Текст книги "Прах фортуны (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Я должна была выйти из здания и проигнорировать это, но временами я была своим худшим врагом. Я попросила секретаря добавить громкость. Она взяла пульт, готовая сделать что угодно, чтобы отвести внимание от себя.

Голос Филеаса Кармайкла раскатисто разносился с экрана.

– Мой клиент, – произнёс он ровным тоном, – феникс. Он предоставил видеозапись, подтверждающую этот факт, и продемонстрирует свои способности, если кто-то в нём усомнится. Поэтому у нас имеются серьёзные опасения насчёт детектива полиции Лондона, которая тоже утверждает, что она феникс. Она занимает позицию власти и авторитета и злоупотребляет данной должностью, забрав у Алана его личность.

Один из журналистов за кадром выкрикнул вопрос.

– Хотите сказать, этот детектив лжёт о том, кто она такая?

– На данном этапе я не могу сказать, – ответил Кармайкл. – Возможно, теперь в мире больше одного феникса, но также возможно, что упомянутый детектив каким-то образом забрала часть сил у моего клиента. Такая вероятность вызывает у него серьёзные опасения. Мы должны помнить, что никто не превыше закона, вне зависимости от должности. Этот вопрос должен быть расследован не только ради Алана Кобейна, но и ради общественности в целом.

Я сжала руки в кулаки. Сильнее всего раздражало то, что Филеас Кармайкл во многом прав, особенно в том, что касалось моей должности в полиции. Я прекрасно понимала, что многие офицеры ужасным образом злоупотребляли своим положением. Такое поведение никому не должно прощаться, и все жалобы должны быть немедленно и тщательно расследованы с последующим принятием мер. Только так могла работать полиция.

Кроме того, феникс я или нет, я в любом случае не могла авторитетно утверждать что-либо по данному вопросу. Я не знала всего. Что, если моё превращение в феникса в детстве действительно забрало силу у Алана Кобейна? Никто не виноват, что так получилось. Друидская подруга моих родителей, Миранда, призвала силу без раздумий и контроля, когда нашла нас троих мёртвыми в нашем доме. Может, её действия правда повлияли на Алана Кобейна. Я не могла утверждать с уверенностью… но если это правда, то я не знала, что тут можно поделать. Я не могла отдать силу обратно; это определённо так не работало.

Кобейн на экране поднял руку, показывая, что хочет заговорить. Он выглядел встревоженным, пока прочищал горло.

– Я не пытаюсь создать проблемы кому бы то ни было, – произнёс он тихим голосом, противоречившим его росту. – Я просто чувствую себя так, будто у меня вырвали часть меня самого и моей идентичности, будто на кону стоит сама моя репутация и порядочность. Это обходится мне ценой моего здоровья и положения в обществе. Я лишь хочу поговорить с детективом, чтобы мы могли обсудить это и выяснить, что на самом деле происходит. Я хочу вернуть себе мою жизнь, – печально сказал он. – Мне хотелось бы, чтобы она позволила мне поговорить с ней.

Я прищурилась. Он намекал, что я отказываюсь встречаться с ним. Я говорила с его чёртовым адвокатом час или два назад, ради всего святого. Филеас Кармайкл хотел, чтобы я держалась подальше от Кобейна, а не болтала с ним.

Кто-то выкрикнул другой вопрос:

– Если вы действительно феникс, покажите нам сейчас. Умрите сейчас. Мы выступим вашими свидетелями. Давайте посмотрим, действительно вы переродитесь или нет.

Филеас Кармайкл сердито уставился на него.

– Неудивительно, что моему клиенту бросает вызов вампир. Детектив, которая называет себя фениксом, состоит в серьёзных отношениях с Лордом Лукасом Хорватом, лидером вампиров. Это лишь доказывает, с какой горой проблем сталкивается мистер Кобейн, пытаясь доказать свою личность. Против него не только вся полиция, но и всё сверхъестественное сообщество.

«Да ёб вашу мать».

До меня донесся прошёптанный вопрос.

– Это вы? – спросила нервная секретарша. – Они говорят о вас? Вы феникс, верно? Ваш бойфренд Лорд Хорват?

Я обернулась через плечо. В её глазах виднелся отчётливый блеск жутковатой заворожённости сценой, которая перед ней разворачивалась. Я напряглась.

