Текст книги "Платиновая карта"

Автор книги: Фридрих Незнанский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Володя Демидов присвистнул:

– Это значит, вы обобрали не меньше десяти тысяч человек.

– Хорошо считаете, – ухмыльнулся Максимович. Это был хороший проект. И всего с одним недостатком.

Дело в том, что у кое-кого из облапошенной публики начались подозрения. Нас стали проверять на предмет наличия лицензии и все такое. Вскоре мы вынуждены были прикрыть лавочку.

– Бедняги, – посочувствовал Демидыч. – Не дали вам эти ироды развернуться как следует, да?

– Ну почему же… – пожал плечами Максимович. – Мы развернулись. А потом свернулись. Так всегда бывает, такова жизнь. Заработанные лавэ мы поделили поровну. Потом целый месяц сидели без дела. – Максимович чуть склонил голову набок и пристально посмотрел на Голованова: – Вот тут-то Артуру в голову пришла еще одна гениальная идея. Насчет пластиковых карточек. Артур по Интернету списался с каким-то парнем, французом. Тот ему и посоветовал делать поддельные карточки. У нас в стране это дело довольно новое, а все новое легко подделать.

– И вы сразу же взялись за это дело?

Максимович кивнул:

– Да. Мы вложили почти все наши деньги в покупку техники.

– Этой? – кивнул Голованов в сторону коробок.

– Нет. Это уже новая. Тогда нам такие машинки были не по карману. Мы брали секонд-хенд, половина из которого была вообще самодельной.

– Где брали?

– Артур нашел каких-то умельцев. Через этого своего француза. Основную часть техники пригнали из-за бугра, а здесь собрали и отрегулировали. Все шло хорошо, но потом дело застопорилось…

– Из-за чего?

– Из-за чего? – Максимович вытер ладонью пот со лба. – Из-за того, что мозгов не хватило. Вернее, не хватало. Мы заработали немного денег на карточках, которые сделали, но качество у наших подделок было дерьмовое. Банкоматы их почти не принимали. Нужно было срочно их совершенствовать.

– Это так сложно?

– Не то чтобы сложно… – раздумчиво ответил Максимович. – Но нужны были свежие идеи. У нас мозги замылились, мы не могли придумать ничего нового.

– И тогда вы вспомнили о Вере Акишиной? – полувопросительно-полуутвердительно сказал Голованов.

– Да, – кивнул Максимович. – Но не мы, а Артур. Ему первому пришла в голову эта идея. Помню, в тот день стояла страшная жара…

5

В тот день стояла страшная жара.

Грув, Артур и Максимович сидели на кухне в квартире у Максимовича и пили холодный «Батвайзер», закусывая свежей соленой рыбкой.

– Я видел твою сестру, – сказал Грув, нарезая кету маленьким острым ножичком. – Непохоже, чтобы у нее хорошо варили мозги. У телок с такими ногами и сиськами голова обычно пустая.

– Осторожней, – предостерегающе сказал Артур. – Ты говоришь о моей родной сестре.

– Ну и что? – пожал плечами Грув. – Я что, сказал о ней что-то обидное? Наоборот. Она у тебя телка что надо. Ей бы на обложку какого-нибудь журнала. Или в Голливуд в фильмах сниматься. А к технике таких куколок подпускать нельзя.

– Ты не прав, – возразил Максимович. – Вера – умная девчонка. Она лауреат конкурса программистов…

– Да перестань ты… – поморщившись, махнул рукой Грув. – Знаю я, каким местом она заработала себе это лауреатство.

– Что ты сказал! – с холодком в голосе произнес Артур и угрожающе поднялся со стула. – А ну повтори.

– Ну и повторю, – равнодушно ответил Грув.

– Нет, ты повтори, повтори! – требовал Артур.

Максимович положил ему руку на плечо и сказал:

– Артурчик, успокойся. Грув, а ты перестань его подначивать.

– Да я просто пошутил, – пожал плечами Грув и отхлебнул большой глоток пива.

– За такие шутки в зубах бывают промежутки! – сказал Артур.

– Ладно, не кипятись. – Максимович нажал Артуру на плечо рукой и усадил его на стул. – Ты ведь знаешь Грува. Он вечно болтает всякую херню. Лишь бы почесать языком.

