Текст книги "Легендарный Повар 2 (СИ)"
Автор книги: Гриша Гремлинов
Соавторы: Лев Котляров
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)
Никодим Карлович понимающе кивнул, откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы на объёмистом животе.
– Знакомая история, Винтер. Бюрократия, знаете ли, не терпит спешки. Но я могу чем-то помочь? Или вы пришли просто поболтать?
– Я пришёл с предложением, – сказал я, глядя ему в глаза. – Идея, которая очень выгодна сразу для всех, а особенно для вашей гильдии.
Чиновник приподнял брови, ожидая продолжения. Его рука машинально потянулась к пиале, но остановилась на полпути.
– Вы когда-нибудь задумывались о кулинарном конкурсе? – наконец, сказал я.
Никодим Карлович перестал улыбаться. Его глазки, до этого весело блестевшие, сузились, и он уставился на меня с лёгким недоумением.
– Конкурс? – переспросил он, словно пробуя слово на вкус. – В Бешале? Прямо сейчас? Винтер, вы, конечно, энтузиаст, но… – он всё же взял печенюшку и закинул её в рот, – организация такого мероприятия требует времени. Согласования, бюджет, место, участники… Это не неделя и даже не месяц.
– А я и не говорю, что с нуля всё организовывать, – возразил я спокойно. – Я предлагаю вписаться в уже готовое событие.
Никодим Карлович придвинул к себе чашку с чаем.
– Это вы о чём?
– О ежегодной ярмарке, – сказал я. – Она же уже очень скоро, верно?
Чиновник на мгновение замер, моргнул, а потом хлопнул ладонью по столу так, что подпрыгнула чернильница.
– Через пять дней! Точно! Ярмарка! – его лицо просветлело, но тут же снова омрачилось. – Только, Винтер, вы не хуже меня знаете: всё уже расписано до последнего локтя. Торговые ряды, выступления скоморохов, лотерея… Места для кулинарного конкурса там просто нет. Даже если я захочу – некуда ставить столы. Бургомистр меня съест вместо обеда за такие изменения!
Он вздохнул, покачал головой и уже открыл рот, чтобы продолжить жаловаться на жизнь, но я его опередил.
– А кто говорит про отдельное место? – я подался вперёд, чувствуя, что клюнуло. – Можно устроить показательные выступления на главной площади, в перерывах между скоморохами и лотереей. Несколько столов с жаровнями много места не займут. Зато какой интерес! Люди приходят поглазеть, а тут – повара режут, жарят, запах на всю ярмарку. Торговцы будут в восторге и смогут продать собравшимся ещё больше товара.
Никодим Карлович хмыкнул, но в глазах уже загорелся азарт.
– И сколько же участников, по-вашему, найдётся за короткий срок? Вы и ещё пара смельчаков… Негусто. Мне кажется, вы хотите там десяток поваров собрать. Нет! Максимум, что я могу предложить, это шесть… нет, четыре стола. Всё!
– Я уверен, что повара местной знати захотят поучаствовать, – сказал я с самым невинным видом. – Да и больше четырёх не нужно, а то уважаемые судьи могут блюда последних участников не осилить.
– И вы думаете, они согласятся?
– А иначе зачем конкурс? – я пожал плечами. – Это же настоящий вызов профессионалам. Представьте: у всех одинаковые столы, жаровни и наборы продуктов. И судить их будят уважаемые в Бешале люди. Честно, строго и неподкупно, – я выделил последнее слово голосом. – Победителем станет тот, кто лучше готовит, а не тот, у кого кошелёк толще.
Никодим Карлович перестал смеяться и задумчиво почесал подбородок. Кот посмотрел на чиновника, важно ударил лапой по подлокотнику. Он-то уже точно выиграл и теперь, я уверен, решал, сколько рыбы сможет купить на призовые деньги.
– Строго, говорите? Продукты одинаковые? – чиновник прищурился. – И вы, Винтер, не боитесь, что судьи, скажем так, ошибутся? В вашу пользу или против?
