Текст книги "Прах фортуны (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

– Квинс серьёзно относился к конфиденциальности, – сказал Кеннеди.

– Её убили!

– Может, он и сказал бы вам всем, что она была его клиенткой, – тихо сказал Кеннеди. – Но он не успел, потому что сам пропал.

В этот раз мы все переглянулись меж собой.

Глава 22

Мы прошлись с Кеннеди до ближайшего паба. Как только тот показался в поле зрения, он буквально бегом понёсся внутрь, отчаянно желая и выпить, и убраться от нас подальше. Всё это время я провожала его взглядом и бормотала:

– Я нутром знала, что между Квинси Кармайклом и тем двойным убийством есть связь. Я знала это и не уделила этому достаточного внимания.

– На нас лежит куда более серьёзная вина, чем на тебе, – сказал Лукас.

– На мне ничего не лежит! – перебила Баффи. – Мне было двенадцать лет, когда произошло всё это дерьмо. Едва ли это моя вина!

– Я имел в виду, что вина лежит на всём сообществе сверхов, – сказал Лукас. – Все занимались убийствами Саймона и Адель – волки и вампы, не говоря уж о многих других. Я не помню, чтобы всплывало что-то про агентство знакомств, а я пересматривал досье. Можешь сама взглянуть на них. Там ничего про это нет, – его губы поджались. – Но должно было быть.

Баффи скрестила руки на груди.

– Всё равно это не моя вина.

– Кэндис, – сказала я Лукасу, игнорируя её дующуюся гримасу. – Вампирша, которая какое-то время была девушкой Квинси. Ты собирался попросить её поговорить с Грейсом и Фредом.

Он кивнул в знак согласия.

– Я связался с ней, но не думаю, что ей удалось пообщаться с ними до аварии. Я сейчас же найду её и узнаю, что она может сказать. Может, она что-то помнит про агентство Квинси.

Я взглянула на Баффи, которая по-прежнему сохраняла выражение ершистого подростка.

– Можешь поговорить с кланом Карр? Узнать, не был ли кто знаком с Саймоном Карром в те годы и не припоминает ли он, был ли Саймон клиентом?

– Меня не интересует Саймон Карр. Меня даже не интересует Квинси Кармайкл, – её голос повышался. – Меня интересует то, кто навредил моему Фредди!

Я дотронулась до тыльной стороны её руки, стараясь успокоить.

– Это наверняка один и тот же преступник. Если мы сможем найти убийцу тринадцатилетней давности, мы сумеем найти ублюдка, который сжёг Отряд Сверхов и пытался убить Фреда и Грейса.

– И свалил на тебя обвинение в убийстве, – мрачно прорычал Лукас.

Я кивнула.

– И это тоже.

Баффи фыркнула.

– А вы что будете делать, пока мы выполняем грязную работу?

– Я тоже займусь грязной работой, – ответила я, не поведя бровью. – Я пойду на улицы и узнаю всё, что только получится узнать о Квинси Кармайкле.

Я сверилась с часами. Стрелки давно перевалили за обеденное время, и часы медленно, но верно утекали. Как только анализ ДНК тех прядей будет готов, я могу оказаться за решёткой. Пока я свободна, я буду бороться… но время определённо поджимало.

Что ж, хотя бы у нас имелись зацепки.

***

Несмотря на мой едкий ответ Баффи, я лишь смутно представляла, с чего начать. Я хотела узнать больше о Квинси Кармайкле, потому что была уверена, что ответ на все вопросы скрывался в нём, но прошло тринадцать лет с тех пор, как он бродил по улицам Лондона. След не просто остыл, он уже замёрз. Хорошо, что мне нравились трудные задачи.

Я пошла на Дорсет-стрит. Насколько я помнила по теперь уже уничтоженному досье, Квинси держал там офис, которым пользовался при ведении всех своих провальных бизнесов. Это хорошая локация, расположенная между Сохо и Лиссон Гроув, близко к анклавам, в которых часто собирались сообщества вроде пикси и гоблинов.

