Текст книги "История под знаком вопроса"

Автор книги: Евгений Габович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 42 страниц)

Великий теолог

Итак, Петавий, как и Скалигер с Кальвизием и компанией действовали в области хронологии, скорее, как компиляторы, систематизаторы и, быть может, создатели недостающих для реализации грубо намеченной схемы «источников», чем как строгие критические умы, задавшиеся целью отделить подлинное знание о прошлом от океана литературного творчества на тему о виртуальном прошлом. И, конечно, они сильно содействовали преобладанию некритического духа собирательства текстов над критическим восстановительством истины. Они много способствовали канонизации искусственно растянутой хронологии и созданию духа нетерпимости к сомнениям в правильности хронологической модели прошлого и к альтернативным попыткам разобраться с временными рамками исторического прошлого.

Если для Скалигера с Кальвизием занятия хронологией составили венец их жизненного пути, то для Петавия хронология была лишь временным увлечением, да и то, как мы видели, имеющим характер партийного задания. Выполнив поставленную задачу, он прекратил свои хронологические исследования и целиком предался главной страсти своей жизни – теологии. Чтобы завершить портрет главного героя этой главы, расскажу здесь кратко об этой его деятельности.

Заняв в 1621 году в качестве наследника Ле Дюка кафедру позитивной теологии, Петавий оставался ее заведующим до 60–летнего возраста, после чего в 1643 году освободил ее, сохранив за собой до самой смерти в конце 1652 года только должность библиотекаря Клер – монской коллегии (он умер 11 декабря). Однако занятия хронологией, новыми редакциями и переизданиями его книг о перечисленных выше греческих авторах и освоение литературного наследства испанского теолога Мелхиора Кано (создателя позитивной теологии) и его долголетнего студента Иоганна Малдонатуса, оформившего позитивную теологию в отдельную теологическую дисциплину, в течение десятка лет не позволяли Петавию выйти в этой области за рамки чтения лекций. Его активная литературная деятельность в области теологии началась в 30–х годах и продолжалась около 20 лет. Впрочем, его занятия ранними феческими христианскими авторами создали ему теологическую репутацию еще до появления в 1644–1650 годах его основной работы по теологии четырехтомной «Theologica dogmata» (Догматическая теология).

Книга была задумана как восьмитомная, однако Петавий успел написать только первые четыре тома. Неоднократно предпринимались попытки довести его замысел до конца, но ни одна из них не была до конца реализована. Тем не менее его четырехтомный труд не только неоднократно переиздавался (например, в 1700 году в Антверпене, в 1721–1724 годах, 1731 и в 1745 годах в Венеции, в 1722 году во Флоренции), но и издавался с примечаниями и дополнениями как в форме пятитомника, так и шеститомника (Венеция 1757 под редакцией Заккарии) и даже восьмитомника (в 1865–1868 годы в Париже). Последним является, очевидно, издание 1876 года (Грац).

Само понятие позитивной теологии с трудом поддается простому определению. Было бы проще всего определить ее как теологию в смысле Кано и Малдонатуса, что однако ничуть не прояснило бы сути этого понятия. Энциклопедия Мейера не знает понятия положительной теологии и называет только три основные теологические дисциплины:

• Историческая теология, включающая науку о Библии (становление Старого и Нового Заветов), историю церкви, историю теологии, историю церковного права и вообще историю религии и т. п.

• Систематическая теология, к которой относят догматику, систематику, этику.

• Практическая теология: пасторальная теология, церковное право, литургика, религиозная педагогика и т. п.

Если бы не названный в честь иезуитского теолога Петавиуса крупный лунный кратер, никто бы сегодня вне теологии, кроме критиканов от исторической аналитики, и не знал бы его имени. Историки постарались начисто забыть об этом своем отце – основателе современной хронологии

В плане этой классификации положительная теология относится к систематической, хотя во времена Кано, Малдонатуса и Петавия граница систематической догматики и исторической теологии еще только оформлялась. Однако ни догматика, ни систематика, ни этика не представляются мне синонимами истины и поэтому я продолжил поиски разъяснения термина «положительная теология».