– Боюсь, – честно ответил я. – Однако мне уж больно хочется показать всему Бешалю, как умеют готовить его повара. К тому же никто не отменял дух соперничества, иначе как нам, скромным трудягам плиты и половинка совершенствоваться? К тому же я уверен, что за победу можно будет получить что-то очень приятное. К примеру, право торговать на рынке без дополнительных поручительств. Для гильдии это пустяк, а для города – великое благо.
Давно я так вдохновенно не морочил человеку голову, аж Бекон заслушался, едва не открыв рот. Никодим Карлович явно оценил мою наглость, и сейчас задумчиво жевал третью печеньку подряд. Потом, видимо, ему в голову пришла какая-то мысль. Он проглотил выпечку и стукнул ладонью по столу.
– Ах, Винтер, вы хитрец! – Вурцель картинно погрозил мне пальцем. – Пустяк для гильдии! Как ловко завернул. Ладно, идея, скажем так, хорошая. Я поговорю с бургомистром, сдвину пару торговых палаток, освобожу место для четырёх столов. И если повара откликнутся и действительно будут готовы участвовать, то проведём конкурс во время ярмарки. Это получается, уже через пять дней. Судей я выберу сам, чтобы никто не знал, кто это будет. И не смог их умаслить раньше времени. Вы готовы к такому, Винтер?
– Готов, – ответил я, вставая и протягивая ему руку.
– Мяу, – подтвердил Бекон, запрыгивая мне на плечо.
Никодим Карлович пожал мою ладонь – его рука оказалась крепкой, несмотря на мягкие пальцы.
– Тогда через пять дней встретимся на площади. И, Винтер… – он улыбнулся, и в его глазах заплясали озорные искры, – если вы проиграете, я лично прослежу, чтобы вас наняли в нашу столовую на месяц. Для профилактики и усмирения наглости.
– Буду знать, – сказал я.
Никодим Карлович кивнул и взялся за перо, делая пометки на пергаменте.
– Я сейчас же разошлю поручения, – забормотал он. – Место на площади у бургомистра выторгую, это не вопрос. А вот участников… – он задумался, почесал кончик носа, оставив на нём чернильную полосу. – Участников я сам оповещу, от лица гильдии. Посмотрим, кто будет готов. В любом случае последнее слово будет за мной. Постарайтесь ни с кем из знакомых поваров не общаться, чтобы не было причин не верить им.
Он поднял на меня глаза, и в них не было и тени прежнего добродушия.
– Понял, – кивнул я.
Чиновник выпрямился в кресле, сцепил пальцы на животе, и от его шутовского настроения не осталось и следа. И теперь передо мной сидел человек, который двадцать лет проработал в Гильдии и знал цену каждому своему слову.
– А теперь слушайте меня внимательно, Винтер, – произнёс он, и голос его прозвучал сухо, жёстко, без тени улыбки. – Организацию я беру на себя. Участников, судей, место, продукты – всё определяю я. Ваше дело – явиться в назначенный час, встать за свой стол и готовить. Никаких просьб, никаких «а можно мне другую жаровню», никаких помощников, которых вы могли бы привести с собой. Вам дадут тот же стол, ту же печь и тот же набор продуктов, что и любому другому повару. Я прослежу за этим лично.
Он подался вперёд, и его маленькие глазки впились в меня с неожиданной цепкостью.
– Вы будете участвовать наравне со всеми. Судьи – люди, которых я выберу. И если вы проиграете, – он сделал паузу, и тишина в комнате стала звенящей, – если вы проиграете, Винтер, о вас забудут. Не завтра, не через неделю, а в тот же день. Повар, который не смог подтвердить свой талант перед лицом достойных соперников, – это не повар. Это пустое место.
Он откинулся на спинку кресла, но взгляда не отвёл.