– Полегче, – сказал Грув, отрезая себе кусок кеты. – Я, между прочим, еще здесь.

– Ну хватит, – начальственным голосом произнес Максимович. – Мы собрались не затем, чтобы бить друг другу морду. Артур выдвинул идею, и мы должны ее обсудить. Значит, Артурчик, ты хочешь, чтобы мы привлекли к делу твою сестренку?

– Не просто хочу, а настаиваю на этом, – ответил Артур. – Это лучше, Чем искать кого-то на стороне. Хороших спецов мало, и все они уже пристроены.

– А Вера?

– Верка – белая ворона, – сказал Артур. – Папенькина дочка. Он ее от себя и на полшага не отпускает. По большому счету, она еще совсем ребенок.

– Ничего себе ребенок! – усмехнулся Грув. – С таким личиком, как у твоей сестры, в ее возрасте уже миллионы зарабатывают.

Артур показал головой:

– Она не такая. Ее, кроме компа, ничего не интересует. Настоящая фанатка.

– И мы можем это использовать, – заметил Максимович.

Артур кивнул:

– Об этом я и говорю.

– Если она и впрямь так гениальна, как вы говорите, то я не имею ничего против, – подал голос Грув. – Для меня дело важнее предрассудков.

– Вот это уже голос не мальчика, но мужа, – похвалил Максимович.

Он залпом допил свое пиво, протянул руку и достал из холодильника еще одну бутылку.

– И мне, – сказал Артур.

– Рука в говне, – с усмешкой передразнил его Грув.

– Ну все! – завопил Артур, вскакивая со стула и замахиваясь на Грува пустой бутылкой. – Сейчас я этому гаду башку размозжу!

– Не успеешь, – мрачно сказал Грув. Раздался щелчок, и из его сжатого кулака выскочило длинное, тонкое лезвие ножа.

– Да угомонитесь вы! – строго сказал Максимович. Он отобрал у Артура бутылку и швырнул ее в мусорное ведро. – А ты убери нож! – приказал он Груву.

Грув недовольно дернул лицом, но сложил нож и спрятал его в карман.

– Вот так, – сказал Максимович. – А то устроили здесь черт знает что. Один с ножом, другой с бутылкой. Детский сад какой-то!

– Он первый начал, – сказал Артур.

– Я? – притворно изумился Грув. – Я вообще сидел и никого не трогал. Это, кажется, ты хотел проломить мне башку.

– И проломлю, если еще хоть раз подначишь меня!

– Да сдался ты мне тебя подначивать. Пива спокойно не даешь попить.

Грув сделал обиженное лицо, взял бутылку и демонстративно отхлебнул из нее.

– Короче, парни… – Максимович обвел их хмурым взглядом. – Если мы до смерти надоели друг другу, то давайте разбежимся, и все.

– Я хочу работать, – сказал Артур. – Но пусть он следит за своим языком.

– Да я что – я ничего, – пожал плечами Грув. – Я бы и не стал его резать. Что я, сам себе враг, что ли? Меня ведь за это посадили бы.

– Хорошо, что ты это понимаешь, – сказал Максимович. – В общем, так, коллеги: с сегодняшнего дня никаких ссор. Хотите выпустить пар – идите в тренажерный зал. Или запишитесь в секцию бокса. А в те моменты, когда мы вместе, мы будем работать. Идет?

– Идет, – добродушно кивнул Грув.

– Идет, – недовольно отозвался Артур.

– Вот и хорошо. Продолжаем обсуждение. Итак, нам нужна Вера. Но как мы ее уговорим? Предложить ей процент прибыли или фиксированную сумму?

– Деньги здесь не прокатят, – возразил Артур. – Я же говорю: она особенная. Тут нужно действовать по-другому.

– «По-другому», – усмехнулся Грув. – Если бы ты еще сказал как.

Артур задумался.

– Нужно ее заинтересовать нашим делом. Деньги тут не годятся, потому что ей плевать на деньги. Но я знаю, как сделать так, чтобы ей было не плевать… Кстати, Андрей, ты так и не дал мне пива.

Максимович молча достал из холодильника бутылку, открыл и протянул Артуру. Артур отхлебнул пива и сказал:

– У Веры есть бойфренд. Полное ничтожество, но она от него без ума.

– И что? – спросил Максимович.

