Текст книги "Последняя из рода Гррой. Зелье старика Эдди (СИ)"

Автор книги: Хельга Делаверн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

–Ты хороший человек.

–Да. Но сиськи у Рамиля всё равно вырастут.

Ужинали гости поздно, и на этот раз хозяева к ним присоединились. Точнее, Камиль вынудил их присоединиться. Мужчина, завязав на голове высокий хвостик, хлопнул по столу и велел отцу и брату садится за стол с «драконьими отрыжками», потому что мясо жарить будет он. А раз готовит он, значит, и распоряжения по ужину тоже его ответственность.

Во главе стола сели Эмиль и Камиль, а Амальтея и Рамиль расположились напротив Уинсли и Уорелла. Ужин, который северянин назвал шикарным, состоял из запечённого поросёнка, парочки помидоров на железной тарелке, одного подгнившего огурца и бутылки эля. «Ужинаем как Боги»,—Камиль потёр руки и схватил помидор, за которым потянулся Джерард. Поджав губы, Уорелл потянулся за вторым, но и здесь его опередил северянин: мужчина забрал и второй помидор, и, чавкая, надкусал оба овоща. «Только губы не вытягивай»,—улыбнулся Марк. Браться за огурец Джерард не решился.

Когда Камиль раскладывал мясо по тарелкам, то обратился у Уореллу:

–Кости будешь?

–Что?—не понял Джерард.

–Я спрашиваю, кости грызть будешь или нет?

–Нет.

–Тогда тебе достаётся свиная голова!

Свиная голова смотрела с тарелки прямо в глаза Джерарда.

–По-моему, я не голоден.

–Жуй давай! Я что, зря готовил?

Под пристальным взглядом Камиля юноша тыкал вилкой в голову, но она не поддавалась. Ножей в хижине, тех ножей, которые богачи используют за обедом, не было.

Наконец, он сумел проткнуть свиной пятак и в ужасе откинулся на спинку стула. Не удержавшись на нём, Джерард свалился на пол. Густая, красная жидкость из носа поросёнка стекала ему на тарелку.

–Соус!—воскликнул Камиль.—Соус из помидоров. Ты же хотел помидор, да?

Прикрыв рот рукой, Марк тихо хихикал.

От эля после ужина Джерард отказался. Ограничился чаем, который для него приготовил Эмиль.

–Рассказывайте, кто и зачем сюда приехал?

–Мы уже рассказывали.—Уорелл отодвинулся от северянина.

–Ты, видно, от голода память потерял, дружок. Когда вы что-то там рассказывали, я отвозил пухлого проповедника и болтливого кучера в Храм Эйнерис. Так, что боюсь, вам придётся повторить свой рассказ.

–Джерард путешествует, я приехал на север по приказу короля, а мисс Гррой ищет драконов,—как ни в чём ни бывало сказал Марк перед тем, как сделать глоток чая. От эля он тоже отказался.

–Интересно, почему он Джерард, а она мисс Гррой?—прохрипел Камиль.—Разве у леди Амальтеи есть перед вами привилегии?

–Большая часть вины за войну лежит на её семье, поэтому леди Амальтея у нас на особом положении.

–Точно. А то я всё пытался вспомнить, чей обезумевший кудрявый папаша прыгал по нашим сугробам. Его же Роджер Гррой звали, верно?

–Моего отца звали Дэниел.

–Ай, пустая моя голова!—Камиль ударил себя по лбу.—Всё перепутал. В общем, чей-то кудрявый папаша по имени Роджер, само собой я не знаю чей, носился по северным землям во время войны.

–Отца Марка зовут Роджер.—сказал Джерард, и Уинсли покосился на приятеля. И без его уточнений все поняли, о ком идёт речь.

–Да? Верно, твой родитель тут бегал, мистер Уинсли. Отныне ты у нас тоже на особом положении.—мужчина подмигнул Амальтее.—Ищешь драконов, говоришь?

–У мистера Уинсли специфический юмор,—протянула девушка, глядя на Марка,—нельзя найти то, что уже не существует. Я путешествую. Но, в отличии от мистера Уорелла, я приехала посмотреть на конкретное место северных земель.

–И что же это за место?

–Я ищу пещеру на скале Эйнерис.