В поисках определения этого понятия я перелопатил десятки страниц в Интернете и множество книг и почувствовал, что это что-то такое простое, родное и близкое каждому теологу, что давать этому определение даже как-то неудобно. В этом и состоит его суть: если я правильно понял многочисленных современных (не обязательно лично мне) теологов, «положительная теология» по определению – это такое понятие, который каждый должен знать и которое каждый теолог считает ниже своего достоинства определять. Это, конечно, можно рассматривать в виде определения, но такое несколько слишком широкое определение меня не устроило и я попытался резюмировать в следующей форме:

Положительная теология – это такая форма теологии, в которой верить – хорошо, а сомневаться и спрашивать всякие там «ПОЧЕМУ?» – плохо (это была бы уже негативная теология, к сожалению, вошедшая в моду в XX веке), в которой вопрос о доказательстве, в принципе, не ставится, а предполагается, что мы имеем дело с добропорядочными верующими, которые ни в каких доказательствах не нуждаются в принципе. Они верят и знают без каких-либо доказательств, что каждое божье слово верно, потому что оно верно всегда, везде и на все 100 %.

Поняв эти простые вещи, я очень обрадовался. Ведь если создание хронологии, в принципе, завершил великий позитивный теолог Петавий, то нам – смертным просто грешно задавать какие – либо исторические или хронологические вопросы и в чем – либо сомневаться. Мне стало ясно, что и ТИ, и традиционная хронология верны без каких-либо доказательств, ибо каждое отдельное слово историков верно, потому что оно верно всегда, везде и на все 100 %.

Заключение: блистательное созвездие

Итак, у истоков хронологии как научной дисциплины стояли филолог Скалигер, музыкант Кальвизий и теолог Петавий. Ни один из них не кончал исторического факультета, не писал диплома на тему «О роли марксизма – ленинизма в понимании динамики феодализма Древней Руси» и не защищал диссертацию на звание кандидата исторических наук. Ни один из них не занимал должностей на кафедре истории и не был сотрудником Института истории АН СССР. Тем не менее созданный ими монстр под названием «хронология мировой истории от древнейших времен до окончания контрреформации» воспринимается многомиллионной армией историков как солидное научное достижение, не нуждающееся ни в проверке, ни в улучшении.

В XX веке почетный член той же Академии наук СССР, директор первого в Советской России естественнo-научного исследовательского института имени Лесгафта, энциклопедически разносторонний ученый, химик, физик, астрофизик, историк науки, автор учебников по математике (правда, не содержащих неверных доказательств, как у Скалигера) Николай Александрович Морозов как и последний писавший стихи и мемуары, подверг устоявшуюся хронологию оригинальной проверке и установил, что в ней много необоснованных допущений, не доказанных утверждений и разоблачительных повторов и что поэтому хронологию нужно писать заново. Но так как он – в той же мере, что Скалигер, Кальвизий и Петавий – был автодидакт и также как и они не кончал, не писал, не защищал и не состоял, то он был объявлен рехнувшимся на царской каторге недоучкой, не понимающим самой сути исторического мышления. И вот уже скоро 100 лет историки продолжают свою ругань в его адрес, но не могут опровергнуть ни одного критического аргумента Морозова.

В том же веке полный член Академии наук России, автор десятка признанных во всем мире монографий по современной математике, заведующий кафедрой и глава математического отделения МГУ Анатолий Тимофеевич Фоменко подверг выводы Морозова компьютерной проверке, установил, что его сомнения не только верны, но и подтверждаются десятками новых, открытых путем перебора и расчетов на вычислительной технике, случаев, углубил критику традиционной хронологии и нашел сотни, если не тысячи новых аргументов в пользу необходимости пересмотра наших исторических и хронологических построений. Но так как он – в той же мере, что и Скалигер, Кальвизий, Петавий и Морозов – был автодидакт в области истории и также как и они не кончал, не писал, не защищал и не состоял по специальности история СССР, хотя и кончал, и писал, и защищал и состоял, но не в том цеху и не у того станка, то он был объявлен сумасшедшим, оклеветавшим душечку Скалигера и старика Ньютона (тоже в свое время посмевшего усомниться в справедливости хронологии), недобросовестным ученым, противоречащим марксистскo-ленинской исторической науке.

