Текст книги "Откройте рот, скажите: "Р-Р-Р"! (СИ)"

Автор книги: Гарик Армагеддонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

– Вы с донесениями от моих верных войск? – подозрительно прищурилась я на адвоката.

– Что? Нет! – испугался господин Трабет, – Я по поводу закона о престолонаследии!

– Закона?.. – я наморщила лоб, словно пытаясь припомнить что-то в своём спутанном сознании, – Ах, да! Закона… И что же говорит закон? Я слушаю вас!

– Основной закон гласит однозначно: в случае смерти императора, ему наследует старший сын мужского пола! – напыщенно произнёс адвокат.

– Как скучно… – зевнула я, – «Основной закон»… А что гласит неосновной закон?

– Дополнения к закону, и примечания к нему, – поправил меня Трабет, – А также… кхм!.. несколько устаревшие «закон крови» и «закон силы».

– Вы говорите, говорите! – поторопила я, – Когда вы так говорите, словно ручеёк журчит, мне как-то даже спокойнее становится… Излагайте же!

– Дополнения и примечания касаются, в основном, ситуаций, когда старший сын императора, по каким-то причинам, не может или не хочет вступить на трон, как-то: находится в плену, в чужом государстве, официально признан недееспособным, или болен неизлечимой болезнью, которая неизбежно помешает ему исполнять государственный долг… особой формой тропческой лихорадки, к примеру. Так-то человек, вроде бы, в разуме… иногда. Но его постоянно трясёт, речь его невнятна, и он не может, ни произнести речь перед народом, ни воодушевить войска перед боем. Тогда, в соответствии с законом и дополнениями к нему, власть должна перейти к следующему по старшинству сыну императора. Если же такового нет, то к ближайшему родственнику императора, и опять по старшинству. К примеру, сейчас таковым является дядя императора по отцовской линии герцог Калиштский. Ему девяносто шесть лет, и я сомневаюсь, что в случае коронации, он сможет удержать на голове императорскую корону… но закон предписывает короновать именно его. При условии… вы понимаете?.. кхм… если вдруг его величество вздумает отречься от престола, и его сын – тоже.

– А как же мои планы? – с обидой протянула я, – Неужели нельзя взойти на трон простой мужчине-герцогине, вроде меня? Пусть даже, ещё при жизни императора?

– Захват трона при жизни императора называется узурпацией власти! – хитро прищурился адвокат, – Но вот, если бы вы были родственницей императору по крови…

– Это легко! – оживилась я, – Хе! Ему делаем царапину на руке, мне делаем царапину на руке, соединяем царапины, наша кровь смешивается – вуаля! мы уже «кровные родственники»!

– Это так не делается… – кисло поморщился адвокат.

– Ерунда! – с убеждением возразила я, – Делается, не делается… Кто сказал, что не делается? По мордам ему! И сразу передумает! Давайте, рассказывайте, что может сделать мужчина, родственник императору по крови? При жизни императора?

И я азартно поёрзала на своём стуле. Чуть не свалившись, причём не понарошку!

– Ну… есть два закона, древние, почти никогда не применявшиеся, но официально не отменённые, – начал адвокат, – Первый, это «закон крови». Попытка его применить была четырежды, но применён всего однажды. Суть в том, что если стиль правления действующего императора… как бы сказать… не нравится его родственникам… а в родне у императора – всё высшее сословие империи!.. то эти родственники могут собраться, в количестве не менее двухсот человек, каждый из которых может предъявить родословную, из которой явствует, что он прямой родственник самодержца. И это собрание может отстранить действующего императора от власти, выдвинув своего кандидата, за которого проголосуют не менее трёх четвертей собравшихся…

– Всё ясно! – подумала я, – Если двести герцогов, графов, и прочих маркизов с баронами приведут свои войска… да ещё часть имперских войск набрана с земель мятежников… по сути, выдвижение своего кандидата – это попытка предотвратить всеобщую внутринациональную резню мирными средствами! Любой император устрашится, когда двести высших сановников предъявят ему ультиматум!