– А то, что если кто-то похитит этого паренька, а потом потребует у Веры денег, то она сделает все, чтобы эти деньги добыть.

– Бред какой-то, – поморщился Максимович. – Ты что, и правда думаешь, что она согласится работать на чужого дядю ради какого-то парня? Ты ведь сам говорил, что у нее на уме только компьютер.

– Так и есть, – кивнул Артур. – Но она сама этого не понимает. Ей кажется, что она любит этого ублюдка. Понимаешь, у нее есть принципы, совесть. Она ведь воспитана на русской классике, а настоящей жизни почти не нюхала. Думает, что в жизни нужно все делать, как в книжках. Мы используем это, чтобы припрячь ее к нашему делу. А потом, когда она втянется, ей уже будет не до парня.

Артур замолчал и занялся своим пивом, поглядывая на коллег. Максимович повернулся к Груву:

– Ну, Грув, что ты обо всем этом думаешь?

– Бредово, но убедительно, – ответил тот. – Вот только кто будет похищать этого… как его… Кстати, как его зовут?

– Стасик Тоцкий, – ответил Артур.

– Вот именно, – сказал Грув. – Кто будет похищать этого Стасика? Мы с Андреем, что ли?

– Даже если мы его и похитим, все равно поднимется шумиха, – заметил Максимович. – А это не есть хорошо.

– Шумихи бояться – шампанского не пить! – возбужденно блестя глазами, ответил Артур. – Да и похищать по-настоящему никто не собирается.

– Как – не собирается? – удивился Максимович.

– Что это за похищение без похищения? – ухмыльнулся Грув. – Что-то ты темнишь, Артурчик.

– Темню, говоришь? Сейчас сделаю ярче. Короче, маза такая, парни. Мы говорим Верке, что Тоцкого похитили и требуют за него выкуп. А чтобы добыть деньги на выкуп, она должна помочь похитителям наладить систему под кодовым названием «Платиновая карта». Как только дело будет сделано, она получит свой куш, и Стасик выйдет на свободу.

– Неужели она купится на эту байду? – недоверчиво усмехнулся Грув.

– Я же вам говорю – сестренка у меня зашоренная в дым. Она в любую фигню поверит.

– Может, ты знаешь, как это все провернуть? – прищурился на Артура Грув.

– Знаю, – кивнул тот. – Я умею подделывать голос Тоцкого.

Грув и Максимович удивленно уставились на Артура.

– Что значит – умеешь? Ты что, пародист?

– А тут не надо быть пародистом. Он басит и слегка заикается. Если мы еще подпустим в трубку немного помех, будет вообще не отличить.

– Ну-ка изобрази что-нибудь.

Артур набычился и произнес низким, грудным голосом:

– В-вера, здравствуй… Это С-стас. Как п-поживаешь?

– Во дает! – усмехнулся Грув. – Тебе нужно на сцену, Акишин. Вместо Максима Галкина.

Артур самодовольно улыбнулся:

– Это пустяки. Видел бы ты, как я вышиваю.

Приятели засмеялись.

– Ну что, – подытожил Максимович, – план неплохой. Значит, ты звонишь Вере и голосом Стасика говоришь, что тебя похитили и требуют выкуп. Потом трубку беру я и говорю Вере, что она может помочь своему другу, если захочет. Либо деньгами, либо мозгами. Денег у нее нет, так что она согласится на мозги. Если твоя сестра и впрямь такая легковерная, как ты говоришь.

– Она еще легковерней, – сказал Артур. – Только я останусь за кадром. Сами понимаете, парни, светиться мне ни к чему. Все-таки родная семья.

– Тут есть еще один нюанс, – подал голос Грув. – Вера не сможет работать дома. К тому же мы должны постоянно ее контролировать.

– Тоже не проблема, – заявил Артур. – Мы обставим все так, как будто похитили Верку.

– Помешался на похищениях, – недовольно сказал Грув.

– Если у тебя есть идея получше – предлагай! – взвился Артур. – Чего молчишь? Пусто? Ну тогда и помалкивай в тряпочку. – Артур повернулся к Максимовичу. – Батя у меня кипеша не любит, он предпочтет договориться по-тихому. Мы немного потянем время, а потом Верка вернется домой, и все утрясется. А что касается мамани… – Артур холодно улыбнулся. – Это уже зависит от тебя.