Остается только пропеть гимн объективности позиции историков – традиционалистов, не способных отказаться от догматического образа мышления, по крайней мере в России, имеющего солидный фундамент тоталитарного воспитания, от восходящего к первобытнo-племенному строю деления на «своих» и «чужих» и от тоски по партии родной, которая одна могла объявить некое новое научное направление чуждым марксизму – ленинизму и, следовательно, антинаучным, неверным и вредным рабоче – крестьянскому общественному строю. Впрочем, тоска по инквизиции и в современной российской науке не совсем исчезла, но пока комиссии АН по лженауке не дают развернуться и сжечь все неправильные книги вкупе с их «рехнувшимися» авторами.

Литература

[Бемер] Бемер, Генрих: История ордена иезуитов, Смоленск: Русич, 2002.

[Витроу] Whitrow G. J.Die Erfindung der Zeit, Junius, Hamburg, 1999 (титул оригинала: Whitrow G. J.Time in History, Oxford University Press, 1988).

[Время] Zeittafel der Weltgeschichte, Konemann, Koln, 1999 (Титул оригинала: The Tomechart History of the World, Chippenham, England, 1997).

[Гризингер] Гризингер, Теодора: Иезуиты. Полная история их явных и тайных деяний от основания ордена до настоящего времени, Ст. Петербург, 1999.

[Де Сарр] De Sarre, Fran3ois: Als das Mittelmeer trocken war, Die katastrophische Geschichte des mediterranen Gebietes, EFODON, 1999.

[Грезингер] Грезингер Теодора.Иезуиты. Полная история их явных и тайных деяний от основания ордена до настоящего времени. СПб., 1999.

[Кальвизий1] Calvisius Sethus.Opus Chronologicum, ex authoritate potissimum Sacrae Scripturae Et Historicorum fide dignissimorum, Ad motum luminarium coelestium; tempora & annos distinguentium, secundum characteres Chronologicos contextum, … & deductum usq(ue) ad nostra tempora. Cui praemissa est Isagoge Chronologica, in qua Cum Tempus Astronomicum de numerandis motibus Luminarium coelestium, & eorundem Eclipsibus; turn diversae diversorum in omnibus Epochis annorum quantitates & formae dilucide explicantur… Frankfurt an der Oder. Johannes Thym. 1620. (4]) Bl., 178 S., 900 S., (38) Bl.

[Кальвизий2] Calvisius Sethus.Opus Chronologicum ex autoritate potissimum Sacrae Scripturae u. Historicorum… ad motum Luminarium coelestium… Frankfurt, 1629. Editio Tertia. Gepragt. GanzPgt. – Ebd. d. Zt. mit 4 Biinden, 4 Bll. 242, 1294 S. zahlr. Bll. (Register) 4.

[КальвизийЗ] Calvisius Sethus.Opus chronologicum ad annum MDCLXXXV. Conkmatum, lui praemissa est Isagoge Chronologica, subjuncta appendix Epistolarum et Judiciorum de hoc Opere, nee non controversiorum Chronologicarum, nume primum ex MSC. CL. Autoris collectarum…lum Indice personarum rerum gestarum copioso. Francofurt ad Moenum et Lipsiae: Apud Christianum Gensch, 1685 s.f. ⁴1050–1123» 74 p. ^v2 f. portr.

[Kappep] Karrer Leo.Die historisch – positive Methode des Theologen Dionysius Petavius, Max Huber. Miinchen, 1970.

[Небауер] Небауер Кане.Виттельсбахи, Мюнхен, 1979.

[Петавий1] Petavius Dionysius.THEMISTIOS. Orationes XIX Graece ac Latine coniunctim editae. magnam illarum partem Latine reddidit, reliquarum interpretationem recensuit, notis universas, atque emendationibus illustravit. Paris, M. Sonne, 1618.

[Петавий2] Petavius Dionysius.De doctrina temporum, 3 Bde., Paris, 1627–1630.

[ПетавийЗ] Petau, D. Opus de doctrina temporum: auctius, in hac nova editione notis & emendationibus, quas manu sua codici adscripserat Dionysius Petavius. Cum praefatione & dissertatione de LXX hebdomadibus Joannis Harduini. 3 Bde. Antwerpen, G. Gallet, 1705.