– Как я говорил, таких попыток было четыре, – мелко захихикал адвокат, – Но три из них провалились! Собравшиеся никак не могли выдвинуть из своей среды кандидатуру, устраивающую всех! Во всех трёх случаях заговорщики настолько перессорились, что произошла взаимная резня! И только в одном случае, примерно полторы тысячи лет назад, всё же такой закон сработал. Избрали престарелого, но бездетного, троюродного брата действующего императора, Теодориха Шестого, которому на момент избрания перевалило за восемьдесят лет. Все ожидали, что он просидит на троне пару лет, и уйдёт в мир иной… а потому его и выбрали! А сами продолжили консультации, по выбору очередной кандидатуры. Но Теодорих Шестой царствовал двенадцать лет, женился на молоденькой девушке, будущей новой императрице, и она родила ребёнка, которого император объявил своим сыном! Как уж там было на самом деле, история умалчивает, но действующая сейчас императорская фамилия – это потомки того Теодориха! Ну, или, его сына…

– Вот видите! – укоризненно сказала я, – Как всё просто! Если императрица объявит меня своим сыном… старшим сыном!.. то и делать ничего не надо. Всё само сделается! Ну, ещё пустячок: чтобы и император поверил, что я – его сын. Авось, убедим как-нибудь! Допустим, если я скажу ему «папа», то что он скажет мне в ответ?

– Я представляю, что он скажет… – адвокат возвёл глаза к потоку.

– И я представляю! – заверила я, – Он скажет: «Сынок!», и распахнёт родительские объятья. Хорошо, оставим это пока в стороне. Что ещё? Там был ещё какой-то закон?

– Да… – пробормотал Трабет, – «Закон силы». Этот закон ещё древнее. Чуть ли не с диких времён. И применялся всего дважды, на самой заре становления нашей Империи. Суть его проста: если императору более шестидесяти лет и у него нет наследника мужского пола, то любой родственник императора, обладающий фамильяром в виде чёрного дракона, может, даже без объявления войны, сокрушить действующего императора, и сесть на трон. И это не будет считаться мятежом или узурпацией власти. Именно таким способом пришёл к власти древний император Сингур Синебородый. Именно так сел на трон Болдуин Длиннорукий. Всё это больше двух тысячелетий назад. В толковании к закону объясняется, что чёрный дракон – это символ нашей Империи, что таким образом предотвращаются взаимные распри между подданными, в случае внезапной смерти действующего самодержца и всё такое прочее. Как видите, для вас этот закон не подходит.

– Чевой-то? – возмутилась я, – Мне любой закон по плечу!

– А где же вы возьмёте чёрного дракона-фамильяра? – прищурился адвокат.

– Куплю! – не моргнула я глазом.

– Фамильяров не покупают! Любой «кулон правды» выявит, что ваш дракон – не фамильяр!

– У вас просто воображение не развито, – снисходительно пояснила я, – Всё просто! Покупаю дракона… Даю ему имя… Фамильяр! И всё! Хоть всю меня кулонами обвешайте, при вопросе, является ли этот дракон моим Фамильяром, я отвечу: «Да!», и ни один кулон не мигнёт! Эх, господин адвокат, учиться вам ещё и учиться!

– Да, но… чёрный дракон – это такая редкость! Вы представляете, сколько может стоить чёрный дракон⁈

– Да, – задумалась я, – Это может вызвать затруднения… Разве что, в карты кого-нибудь обыграть? Вы случайно не знаете этаких шулерских приёмов, чтобы всегда в карты выигрывать?

– Я⁈ Нет!!!

– А жаль… – вздохнула я, – А я уже подумывала, на предмет, не возвести ли вас в баронское достоинство… Не наделить ли вас землями… Кстати, где-то тут был цветочный горшок? С землёй…

– Не надо! – попятился адвокат, – Не надо наделять меня землями!

– Как скажете, – пожала я плечами, – Скромность украшает! У вас есть ещё возражения?

– А как же ваш настоящий фамильяр? – осторожно уточнил Трабет.

– Какой? – слегка подпрыгнула я, изображая глубочайшее изумление.

– Ну… у вас уже был какой-то фамильяр? Котёнок, кажется?..