–Да, ты пьяна, драконья дочь!—засмеялся Камиль и потрепал Амальтею за щёку, хотя из них двоих пьян был именно он.

–Нет, я говорю серьёзно.—она отстранилась от северянина.

–Она сумасшедшая.—сказал Марк.

–Твой дружок дело говорит. Ты сумасшедшая, леди Амальтея.

–Что не так с этой пещерой?

–С пещерой-то всё в порядке, а с тобой, похоже, нет. Представь себе огромную-огромную скалу, представила?—Камиль опёрся на руку и икнул.—А теперь представь ледяную дорогу, ведущую к этой скале. Так вот где-то там на самой вершине скалы и находится твоя пещера. Но к ней не подобраться, повсюду снег и лёд. Одно неловкое движение и – бах!– ты уже летишь со скалы головой вниз. Хоть ты и драконья дочь, но крыльев-то у тебя нет!—сказал мужчина и, закрыв глаза, откинулся на спинку стула.

–Что с ним?—спросил Марк.

Джерард потянулся к Камилю, и тот схватил его за палец.

–Ещё раз полезешь ко мне, беломордый, я тебе руку сломаю.—сказал он и захрапел. Уорелл, как не пытался, всё же не смог освободить палец из его железной хватки.

–Видимо, ночевать ты будешь с ним.—хмыкнул Марк.

Предположение Уинсли обернулось действительностью. Джерард в самом деле всю ночь провёл за столом с Камилем, который, по словам Уорелла, «полночи сосал мой несчастный палец». Удивительно, что когда северянин проснулся, то дал подзатыльник задремавшему гостю. «Кровати для кого придумали, беломордый?»,—поэтому, когда все спустились в обеденную комнату на завтрак, Джерард отправился спать.

Амальтея напомнила мужчине об их вчерашнем разговоре и потребовала отвести её на скалу Эйнерис. Камиль с равнодушием слушал проклятия Гррой и даже стерпел от неё пару несильных ударов в плечо.

В конце концов, девушка добилась своего. Мужчина пообещал отвести её к человеку, который, как и она, бесспорно сумасшедший, потому что время от времени поднимается на прославленную скалу.

Этим человеком оказался мужчина пятидесяти лет. В молодости он был среднего роста, сейчас же под тяжестью горба едва доставал Камилю до живота. Длинные, седые волосы тащились за ним по земле, а большие голубые глаза то и дело высматривали что-нибудь необычное для северных земель. «Свихнувшийся алхимик. Не заговаривай с ним»,—предупредил Камиль. Звали проводника Горски.

Впрочем, Амальтее не пришлось с ним заговаривать. Горски, одетый в светлый, рваный балахон по типу того, что носил Амбер, опирался на палку и постоянно тряс головой. В какой-то момент девушка решила, что рано или поздно шея мужчины не выдержит, и его голова, как тухлый кочан капусты, покатится вслед за ними. Он без остановки кряхтел и не был настроен на диалог.

Камиль не обманул. Дорога на скалу действительно была крутой, неровной и скользкой. И пока Амальтея на дрожащих ногах шла за Горски, наблюдая, как камешки падают в пропасть, пожиравшую всё, что в неё попадало, мужчина уверенно ступал босыми ногами на лёд. «Не скользит и не мёрзнет,—подумала она,—бессмертный или проклятый Богами?».

–Дальше сама.—Горски повернулся к ней лицом, указывая палкой вперёд.—Пещера ближе, чем кажется.—с этими словами он обогнул девушку, прижавшуюся к скале, и, насвистывая знакомую ей мелодию, пошёл в обратную сторону.

До пещеры оставалось не больше пяти шагов, а для падения со скалы хватило бы и одного неуклюжего движения. Невольно вспомнив Амбера, она улыбнулась. Юноша ни за что не поднялся бы с ней в пещеру. А Алан? Пошёл бы за ней Алан Дигеренс?

При мысли об Алане у Амальтеи скрутило живот. Конечно бы, он не пошёл, и её не пустил бы. А если покорение этой вершины необходимо для дела? Что, если Амальтея права, и Дэниел Гррой спрятал в пещере одно из драконьих яиц?

Последние два шага испуганная девушка одолела одним прыжком. В представлениях Амальтеи пещера была более глубокой. И пустой.

–Я ждал тебя.

Она схватилась за стену, но бежать было некуда. Если только вниз со скалы.