[Петавий4] Petavius Dionisius.De doctrine temporum. Accesserunt notae…et Joannis Harduini… praefatio ac dissertatio de LXX. Hebdomadibus… 3 Bde. in 2 Bdn. Venedig, Baronchelli, 1757. XLVIII, 568 S., 4 Bl.; XII, 536, VIII, 364 S.

[Петавий5] PETAVII, DIONYSII (PETAVIUS, DIONISIO).RATIO – NARIUM TEMPORUM IN PARTES DUAS, LIBROS TREDECIUM TRIBUTUM. IN QUO AETATUM OMNIUM SACRA… PARIS 1641.

[Петавийб] PETAVIUS D.Rationarium temporum in partes duas, Libros tredecim distributum…, Paris, Cramoisy, 1652.

[Петавий7] PETAVIUSD.Rationarium temporum. Editio ultima. 2 Tie. (in 1 Bd.). Franeker, Strik, 1700.

[Петавий8] PETAVIUS (PETAU) D.Rationarium temporum, in partes duas, libros tredecim, distributum. Editio novissima. Peter van der Aa, Leiden, 1710.

[Петавий9] Petavius Dionysius.Rationarium temporum. Editio Novissima. Tomus Primus. Koln, 1720. 780 S.» Index.

[ПетавийЮ] Petavius Dionysius.Rationarium Temporum. In quo aetatum omnium sacra profanaque Historia Chronologicis probationibus munita summatim traditur. Editio recentissima. Batavia, Haak, 1724.

[ПетавийП] Petavius(Petau), Dionysius: Rationarium Temporum in partes duas, libros tredecim tributum. In quo aetatum omnium sacra profanaque Historia chronologicis probationibus munita summatim traditur. 2 Teile und Anhang in einem Band. Amsterdam, Arkstee und Merk, 1740.

[Петавий12] PETAU DENIS.Rationarium temporum, «cui praeter ea omnia, quae uberrime in postrema Veneta editione adjecta sunt, in hac nostra novissima accessere duo opuscula Jacobi Usserii… 3 Teile in 1 Bd. Verona, P. A. Berni, 1741.

[Петавий13] Petavius Dionysius.Rationarium temporum. In partes duas, libros tredecim tributum… Editione novissima…, Amsterdam, Arkstee & Merkus, 1745.

[ПетавийП] Petau Denys(i.e. Dionysius Petavius): Rationarium temporum in partes duas, Libros Tredecim tributum. In quo aetatum omnium sacra profanaque Historia Chronologicis probationibus munita summatim traditur. Нас Editione Novissima Diligenter a mendis priorum Editionum expurgatum. [Band 1 und 2]. Leiden: Cornelius Haak, 1745.

[Петавий15] Petavius Dionysius.Rationarium temporum. Ed. novissima, cui accesserunt, praeter dissertationes & tabulas chronologicas antea editas, appendix historica usque ad annum 1748. Venedig, Basilius 1749. 19 cm. 2 Bande.

[Петавий16] Petavius Dionysius.Rationarium temporum. In partes duas, libros tredecim tributum… Editione novissima… Accedunt supplementum historiae ad hanc usque aetatem continuarae, tabulae genealogicae veteris recentiorisque aevi, & indices… tertia pars imperatorum, regum, magistratuumque successiones complexa. Leiden, Haak 1765. 20 cm. 3 Teile in 1 Band. (32), 795, (1); (2), 312, (8); 259, (3) Seiten mit 1 gestochen Portrat, Kupfertitel, 8 Kupfertafeln und zahlreichen genealogischen Tabellen.

[ПетавийП] Petau Denis(1583–1652); (Petavius, Dionysius). Dionysii Petavii Aurelianensis e societate Jesu Opus de Theologicis Dogmatibus, nunc primum septem voluminibus comprehensum… redactum… Francisci Antonii Zachariae,… dissertationibus, ac notis uberrimis illustratum… in hac novissima editione apparatu historico – critico aucta. Venetiis, Ex Typographia Remondiniana, 1757; Complete in 6 tomes consisting of 7 volumes in 5 bindings:

[Петавий18] Petau Denis(S.J., pseud. Antonius Kerkoetius, Le P.) La Pierre de touche chronologique, contenant la methode d'examiner la chronologie et en reconnoistre les defauts, Paris: S. Cramoisy, 1636.