– Котёнок…

Я сделала вид, что окончательно растерялась, а сама мысленно призвала Лиску. И вот, на колени мне прыгает моя кошечка…

– Мелисса! – «узнала» её я, – Но, подождите!.. Если это моя Мелисса, то получается… о, нет!

Я «в ужасе» закрыла лицо руками.

– Святые рогалики! – простонала я сквозь пальцы, – Что я тут творила!

– Господин адвокат, – цепко ухватил Трабета под локти хозяин, направляя к дверям, – Боюсь, что теперь вы здесь лишний. Дальше пойдёт прямое медицинское лечение. Очень деликатное! Благодарю за помощь… Вот, кстати, ваши бумаги… Доминикус! Выплати господину адвокату два… нет! четыре конти! Всего хорошего, господин Трабет! Вы можете гордиться: только благодаря вам, госпожа Сюзанна начала приходить в разум! Спасибо, спасибо и… всего хорошего! До новых встреч!

И наш домовой буквально вынес адвоката за порог. Он это умеет!

* * *

– Господин Трабет пошёл в направлении своего дома. Судя по виду, страшно довольный, – сообщил инспектор Кнопп, заходя в нашу «совещательную» комнату, – А что у вас? Удалось выведать у «эксперта» нужные сведения?

– Мне кажется, да, – задумчиво сказала я, приводя себя в порядок и расставляя книги по местам, – Вы ещё не догадались в чём дело? Тогда вспомните, как господин Кнопп рассказывал о двух призрачных дуэлянтах, а хозяин заметил, что наведённые иллюзии всегда чуточку покачиваются. И вспомните, что принц на балконе постоянно «переминался с ноги на ногу».

У меня есть всего одна идея, которая закрывает все «дыры» и несуразности. Она проста: его высочество принц погиб. Подождите! Не перебивайте, я и сама в шоке!

Итак, давайте просто предположим, что я права. Не знаю, как это произошло: случайно упал пьяным с дракона, или произошло очередное покушение, оказавшееся удачным, или ещё что-то… не важно! Положим, я права. И у императора больше нет наследника мужского пола… Что произойдёт?

Император, не хуже какого-то адвоката должен знать законы своей Империи. И даже лучше. Он знает, что если это станет достоянием гласности, вполне может произойти очередное проявление «закона крови». И мы помним, к чему привели три случая из четырёх. Поэтому гибель принца тщательно скрывается. Именно поэтому исчез принцев дракон-фамильяр. Он просто растворился в астрале вслед за хозяином. Именно поэтому, когда на балконе стоял не настоящий принц, а только его иллюзия, на балкон не допустили ни Первого министра, ни казначея, вообще никого! Кроме тех, без кого не обойтись. Кто и без того, в курсе.

Что дальше? Императору срочно нужен новый сын-наследник. Престарелая императрица не может дать ему такого. Что делает император? Правильно, заводит себе фаворитку… вторую, третью… шестую! Из последних сил стараясь, чтобы хоть у одной из них родился мальчик. Чтобы – надёжно! Чтобы впоследствии признать его своим сыном и сделать очередным наследником. Императрица в курсе событий. И именно поэтому во дворце не было скандалов по поводу чрезмерной императорской прыти! Императрица сама кровно заинтересована, чтобы император совершал подвиги «под шёлковыми… знамёнами»! Речь идёт не больше и не меньше, как о сохранении династии. И о предотвращении междоусобного кровопролития…

Как интересно! Оказывается, иногда можно предотвратить кровопролитие подвигами в кровати! Кто бы мог подумать…

Ну, и последнее. Император знает и о «законе силы». Кто может воспользоваться этим законом? Только один претендент, у которого в фамильярах чёрный дракон… И император посылает своего Главного телохранителя устранить угрозу.

– Но я не угроза! – вскинулся генерал, – Я верный слуга Империи! Я сейчас же делаю портал во дворец! Я объясню его величеству, что не претендую на трон ни в коей мере!

Я только грустно усмехнулась.

– Ярина, – спросила я, – Если бы ты хотела захватить власть, что ты сказала бы императору?

– Что я этого не хочу! – честно ответила подруга.

– Вот видите?.. Кто же вам поверит…

– Пусть на меня повесят «кулон правды»!