Я нашла парковочное место в конце улицы и пошла пешком, замечая маленькие заведения и магазины, по-прежнему усеивавшие улицу. На ходу я чувствовала, как некоторые люди смотрели на меня с бесстыжим любопытством, и от их взглядов мою кожу покалывало. Да. Ходячая покойница. Опозоренный детектив. Надвигающаяся катастрофа. Это всё я.

Я как раз миновала крохотный магазинчик электро-товаров, когда заметила группу подростков, хохотавших на остановке на противоположной стороне дороги. Они казались шумными и явно хорошо проводили время, но смех резко оборвался, когда они заметили меня. Я подавила искушение помахать им и двинулась дальше своей дорогой.

Я ушла не так далеко, когда один из них выкрикнул:

– Эй! Детектив!

Я не собиралась отвечать на «Эй!» и в данный момент не могла называть себя детективом. Я продолжила шагать вперёд, гадая, в какой момент всего этого бардака я позволила своим неспокойным эмоциям брать надо мной верх в том, что касалось общения с гражданами.

Я кивнула морщинистой пикси, которая ждала, когда её крохотный джек-рассел закончит обнюхивать фонарный столб… и в этот самый момент почувствовала, как кто-то схватил моё плечо.

Инстинкты взяли верх. Я резко развернулась, сжав руки в кулаки и приготовившись замахнуться на того, кто собирался на меня напасть. Увидев, что один из подростков моргает, весь побелев от страха, я едва успела вовремя остановить удар.

– Подкрадываться к кому-либо – это плохая идея, – прорычала я с бОльшим напором, чем было необходимо.

Мальчик-подросток, который при более внимательном изучении оказался гоблином, поднял ладони и попятился.

– Простите, – сказал он. – Я вас сначала окликнул.

Я сделалась слишком дёрганой, бл*дь; вот что случалось, когда на всё твоё существование и твоих лучших друзей нацелился убийца-ублюдок, решивший тебя уничтожить.

Я опустила плечи и расслабилась.

– Нет, – сказала я. – Это я прошу прощения. Я не должна была так реагировать.

Я окинула взглядом его долговязое тело. Его кожа ещё не обзавелась тем лучезарным золотистым сиянием, свойственным взрослым гоблинам. Видимо, неважно, к какой разновидности сверхов ты принадлежал; в подростковом возрасте ты всегда страдал от проблем с кожей. На его верхней губе проступил лёгкий пушок, подтверждавший, что он уже на последних стадиях пубертата, а его блестящие глаза казались очень искренними.

Он переступил с ноги на ногу, явно нервничая, особенно после того, как я на него наорала.

– Я просто хотел сказать, что я очень сожалею по поводу ваших друзей, – промямлил он.

Ну блин. Теперь я чувствовала себя ещё паршивее.

– И насчёт здания тоже, – добавил он. – Моя мама работает в банке Талисманик, и она сказала мне, что они открыли фонд, чтобы помочь вам отстроить его. Все вносят свой вклад, не только гоблины.

Старая пикси, чья собака продолжала игнорировать болтовню, тоже вставила словечко.

– Это правда, – сказала она. – Я уже внесла пожертвование, – она похлопала меня по руке. – Мы с вами. И мы все надеемся, что эти два мальчика оправятся.

Я резко осознала, что все люди на улице смотрели на меня не потому, что были в ужасе от того, что я, возможно, наделала, а потому, что они в ужасе от случившегося с Отрядом Сверхов. Горячие слёзы подступили к горлу. Это было неожиданно, совершенно неожиданно.

– Спасибо, – выдавила я. – Спасибо вам обоим. Мне сейчас очень нужно было это услышать.

Щёки юного гоблина залились румянцем. Пикси лишь отрывисто кивнула.

– Вы ищете информацию о Квинси Кармайкле, верно? – спросила она.

Я удивлённо моргнула.

– Да.

Она улыбнулась мне.

– Слухи расходятся, – сказала она и показала в конец улицы. – Он работал в сорок третьем доме. Знаю, вы захотите проверить, что бы я ни сказала, но люди, которые там теперь работают, вообще не знали Квинси. Когда он исчез, туда перебрались сапожники с противоположной стороны улицы. Ещё через несколько лет они опять переехали, потому что потребовалось место побольше.

Молодой гоблин снова заговорил.

