Текст книги "На пути к победе (СИ)"
Автор книги: Герман Романов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)
– Для действий крупных механизированных объединений местность самая подходящая, мой фюрер. Еще три дня, и мы закончим полное сосредоточение обоих танковых групп, а с учетом находящихся пока в резерве дивизий СС, которые принимают пополнение бронетехникой, то уже через неделю доведем численность каждой панцер-группен Восточного фронта до четырех полнокровных танковых дивизий, включая одну резервную.
Гудериан говорил осторожно, но твердо, прекрасно понимая, что Гитлер, как верховный главнокомандующий, обуян какими-то сомнениями. И оно понятно – наступление русских сразу всем южным крылом и у фельдмаршала Манштейна породило некоторые сомнения, иначе бы Эрих не взял дополнительную двухдневную паузу на разгрузку прибывшей из-под Орши 9-й танковой дивизии. Но больше ждать нельзя – надо наступать, иначе русские наводнят внешний обвод окружения своей многочисленной пехотой, а дивизий у них даже по скромным оценкам в полтора раза больше, но скорее вдвое, и это без учета резервов, которые у Сталина, несомненно, имеются, вот только непонятно, сколько и какого качества. Если обычные номерные, то это одно, а вот если пододвинута гвардия, то это намного хуже – тут много автотранспорта и полностью моторизованной артиллерии.
– Думаю, четырех вполне достаточно, но было бы лучше, если численность наших танковых объединений на Восточном фронте выросла бы до шести, а лучше до семи панцер-группен. Каждая из них будет наподобие прежних моторизованных корпусов, только входящие в их состав дивизии сейчас по новым штатам в полтора раза сильнее. Этого достаточно – летом сорок первого 4-я танковая группа генерал-полковника Гепнера дошла до Петербурга, имея всего три танковых и две моторизованных дивизии.
– И где мы возьмем танки, Хайнц? У нас их просто нет – мы и так собрали все, что было под рукой, и при этом 5-я танковая группа у Роммеля в Персии, а 6-я из Франции переброшена в Испанию, где американцы и местные коммунисты проявляют удивительную наглость, начав наступление и выбив наши дивизии из Португалии.
– Есть дивизии СС, мой фюрер, – не хотелось «отцу панцерваффе», но он пошел на «поклон», как сказали бы русские, к всемогущему рейхсфюреру СС Гиммлеру. Отношения с ним были натянутые до предела, но ссориться тоже не хотелось, причем обоим. А в сложившейся ситуации настоятельно требовалось получить пару танковых объединений, изыскав внутренние резервы. Гиммлер смог это сделать, теперь самому Гудериану пришлось смирить гордыню, и просить у фюрера пойти на то, от чего он раньше категорически отказывался, не желая иметь под своим командованием не подчиненные ему лично соединения. Потому и «ободрал» все моторизованные дивизии, оставив от них только нумерацию со штабами и знаменами, зато в танковых дивизиях появилась третья бригада из панцер-гренадеров. А вот в штабе ОКХ он после этого вызывал стойкую ненависть – все полтора десятка дивизий пришлось заново восстанавливать, причем исключительно за счет новобранцев. Как немцев, но главным образом за счет союзников – наиболее надежных венгров и хорватов три четверти, испанцев, голландцев и фламандцев две трети состава, нестойких духом румын до половины, а совсем ненадежных и трусоватых итальянцев, отправляемых дуче, до трети от общей численности. Как русских «хи-ви», французов и всяких жителей нынешнего «Евросоюза» – поляков, валлонов и прочих чехов, что встали под знамена вермахта. Вот тут СС стояло в заведомо выигрышной позиции – ведомство Гиммлера имело многочисленные полицейские формирования, причем туда охотно шли добровольцы, чтобы не попасть в вермахт по мобилизации. Это позволяло зачислять часть фольксдойче с оккупированных территорий, а заодно отбирать из местного брода самые лучшие кадры, оставляя вермахту под мобилизацию все остальное отребье.
– По дивизиям СС вам надо говорить с Генрихом, Хайнц – у вас в подчинении и так четыре лучших в рейхе танковых дивизии.