[Пфистер] Pflster Christoph.DIE MATRIX DER ALTEN GESCHICHTE. Analyse einer religiosen Geschichtserfmdung, Dillum Verlag, Fribourg (Schweiz), 2005.

[Фюлеп – Миллер] Fulop – Miller, Rene: Macht und Geheimnis der Jesuiten, Berlin: Th. Knaur Nachfolger, 1929.

[Царнак] Zarnack, Wolfgang: Das europaische Heidentum als Mutter des Christentums, EFODON, 1999.

[Станоник] Stanonick, Dionisius Petavius, Graz, 1876.

[Экстайн] Eckstein.Dionisius Petavius, Lexicon Ersch&Gruber.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Когда в 1930 году немецкий ученый Артур Вегенер умер во время экспедиции в Гренландию, его теория дрейфа материков существовала уже 20 лет. И все эти 20 лет она единодушно отвергалась всеми специалистами по геологической истории Земли. И несмотря на то что одного взгляда на глобус достаточно, чтобы увидеть линию разлома между Африкой и Южной Америкой, геологической науке понадобились почти 60 лет для того, чтобы признать вроде бы очевидное.

В первые 35 лет после смерти Вегенера его теория замалчивалась или – реже – «опровергалась», пока в конце 60–х не выяснилось, что только она способна объяснить несоответствия между данными о магнетизме геологических пород на разных континентах. С тех пор ей было найдено множество разных подтверждений, в том числе и палеонтологических: кости древних животных разбросаны по континентам и островам в зависимости от отдрейфовывания последних друг от друга.

Убила ли теория дрейфа материков геологическую историю Земли? Нет, она обогатила ее пониманием динамики тектонических плат, сделало ее более адекватной и практически более полезной. Не было никаких страшных потрясений в жизни специалистов по геологической истории нашей планеты: новые поколения геологов учили студентов теории Вегенера, разрабатывали ее, применяли ее в геологической практике. Старые же профессора и доценты находили себе немало занятий в тех областях геологии, которые не были столь спорными.

Основные тома «Христа» были опубликованы в 20–е годы. В течение первых 35 лет после смерти Н. А. Морозова в 1946 году его теория замалчивалась или – реже – «опровергалась», пока в конце 70–х годов ею не стали всерьез заниматься московские математики. Возрожденная А. Т. Фоменко и «новыми хронологами» математическая хронология показала, что Н. А. Морозов был на верном пути, что наша хронология старины абсолютно неверна и действительно ни на что не годится. Они вскрыли закономерности дрейфа реальной истории в прошлое и ее расслоения на выдуманные эпохи, царства и империи.

Перед историками открывается широчайшая перспектива новых исследований с учетом этого дрейфа, разработки теории исторической тектоники, обогащения исторического знания путем синтеза сохранивших историческую стабильность эпох с их отдрейфовавшими в прошлое описаниями. Ясно, что благодаря этому поле исторических исследований не сужается, а колоссально расширяется.

Работы должно хватить на всех: и на новые поколения историков, осиливших методы критического анализа, и на предыдущие поколения профессоров и доцентов, которые своими знаниями могут помочь молодым историкам в реконструкции реалистичной исторической картины.

Традиционная древняя и средневековая история неверна

Она не отражает действительного положения в относительно давнем прошлом, отстоящем от нас на 5–7 столетий, не говоря уже о еще более ранних временах. Неверна в первую очередь номенклатура исторических эпох, событий, древних государств и древних исторических деятелей, заговоров и войн. Она неверно описывает общественные процессы прошлого, демографию и динамику общества прошедших давно эпох.

История – не прошлое, не то, что произошло, а то, что мы про происшедшее знаем или предполагаем, что знаем. Я сформулировал эту позицию в лозунге «история – модель прошлого», который попытался пропагандировать в настоящей книге. Из – за смешения понятий «происшедшее» и «история» количество бед «исторической науки» еще больше увеличивается.