– Вам также стоит заглянуть в кафе на углу. Оно принадлежит паре гоблинов, которые обитают тут уже десятки лет. Они тоже знали Квинси Кармайкла – они говорили мне, что он каждый день приходил на обед.

Все эти сведения сэкономят мне бесценное время. Я открыла рот, чтобы снова поблагодарить их, но прежде чем мне это удалось, перед глазами всё исказилось и заплясали чёрные точки. Образы сменялись стремительно, мелькая в мозгу с молниеносной скоростью. Гоблин-подросток. Велосипед. Кошка, перебегающая дорогу. Старый дуб. Тошнотворный удар, эхом отдавшийся в моих ушах, после чего образ мальчика, лежащего на земле и невидящими глазами смотрящего в небо, пока струйка крови стекает по его черепу на потрескавшийся тротуар.

Я пошатнулась в сторону, и меня немедленно стошнило. Мятые комочки банана, пропитавшиеся желчью, разбрызгались у моих ног. Гоблин робко положил ладонь на мою спину.

– Вы в порядке?

Я втянула несколько неглубоких вдохов и подождала, пока пройдёт худшая тошнота. Выпрямившись и посмотрев через дорогу, я заметила велосипед, прикреплённый цепью к фонарному столбу за автобусной остановкой, где ждали друзья гоблина. Это был велик из моего видения.

Я резко развернулась и посмотрела ему в глаза.

– Послушай меня. Это важно, – я показала на велик. – Ты никогда, никогда не сядешь на эту штуку, если на тебе нет шлема.

Он сделал шаг назад, явно сбитый с толку моей публичной рвотой и резкой сменой темы.

– Как… – пролепетал он. – Как вы узнали, что это мой велик?

Я не сводила глаз с его лица.

– Ты меня слышал? Ты никогда не будешь садиться на велик без шлема. Вообще никогда.

Молодой гоблин, похоже, думал, что я его отчитываю.

– Обычно я ношу шлем, – сказал он. – Просто в этот раз забыл, – его взгляд сместился. – Ладно, возможно, я забывал несколько раз. Мама вечно мне напоминает, но… – он умолк и пожал плечами.

Я погрозила пальцем перед его лицом.

– Откати этот велик домой вручную и больше не садись на него, пока не наденешь шлем на голову. И ты больше никогда не будешь про него забывать, – я сердито уставилась на него. – Пообещай мне.

Он облизнул губы.

– Обещаю.

– Я серьёзно, – сказала я. – Если узнаю, что ты его не надевал, тогда…

Он попятился подальше.

– Я буду его носить, – он взглянул на своих друзей. – Мне пора. Автобус вот-вот придет. Я не сяду на велик, когда вернусь. Правда.

– Хорошо.

Он бросил на меня ещё один встревоженный взгляд, затем побежал через дорогу, даже не посмотрев, есть ли машины. Я заскрежетала зубами.

Пикси, чей опыт явно говорил ей о большем, чем я хотела бы сообщать, бросила на меня задумчивый взгляд и одобрительно кивнула.

– Мне пора идти по своим делам, милая, – сказала она. – Мы все думаем о вас и ваших друзьях, – она потянула за поводок собаки, и они обе ушли как раз в тот момент, когда приехал автобус, и гоблин со своими друзьями забрался в него.

Я посмотрела на велик у фонаря. Я могла бы подойти и забрать его, оставив паренька без средства передвижения и связанной с ним опасности, но у него может иметься ещё один дома, или он может одолжить велик друга. Он может понять, что это я забрала велик, и из вредности поехать без шлема. Забрать у него велик – это не решение проблемы, но вот указание, которое я ему дала, может помочь.

Я полезла в сумку, нашла старый чек и огрызок карандаша с прилипшими к нему соринками. Идеально. Я нацарапала записку. «Не ездить без шлема. Я буду следить!» Затем прошла через дорогу, прикрепила записку к рулю, где он точно увидит, и удовлетворённо кивнула.

Барбер был уверен, что я помогла женщине-экскурсоводу, которая подверглась нападению. Мне придётся молиться, чтобы моей записки оказалось достаточно, чтобы помочь гоблину, и что мои видения не были проблесками неминуемого будущего.

