Текст книги "Измена. Он нашёл помоложе (СИ)"

Автор книги: Евгения Вечер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Евгения Вечер
Измена. Он нашёл помоложе

Глава 1

– Что, сегодня даже не поздороваешься? – едко произношу я, прокручивая в руке бокал красного вина.

– Добрый вечер, Агата, – отзывается мой муж тихим безразличным голосом.

Я тяжело вздыхаю, оставляю нетронутый напиток на столе и встаю.

– Коль, вот скажи, что у нас происходит? – иду за ним.

Николай снимает пиджак и небрежно бросает его на спинку кресла. Расстегивает запонки на рубашке, внимательно осматривая меня с головы до ног.

– А что у нас происходит? – скашивает губы на правый бок.

– Не знаю, – развожу руками. – Ты последнее время домой приходишь не раньше одиннадцати вечера. Все выходные у тебя расписаны, и на меня у тебя просто не хватает времени. Тебе вообще нет никакого дела, что я тут одна целыми днями.

Дети выросли. Нашей старшей дочери Злате уже двадцать лет, и она скоро выходит замуж за прекрасного мужчину. Младшим дочкам-близняшкам Маше и Даше по семнадцать, и они уехали учиться в город. Николай снимает им квартиру в центре, а мы живем в поселке городского типа.

Наш дом опустел. Я здесь постоянно одна. С работы прихожу рано, и просто с ума схожу от скуки.

Я преподаю историю в институте.

Мой муж – крупный предприниматель и основатель компании по производству бытовой химии.

Мне недавно исполнился сорок один год, а Николаю сорок пять.

– У меня крупный проект, мы скоро запускаем на рынок новые товары. Ты же знаешь это, Агата.

– Я знаю, Коль. Знаю! Просто…

Замолкаю резко, когда замечаю на рубашке мужа красный отчетливый след. Прямо возле края внизу. Он только что выпустил рубаху из брюк, и вот…

У меня в глазах мутнеет от увиденного, когда начинаю осознавать, что это отпечаток губ.

– Коль, – шепчу беззвучно, в кончиках пальцев ток.

– Что? – раздраженно бурчит в ответ, расстегивая пуговицы одну за другой.

Взгляд мужа попадает на отпечаток губ на подоле рубашки.

– Блять, – шипит его голос, пропитанный ядовитым возмущением.

Муж прикрывает веки устало, цокает языком. А я замерла и даже не дышу. Только смотрю на красное пятно широко распахнутыми глазами.

– Это… это… – губы дрожат.

– Это след помады, – подсказывает мне Николай.

Я перевожу взгляд с красного пятна в его наглые, холодные глаза. Сильно стискиваю челюсти от злости и страха. Боль топором ударяет между лопаток. И даже пол под моими ногами вибрирует от осознания всей этой ситуации.

– Это куда она тебя целовала, чтобы там след остался? – язвительно уточняю я.

Внутри все дрожит, не смотря на мое внешнее спокойствие. И ком к горлу подкатывает, сжимает мне глотку обжигающим спазмом.

– А это не твое дело, Агата, – Николай скашивает уголки губ в зловещую пугающую ухмылку.

– У тебя любовница? – закрываю глаза и поджимаю пальцы на ногах до хруста.

Я боюсь услышать положительный ответ.

Мы вместе с Николаем со школы. Он у меня первый и единственный мужчина. Я никогда даже не смотрела на других.

И секс у нас был стабильный. Последний раз мы им занимались полторы недели назад.

– Да, Агата, – громом прокатывает голос мужа над моей головой. – У меня есть любовница.

Внутри что-то больно надламывается. Я чувствую только, как гулко ухает мое сердце, падая прямо в пятки. И ладони потеют от такой правды.

Я предпочла бы этого никогда не узнать.

– Она моложе, ей двадцать восемь. Свежая кровь, так сказать. А ты… понимаешь, Агата, у нас секс давно уже пресный, стабильный и однообразный.

– Замолчи, – мой голос скатывается в дрожь.

– Она просто помогает мне чувствовать себя мужчиной, не более, – сообщает Николай, будто речь идет о чем-то совершенно нормальном. – Я не собираюсь уходить от тебя, Агата.

Николай так спокоен, что мне даже страшно становится.

– Ты совсем из ума выжил, Коль? – смотрю на него и не узнаю.

Мой муж не мог так со мной поступить. И так спокойно рассказывать мне о своей молодой любовнице.

