Текст книги "Мировая Война (СИ)"

Автор книги: Григорий Рожков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Интермедия
9–10 мая. Южная Персия

Майская жара и яркое солнце в горном городке Хаджиабад, что в 140 километрах от порта Бендер-Аббас уже давно не радовала бойцов расквартированной здесь части Красной Армии. Бойцы сидели на месте вот уже несколько месяцев. Весь их труд сводился к номинальной охране главной автомобильной артерии ведущей вглубь страны через горы. От базы РККФ в Бендер-Аббасе через горы близ Хаджиабада, к Сирджану на севере и в плоть до самого Тегерана шла железная дорога. Местная военная инфраструктура включала склады, казармы железнодорожной ремонтной бригады, ПВО, заправку. Гражданская выглядела скуднее, но при том гораздо приятнее – регион славился цитрусовыми, и всё крутилось вокруг них, люди ими жили. Расквартированные подразделения красноармейцев счастливо объедались сочнейшими фруктами, кои поставлялись и в армию, и на флот, и даже в СССР. Жизнь бойцов казалась раем вдали от войны. Хотя многим было далеко не по душе отсиживаться здесь, но всё чаще звучал шепот о близости британского вторжения. Списывалось сие на жадность островитян, мол, нефть и укрепление позиций коммунистов в мире им покоя не даёт, хотят раскачать внутренний конфликт именно с персами, а не советами. Не лезть в открытую с вынужденным союзником в войне против немцев. Подтянуть каких-то шахиншахских деятелей и руками недовольных поджечь под русскими землю. Политработники крепили дух бойцов, командиры лишний раз готовили планы обороны и проводили учения.

Приезд целой делегации Хезбе коммунисте Иран, местной компартии, во главе с нынешним главой государства – Таги Эрани и наркомом промышленности Бозоргом Алеви, вызвал всеобщий ажиотаж. Как же – такие люди, пусть и не всенародно избранные, а по сути посаженные советами, всё же имели определённый успех в народе. Их труд по улучшению жизни персов высоко ценили простые жители, коих в Хаджиабаде было большинство. Крестьяне как-никак! Но птицы большого полёта выглядели… испуганными, напряженными. От встреч с местной властью пока отказались, сославшись на загруженный график, и ожидание ещё какой-то делегации, и заперлись в небольшой гостинице поблизости от казарм железнодорожников, попутно заручившись их охраной.

Ожидаемой делегацией оказались бойцы спецназа НКВД, прибывшие в городок пыльной колонной бронеавтомобилей, грузовиков и автобусов со стороны Сирджана. Грязные и усталые спецназовцы даже грязные и растрёпанные выглядели сильно иначе, чем их местные армейские товарищи. Комплекты формы для жарких регионов давно были на устах военнослужащих. Но в глаза их никто не видел до сего момента. Лёгкие рубахи, взамен гимнастёрок, прямые брюки вместо галифе, ботинки с тканевыми вставками для вентиляции, поверх не обмотки, а американские гетры. У всех панамы, солнце-пылезащитные очки и противопыльные маски явно заводского пошива, снаряжение не кожаное, а тканевое, похожее на американское. И всё в светлых, песчаных тонах! Оружие сплошь и рядом проверенные боями самозарядные винтовки Симонова, новые пистолеты пулемёты ППШ-42 со складными прикладами, американские ручные пулемёты Джонсона, кое-где мелькнули и ручные гранатомёты – непривычно короткие, словно часть трубы отпилили. Но рядом были и заряжающие со здоровыми трубами-зарядами, явно выполнявшими не только функцию упаковки, но и пусковой трубы.

Спецназ без промедлений ранним утром 9го мая погрузил в пригнанные автобусы правительственных шишек и ускоренным маршем, под удивлённые взгляды железнодорожников и ПВОшников, а так же местных жителей, выехал из городка на юг, к побережью.

Тихая, пустая дорога, ведущая через горы, монотонно бежала вперёд, к морю. Цель – главная база РККФ в регионе, оттуда всех вывезут прочь от той угрозы, что нависла над персидским правительством и страной как таковой. Восстание или вовсе война, пока сказать никто не мог, но сохранение власти пока идут сражения – важнейший процесс.