Глава 23

Старая пикси была абсолютно права насчёт помещения, которое раньше вмещало в себя бизнесы Квинси; владельцы подарочного магазина, который теперь там работал, практически не слышали о нём. Я провела там менее трёх минут. Старомодные сапожники оказались более полезными; во-первых, они были соседями Квинси до того, как переехали в его магазин… и они также были гремлинами.

– Я бы не сказал, что мы были близкими друзьями, – сказал мне владелец, Реджинальд Дули. – Но я достаточно хорошо его знал. Он был вежливым и учтивым, даже в худшие свои моменты. Он всегда казался мне таким парнем, который продаст тебе слегка побитые яблоки с чужой яблони, но при этом поможет тебе донести эти яблоки домой и даже почистит их от кожуры. Он был неплохим парнем. Я всегда гадал, что с ним случилось.

Я взяла с прилавка старый, обшарпанный ботинок и отрешённо осмотрела его, после чего вернула на место.

– Когда он управлял агентством знакомств, вы видели многих его клиентов?

– Нескольких. Я думал, что у него мало клиентов, но моя жена сказала, что большинство из них приходило поздно вечером, когда уже темнело, – он поджал губы. – Наверное, они немного стеснялись пользоваться агентством знакомств. Не знаю, почему. Сейчас это вполне нормально.

Беатрис, жена Реджинальда, подняла взгляд от кожи, с которой она работала.

– Многие люди, которые пользовались тем агентством, искали нечто необычное, – сказала она осуждающим тоном. – Противоестественные пары, всё такое.

Реджинальд содрогнулся, но я уцепилась за её комментарий.

– Противоестественные?

– Ну знаете, – она нахмурилась. – Отношения между разными видами.

Такое до сих пор считалось относительно необычным, но я готова была поспорить, что всегда были пары, которые находили любовь за пределами своего биологического вида. Роберт, бета-волк Салливанов, был женат на пикси и продолжал всем сердцем любить её ещё долго после их развода. Я знала много других пар, которые долго состояли в так называемых смешанных браках и были очень счастливы. Чёрт, да посмотрите на меня и Лукаса. И всё же всегда будут люди, которые зацикливаются на различиях и находят в этом минусы.

Реджинальд наградил жену убийственным взглядом и громко кашлянул в очень выразительной манере. Она сердито посмотрела на него, потом выражение её лица изменилось, а глаза широко распахнулись.

– О! Подождите, я говорила не о вас! У меня никаких претензий к вашим отношениям с Лордом Хорватом. У меня никаких претензий к любым смешанным отношениям между сверхами, – она покачала головой. – Чего я не могу понять, так это когда человек и сверх вступают в отношения. Для меня это не имеет смысла. Мы слишком разные.

Мне казалось, что Баффи может возразить против этого, учитывая её внезапное, но как будто весьма глубинное обожание Фреда.

– Агентство знакомств Квинси Кармайкла работало и с людьми? – спросила я.

– О да, – Беатрис рьяно закивала. – Со многими, – она передёрнулась. – Это пи**ец как странно, если хотите знать моё мнение. Люди неизменно слабые и неизменно осуждающие.

Вот кто бы говорил. Если у Квинси Кармайкла имелись человеческие клиенты, это значительно усложнит расследование. Это не только делало круг подозреваемых в разы шире, но и выследить их будет практически невозможно, не имея данных о клиентской базе.

Я задала ещё пару вопросов, после чего поблагодарила их за уделённое время.

– Что угодно, чтобы помочь Отряду Сверхов, – сказал Реджинальд таким тоном, который ясно говорил об его искренности.

Беатрис согласилась с ним.

– Мы очень рады помочь. Всё, что вам нужно.

Я улыбнулась им, затем снова взглянула на старый ботинок перед Реджинальдом.

– На самом деле, – внезапно произнесла я, – возможно, вы сумеете помочь ещё кое с чем.

***

Закончив у сапожников, я направилась в кафе. Интерьер выглядел обшарпанным, краска облезала, на вывеске не хватало нескольких букв, но внутри было тепло и гостеприимно. Декор идеально вписался бы в 70-е годы, и всё же теперь он как будто вернулся в моду, так что в кафе царила комфортная богемная атмосфера. Я могла себе представить, почему кто-либо захотел бы каждый день приходить сюда на обед. При других обстоятельствах я бы тоже испытывала соблазн устроиться в дальнем уголке, целый день заказывать гигантские кружки горячего шоколада и просто смотреть, как мир проносится мимо.