На фоне всего этого выглядит совсем уж невинным наша убежденность в том, что неверна и хронология древности и Средневековья: если на неком поле никогда не стоял ни один дом, смешно спорить об их высоте и прочих размерах этих домов. Впрочем, хронология неверна и в случае событий, действительно имевших место в прошлом, как, например, изобретение книгопечатания. Неверна и истекающая из смешения истории с прошлым парадигма историков о том, что и история обязана иметь линейно упорядоченную и «пригвожденную» к временной оси хронологию, которой безусловно обладала теоретически неизвестная нам хронология прошлого.

Может быть, именно эта парадигма мешает историкам понять, как смехотворна их поза всезнайства. Как отметил однажды аргентинский философ Хорхе Анхель Ливрага Рицци (см. сайт А. Гуца из приведенного в конце заключения списка)

«Главная ошибка официальной науки заключается не в предлагаемой ею хронологии, а в той безапелляционной манере, в которой о ней говорится, тогда как сама эта хронология основывается на весьма скромных, а порой и вовсе эфемерных доказательствах».

История, таким образом, никакая не наука. Она – занимательная балаболка, для которой даже уничижительная характеристика М. М. Постникова «история – это типичная лженаука» представляется малообоснованным комплиментом.

История неверна и в то же время она пользуется почти абсолютным доверием у широких народных масс. Это связано с ее характером народной религии,которой человечество обучают с детства и которую пропагандируют на лубочном и потому понятном широким массам уровне при помощи всех средств СМИ. Впрочем, дело не ограничивается лубочными картинками фольк-хистори и другой духовнo-ширпотребовской продукцией. Возникла всепроникающая религиозная система «история человечества» в ее бесчисленных национальных вариантах, заменившая собой нам не известную картину действительного прошлого человечества, сделавшая невозможным концентрацию внимания на описании действительного прошлого человечества.

Эта религия создавалась и внедрялась в наше сознание на протяжении нескольких последних столетий лучшими умами человечества на службе политики и идеологии и превратилась в столь богатое явление культуры, что даже ее критикам становится страшно при одной мысли о том, что их исследовательская работа может быть воспринята как попытка нанести ущерб этому пласту культуры. Поэтому я искренне надеюсь, что моим читателям стало ясно: связанная с виртуальным прошлым мифология не уничтожается исторической аналитикой, а просто переставляется на полку, отведенную под современную религиозную, мифологическую и фантастическую литературу. Или на специально для виртуальной истории построенную элегантную полку из лучших пород красного дерева.

Историческая аналитика пытается создать – не на месте этой религии выдуманного прошлого, а рядом с ней – науку о реальном прошлом. Она пытается перетащить на позиции строго научного мышления все те разделы ТИ, которые уже в какой-то мере применяют действительно научный подход и в состоянии провести разделительную линию между фантазиями от истории и элементами науки о прошлом. Не наше дело вмешиваться в религиозные воззрения масс, но мы имеем право и должны вмешиваться, когда религию пытаются выдать за науку. И мы требуем освободить на книжной полке место для книг, посвященных научному прошловедению. Пусть это будет сперва пахнущая деревом простая полка из не струганных досок. Но читатель должен знать, где стоят книги по прошловедению, а где по фантастической виртуальной истории.

Хотя в книге и было рассказано о существовании исторической аналитики, на самом деле ее объем не позволил остановиться на деталях и поэтому я планирую восполнить этот пробел в новой книге, некоторые главы которой уже написаны. Она будет, скорее всего, состоять из трех частей:

1. Историческая аналитика в действии.

2. Теория катастроф и ее роль в западной исторической аналитике.

3. Историческая аналитика как общественное движение.

В первой части будет дан обзор критических работ западных авторов относительно традиционных представлений историков и согласно используемым последними крупным историческим эпохам. Некоторые имена исследователей историко-аналитического направления, таких как Исаак Ньютон, Жан Ардуэн и Роберт Балдауф, хорошо известны читателям книг по НХ. Я не собираюсь обходить вниманием этих выдающихся предшественников исторической аналитики в задуманной второй книге, но рассмотрю их деятельность – по крайней мере частично – под несколько иным углом, чем это обычно делается. Другие имена, такие как Теодор Лессинг, Вильгельм Каммайер и Иммануил Великовский, меньше известны в России. Я намерен посвятить им отдельные разделы и не обойти вниманием многочисленных современных историко-аналитических исследователей разных калибров.