– И вы, сильнейший архимаг Империи, не найдёте способ обмануть глупый кулон? – удивилась я.

– И, что же тогда делать?.. – растерялся хозяин.

– Как скучно… – зевнула я, – «Основной закон»… А что гласит неосновной закон?

Глава 24

Теория взаимности: прикладная часть

Самый приятный способ платить по счетам – это отвечать нежностью на нежность.

Нинон де Ланкло.

– Но император всё это делал, чтобы спасти Империю от внутренних конфликтов! – в очередной раз возмущался Фредерик Рей, отбиваясь от наших натисков, – Пока не случилось страшного, он был со мной добр! Он поступил так вынужденно!

Но мы уже навалились на него втроём: я, господин Кнопп и призрак. Ярина, как лицо, всем вокруг сочувствующее, и спорить не умеющая, улизнула на кухню, а домовой сказал, что в политике ничего не понимает и понимать не хочет. И скрылся из глаз.

– На мой взгляд, это было предательство, – покусывал свои висячие усы инспектор, – А предательство, в какие бы одежды оно не рядилось, какими бы высшими целями не оправдывалось, остаётся предательством…

– Ты рас-суди с-сам, мальчик мой! – всё ещё слегка подсвистывал призрак, – Император не из-сбавился от проблемы, он только отложил её, до рождения потомс-ства… А ес-сли родятся только девочки? Опять с-совершать «подвиги»? А ес-сли он от этих «подвигов» окочуритс-ся? И оказ-сывается, что проблема не решена! А он уже с-совершил покушение на верного с-слугу Отечес-ства!

Я была категоричней.

– Говорите, сударь, что император был с вами «добр»⁈ Точно ли? Или просто всегда опасался? Он приблизил вас ко двору? Для того, чтобы вы всегда были на виду! Чтобы знать о каждом вашем шаге! Он присвоил вам генеральский чин? Для того, чтобы в любой момент вас можно было отправить в самое пекло любой заварушки! Если император прикажет отправить на поле боя какого-нибудь подпрапорщика, это будет подозрительно. А генерала – да, хоть с другого конца Империи! Никто не удивится! Тем более, опытного генерала. Вот скажите, у вас большой опыт боевых действий? А почему? Правильно, потому что вас во все конфликты носом тыкали! И ещё скажите: вам хоть раз предлагали преподавать в Академии военных искусств? Нет? А почему? С вашим боевым опытом вы могли бы многих научить. Но император не хотел, чтобы вы жили. Он хотел, чтобы вы героически погибли, на пользу Империи. Он вас использовал, как инструмент! Вроде лопаты, которую садовник использует, чтобы навоз по грядкам разбрасывать. Хорошая штука, полезная. Сломалась лопата? Не беда, возьмём другую!

Вы говорите, что он осыпал вас милостями? За чей счёт, сударь? За свой личный, или из казны? Если из казны, то можете считать, что это не он вас награждал, а это награда от лица всей Империи! Казна, она ведь собирается из налогов, от каждого жителя, а не из кармана императора! А когда император подумал, что ему может грозить от вас опасность – вдумайтесь сударь: он только подумал об этом! – то немедля организовал попытку вашего убийства. Империю, говорите, защищал? Как не так! Свою задн… я хочу сказать, свою династию он защищал!

– Я с-согласен с С-сюзанной!

– А главное, к чему мы в результате пришли? – рассудительно продолжил мою мысль Кнопп, – Принц не воскрес, династический кризис не устранён… и неизвестно, будет ли устранён в ближайшее время? Результатов императорских «подвигов под шёлковыми… знамёнами» ещё чуть не год ждать… А смерть принца утаить с каждым днём всё сложнее! Я думаю, что такие длинные праздники – целых две недели! – император придумал именно для того, чтобы не было дворцовых приёмов, придворных балов, и прочих церемоний, где по протоколу должен присутствовать его высочество. Но вечно это длиться не может. Он даже не сможет сделать вид, что разгневался на принца и отправил его в отдалённый замок! Потому что, даже опальному принцу, положено многочисленное сопровождение! Понимаете? То есть, император не решает проблему, а оттягивает её решение! А вы, тем временем, герой и спаситель Империи, вынуждены ютиться в провинциальном городишке и не смеете объявить, что у вас фамильяр-дракон! И вздрагиваете каждый раз, когда слышите слово «сыщик».