Я сделала мысленную пометку привести сюда Лукаса, если мы когда-нибудь сумеем выпутаться из этой трясины. Я была уверена, что ему тут понравится. Более того, я со вспышкой осторожного восторга осознала, что в том уголке полно места и для коляски. Затем я вспомнила, что возможно, придётся рожать в тюрьме, и тут же посерьёзнела.

– Ох, да, – сказал владелец кафе, вытирая руки о фартук после выхода с маленькой кухни. – Квинси Кармайкл постоянно тут бывал. Он не очень любил здоровое питание. Обычно заказывал наши большие полные английские завтраки. Какими бы хорошими они ни были, всё же не стоит есть их каждый день, но он их любил. Никак не мог насытиться нашими драниками.

– Вы много с ним разговаривали? – спросила я.

– Мы общались, но ничего серьёзного. Я удивился, когда он исчез, но я ни на секунду не подумал, что он убил ту пару. Ну, знаете, волка и вампиршу, которые были убиты в то же время. Он не из таких.

Да любой мог убить. Нужны лишь правильные – точнее, неправильные – обстоятельства, сложившиеся в неправильное время. У каждого из нас имелся лимит, при пересечении которого мы могли перейти к агрессивным действиям. К счастью, большинство из нас никогда не достигало этого лимита… но лимиты некоторых людей были намного ниже, чем у других. И всё же я улыбнулась владельцу кафе. Никому не нужно выслушивать мой цинизм, и уж точно не этому приятелю. И не существовало ни единого шанса, что Квинси убил Саймона Карра или Адель Каннингем.

– Квинси приходил сюда один? – спросила я. – Или он приводил с собой людей?

Мужчина нахмурился.

– Хмм. Обычно он был один, но иногда с ним бывал кое-кто.

– Можете припомнить, кто?

– У меня хорошая память на такие вещи, – заверил он меня. – Иногда он бывал здесь с сатиром – Кеннеди, кажется, так его зовут, – владелец поморщился. – Обычно у него при себе имелась фляжка, которую он украдкой доставал, когда думал, что я не смотрю. Время от времени бывала парочка гремлинов – тот адвокат, – имелся в виду Филеас, – и женщина, которая, кажется, была матерью Квинси. И ещё несколько раз был человеческий мужчина.

Я слегка расправила плечи. Это что-то новенькое.

– Вы помните имя человеческого мужчины?

Владелец кафе покачал головой.

– Боюсь, что нет. Не думаю, что нас представляли друг другу, и я даже не уверен, что узнал бы его лицо, если бы увидел вновь. Это было давно, и моя хорошая память не распространяется на людей.

Даже если бы его память была превосходной, я бы понятия не имела, кто этот человек. И у меня не было фотографий, которые можно было бы показать мужчине. И вообще ничто не связывало этого неизвестного мужчину с убийствами.

– Но я помню, что он одевался странно.

Я нахмурилась.

– Человек?

– Ага. Вечно выглядел так, будто вышел с коктейльной вечеринки столетней давности, – он дотронулся до своей головы. – Большая шляпа. Пафосный пиджак, который иногда надевают на свадьбы.

Цилиндр и фалды фрака. По моему телу пробежала нервная дрожь, пока я впитывала эту информацию.

– Окей, – сказала я наконец. – Благодарю за уделённое время.

Он улыбнулся мне.

– Вот, – сказал он. – Возьмите кусок шоколадного торта. За счёт заведения. Для Отряда Сверхов что угодно, в любое время.

Я очень крепко поджала губы, полезла в карман, достала кошелёк и нашла банкноту в пять фунтов. Я оставила деньги на прилавке, а владелец кафе бросил на меня удивлённый взгляд и одобрительно кивнул. У меня ещё оставались какие-то стандарты. Затем я взяла предложенный кусок торта.

Мой телефон зазвонил, когда я вышла на улицы. Я достала его из кармана и узнала номер Лауры. Я ответила на звонок, уминая торт и шагая к небольшой парковке, на которой оставила Таллулу.