– Я только что говорил с ним, мой фюрер, – слова пришлось выдавливать, буквально «наступая на горло собственной песне», как сказали бы люди, наделенные поэтическим даром.
– Мы приняли решение развернуть две танковые группы СС. В каждой по две танковых и одной моторизованной дивизии СС. Рейхсфюрер отдает дивизию «Полицай», что воевала на северном направлении под Петербургом, и дивизию «Нордланд» из голландских, датских и норвежских добровольцев, что вступили в СС в прошлом году и воевали в составе «легионов». Обе полностью моторизованы, трех полкового состава в три батальона. Четвертый батальон из штурмовых орудий «хетцер», они приданы каждому полку, который таким образом будет переформирован в бригаду.
– Вы определились с командованием новых панцер-группен? Мне сказали, что штабы и тыловые службы уже сформированы.
Гитлер спросил настолько быстро, что Гудериану стало моментально ясно, кто ему «вывернул руки». Фюрер никогда не доверял генералам вермахта, и всячески усиливал именно ваффен-СС, в лояльности «черной гвардии» он нисколько не сомневался – ведь они присягали ему лично.
– Да, первый корпус… вернее группу, возглавит генерал-полковник Хауссер, вторую генерал танковых войск Дитрих.
Эсэсовские звания Гудериан принципиально игнорировал, а «Зеппа», в чьих способностях сомневались все генералы, имевшие «удовольствие» с ним общаться, назвал только потому, что тот был любимчиком Гитлера, и портить отношения с фюрером ради этого мясника и маргинала не хотелось. К нему приставлен отличный начальник штаба генерал Раус, который и станет фактическим командующим. Оба «танкиста» ваффен-СС настроены к Гиммлеру неприязненно, и этим обстоятельством следовало воспользоваться. Ведь если удастся со временем перетянуть их на свою сторону, то он получит определенную опору не только в армии, но и в СС – фронтовики презирают тыловых крыс, и этим все сказано. С одной стороны решение вынужденное, но с другой моментально открывается множество перспектив. К тому же под его командование перейдут две новых панцер-гренадерских дивизии, а где для них Гиммлер достанет по сотне «хетцеров» самого Гудериана нисколько не волновало. Дело в том, что продукция чешских заводов идет исключительно вермахту, а это означает неизбежный конфликт Гиммлера с Браухичем и Кейтелем, что «отцу панцерваффе» только на пользу…
Танковая дивизия «Тотен копф» готовится к наступлению на Харьков. В отличие от армейских номерных дивизий панцерваффе, эсэсовцы были куда лучше вооружены и снабжены. В них имелись как тяжелые танки «тигр», так и новейшее автоматическое оружие типа «штурмгеверов», да и сама экипировка панцер-гренадеров говорит о многом…
Глава 17
– Как американцы могли проморгать такое нападение, да за это дело всех виновных под трибунал отдавать нужно, и без всякой жалости расстреливать! Нет, ну надо же так опростоволосится!
Главнокомандующий войсками Дальневосточного направления маршал Советского Союза Тимошенко никогда не отличался ни вежливостью, ни мягкостью, а потому слов не выбирал. Стоявшие перед ним навытяжку моряки чувствовали себя скверно, бывший нарком обороны был раздражен до крайности. Да и оба советских адмирала, командующий ВМС ДВН адмирал Исаков и командующий СТОФ вице-адмирал Левченко, экстренно прилетевший с Камчатки, были ошеломлены внезапным изменением стратегической обстановки на ТВД, причем в худшую сторону, при которой общая картина войны радикально изменилась.
– Ладно, докладывайте все по порядку, надо знать, о чем нам в Москву сообщать. И насколько глубока та яма дерьма, в которую попали. Что уж там, докладывайте, с вас спрос, Гордей Иванович, раз в Петропавловске сидите. Да сядьте вы все, что столбами верстовыми стоите, тут думу надо думать, такие вопросы с кондачка не решают!