– И вот что самое важное, – продолжил он, разделяя слова, как удары молотка по наковальне. – Даже победа в конкурсе не даст вам права торговать на рынке. Слышите? Не даст. Разрешение на торговлю – это бумага из Ратуши, а для неё нужно поручительство двух уважаемых горожан. Конкурс может принести вам славу, может принести вам уважение, даже деньги. Но он не заменит поручительства. Поняли меня?
Он замолчал. В кабинете стало тихо, только слышно было, как за окном перекликаются торговцы да где-то вдалеке звенит колокол. Бекон, который минуту назад делал вид, что его ничего не интересует, перестал умываться и уставился на чиновника немигающим взглядом. Его хвост замер, и я почувствовал, как напряглись мышцы кота под моей ладонью.
– Понял, – ответил я, и мой голос прозвучал ровно. – Я буду участвовать наравне со всеми. Никаких поблажек, никаких своих продуктов. Только моя голова, опыт и нож. А насчёт поручительства вы всё-таки подумайте. Люди оценят этот щедрый жест.
Никодим Карлович долго смотрел на меня, потом перевёл взгляд на кота, вздохнул и вдруг снова улыбнулся – уголками губ, устало и чуть насмешливо.
– Ну, Винтер, – сказал он, вытирая платком выступившую на лбу испарину, – либо вы гений, либо безумец. Впрочем, в нашем деле одно другому не мешает. Через пять дней – на площади. Приходите с пустыми руками – всё остальное будет ждать. А теперь идите, мне ещё писать и писать.
Он махнул рукой и снова склонился над бумагой, не глядя на меня. Бекон спрыгнул с подлокотника и первым направился к выходу. Я поклонился и вышел, оставив чиновника наедине с недоеденным печеньем.
Едва закрыл дверь, как перед глазами вспыхнуло голубое окно, и я быстро пробежался глазами по строчкам:
Внимание!
Активирован квест: «Золотая поварёшка Бешаля»
Цель: войти в тройку призёров
Срок: через 5 дней
Награда: опыт, репутация +50, подарок
Штраф: репутация в Бешале понижается −75
Принять / Отказаться?
Глава 11
Я мысленно нажал «Принять», чувствуя, как внутри разливается холодная уверенность. Пять дней, с одной стороны, очень мало, а с другой, при должной подготовке, с хорошими продуктами и моральной поддержкой – у меня обязательно всё получится. Иного и быть не должно.
– Ну что, рыжий, – произнёс я, сходя с крыльца гильдии на мостовую, – скоро у нас конкурс, и я уже знаю, чего ждать. Никаких своих специй туда не пронесёшь. Даже выращенного своими руками перца. Только нож и все навыки из двух миров. Вроде звучит неплохо, как думаешь?
Бекон коротко мяукнул, и в его зелёных глазах промелькнуло согласие, густо замешенное на азарте. Потом сел передо мной и начал внимательно слушать.
– Думаю, ты прекрасно понимаешь, что я не собираюсь выезжать на той же самой ванили или перце? – продолжал я, и мой голос зазвучал твёрже. – Мне нужно только мои руки. И ману добавлять тоже не буду, а то нечестно. Сам же настаивал на одинаковых условиях. Хочу победить честно. Да и потом, я же лучше всего готовлю, как ты считаешь?
Кот посмотрел на меня с выражением «я всегда это знал», с явным прикрыл глаза и дёрнул хвостом, словно ставил печать под моими словами.
– Подготовка в обычном смысле тут бессмысленна, – я поправил котомку на плече и двинулся через площадь. – Не буду же все это время сидеть на кухне и перебирать рецепты. Бесполезно же! Но это не значит, что я буду сидеть сложа руки. Пока есть время, схожу к тем, кто в моей победе заинтересован больше всех. Больше тебе скажу, – я доверительно понизил голос, – в первую очередь я пойду к своим поставщикам. Если их предупредить заранее, то они смогут свой товар на столы участникам и поставить. Это и мою, и их репутацию повысит. Глядишь, и скидку побольше выбью.