–Ты напрасно меня боишься.

Тёмная фигура, скрывавшая лицо за капюшоном, сидела у огня, а за его спиной, в углу, лежали гниющие кости.

–Ты правильно поняла, это человеческие кости, но не думаешь же ты, что этих страдальцев съел я?—он поднял голову, но лица по-прежнему не было видно.—Брось, Дитя, в тебе говорит страх.

–Боб?

Мужчина снял капюшон.

–Ты как никогда проницательна, Дитя.

–Что ты тут делаешь?

Амальтея, отбросив страх, прошла в пещеру и опустилась на колени перед огнём. Одноглазый хриплый кучер, сидевший неподалёку от человеческих костей,– жуткое зрелище.

–Я мчался за тобой северным ветром, чтобы сообщить, что ты сбилась с верного пути. Не там ты ищешь дракона, моё Дитя, совсем не там. Твой отец, хоть и был низким человеком, но остатки совести в нём всё же иногда говорили. Дэниел Гррой не стал бы прятать дракона в месте, где оставил трупы матери и брата.—Боб кивнул на кости.—Останки Джоан и Лейстата, твоих бабки и дяди. Дэниел хладнокровно их убил, когда получил власть Богов.

–Не правда,—Амальтея встала, чувствуя, как липкий комок подкатывает к горлу,—отец не был чудовищем настолько, чтобы убивать свою мать.

–Ради власти Дэниел убил своего ребёнка: старшего сына, наследника рода Грроев. Оборвав жизнь Дена, он, тем самым, пролил собственную кровь.—Боб тоже поднялся.—Возвращайся в столицу, Дитя. Твой дракон ждёт тебя в замке короля.

–Откуда Вы знаете, где отец спрятал дракона?—прошипела Амальтея, когда они поравнялись.

Мужчина улыбнулся и встал на краю пещеры. Повернувшись к девушке лицом, он ответил:

–Боги нашептали.

Боб сделал шаг назад и упал в пропасть. Амальтея бросилась к нему, но ледяные глыбы, свалившиеся с вершины скалы до того, как она успела выскочить из пещеры, заперли её внутри.

Огонь в одно мгновение погас, и глазные впадины черепов Джоан и Лейстата стали единственным освещением, они чудно переливались салатовым светом.

Амальтея напрасно звала на помощь и била по ледяной стене: глыбы такой толщины даже боевым топором удастся проломить не с первого раза. Холод и темнота вводили девушку в состояние паники.

В конце концов, смирившись с неизбежной смертью, она села рядом с останками, усмехнулась чувству юмора Богов, решивших похоронить её рядом с родственниками, и костяшкой указательного пальца стучала по одной из черепушек до тех пор, пока из неё не выпал сиреневый камень.

Повертев его в руке, Амальтея бросила камень в стену, а затем то же самое проделала с черепом поменьше: вытряхнула из него камень, на вид драгоценный, и бросила в глыбу.

По другую сторону стены мелькнула огромная тень. Амальтея, приняв её за тень Камиля или Горски (второй вариант, конечно, маловероятен), вскочила на ноги. Тень исчезла. Появилась. Исчезла. Появилась.

Не выдержав, девушка крикнула:

–Я здесь!

Тень сменилась ярким светом, и стена в одночасье рухнула. Влюблённым и преданным взглядом на Амальтею смотрел фиолетовый дракон с чёрными пятнышками.

–Клычок?

Она не верила своим глазам. Алан не так давно увёз маленького дракона на заброшенные земли мятежников, но если раньше Клычок мог лишь слегка прикусить девушке палец, но теперь способен откусить целую руку. За короткий срок он стал в десять раз больше, хотя до размеров взрослых драконов по-прежнему не дотягивал. «Дракон-подросток»,—хихикнул бы Алан.

Амальтея подошла к краю пропасти и протянула ему руку, правда, не сразу. Клычок спас её, но она не была уверена, что у драконов хорошая память. Во всяком случае, Гррой не исключала вероятность, что он разрушил стену, чтобы полакомиться тем, что находилось внутри.

«Что ж, если он захочет, то всё равно меня съест»,—прошептала Амальтея и, закрыв глаза, потянулась к его морде. Дракон, как охотничий пёс, обнюхал её руку. Зрачки Клычка потемнели и расширились, когда его ноздри уловили знакомый запах. Точно опьянённый он схватил Амальтею за воротник и стремительно под крики девушки полетел вниз.