Боже… да она моложе меня на тринадцать лет…

У меня звенит в ушах. Я просто не верю. Не верю.

– Агата, не нужно устраивать сцен.

Меня ошпаривают его слова, как крутой кипяток.

– То есть ты загулял, а я молчать должна? – задыхаюсь от негодования.

Как у Николая все просто. Он словно собаку завел, а не любовницу.

Молодую, наверняка красивую и сексуальную любовницу.

– Агата, ты что хочешь? – мой муж опасно прищуривается, избавляясь наконец от рубашки. – Лучше скажи, пятно получится вывести или рубашку на выброс?

Я просто в шоке. Таком глубоком, что слов нет. Смотрю на Николая ошалелым от боли предательства взглядом.

– Ты мне изменяешь, – глухо шепчу я, ноги ватные. – Ты. Мне. Изменяешь!

– Я ведь не ухожу из семьи. Не паникуй, родная, – улыбается.

Вот же мерзавец!

– Это с ней ты допоздна задерживаешься, да? – слезы подходят, душат.

Я так зла на Николая, что просто убить его готова сейчас.

– Не превращайся в истеричку, – укоризненно произносит муж. – Тебе эта роль не подходит!

Глава 2

– А какая подходит? – я начинаю улыбаться, как сумасшедшая. – Роль терпилы?

Перед глазами все плывет от липкой паники. Мы вместе двадцать три года. До этого два года встречались. Я влюблена в мужа с моих шестнадцати лет. И люблю его до сих пор.

И я надеялась, что он тоже любит меня и верен мне. А он… вот так просто…

– Агата, ну что ты начала? – рычит, отбрасывая рубашку на кресло. – Я же сказал, из семьи уходить не собираюсь.

– Коля! – вскрикиваю я. – Я так не смогу. Ты меня предал! Как ты не понимаешь…

Закрываю глаза, и по щекам горячими струйками катятся мощные потоки слез.

А мой муж, словно опасный незнакомый мне монстр, наступает на меня. Все ближе и ближе. Пока его губы не оказываются в паре сантиметров от моих.

Он смотрит на меня подавляющим тяжелым взглядом. Пришибает меня к полу, гвоздями приколачивает. Я дрожу, словно от холода. И по спине течет тонкая прохладная капля пота. Никогда еще не видела Николая таким жутким и холодным.

– Мы будем жить дальше, и ты сделаешь вид, что ничего не знаешь, – шипит, обдавая жаром мое лицо. – Ты меня поняла, Агата?

– Как ты можешь так со мной поступать? Я твоя жена!

– Ты – всего лишь жена. Она – всего лишь любовница. Не нужно придавать этому такую важность.

– А наши девочки? Что ты им скажешь?

– Ничего, – обрубает жестко. – Нашим девочкам про это знать не обязательно.

Николай устало вздыхает. Его обнаженная грудь с густой порослью волос вздымается и тут же опускается.

– И еще, Агата, постирай мою рубашку.

Я распахиваю глаза широко. Да как он смеет!

Это просто немыслимо.

Николай завел себе молодую любовницу, предал меня, а теперь вот так просто просит продолжать выполнять функцию женщины в его жизни.

– Урод, – тихо произношу, смотря в его глаза с ненавистью.

Срываюсь с места, сгребаю в охапку пиджак и рубашку мужа. Руки током прошибает, но сейчас я полна решимости. Меня просто захлестывает от боли и ненависти.

– Проваливай! Пусть твоя молодуха теперь твои рубашки стирает! – кричу на эмоциях, бросая в мужа его вещи.

Одежда ворохом оседает у его ног.

В доме повисает угнетающая тишина. Такая, что в ней я слышу бешеный ритм моего сердца.

Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.

– Я все понял, Агата, – разочарованно выдает Николай с грустной улыбкой. – Ты не хочешь включать мозг и быть умной женщиной. Не понимаешь, что мне всего сорок пять, и я еще полон сил и сексуальной энергии.

– Убирайся! – с нажимом произношу.

Он кивает, опустив взгляд.

– Хорошо. Я уйду.

Николай поднимает с пола свою одежду и, горько усмехнувшись, просто направляется к выходу.

Я смотрю в его обнаженную спину. Напряженные мышцы перекатываются под смуглой кожей.