На небольшом привале через несколько часов после отъезда из городка у головного броневика собралось маленькое совещание:

– Товарищ лейтенант, не успели немного. В Тегеране, Ширазе, Бендер-Аббасе и других крупных городах Персии вооруженные столкновения между Персидской Красной Армией и РККА с одной стороны, и неизвестными вооруженными группами с другой. Нарушено железнодорожное сообщение со столицей, перебои с телефонной и телеграфной связью… – Монотонно, повторяя за голосом в радиоэфире, говорил радист группы Денис Губанов. Рассеянный взгляд и чуткие руки на тумблерах и реле бортовой радиостанции бронемашины. – Эм… Началось вторжение?.. Что? Подожд… Англичане подписали мир с немцами и объявили войну СССР и США. Турки выступили на стороне англичан…

Всем стало резко не по себе. Что всё это значит, каждый понимал прекрасно, благо, что пришельцы из иного мира, что бойцы спецназа из этого мира образованные люди, и политинформацию с географией могли совместить, узрев открывающиеся перспективы. Молчаливые переглядывания участников беседы прервались очередной порцией информации от связиста:

– Товарищ лейтенант! В Бендер-Аббасе бой, сообщают, что в пригороде высажен воздушный десант, английская авиация бомбит порт, наши корабли отходят…

– Так, сержанты! Всем общая боевая готовность! Выдать нашим подопечным бронежилеты из запасов. Горбунов, бери пятерых бойцов и отвечаешь за безопасность автобусов, сам распределишь кого куда. Арсентьев и снайпера – в первый грузовик, смотреть во все глаза! Сиротинин и гранатомётчики – дудки зарядить осколочными, но огонь только по команде. Джулай, Кабайлов, по первому приказу готовься минировать всё, на что укажу. Для всех каски и жилеты не снимать отныне и впредь до окончания операции, или моего приказа. Да, жарко, но все мне нужны живые, а не с лишними дырками. – Лейтенант Аверьянов не расшвыривался лишними упоминаниями званий, все уже давно привыкли к тому, кто есть кто, а сейчас такие политесы были лишними. – Пока действуем по прежнему плану, цель Бендер-Аббас. Всё, отправляемся через 10 минут!

Аверьянов и остальные теперь понимали, зачем именно их взвод был нужен для выполнения этой задачи. Всё очень и очень сильно стало напоминать Марокканскую поездку…

Колонна помчалась дальше, так быстро насколько это было возможно. На пути встречались маленькие горные селения, и даже небольшие отряды РККА до коих сообщения о войне видимо пока не дошли, уж больно расслабленными выглядели бойцы. Оповещать всех и вся о грянувшей беде в задачи спецназа не входило, посему никто не останавливался, не терял время на разговоры. Только вперёд!..

После обеда, выбравшись в очередную долину, проехав примерно половину пути, колонна все же остановилась. Впереди, на удалении в километр, обнаружилась неожиданная преграда – поперёк дороги стояла догорающая грузовая машина, а по обочинам лежали десятки тел. Не сложно рассмотреть всё глядя в хороший бинокль, да еще и с некоторой высоты. Небольшой поселок, лежавший еще немного дальше по дороге, смотрелся подозрительно пустым. Вперёд для разведки выдвинулся броневик и грузовик c двумя усиленными отделениями спецназовцев с упором на снайперов. У сгоревшей машины просматривались следы боя, основная масса павших были персы-милиционеры и пара младших командиров из РККА. Подорвав фугас на дороге, неизвестные расстреляли не успевших толком подготовиться к бою людей.

Поселок неспроста пустовал внешне, кто желал быть скрытым от взоров оставался таковым до нужного момента. Бой грянул, как могло казаться, внезапно. Но на деле сжатые до предела, подобно пружине, бойцы НКВД ждали, когда же начнётся поединок. От крайних домов поселения, из-за их высоких глиняных стен к броневику и грузовику потянулись строчки трассеров. Но где только что были цели, уже гулял ветер. Юркие фигуры в светлой форме рассыпались по теплой земле и немедля открыли ответный огонь. Тяжелым басом заговорил крупнокалиберный пулемёт броневика, укрывшего корпус за побитым грузовиком.