– Не могу комментировать, – сказала я, осознавая, как нелепо и чопорно это прозвучало.

Я стиснула зубы и быстро покинула здание.

Глава 8

– Надеюсь, ты звонишь мне не для того, чтобы отложить нашу встречу сегодня вечером, Д'Артаньян, – голос Лукаса звучал шёлковым, но я всё равно чувствовала пульсацию отчаянной боли в каждом слове.

– Я не поэтому звоню, и ты это знаешь, Лукас, – сказала я, открывая дверцу Таллулы и плюхаясь на водительское сиденье.

Он не медлил ни секунды.

– Значит, ты видела пресс-конференцию.

– Я видела достаточно, чтобы знать, что ты послал вампиров сорвать её, – огрызнулась я. – Это вообще ни капельки не помогло. Алан Кобейн не имеет к тебе никакого отношения.

– Совсем напротив, Д'Артаньян, он имеет ко мне прямое отношение. Он ставит под сомнение порядочность сверхов, и долг обязывает меня ответить ему. Это никак не связано с тобой.

– Хрень собачья.

Лукас мягко рассмеялся.

– Ладно, пожалуй, это так. Но я знаю, что он создаёт тебе проблемы, и я хочу их решить. Он мошенник. Он хочет лишь денег.

– Ты не знаешь этого наверняка. Может, он говорит правду.

– Не говорит. Этот мужчина даже не сверх.

Я крепче стиснула телефон.

– Откуда ты это знаешь?

– Мы проверили его волчьим аконитом и вербеной, и он ничего не почуял. Вся эта публичная истерика – какая-то подстава. Он старается создать как можно больше шума в надежде, что ты и полиция заплатите ему за то, чтобы он тихонько смотался. Я очень разочарован, что Филеас в это вмешался. Я поговорю с ним позже.

– Не поговоришь, – мой тон прозвучал резче, чем я намеревалась. – Лукас, пожалуйста. Не лезь в это.

– Я хочу помочь тебе, Эмма.

Моё сердце защемило, когда он назвал меня моим настоящим именем, и я на мгновение прикрыла глаза.

– Ты поможешь, если не будешь вмешиваться.

– Ты знаешь, что он пытается спровоцировать тебя, чтобы ты приблизилась к нему, а потом заявит, что ты на него напала.

– Я не планирую приближаться к нему, – я же не совсем дура.

– Тогда он заявит, что ты намеренно избегаешь его, и использует это как доказательство того, что он говорит правду.

– Но что если он действительно говорит правду?

– Нет.

Несмотря на тест волчьим аконитом и вербеной, он мог говорить правду. Я должна была рассмотреть каждую вероятность.

– Просто держись от него подальше, Лукас. И ты, и все твои вампиры. Пожалуйста.

Я услышала его вздох.

– Ладно, если ты хочешь этого.

– Определённо хочу.

Его тон изменился.

– На вечер всё в силе?

Я дотронулась ладонью до своего живота.

– Да. Я буду там.

– Хорошо, – он казался удовлетворённым. – Тогда увидимся, – он повесил трубку прежде, чем я успела сказать что-либо ещё.

Я уставилась на телефон. Лукас верил, что он может решить любую проблему, вставшую на его пути, но он до сих пор не знал правду обо мне. Когда он узнает, что я Кассандра… по мне пробежала дрожь. Он попытается решить и эту проблему тоже, но я была уверена, что решения не существовало. Это теперь моя жизнь, и я должна была это принять.

Проблема в том, что я знала – Лукас не сможет это принять. Я покачала головой. Несколько месяцев назад всё казалось идеальным. Вот вам и идеал.

Я снова дотронулась до живота. Ну, хотя бы не всё потеряно.

***

К тому моменту, когда я вернулась в Отряд Сверхов, наступала темнота, но до встречи с Лукасом было ещё несколько часов. Макс завершил смену, и на его месте был Стабмен, его мрачный коллега, который ненавидел сверхов и копов и сверлил меня сердитым взглядом, пока я подходила к двери.