У меня звенит ушах и ознобом бьет просто до косточек. Я дрожу от паники и слез. Я не знаю, на что я надеялась…

Кусаю губу до металлического привкуса крови во рту.

Мне страшно и больно.

Слышу, как Николай шумно хлопает входной дверью, впустив в дом сквозняк, а чуть позже заводит мотор своей машины.

Я обнимаю свое тело дрожащими руками.

Поверить не могу... он спит с девушкой, которой всего двадцать восемь лет! Он предал меня. Променял меня на молодую.

Да она всего на восемь лет старше, чем наша дочь!

Во рту пересохло. Язык сухой и липнет к небу.

И в тишине дома я теперь осталась совсем одна.

На негнущихся окаменевших ногах плетусь к столу. Сажусь за него. Хватаю бокал красного вина и залпом выпиваю. Горло обжигает алкоголем, а приторный осадок оставляет на языке послевкусие кислого винограда.

Я глубоко дышу, стараясь успокоиться. Но изнутри меня прожигает горьким осознанием – это конец. И самое обидное, Николай даже не понимает, как низко и подло он поступил.

Неужели он меня совсем не уважает и не любит?

Я хорошая жена. За двадцать три года нашего брака многое успело случиться.

Пятнадцать лет назад Николай попал в серьезную аварию. После нее он долго лежал и не мог даже ходить. Я не бросила его тогда. Любила и поддерживала, занималась дочками. Я выходила мужа.

Поставила его на ноги своей заботой и любовью.

Мы столько пережили вместе.

Вырастили троих прекрасных и умных девочек.

А теперь…

Я просто не могу поверить, что все это правда. И Коля даже оправдываться не стал. Не сказал, что он сожалеет, что он больше не будет. Для него любовница в порядке вещей.

Я просто жена. Она просто любовница.

Он говорил это так, словно я должна принять его отношения на стороне.

Так он отблагодарил меня за двадцать три года брака.

Я горько всхлипываю, сильно сжимаю фужер из-под вина в руке.

Николай облил меня помоями. Пытался растоптать мою гордость, приказывая мне включить мозг и быть умной женщиной. Но разве умная женщина – это та, что измены прощает?

От злости швыряю фужер в стену.

Он звонко рассыпается на мелкие блестящие стеклышки. Я запускаю пальцы в свои волосы. Грудь огнем горит.

Сжимаю пальцы в волосах до боли.

Я не могу… это слишком больно… слишком невыносимо…

Чем я заслужила такое отношение к себе? Почему это случилось именно с моей семьей?

За спиной на кухонной столешнице вибрирует мой мобильный.

Я вытираю слезы, тяжело и судорожно вдыхаю. Кажется, что у меня болит все тело. От кончиков пальцев на ногах до кончиков волос. Словно меня битами избили.

Медленно поворачиваю корпус и дотягиваюсь до гудящего телефона.

Злата…

Смахиваю иконку с зеленой трубочкой в сторону.

– Мам, ты не спишь? – голос дочери услада для моих ушей.

– Нет, Златочка. Пока не сплю.

– Мам, мы с Димой мимо проезжаем. Заедем на чай через пять минут.

Глава 3

– Привет, мамулечка! – Злата распахивает объятия и крепко меня сжимает.

Со старшей дочерью последнее время мы очень редко видимся. Поэтому я всегда ей рада.

Но не сейчас.

У меня сердце словно на мясорубке перемолото, а душа продолжает выкручиваться с корнями и рыдать просто в голос. Я, наверно, еще до конца не осознаю, что вообще произошло.

Моя семья с грохотом разлетелась на части. Раскололась, как тот несчастный фужерчик, который я пять минут назад зашвырнула в стену.

Хорошо хоть осколки успела собрать перед приездом дочки и ее жениха.

– Здравствуйте, дорогие, – отзываюсь я, стараясь изо всех сил выжать улыбку.

Плотнее запахиваю халатик.

– Ты что-то бледная, – Злата осматривает меня строгим взглядом. – А папа где? Спит?

Поджимаю губы. Неловко как-то. Николай уехал, как ни в чем не бывало, и скорее всего направился он к своей молодухе. А я должна встретить дочь и…

Рассказать ей правду?

Или подождать?

– Папа сегодня задерживается, сказал не ждать его.

– А-а-а, ну да, – понимающе кивает Злата. – Я слышала, что он скоро запустит новый продукт на рынок.