– Я с-согласен с инс-спектором!

– А что дальше? – риторически вопросила я, – Вы намерены и дальше прятаться в нашем Нижнем Волоке? В надежде, что у одной из фавориток родится мальчик, и император объявит его сыном? И тогда вы сможете вернуться, потому что перестанет действовать «закон силы»? Вы готовы ждать девять месяцев неизвестно чего? Так будьте уверены: вас найдут гораздо раньше! И, как только найдут – снова организуют покушение! А как вы планируете выгуливать дракона? По ночам, вроде как, совершая прогулки со своей летучей мышью? При самых осторожных ваших действиях, я даю вам неделю! И, поверьте, я знаю о чём говорю. Через неделю поползут слухи. Через две недели весь город будет точно знать о драконе в вашем подвале. Через три недели вас убьют. Точка. Вы не будете выгуливать дракона? Вы запрёте его в душном подвале навечно? Не верю! Вы слишком любите своего Эреба, чтобы планировать для него такую судьбу! Может, вы собираетесь покинуть нашу страну? В какое-нибудь «безопасное» соседнее королевство? Мне кажется, вам это и в голову не приходило. Вы патриот Империи, который защищал её, не щадя собственной крови. И – прозябать в изгнании? А прозябать придётся, потому что ваши денежки очень быстро кончатся. И тогда – или прозябать, или от вас потребуют службы новому королевству. Военной службы. Очень может быть, что как раз в конфликте с нашей Империей. И как вы будете воевать со своими прежними однополчанами, только по разные стороны поля боя? Мне кажется, этот вариант не для вас. Тогда, как вы планируете жить дальше, господин генерал?

– Я с-согласен с С-сюзанной!

– Но я не убийца! – чуть не взвыл Фредерик Рей, и привычно ухватил себя за правый палец, – Мне приходилось убивать врагов, но это были враги, а не собственный император! И они шли на мою страну с оружием в руках! Если я вызову императора на поединок… шестидесятилетнего старика!.. то про меня скажут…

– Если вы вызовете императора на поединок, – перебила я, – То вас убьют из-за угла! Ещё до поединка. В отличии от вас, император не блещет благородством и рыцарством. Он предпочитает устранять своих противников исподтишка. И не только он. Именно потому – помните? – в «законе силы» сказано, что претендент может напасть без объявления войны.

– И с-самое главное: это будет з-саконно!

– Да, – инспектор опять покусал кончики усов, – Это будет не узурпация власти, не государственный переворот, не свержение династии… это будет исполнение закона!

– Если не вызывать на поединок… тем более! Вы предлагаете мне ударить мечом в спину шестидесятилетнего старика⁈ Повторяю: я не убийца!

– Святые рогалики! – вскипела я, – Кто вам предлагает убивать императора⁈ Не нужно его убивать! Он вам ещё пригодится.

– Как⁈ – поперхнулся Фредерик Рей, – Подождите… а что же вы тогда мне всё это время предлагаете?..

Надо сказать, что ещё две пары глаз посмотрели на меня с удивлением.

– Вы что, и правда, не понимаете? – удивилась я, – В этом доме логику держат запертой в сарае? Берите пример с императора! Он понимал, что господин Крейг может быть в будущем опасен, но он его не уничтожил. Он его использовал! Опять не понимаете? В законе как сказано? «Сокрушить». Не убить, не проткнуть в спину кинжалом, а сокрушить. Сделать так, чтобы император перестал быть императором. В нашем случае – всё просто. Господин генерал выскакивает из пространственного тоннеля возле императорских конюшен и уничтожает дракона-фамильяра императора. Всё… Без своего дракона император уже никому не интересен… кроме вас, сударь! Вы объявляете императором себя, ссылаясь на закон, а его отправляете в почётную ссылку. И он сам понимает, что ни одна живая душа, кроме его семьи, его больше не поддержит. Бессильный император – это совсем не то, что требуется на троне Империи! Зато: он сохраняет жизнь себе, своей жене, своей дочери – раз! Он остаётся родственником действующему императору – вам, сударь! – и его дочь, которой вы присваиваете титул герцогини, тоже – два! Он даже останется на политической арене, поскольку время от времени вы будете привлекать его для консультаций – три! Правда, не факт, что вы последуете его советам… но так-то он мужик опытный в международных интригах. Попытаться свергнуть вас в ответ? Когда нет сил, а все друзья отвернулись? Просто, из чувства мести? А так ли будет лоялен к нему новый император, который придёт вам на смену? Я думаю, свергнутый император ещё с полгода будет фонтанировать желчью, а потом смирится. И даже будет вам искренне помогать в меру сил. Деваться-то ему, всё равно, больше некуда, заполнить досуг нечем, а так – интересное развлечение на склоне лет… Политика! Я бы сказала: Большая политика.