– На что ты намекаешь? – слегка смутившись, спросил Максимович.

– Брось, Андрей, – спокойно сказал Артур. – Я знаю, что вы с моей мамашей встречаетесь.

– Я тоже, – поддакнул Грув.

– Это ваше личное дело, и я не хочу в него вмешиваться, – продолжил Артур. – Но в нашей операции твоя связь с моей мамашей может помочь.

– Ну ты и фрукт, Артурчик, – насмешливо сказал Грув. – У твоей сестренки много моральных принципов, зато у тебя их, похоже, совсем нет.

– Подумаешь, – пожал плечами Артур. – Как будто у тебя они есть. Ты же спишь и видишь, как больше заработать. Даже батю своего на этом деле сгнобил.

– Что? – прищурился Грув.

– Ничего, – угрюмо ответил Артур.

– Ну вот и помалкивай о моем бате.

– Да ради бога, – пожал плечами Артур. – Только ты из себя тоже правдоруба-то не корчи.

– Тише парни, тише, – развел противников Максимович. – С Татьяной Олеговной я договорюсь. Она будет в курсе, и она нас не выдаст. Это я вам обещаю.

– Орел! – с сарказмом произнес Грув. – Предлагаю выпить за удачное похищение!

– За похищение! – сказал Артур.

Они подняли бутылки и чокнулись.

6

В жизни Веры Акишиной никогда не случалось ничего необычного. Вернее, так: даже самые экстраординарные события она всегда воспринимала как нечто само собой разумеющееся, как элементы какой-то большой схемы или компьютерной программы. А потому никогда и ничему не удивлялась.

Ее любили отец и мать – в этом нет ничего удивительного. На нее заглядывались мальчишки в школе, – значит, так и должно быть. У нее хорошо получалось то, что абсолютно не получалось у других, – значит, такова ее функция. Даже когда Вера получила приз в Париже на состязании программистов, она тоже нисколько этому не удивилась. Она была лучшей в Москве, почему бы ей не быть лучшей в Париже? Или даже в мире?

Никаких амбиций у Веры по этому поводу не было. Она просто любила то, что делает, и старалась делать это хорошо. А если ей за это давали грамоты, призы или деньги – что ж, значит, так надо.

Чувства, которые Вера испытывала по отношению к Стасу Тоцкому, кто-то мог бы назвать странными, но для нее они были вполне обычны. В книжках писали, что у каждой девушки должен быть друг, парень. Долгое время Вера не придавала этому значения. В университете парни чурались ее, несмотря на эффектную внешность. Они считали ее странной и холодной. Веру это нисколько не волновало.

Однажды в столовой она познакомилась с чудаковатым и милым парнем. Его звали Стас Тоцкий. Стас предложил ей сходить куда-нибудь вечером, и Вера согласилась. Общаться с ним было спокойно и приятно. К тому же на нее перестали смотреть как на белую ворону.

Когда Стас решился поцеловать ее, она не сопротивлялась. Во-первых, все девушки целуются с парнями, а во-вторых, это оказалось даже приятно. Когда Стас позволил себе больше – она оттолкнула его и застегнула кофточку. Девушка не должна позволять парню все и сразу, развитие интимных отношений – это долгий и постепенный процесс.

Поэтому отдалась Вера Стасу только спустя два месяца после начала их отношений. Вначале это было больно, однако Вера нисколько этому не удивилась, поскольку знала, что будет больно. Потом секс стал приносить ей удовольствие, и Вера опять приняла это как должное.

Теперь у нее все было как у других: университет, бойфренд и любимая работа.

После начала их дружбы много чего произошло, но – что бы ни случалось – Вера всегда знала, что бойфренд у нее один и зовут его Стас Тоцкий.

Однажды вечером они со Стасом собрались в кино. Вера не очень любила выбираться из дома, но, если ее приглашал Стас, никогда не отказывалась. Потому что девушка и ее бойфренд должны регулярно встречаться и ходить куда-нибудь вместе. Так было и на этот раз.

Вера надела свою любимую кофточку и уже собралась выходить, как вдруг зазвонил телефон. Вера взяла трубку:

– Да.

– В-вера, п-привет, – пробасил из трубки слегка приглушенный голос Стаса.

– Привет, Стас. Я уже выхожу.