Я помахала ему рукой и широко улыбнулась, просто из вредности. В ответ он зарычал и отвернулся. Ну и ладно. Если этот мужчина считал себя занозой в моём боку, пусть становится в очередь… и он окажется в самом её конце. Кроме того, я знала его достаточно, чтобы понимать – он только лает, но не кусается.

Войдя, я включила свет и нахмурилась, ощутив холод. Остальные, должно быть, уже разошлись по домам. Лиза пойдёт с Грейсом обниматься на диванчике как счастливая парочка. Фред будет готовиться к проклятому свиданию с Баффи. Я выругалась в голос безо всяких весомых причин. Я планировала оставаться здесь, пока не придёт время увидеться с Лукасом. Расследование дела Квинси Кармайкла поможет мне собраться и оставаться продуктивной.

Я хотела работать в тепле и комфорте, так что с топотом пошла прибавить отопления. Затем заметила сквозняк из задней части здания, так что ещё громче потопала в ту комнату и раздражённо зашипела, заметив открытое окно. Это беспечно. Я захлопнула его, с топотом двинулась к своему столу и села.

Вместо того, чтобы немедленно включить компьютер, я сделала паузу, чтобы посидеть совершенно неподвижно и глубоко подышать. Может, это гормоны, может, это стресс. В любом случае, мне надо успокоиться и перестать вести себя как истеричный карапуз. Я Эмма Беллами, чёрт возьми. Я могла справиться с этим. Я могла справиться с чем угодно.

– Прости, Горошинка, – прошептала я. – Я усложняла тебе всё, да? Я теперь перестану. Мне надо о тебе заботиться, – я решительно шмыгнула носом, затем потянулась к телефону и заказала себе питательной еды, которую можно будет съесть за работой. Моя горошинка нуждалась во мне. И Квинси Кармайкл, возможно, тоже.

Высока вероятность, что Бёрч Кейл был прав: Квинси покинул Лондон, потому что его донимали кредиторы. Но интересен тот факт, что он взял себе билет на автобус до Барселоны, а не на самолёт. Если бы он улетел, его легко могло было бы отследить и проверить, садился он на рейс или нет. С автобусом, даже отправляющимся за границу, сделать это было не так просто, особенно учитывая, что путешествие состоялось задолго до Брексита, когда европейские границы функционировали иначе.

(Брексит – сокращенное обозначение выхода Великобритании из Европейского Союза, – прим).

Зачем ему вообще сидеть в автобусе 30 часов, когда он мог сесть на самолёт и добраться до места назначения меньше чем за три часа? Я связалась с компанией, которая организовывала эти автобусные рейсы, и оставила им сообщение, но я уже знала, что это не поможет. Если я собиралась найти свидетельства того, что Квинси Кармайкл сбежал в Испанию, мне нужно мыслить иначе.

Побарабанив пальцами по столу, я задумалась над этим вопросом. Наконец, я нашла нужный мне телефонный номер и набрала его. Ответили практически мгновенно.

– Buenas noches. Mi nombre es Emma Bellamy, – я содрогнулась. На этом мои познания в испанском практически заканчивались. – Эмм…

(исп. «Доброй ночи. Меня зовут Эмма Беллами», – прим)

– Чем могу помочь, детектив?

Я не удивилась тому, что собеседница на другом конце линии говорила по-английски – наши европейские соседи намного лучше учили языки, чем мы – но я удивилась, что она знала, кто я. Я не представлялась как детектив.

– Вы знаете, кто я?

– Ваша репутация вас опережает. Даже если бы я ещё не слышала о вас, ваше имя сегодня было в новостях. Перспектива того, что на свете может быть больше одного феникса, подняло шум даже здесь.

Я испытала спазм раздражения от того, что заявления Алана Кобейна разошлись даже за пределы Британии, а потом вспомнила, что я решительно настроилась впредь быть счастливой и спокойной. Я сделала вдох.

– Пока не ясно, двое нас или нет. Узнать это… будет интересно.

Раздался короткий звонкий смешок.

– Слово «интересно» охватывает очень много разных вариантов, не так ли?

Наверное, да.

– С кем именно я говорю? – спросила я.

– О. Прошу прощения, что не представилась. Я Елена.

Я моргнула, опешив.

– Леди Елена? – она была главой испанских вампиров. Я ожидала в лучшем случае мелкую шестёрку.