Семен Константинович нервно дернулся, моряки уселись на стулья – по напряженным позам было видно, что готовы вскочить в любой момент. А ситуация такова, что страшно трубку прямого провода взять, но время еще есть, в Москве еще продолжается ночь, и «хозяина» под утро будить не принято. А тут вот такое происшествие, что Левченко на самолете из Петропавловска в Харбин вылетел, благо дальности полета у «летающей крепости» В-17 хватало с избытком. На вице-адмирала смотреть было страшно – лицо осунулось, стало землистым, глаза красные.
– Высадили прошлой ночью десант, на Атту союзники аэродром построили, способный принять до полусотни самолетов, но там был только два десятка патрульных «вентур», что вели поиск японских подводных лодок, да несколько «лайтнингов». Я получил подробную радиограмму от наших моряков, что вовремя убрались от острова. Японцы сажали свои самолеты прямо на полосу ночью, причем им с земли подсвечивали ее – судя по всему, на острове находились японские диверсанты и шпионы, высадившиеся с подводных лодок. Они атаковали и истребили американский гарнизон – там было несколько сотен солдат и офицеров на обслуживании армейского аэродрома, радиостанции и локаторной станции. Последняя была выведена ими из строя, так как прямо на полосу стали садится двухмоторные самолеты, или транспортные, либо бомбардировщики, приспособленные для перевозки солдат. Десант быстро захватил аэродром, и вместе с диверсантами занял весь остров, подойдя утром к пристани, которую начали обстреливать из минометов и легких пушек. Наш траулер получил два попадания, но смог отплыть вместе с двумя американскими фрегатами, что занимались патрулированием. Их и потопили японские палубные самолеты ближе к полудню, как и наш транспорт у острова Медный, до которого три сотни километров.
– Час от часу не легче, откуда там взялись у японцев авианосцы? Почему их не обнаружили раньше?
Маршал уставился в адмиралов, те стоически выдержали взгляд, Левченко удосужился пояснить:
– Скорее всего пришли с юга, со стороны океана – там наблюдение ведется халатно. К тому же три дня стояла облачная погода, только позавчера небо стало не таким облачным. Вот этим случаем японцы и воспользовались, их наблюдатели вели разведку не только гарнизона, но следили за погодой. Авианосцев три, это союзники выяснили и сообщили мне перед вылетом сюда, но возможно, есть и другие. Да, вчера на острова японцы начали перебрасывать свои самолеты – бомбардировщики «бетти» и истребители «зеро». Эти названия даны американцами, все типы морской авиации с большой дальностью полета, способные легко долететь от японских островов. Авиагруппы будут действовать с аэродромов захваченных островов. Ведь кроме Атту и всей «Ближней» гряды, захвачена Кыска, там тоже есть аэродром, и с ней так называемые «Крысьи» острова.
– Да вы мне хоть покажите, где все это находится, я ведь даже не предполагаю, – взревел маршал, и ткнул пальцем в большую карту, которую специально расстелил на столе. Левченко взял карандаш и быстро вывел дугу, негромко пояснил, водя грифелем по карте.
– Вот Атту, до наших Командорских островов более трехсот километров, до побережья Камчатки оттуда еще четыреста, до Петропавловска все шестьсот. До побережья Аляски полторы тысячи километров, до Кыски триста километров. Вот эта гряда – мимо нее на Камчатку дороги нет, базовая авиация может потопить любой корабль, даже конвой. До бухты Провидения на Чукотке больше тысячи километров, возможно, что вражеское авианосное соединение нападет на формируемую «ЭОН», там собрано два десятка транспортов и три ледокола. Выход по Северному Морскому пути начнется только через неделю согласно утвержденным графикам. В пути еще три транспорта, их приказано ожидать…
– К чертям все эти таблицы, – взревел Тимошенко. И набычился, наклонив выбритую голову, с которой машинально вытирал платком пот:
– Вы представляете, адмирал, что будет, если всю партию стратегически важных грузов до Архангельска японцы там перетопят в бухте⁈ Вы под расстрел пойдете! И я с вами тоже! Так что пусть конвой немедленно уходит, опоздавшие догоняют. Оставьте им ледокол и пару кораблей для сопровождения. Мой письменный приказ получите, это все. Заварилась каша, аж на душе тошно. Это что же такое происходит – захватили у американцев островки, а нам удавку на шею натянули…
Маршал тяжело задышал, внимательно разглядывая карту. Затем взял линейку, что-то принялся вымерять. Снова утер пот, и глуховато спросил, медленно проговаривая слова:
– Что американцы намерены делать, Гордей Иванович? И чем мы им можем немедленно помочь?
