Текст книги "Измена. Он нашёл помоложе (СИ)"

Автор книги: Евгения Вечер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Глава 15

От ног Николая отлетают ошметки сырой земли, остаются грязные следы на плитке. Тяжело вздыхаю… вот же мерзавец. По моей душе прошелся, а теперь еще и полы мне заляпал, которые я только только помыла!

Садится напротив меня и в глаза мои смотрит своими наглыми и бесстыжими.

– Я твои вещи собрала, Коля, – говорю я. – Чемоданы на втором этаже. Хочешь выгнать меня из дома, решай этот вопрос через суд.

– Какая же ты… – цедит сквозь зубы, оскалившись.

– Кто? Ну, кто?

– Никто, – ядовито выплевывает мой муж, сверкая злыми глазами.

Я выразительно приподнимаю бровь и смотрю на него вопросительно. Это я то никто, да? Пустое место?

– А ты свои поступки давно анализировал, Коль? – с насмешкой прищуриваюсь.

– Агата, если ты не уедешь сегодня, то нам придется жить вместе, – нагло предупреждает меня Николай.

Хлопаю ресницами озадачено. Вот это поворот, конечно.

– Я хочу вернуться домой и жить здесь, – продолжает он. – Мне надоела съемная квартира. Здесь мой дом, и я имею право в нем жить.

– Я против, – беру чашку чая со стола и делаю небольшой глоток ароматного напитка.

Оставляю пальцы на чашке. Она горячая, почти обжигает подушечки моих пальчиков. Но лучше чувствовать это тепло сейчас, так я могу контролировать свои чувства и эмоции. Так я не сорвусь сейчас на крик.

Начать орать, как истеричка – значит показать предателю, что он все еще может меня задеть.

– Я не спрашиваю твоего разрешения, Агата! – рявкает Коля и по столу стучит кулаком.

У меня в ушах звенит от его громкого голоса.

Видимо, о беременности он пока еще не знает. Молодцы, Злата и Даша, язык за зубами держат, хоть меня и обидели своим поведением и словами.

– Коль, а твоя любовница? Она тоже со мной в одном доме жить будет? – усмехаюсь, сильнее сжимая горячую чашку пальцами.

– Нет. Забудь о ней.

Под кожей жар от омерзения.

Забыть? Я пока не страдаю старческой потерей памяти, чтобы такое забыть.

– Я знаю, что ты отнесла документы на развод в суд, – цедит Николай сквозь зубы. – Я уладил этот вопрос.

Я вновь пью кофе, чтобы выиграть себе время. Потому что внутри все болезненно вибрирует. Если начну говорить – голос точно сорвется.

– Что значит «уладил»? – спрашиваю, затаив дыхание.

– У меня есть знакомые в суде, – Николай вальяжно раскидывается в стуле и достает из кармана своего пальто пачку сигарет. – Конечно, не за спасибо, но наш развод отменили.

– Не поняла, – лепечу я. – Ты… ты…

– Я не собираюсь с тобой разводиться, Агата. И ничего ты с этим не сделаешь!

У меня внутри трескается душа. Медленно так на осколки рассыпается, оставляя огромную зияющую дыру. Боль грудную клетку неприятно сдавливает.

– Да как ты смеешь, – шиплю сквозь зубы. – Коля, я понимаю, что ты влиятельный человек и…

– О да, дорогая. Я влиятельный. Ты даже не представляешь насколько! – глаза моего мужа иронично блестят.

– Мудак! – громким шепотом выдаю я, не в силах уже просто сдерживаться.

– А ты что хотела? – Николай подкуривает сигарету и выпускает в чистый воздух недавно убранного дома противный запах дыма. – Чтобы я приполз на коленях и извинялся перед тобой?

Грустно улыбаюсь, опустив взгляд. Горло дерет от слез.

– Было бы не плохо услышать извинения, – глухо шепчу.

– Ну извини, Агата, – небрежно плюет Николай. – Извини, что за сорок пять лет я захотел попробовать секс с кем-то еще, кроме тебя.

