Текст книги "Тридцать девятый день (СИ)"

Автор книги: Фариса Рахман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 10.

Марина поправила ремешок туфель, ещё раз глянула на себя в зеркало в прихожей. Простое, но аккуратное платье, лёгкое пальто, в руках пакет с бутылкой вина. Она не любила приходить куда-либо с пустыми руками, да и Света когда-то говорила: «Никогда не знаешь, куда судьба тебя заведёт, но бутылка вина всегда спасает».

Телефон завибрировал на полке. Даниэль писал, что уже подъезжает. Она накинула пальто, взяла ключи и вышла в подъезд.

На улице вечер был прохладный, лёгкий апрельский ветер тянулся к лицу, пахло мокрым асфальтом. У тротуара стояло такси, из которого вышел Даниэль. Улыбнулся сразу, открывая для неё дверь.

– Выглядишь замечательно, – сказал он привычно мягко. – Готова?

Марина ответила короткой улыбкой и протянула пакет.

– Вино, – пояснила. – Вдруг пригодится.

Он кивнул одобрительно, взял пакет и, поддразнивая, добавил.

– Ты всегда думаешь о деталях. Это делает тебя… очень русской.

Она усмехнулась, села в машину. Такси плавно тронулось с места, огни города начали скользить мимо.

– Расскажи, что за друг, – спросила Марина, устраиваясь удобнее.

– Старый знакомый, – пожал плечами Даниэль. – Мы работали вместе на проекте пару лет назад. Хороший парень. Немного хаотичный, но добрый. Его жена обожает устраивать такие вечера: ужин, музыка, люди из разных сфер. Это не шумная вечеринка, скорее встреча для общения.

– Значит, все будут вежливо обмениваться историями и хвалить вино, – сказала Марина с лёгкой иронией. Даниэль засмеялся.

– Именно. Но ты справишься. У тебя есть талант вести разговор так, что людям интересно.

Марина усмехнулась, покачав головой.

– Это ты так думаешь. На самом деле я просто киваю и делаю вид, что всё понимаю.

– И это работает, – подхватил он. – Люди любят, когда их слушают.

Такси мягко свернуло с главной улицы, и за окном начали мелькать более тихие кварталы. Марина почувствовала лёгкое напряжение, но старалась не подавать вида. Такси остановилось у аккуратного дома в зелёном квартале. Тёплый свет струился из больших окон, на крыльце стояли горшки с весенними цветами. У самого входа уже слышался смех и приглушённый звон посуды.

Даниэль помог Марине выйти, они поднялись по ступеням и позвонили. Дверь распахнулась почти сразу. Их встретила женщина лет сорока, высокая, в лёгком платье цвета вина, с приветливой, но внимательной улыбкой.

– Даниэль! – радостно произнесла она и сразу поцеловала его в щёку. – А это, должно быть, Марина?

Марина кивнула и протянула пакет с вином.

– Спасибо огромное, – хозяйка легко приняла подарок. – Проходите скорее, мы как раз накрываем на стол.

Внутри было просторно и уютно. Гостиная перетекала в большую кухню-столовую, где уже суетились несколько человек. Звучала спокойная джазовая музыка, на столе блестела сервировка, бокалы отражали свет свечей. Даниэль представил Марину хозяину дома, мужчине с живыми глазами и слегка растрёпанными волосами. Он сразу пожал ей руку с теплотой, будто они были знакомы давно.

– Добро пожаловать, – сказал он. – Надеюсь, вам у нас понравится.

Марина улыбнулась в ответ и огляделась. В комнате было человек десять, кто-то стоял у камина с бокалом вина, двое обсуждали что-то оживлённо у окна, на диване смеялась молодая пара. Она чувствовала лёгкое волнение, но в этой атмосфере оно постепенно растворялось. Хозяйка подвела её к столу, предложила бокал вина и тихо добавила.

– Не волнуйтесь, здесь все свои. У нас принято, чтобы каждый рассказывал что-то о себе, но без формальностей.