– Начали бомбежки островов, вся флотская авиация участвует в налетах. На Командорские острова перебазировали истребительный полк, американские «лайтнинги» летают из Петропавловска. Подводным лодкам дано указание атаковать любой корабль, подходящий к Атту или Кыске. Но главная помеха во вражеских авианосцах – они могут сильно помешать проведению любой десантной операции…
Западная часть Алеутских островов имела стратегическое значение, начнись война между СССР и Японией, а она могла произойти, на это сильно рассчитывала Германия. И самураи даже предприняли ряд превентивных действий, произведя высадку десанта, вот только им «карты» смешало катастрофическое поражение «Кидо Бутай» у Мидуэя в июне 1942 года…
Глава 18
– Господа, победа в войне зависит исключительно от активных действий кригсмарине в целом, и нашей эскадры в частности. Если мы полностью перекроем поставки в Россию из Америки северными морями, то окажем тем существенную помощь вермахту – лишившись подвоза жизненно важных грузов, большевики поневоле снизят активность на восточном фронте – без поставок бензина и взрывчатки с порохами, много не навоюешь. К тому же наши союзники японцы успешно начали Алеутскую операцию, разорвав дальневосточные коммуникации между США и русскими. Осталось приложить максимальные усилия, и мы победим, господа.
Командующий военно-морскими силами в Норвегии адмирал Оскар Кумметц обвел взглядом собравшихся за широким столом флагманов наиболее сильной эскадры кригсмарине, составленной из лучших кораблей, когда-либо построенных на верфях фатерланда. Из ремонта вернулись линкоры «Тирпиц» и «Шарнхорст», и не одни, а сопровождая только что вступивший в строй новейший авианосец «Граф Цеппелин». Этот корабль по своему водоизмещению в тридцать пять тысяч тонн на испытаниях выдал ход больше 33 узлов, то есть ходил заметно быстрее линкоров, и чуть превосходя тяжелые и легкие крейсера. Авиагруппа на нем была внушительной – по эскадрильи истребителей, пикирующих бомбардировщиков и торпедоносцев, плюс шесть разведчиков, столь необходимых для проведения полетов над обширными пространствами Арктики и Атлантики. Все самолеты были японскими, но уже прошедшими модернизацию по внедренным предложениям германских специалистов – немного потеряв в дальности полета и чуть в скорости, была заметно увеличена боевая стойкость и надежность. Все машины получили протектированные бензобаки, бронеспинки, установили радиостанции, на них поставили более мощное германское вооружение – на истребителях, пикировщиках и разведчиках имелось в крыльях по паре 20 мм пушек и крупнокалиберных пулеметов, причем пикировщики и разведчики имели двойное предназначение. При налетах вражеской авиации они вполне могли стать надежным щитом, высокая скорость позволяла быстро настигать вражеские бомбардировщики. С производством собственной палубной авиации в рейхе решили не заморачиваться, хотя работы над модификациями «мессершмиттов 109» и пикирующих бомбардировщиков «юнкерс-87» велись еще до войны. Но теперь лихорадочно доводили до готовности массовый в люфтваффе истребитель «фокке-вульф-190» в модификации многоцелевого корабельного варианта, который был способен нести не только бомбы, но и авиационную торпеду, а также оснащаться дополнительными топливными баками и мощным вооружением, которое позволяло с легкостью сбивать любые вражеские самолеты. И как только они станут производиться на заводах, то все полученные от японцев самолеты станут без надобности – одна многоцелевая машина заменит все четыре типа. Но так как сейчас авианосцев было всего два, один здесь, другой в Индийском океане, то на них находились самые опытные летчики люфтваффе, прошедшие стажировку на японских авианосцах и принимавшие участие в боях над Тихим океаном. Еще два авианосца достраивались, один из них итальянцами, переделывающими лайнер, и в следующем году войдут в строй. И это все, лишь переоборудовались в Японии два будущих авианосца, с намного меньшей, на уровне 21–23 узлов скоростью. Да специально для охраны