– Si. Мы не такие, как вы, британцы. Мы не соблюдаем те же церемонии. И я знала вашего предшественника, Тони. Мы иногда болтали.

Я получила номер из записной книжки Тони, так что оказалось логичным, что это был прямой личный номер.

– Приятно с вами пообщаться, – честно сказала я. – Причина, по которой я звоню – это то, что я ищу британского гремлина, пропавшего несколько лет назад. Есть теория, что он сбежал в Барселону.

– Квинси Кармайкл, – мгновенно сказала Елена.

Теперь я опешила ещё сильнее.

– Вы его помните?

– Я помню, что мы искали его. Ситуация была нетипичной. Тони попросил меня высматривать любых английских гремлинов, которые очутились на испанской территории. Могу заверить вас, что если этот и добрался до Испании, то нам он не показывался. Ни тогда, ни в последующие годы.

– Это было давно. Я удивлена, что вы так чётко помните это.

Елена помедлила.

– Я помню, потому что уже была знакома с ним. Прежде чем я стала главой вампиров здесь, я пару раз пользовалась услугами Квинси, когда приезжала в Лондон.

Я выпрямилась.

– Его услугами?

– Агентство знакомств, – Елена казалась печальной. – Такого не существовало в Испании, и полезно было встретиться со сверхами-единомышленниками, пока я путешествовала, – её голос зазвучал более осторожно. – Благодаря Квинси, я встречалась с вашим Лордом Хорватом. Он определённо был одним из более… подходящих мужчин среди клиентов Квинси. Я наслаждалась его компанией.

– Вы ходили на свидание с Лукасом?

Она снова рассмеялась.

– Я не удивлена, что он вам не говорил. Пусть мы приятно провели время вместе, это никогда не было чем-то серьёзным. Я всегда знала, что он ждёт свою alma gemela. Я счастлива, что он вас нашёл.

– Alma gemela?

– Его родственную душу, его половинку, – просто ответила она.

Я проглотила внезапный ком в горле. О. Растерявшись, я провела ладонью по волосам, и мои пальцы застряли в спутавшейся пряди. Я потянулась к расчёске, чтобы расчесать это место – и несомненно, в процессе потерять ещё больше волос – но расчёски не оказалось там, где я её оставила. Должно быть, Лиза снова прибиралась. Я машинально открыла ящик стола, чтобы поискать её.

– Я скажу вам то же, что я сказала тогда Тони, – продолжала Елена. – У Квинси было много любовей, но его величайшей любовью был Лондон. Он бы никогда не уехал, ни за что. Я в этом уверена. Я также уверена, что его нет в Испании.

Интересно. Я закрыла ящик стола с большей силой, чем намеревалась.

– Примерно одновременно с его исчезновением произошло два местных убийства, – сказала я. – Были убиты вампир и оборотень. Мне сказали, что Квинси был знаком с одним из них. У вас есть причины полагать, что он может быть замешан в их гибели?

Она ответила мгновенно.

– Квинси Кармайкл бывал разным с разными людьми, детектив, но он никогда не был агрессивным. Квинси не был таким.

Я горячо поблагодарила её за уделённое время.

– Никаких проблем. Но в ответ я попрошу об одном.

– О чём именно?

– Пришлите мне приглашение на вашу свадьбу, когда Лукас сделает предложение. Я бы не отказалась от повода вновь посетить Лондон.

На это я мало что могла ответить. Каким-то образом я выдавила вежливый ответ и как можно быстрее повесила трубку.

Я откинулась на спинку стула и пальцами расчесала спутанные пряди в волосах.

– Видишь ли, в чём дело, Горошинка, – сказала я вслух, – не считая платежа за билет на автобус, нет вообще никаких свидетельств, что Квинси отправился в Испанию. Если кто-то навредил ему или убил его и хотел скрыть убийство, то хитрым ходом было бы создать иллюзию, что он скрылся по собственному желанию. Этот билет мог купить кто-то другой.

Я потянулась к папке, чтобы проверить банковскую выписку со счёта Квинси. Тони выделил жёлтым операцию по покупке билета, и я посмотрела на дату. Последний раз, когда кто-то видел Квинси во плоти, был в воскресенье перед его исчезновением – он пришёл на семейный обед, который упоминал Филеас. Билет он купил в понедельник после обеда, а уехать должен был на следующий день.