Хлопнул первый взрыв, разнося над скудной растительностью рой жгучих осколков, пыль и запах сожжённой взрывчатки. У противника в поселении объявился миномёт. И хоть стрелки со стен резко потеряли азарт к перестрелке, ведь их численность неоправданно быстро сократилась под огнём снайперов, но баланс сил вопреки всему резко склонился именно в их, засадную сторону.

Круговерть поединка дала новый оборот. В ответ на взрывы грянул взрыв. Кусок стены одного из крайних домов взлетел на воздух, броневик ударил могучим шквалом огня пулемётов по соседним домам, а часть спецназовцев, основной массой с пистолетами-пулемётами сорвалась на бег. Со стороны колонны уже двигался второй грузовик, но бойцов с него спешить пришлось на удалении, подставлять бойцов под удар в транспорте командир не желал.

Бой завязался за пролом, в ход шли гранаты, атакующие спецназовцы, быстро и умело расчистили внутреннюю территорию за стеной, часть из них сразу организовали оборону у окон и дверей, ожидая подхода основных сил. Часть поднялись на крышу здания и постарались вычислить позицию миномёта, которую искать долго не пришлось – огонь противника продолжался, оставляя заметный столб дыма. Моментально в сторону вскрытой позиции полетели винтовочные и подствольные гранаты. Через считанные пять-семь минут с первого разрыва мины вражеская позиция сама утонула во взрывах, сорвав последние шансы нанести серьезный ущерб спецназу.

Зачистка поселения продлилась гораздо дольше, чем основной бой. Увы, дорога пролегала через его территорию, и рисковать жизнями важных лиц никто не желал. По результатам обнаружились два десятка персов, оказавшихся бывшими солдатами армии Резы-шаха Пехлеви – характерные светлые фуражки и армейское снаряжение поверх помеси из гражданской одежды и армейской формы не всякий стал бы носить. Плюс, нашлись следы пребывания английских военных: пачки из-под бинтов английского производства, пробковый шлем, рваный осколками берет и двухдюймовый миномёт SBLM. След англичан уходил куда-то в сторону гор.

Засады на колонну продолжались на всём пути продвижения. Дважды нападали исключительно местные, глупо и без подготовки, просто из кустов да из-за камней стреляли из лёгкого стрелкового оружия, с прежним нулевым результатом – броневик и пулемёты давили огнём, летели винтовочные гранаты и били снайпера. После шел короткий осмотр местности и сбор трофеев. Боезапас спецназа хоть и был изначально велик, с учётом именно таких возможных столкновений, но из-за частоты оных рассчитывать лишь на него становилось опасно. Один раз бой шел жестче, но погибшие вновь оказались персами, и вновь нашлись следы англичан…

К вечеру 9-го числа, когда солнце уже готовилось заходить за горизонт, колонна стояла в горах в нескольких километрах от Бендер-Аббаса. Портовый город, лежащий на предгорье впереди, являлся основной точкой эвакуации спецназа и охраняемых лиц. Были запасные, но до них добраться в нынешних условиях казалось невозможным. Впрочем, как и до основной тоже. С тыла, по дороге колонну поджимал крупный отряд персов сторонников Пехлеви: не меньше роты при поддержке лёгкой артиллерии и бронемашин. Привязались меньше часа назад, не помогло оторваться даже минирование. Повстанцы, словно наскипидаренные мчались следом, не считаясь с потерями, а их становилось всё больше и больше…

В стороне же города-порта стоял другой отряд, малочисленный, не больше 30 бойцов, но совершенно точно гораздо более смертельный, чем персы – какое-то специальное подразделение англичан. Они плотно перекрыли узкий участок съезда с горной дроги сразу за крохотным поселком, который с боем заняли спецназовцы, попутно взяв наконец-то пленного. В ходе короткого допроса и выяснилось наличие заслона англичан. Бедный повстанец и сам не ведал толком кто это такие, разве что примерную численность и национальную принадлежность сказал. Да уточнил, что выглядели островитяне очень серьезными, опасными бойцами. В том что дело непростое спецназовцы НКВД убедились скоро. Стоило на окраине посёлка появиться нашему бронеавтомобилю, как его мигом подбили! Прилетела граната, вскрыла моторный отсек и всё. Больше никаких выстрелов. Только жирный намек. Ранения получили и мехвод и командир, но экипаж спасся.