– Мряв, – подтвердил кот с такой серьёзной интонацией, будто он был моим бухгалтером и только что одобрил годовой отчёт.
– Ты только учти, я тебе этого не говорил, – со всей серьёзностью добавил я и погладил Бекона.
Мы уже подходили к рыночной площади, когда я вспомнил про жаровню. Давно же хотел купить, или хотя бы взять в аренду, чтобы каждый раз не просить у соседей по прилавку. Вроде какой-то гном всё зазывал меня и обещал скидку. Вот только я никак не мог вспомнить, где его лавка находилась. Пройдя по одной и той же улице два раза, я сообразил посмотреть за угол одного из домов. И, наконец-то, нашёл, что искал. Скромная вывеска гласила, что здесь продают жаровни от дядюшки Ли. Странное имя для гнома.
Пожав плечами, я вошёл внутрь и оказался среди десятка разномастных жаровен. У меня даже глаза разбежались от такого количества. Кот тоже с любопытством оглядывался. Он знал, что если есть такая штука, то на ней должна быть еда. И когда не нашёл, разочарованно фыркнул.
– Добро пожаловать в лавку дядюшки Ли, – из-за прилавка на меня смотрел гном с густыми волосами, собранными в хвост.
– Добрый, – я удивлённо его разглядывал, но быстро нашёлся. – Вы расхваливали свои жаровни и одну из них давали мне. Хотел сказать спасибо.
– Погодите-ка, ваше имя Винтер! Мне про вас племянник рассказывал. И про судака и оладьи. Я только сегодня приехал из другого города, а тут столько всего произошло.
– Так вы тот самый дядюшка Ли?
– Конечно! Лучшие жаровни в нашем городе. Какую вы желаете? Выбор у меня большой.
В этот момент я растерялся, потому что понятия не имел, какие бывают жаровни. Моё изумлённое лицо дядюшка Ли воспринял, как сигнал к действию, и следующие полчаса я познавал новый для себя мир. Потом ещё столько же времени выбирал под чутким руководством хозяина. Цены кусались настолько, что я боялся остаться без денег. И когда уже почти победил свою жадность, дверь в лавку открылась и вошёл гном, которого я и видел на рынке.
– Вот так сюрприз, – произнёс он. – Давно ждал вас здесь. Уже выбрали жаровню?
Теперь на меня смотрели две пары глаз, и в них светился только один вопрос: когда же я решусь и что-нибудь куплю. А я всё считал в уме, сколько монет у меня осталось.
– Как мне помнится, – я повернулся к ним, – мне обещали скидку.
В этот момент Бекон важно мявкнул и запрыгнул на прилавок, явно желая поучаствовать в разговоре.
– Эх! – картинно расстроился гном и подмигнул дяде. – Я надеялся, что он не вспомнит. Но, раз я обещал, то будет тебе скидка!
Несколько минут мы торговались под довольные усмешки дядюшки Ли. В итоге сошлись на том, что мне её продадут одну всего за два серебра, с условием, что на жаровне будет выбита табличка с названием их лавки, и я буду должен готовить только на ней. Отказываться не стал, за такую смешную сумму я был готов даже на прилавок прибить табличку с их именами!
– От сердца отрываю! – сказал дядюшка Ли, заворачивая мне покупку. – Служить будет долго! Готовь почаще и с удовольствием.
Поблагодарив их, я решил заглянуть и к Корнею. Надо предупредить его, что сегодня не собираюсь готовить. Площадь давно гудела привычными звуками торговли. У знакомого прилавка Корней отгонял от выпечки ос, довольно улыбаясь.
– Винтер! – крикнул он издалека. – Что сегодня будешь жарить? У меня уже спрашивали!
– Извини, Корней, – ответил я подходя. – Сегодня не смогу, дел очень много.