– Привет, как ты? – спросила она. Её голос дрогнул. – Я слышала, что случилось с Фредом и Оуэном, и со зданием Отряда Сверхов.

– Я в порядке, – заверила я её. – Но они в плохом состоянии. Прости, что я не выходила на связь, Лаура. Я пытаюсь выяснить, кто стоит за всем этим дерьмом.

– Ты не обязана извиняться передо мной, – сказала она. – Я просто хотела убедиться, что ты в порядке.

– Тогда я в порядке.

– Хорошо, – она как будто испытала облегчение, но я чувствовала, что ей есть что сказать помимо этого. – Я рада, что ты прислала мне номер ранее.

Я перестала есть и замедлила свои шаги. У Лауры имелись новости, и у меня зарождалось подозрение, что мне не понравится то, что она скажет.

– Продолжай.

– Во-первых, я слышала, что это ты нашла тело в колодце.

– Ага, – я не удивилась, что тело отправилось к Лауре (в последние месяцы она стала той, кто разбирался со смертями, связанными со сверхами), но я удивилась, что его достали так быстро. Смерть не была свежей, так что она не стала бы приоритетной, к тому же для извлечения останков из колодца должны были потребоваться внушительные усилия и оборудование.

– Я провела лишь предварительный осмотр, но могу подтвердить, что кости определённо принадлежат гремлину.

Я вздохнула.

– Я так и думала.

– Мы связываемся с сообществом гремлинов. Я с радостью проведу полное вскрытие, если они этого пожелают, но они могут запросить, чтобы мы передали останки им.

Я искренне надеялась, что они выберут первый вариант, но решать не мне.

– У тебя есть представления о том, как он умер?

– Я знала, что ты задашь мне этот вопрос.

– Я не ищу точного ответа. Сгодится и твоя лучшая догадка, – я задержала дыхание, надеясь, что у неё есть что-то.

– На рёбрах есть некоторые засечки, которые слишком ровные, чтобы их оставили грызуны, глодавшие кости. Я не знаю, смогу ли когда-нибудь сказать об этом с уверенностью, но такие отметины могли остаться от ножевых ранений.

Адель и Саймона тоже пырнули ножом, как и экскурсовода на Бейкер-стрит. Это наверняка совпадение, не более, но это подкрепило моё растущее убеждение, что убийства связаны.

– Спасибо, – сказала я с благодарностью.

– Это ещё не всё, – продолжила Лаура. – Я не знаю, будет ли это хорошими новостями или плохими.

Я сглотнула.

– Выкладывай.

– Анализ ДНК в волосах, найденных на месте убийства Кобейна, проводится ускоренно. Я ожидаю результаты завтра к полудню.

Значит, оставалось менее 24 часов. Я должна была ожидать худшего и предполагать, что убийца Кобейна заполучил мои волосы, наверняка с пропавшей расчёски, и оставил на месте преступления. Не оставалось сомнений в том, что его огненную гибель пытаются повесить на меня.

Я подумала об открытом окне в Отряде Сверхов. Кто-то мог пробраться внутрь, но они должны быть уверены, что Отряд Сверхов пустует. А присматривать за зданием было бы непросто, учитывая всё остальное, что проворачивал этот ублюдок в последнее время. Я подумала о том, что владелец кафе сказал насчёт загадочного человека в цилиндре и фраке, и неловко переступила с ноги на ногу.

– Эмма? – нерешительно спросила Лаура.

– Спасибо за предупреждение, – сказала я. – Я правда это ценю, – я с силой прикусила губу. – Ты больше не можешь мне звонить.

– Прошу прощения?

Я сделала глубокий вдох.

– Я обещаю тебе, что я не убивала Алана Кобейна. Я не вредила Алану Кобейну… я даже никогда не виделась с Аланом Кобейном. Но кто-то хочет, чтобы весь мир считал меня виновной, но есть вероятность того, что пряди волос совпадут с моим ДНК. У тебя и так будут проблемы из-за общения со мной, не говоря уж о разрешении пожить у тебя.

– Я ни на секунду не думала, что ты его убила, Эмма.