Опустив девушку, которая вот-вот была готова потерять сознание от шока, на землю, неподалёку от хижины Эмиля, дракон зарылся мордой в её волосы. Вздохнув, он на прощание коснулся виска Амальтеи, точно поцеловал, как это порой делал Алан, и взметнул в небо.

–Дракон! Дракон! – соседские дети выбежали на улицу, а вместе с ними и знакомые девушке северяне.

Марк, не скрывая восхищения, смотрел, как удаляющийся дракон выписывал в небе фигуры и дышал огнём на облака, а дракон точно понимал, что доставляет удовольствие людям, поэтому намеренно задержался в воздухе прежде, чем окончательно скрыться с их глаз.

Даже Джерард открыл рот, а Камиль, схватив брата, потрепал его по голове и сказал, что было бы неплохо иметь подобную зверюгу в хозяйстве. «С таким и за дровами, и на охоту ходить будет нескучно!».

–Возвращайтесь домой, мисс Гррой.—сквозь зубы процедил Эмиль, который не разделял общей радости. Мужчина встал за спиной Амальтеи—Пока Вы не навлекли беду на наши земли.

Глава 20

ГЛАВА 20

Узнав о переполохе, который устроил пятнистый дракон, Амбер незамедлительно покинул Храм. Пыхтя и потея, он на ходу выскочил из кареты, которой управлял Курт, чтобы вступиться за Амальтею перед северянами, однако, Эмиль был непреклонен.

Мужчина выставил её из дома вместе с Марком и Джерардом и велел проповеднику «вывезти беломордых обратно в их питомник, пока они не натворили дел». Из-за истерики Эмиля и собственных панических атак Амбер плохо соображал. Ему сообщили, что дракон сжёг полдеревни, потому что так приказала ему Амальтея, но на месте выяснилось, что Клычок всего лишь сделал сальто в воздухе, чтобы позабавить детей. Ввиду мягкости характера юноша не смог отстоять честь девушки, лишь намекнул хозяину, что его подопечная находится под защитой короля, поэтому выгонять её из-за чьей-то прихоти, по меньшей мере, незаконно. Эмиль, в отличие от Амбера, не подбирал приличные слова, и прямым текстом указал, куда им всем следует идти, прихватив с собой короля и его законы.

Амальтея не защищалась от выпадов Эмиля, чем разочаровала его старшего сына. «Я думал, ты боец,—с горечью в голосе сказал Камиль,—а ты оказалась самой настоящей бабой, у которой сиськи чуть больше, чем у моего брата». Она не ответила на его оскорбление. Всё, что девушка хотела выяснить на северных землях, – она уже выяснила, и вернуться в город Амальтея теперь хотела не меньше, чем того желал Эмиль.

–Вы лезете в дела, которые Вас не касаются.—сказал мужчина, когда его сыновья повели в дом Амбера и Курта, чтобы они выпили горячего чая перед долгой дорогой.

–Я всего лишь хочу закончить то, что начал мой отец.

–Благие дела невозможны без жертв. У Дэниела Грроя остались последователи во всех землях Эндельстана, кровопролитие неизбежно. Вы уже знаете, как будете жить с мыслью, что из-за Вас погибли невинные люди?

Покачав головой, Эмиль вошёл в дом. Амальтея вытерла лицо от мокрого, липкого снега и накинула капюшон мантии, которую ей любезно одолжил Марк.

Курт согласился довезти «беломордых» до границ севера с городом, но, как он сам выразился, «возвращаться к прежней жизни я не намерен». За короткий срок, пока Амбер общался со Жрецом северного Храма, а Амальтея искала дракона, кучер Уинсли успел познакомиться с местной жительницей, влюбиться в неё и вступить с северянкой в законный брак. И вообще он всегда мечтал стать лекарем, а не развозчиком.

–Я теперь человек семейный,—улыбался Курт, принимая поздравления,—служить Вашей семье, мистер Уинси, не представляется возможным. Простите, если что было не так.

Марк заверил мужчину, что «всё было так», поблагодарил за многолетнюю службу и по возвращению домой обещал привезти ему жалование за прошлый месяц.