Качаю головой и больно прикусываю кончик языка. Выпросила, называется, извинения. Вот, получай.

– Я просто захотел разнообразия, – хрипловато сообщает мне мой муж. – Если хочешь знать, я не собирался на ней женится и заводить с ней детей. Но когда я говорил тебе об этом, я видел в твоих глазах ревность. А это значит…

– Это значит, что ты, неблагодарная скотина, вывернул мне всю душу! В клочки меня разодрал! Опозорил, унизил, с землей сравнял мою веру в любовь. А теперь еще и отпускать не хочешь? – поднимаю взгляд на Николая.

У самой губы дрожат позорно. Не могу контролировать. Не могу. Мне слишком паршиво. Запредельно больно.

– Не перегибай, – вскинув подбородок, произносит Николай. – Разовый трах на стороне не считается за измену.

– Хочешь сказать, что ты со своей Светочкой спал только один раз? – выдыхаю резко, даже не обдумав свой вопрос.

Николай молчит. Просто смотрит мне в глаза своим тяжелым, подавляющим взглядом.

– Я никогда тебя не прощу, – говорю сухо, словно точку ставлю.

– Тогда собирай свои вещи и проваливай, Агата, – Николай безразлично машет рукой.

Вот так. Развестись мне с ним нельзя, зато можно поздним вечером из дома уйти с чемоданами. Мерзавец!

– Ты разобрался с квартирантом? Однушка свободна? – уверенно встаю из-за стола, смотрю на мужа сверху вниз.

– Нет. Решай эту проблему сама. Это же ты против совместного проживания.

– Да я лучше на улице жить буду, чем с такой свиньей, как ты!

– Пожалуйста, никто не держит.

Я кусаю щеку изнутри. Меня просто захлестывает от досады и паники.

Мне так горько и плохо… даже слезами глаза щипать начинает.

Если сейчас останусь, Коля расценит это, как слабость. Подумает, что я сдалась и вот-вот его прощу. А потом так и буду терпилой, которая согласна глазки на измены прикрыть, лишь бы Коля меня с малышами за дверь не выставил.

А если уйду, то где мне жить с малышами? В однушке?

Этот монстр не даст мне развестись с ним. Он прав. У него связи и знакомства. И деньги.

А я жалкая букашка по сравнению с ним.

Жалкая, старая, беременная букашка.

Глава 16

– Знаешь что, Коля, – говорю я, а у самой голос дрожит. – Я на ночь глядя никуда не пойду! Это и мой дом тоже.

– Отлично! Значит, продолжим жить вместе! – скалится и руками разводит.

Чувствую, как слезы стоят в глазах. И сказать мне ему больше нечего. И козырей в моем рукаве нет, чтобы его выгнать. Не полицию же мне вызывать.

Он прав. Это и его дом, и мой.

Но так же нельзя.

Он специально меня клюет и унижает.

Он делает все, чтобы я страдала!

Я не хочу жить с ним вместе, но разве выбор есть? Гордость собрать и уехать в отель временно… или к дочерям младшим.

Девочки будут в шоке от того, что Николай все же выставил меня. А Даша со Златой вместо поддержки только позлорадствуют, мол предупреждали, что так и будет.

Делаю глубокий вдох, медленно и шумно выдыхаю.

Нет, я точно сейчас никуда не пойду.

Складываю руки под грудью и на Колю свысока смотрю. Он жадно затягивается сигаретой и выпускает сизую струйку дыма в воздух. От запаха меня подташнивает.

– Не кури в доме, – строго требую я.

– Что хочу, то и буду делать, – фыркает Николай в ответ.

– Я найду способ с тобой развестись, понял? Обязательно!

– Угрожаешь? – улыбается, насмешливо сощурив свои наглые глаза.

Как же клокочет все внутри. Меня изнутри пожирает собственная обида и боль. Врагу не пожелаешь на моем месте оказаться.

Двадцать три года… вера в любовь, поддержка, семейные ценности… А он, оказывается, на «разнообразие» все это готов променять. Просто в унитаз спустить наши отношения.