Я посмотрела на даты, затем включила компьютер и сделала быстрый поиск в гугле. Хмм. Двойное убийство Саймона Карра и вампира произошло вечером субботы. Если два этих события произошли в одни выходные, это ещё не означало, что они связаны, и всё же я не могла отделаться от ощущения, что связь есть.

Глава 9

Когда я наконец-то отправилась на кладбище, уже похолодало. По мере приближения назначенного часа неизбежного рока, секунды и минуты начали растягиваться, и даже более глубокое расследование жизни Квинси перестало меня отвлекать. Когда я поймала себя на том, что в миллионный раз смотрю на часы, я сдалась и надела пальто. Я приеду рано, но это позволит мне успокоиться перед приездом Лукаса. Пора покончить с худшим и двигаться дальше.

Пусть кладбище находилось в пешей доступности, я села за руль Таллулы; наличие её под рукой позволит быстро уехать, если возникнет такая возможность. К моему удивлению, я нашла свободное парковочное место почти прямо перед воротами. Я заглушила двигатель и приготовилась открыть дверцу. В этот момент радио само включилось.

– Любовь требует времени, – пропела певица, – и терпения, но я знаю, что ты мооооооййй…

Я нахмурилась и выключила радио. Оно тут же само включилось обратно.

– Я знаю, ты простишь меняяяя….

Я зашипела и снова выключила его.

– Таллула, – предостерегла я. – Прекрати.

Радио затрещало и снова запело:

– Ты моооййййй!

Я открыла дверцу. Если Таллула хотела сидеть тут одна и слушать сопливые песни о любви, пусть слушает. Я не обязана сидеть тут и слышать вместе с ней. Я оставила её на прежнем месте, и пусть песня всё ещё была слышна через окна машины, я вошла в железные ворота.

Прошли месяцы с тех пор, как я бывала здесь в последний раз. Время от времени я проведывала преподобного Найта, отчасти ради поддержания мира между ним и его соседями-сверхами, отчасти потому, что он мне искренне нравился. Однако в последнее время я его избегала, понимая, что он дружит с Лукасом так же, как и со мной, и любой разговор наверняка будет включать вопросы о наших отношениях, заданные из лучших побуждений, но всё равно причиняющие боль.

Ну, хотя бы в такой поздний час Найт наверняка уже устроился в постельке с хорошей книгой. Я не хотела прятаться за надгробьями, как идиотка, чтобы избежать неловких (пусть и данных с наилучшими побуждениями) советов. Я должна быть взрослым человеком, а не маленьким ребёнком, боящимся пары осуждающих слов.

Дыша глубоко, чтобы сохранять спокойствие, я подошла к могиле, где меня когда-то убили, и где всё это началось. Лёгкий завиток тумана вился вокруг надгробья, создавая зловещую атмосферу; классический приём в духе фильма ужасов, где главный герой вот-вот в последний раз столкнётся с коварным злодеем, чтобы всех спасти… вот только Лукас был героем, а не злодеем. Я сунула руки в карманы и гадала, кем тогда получаюсь я сама.

– Привет, Лукас, – пробормотала я вслух. – Рада тебя видеть. Просто хотела сообщить тебе, что причина, по которой я не приняла твоё предложение и сбежала – это то, что теперь я тот самый монстр, которых ты ненавидишь. О, и ещё я ношу твоего ребёнка. Сюрприз!

Единственным ответом было хрипение радио Таллулы, которое продолжало играть. Я сверилась с часами. Без четверти десять. Он скоро будет здесь, и я смогу покончить с этим. Я болезненно вздохнула, а потом меня омыла волна головокружения.

«Нет. Не сейчас. Пожалуйста, не сейчас».

Сильный запах горения заполнил мои ноздри. Это что-то новенькое – видения, которые я испытывала до сих пор, не включали предзнаменований через ароматы. В моей голове промелькнул образ пламени, я услышала отдалённые крики. Мгновение спустя я увидела извивающееся тело, махавшее руками и ногами, пока огонь охватывал его.

Слова начали слетать с моих губ:

– Десять. Одиннадцать. Топливо будет подлито в мой огонь, – как только я договорила, в мозгу появилась картинка резной вывески. Адвокатская контора Кармайкл.

