоро я оказался в ельнике. Ветви хлестали меня по лицу, кровь струилась из оставленных ими ран. Во рту растекался мерзкий солёный вкус. Если бы не очки, я бы остался без глаз.
Бах!
Стрела прошла по касательной, разбив кевларовую каску. Я на мгновение потерял сознание. Каким-то чудом я удержался в седле, лишь немного сбавив скорость. Стоило мне чуть прийти в себя, как я снова выкрутил акселератор до упора.
Голова раскалывалась. К горлу подступал комок тошноты. Видел я мутно. Эльфы не смогли меня убить, но сотряс я получил знатный.
Я вылетел на берег. По моим расчётам, я двигался вдоль озера Красного, а значит, ехал на юг.
Мне нужно было в другую сторону, но там деревья стояли намного гуще. Хуже того, пару раз я замечал свечение рун на плащах.
Я проехал уже несколько километров и попытался сбавить скорость, когда очередная стрела ударила меня вбок, чуть не выбив из седла. Я снова вывернул акселератор и гнал по редколесью вдоль озера. Я еле огибал деревья, поднимал тучи брызг, проносясь через ручьи. Кровь стекала по лицу. Меня мутило, но я не останавливался. Страх гнал меня вперёд.
Только километров через тридцать я решился отдохнуть в развалинах каменного здания. Ничего примечательного – серый выветренный гранит. Следы колдовских знаков на стенах. В одном углу был круг-замок, такой же, как в подвале музея или доме Лины, только поменьше. Квадроцикл я закидал ветками, поставив аккумулятор на зарядку. Потом приложил руку к вязи рун, та погасла.
Ворочать камни, чтобы достать что-то из тайника, я поленился и, забившись в какой-то угол, принялся осматривать себя.
На щеках и лбу у меня были несколько глубоких ран. Ещё на первой плеши мне удалось разжиться лидокаином. Я обколол обезболивающим их края и принялся зашивать. Разобравшись с этим, я перевязал оставшиеся порезы и стал похож на мумию.
Потом проверил свою броню и кольчугу. Ту изрядно потрепало. Пластины покрывали вмятины и царапины, но они остались целы. Чего никак нельзя было сказать о бронежилете, его я просто выбросил.
Меня самого всего покрывали синяки. Хотя бы кости не переломал. Я получил только сотрясение.
Я вколол себе набор витаминов и ноотропил. Это, конечно, мёртвому припарки, но лучше, чем ничего. Покончив с лечением, развесил вокруг нитки с бубенцами и завалился спать.
Однако сон не шёл ко мне. То ли из-за ноотропа, то ли по причине пережитого страха, но я не мог уснуть. Чтобы хоть немного расслабится, я взялся изучать то место стены, где нашёл магический круг. Мне удалось быстро обнаружить тайник. Всё просто – один из камней повернулся, стоило на него нажать.
Внутри оказалась бижутерия, мгновенно рассыпавшаяся в прах, и несколько осколков тускло светившегося синим металла. Ещё нашлось что-то вроде медальона из того же материала. На нём неизвестные выгравировали крест, рыбу и какие-то письмена. Безделушка была инкрустирована прозрачными камешками, тоже синеватого цвета.
А ещё наруч с перчаткой, укреплённой массивными пластинами на тыльной стороне ладони всё из того же синего металла. При этом наруч имел заглушку, закрывавшую паз шестиугольного сечения.
Всю конструкцию украшали такие же прозрачные камушки, как и те, что нашлись на медальоне. Сходства добавляли и несколько совсем блёклых знаков. Они чуть заметно переливались голубым. Вот странно, перчатка была вроде как магической, но не рассыпалась у меня в руках.
Я сунул всю добычу в рюкзак. Что-то мне подсказывало, что мне всё это ещё очень пригодится. Сон по-прежнему не шёл. Меня потряхивало от пережитого, а ещё в голову бесконечно лезли мысли, что я не помог Лине, а отвёл её к врагам.
Я говорил себе, что она, конечно, взбалмошная ещё почти девочка, но не дура и не пошла бы в западню. А даже если бы повела, то постаралась бы свалить, оставив меня одного разбираться с проблемами. Я промучился так несколько часов, а потом всё-таки забылся беспокойным сном.




