– Да, Коля. Считай, что я тебе угрожаю! – рявкаю так, что уши закладывает.

Мой ненавистный муж тихо и высокомерно смеется, а я просто разворачиваюсь и ухожу на второй этаж.

Я все решу. Завтра.

Позвоню квартиранту, пусть освобождает однушку.

У меня выбора нет.

Мне придется бежать.

Из собственного дома придется уйти! Из уютного гнездышка, которое я строила, выбирала мебель, обои, плитку в ванной. Даже дверные ручки! Все до мелочей – моя кропотливая работа. Уют в нашем доме создал не дизайнер, а я сама!

А теперь мне придется сдаться?

Горло сдавливают невыносимо горькие рыдания.

Этот монстр Коля просто выбора мне не оставляет.

Уничтожает меня.

Размазывает.

Разламывает.

Прохожу в комнату, где раньше Злата жила. Запираюсь тут же.

Встаю перед зеркалом и смотрю на свое отражение. Свет приглушен, на полу и стене играют тени ветвей дерева.

Я попала в капкан. И просвета, кажется, не будет. Кто бы мог подумать, что после сорока лет на меня со всех сторон могут посыпаться жизненные испытания? Выдержать бы теперь, выстоять.

Ложусь на кровать и отворачиваюсь к стене. Глаза закрываю и разрешаю себе, наконец, заплакать. Пусть Коле отольются мои слезы! Пусть он чем-нибудь заболеет! Пусть бизнес его рухнет! Пусть ему будет еще хуже, чем мне сейчас!

Так нельзя, но я не могу сдержаться.

Я хочу, чтобы он страдал. Пусть жизнь его накажет!

Засыпаю я поздно. Страшные мысли все терзают и терзают меня. Полноценным сном это назвать нельзя. Я ворочаюсь, постоянно просыпаюсь. Болезненная поверхностная дремота, которая не несет за собой чувства бодрости.

Я просыпаюсь, и ощущаю себя разбитым корытом.

Сегодня у меня две вечерние пары в институте. Возможно, успею еще поспать…

Выхожу в коридор. Колины чемоданы так и стоят в пролете. Он их не убрал. Надеется, что я стану раскладывать его вещи по местам?

Улыбаюсь от отчаяния и спускаюсь на первый этаж.

На кухне недопитый кофе и хлебные крошки. Видимо, Коля завтракал перед работой и за собой не убрал.

И я убирать не буду.

Я не его прислуга.

Если он думал, что вернется домой и я тут же возьмусь его обслуживать по полной – хрен ему! Даже не притронусь.

Неторопливо нарезаю зеленый салатик из овощей на завтрак. Заправляю маслом и иду в гостиную с тарелкой в руках, чтобы там спокойно поесть. В кухне сигаретами пахнет, невыносимо просто. И освежитель воздуха не помогает.

Только усаживаюсь на диван перед телевизором, как в дверь стучат.

Я мельком бросаю взгляд на часы. Половина девятого. Поджимаю губы и оставляю свой завтрак на кофейном столике.

Кого принесло в такую рань?

Смотрю в глазок – за дверью девушка. На вид ей около тридцати, одета в красное модное пальто, губы в тон накрашены. И ресницы огромные просто, чуть ли не до самых бровей.

Открываю дверь с опаской.

– Доброе утро, – произносит она мелодичным голоском.

– Здравствуйте.

Окидываю ее быстрым взглядом с головы до ног. Уж не Светочка ли?

– Вы жена Николая? – спрашивает девушка, похлопав ресничками.

– Да.

– Отлично, значит я не ошиблась адресом, – улыбается. – Дело в том, что Коленька не берет трубки. Я ему уже неделю не могу дозвониться!

Она возмущенно надувает губы.

– А вы кто? – спрашиваю я, придерживая входную дверь за ручку, чтобы в случае чего тут же ее захлопнуть.

С улицы холодом веет. По позвоночнику мурашки бегают. А мое сознание уже догадывается, что ничего хорошего дальше не будет.