океанских конвоев от нападений субмарин на Средиземном море итальянцами перестраивалось несколько теплоходов, которые должны были стать эскортными авианосцами, причем тихоходными. На них было решено установить катапульты, а большая часть авиагруппы состояла из бипланов «фузилер 167» с низкой посадочной скоростью. И это было все, что можно сделать в условиях войны и сопряженными с ней финансовыми трудностями и ограниченности ресурсов. Да и находящихся в строительстве кораблей было немного – в основном эсминцы, миноносцы, тральщики, «шнель-боты». Из крупных кораблей в рейхе достраивали только авианосец «Петер Штрассер». Да еще легкие крейсера, два в Голландии и один во Франции, которые должны были получить новейшие 128 мм универсальные орудия, и обеспечить надежную противовоздушную оборону линкоров и тяжелых крейсеров от налетов вражеской авиации.
И это все, зато строительство «U-bot» нарастало с каждым месяцем, причем Кумметц знал, что уже серийно заложены большие океанские субмарины новейшего XXI типа, способные развить за счет необычайно мощной аккумуляторной батареи подводную скорость чуть ли не в пятнадцать узлов, а это давало возможность атаковать конвои, обгоняя тихоходные транспорты. К тому же лодка должна была получить огромную дальность плавания на уровне «карманных линкоров», которая позволяла дойти от берегов Норвегии до Японии, через Атлантику и огибая Африку. Сами субмарины оборудовались «шнорхелями», которые позволяли работать дизелям в подводном положении, и как сказал ему гросс-адмирал Дениц, командующий всеми «волчьими стаями», на вооружение поступила специальная акустическая торпеда, массового применения которой союзники вряд ли ожидают…
– У берегов Шотландии и Исландии опять собирается большой конвой, в прикрытии которого будут те линкоры, которые прошлый раз нам крепко досадили. Теперь у нас есть возможность вскоре взять над Королевским флотом убедительный реванш. Но вначале надлежит прервать сообщение полярным маршрутом, эта возложена на отряд контр-адмирала Эриха Бея.
Кумметц посмотрел на командующего крейсерскими силами – тот не скрывал своего торжества, хотя прекрасно понимал, что действует старая аксиома, по которой выполнение задачи возлагается на того, кто проявил инициативу, и это правило действует безотказно.
– Гросс-адмирал Редер утвердил план операции «Страна чудес», по которому линкор «Шарнхорст» в сопровождении легкого крейсера «Кельн» парализует русские коммуникации в Карском море, при этом разгромит конвой из двух десятков американских транспортов, что собраны у берегов Чукотки, и по донесениям японской разведки, в сопровождении ледоколов уже уходят через Берингов пролив. Появление наших кораблей в устье Енисейской губы для русских станет неприятным сюрпризом. Надлежит обстрелять портовые сооружения на острове Диксон, и, высадив десант захватить гавань. Ваши действия, Эрих, будут поддержаны нашими субмаринами – гросс-адмирал Дениц выделил пять «U-bots». Если удастся захватить ледоколы, но используя данные нашей «северной экспедиции» мы создадим в русском Заполярье две секретные базы с аэродромами, и полностью прекратим перевозки по СМП. Таких дерзких действий от нас большевики вряд ли ожидают. К тому же, если британские и американские крейсера, которые базируются в Мурманске, попытаются перехватить наши корабли, тем лучше. Мы получим прекрасную возможность свести с ними счеты. Для англичан это будет не бой со «Шпее» в Ла-Плате, а побоище в Карском море – перед ними будет не «карманный», а настоящий линкор…
Операция «Вундерланд» проводилась в 1942 году силами броненосца «Адмирал шеер» и подводными лодками кригсмарине. И за малым чуть не привела к разгрому конвоя «ЭОН-18», в составе которого в Мурманск из Петропавловска переходили лидер «Баку» в сопровождении двух эскадренных миноносцев…
Глава 19
– Откуда столько «пантер»? Там не меньше полсотни, целый батальон выдвинулся. Ладно одна рота на полк, пусть батальон, но массированно их только Роммель в Иране применяет. Никогда столько не видели.