Марина кивнула, делая глоток. Вино было мягкое, тёплое, и вместе с музыкой оно помогло ей немного расслабиться. Хозяйка дома подвела их к небольшой компании у окна. Там стояли двое мужчин и женщина с яркой помадой, они оживлённо обсуждали какие-то последние новости.

– Это Марина, – мягко сказал Даниэль. – Мы работали вместе.

Все трое повернулись к ней почти одновременно, и Марина почувствовала на себе дружелюбные, но чуть оценивающие взгляды. Она улыбнулась и произнесла на русском, больше себе под нос.

– Ну, здравствуйте, – а потом уже по-английски добавила, – приятно познакомиться.

Женщина с красной помадой протянула руку.

– Я Кэрол. Сразу вижу, вы из Европы. Где именно?

– Россия, – спокойно ответила Марина.

– О, экзотика! – воскликнул один из мужчин. – Я как-то был в Москве. Там такие… необычные люди.

Марина не знала, как отреагировать, и только коротко улыбнулась. Но Даниэль, уловив её заминку, тут же вмешался.

– У Марины вкус потрясающий, она работает с оформлением витрин. Уверен, если бы вы видели её проекты, то сказали бы не «необычно», а «потрясающе».

Марина скосила глаза на него, он говорил это так просто, без нарочитого пафоса, что напряжение спало.

– Спасибо, – тихо сказала она.

Кэрол подалась ближе, явно заинтересовавшись.

– Правда? А вы работаете с магазинами или ресторанами?

– В основном с кафе, – пояснила Марина. – Сейчас весна, и все хотят, чтобы витрины выглядели яркими и жизнерадостными.

Разговор постепенно оживился. Марина всё ещё ловила себя на том, что подбирает слова осторожнее, чем привыкла, но улыбки собеседников становились искреннее, и она чувствовала, что постепенно втягивается. Даниэль же стоял рядом и то и дело вставлял короткие комментарии, сглаживая возможные шероховатости, переводя слишком резкие реплики в шутку. Иногда он едва заметно касался её локтя.

За ужином разговор постепенно стал теплее, вино расслабило, свечи на длинном столе отбрасывали мягкий свет. Кто-то рассказывал истории о путешествиях, кто-то спорил о музыке. В какой-то момент хозяйка дома, улыбнувшись, повернулась к Марине.

– А теперь ваша очередь. Расскажите немного о себе. Как оказались в Нью-Йорке?

Все взгляды обратились к ней. Марина чуть напряглась, но взяла в руки бокал и сделала глоток, выиграв секунду.

– Долгое время жила там, работала, как все, а потом поняла, что слишком долго откладываю перемены. Решила рискнуть, уехать и попробовать начать с нуля.

Кто-то одобрительно кивнул, Кэрол подалась ближе.

– Это смело. Не каждый решился бы так резко перевернуть жизнь.

Марина усмехнулась.

– Иногда у тебя просто нет выбора. Либо продолжаешь тащить за собой груз, либо оставляешь его там, где он и должен остаться, и идёшь дальше.

За столом воцарилась короткая тишина, потом один из мужчин сказал.

– Звучит так, будто за этим есть целая история.

Марина пожала плечами, чуть отводя взгляд.

– Возможно. Но мне нравится думать, что настоящая история, это то, что будет дальше.

Эта фраза сняла напряжение. Несколько человек рассмеялись, кто-то хлопнул её по плечу, и разговор снова оживился. Даниэль только посмотрел на неё чуть дольше обычного и едва заметно улыбнулся, словно хотел сказать, что понял гораздо больше, чем она озвучила.

Прозвучал звонок в дверь. Кэрол, хлопнула себя по лбу, как будто вспомнила о чём-то крайне важном, и засуетилась.

– Господи, это же они, наконец-то! – она почти вприпрыжку пошла к двери, её муж Майкл встал следом, сдерживая улыбку.

Марина в этот момент облегчённо выдохнула и склонилась ближе к Даниэлю.

– Спасибо, что меня сюда притащил, – сказала она тихо, чуть криво улыбнувшись. – Я правда боялась ляпнуть что-нибудь не то и потом всю жизнь себя корить. А вроде пока держусь.