– Вера, с-случилась беда, – сказал Стас. – Меня п-похитили.

– Что? – не поняла Вера.

– Меня п-похитили. Они требуют деньги. Но у меня д-денег нет.

– Я не понимаю, Стас. Кто тебя похитил?

– К-какие-то люди. Они говорят, что если ты согласишься на них поработать, то они отпустят меня.

– Ясно, – сказала Вера. Ей на самом деле все было ясно. Стаса похитили ради выкупа, а денег у Стаса не было. Его родители давно умерли, поэтому позаботиться о Стасе было некому. У Стаса был всего один близкий человек, и этот человек – Вера. Вера не раз видела что-то подобное в кино, а если это случается с другими, то почему не могло случиться со Стасом? – Что я должна сделать? – спросила она.

– Выйди н-на улицу. У п-подъезда тебя будет ждать машина. Белая «мазда». Садись в машину, а д-дальше тебе все расскажут.

– Хорошо, – сказала Вера и положила трубку.

У подъезда в самом деле стояла белая «мазда». Водитель курил сигарету – Вера видела яркий, красный уголек. Вера подошла к машине и сказала:

– Меня зовут Вера Акишина. Вы ждете меня?

– Да, – отозвался из полумрака салона незнакомый голос. – Садитесь в машину.

Вера обошла машину стороной, открыла дверцу и села в салон рядом с водителем. Водитель был худой и хмурый. Вера никогда не видела его раньше.

– Стас сказал, что вы его похитили, – сказала Вера.

Незнакомец кивнул:

– Да. Если хотите ему помочь, вы должны поехать со мной.

– Куда? – спросила Вера.

– Туда, куда я вас отвезу, – с усмешкой ответил худой. – Вы согласны?

– Стас сказал, что я должна буду что-то сделать.

– Верно, – кивнул худой. – Для вас это будет совершенный пустяк. Но Стасу он принесет много пользы.

Вера задумалась.

– Мои родители будут меня искать, – сказала она. – Я могу им позвонить?

Незнакомец покачал головой:

– Нет. Пускай ищут.

– Тогда поехали, – сказала Вера.

Незнакомец выбросил сигарету в окно и завел машину.

Ехали долго, очень долго. Худой незнакомец объяснил, что они едут за город и что ехать еще далеко. После этого Вера задремала.

Потом они приехали. Квартира, где Вере предстояло работать и жить, была почти без мебели, но зато уставлена техникой.

– Что я должна делать? – спросила Вера худого.

– То же, что и я. Мы будем выпускать поддельные карты «Visa», «Master Card» и «American Express». Работать будешь не одна. Меня зовут Грув. Моего коллегу, которого ты увидишь сегодня, – Андрей. Если будешь работать хорошо, то через пару недель отправишься домой вместе со своим бойфрендом. К тому же я дам тебе денег. Много денег.

– Это хорошо, – сказала Вера. – Но мои родители будут волноваться.

Грув усмехнулся и махнул рукой:

– Насчет родителей не беспокойся. У нас тут есть один орел, он кого угодно утешит.

Вера ничего не поняла про «орла», но успокоилась. Раз Грув говорит, что все будет хорошо, значит, так оно и будет.

Грув встал со стула и подошел к креслу, в котором сидела Вера. Он присел перед ней на корточки, протянул руку и нежно погладил ее ладонью по щеке.

– Ты знаешь, что ты красивая? – спросил Грув.

Вера почувствовала себя неуютно, гладить ее по щеке дозволялось только одному человеку – Стасу Тоцкому.

Она понятия не имела, как нужно действовать в такой ситуации. Если она оттолкнет Грува, то он может обидеться и отыграться на Стасе.

– Ты красивая, – сказал Грув, расценивая ее молчание как лояльность.

– Знаю, – ответила Вера, отстраняясь от худой руки Грува. Она нахмурила брови и строго добавила: – Ты, кажется, говорил, что я нужна вам для работы.

– Так и есть, – кивнул Грув. – Но нельзя же все время работать. Нужно иногда расслабляться.

Вера промолчала, она не знала, что отвечать.

– Ладно, извини. – Грув поднялся и снова отошел к стулу. – Просто если ты захочешь куда-нибудь прогуляться – в бар или на дискотеку, – я к твоим услугам. О'кей?