– Мы к вам с тортиком, – Димочка приподнимает руку, демонстрируя коробку.

– Вообще хотелось бы, чтобы и папа был дома, – немного огорченно проговаривает Злата. – Ну, ладно. Мам, пойдем за стол.

Дочь тянет меня за руку, и я, качаясь из стороны в сторону, неловко иду за ней.

– Садись, у нас с Димой сюрприз, – произносит Злата, сверкая от счастья.

Ее жених ставит мне коробку под нос и достает телефон.

– Ты снимать на видео будешь? – уточняю я, с опаской рассматривая то Диму, то полностью закрытую коробку.

– Да, мам. Это для семейного архива. Давай, открывай! – Златочка в предвкушении складывает руки ладошками друг к другу и подносит их к своим губам.

Я осторожно развязываю ленту на коробке, руки как на зло прошибает дрожью. Уж не знаю, что там за сюрприз у них такой, но мне все это не очень нравится.

Не думаю, что готова сейчас к сюрпризам и видео съемке.

Снимаю с торта коробку и замираю, когда вижу на торте нарисованного цветным кремом аиста с младенцем.

Сердце поднимается к горлу, раздувается там воздушным шариком. И на глазах слезы наворачиваются.

Читаю надпись на тортике – «Скоро буду».

– Я беременна! – восторженно сообщает Злата.

Я тяжело и прерывисто дышу, стараясь совладать со своими эмоциями. Нужно показать детям, что я рада за них. Улыбнуться хотя бы и поздравить.

Но у меня словно лицевые нервы зажало.

Я не могу…

Потому что теперь мне кажется, что не бывает никакой любви. Мы с мужем двадцать три года были вместе, и все закончилось предательством.

А тут дочь вот-вот замуж выскочит, еще и беременная. И я не должна проецировать свою ситуацию на их молодую перспективную семью.

Но я не могу…

Мне кажется, что даже самый любящий и искренний муж однажды оборачивается чудовищем. И в голове так и звучит голос Николая: «Ты – просто жена. Она – просто любовница. Не нужно придавать этому такую важность».

– Я… очень рада за вас! – с трудом выдавливаю из себя сжатым, сиплым голосом.

– Ма-а-а-ам, ну ты вообще! – со смехом выдает Златка. – Я то думала, что ты обрадуешься, видео красивое получится!

– Прости, Златусь, – лепечу.

– Мам, у тебя что-то случилось? – обеспокоенно интересуется дочь и садится рядом со мной на стул.

– Нет.

– Ма, ну я же вижу. Меня можешь не обманывать, – утешающе гладит меня по плечу.

А я застыла пустым взглядом на красивом торте. Ситуация с мужем очень сильно меня подкосила. Уверена, если бы Злата с Димой приехали с такими новостями завтра, я бы смогла обрадоваться и как следует поздравить молодых.

А сейчас у меня парализованы все чувства, кроме одного – жуткого разочарования в браке.

– Дим, ну все, хватит снимать, – раздраженно шипит дочка на своего жениха. – Иди лучше… руки помой.

– Да мне не надо, – пожимает плечами.

– Дим, иди, – с напором проговаривает Злата.

И Димочка понимающе кивает, скрывается за стенкой.

– Мам?

Знаю, что дочь не отстанет. Будет допытывать до последнего, пока правду не узнает. Но она теперь беременна и ей нервничать нельзя. Я не должна говорить ей о том, что отец нашел себе помоложе. Как бы сильно не клевала меня обида, я выше этого.

– Прости, Злат. Я устала. У меня давление упало, наверно. Я вот хотела кофе попить и прийти в себя, но не успела.

– Голова болит? – Златка улыбается сочувственно, от нее теплом веет.

Стыдно обманывать дочь. Но я не знаю, нужна ли ей эта правда?

Я бы предпочла не знать.

– Болит, – соглашаюсь я. – И кружится.

– Так нужно папе позвонить. Пусть едет домой и за тобой ухаживает!

– Не надо. У папы проект. Ему не до меня.

– Что значит не до тебя!? – сокрушается Злата. – Ты его жена! Он обязан о тебе заботиться!

Я прикусываю кончик языка, и слова дочери эхом звенят в голове.

– Мам, ну давай я таблетку от головы хотя бы тебе дам, – заботливая Злата тут же подрывается с места и достает аптечку с верхней полки.

Наливает мне воды в стакан.