–Марк привезёт ему жалованье лично?—спросила Амальтея у Амбера, и проповедник объяснил, что для таких целей в городе есть гонцы.

Когда-то гонцы были второй профессией по степени рискованности после драконоборцов. Если они доставляли хорошие вести, их щедро одаривали тем, чего в замке было в избытке, если дурные, – то гонцов в лучшем случае избивали, а не находили обезглавленными под ближайшем деревом.

Изначально их услугами пользовались одни короли и Лорды. У предшественника Влада, прадеда Амальтеи, короля Итана, было не менее двадцати восьми гонцов. Для простых людей считалось роскошью нанять гонца, чтобы отправить что-то друзьям и родственникам на другие земли. Юнцов, в народе гонцам дали именно такое прозвище, потому что развозить посылки и письма вызывались юноши, не обременённые семьёй, нанимали, когда в семье кто-то родился или умер. Причём, часто случалось, что пока гонец нёсся с радостной новостью на противоположный конец Эндельстана, младенец уже покидал мир живых.

Влад, вступив на престол, гонцов разогнал. Большая часть из них состояла из мужчин уже преклонного возраста, которые взбирались на лошадь с неимоверными усилиями. Молодым гонцам король разрешил работать в своё удовольствие, не отчитываясь перед Братством.

–Я надеюсь, нас в городе встретят?– Джерард посмотрел на своих будущих спутников.

Курт поморщился.

–Я не сомневаюсь, что королевские стражники доставят вас куда надо.

Прощание было быстрым, но тёплым. Камиль, серьёзный и брутальный мужчина, чуть ли не рыдал, когда обнимал Джерарда. «Я буду по тебе скучать, беломордый»,—всхлипнул северянин и тут же добавил, что противный снег щекочет ноздри. Кажется, за пару дней он не на шутку привязался к Уореллу.

Эмиль угрюмо кивнул, не спускаясь с крыльца. Получив ответные кивки от гостей, он зашёл в хижину.

Попрощаться Амальтее и Рамилю дали отдельно.

–Мы ждём Вас в карете, мисс Гррой.—сказал Амбер и увёл Марка и Джерарда.

–Смею полагать, что Вам понравилось на северных землях.

Амальтея улыбнулась.

–Я нашла то, что искала.

–Думаю, Вы искали драконов, а не бородатых северян.

–Кто знает, может, в душе бородатого северянина спит дракон, который ищет повод, чтобы проснуться.

Рамиль отвёл взгляд. Амальтея сомневалась, что юноша понял смысл, который она вложила в свои слова.

–У меня есть для Вас небольшой подарок. На память.—он засунул руки в карман.—Вряд ли Ваши Боги позволят Вам однажды вернуться на северные земли, поэтому…Вот.—Рамиль протянул Амальтее серебряную монету с изображением трёх драконов.—Легенда гласит, что она принадлежала Вашему дракону-прародителю. С неё началась история ваших чистокровных династий. Люди говорят, что она приносит удачу.

Девушка повертела в руках монету, но не решилась признаться Рамилю, что это подделка.

–Спасибо.

Питер Стенли коллекционировал монеты, которые находил на Огненных Землях. Серебряные деньги попадались редко, зачастую в песке скрывались золотые и медные кругляши. За десять лет мужчине удалось откопать всего два серебряника, на примере которых он объяснил маленькой Амальтее, как отличить монеты первых королей от монет нынешних правителей. «Чёрное серебро,—сказал Питер девочке,—со временем оно темнеет от влаги, поэтому, когда кто-то будет предлагать тебе потемневшую серебряную монету и уверять, что её выпустили при первых королях, знай, что тебя обманывают. Серебро первых королей было чистым, поэтому никогда не изменит свой цвет».

–Вам пора.—Рамиль посмотрел на мужчин, толпившихся у кареты. Заскучавший Марк лепил снежки и кидался ими в Джерарда. Уорелл, закатив глаза, терпеливо сносил издевательства приятеля.

–Вы не приняли предложение мистера Уинсли?

Рамиль перевёл взгляд на хижину. На крыльце стояли Эмиль и завернувшийся в плед Камиль.

Юноша улыбнулся.

–Городская жизнь не для меня. Я северянин, и не хочу знать, что происходит с землёй, когда тает снег. Моё место здесь – рядом с отцом и братом.