– Дела у него, – беззлобно проворчал торговец. – Народ вчера весь день спрашивал, когда ещё ждать твоих оладий. Слухи-то расходятся быстро, теперь каждая собака на рынке знает, что ты тут такое устраиваешь. Ждут тебя с нетерпением.
– Пусть ждут, – усмехнулся я. – Скоро повод будет особенный. А пока дай-ка мне твоих булок, штук десять сразу.
Корней удивлённо поднял брови и быстро переложил товар в холщовый мешок. Я отсчитывал медяки, давно уже заметив, что к прилавку, осторожно огибая телеги, приближается знакомый пацанёнок в кепке, сдвинутой на затылок. И что ему было нужно? Каролина послала или сам хотел что-то спросить? Сейчас он заметно нервничал, но в глазах у него горела решимость.
– Смотри, Марк, – Корней проследил за моим взглядом и хмыкнул, – дашь им булку, а они тебе руку по локоть откусят.
– Не откусят, – ответил я спокойно. – Кто ж кусает руку, которая их кормит?
Я поманил пацана пальцем. Тот подошёл ближе и остановился в паре шагов, опасливо поглядывая на кота, который сверлил его пристальным взглядом с моего плеча.
– Как тебя зовут-то? – спросил я. – А то виделись уже, а имени не знаю.
– Прохор, – ответил пацан, шмыгнув носом. – Я это… спросить хотел. У вас еды какой-нибудь нет? Мы давно доели, что вы давали, а сегодня нам ещё ничего не перепало.
– Сегодня не готовлю, Прохор, – я развёл руками. – Но могу с тобой поделиться.
Я протянул ему одну из булок, и парнишка принял её с чуть ли не с поклоном. И при этом он не отрывал взгляд от мешка с выпечкой, который я держал в руках. Впрочем, просить добавки он не решался.
– Спасибо, – пробормотал он и тут же жадно вгрызся в булку зубами. – Слушайте… – промычал он с набитым ртом и, прожевав, добавил, – там Каролина вас видеть хотела. Говорит, есть разговор.
Я озадаченно переглянулся с Беконом, который вовсю принюхивался к пакету с выпечкой. Интересный поворот, неужели есть какие-то новости?
– Веди, – коротко сказал я.
Прохор развернулся и шустро засеменил между рядами, лавируя между телегами. Мы прошли через весь рынок, свернули в узкий проулок, где воняло рыбой, и оказались в маленьком тупичке, скрытом от посторонних глаз. Там-то нас и ждала Каролина, сидя на перевёрнутой бочке. Её волосы пылали на солнце, а кошачьи уши стояли торчком, ловя каждый звук. Хвост сейчас лениво обвивал лодыжку, но я заметил, что он подрагивает. Нервничает? Любопытно. Двое других пацанят сидели возле неё и внимательно на неё смотрели.
– Наконец-то, – произнесла Каролина вместо приветствия. – Долго ты там с этим толстяком в Гильдии любезничал. Прохор уже успел проголодаться, пока тебя ждал. Я уж думала, ты там на обед остался.
– Он уже получил свою булку, – ответил я, кидая пакет с выпечкой на колени девчонке. – А это вам. Делите по-честному, а то мне показалось, что в прошлый раз Прохору досталось меньше всех. Готовил не я, но в качестве уверен.
– Ему всегда меньше всех достаётся, потому что он младший, – пояснила Каролина, ловко развернула пакет и раздала каждому по булке. – Это тебе, Ерёма, а это тебе Рыжий.
Рыжий выхватил свою порцию и сразу же привалился спиной к стене, жадно откусывая ароматную сдобу. Обладатель драной шапки последовал его примеру, и вскоре оба сидели с набитыми щеками, не произнося ни звука. Бекон, который до этого внимательно следил за распределением еды, спрыгнул с моего плеча, подошёл к рыжему и уселся напротив, не сводя с него пристального взгляда. Рыжий даже жевать перестал и замер с открытым ртом, не понимая, чего от него хочет кот.