– Я это учту, – ответила Вера. Она обвела взглядом комнату, остановилась на аппаратуре и сказала: – У вас хорошее железо.

– Да, неплохое, – согласился Грув. – Хочешь попробовать прямо сейчас?

– Да.

– Тогда садись за любой комп и действуй. Основы я тебе объясню, до остального допрешь сама.

В тот же вечер Вера взялась за работу.

7

– И девушка стала на вас работать, – констатировал Голованов.

– Да. А что ей оставалось делать? – Андрей Максимович достал из кармана сигареты. – Вы не против, если я еще немного посмолю?

Демидыч поморщился:

– За время рассказа вы выкурили четыре сигареты. Так и до рака легкого недалеко.

– А это уже моя забота, не так ли? – с усмешкой парировал Максимович.

Он закурил пятую сигарету, выпустил облако дыма в сторону и посмотрел на Севу Голованова.

– С приходом Веры технический уровень подделок и организация «бизнеса» поднялись на очень высокий уровень. Если бы вы на нас не вышли, мы бы могли стать миллионерами. Кстати, а как вы меня нашли? В смысле – кто вас на меня навел?

– Все тайное рано или поздно становится явным, – ответил Голованов. – Разве вы об этом не знали?

– Чепуха, – поморщившись, ответил Максимович. – Если не допустить ошибку, тебя никогда не поймают. Просто я потерял осторожность и в чем-то прокололся.

– Татьяна Олеговна Акишина была в курсе этой аферы? – спросил Голованов.

Максимович покачал головой:

– Нет.

– Но вы ведь сами сказали, что она была в курсе того, кто «похитил» ее дочь.

– Она знала, что Вера нужна нам для работы, и знала, что ее муж ни за что не позволит дочери заниматься такими делами.

– «Такими делами», – задумчиво повторил Голованов. – Значит, она знала про ваши «дела»?

– Да ни черта она не знала! – загорячился Максимович. – Ну то есть… она была в курсе, что мы хотим заработать денег с помощью компьютера. Знала, что у ее дочери талант. И знала, что по окончании работы мы хорошо ей заплатим. Поэтому она и не возражала.

– И у нее ни разу не возникло желание встретиться с дочерью?

– Ну почему же… Она хотела, но я запрещал. Я объяснил ей, что Веру сейчас лучше не трогать. Да Вера и сама не стала бы встречаться с матерью. Вы знаете, что девчонка – настоящая зомби? Она сутками просиживает за компьютером. Отвлекается, только чтобы поесть, поспать да в туалет сходить. Грув пробовал вывести ее на прогулку, так она десять минут по скверику походила и запросилась обратно к компьютеру. Вера не человек, она машина. И машина безотказная, не дающая сбоев и не делающая ошибок.

Голованов усмехнулся:

– Хорошее оправдание вы себе нашли.

– Да поймите вы, это правда! Если я ее отпущу, она тут же вернется назад. Она не закончила свое дело, понимаете? Она одержимая!

– А сам-то ты какой? – иронично поинтересовался Демидыч.

Максимович даже не посмотрел в его сторону, лишь презрительно скривил ярко-красные, как у вампира, губы.

– Как вы распространяли фальшивые карточки?

– О! Это было несложно. Народ ведь у нас темный, ни о чем не догадывается, если его не ткнешь в это рожей. Да что тут говорить? Мы с Артуром даже на телевидении рекламу давали. И в журналах наше дело активно рекламировали. Мы, видите ли, создали интернет-сайт. Если хотите – посмотрите, адрес – realplastic.com. Сайт содержал всю возможную информацию на английском и русском языках. Предназначался для покупателей, дилеров и просто интересующихся.

«Максу это будет интересно», – подумал Голованов. А вслух сказал:

– Подробней, пожалуйста.

– Да что подробней-то? Тут, по-моему, и так все ясно. На нашем сайте заинтересованные посетители обменивались информацией и опытом. Мы организовывали сбыт карт. Иногда даже сбыт краденого. Если, например, кто-то умудрялся приобрести по поддельной карте десяток-другой ноутбуков, он здесь же и предлагал их на продажу.

– И что, вы даже не конспирировались?