По моим губам пронеслась тень улыбки.

– Но другие так думают. Тебе нужно защитить себя. Прости, что я затащила тебя в этот бардак.

Последовала пауза. Когда Лаура заговорила вновь, в её голосе слышались нотки непокорной заносчивости.

– Я не бездумный робот. У меня есть свои мозги и своя воля. Всё, что я сделала, вся информация, которую я тебе передала – я сама решила сделать это. И наша дружба никогда не была секретом. Я передам своему начальству полный отчет со всем, о чём мы говорили, но я не буду стыдиться знакомства с тобой или помощи тебе.

Лаура не стыдилась, а вот мне следовало. Она заслуживала намного лучшего, её должность заслуживала лучшего – как и моя должность, если честно.

– Ты же знаешь, что мы не можем общаться, пока всё это не разрешится, – сказала я с тяжестью на душе.

Она выругалась себе под нос.

– А оно разрешится?

Я уставилась вдаль. Разрешится, если у меня тут есть право голоса.

Я пробормотала болезненное прощание и повесила трубку, дойдя до Таллулы. Несмотря на мою решительность и поддержку, которую я получала от сообщества сверхов, в центре моей груди жила ноющая боль, которая вовсе не помогала мне.

Я распахнула водительскую дверцу, плюхнулась на сиденье и сделала паузу, чтобы собраться. Затем пристегнулась и завела двигатель Таллулы. Маленькая машинка зачихала, её двигатель слегка затарахтел, но она определённо не взревела к жизни. Я заскрежетала зубами и попробовала ещё раз. На сей раз я даже чихания не получила.

– Сейчас не время, – прорычала я. – Время поджимает. Мы не можем бить баклуши, Таллула.

Всё равно ничего.

Я стиснула руль.

– Таллула, это не ограничивается мной. Фред и Оуэн на пороге смерти, Отряд Сверхов вот-вот прекратит своё существование. Мы обе окажемся на свалке, если не исправим ситуацию.

Я втянула отчаянный вдох, повернула ключ, и снова ничего не произошло. Затем без предупреждения раздался щелчок, и мой ремень безопасности сам по себе отстегнулся. Я посмотрела на бесполезную протяжённость ремня, и моя кровь застыла. Я выпуталась, открыла дверцу и вышла.

Я подняла капот Таллулы и посмотрела на двигатель. Всё выглядело нормально, так что я закрыла капот обратно, обошла, проверила колеса. Колёсные гайки были по-прежнему крепко закручены. Я облизнула губы. Мгновение спустя я опустилась так, что живот почти лёг на асфальт, и посмотрела на дно Таллулы.

Мне потребовалось три секунды, чтобы заметить это.

Тоненькая чёрная коробочка выглядела совсем невинно, если не считать того, что на ней мигала красная точка, и что ей вообще не место под моей машиной. Я протянула к ней руку, затем передумала и отстранилась. Я перекатилась, встала и отряхнулась.

Это весьма реальная и весьма опасная проблема. К счастью, я знала, кто сможет мне с этим помочь.

Глава 24

Я лишь немногие номера телефонов знала на память (мир теперь устроен по другому), но мне и не нужно было копаться в памяти. В моём кармане лежало приглашение на свадьбу года, и я знала, что Скарлетт добавила свой номер телефона.

Отойдя от Таллулы, я осмотрела парковку и гадала, не наблюдают ли за мной из какого-то тёмного окна, выходившего на неё. Многие были тонированными, скрывали всё от любопытных взглядов вроде моего. Я нахмурилась.

Тут было лишь три припаркованные машины, помимо моей, и все пустовали. Я не могла сказать точно, но насколько я помнила, они были здесь, когда я прибыла сюда около часа назад. Я поджала губы, затем открыла приглашение на свадьбу, нашла номер и набрала.

На линии раздался плавный голос Скарлетт.

– Добрый день. Я не узнаю этот номер, и если это спам-звонок, я выслежу вас, вопьюсь своим единственным клыком в ваше горло и выпью досуха. Однако, – продолжала она зловеще любезным тоном, – если я вас знаю, и это звонок по делу, то я рада поболтать.

– Привет, Скарлетт, – сказала я. – Это Эмма.