– Он просто смотрит, – успокоил я пацана. – Пока ты всё не съешь, кот от тебя не отстанет.
Рыжий нервно сглотнул и закивал, а Бекон, словно подтверждая мои слова, громко мявкнул и лениво облизнулся. Пацанята захихикали, Каролина закатила глаза, а я мысленно поставил галочку, что атмосфера разрядилась. Теперь можно было переходить к делу. Однако первой заговорила Каролина. Она подалась чуть вперёд, и её голос зазвенел недовольством.
– Про ткань твою, – Каролина достала из-за пазухи обрывок и с негодованием бросила его на бочонок. – Я ничего про неё не узнала. Плащей из такой шерсти в Бешале нет. Значит, либо приезжий, либо кто-то из очень богатых, кто не светится в городе.
– А среди княжеских? – спросил я.
– Среди княжеских – тем более. У Свиридова люди ходят в серых плащах из грубого сукна, так что твой поджигатель – или одиночка, или специально оделся не по форме.
Я поморщился и спрятал ткань обратно. Ещё один тупик.
– К слову о князе, – она подалась вперёд. – Он за неделю скупил три лавки в мясном ряду и одну в молочном. Кто не хочет отдавать добровольно, сразу об этом жалеет. Теперь всему городу приходится покупать мясо через него.
– Про молочный слышу впервые, – я вскинул брови.
– Он там воюет с одним. Сметанников его фамилия. Его ферма на восточном выезде. Князь ему пошлину поднял, подъезды перекрыл. Теперь молочник сидит без денег, но не сдаётся, надеется на что-то.
Она сделала паузу, и хвост хлестнул воздух.
– Этот Сметанников из тех, кто лучше сдохнет, чем продаст всё Свиридову. Князю он враг, а тебе будет союзником.
Я смотрел на неё с растущим уважением. Девчонка с кошачьими ушами не просто слухи собирала – она уже понимала, кому они могут пригодиться.
– Ты уже знала, что мне нужны поставщики, – сказал я.
Каролина отмахнулась:
– Ты же трактир собираешься открывать, и я это прекрасно понимаю.
– Что ещё? – теперь уже я навострил уши.
Она на мгновение задумалась и глянула в сторону рынка.
– С гномами, слышала, договорился. Это хорошо. Про охотников забудь, они с рук князя едят и не морщатся. И вот ещё, послушай: в дальнем конце овощного ряда есть некий Мраков. Вредный, что рядом с ним молоко скисает. Он собирается в столицу и скидывает весь товар. Князь к нему сунулся, но тот наотрез отказался. Вот теперь чахнет над златом. Так что возьмёшь за дёшево.
– А вот за эти сведения спасибо, – сказал я.
– Знала, что понравится, – кивнула Каролина. – Так что плати.
Я выложил на край бочки три медяка. Она быстро их спрятала, словно их и не было. Бекон перевёл взгляд на неё и одобрительно мяукнул.
– Теперь к моим новостям, – начал я. – Через пять дней на главной площади будет проходить конкурс поваров, как раз на ярмарке.
Каролина дёрнула хвостом и с любопытством посмотрела на меня. Мне даже показалось, что в её глазах замелькали знаки долларов, и это с учётом того, что их здесь даже не водилось.
– Конкурс, – протянула она. – И ты хочешь, чтобы об этом узнали люди?
– Именно, что нужные, – я голосом выделил это слово, – а не всё сразу. Мельник Кузьма и гномы из артели должны услышать первыми. Они должны понять, что я ценю их поддержку.
Каролина помолчала, а потом по-кошачьи усмехнулась.
– Значит, не просто трепаться, а донести информацию до нужных ушей. И ты думаешь, это горстки оладий стоит?