Амальтея хотела возразить, что он теряет, возможно, единственный шанс изменить жизнь, но возглас Джерарда оборвал её мысль.

–Мисс Гррой!—взмолился Джерард.—Заклинаю Вас всеми Богами, сядьте уже в карету! Выходки Уинсли становятся невыносимыми!—мольба Уорелла только раззадорила Марка, и в голову Джерарда прилетел до неприличия большой снежок.

–Идите.—Рамиль сжал руку Амальтеи, в которой она держала монету.—Если Ваши Боги позволят, мы свидимся снова.

Обиженный на Марка Джерард, залез в карету первым, пожелав, чтобы рядом с ним разместился Амбер. Он высказал своё пожелание вслух и тут же о нём пожалел: проповедник, не стесняющийся крупных размеров, зажал юношу, и тот прилип к окну. Кажется, дышал он тоже через раз.

Марк помог Амальтее подняться в карету. Замешкавшись на ступеньках, она обернулась. Эмиль, спустившийся с сыном к Рамилю, кивнул. Девушка кивнула в ответ.

Присвистнув, Курт собрал ступеньки, закинул их в карету и хлопнул дверцей.

«Если Ваши Боги позволят, мы свидимся снова».

Карета тронулась.

Поездка прошла в тишине, если не считать периодических возгласов Джерарда о том, что ему то душно, то холодно и нелепых шуток Марка. Амбер полушёпотом читал молитвы, а Амальтея, разглядывая подаренную ей скромным северянином монету, гадала, как отцу удалось спрятать дракона в королевском замке, и почему по прошествии стольких лет его никто не нашёл. Не менее загадочным для неё было поведение Боба. Она подозревала, что мужчина не для того поднялся в пещеру, чтобы сообщить ей о местонахождении яйца, а затем сброситься со скалы.

–Здесь я вынужден с вами попрощаться, господа.—Курт постучал по крыше.—Вылезайте. Вам крупно повезло, вас встречают.

Амбер вышел первым, и Джерард с облегчением выдохнул. Не теряя ни минуты, он выскочил вслед за ним.

Следующим был Марк. Они с Уореллом попытались поставить ступеньки для Амальтеи, но к их разочарованию подножка со скрипом оторвалась.

Не сговариваясь, юноши протянули Амальтеи руки.

–Истинная дочь своего отца,—ухмыльнулся Стюарт, который отвечал за безопасность границ города с северной стороны.—Только взгляните на Гррой. Она даже спускается как королева.

Взволнованный Амбер, уткнувшись носом в меховую жилетку, с тревогой посмотрел на Амальтею. Он понимал, что не его одного оповестили о невесть откуда взявшемся драконе на северных землях, но не думал, что Лорд отправит гонца к королю раньше, чем к нему.

Из всех присутствующих, похоже, только Амальтея не представляла, что её ждёт.

–Приветствую Вас, мисс Гррой.—съехидничал Стюарт.—Смотрю на Вас и невольно припоминаю наше знакомство. Тогда Вы вопреки всему и всем рвались к королю, а сейчас Его Величество приглашает Вас в замок сам. Какая ирония судьбы, не правда ли?

–Помолчи, Стюарт.

Сгорбившись, Алан стоял с заведёнными назад руками. Его взгляд, холодный и пронзительный, был устремлён в пустоту. Мужчина словно сожалел о том, чего не мог произнести вслух.

–Король знает.—сказал Роман.

Король знает. Для Амальтеи эта фраза ничуть не прояснила ситуацию. Она по-прежнему не понимала, почему члены Братства, за исключением Стюарта, который улыбался, стоят с прискорбными лицами, и почему Марк, прихватив с собой Джерарда, поспешил удалиться на первом попавшемся экипаже, который проходил мимо.

Роман похлопал друга по плечу и направился к лошадям, за которыми приглядывал стражник с седыми редеющими волосами.

–Что происходит?—спросила Амальтея.

Алан поджал губы.

–Под твою ответственность, Дигеренс.—прошипел Стюарт, и Алан кивнул.—Стража!

К Амальтее подбежали три крупных мужчины. Пока двое держали девушку, третий надел на её руки цепи.

–Алан?