– Я Светлана, – ядовито выплевывает девушка. – Любовница вашего мужа. Рада знакомству.

Протягивает мне ладонь для рукопожатия, а у меня от омерзения скулы сводит.

– Не взаимно, – говорю сухо.

Светлана только губы скашивает в хищный оскал.

– А я вас именно так и представляла, – вдруг произносит девушка. – Серая, неухоженная, с мешками под глазами. И с запахом зажарки для борща.

Рука вздрагивает. Я уже хочу закрыть входную дверь у нее перед носом, но Светлана вваливается в дом. Я даже зажимаю ее дверью, отчего та взвизгивает и корчит свою смазливую мордашку.

– Мне нужно с Колей поговорить! – нагло заявляет Светлана. – У меня для него есть отличная новость!

– Уходи отсюда, – шиплю от испуга, что любовница мужа в дом ко мне проникла. – Иначе я тебя по ступенькам спущу, Света.

– Ало, ты меня слышишь?! – повышает голос и смотрит мне в глаза пристально и дерзко. – У меня для Коли радостная новость! Позвони ему со своего мобильника, я с ним поговорю и уйду.

Глава 17

– Папа, как дела? – Злата мурлычет в телефонную трубку.

– Нормально.

– Папуль, я тут твоей внучке присмотрела коляску. Она, правда, дорогая очень. Но зато какой функционал! Маневренная, легкая, три блока!

Слабо улыбаюсь, смотря в лобовое. Мелкие капли дождя стекают по стеклу наперегонки, сливаются воедино и быстро падают вниз. Осень в полном разгаре. Дождливая, пасмурная и серая. Еще немного, и выпадет снег.

– Папуль, а ты не хочешь внучке подарок сделать? Коляску эту купить? На нее сейчас акция, – сообщает мне дочка умоляющим тоном.

– А что Дима твой?

– Да что Дима… ты же знаешь, что он только начал по карьерной лестнице двигаться. Да, хорошо, конечно, зарабатывает, но мы в этом месяце не можем себе позволить… а скидка закончиться.

Ох, Златушка…

Прикрываю веки устало и шумно вздыхаю.

– Сколько? – тихо уточняю я.

– Пап… да там двести тысяч всего.

Всего.

Мне для девочек не жалко, конечно. Но я рассчитывал, что моих принцесс в будущем мужья обеспечат, а не я.

Так ведь и должно быть у нормальных семей. Мужик зарабатывает, женщина тратит.

– Пап? – ласково шепчет Златка в телефонную трубку. – Ну ты чего молчишь? Не дашь?

– Дам.

– Спасибо! Была бы я рядом – зацеловала! Люблю тебя!

– И я тебя люблю, Златушка.

– Пап, а еще спросить хотела. Тебе мама ничего не говорила? – как-то хитро спрашивает дочь.

– А что она мне должна сказать?

– Ну, есть у нее один секрет, – вкрадчиво шепчет.

– Рассказывай, – говорю я.

Припарковался на соседней улице от нашего с Агатой дома. Настроение совсем не рабочее. Свои обязанности я на сотрудников делегировал.

Могу расслабиться.

Мне вообще в отпуск пора. Спина уже не к черту. Болит поясница. Хотел на массажи записаться, да потом передумал.

Нужно что-то с женой решать. Придумать уловку, прижать ее к стенке. Перекрыть ей кислород, чтобы дышать без меня не могла.

Чтобы нуждалась во мне.

Чтобы сама просила меня вернуться.

Агата только носом вертит и фыркает. Ну, ничего… ничего…

Выбора у нее нет. Развестись со мной будет очень тяжело.

А тут дочь о секретах маминых заявляет. Любопытно.

– Да я бы рассказала, только тайное само собой скоро станет явным! Долго скрывать она не сможет! – прыскает Златка.

Телефон после ее слов загорается. Я смотрю в экран и вижу, что мне Агата звонит.

Легка на помине.

– Мне мама звонит, – говорю Злате. – Я перезвоню тебе.