Даниэль повернулся к ней, его глаза мягко блеснули.

– Всё прекрасно. Ты волнуешься зря. Ты сама не замечаешь, как нравишься людям.

Она опустила взгляд и, почти не думая, обняла его руку, чуть прижалась к локтю. В знак благодарност. Он только усмехнулся, но не стал ничего комментировать, позволив ей этот жест.

В это время из прихожей донёсся звонкий, весёлый голос.

– Добрый вечер! Извините за задержку!

В гостиную вошла яркая девушка, словно сама весна, в платье нежного цвета. Она мило поприветствовала всех, и те, кто не знал её раньше, тут же представились. Атмосфера наполнилась новым оживлением, заулыбались даже те, кто только что о чём-то спорил. Девушка ловко обменялась рукопожатиями, потом обернулась в сторону коридора.

– Александр, скорее, – позвала она.

Имя прозвучало ясно, отчётливо, будто ударило по воздуху. У Марины внутри всё сжалось. Она замерла, пальцы чуть крепче сжали руку Даниэля. В коридоре показался мужчина. Он шёл спокойно, слегка задержавшись у двери, пока хозяйка помогала снять пальто, в знак вежливости. Высокий, в тёмном пиджаке, со знакомым силуэтом движений. И в тот момент, когда он вошёл в свет гостиной, их взгляды встретились. Марина почувствовала, как в груди всё оборвалось. Два года. Два года без вестей, без писем, без звонков. И вот он. Здесь. Смешавшийся с её новой жизнью.

Александр тоже заметил её сразу. И точно так же, в одну секунду, понял, что избежать этого невозможно. Его лицо не изменилось, только в глазах мелькнуло, что он точно узнал её. Он подошёл ближе, поздоровался с присутствующими, кивнул, пожал чьи-то руки. И, наконец, повернулся к Марине.

– Здравствуйте, – произнёс он спокойно, будто они были совершенно чужими. Голос ровный, без надрыва.

– Здравствуйте. – Марина так же спокойно кивнула.

Кэрол оживлённо махнула рукой.

– Ах да, вы же не знакомы! Марина, это Александр. Александр, это Марина, моя новая знакомая, потрясающий художник.

– Очень приятно, – сказал он, чуть склонив голову.

– Взаимно, – ответила она, не позволяя голосу дрогнуть.

В комнате зазвучал лёгкий смех, кто-то поднял тост, разговор вновь потёк своим чередом. Но для Марины воздух словно стал гуще, а сердце било слишком громко. Они сидели в нескольких шагах друг от друга, улыбались чужим словам, участвовали в чужой беседе, но каждый из них чувствовал: за этой ровной, безупречной маской стоит буря. И самое страшное, что её придётся скрывать ещё какое-то время.

Марина опустилась на стул, чуть откинувшись к спинке. Щёки ещё горели от танца с Даниэлем, сердце билось быстрее, чем хотелось бы. Она взяла бокал с водой и сделала несколько мелких глотков, стараясь восстановить дыхание. За столом осталось немного людей, многие уже рассредоточились по комнате. Александр сидел напротив, рядом с ним его девушка, стройная блондинка с сияющей улыбкой. Она наклонилась, легко коснулась его губ поцелуем, а потом, чуть смеясь, поднялась и пошла в сторону танцующих.

– Скоро присоединюсь, – сказал Саша ей вслед, не поднимая голоса.

Марина невольно отвела взгляд. Вода в бокале показалась горькой, хотя это была просто вода. Она поставила бокал на стол, пытаясь сосредоточиться на чужих разговорах вокруг, но внимание всё равно цеплялось за его силуэт. Александр чуть откинулся назад, провёл ладонью по подбородку, будто раздумывал, стоит ли вставать или остаться. Его глаза на секунду встретились с её глазами, и Марина ощутила, что поймана в ловушку.