Григорий Иванович хмыкнул, стараясь разглядеть через мощную оптику, что творится на рубежах, занятых гвардейской мотострелковой дивизией. Вот только видимость была уже никакая – артполки стали ставить плотный заградительный огонь, и теперь в дело включились и минометы. Старый, много раз отработанный тактический прием, еще со времен империалистической войны – любое наступление отражается именно артиллерией, орудия и минометы ставят плотный заградительный огонь, пройти через который пехоте невозможно по определению. А там подключались пулеметы, и те пехотинцы, что все же продрались каким-то чудом через «частокол» разрывов, ложились зачастую у ошметков проволочных заграждений. Это был тот самый «позиционный тупик», в который уперлись все воюющие армии. Появление танков вначале резко снизило потери атакующих «волн», но до идеи танковых войск тогда еще не додумались. Зато побежденные немцы оценили бронированные новинки, и появились панцерваффе, которые сейчас достигли своего пика развития. Первые два года мировой войны наглядно показали, что такое танковый «блицкриг», когда панцер-дивизии могли пройти за день до полусотни и более километров, но со временем, по мере опыта и насыщения советских дивизий противотанковыми средствами и артиллерией, «молниеносной войны» у противника уже не выходило. А в этом году вообще ни разу не было глубокого прорыва, да, могли вклиниться за день на десяток километров, самое большее, а дальше приходилось мучительно «прогрызать» оборону, с большими потерями, особенно в танках.
Вот и сейчас первую линию обороны противник смял массированным артогнем, и сразу же ввел в действие танковые дивизии, которые выдвинулись рывком из глубины, где сосредоточились вне зоны поражения артиллерией. Вот только скрыть накопление танковых и моторизованных частей в летнюю жару невозможно – на проселках поднимаются клубы пыли, да и авиация постоянно проводит разведку, «сушки» в сопровождении истребителей чуть ли не висят над линией фронта, а в глубоких тылах противника постоянно летаю «яки» и «ту», проводя фотографирование местности. Впрочем, немцы приготовлений особенно и не старались скрыть, они торопились как можно быстрее сосредоточить танковые соединения. И теперь ввели их в сражение на широком фронте – одна панцер-группа ударила по 2-й танковой армии генерала Лизюкова, а другая, здесь, на миргородском направлении схлестнулась с мехкорпусами и гвардейцами Черняховского, и началось эпохальное сражение, в котором бронетехники было не меньше, чем всадников в орде Чингисхана. И, пожалуй, даже на Курской дуге в той реальности танков было намного меньше. Тут же сошлись они сошлись лоб в лоб, и все потому, что командарм 4-й танковой поставил два мехкорпуса во второй линии, выдвинув далеко вперед четыре стрелковые дивизии – две своих, и пару резервных, спешно подошедших по пыльным дорогам полтавщины. То же сделал и генерал-полковник Лизюков – только задействовав полнокровный стрелковый корпус, пришедший форсированным маршем от Лебедина.
– Пусть дерутся в окружении сколько могут, – негромко произнес Кулик, оторвавшись от стереотрубы. Видимость с колоколенки была великолепной, пока не началось сражение, но сейчас на НП армии делать было нечего, пора перебираться на командный пункт, там со средствами связи гораздо лучше, даже прямой провод на Харьков проложили, в штаб фронта. А через коммутатор и со Ставкой, соответственно, связь имеется, правда из разряда, где фамилии употреблять не следует, и говорить прямо с «товарищем Ивановым» нельзя, только намеками. И еще раз взглянув на густую пелену дыма и пыли, Кулик стал решительно спускаться вниз по каменной лестнице.