Мгновение спустя я уже согнулась пополам и блевала на могилу у моих ног.

Я давилась и отплёвывалась, обхватив себя руками, пока ощущения не прошли. Десять, одиннадцать. Мои внутренности похолодели. Что, если это время, в которое произойдёт инцидент? Что, если до него считанные минуты?

Я сплюнула на землю. Я не могла ждать Лукаса здесь. Я должна как можно быстрее добраться до офиса Филеаса Кармайкла. Ещё есть шанс, что я смогу это остановить.

– Прости, – прошептала я в ночь. Лукас подумает, что я в последний момент пошла на попятную и опять сбежала, но я не могла игнорировать увиденное.

Резко развернувшись, я побежала по безмолвному кладбищу обратно к Таллуле. Я бросилась внутрь и повернула ключ, чтобы завести её двигатель. Она зачихала, отказываясь оживать, и я стукнула кулаком по приборной панели.

– Не сейчас, Таллула! На кону стоит минимум одна жизнь!

Я снова повернула ключ. На протяжении одной долгой секунды ничего не происходило, затем её двигатель взревел. Слава богу. Я тронула её с места, ударила по педали газа и поехала. Я уже бывала в офисе гремлина, так что знала, куда ехать. Я могла добраться туда меньше чем за десять минут. Я могла это сделать.

Рванув вперед, затем резко повернув налево, я потянулась к телефону, не сводя глаз с дороги.

– Сообщение Лукасу! – проорала я гаджету.

Телефон пиликнул.

– Сообщение Лукасу, – ответил автоматический голос. – Что вы хотите сказать?

Тут из ниоткуда появилось такси, вильнувшее в мою сторону. Я едва избежала столкновения, свернув правее, а таксист засигналил. Я громко выругалась.

– Иди нах*й, – повторил телефон. – Вы это сообщение желаете отправить?

– Нет! – заорала я. Заскрежетала зубами и попробовала ещё раз. – Сообщение Лукасу!

– Сообщение Брукерсу, – сказал телефон. – Что вы хотите сказать?

Брукерс был моим чёртовым стоматологом.

– Нет! Не Брукерсу! – я выкрутила руль Таллулы и пролетела через светофор на следующем перекрёстке за доли секунды до того, как он переключился на красный. Улица, на которой находился офис Кармайкла, находилась прямо впереди.

– Ну же, – бормотала я. – НУ ЖЕ, – когда Таллула подчинилась и рванула вперёд, я ещё раз попробовала с телефоном. – Сообщение Лукасу.

– Можете повторить?

– Сообщение Лукасу.

– Я не расслышала.

Я подавила желание вышвырнуть чёртов телефон из окна машины и остановилась перед входом в офис. Я схватила арбалет с заднего сиденья и выскочила. С сообщением Лукасу придётся подождать.

Моё видение не дало мне толковых подсказок о том, кем будет жертва поджога, но я не нуждалась в своих способностях Кассандры, чтобы знать, на кого нацелились. Я уже знала, у кого проблемы; естественно, я знала. И слова, которые у меня вырвались, звучали как «топливо в МОЙ огонь». Пророчество было связано со мной.

Внутри здания горел свет. Через стекло в двери я никого не видела, но кто-то должен быть там. Я подёргала ручку, но офис был заперт, так что я сделала шаг назад и поискала кнопку интеркома. Я крепко давила на неё, пока не услышала сигнал внутри.

Никто не ответил. Я сверилась с часами: уже пять минут одиннадцатого. Внутри меня всё бушевало. Если я правильно трактовала своё видение, оставалось всего шесть минут.

Я прижала ладони ко лбу и попыталась вспомнить, что я видела. Какие детали я упустила? Я снова подёргала дверь, громко постучала, нажала на звонок. Не появилось никаких теней, слабый свет в кабинете Кармайкла не мигал.

Паника никому не поможет. Втянув большой вдох воздуха в лёгкие, я сделала шаг назад и потянулась в Таллулу за телефоном. На сей раз меня соединили за считанные секунды.