В комнате было тепло, охладительные напитки уже не спасали от легкого жара, который разлился под кожей после танца. Из-за смеха, музыки и шороха разговоров вокруг всё сливалось в один общий фон. Марина села чуть боком к столу, подалась к бокалу и поправила прядь волос за ухом, стараясь выглядеть спокойно. Александр двинул к ней тарелку с фруктами, будто самый обычный знак вежливости.

– Как давно ты здесь, в Штатах? – спросил он так, словно речь шла о случайном знакомом.

– Два года, почти сразу после... ну, всего, – она сделала глоток, не сказав ни о чём напрямую, но он кивнул, подцепив вилкой виноград. – Сначала было тяжело, а потом втянулась. Нашла работу, даже друзей завела. Вроде бы уже своя жизнь.

– Вижу, – перешёл на русский Саша, внимательно глядя на неё. – Ты… изменилась. В хорошем смысле. Уверенная стала.

– Где же ты был всё это время? Я писала тебе.

Александр чуть откинулся на спинку стула и вздохнул.

– Потерял доступ к номеру, – пояснил спокойно. – Новый телефон, новый аккаунт, а старый так и остался там. Всё обнулилось. Так что если и писала, я ничего не видел.—Он чуть прищурился и добавил с привычной насмешкой. – Хотя, признаюсь, я не поверю, что ты прямо усердно писала. Ты же до этого молчала.

Марина приподняла брови.

– Вот ещё! Я писала. И не раз.

– Правда? – он склонил голову чуть набок, тоном больше задирая, чем сомневаясь. – Тогда покажи.

Марина возмущённо выдохнула.

– Саша, ты невыносим! Думаешь, я тут сижу и всё выдумываю?

Он рассмеялся, подвинул к ней бокал с водой.

– Нет, я просто хочу увидеть, как ты краснеешь, когда окажется, что сама себе придумала оправдание.

Марина почти обиженно достала телефон, разблокировала его и открыла мессенджер. Но экран показал пустоту. Она вспомнила, как только вчера удалила старый диалог. Щёки мгновенно запылали, и она мысленно выругалась, что не дождалась хотя бы этого вечера.

– Ну вот… – она захлопнула телефон и прижала ладонью экран. – Удалила. Вчера. Стерла всё, чтоб самой не лезть.

Александр смотрел на неё чуть мягче, без привычной насмешки.

– Значит, всё-таки писала, – сказал он спокойно, почти серьёзно. – Жаль, что я не видел.

Марина пожала плечами, будто старалась отмахнуться, но на самом деле чувствовала, как сердце бьётся быстрее. Она наконец поняла: ей действительно не хватало именно этих разговоров, его поддразнивания, его смешков – и вот сейчас, в этом шумном доме, всё вернулось, будто они никогда не теряли связь. Она хотела что-то добавить, но в этот момент к их столику подсели двое гостей с бокалами шампанского. Мужчина в ярком пиджаке шумно отодвинул стул, женщина с ним прыснула от смеха и тут же включилась в разговор о музыке и танцах. Александр чуть отстранился, улыбнулся вежливо, но глаза его всё ещё были на Марине. Она тоже смотрела на него, будто слова, которые так и не успела сказать, повисли где-то между ними.

– Ты пойдёшь ещё танцевать? – спросил он негромко, перекрывая шум вокруг.

– Может быть, – ответила Марина, стараясь говорить так же непринуждённо, но внутри у неё всё дрожало.

Один из новых собеседников хлопнул Сашу по плечу, заговорил с ним, втягивая в обсуждение футбола. Марина воспользовалась моментом, чтобы перевести дыхание, сделать глоток вина и спрятать взгляд.

Музыка в гостиной стала громче, ритм потянул за собой гостей на импровизированный танцпол. Саша, как и обещал, поднялся из-за стола и пошёл к своей девушке. Та, едва заметив его, обняла за шею и засмеялась, увлекая в танец. Он позволил, даже улыбнулся, но улыбка была какой-то вымученной. Марина, оставшись за столом, медлила. Сделала глоток вина, поправила волосы и только потом встала, отыскивая взглядом Даниэля. Он болтал с кем-то у барной стойки и, заметив её, сразу подошёл. Марина взяла его за руку, почти нарочно, чтобы казалось естественным, и позволила увлечь себя в общий круг.