– Я с-согласен с С-сюзанной!

– Но я не умею быть императором! Меня этому не учили!

– А у нас что, есть какая-нибудь «Академия императоров»? – удивилась я, – Никого не учили. Все учатся самостоятельно.

– Я не умею общаться с придворными!

– А с подчинёнными офицерами вы умеете общаться? Вот и с придворными… примерно так же! Хех! Я слышала, был такой император… запамятовала имя… так он был поклонник военных традиций. Сам, конечно, в боях не участвовал, но любил разыгрывать «сражения» деревянными солдатиками. И, разумеется, всегда побеждал. Так вот, он требовал, чтобы придворные ходили только парадным, строевым шагом! Представляете, какой-нибудь старенький, весь седой, министр земледелия идёт на доклад, у него подагра, болит желудок, а его император костерит, что тот носок плохо тянет, строевой шаг печатая… А вы говорите, с придворными не справитесь! Тут всё зависит, жёсткой рукой вы возьмёте власть, или будете либеральничать. Последнего не советую.

– Я с-согласен с С-сюзанной!

– Я подумаю… – наконец-то сдался Фредерик Рей, – Мне нужно время… чтобы всё осмыслить… чтобы принять решение…

– И, главное, помните: вы просто исполняете закон! – повторил инспектор Кнопп, – А если так, то это не ваша прихоть. Это ваш долг! Все мы обязаны соблюдать законы! Это я вам, как лицо при исполнении, говорю.

* * *

Спала я плохо. Как и все последние несколько дней. Прямо, наваждение какое-то! Только стóит укрыться тёплым одеялом, как сразу кажется, что это не одеяло, а чьё-то горячее тело к тебе прижимается… обнимает тебя крепкой, тёплой рукой… и так: жмяк… жмяк… Вскинешься, начнёшь шарить рукой у себя за спиной – нет никого… И так горько становится…

А если заснуть – то ещё хуже. Там уже не просто жмяк-жмяк, а целое жмяк-жмяк-жмяк-жмяк! И так уютно, так приятно, что просыпаться не хочется! А сегодня было совсем обидно просыпаться. Я же не дура, я понимаю, что сегодня мы Фредерика Рея окончательно уговорим. Куда он от нас денется? И улетит он от нас в свои столицы, завоёвывать престол и покорять очередные высоты. А мне останутся только сны.

Так что, проснулась я в отвратном настроении, привычно пошарила рукой за спиной, опять никого не нашла, расстроилась ещё больше, и пошла в сад. Высматривать место, где будет будущая стартовая площадка для дракона. Ему же надо какое-то место для взлёта?..

– Добрый день, господин Ворчун, – буркнула я, проходя мимо призрака, который, как оказалось, никогда не спит, – Что-то вы, какой-то задумчивый…

– И вам хорошего дня, гос-спожа С-сюзанна… – откликнулся призрак, – Я, дейс-ствительно, з-садумался…

– О чём же? Если не секрет, конечно.

– Не с-секрет. Я думаю: почему я в приз-срака возродилс-ся? Какая-то ц-сель у меня была? Я был уверен, что это исц-селение дракона! Но вот, Эреб с-совершенно з-сдоров, а я не рас-створяюсь, не ухожу в ас-стральное небытие… Почему же? Что мешает? Вы можете мне с-сказать?..