– Так, слушай приказ бойцы, разворачиваем оборону. Надо продержаться до темноты. И нам обеспечат помощь. Но нужно продержаться. – После короткого сеанса связи с командованием в Бендер-Аббасе Аверьянов обратился к подразделению. Место для обороны подобралось вполне приличное. Посёлок прикрыт невысокими стенами из камня и глины, несколько ирригационных каналов за его пределами, да и общее расположение на таком небольшом взгорке у дороги является плюсом, видно и повстанцев в тылу, и примерные позиции англичан. Боеприпасов, как ни старались экономить и собирать трофеи, оставалось мало, медикаментов тоже, раненых, пусть и не особо серьезно, становилось всё больше. Так же скоро не станет еды и воды, и особенно воды, брали их с расчётом на взвод и охраняемых персон, но и того надолго не хватит, планов долго бродить по горам не имелось. Из нынешней ситуации выход спецназовцами виднелся один – прорыв по темноте к стенам города, ведь обещана помощь. Там большие воинские и флотские соединения. Уж как-нибудь да помогут коли обещали.

Город хоть и спрятан за небольшой горной грядой, но до него оставалось уже всего ничего. И там сейчас напряженная ситуация. Слышно и видно: идёт бой. Многократно отраженные звуки стрельбы и работы артиллерии все же доносятся. На горной гряде впереди видны передвижения каких-то подразделений, но это точно не союзники. Пока корабли в порту или поблизости, шанс есть… Иное дело если прибудет британский флот и будет сражение на воде, то, как и куда потом прорываться? Закавказский фронт не так уж многочислен, а воевать и против повстанцев, и Турции, и Англии, и Британской Индии это огромная проблема… Тут гением быть не нужно, грядет беда…

Бойцы, не смотря на темные тона разворачивающейся трагедии, готовились, занимали позиции, продолжали планировать и верить. Снайпера высматривали свои приоритетные цели. Пулемётчики резали на сектора на узкой горной дороге. Гранатомётчики прикидывали, куда в случае чего придётся отправить их смертоносные заряды.

– Серёж, вот ведь какая странная тут Великая Отечественная, да и вся Вторая Мировая, а? – Юра Иванов разместился в одном из домов, окна коего обращены на север, в сторону персидских повстанцев. Ольга и Марина Седовы вместе с Сиротининым и Джулаем оформляли позиции у стены дома и часто мелькали в дверном проёме, но всё же достаточно далеко для того что бы два товарища могли тихонько пообщаться на полусекретные темы. – Ты вот знал, что в Иране воевать будем, а?

– Ты знал? Или, что вслед за Артуром тут окажемся? Ну, не буквально тут, а в мире. Ты меня понял. – С ухмылкой парировал Сергей Арсентьев. Двоих некогда мало знакомых людей, коих до попадания в этот мир, связывал только Артур-Майкл, теперь можно было легко назвать хорошими друзьями. Пройденный меньше чем за год путь сплотил их, и остальных попаданцев. Сделал реальной командой, опытной, хорошо обученной, сплоченной. – Жаль, его тут нет. Он бы сейчас чего-нибудь эдакое придумал. Зуб даю! Эх, давно писем от него не было. В тот раз его прям, пробило на рассказ.

– Себе бы на голову «эдакое» придумал, в первую очередь, ага! Вновь ранения и в госпиталь. Хах! – Юра усмехнулся, а на лице его отчего-то отразилась печаль. – Хотя, вот ему сейчас, наверное, там хорошо. По стране ездит, пред народом красуется, подарки ему дорогие делают!.. А мы? Вот ради этого мы пришли в этот мир? Помереть в Иране раде хер пойми каких-то там захолустных партийных бонз?