– Это хорошо, что немцы решили напролом полезть, Иван Данилович, видимо их время поджимает, вот и торопятся.
Маршал закурил папиросу, отойдя под яблоню, усыпанную спелыми пока еще незрелыми, но уже крупными плодами. Взглянул на свой Т-43 – передвигался исключительно на танке, не хватало попасть под бомбежку. Пыхнул дымком и посмотрел на небо – сейчас не приходилось втягивать голову в плечи, и заранее подобрать укрытие на случай внезапной бомбежки. Связка «панцер плюс штукас» у немцев в очередной раз не сработала, да и не заработает уже никогда – противник утратил господство в воздухе еще с прошлого года. Все же когда у тебя самолетов втрое больше, и летчики чему-то научились, то с какой бы интенсивностью «эксперты» люфтваффе бы не летали, то рано или поздно им укорот будет дан. Да и прежние способы массирования авиации, ее быстрая переброска с разных направлений, и сосредоточение усилий на ограниченном участке огромного фронта, уже не приносили успеха противнику. Этому противодействовали спешным перебазированием истребительных дивизий И-185, которых стало уже семь, не считая флотских авиаполков, и еще две получали матчасть – производство теперь шло не только в Ленинграде, благо мотор довели до ума. Да и ЛА-5ФН оказался настоящим бойцом, и численность этих истребителей тоже возрастала с каждым месяцем. «Лаги» и «яки», «первые» и «седьмые», уже не выпускали, свернув производство к весне. Сейчас НКАП сосредоточил усилия на выпуске именно «лавок» и «яков» 9-й модификации, эти фронтовые истребители только сейчас смогли захватить небо, пусть пока только количественно. И то, что «лаптежники» встречались в небе крайне редко, а «хейнкели 111» перешли к ночным налетам их заслуга – повыбили вражеские бомбардировщики порядком, немцы тоже перешли к качественному усилению авиации новыми модификациями, не желая понапрасну терять самолеты с летчиками.
Да и фронтовой бомбардировочной авиации теперь хватало – на фронте днем летали с сильным истребительным сопровождением американские «митчелы» и «бостоны», а также ТУ-2, производство последних уже освоили на трех заводах, полностью прекратив изготовление ИЛ-4 в Комсомольске, и сократив выпуск ПЕ-2. Да и с ИЛ-2 пошли тем же путем, сделав выбор в пользу «бостонов» и крупных серий СУ-6 – эти самолеты оказались намного более эффективными, да и Сталин в их отношении сделал свой выбор – за массовостью теперь не гнались, делая упор на эффективность. И правильно – сейчас американцы и англичане начали перемалывать люфтваффе в Испании и Ираке, судя по сводкам, там идут настоящие воздушные сражения, с большими потерями противоборствующих сторон. Так что «выжидательная тактика» принесла определенные дивиденды – «ноша» стала полегче, а вот на союзников много чего навалилось, это им не отсиживаться за чужими спинами, пусть сами дерьма полной ложкой хлебнут.
– Воздух! Воздух!!!
Сильные руки командарма швырнули Григория Ивановича в отрытую «щель», Черняховский навалился сверху. Такая бесцеремонность вывела маршала из размышлений, но материться по своему обыкновению не стал – рядом так громыхнуло, что зубы лязгнули. Теперь оставалось только лежать и пережидать штурмовку «фоккеров» – эти самолеты буквально терзали ближние тылы, используя облачность, и пользуясь любым моментом. И тут же быстро уходя, благо имели высокую скорость. Бомбежка окончилась так же внезапно, как и началась. Маршала подняли, и первое что он увидел, так свой Т-43, горящий, и без башни. И тут же накатил липкий страх – спас перекур, если бы сразу залез на танк, то в нем бы и накрыло…
Ситуация из разряда тех, которые были невозможны по определению – этот бомбардировщик хотя и походил на знаменитый ПЕ-2, вот только атаки с пикирования не проводил…