– Не знаю! – приостановилась я, – Могу сказать только одно: если вы и в самом деле растворитесь, мне будет очень жаль. Нам всем будет вас не хватать!

– Может, моя ц-сель не з-савершена? – задумался призрак, – Может, предс-стоят такие бои и с-схватки, после которых опять придётся применять моё ис-скус-ство?

– Ну… учитывая то, что мы задумали… очень может быть! – согласилась я.

– З-сагадка! – подытожил призрак и опять глубоко задумался.

Я тоже задумалась, но о своём. Шла по дорожкам сада и думала. И даже не замечала, как всякие хищные деревья тянут ко мне свои загребущие ветки со страшными шипами. До них ли сейчас?

Я думала, думала… потом ещё думала… а потом решилась! Ну и пусть, что опасно! Ну и пусть, что могу сдохнуть! Подумаешь, сдохла какая-то горничная! Тоже мне, трагедия вселенского масштаба. И я понимаю, что-то, что он обещал мне, он говорил из вежливости… а вдруг?.. И вот за это «вдруг», я готова рискнуть чем угодно! Даже жизнью!

Я огляделась вокруг. Боюсь, мой взгляд был несколько безумным. Не так, как я притворялась перед адвокатом Трабетом, а в самом деле безумным. А потом я приказала ближайшему дереву вытащить свои корни из земли, отойти в сторонку и улечься. Магией приказала! Прекрасно сознавая, что моей магии это не под силу…

* * *

– Привет, Ворчун! – бодро произнёс хозяин, выходя из дверей в сад и потягиваясь, – Ты Сюзанны не видел? Куда-то подевалась… На рынок, что ли, пошла?

– С-сюзанна? – оторвался от своих раздумий призрак, – Хм-м… Мне помнитс-ся, что она уходила вон по той дорожке с-сада… Но я не помню, чтобы она воз-свращалась…

– Давно? – насторожился Фредерик Рей.

– С-с почас-са… – тоже напрягся призрак, – Это с-странно! Она никогда в с-сад надолго не уходила! Боялас-сь!

– Так что же ты… бежим!

Меня они нашли шагах в сорока за поворотом дорожки, бессильно привалившуюся к двум вывороченным деревьям. Без магии и заледеневшую. Даже на ресницах блестел иней! А рядом лежала без чувств моя Мелисса. Между прочим, мне было очень сложно ей объяснить, почему, и как именно, она должна лежать «без чувств».

– Сьюзи! – простонал Фредерик Рей, подхватывая меня на руки, – Что же ты наделала!

Ну, вот теперь и посмотрим, как он выполнит своё: «Если что, я тоже буду спасать каждого из вас, не задумываясь!». Спасение-то, оно только одним способом! Ну, вы знаете, каким именно…

Хозяин не пошёл со мной – побежал! Да так, что призрак отставать начал! Я аж позавидовала: когда мы его спасали, то втроём еле поднять могли, а он вон как меня, словно пёрышко… И краем сознания я почувствовала, как Лиска полежала ещё минутку, потом встала, отряхнулась, и побежала гоняться за ящерицами.

Вихрем мы ворвались в дом, бегом поднялись на второй этаж, и вбежали в спальню хозяина. «Мы», это в смысле хозяин со мной на руках. А потом хозяин бережно положил меня на свою кровать. Прямо в грязной одежде – на чистые простыни! Ну, не ему же стирать… Ладно, я может, и прощу. Потом. Посмотрим, что дальше будет!

Рядом уже стояли все. Ошарашенный домовой, Ярина с вот такими глазищами, и запыхавшийся призрак. Что у него там запыхалось – до сих пор не пойму. Лёгкие-то призрачные! И вообще, он не бежал, а летел по воздуху. По привычке, наверное?

– Доминикус! – немедленно принялся распоряжаться хозяин, – Живо к дверям! Пускать только тех, у кого фамильяр при смерти! Для остальных сегодня приёма нет. Ворчун! Примешь на себя спасение умирающих фамильяров! Тебе не привыкать. Если понадобится вселиться в кого-то материального, вон, в Доминикуса вселяйся!