–Если ты будешь сопротивляться,—протянул Алан, наблюдая за тем, как Стюарт отвязывает свою лошадь и даёт поручения стражнику, который временно будет управлять пограничными землями вместо него,—то к цепям прибавится кляп. Поверь мне на слово, для кляпа они используют старые вонючие тряпки, привкус которых надолго остаётся во рту. В твоих интересах молчать и повиноваться, делай всё, что велит Стюарт. Мы поговорим по дороге в замок.

К счастью Амальтеи, Стюарт общался исключительно со стражниками. По его приказу они усадили девушку в карету к Алану, однако, цепи с неё не сняли, чем до безумия её напугали, ведь Амальтея до последнего была уверена, что это чья-то глупая шутка, возможно, того же короля.

Говорить Алан начал не сразу. Точнее, он затараторил, проглатывая половину слов, когда паникующая Амальтея увидела из окна замок.

–Понятия не имею, что ты натворила на северных землях, Гррой, в подробности нас не посвящали, но спешу сообщить тебе, что король очень зол. Дракон, чьё внимание ты привлекла, по-видимому, заблудился, раз искал дорогу домой, пролетая над городом. Его появление вызвало массовую истерику, и первым, как ты понимаешь, заверещал король. Догадываешься, зачем тебя везут в замок?

–Это был Клычок.—прошептала Амальтея.

–Что?

Она наклонилась к мужчине, чтобы их разговор не услышал кучер.

–Я была в пещере на скале Эйнерис, и Боб, который там меня поджидал, сказал, что отец спрятал одно из яиц в замке короля.

–Мне плевать, кто там тебя поджидал.—прошипел Алан.—Меня волнует, как теперь тебя спасти. Тебя везут на суд, Гррой, ты понимаешь? Тебя будет судить Братство по статье о нарушении безопасности города.

Статью «О нарушении безопасности города и его жителей» Влад придумал после войны. Братство шутило, что король решил обезопасить со всех сторон не подданных, а себя. Он запретил магию на законодательном уровне, закрыл лавку Эмиля Бадеша, пригрозив ему смертной казнью, если тот вздумает изготавливать палочки для желающих пополнить ряды колдунов, а из сторонников и противников Дэниела Грроя создал совещательный орган. Одним словом, Влад взял под контроль всё, что только мог взять.

Амальтея улыбнулась.

–Это неважно. Главное, что я теперь знаю, где искать дракона.

Фыркнув, Алан выскочил из кареты ещё до того, как она подъехала к замку.

Не смотря на то, что девушка не так хорошо разбиралась в законах, как Дигеренс, она, тем не менее, осознавала, что простым выговором от короля, склонного к паранойе, не отделается. Но о смертной казни Амальтея тоже не думала. Влад не производил впечатления кровожадного человека.

У дверей замка их встречали Роман и Ричард.

–Он собрал всех,—шепнул Роман на ухо Алану,—вызволил с пограничной службы Валентина, Леонида и Нэнну. Они уже ждут в зале. Король настроен серьёзно.

–Разберёмся.—последовал ответ.

–Как Ваша рука, мисс Гррой?—улыбнулся Ричард.—Не отвалилась после моей сыворотки?

Лучшего способа приободрить девушку, чем напомнить ей об их первой встрече, когда он с подачи короля выяснял родственница Амальтея Грроям или нет, Ричард не нашёл. Однако Алан не дал ей вступить с мужчиной в диалог.

–Идите в зал. Мне надо переговорить с Амальтеей о делах насущных.

Стражники, сопровождающие их, зевали и плелись в хвосте, что позволило Алану кратко объяснить Амальтее, как вести себя на суде.

–Будут обвинять – не защищайся. Будут оскорблять – молчи. Тебя может погубить одно неверно сказанное слово. Если король или Братство не поймут мысль, которую ты хотела до них донести, они не будут разбираться и сразу вынесут приговор. Отвечай только, когда тебя спросят. И ради всех Богов, Амальтея, говори правду. На заседании будет присутствовать Амбер, а у него, как у будущего служителя Храма, обострено чувство справедливости, поэтому он не будет тебя покрывать, особенно перед королём. Доверься нам с Романом. Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы защитить тебя от этих стервятников.