В этот момент за спиной Каролины раздался громкий шлёпок. Это кто кому подзатыльник отвесил⁈ Судя по хохоту Прохора, это был он. А вот Рыжий поперхнулся, закашлялся и выронил остатки булки на штаны Ерёме. Тот от неожиданности отскочил и задел бочонок. Бекон оторвался от вылизывания лапы и смерил их снисходительным взглядом.
– Мряв! – добавил кот.
Каролина прикрыла глаза:
– Вот таких красавцев я и должна в люди выводить.
– Оладьи только начало, – ответил я. – Мы уже работали – еда и деньги за честную работу.
– Честная работа – таскать мешки, – перебила она, хвост дёрнулся. – А тут моя репутация, и если ты на конкурсе опозоришься, то и мы тоже. Такого допустить нельзя, поэтому и цена будет другая.
– Какая?
– Серебро. Мои ребята рискуют, а на эти деньги я буду их кормить целый месяц. Если согласен, то давай поговорим. В ином случае, не задерживаю.
Повисла напряжённая тишина. Даже пацанята замерли с булками, переводя взгляды с меня на Каролину и обратно. Ерёма приоткрыл рот, из которого вывалилась крошка, а Рыжий затаил дыхание, ожидая, что я отвечу их главарю.
Бекон уселся ровно между нами в роли арбитра. Хвост подрагивал, уши торчком.
– Хорошо, – сказал я. – Деньги так деньги, но условия мои. Мне нужно, чтобы те, кто готов пойти против князя и поддержать меня, знали про конкурс. Так что никаких баек про магию или что-то такое. Люди уже знают, что я готовлю хорошо, так что твои ребята лишь должны им про это напомнить.
– Разумно.
– И второе. Я хочу знать, к кому именно попала эта информация, чтобы зайти к ним после конкурса.
Каролина прищурилась, так, что от глаз остались одни щёлочки.
– Это мои каналы!
– Нет. Ты работаешь, а я оплачиваю. Исполнитель всегда отчитывается, как в любом другом деле, – я не дал ей себя перебить. – Если не согласна, то сделки не будет.
Она вспыхнула, прижав уши к голове.
– Я не твоя рабыня!
– Я и не прошу полного отчёта, а прозрачности. Ты получаешь деньги, они, – я кивнул на пацанят, – еду. А мне останутся имена. Равноценный обмен.
Она ещё несколько минут сверлила меня взглядом. Бекон громко мяукнул и принялся вылизывать лапу, сделав вид, что его все наши разговоры до одного места.
И Каролина сдалась.
– Ладно, ты прав, будут тебе имена, но только тех, кто сам разрешит. Остальные – нет. Это моё последнее слово.
– По рукам, – кивнул я.
– Тогда слушай порядок, – она понизила голос. – Сначала Кузьма и гномы. Они получат сведения от твоего имени. С молочником и Мраковым договаривайся сам, я тебе уже про них всё сказала. Корней узнает последним, но так, будто случайно. С этим понятно.
Я посмотрел на неё с новым уважением. Она уже всё продумала.
– Ты далеко пойдёшь.
– Я уже далеко, – фыркнула она, но уши чуть порозовели.
Бекон громко мяукнул и перевернулся на спину. Рыжий осмелел, почесал его за ухом, и кот довольно заурчал.
– И за всё это цена в три серебряных, – припечатала Каролина.
В этот момент из-за угла вывалился пьяный мужик с корзиной засохших кренделей, выкрикивая: «Кому хлеба? С пылу с жару!». Бекон моментально вздыбил шерсть и зашипел. Торговец испуганно дёрнулся и свернул в сторону, бормоча проклятия.
Каролина проводила его взглядом и поморщилась.
– Ходят тут всякие. Вернёмся к нашему разговору. Значит, одну монету сейчас, а две – когда люди начнут обсуждать. И не смотри на меня так! Ты платишь не за болтовню. А за то, чтобы каждый узнал вовремя и нужные сведения.
Я бросил серебряный, и она поймала.
– По рукам.