– Это детектив-констебль Беллами. Я на Баррон-стрит. У меня есть основания полагать, что внутри вот-вот будет совершено преступление, и есть реальная угроза жизни. Я ломаю дверь, чтобы войти внутрь, и запрашиваю немедленное подкрепление, – ответ оператора был быстрым и заверяющим, когда я назвала своё точное местоположение.

Я пошла обратно к двери, собралась с силами и выбила её одним быстрым движением, разбив двойное стекло и аккуратно выгравированные на нём буквы, описывающие услуги Кармайкла. Спустя мгновение я оказалась внутри.

Я никого не видела. Я осмотрелась, заметив закрытую дверь передо мной и яркую полоску света под ней. Я решительно двинулась туда, игнорируя хруст разбитого стекла под ногами, но дверь распахнулась до того, как я протянула руку, и на меня бросился тёмный силуэт. Я заметила бейсбольную биту и пригнулась, затем подняла арбалет и прицелилась перед собой.

– Полиция! Не двигаться!

Филеас Кармайкл уже поднимал биту во второй раз. Когда он увидел моё лицо, его челюсть изумлённо отвисла.

– Вы что тут делаете, бл*дь? – выплюнул он. – Вы только что разбили мою проклятую дверь?

– Где он? Где Алан Кобейн?

На лице Кармайкла промелькнуло шокированное осознание.

– Я говорил ему, что вас не получится раздразнить, чтобы вы к нему приблизились, – сказал он. – Видимо, я ошибался.

– Филеас! Кобейн в опасности! Где он, бл*дь? – гремлин непонимающе склонил голову набок. – Где он? – рыкнула я.

Сомневаюсь, что он сказал бы мне, если бы не услышал вой сирен, направляющихся в нашу сторону. Тогда он, похоже, понял, что я говорю правду.

– Я держу квартиру через дорогу, для клиентов, которые в этом нуждаются, – ответил он. – Алан Кобейн там.

Пока он говорил, на его лице отразились отсветы подрагивающих языков пламени поблизости, и я услышала вдалеке крики. Я развернулась и увидела огонь, вырывавшийся из окна третьего этажа в здании напротив… и тенистый силуэт извивающейся фигуры, которая уже была охвачена пламенем.

***

Я сидела на краю тротуара в одеяле, наброшенном на мои плечи, и тупо смотрела в никуда. Что толку от этих чёртовых видений, если я либо сама провоцировала события, либо было слишком поздно, и я ничего не могла поделать?

– Эмма.

Я не подняла взгляд.

– Лукас, – тупо произнесла я. Я задрожала и покрепче закуталась в одеяло. Лукас тут же сел рядом и обнял рукой за плечи, привлекая меня поближе. – Тебе нужно зайти внутрь. Тут ужасно холодно.

Я никуда не хотела идти. Я хотела оставаться здесь.

– Прости, – сказала я. Его рука стиснула меня чуть крепче. – Я была на кладбище, – сказала я. – Я правда ждала тебя там. Но потом я… я услышала об этом и должна была приехать.

– Всё хорошо, – сказал он мне. – Как только я получил звонок насчёт пожара, я знал, что ты будешь здесь. Не беспокойся об этом, Эмма.

Но я должна была беспокоиться, я ничего не могла с собой поделать. Мой взгляд скользнул к Филеасу Кармайклу, который с высоко поднятой головой отвечал на вопросы мрачного полицейского в униформе. Затем я услышала дребезжание колёсиков каталки и напряглась, когда вывозили накрытое, но несомненно обгоревшее тело Алана Кобейна. Мы с Лукасом смотрели, как его укладывают в машину скорой помощи, и оба не произносили ни слова.

К нам приближался стук каблуков. Мне не нужно было поднимать взгляд, чтобы знать, кто подходит к нам, но я невольно посмотрела, проверяя выражение её лица. Детектив Барнс окинула меня бесстрастным взглядом; ни её тёмные глаза, ни её нейтральное лицо не выдавали подсказок о том, что она могла думать.

– Что ж, – сказала она отрывистым, деловитым тоном, – на один вопрос вскоре будет дан ответ. Через двенадцать часов мы узнаем, является ли Алан Кобейн фениксом.

Я сильно подозревала, что Алан Кобейн просто мёртв. Я должна была спасти его; я должна была понять, что вывеску офиса Кармайкла в своём пророческом видении я увидела под углом. Так её видел бы Кобейн – или его убийца – из окна квартиры за секунды до того, как вспыхнул пожар.