– Не думаю. Хотя-я-я, может и так. Какая разница? Что, забыл, как в Киеве решали – на фронт или убить себя? Нормально, даже если тут наша сакральная цель, смысл всего пути в этом мире – значит оно того стоит. – Посерьезнев, Сергей говорил сухо и уверенно. – Артур в США, и ему чую, не меньше нашего достанется. А-то гляди и более.

– Фиг поспоришь…

– Эй, парни! Смотрите!– Возглас сержанта Джулая привлёк внимание всех. Иванов выскочил из здания и посмотрел, куда указывает его товарищ. Со стороны города в тот миг донеслись приглушенные раскаты особо могучих взрывов, и сразу же по гряде в зоне видимости прошлась густая череда взрывов, поднялись крупные султаны земли и огня.

– Геликоптер!.. – Вновь тыча рукой в прежнем направлении, кричал Джулай. – Товарищ старший лейтенант! На юго-западе геликоптер!..

Многие бойцы вглядывались в растущую на небе точку, что приближалась довольно быстро. Уже вскоре в свете закатного солнца в бинокль рассмотрели, что машина принадлежит флоту. С привычным гулом машина в расцветке авиации РККФ решительно прошла над головами в сторону отряда повстанцев и заложив вираж возвращалась.

– Связист!..

– Товарищ лейтенант. – Уже готовый к такому Губанов отвечал. – Лётчики с линкора «Советская Белоруссия» запрашивают пометку наших позиций дымом, вражеских – ракетами. Они готовы открыть огонь!..

Алексей Аверьянов ощутил, как на сердце стало легко. Внутреннее ликование было несравнимо ни с чем. Помощь пришла даже раньше, чем планировали.

Глава 17
Проклятье очередного моста. Часть 1

Враг явился к обеду. Мы как раз разобрались с уцелевшими шпионами. Подпол и летёха оказались счастливчиками – водителя и майора очередь из Виккерса прошила. Без шансов, сразу в могилы можно. Выжившие гады отпирались, кричали что предатели это мы, напали на офицеров штаба корпуса. Да вот только запакованное в заднем сидении британское оружие, взрывчатка, бронежилеты и портативная рация говорили сами за себя. Разбираться что и почему эти уроды тут делали было конечно интересно, но не своевременно. Посему отправили этих дятлов на нашем БТРе Пирс-Арроу в сопровождении собранного взвода бойцов что отходили с линии фронта. Честно говоря, ручеек отступавших иссяк так и не набрав силу. Восстановили порядок, как нас просили, дай Бог у сотни бойцов при пятерых мутных что упаковали вместе с британскими шпионами. Со всеми этими людьми, и хорошими и плохими дальше разбираться должен Раст. Он получил отчёт о шпионах и количестве прошедших фильтр, потребовал всех как раз отослать ему. Я бы оставил бойцов у моста, вернее развернул их по ту сторону, но увы и ах, командованию войска нужны еще где-то, а мы считаемся обеспеченными.

И вот занимаясь бесконечной подготовкой к грядущему сражению попутно получая медицинскую помощь от нашего нового штатно-внештатного медика – Майнера, услышал долгожданное:

– Противник в миле от нас!

Пост на другой стороне моста, в застройке окраины Ипсиланти, который успешно связали телефонной сетью с нашим штабом, сообщил что группа в камуфляжной форме, но не американского образца, остановила и захватила автомашину с ранеными идущую от линии фронта.

– Посту – оставаться в укрытии, в бой не вступать, продолжать наблюдение, сообщать обо всех передвижениях противника. В случае опасности – отходить на север, к лодочной станции. Казановский! Передать во взвода: прекратить все работы, личный состав укрыть в домах за линией обороны, боевая готовность. – Офицер примчавшийся в штабное помещение как вбежал, так и выскочил быстро козырнув на ходу. – Связь с Базилоном.

Связист уже готовый соединить меня с любым из абонентов нашей маленькой сети быстро переключился на коммутаторе и протянул мне трубку телефона.