– И последнее, – Каролина вдруг посерьёзнела. – Вчера к Сметанникову наведались княжеские люди. Избили его, перевернули всё, давили и требовали подчиниться, но он отказался. Если хочешь его заполучить – поезжай сейчас. Завтра может быть поздно.
Я сжал кулаки, опять время начало поджимать.
– Спасибо. Ты уже заработала свои три.
Она кивнула, и на её губах промелькнула колючая, но уже почти дружеская усмешка:
– Не за что, Винтер. Береги себя. И своего кота. Вы оба ещё не отдали долги.
– Погоди, совсем забыл, – сказал я, когда Каролина уже взялась за край мешка с булками. – Ты не забыла про мага? Я просил тебя узнать.
– Так вот, про твоего мага… – зло сказала она. – Не нашла я твоего мага. Во все щели залезла! Никто ничего не видел и не знает. Хочешь свои деньги обратно? Бери.
Она вытащила из-за пазухи мою собственную монету и бросила её на землю. Монета звякнула и покатилась к моим ногам. Бекон, сидевший рядом, лениво придержал её лапой, но брать не стал, лишь озадаченно посмотрел на меня.
– Не надо, – я не стал поднимать монету. – Ты отработала, даже если ничего не нашла. Сведения о том, что ни один маг в округе не замешан, – это тоже сведения. Значит, искать дальше.
Каролина дёрнула плечом, и её хвост расслабился, но уши всё ещё не хотели подниматься.
– Не люблю проигрывать, – буркнула она.
– А ты и не проиграла. Слушай дальше, – я внимательно на неё посмотрел, – но может быть, всё же что-то есть?
Она помолчала, кусая губу. Потом выплюнула сквозь зубы:
– Не про мага, а про князя. Один человек, который у него служит, проболтался под хмельком. Сказал, что его хозяин боится кого-то в лесу, чуть ли не до дрожи в коленках. Хотя это не мешает ему посылать туда своих людей. И самое важное, едва об этом заговаривают, то князь всех затыкает, говоря, что это не их дело. Думаю, что это как-то связано с тем, что ты ищешь.
Она замолчала и, наконец, подняла на меня глаза. В них я прочитал злое: «Ну что, доволен?»
– Маг не связан с князем, – медленно проговорил я, обдумывая услышанное. – Наоборот, князь его боится. Значит, Свиридов не заказчик.
– Этого я не знаю, – отрезала Каролина. – Человек дальше болтать не стал и язык прикусил. Но если князь кого-то боится – это уже новость. Он, конечно, тот ещё оригинал, но такого на моей памяти ещё не было.
Я кивнул, поднял монету и снова протянул ей. Она не взяла, тогда я положил её на край бочонка, на котором она сидела.
– Этого достаточно. Твои ребята молодцы, – я повернулся к ним, – обязательно вас накормлю, как встретимся в следующий раз.
Каролина фыркнула, но монету всё-таки забрала – быстро, будто ещё стыдясь своей слабости. Бекон, посчитав что его роль судьи завершена, уверенно зашагал прочь.
– Ладно, Винтер. Считай, что мы в расчёте. Как только твой маг всё-таки объявится, ты первый узнаешь. А теперь иди уже, не мешай мне булки делить.
Перед глазами возникло голубое окно системы:
Внимание!
Задание «Бегунки для 'Сытого Вепря» (поиск сведений о маге) выполнено частично
Цель: добыть сведения о неизвестном маге – выполнено (информация о страхе князя получена)
Награда: 20 опыта, +1 к репутации с бандой
Опыт: 390/400
Я усмехнулся, свернул окно Системы и отправился в сторону рыночной площади, мне нужно было срочно решить, к кому бежать первому: к Мракову или Сметанникову.
– Бекон, а ты как думаешь, к кому отправиться в первую очередь?
Кот внимательно на меня посмотрел, прищурился и с силой ударил лапой по мостовой.
– Жаль, что я не понимаю тебя, так что мне придётся решать самому.