– Спасибо, – шепчу я. – И я очень рада, что у вас с Димой будет малыш.

– Срок уже двенадцать недель. Я вчера была на первом скрининге, с малышом все хорошо. И вот мы сегодня с Димой подорвались, решили всем родным рассказать.

– Я вас поздравляю, – чуть эмоциональнее говорю я. – Дай поцелую!

– Спасибо, мамулечка.

Стараюсь держать улыбку. Это дается мне с трудом.

– А, кстати, мам! Мы ведь на выходных к вам собираемся. Дашка с Машкой не звонили? – огорошивает Злата.

Я смотрю в ее радостные глаза и просто умираю внутри.

Вся семья соберется вместе.

А Николай… он ведь сегодня просто уехал.

Рассказал мне о своей любовнице и ушел. И что я буду говорить дочкам?

Врать, что у папы снова работа?

– Мам, тебе совсем плохо, да? Ты прямо побледнела, – Злата уже начинает нервничать, осматривая мою кожу.

– Приезжайте, – киваю. – Я что-нибудь приготовлю.

– Ты давай ложись уже в постель и отдыхай, – строго выдает дочь. – Если ты и на выходных так себя чувствовать будешь, то я тогда прям и не знаю.

Златка разводит руками.

– Не беспокойся, до выходных я оклемаюсь.

Визуал 1

Дорогие читатели!

Добро пожаловать в мою новиночку 🤗 рада всех видеть!

Давайте знакомиться с нашими главными героями.

Агата Григорьевна, 41 год.

Агата всю себя посвятила семье – мужу и дочкам. В жизни семьи не всегда все было гладко, но даже самые мрачные времена Николай и Агата пережили вместе.

Оказалось, что счастье не бывает вечным. И оно легко может разбиться о предательство.

Визуал 2

А вот и наш герой-любовник, от которого никто загула не ожидал —

Николай Васильевич, 45 лет.

Конечно, он благодарен жене за долгие годы счастливой семейной жизни. Но что-то подтолкнуло его на измену. То ли жена приелась и стала пресной, то ли молодая любовница такая горячая попалась. Он сам еще не разобрался. Нуу... разберется, ведь бумеранг никто не отменял.

Приятного чтения

Глава 4

С работы пришлось отпроситься, потому что с утра я проснулась с такой головной болью, что с трудом смогла поднять свое тело с кровати.

Думала, посплю, и с новыми свежими мыслями начну новый день, а там и новую жизнь.

Но мне не легче.

Совсем не легче.

Я все еще прокручиваю в голове слова мужа. И все еще удивляюсь, как этот человек стал таким черствым и грубым? Неужели Коля не понимает, какую боль причинил мне?

Он ведь просто разрушил нашу семью!

Нашел себе помоложе…

Девушку, которая помогает ему чувствовать себя мужчиной.

Тяжело дышу, спускаясь на первый этаж.

Опять эта давящая, гудящая тишина.

Как я от нее устала!

Раньше мы с Николаем часами могли разговаривать, греясь у камина. Пили какао или чай в обнимку, что-то обсуждали, спорили. Нам никогда не было скучно вдвоем.

И мне казалось, что у нас все нормально. Секс редкий, но стабильный. Да, уже нет такого трепета, как в начале отношений, но зато есть стопроцентное понимание друг друга.

Как же я ошиблась…

Я ни черта не знаю мужчину, с которым прожила всю жизнь.

Стою на кухне босыми ногами на холодной плитке и завариваю себе крепкий кофе. Аромат стоит такой вкусный, что даже в животе жалобно урчит и желудок посасывает.

Входная дверь гулко хлопает. Я вздрагиваю и оборачиваюсь.

– Агата, – в кухне появляется мой муж.

Выражение лица ожесточенное и тревожное.

– Ты не на работе? – с издевкой спрашиваю. – Что, вернулся, кобель?

– Я хотел забрать свои вещи, но мне позвонили младшие дочки. Они на выходные к нам собираются.

– Я знаю.

Поворачиваюсь к мужу и облокачиваюсь ягодицами на столешницу. Смотрю в глаза Николаю без капли жалости. Он просто мерзкий. Отвратительный! Будет правильно, если девочки узнают, что их отец – кобель гулящий.

Жалко только Злату, нервы которой теперь нужно беречь.

– Агата, тебе нужно взять себя в руки и быть мудрой, – шипит Николай, прожигая во мне дыру своим сверкающим от злости взглядом.