Обе пары встретились почти напротив друг друга. Саша держал девушку близко, её яркое платье мелькало в свете ламп, она смеялась и что-то шептала ему на ухо. Марина же, стараясь быть лёгкой и непринуждённой, смеялась над какой-то фразой Даниэля, даже слегка прижималась к его плечу. Но ни она, ни Саша не смотрели по-настоящему на тех, кто был рядом. Их взгляды раз за разом находили друг друга поверх чужих голов, сквозь движение и музыку. В этих взглядах читалось всё, и ревность, и тоска. Марина поймала себя на том, что сравнивает прикосновения Даниэля с тем, как держал её Саша. И от этого внутри поднималась странная горечь.

Саша, в свою очередь, едва слушал слова своей девушки. Всё внимание тянулось туда, где Марина смеялась, и каждый её жест резал ему глаза. Им обоим хотелось одного, остаться наедине, хотя бы на пару минут. Но совесть давила, напоминая, что рядом люди, которым они сейчас принадлежат. Марина чувствовала, как эта мысль жжёт изнутри, а Саша понимал, что любое лишнее движение выдаст его желание слишком явно. Они продолжали улыбаться и танцевать, играя роли, которые от них ждали, но внутри обоих глодало чувство неправильности. Несправедливости. Потому что именно сейчас, среди чужих улыбок и музыки, они сильнее всего ощущали, как им нужны друг другу.

К концу вечера шум и смех начали спадать. Кто-то уже собирался домой, кто-то дремал в кресле, укрывшись пледом. Музыка звучала тише, больше для фона. Марина вместе с Даниэлем вышла в прихожую, он помог ей надеть пальто, и пока сам болтал с хозяином дома. Она стояла в стороне, поправляя воротник, когда рядом появился Саша, тоже в пальто, его девушка что-то весело рассказывала хозяйке, задержавшись у стола.

Они остались почти наедине, в узком коридоре, где гул вечеринки доносился уже приглушённо. Марина сделала вид, что застёгивает пуговицу, лишь бы не смотреть на него первой. Саша стоял рядом, близко, так что чувствовалось тепло его плеча.

– Ну и совпадение, – негромко сказал он по-русски, будто между делом, глядя вперёд.

Марина выдохнула, не удержав улыбки.

– Случайности, Саша, иногда слишком уж похожи на чью-то шутку.

Он чуть наклонил голову к ней, не меняя выражения лица.

– Дай мне номер, – тише, чем прежде. – Тот, который рабочий. Чтобы уж наверняка.

Она резко обернулась, будто слова ударили сильнее, чем стоило. Несколько секунд колебалась, разум кричал «нет», сердце толкало вперёд. Потом достала телефон, быстро набрала цифры на его экране и вернула.

– Только не исчезни снова, – шепнула, сама не понимая, зачем сказала это.

Он посмотрел на неё внимательно, сдержанно улыбнулся уголком губ и так же тихо ответил.

– Постараюсь.

Их окликнули, Даниэль уже стоял у двери, подзывая Марину. Она кивнула Саше, спрятала телефон в сумку и пошла к своему спутнику. А Саша задержался на секунду дольше, глядя ей вслед.

Такси проезжало вдоль вечерних улиц, огни города бежали в окне золотыми полосами. В салоне пахло дешёвым освежителем и чем-то сладким из коробки на приборной панели. Даниэль говорил без пауз, увлечённо пересказывая, как его друг собирается открыть новый бар.

– Представляешь, прямо в Сохо, с винтажной мебелью и винной картой, как в Европе. Я даже думаю вложиться, если он серьёзно к этому подойдёт.

Марина кивнула, улыбнулась вежливо, но мысли ускользали. Она видела не бар и не Сохо, а короткий миг в коридоре, когда Саша посмотрел прямо в глаза. Всего одно слово, но оно будто разбудило внутри что-то забытое.