– Ну почему же? Внешне сайт не производил впечатления сетевой «малины». Активным участникам чатов мы выдавали пароли. Кроме того, на страничке висел баннер, а на нем надпись: «Если вы желаете больше узнать о домене realplastic.com, напишите нам письмо». И заинтересованные люди писали. Прежде чем продать им карты, мы их долго изучали. Вступали с ними в переписку, узнавали детали. И только после этого заключали сделку.

Максимович затушил сигарету в пепельнице и достал новую.

– Разговоры о раке оставьте при себе, – сказал он Демидычу, перехватив его недовольный взгляд.

Программист не спеша закурил, оперативники его не торопили.

– Ну вот, – сказал он и помахал рукой, чтобы отогнать от лица дым. – Паблисити сайту мы сделали довольно быстро.

– Что сделали? – не понял Демидыч.

– Рекламу, – пояснил Максимович. – На нашем сайте можно было запросто обменяться дампами и…

– Секунду, – перебил его Демидыч. – Чем обменяться?

– Дампами, – повторил Максимович. – От английского dump.

– Мусором, что ли? – удивился Демидыч.

Максимович затянулся сигаретой, выпустил дым в потолок и покачал головой.

– Слово «дамп» означает не только хлам, – сказал он. – У компьютерщиков так называется цифровой образ информации, записанный на карту. Наше доменное имя быстро стало популярным. От желающих купить фальшивые карты по цене пятьдесят баксов в партиях от ста штук не было отбоя.

– А какие суммы были на картах? – спросил Голованов.

– Суммы на, фиктивных счетах начинались от двух тысяч долларов. Мы все продумали в деталях. Кроме самих кредитных карт мы изготавливали и удостоверения личности.

– Зачем?

– Как – зачем? А вдруг подозрительный продавец потребует водительские права?

– Вы все это делали вчетвером? – удивился Сева.

Максимович покачал головой:

– Нет. Были у нас на подхвате еще две девушки, студентки. Но их имена я вам не назову. Они лица случайные, и платили мы им сущие гроши. Просто иногда подрабатывали у нас.

– Значит, вас было шестеро? – уточнил Голованов.

Максимович мысленно пересчитал своих «коллег» и утвердительно кивнул:

– Получается, что да. У нас, видите ли, было что-то вроде разделения труда. Одни сидели за компьютерами, другие координировали процесс, третьи обналичивали электронные карты в банкоматах. Каждый занимался своим делом.

Максимович, вполне освоившийся со своей новой ролью, уже не выглядел напуганным или смущенным. Он сидел, вальяжно развалившись на стуле, с сигаретой в руке и пускал в потолок кольца белого дыма.

– А не стыдно было закон преступать? – поинтересовался Демидыч, которого всегда интересовала психология «нынешней молодежи». – Совесть не мучила?

Максимович посмотрел на Демидыча и серьезно ответил:

– Нисколько. Честно говоря, для нас это было больше игрой, чем зарабатыванием денег.

– Вот как? – поднял брови Голованов.

– Да, – кивнул программист. – Я часто об этом думал. Если бы мне за мою работу не платили, я бы все равно ею занимался. Втянулся, понимаете? Вот я сказал, что Вера одержимая, а ваш коллега спросил, не одержим ли я сам. Вы знаете… наверное, одержим. Правда, не в такой степени, но одержим. Впрочем, тут мы с вами очень похожи.

– Как это? – не понял Демидыч.

– Ну смотрите сами. Вы работаете в милиции, а всем известно, что милиционерам платят гроши. Спрашивается: какого дьявола вы там работаете? А потому что втянулись. Потому что вам приятно ловить таких, как я, и тыкать их мордой в дерьмо. Это азарт! Вот и у меня так же. Вы тычете в дерьмо меня, а я – сотню-другую лохов, мечтающих обогатиться в короткие сроки, не прилагая больших усилий. Понимаете, о чем я?

Голованов посмотрел на Демидыча:

– Удобная позиция, а, Володь?

– И не говори, – поддакнул Демидыч. – Если так рассуждать, то и маньяк, убивающий маленьких детей, тоже не преступник. Он просто азартный. Одержимый. Просто у него такое хобби, мать его!

– Что ж… – Максимович поднял руку и почесал переносицу. – Пожалуй, что вы и правы. Если бы он мог остановиться, он бы остановился. Выходит, что все мы, люди, одержимые. Просто если вы одержимы коллекционированием монет, то вы нумизмат, а если жить не можете без того, чтобы не развести пару-другую лохов, значит, вы преступник.