Зал, в котором проходил суд, находился в подвале замка, и вопреки ожиданиям Амальтеи она вошла туда не с Аланом, а в окружении стражников. Мужчины вели её на радость любопытным слугам через длинные и пустые коридоры в цепях как опасную преступницу, и до неё нередко доходил шёпоток зевак, оставивших уборку, о том, что «Гррои, наконец, получат по заслугам».

Стражники открыли резные двери и затолкали Амальтею в зал. Когда Влад кивнул, они сняли с девушки цепи, затащили её на трибуну и с позволения короля покинули помещение.

Зал представлял собой небольшую комнату, в центре которой располагался расписной мраморный стол. Амальтее уже доводилось слушать рассказы Алана об этом столе: мужчина описывал его как ломаный круг, на деле же он был в форме двух полумесяцев, в основании которых стояли трибуна для обвиняемого и трон для короля, боковые места отводились для членов Братства: по пять с каждой стороны. Рисунок, занимавший весь стол, был незамысловатым: жёлтое солнце на чёрном фоне. Разделённое пополам, соответственно. Вековое напоминание о том, что первый беломордый король Шендрик вывел Эндельстан из хаоса, который учинили рыжебородые правители.

В зале царил полумрак. За освещение отвечали два факела, направленные на трон Влада, от чего Амальтея ясно видела лицо короля. Мужчина, скорее, разочарованный, чем разозлённый, смотрел на девушку, но она чувствовала, что его взгляд проходит мимо. «Он смотрит сквозь неё,—Ричард, который сидел к Амальтее ближе остальных её доброжелателей, обратился к Роману.—Это недобрый знак».

Амальтея переминалась с ноги на ноги, ей не терпелось покончить с заседанием, которое король не мог начать из-за отсутствия десятого члена Братства. Стул рядом с Аланом пустовал.

Девушка знала всех судей за исключением тех, между которыми сидела Дженифер. Женщина справа от неё была плотного телосложения, как Марк, хотя ни того, ни другого Амальтея не могла назвать полным и, вероятно, среднего роста. Она громко смеялась и каждую минуту касалась своих светло-русых волос. Всего раз незнакомка посмотрела на Амальтею, но и одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что она ей не друг. Всем своим видом женщина выражала и насмешку, и брезгливость. Как правило, так ведут себя снобы, оказавшиеся в обществе людей ниже их по статусу.

Мужчина, наоборот, был высоким, худым и сутулым. Он тёр большие голубые глаза навыкате, которые слезились то ли от болезни, то ли от шуток приятельницы. «Бедная Дженифер.—покачал головой Ричард.—Ей всё время приходится сидеть между Нэнной и Леонидом и терпеть их лошадиный смех». Смех Нэнны действительно был похож на ржание лошади.

–Прошу прощения, что всех задержал,—в зал забежал запыхающийся Амбер и сел рядом с Аланом,—были неотложные дела.

–Опять набивал толстый живот?—спросил Стюарт.

Проповедник покраснел, а Нэнна с Леонидом залились смехом, однако, когда Влад кашлянул, в зале настала такая тишина, что было слышно, как над ухом Валентина жужжит муха.

–Я собрал вас всех здесь, чтобы вы честно и непредвзято ответили на вопрос: виновна ли Амальтея Гррой по статье «О нарушении безопасности города и его жителей»? Статья серьёзная, однако, я не могу оставить обвиняемую без правозащитника. Есть ли среди вас те, кто хочет защищать мисс Гррой на суде?—Алан взметнул кулак вверх.—Я даже не сомневался, мистер Дигеренс. Есть ли среди вас те, кто желает выступить в роли обвинителя мисс Гррой?—Нэнна подмигнула Леониду и кивнула.—Хорошо. В таком случае объявляю заседание открытым.

Улыбнувшись королю, Нэнна встала со своего места.

–Лорд северных земель отправил письмо Его Величеству, в котором сказано, что Вы нашли дракона и выпустили его на волю. Это правда?

–Нет.—ответила Амальтея.—Я никого не находила и никого не отпускала.

–Откуда же тогда взялся этот дракон?

–Не знаю. С моря прилетел.—Роман хихикнул.

–В Вашем положении шутить неуместно, мисс Гррой. Вы обвиняетесь в нарушении серьёзной статьи, и если Братство Чёрного Кольца признает Вас виновной, то Вас отправят на смертную казнь. На Вашем месте я оставила бы юмор за дверями данного зала.