– Ты не забудь мне денежку отправить, папуль! – бросает дочка напоследок.

Сбрасываю один звонок и тут же принимаю вызов от жены.

– Ало, – говорю холодно и дежурно.

– Коленька, привет!

Вместо голоса Агаты слышу… Свету?

Удивленно приподнимаю брови и в экран мобильника смотрю. Нет, не показалось. Вызов действительно с номера Агаты.

– Света? – растерянно бормочу я.

– Да, милый, это я, – нагло произносит. – А ты чего с меня трубки не берешь? С женушкой помирился, да?

– Да.

Она смеется.

Черт.

– Коленька, я хотела тебя обрадовать, но ты видимо меня везде в черные списки занес, – ядовито рассказывает Света. – Я тебе звоню, пишу, а в ответ тишина.

– Что тебе надо? – спрашиваю я, а сам мотор тачки завожу.

Если Света сейчас в моем доме, то я выставлю ее нахер. Вот наглая сука! Явилась без приглашения. В мой дом. К Агате.

Агата тоже молодец. Зачем надо было разрешать этой овце со своего телефона мне звонить? ОТ злости сильно стискиваю челюсти и выворачиваю руль в сторону дома.

– Коль, я просто помню, что ты сына хотел, – говорит Света приторно сладким голосом. – Так вот, у тебя, кажется, скоро будет наследник.

Дыхание перехватывает от таких новостей.

– Ты беременна? – зло цежу я сквозь зубы.

– Да, Коленька. Беременна. Правда, срок очень маленький, около пяти неделек. Но я уверена, что в моем животике мальчик.

Чувствую, как жар по позвоночнику прокатывается. И в пояснице тянет тупой болью.

Твоя ж мать.

– Я тебе не верю, – говорю я, а сам уже мотор глушу возле своего дома.

– Не веришь в чем? Что мальчик будет?

– Что ты, дура, залетела! Я тебя с гондоном трахал.

– Ну ты почитай в интернете. Презерватив не дает сто процентную гарантию.

– Блять! – рычу сквозь зубы и сбрасываю звонок.

Конечно, я пугал Агату, что Светочка родит мне сыновей. Но я не ожидал, что это все может оказаться правдой!

Мне от такой правда тошно.

Я не хочу детей от любовницы.

Быстрым шагом надвигаюсь к дому. Распахиваю входную дверь и вижу перед собой наглую Светку в красном пальто с вульгарным макияжем и мою бледную растерянную жену.

Агата не просто бледная.

У нее кожа синим цветом отливает.

– Кто дал тебе право заваливаться ко мне домой, м? – яростно смотрю в глаза Свете.

– А кто дал тебе право не отвечать на мои звонки и смс?

– Пошла вон, – указываю мерзавке на дверь. – Я поставил точку в отношениях с тобой.

– Ну, тут непредвиденное случилось, – Света гладит свое пальто в районе живота. – Ты же хотел сына!

Агата медленно выдыхает и складывает руки под грудью. Ежится от холода.

Я за собой дверь не закрыл, а она в домашней пижаме.

– Света, проваливай, – хватаю любовницу за рукав пальто и вытаскиваю ее за порог.

– Коля! Я же по хорошему хочу! Что ты ерепенишься?

– Мы поговорим, – сквозь плотно сомкнутые челюсти выцеживаю каждый слог. – Позже.

– Когда? – хлопает ресницами.

– Позже! – говорю я. – Уходи. И не смей больше заявляться к моей супруге.

– Помирись значит? Ну, конечно, она же мышь серая. Ни ума, ни гордости! – глаза Светы насмешливо блестят.

Меньше всего я сейчас хочу, чтобы наглая давалка оскорбляла мою законную жену. Но Светке рот не заткнешь, к сожалению.

Чертовка себя возомнила хер знает кем. Наследника она носит. Ага. Даже если и так, еще не факт, что «наследник» от меня.

– Ты меня услышала, Света, – шиплю ей в лицо. – Еще раз к моей жене заявишься, я тебя уничтожу.

И я не шучу.