– Ладно, хватит философии. – Сева встал со стула. – Собирайся, парень, поедешь с нами.

Максимович побледнел, широко открыл красный рот и выронил из пальцев сигарету. Сигарета упала ему на брюки.

– А-а, черт! – вскрикнул он, смахнул сигарету с колена и раздавил ее ногой. Поднял взгляд на Голованова и произнес прерывающимся голосом: – Но ведь вы же обещали…

Голованов посмотрел на него угрюмо, как на злейшего врага.

– Что я обещал? – жестко спросил он.

– Обещали, что не посадите меня в камеру! – воскликнул Максимович (он вновь выглядел напуганным, от былой самоуверенности не осталось и следа).

– Обещал? – спросил Голованов у Демидыча.

Тот кивнул:

– Вообще-то да. Ну то есть обещал похлопотать.

– Ну раз обещал, то похлопочу, – согласился Сева. – Постараюсь сделать так, чтобы дело ограничилось подпиской о невыезде. А сейчас мы поедем в Подольск – за Верой. И если ее там не окажется… – Голованов грозно поглядел на Максимовича и поднял палец, – пеняй на себя.

8

Беседа Фили Агеева с Артуром была не настолько продолжительной и выразительной, как беседа Голованова с Максимовичем. Он просто отозвал блондина в сторону и сказал:

– Артур, я из агентства «Глория». Помните о таком?

– Извините, но нет, – ответил Акишин.

Он повернулся, чтобы идти, но Филя взял его за локоть и одним легким движением развернул к себе. Артур выглядел удивленным, он не ожидал такой силы в таком невысоком и худощавом парне.

– Послушай, приятель, если ты будешь валять дурака, я попросту сниму ремень и надеру тебе задницу, – спокойно сказал Филя. – А если и этого будет мало, то поговорю с тобой как мужчина с мужчиной.

– Не понимаю, чего вы от меня хотите! – гневно повысив голос, ответствовал Артур.

– Мы занимаемся поисками твоей сестры, – сказал Филя. – Если тебе на нее плевать, ты можешь идти. Но предупреждаю сразу – это будем очко не в твою пользу.

– Какое еще очко? – недовольно буркнул Артур. – И почему вы мне угрожаете? Вы ищете мою сестру – ну так и ищите себе на здоровье. Я-то тут при чем?

Филя усмехнулся:

– Вот об этом я и хочу с тобой поговорить. Пойдем-ка попьем кофейку.

Артур нахмурился и посмотрел на Филю из-под белесых бровей.

– Никуда я с вами не пойду, – сказал он. – А если еще раз тронете меня – позову милицию.

Филе стала надоедать эта пустая болтовня, поэтому он перешел к крутым мерам.

– Зови, – коротко и строго сказал Филя, затем взял Артура за запястье и, больно сжав сильными, тренированными пальцами, потащил блондинчика к кафетерию.

В кафетерии Филя так же действовал без всяких проволочек. Он просто положил на стол диктофон, всучил Артуру наушники и нажал на кнопку пуска.

Нескольких минут прослушивания хватило, чтобы Артур перестал упираться и заговорил.

– Сволочь, – коротко и злобно сказал Артур. Опасливо глянул на Филю и добавил: – Это я не про вас, про Максимовича. Никогда не думал, что он может расколоться. Как вы это сделали? Держали у его виска пистолет?

– Что вы, – улыбнулся Филя. – Пистолеты нам ни к чему. Вежливость – главное оружие детектива. Мы просто вежливо попросили, и он все нам рассказал.

– Подонок, – процедил сквозь зубы Артур. – Ну если вы все знаете, то я-то зачем вам нужен?

Филя откинулся на спинку стула и весело посмотрел на Артура.

– Забавно рассуждаете, – сказал он. – Если не поняли, вы – преступник. А преступление ваше называется мошенничеством, и за него полагается срок. Это если не брать в расчет похищение девушки.

– Верку никто не похищал, – возразил Артур. – Она сама согласилась ехать, так что это вы мне не пришьете. А что касается всего остального… – Артур наклонился к Филе и понизил голос: – Если б вы хотели меня арестовать – арестовали бы сразу. А раз я все еще на свободе, значит, вы что-то от меня хотите. Остается узнать – что?