– Детектив! – похоже, она была искренне рада слышать мой голос. – Как мило с вашей стороны позвонить, и как здорово, что всё между вами и моим Лордом возвращается в норму.

«Норма» – это не то слово, которым я бы сейчас описала свою жизнь, но я оценила её порыв.

– Меня отстранили, Скарлетт. В настоящий момент я не работаю в качестве детектива.

– Я слышала. Мои искренние соболезнования, – я всё равно слышала в её голосе улыбку. – Если хотите, чтобы я угрожала начальнику полиции от вашего лица, скажите только слово.

– Это не очень хорошая идея.

– Никогда не узнаешь, пока не попробуешь, – пропела она.

Внезапно я очень порадовалась, что Скарлетт на моей стороне, а не против меня.

– Всё под контролем, – сказала я, хотя и врала сквозь зубы, но я знала, что она поймёт намёк не лезть в мои дела.

– Как скажете. Вы звоните подтвердить своё присутствие на свадьбе? Или я чем-то могу помочь с Квинси Кармайклом? Я знаю, Лорд Хорват всех нас подключил к этому делу, но если я могу сделать что-то дополнительное, то буду очень рада помочь.

– На самом деле, – сказала я, – мне нужна не ты. Я звоню, потому что хотела бы поговорить с твоим женихом.

– Вы хотите поговорить с Деверо?

– Пожалуйста.

Её тон изменился.

– Зачем?

– Мне не помешали бы его экспертные сведения.

– Дев сейчас соблюдает закон даже лучше, чем вы.

Тут Скарлетт не ошибалась.

– Тут ничего нелегального, и это никак не связано с самим Деверо, – сказала я. – У меня есть проблема, а он может дать мне совет.

– Хмм.

Я не могла винить Скарлетт за сомнения, но мгновение спустя я услышала голос Деверо Вебба.

– Детектив Беллами. Давно не виделись.

– Я не детектив, мистер Вебб. Не в данный момент.

– Вы для меня всегда будете детективом, – он говорил лишь с лёгкими нотками насмешки. Учитывая его прошлое, я не могла винить его в этом.

Вместо того чтобы плясать вокруг да около, я быстро объяснила, что нашла под Таллулой. Как только я упомянула эту штуку, Деверо Вебб посерьёзнел.

– Слишком маленькое, чтобы быть взрывным устройством, – сказал он. – И в любом случае, всем известно, что нет смысла вас взрывать.

– Ага.

– Можете сделать фото устройства и прислать мне?

Я взглянула на маленький телефон, который дал мне Барбер.

– Телефон, которым я пользуюсь на данный момент, не настолько навороченный.

Он цокнул языком.

– Одноразовый, да? Заноза в заднице. Я понимаю, с чем вы имеете дело, – он понимал, потому что был небольшим криминальным лордом. Я сомневалась, что мы оба стремились к близкой дружбе, хотя я считала, что мы питали друг к другу симпатию и уважение.

– Что ж, – продолжал он. – У вас есть два варианта. Должно быть, это какое-то отслеживающее устройство, к тому же дешёвое, судя по описанию. По меркам существующих технологий оно весьма крупное, так что его наверняка прикрепил любитель, а не сотрудники полиции, собирающие против вас разведданные и следящие, чтобы вы не сбежали.

Это принесло мне больше облегчения, чем я хотела бы признавать.

– Хотя, – предостерёг Вебб, – иногда полиция пользуется дешёвыми штуками, когда пытается экономить бюджеты и думает, что это сойдёт им с рук.

Я поморщилась.

– Вариант первый – можете оставить устройство на машине и использовать это против того, кто за вами следит, чтобы сбить его с толку. Обратите всё в свою пользу и следите за ними. Вариант второй – можете сорвать его, и я взгляну на эту штуку. Возможно, я сумею отследить, откуда исходит сигнал. Вы знаете, давно она там?

Хммм.

– Недолго. Тот, кто прикрепил эту штуку, должно быть, проследил за мной досюда и установил её после того, как я припарковалась. Если бы эта штука была там дольше, Таллула дала бы мне знать раньше.

Надо отдать должное, Деверо Вебб никак не прокомментировал тот факт, что моя машина со мной общается.