Устроить ей ад я могу очень просто. Подсуетиться, чтобы ее и с работы поперли с волчьим билетом. Пусть в проститутки идет работать, ей подойдет.

– Я жду твоего звонка, – предупреждает меня Света, сверкнув озлобленным взглядом.

Она уходит, а я тут же захожу в дом.

Агата как стояла при входе, так и стоит.

– Какая ирония, – шепчет едва слышно.

В глазах моей жены стоят хрустальные слезы. А у меня впервые за долгое время сжимается сердце, когда вижу ее влажные глаза.

– Агат, она больше сюда не придет, – обещаю я, делаю шаг к своей женщине.

Та кивает медленно, продолжая на меня пристально смотреть.

– Сколько беременных вокруг, я просто в шоке, – грустно улыбается Агата. – Демографический бум просто!

– А кто еще беременный?

– Наша дочь Маша, – шепчет Агата, а затем шмыгает носом.

У меня от этой новости чуть челюсть не отвисает. Машке семнадцать! Как это она может быть беременной? Она же… учится. Ей поступать летом.

– Беременна Злата, Маша, твоя любовница, – голос Агаты звучит все тише и тише, а потом она разводит руками и шепотом добавляет: – И я...

Дорогие!

В честь открытия продаж сегодня будут ещё главы;) Спасибо за вашу активность, мне очень приятно

Будем вместе наблюдать,

как Коленька сейчас запрыгает ((от счастья)))

Глава 18

– Ты беременна? – с придыханием уточняет Николай.

У меня хватает сил только чтобы кивнуть ему в ответ.

– И ты… почему не сказала?

– Коль, а зачем? Чтобы что?

– Ты ведь понимаешь, что это просто все меняет, Агата!

Угрюмо усмехаюсь на его слова.

Злата точно также сказала. Если Николай о моем положении узнает, то все поменяется – он вернется ко мне и позабудет о своей любовнице.

Только ситуация теперь обострилась до максимума. До предела просто! Ведь его Светочка тоже беременна.

И если я уверена на сто процентов, что жду двоих дочерей, то молодая и прозорливая Света, возможно, ждет сына. Наследника!

– Ты зачем вообще в таком положении пустила в дом эту дуру? – ошалело спрашивает Николай и меня хватает за руки.

Сжимает крепко. Кожу жжет от его прикосновений. А в горле ком тошноты от омерзения.

Вырываю свои ладони из его прохладных рук.

– Эта дура… – говорю я, смотря в глаза моему мужу. – Сама вошла! И вообще, знаешь, Светочка мне понравилась.

– Чего, блять? – ругается Коля, покосив свое лицо.

– Того… Она молодая, красивая, наглая, яркая, дерзкая. Милая на лицо, а взгляд сучий. Упрямая, как торнадо! Резкая и бойкая.

– Хватит, – тарахтит Николай возмущенно.

– Света такая, какой я никогда не была, Коля, – продолжаю я, а голос все громче и громче звучит. – Я тебя обстирывала, обслуживала. В конце концов памперсы тебе меняла, когда ты после аварии валялся целый год! Девочек растила, никогда ни о чем не просила.

– Агата, ну перестань…

– А что перестань, Коль? – вжимаю шею в плечи и таращу на мужа свои глаза. – Я бы и дальше за тобой ухаживала. Борщи бы тебе варила и контейнеры с едой на работу тебе возила. А ты все это на перепихон с молодым телом променял! А ей что от тебя нужно?

– Агата, я разберусь со Светой. У тебя о ней голова болеть не должна.

Набираю в легкие побольше воздуха. Изнутри обжигает. Все тело трясет от злости и гнева.

– Я была для тебя прислугой. Вот ты и променял меня на нее. С глазами этими огромными, с губами надутыми. Думаешь, она стала бы за тобой утки выносить? М? Или переживать, что ты забыл свой контейнер с едой на работу взять!? Или что у тебя рубашка не поглажена перед важными переговорами!?

Лучше бы я не видела эту Свету.