– Он не человек! – возмутился призрак, – Он нечисть!

– И что? – подозрительно посмотрел на него хозяин.

– У него мышечный аппарат не такой! – пояснил Ворчун, – Я неделю буду только привыкать, чтобы его пальцами двигать, как своими!

– Ах, вот оно что… а я уж подумал… Ладно, позовёшь Ярину! Ярина, надеюсь, не откажешь?

– Боязно, конечно… – честно призналась подруга, и отважно посмотрела на хозяина, – Но не откажу! Тем более, если случай неотложный.

– Других сегодня не будет! Так… а пока Ворчун тебя не позовёт, держи наготове самовар и всё такое… горячее! Чтобы, когда Сюзанна в себя придёт, ей горячее сразу!

– Сделаю, – просто ответила Ярина.

– Тогда все по местам! – приказал хозяин, – А я займусь здоровьем нашей Сюзанны.

И, сквозь полусомкнутые ресницы, я увидела, как спальня опустела. На всякий случай, я заледенела ещё больше.

Мне показалось, что оставшись один, хозяин слегка оробел. Во всяком случае, он начал бормотать себе под нос:

– Я же это, не то чтобы… а совсем наоборот!.. И вообще, я жизнь спасаю… Ситуация-то критическая!..

Я едва не хихикнула. Чуть не слово в слово, как я себя убеждала, когда раздевала его самого! А его руки, между тем, быстро и ловко отстёгивали крючки на моём платье… И где он так научился с женскими платьями обращаться? Кобель! А, нет, вон, никак не может справиться с зацепившейся застёжкой, вместо того, чтобы спокойно разобраться, нетерпеливо дёргает её. Осторожнее! Мог бы и потренироваться заранее! У меня этих платьев не так, чтобы очень много! Оно одно! И один сарафан… Ты хочешь, чтобы я после твоих нервных пальцев своё единственное платье в починку отнесла?

Как видите, сознание моё было спутанным и противоречивым. А что вы хотите от девушки, впавшей в кому и лежащую при смерти?.. Ну, вроде бы?..

А, вот с меня уже потянули нижнюю рубашку… Под одеяло меня, под одеяло! Там теплее… и не так стыдно! Ну, вот, хоть это сделать догадался. Не стал пялиться. А то, знаю я вас… извращенцев! А я девушка приличная! Под одеялом мне стало чуть-чуть спокойнее. Ой, живо стереть краску с лица! Я же должна быть бледно-зелёная, а не пунцовая, не так ли?..

А тем временем Фредерик Рей торопливо раздевался сам. И мне всё было прекрасно видно, сквозь полусомкнутые ресницы. И не моргнёшь – слишком заметно будет. Приходилось смотреть. Какой он такой, весь из себя брутальный, подтянутый и какая у него накачанная мускулатура. Вон, какие кубики на животе!

Ой, он кажется, штаны снимает? А там у него… Святые рогалики! В прошлый раз такого не было! Я уставилась в кубики пресса. Кубики! Только кубики! И ни миллиметром ниже! Ой-ё! Меня прямо в жар бросило! А должна быть цвета фарфора и промёрзшая. Срочно леденеть заново! Срочно! Потому что вот-вот…

Фредерик Рей приподнял одеяло и скользнул к моему бессознательному телу. Плотно прижался… и вот это… которое не кубики… оно тоже прижалось, я чувствую! Я понимаю, что ему это девать больше некуда, но у меня же сейчас кровь закипит, а должна лежать полумёртвая и захолодевшая! На грани жизни и смерти.

Хозяин бережно обнял меня рукой. Но никаких «жмяк-жмяк» не последовало. Меня просто прижали к горячему телу изо всех сил. И по мне, от пяток до затылка, заклубилась тёплая, ласковая и могучая магия хозяина, обволакивая бережно и нежно. Просто ураган нежности… и капелька собственничества! А ещё Фредерик Рей уткнулся носом мне в плечо, зачем-то вдохнул запах моих волос, и стал бережно покрывать мою шею поцелуями! Это вообще против правил! Я не выдержу! Я не смогу контролировать свою температуру! Я не смогу контролировать… Я не смогу… Я ничего не смогу…