Даниэль заметил её отстранённость.

– Ты слушаешь? – спросил он.

– Конечно, слушаю, – она чуть встрепенулась. – Просто устала, вечеринка была шумная.

Он не сводил взгляда.

– Устала… или задумалась?

Марина прикусила губу, не найдя сразу ответа.

– Когда мы танцевали, ты улыбалась, но я видел, что улыбка не мне. Глаза у тебя были… как будто ты думаешь о ком-то другом,– мягко, но настойчиво продолжил Даниэль.

Она нахмурилась.

– Ты преувеличиваешь. Мне просто было непривычно среди новых людей.

– Нет, Марина, я не придумываю, – его голос оставался спокойным, но жёсткость пробивалась сквозь каждое слово. – Я слишком хорошо знаю это выражение лица. Когда человек держит партнёра за руку, но мыслями где-то далеко.

Она повернулась к окну.

– Ты ревнуешь.

– Да, – не стал отрицать он. – И не вижу в этом ничего плохого. Я привык, что женщина, с которой я, смотрит только на меня. Это может прозвучать грубо, но я не умею делить.

Марина глубоко вздохнула.

– Никто ничего у тебя не отнимает, Даниэль.

– Тогда почему я чувствую обратное? – он слегка наклонился вперёд. – Я видел, как он на тебя смотрел. И как ты смутилась, когда рядом оказался он. Неужели я всё придумал?

Она замолчала, сжав пальцы на коленях. Даниэль не отпускал тему.

– Я не прошу тебя оправдываться. Просто хочу знать: мне стоит бороться за тебя или я уже проиграл тому, кто появился раньше?

– Никто не появился раньше, – резко отозвалась Марина, и в голосе прозвучала усталость. – У меня нет к нему никаких обязательств. И к тебе тоже.

Его глаза чуть прищурились.

– То есть всё так зыбко?

– Это значит, что я не вещь, чтобы мной обладать, – холодно сказала она. – Я сама решу, где и с кем мне быть.

Такси катилось дальше, и в замкнутом пространстве становилось душно не от воздуха, а от слов. Даниэль чуть подался вперёд, заглядывая ей в лицо сбоку.

– Знаешь, Марина… Я ведь не слепой. Когда он проходил мимо тебя, у тебя дыхание сбилось. Думаешь, я этого не заметил?

Она напряглась, прижала сумочку к себе.

– Даниэль, мы в такси. Давай не будем обсуждать это сейчас.

– А когда? – он усмехнулся, но глаза были жёсткие. – Ты же не собираешься сама заговорить. Скажи прямо: он был твоим мужчиной?

Марина резко обернулась к нему.

– Ты серьёзно?

– Я хочу знать. Ты спала с ним?

Водитель слегка кашлянул, будто нарочно напомнив, что он всё слышит. Марина вспыхнула до кончиков ушей, сжала пальцы так, что побелели костяшки.

– Это твои дела? – её голос дрогнул от сдерживаемой злости.

– Если я рядом с тобой, да, мои, – не отступал он. – Я хочу понимать, с кем делю женщину.

Она резко отвернулась к окну.

– Я не «женщина, которую делят». Ты перегибаешь.

Даниэль не сбавил тон.

– Может быть. Но мне нужны честные ответы. Когда он на тебя смотрел, ты ответила. Я видел.

Она выдохнула и прикрыла глаза.

– Это неприлично, Даниэль. Ты сейчас унижаешь и себя, и меня.

– Я лучше задам прямой вопрос, чем буду догадываться, – он говорил тихо, но каждое слово вонзалось, как игла. — Ты всё ещё думаешь о нём, когда мы вместе?

Марина резко повернулась.

– Хватит! – прошипела она. – Ты не имеешь права так спрашивать.