– Джон, боевая готовность. Миномётчикам – 60-ки огонь только по команде от корректировщика, тот узнает о приказе от меня. 107-мэмэ здоровяк – только по моему прямому ЛИЧНОМУ приказу, это наш туз в рукаве. С пятидесяткой закончили? – Морпех познакомившись с подогнанными нам бронемашинами выразил мнений что можно вкрячить крупнокалиберный пулемёт в башню Роллс-Ройса. Такер и его механики обещали всё сделать – инструмент и материалы имелись под рукой.

– Понял, сэр, миномёты работают только по команде. По машине всё сделали, сэр. Подгонять? – Лаконично отвечал сержант.

– Напомни остальным экипажам машин – они в резерве до особого распоряжения. И пусть не дёргаются. Всё, жду тебя в штабе с броневиком.

По большому счёту это были лишь очередные повторения и без того не единожды проговорённых деталей плана. Раз сказано держать мост, мы его постараемся сохранить. Вроде как со стороны Детройта еще могут отойти какие-то уцелевшие части, и мы должны обеспечить их проход в нашем секторе. Так бы рвануть его и вся недолга. Но нельзя. А раз обороняемся, то нужно чуточку головой подумать. Решили сыграть в напуганных дурачков. Как завидят на постах у моста врага – небольшие группки что в окопах сидят должны из них выбежать, да дать дёру кто куда вглубь города. Создать впечатление малочисленности и тотальной дезорганизованной, даже трусости. Всё внимательно осмотреть враг не сможет, чего уж – мы-то противоположный берег видим очень ограничено, весь обзор в секторе моста – прочее перекрывает немалое число кустов и прибрежных деревьев. Больше для обороны моста хотя бы на первичный этап и не требуется, а дальше война план покажет…

Из маленьких амбразур в восточной, обращенной к реке и мосту, стены склада видно было не очень далеко, не больше пары сотни метров в сторону редких домов на той стороне, а дорога была под углом и скрывалась за деревьями. Пару минут назад, заприметив вдалеке технику врага «подсадные утки» дали дёру оставив немногочисленные заметные укрепления заграждения без гарнизона. А в зданиях и отдалённых окопах все прекратили шевелиться выжидая. Только выглянул влево, убедился, что никого не видно на изгибе суши у реки. Внутри всё тихонечко начинало гудеть, чесаться от нетерпения. Всё ожидание, подготовка, жертвы сводятся к этому моменту. И на задворках сознания бьётся глупая мысль: «Обед был вкусный, но так мало!..»

– Вот англичанка и нагадила, господа… Соизволила, значит, выйти открыто… Ну и дай то Боже, мы её встретим, а, милсдари?.. – Кто-то решил разрядить повисшее молчаливое напряжение, но явно начал выходить за рамки.

– Тиха-а-а! Разговорчики!.. – Малышев сурово встрепенулся, оглядывая своих подопечных. Мне и не пришлось рта открывать, всё и без командира затухло быстро и чётко.

– Вот они… Танк, Матерь Божья! —

Прижавшийся у правой амбразуры ополченец с седыми усами отстранился и позволил своему напарнику подготовить пулемёт. Все мы готовы к этому? Вполне. У меня тут против брони: 37-мм пушка, три винтовочных гранатомёта и по пару десятков противотанковых кумулятивных гранат к ним, связки гранат, малочисленные гранаты с белым фосфором и бутылки с зажигательной смесью, в конце-то концов. Всё это, по сути, слои борьбы с бронёй, с дальнего к ближнему по ранжиру. Еще бы минами всё вдоль дороги засеять, но чего нет, того нет.

– Один танк, нечего тут бояться. Связь с артиллерией. – Не отрывая взгляда, протянул руку куда-то назад и, ощутив тёплую трубку телефона в ладони, сразу прижал её к уху. – Ну, артиллерия, слушай приказ. По головному танку, в район ведущего катка, по моей команде…

– По вашей команде. – Качественная связь очень явственно передала нервную дрожь в голосе встревоженного командира расчёта 37 мм пушки, что стоит у стен церкви. Направленная стволом почти перпендикулярно к мосту она может много дел наделать, и это должно стать первым. Чисто в борт наползающей машины наведена, идеальный расклад.