Я складываю руки под грудью и гордо вскидываю подбородок.

– Это тебе нужно взять в руки свои вещи и покинуть этот дом.

– Дом оформлен на меня, – напоминает муж.

– Да. Но он построен в браке. И тут прописаны дети.

– Дети уже почти совершеннолетние.

Приподнимаю брови слегка удивленно.

– Выгонишь жену с голой жопой на улицу? – фыркаю.

А Николай наклоняет голову на бок.

– Я вдруг подумал, что будет лучше тебе переехать в нашу старую однушку. Тебе там до работы ближе, – скалится он.

– Там живет квартирант, если ты забыл.

– Не забыл! – цедит сквозь зубы Николай. – Этот вопрос можно легко решить.

Я протяжно вздыхаю. Неужели он думает, что я отдам ему этот дом? Я вообще то тоже сюда вкладывалась. Столько сил тратила на уборку на протяжении многих лет, создавала здесь уют, выбирала обои и всю мебель.

А теперь Николай рассчитывает, что я съеду? А он тут будет жить… боже…

Закрываю глаза от нахлынувшего головокружения. И хорошо, что я оперлась на столешницу. Иначе уже упала бы.

– Раз вместе ты жить не хочешь, правильнее будет тебе переехать, – серьезным тоном выдает мой муж. – Тебе такой большой дом не нужен. А вот мне еще может пригодится.

– Очень интересно, зачем?

– Не тупи, а!? – иронично улыбается. – Я приведу сюда Свету, она родит мне сыновей. Ей возраст позволяет. Создам новую семью.

Его слова, как горячие беспощадные пощечины. Чувствую, что воздуха мало. Предательски мало.

– Какое же ты чудовище, Коля, – лепечу с дрожью.

– А ты как думала? Я буду страдать по тебе? Одумаюсь и вернусь?

Он без ножа меня режет. И мне слишком больно. Я оказалась ненужной. Униженной. Растоптанной. Брошенной.

– Коль, – шепчу. – Я все понимаю, но дом мы строили вместе, в браке. Я имею право здесь жить.

– Нет, Агата, – он идет в мою сторону. – Мне дом нужнее. Я же сказал, Светочка родит мне сыновей.

Такое чувство, что он все это специально говорит, чтобы на эмоции меня вывести. Хочет окончательно меня сломать и унизить.

– И еще, – остановившись в метре от меня, Николай цедит сквозь зубы зловеще. – Дочкам лучше пока не знать, что у меня появилась другая женщина. Злата сказала, что она ждет ребенка, ей нельзя нервничать. Младшие учатся, а наш с тобой развод может их подкосить и попортить успеваемость. Давай-ка на выходных притворимся счастливой семьей.

– Нет, – качаю головой.

– Тебе пофиг на детей? – яростно скалится мой муж.

– Это тебе на них пофиг. Ты изменил мне. Не я…

Николай хватает кисть моей руки и так сильно сжимает, что я чуть ли не вскрикиваю от неожиданности и боли.

– Это ты не можешь принять, что я иногда получаю разрядку на стороне.

– А ты считаешь, что это нормально? – смотрю в его глаза, налитые кровью от злости. – Раз ты так считаешь, расскажи все нашим девочкам!

Николай сильно стискивает челюсти, на его лице играют желваки. Вена вздулась на виске синей змеей.

Мне сейчас просто страшно рядом с ним находиться. Он как огромный свирепый бык, готовый снести все на своем пути.

– Я ничего им говорить не буду! – повышает голос так, что даже пол вибрирует под моими ногами.

Я молчу. Тяжело и шумно втягиваю воздух ноздрями, с трудом выдыхаю.

Меня даже тошнить начинает от ужаса, царапающего затылок.

Я прожила всю жизнь с монстром.

С демоном!

– Я приеду в субботу, и ты притворишься, что между нами все нормально. Ясно? – колет меня требовательным взглядом.

Я молчу. Не хочу его злить. Он и так уже на пике.

Раз смог изменить и вот так запросто сказать, что это я сама виновата, то может и ударить сможет? Я совсем его не знаю.

Николай мне как будто чужой.

– До выходных, Агата! – плюет мне в лицо свою фразу и сбавляет хватку.

Я одергиваю руку. Кисть покраснела и больно щиплет кожу.

А Николай улетучивается, как сквозняк, громко захлопнув входную дверь.