В такси повисла гробовая тишина. Только водитель, не выдержав, включил радио чуть громче, чтобы заглушить напряжение. Марина сидела, глядя в окно, чувствуя, как её горло сжимает злость и стыд. Даниэль молчал, но его рука всё ещё сжимала колено, словно пытаясь удержать её не только физически, но и внутренне. Такси остановилось у её дома. Марина быстро расплатилась, поблагодарила водителя и, выдавив из себя мягкое «доброй ночи» для Даниэля, вышла. Попыталась улыбнуться вежливо, почти механически, чтобы хоть немного сгладить их спор. Дверь захлопнулась, и уже через секунду за её спиной хлопнула вторая. Она резко обернулась. Даниэль стоял рядом, руки в карманах, взгляд напряжённый. Машина тут же уехала, оставив их вдвоём у подъезда.

– Ты серьёзно? – Марина нахмурилась. – Зачем вышел?

Он глубоко вздохнул, но не отступил.

– Потому что если я сейчас уеду, мы оба будем всю ночь крутить в голове одно и то же. А я так не могу.

– Даниэль, – устало начала она, — я правда не хочу продолжать.

– А я хочу, – перебил он. – Марина, я знаю твоё прошлое. Ты сама рассказывала. Не всё, но достаточно, чтобы понимать, через что ты прошла. И я помню имя. Александр.

Марина замерла.

– Сегодня вечером он был там, верно? – Даниэль сделал шаг ближе, всматриваясь в её лицо. – Или я схожу с ума, или это он.

Она попыталась отвести взгляд, но он мягко поймал её подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза.

– Скажи честно. Это был он?

Марина выдернула лицо.

– А если да? Что это изменит?

– Всё, – прямо сказал Даниэль. – Потому что я видел, как ты на него смотришь. И видел, как он смотрит на тебя.

– Ты всё преувеличиваешь, – голос дрогнул, хотя она старалась звучать спокойно. – Мы... давно знакомы. И всё.

– Давно знакомы? – он усмехнулся, но в этой усмешке не было радости. – Ты сама рассказывала, что он был частью твоей истории. Может, не напрямую, но я слышал между строк. Я запомнил. Имя. Тон. Всё. Ты думаешь, я не умею складывать два и два?

Марина сжала пальцы на ремешке сумки так, что кожа побелела.

– Ты ревнуешь к прошлому. Это... глупо.

– Нет, – резко ответил он. – Я ревную к тому, что прошлое для тебя до сих пор живое. Понимаешь? Мне не важно, какой это Александр, этот или другой. Мне важно, что само имя выводит тебя из равновесия.

Марина заговорила тише.

– Ты не понимаешь.

– Так объясни, – мягче попросил он. – Я же не враг тебе, Марина. Я хочу знать, что у нас с тобой настоящее, а не тень чьего-то призрака.

Она глубоко вдохнула, собираясь с силами.

– Всё, что было с ним, давно кончено. Это... да, оставило след. Но это не значит, что я живу прошлым.

– Правда? – Даниэль посмотрел в упор. – Тогда почему ты сегодня так дрожала, когда он вошёл в комнату? Почему улыбалась, когда болтала с ним? И почему сейчас не можешь спокойно говорить со мной?

Марина замолчала. Казалось, её прижали к железной изгороди. Внутри поднялась злость на него и на себя тоже.

– Даниэль, – наконец сказала она, глядя прямо, – я не собираюсь оправдываться за то, что я чувствую или не чувствую. Ты либо доверяешь мне, либо нет.

Он задержал взгляд, потом хрипло рассмеялся без радости.

– Вот видишь... даже твои слова звучат так, будто ты сама не уверена.

Она резко шагнула к двери, чтобы вбить код, но он поймал её за запястье. Не грубо, но твёрдо.

– Я не хочу тебя потерять, – сказал он тише. – Но я боюсь, что я у тебя, лишь замена. Запасной вариант.

Марина медленно высвободила руку.

– Ты ошибаешься. Но, Даниэль... если мы будем и дальше копаться в моём прошлом вот так, то у нас с тобой действительно не будет будущего.

Он кивнул, будто принял удар, но в глазах остался тот же упрямый огонь.

– Хорошо. Тогда докажи. Себе, мне... что прошлое для тебя правда закончено.