Бегло пытался определить, что это за танк, и в голову мою лезли только почему-то Кромвели да Центурионы… Нечто среднее по облику между этими двумя машинами, но при этом уменьшенное: лоб наклонный, но башня больно квадратная, пушка длинная, с комбашенкой. Следом за танком идёт колёсная бронемашина с маленькой башней, за ней бронетранспортёр гусеничный, приземистый, на БРЭН-Кэрриер похож, но весь такой ажурный, с наклонами брони, и следом еще один, и еще, а дальше пока всё, видимость на колонну ограничена, кусты мешают… Но не Центурион танк. Мельче всё же, точно говорю… Эх, знать бы толщину брони!..

– Огонь!

Звук выстрела из махонькой пушчёнки до нашего «форта» донёсся совсем уж скромно. Бух, тихонько и всё. А британцам резко стало неприятно. Танк завыл двигателем, неуклюже разворачиваясь левым бортом к нам. Ай, как красиво и удачно дорогу перекрываем! Но не пробили броню, только гусеницу порвали и каток разбили! Колонна моментально замерла, и с брони посыпались многочисленные фигурки в камуфляже. Десантники, мать их за ногу!

– Пулемёты – по пешим, огонь! – Первый этап подразумевал после огня 37 мм пушки, максимальный шквал огня из пары трофейных пулемётов. Прочие обязаны молчать, они потом вступят в бой, из окопов вместе с пехотой. Враг теперь думает, что тут только в укреплённых домах расчёты остались. – Круус! Ударь по танку!

Сидевший до этого момента у лестницы на крышу Алексей вскинулся и быстро взобрался наверх. По словам Казановского парень хоть и имел какие-то проблемы со здоровьем, оттого и не смог попасть в ряды регулярной армии или гвардии, но вот от добровольной службы в ополчении не отказался. И на поприще своей ополченческой службы нашел себя в роли прекрасного гранатомётчика.

Вот сейчас и нужны его навыки и оружие. 37 мм болванки на развернувшуюся к орудию лбом машину уже не действовали от слова совсем. Только брызги металла и глубокие царапины остаются. А башня оппонента зашевелилась, поводя жалом главного калибра… В грохот пулемётов резко вклинился гулкий удар выстрела танкового орудия, и следом взрыв.

И сразу ещё один, но уже иной – в борт башни попала маленькая, пролетевшая по дуге болванка, сверкнула ярка вспышка, и через секунду вырвав башенный люк, вырос высоченный столб огня, завершая короткий боевой путь танка англичан.

– С почином, господа! Эка мы его, под орех!..

– Не расслабляться!.. Машины отходят от моста, пешие залегли!..

– Пулеметы, прекратить огонь. Передать по связи – прекратить огонь. Всем, быть готовыми по команде занимать окопы. По артиллеристам не попали? – На вопрос наблюдатель, что поглядывал за церковью, поднял большой палец. Живы.

Воевать с потенциально превосходящими силами врага решил путём «удивил, значит победил». Не зная, какими силами и техникой придёт к мосту враг, нужно его из раза в раз заставлять думать: «Что происходит? Сколько их там?» Сначала мы сымитировали отход немногочисленных трусов, потом, оказывается, есть пушка и пара пулемётов. При следующем подходе врага выведем пехоту с оставшимися ручниками и ПТРами, затем по усмотрению лёгкие миномёты, или Роллс-Ройс с пятидесятым калибром, тут как картина боя покажет. Козыри – 107 миллиметровый миномёт и бронемашина Такера как последние доводы. 107 мм точно даст жизни, кому хочешь! Даже танки из него на узком участке побьем, и не запыхаемся! А бронемашина – так то вовсе колёсный танк с автопушкой, врежем от души. Главное, чтобы этого всего хватило. Мало ли как жизнь повернётся…

Поворачиваться она начала быстро. Бронетехника врага надымила по своей стороне моста и откатилась подальше, в жилую застройку, десантники же лениво постреливая, рассредоточились по кустам пытаясь прощупать пулемётные позиции. Как в заложенное кирпичом и мешками с песком окно попала граната, никто понять не успел. Позади моего места загрохотало, по спине застучали обломки, всё вокруг заволокло дымом и облаком пыли.