Красивую. Молодую. Ухоженную. Наглую.

Она как с обложки. На брендах вся. Уверена, на СПА процедуры ходит, жопу качает в зале и косметолога регулярно посещает. И пахнет от нее духами дорогими.

А от меня всю жизнь пахло котлетами.

Слезы текут по щекам.

Я обычная женщина.

Ни как эти… меркантильные вертихвостки.

Я за мужа горой была.

Всегда.

Во всем.

А теперь я эту Свету увидела и думаю, а правильно ли я жила?

Надо было нахрен бросать институт свой, садится к Коле на шею, тянуть из него деньги себе на удовольствия. Сумки покупать по несколько миллионов и губы надуть. А потом эти надутые губы блеском намазать за пару сотен тысяч.

Смотреть надо было на Колю с сучим прищуром, а не с любовью и благодарностью.

Выпросить у него квартиру отдельную, на меня оформленную. Чтобы он к ней не имел отношения.

И если бы Коля какие-то мои хотелки не стал исполнять, обижаться на него, глазками хлопать и губы дуть со словами: «Ну масечка, твоей киске очень нужна квартирка!»

Может, тогда он бы больше меня ценил?

Красивую такую, с натянутым с помощью косметологических уколов лбом.

Дура…

Какая я дура…

– Агата, ну не плачь, я тебя прошу, – шепчет Коля с неподдельной ласковостью.

– Отойди от меня, – шиплю в ответ. – Я не хочу, чтобы моя беременность что-то изменила. Я просто сказала это на эмоциях!

– Агата…

– Нет! Хватит! – срываюсь на дикий крик, даже горло болит. – Жить с тобой я не буду, Коля. И к моим малышам ты не притронешься! Все через суд! В установленное законом время!

– Не пори горячку, родная.

– Родная!? – голос все таки срывается с крика на безбожные хрипы. – Нет тут больше твоей родной! Я теперь жизнью научена!

– Да блять… я ошибся, понятно? Да, потянуло меня налево. Но и ты пойми. Я обеспеченный мужик, вокруг одни соблазнительные жопы крутятся, которые не против со мной переспать. Я не устоял. Всего один раз не устоял! А ты простить не можешь?

Закрываю глаза и вытираю мокрое от слез лицо.

Он не устоял.

Он мужчина и ему можно.

Но только когда Коля лежал после аварии, за мной тоже пытался ухаживать мужчина. Красивый. На иномарке ездил и цветы мне привозил.

Я ему сразу от ворот поворот дала.

Потому что я Колю любила. Даже жалкого, лежачего.

У меня была совесть – я не могла мужу изменять.

А у Коли секс с другой – это потребность.

Так почему же я терпела, когда мой муж после аварии не мог сексом заниматься? Почему я свои потребности засунула подальше? Ждала и верила, что однажды…

Я задыхаюсь от лавины боли, обрушившейся на меня.

– Я с тобой больше не буду разговаривать, Коля. Хватит.

– Агата, да пойми ты, что я жалею о своем поступке. Реально жалею, блять! Что мне сделать, чтобы ты меня простила?

– Ничего, – шепчу.

А слезы все текут и текут по щекам.

– Я хочу сохранить брак. Я хочу, чтобы ты родила мне еще ребенка. Пожалуйста, Агата, не надо все рвать сейчас! – Коля тоже срывается и голос повышает.

У меня в ушах звенит.

Давление, наверно.

Иду прочь, держась за стеночку.

Ком тошноты стоит в горле.

А мне еще и на работу сегодня.

– Агата, – Коля идет за мной на второй этаж. – Давай мирно сядем и все обсудим. Как в старые добрые времена, просто поговорим.

Прохожу в комнату Златы и захлопываю перед носом у предателя дверь. Молниеносно защелкиваю замок.

– Агата! – Коля стучится, того и гляди с петель дверь сорвет. – Дай мне шанс все исправить! Я буду верным мужем!

Качаю головой отрицательно, сильно зажмурившись. Не верю ему.

Кто предал однажды, тот снова предаст.