Лукас рядом со мной хрюкнул.

– Он не воскреснет, детектив Барнс, и вы это знаете.

Барнс покосилась на него, затем на меня.

– Мне нужно поговорить с вами наедине, детектив Беллами.

Моё нутро сжалось. Я знала, что будет дальше.

Лукас не сдвинулся ни на дюйм.

– Я никуда не пойду.

Барнс ничего не говорила, просто ждала. Я вздохнула.

– Всё хорошо, Лукас. Дай нам пять минут.

Я знала, что он хочет поспорить, но я также знала, что он не сделает это перед Барнс.

– Ты уверена? – хрипло спросил он.

Я слегка улыбнулась и дотронулась до его руки.

– Уверена. Это не займёт много времени.

На его щеке подёргивался мускул, пока он смотрел на меня, затем неохотно кивнул и встал. Он отошёл на другую сторону улицы, чтобы дать нам уединение. Провожая его взглядом, я понимала, что его острый вампирский слух позволит ему всё равно услышать всё, что скажет Барнс. Я гадала, понимала ли это она сама.

– Ну и катавасия, – Барнс покачала головой, села рядом со мной и запустила руку в карман, чтобы достать пакетик мятных конфеток. Она предложила мне одну, но я покачала головой. Она закинула себе в рот конфетку и начала медленно жевать. – Адвокат говорит, что ты выбила его дверь до того, как пожар стал очевидным.

Понеслось.

– Да, – сказала я. Я не собиралась это отрицать.

– Откуда ты знала, что Кобейн в опасности?

Я отвела взгляд от Барнс и взглянула на Лукаса. Он слегка склонил голову набок, а когда к нему подошёл серьёзный с виду вампир, он отмахнулся. Затем его сверкнувшие глаза встретились с моими. Лукас даже не притворялся, что не подслушивает. Но это не единственная причина, по которой я внезапно соврала.

– Я получила наводку.

Барнс вскинула брови.

– Откуда?

– Анонимный источник.

– Понятно. Как с тобой связались?

– Телефон. Голос не узнала.

– Мужчина? Женщина?

Я только начала, а уже увязала в трясине паршивой лжи.

– Автоматизированный голос, – пробормотала я. – Сгенерированный компьютером. Мог быть и мужчина, и женщина.

– И где ты была, когда получила звонок?

Эта часть давалась проще.

– Я была на кладбище у церкви Святого Эрбина. В Сохо. Я должна была встретиться там с Лукасом в десять часов.

– Ты встретилась там с ним? Он может это подтвердить?

– Нет. Я приехала рано, и он ещё не прибыл.

– Кто-то видел тебя там?

Мои плечи слегка опустились.

– Нет.

Барнс поморщилась.

– Ты понимаешь, почему я задаю эти вопросы.

– Понимаю.

– И ты понимаешь, что должно случиться дальше.

Я кивнула.

– Я не убивала Алана Кобейна.

Она подняла ладони.

– Прибереги это для официальных показаний, – она бросила на меня выразительный взгляд.

Я вздохнула, достала своё удостоверение и отдала ей, а следом и арбалет.

– Мне также понадобится твой телефон, чтобы подтвердить поступление этой наводки, – сказала Барнс.

Чёрт. Эту часть я не продумала как следует. Из меня получился бы ужасный преступник.

– Ээ…

– Проблемы, детектив Беллами?

Я передала свой телефон и попыталась объяснить.

– Наводка поступила не на этот телефон.

Барнс даже бровью не повела.

– Тогда на какой?

Я посмотрела ей в глаза.

– Сейчас я не могу этого объяснить.

– Ох божечки.

Действительно.

Барнс встала и отряхнулась.

– Нам надо оставить это для непосредственного допроса. А пока что, детектив-констебль Беллами, вы отстранены от своих обязанностей, пока продолжается расследование смерти Алана Кобейна.

– Хорошо, – я взглянула ей в лицо, гадая, действительно ли она верит, что я могла его убить, но я не озвучила этот вопрос. Она бы не ответила. Кроме того, мы обе знали, что при определённых обстоятельствах любой человек способен на что угодно.