Через злющий свист в ушах оглянулся и со злым удивлением обнаружил что толстенную, хорошо укреплённую баррикаду в окне, сделанную из нескольких слоёв кирпичей, металлических балок, мешков с песком и досок пробили с первого попадания! Дыра на высоте пару метров от пола, совсем не велика, сантиметров пять в кирпиче, и оплавлено всё. Но результат плачевен: трое раненых, частичное разрушение укрепления, и жестокое осознание небезопасности «форта». Чем так влепили⁈ Кумулятивное что-то.

– Всем – отойти от внешней стены. Лишние – из зала на задний двор и в ближайший дом. Бегом! Майнер, санитаров сюда, здесь раненые! Круус ко мне!.. – Отпряв от стены и амбразур, двинул в сторону штабного помещения. Перестрелка, где мы стали утками мне не нравилась. Подавят пулемёты и пойдут снова на мост. Гарантирую…

Унтер-офицер Круус скатился по лестнице мигом и вытянулся по стойке смирно рядом.

– Молодец, танк подбил! В первом же бою! С первого попадания! – Уважительно потрепал за плечо бойца. – Но времени нет, давай за мной, есть задача. – Была одна интересная деталь с Алексеем и его маленьким отрядом, что нас чуть не порешили в том амбаре ночью. Один из его четвёрки, высокий парень по имени Арсений, был снайпером, хотя и специфическим. Оружия с оптикой отчего-то в отряде ополченцев не было в особом почёте, а вот Галилейские прицелы – более чем. А эта полу оптика, состоящая из малюсенькой линзы в диоптрическом блоке, устанавливаемом на место целика, и вторая, большая линза, сантиметра три в диаметре, защищённая толстым металлическим кольцом на мушке. При взгляде через такой прицел, лишенный какой-либо оптической трубки, всё одно было приближение примерно в 2,5 раза! И именно сейчас требовалось активизировать «снайперов» с такими прицелами. Гранатомёты надо укоротить. О чём в двух словах сказал Круусу. Ему требовалось организовать прикрытие своего стрелка, и передать приказ укрытым в домах позади позиций стрелкам других взводов. Жаль, не хотелось раньше времени пусть и частично, но вводить дополнительные силы в бой. Но что поделать. Иначе нас побьют.

Унтер кивнул и умчал выполнять приказ. Он, ежели что, подсобит гранатами по выявленным целям. Благо, парень головастый, смастерил из лишних хвостовиков винтовочных гранат и выданного для такого дела ящика 60-мм мин злые кадавры – тяжелые винтовочные гранаты. Миномёт в руках стрелка с винтовкой, не меньше! Вот пущай балуется, солдат. Пулемёт бы еще им в группу… Но нет, надо еще запасной план обеспечить, если снайпера не сдюжат.

Пока думал об этом, склад немного тряхнул второй взрыв, и с противоположного берега сильно активизировалась стрельба. В штабной комнате тут же раздался призывный гул зуммера телефона:

– Сэр, офицер Шпильман.

– Слушаю Самуил Аронович.

– Противник выдвинулся на мост, прикрываясь массированным ружейно-пулемётным огнём. Считают, что подавили вашу позицию и нащупывают мой расчёт. На дороге вновь видна техника…

– Понял, держитесь, пока основные силы в бой не вводите. Задействуйте пару своих снайперов против гранатомётчиков, не дайте выбить пулемёт. Нельзя показать совсем уж все козыри, слышите?

– Вас понял, господин капитан. Сдюжим.

Завершив разговор с одним абонентом, попросил переключить на корректировщика, морпеха, что сидит на колокольне церкви на нашем левом фланге. Тот браво отрапортовал, что ждёт приказа корректировать огонь миномётов и что укрыт он очень хорошо, мол, даже пушкой не возьмут. Спросил, что он сейчас видит.