Текст книги "История под знаком вопроса"
Автор книги: Евгений Габович
Жанр:
История
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 42 страниц)
Колонизация Северной Америки, Австралии, Новой Зеландии происходила под эгидой колониальной державы ― Великобритании. Такой же характер имело и европейское заселение Южной Америки, проходившее по инициативе и под присмотром колониальных держав Испании и Португалии. Похожий характер, но при большей роли местного населения, имело создание португальских колоний Гоа в Индии и Макао в Китае.
Проникновение еврейских поселенцев в Палестину, начавшееся в 80–х годах XIX века, имело иной характер. Оно больше напоминало заселение бурами части Южной Африки или ― в еще большей мере ― темнокожими выходцами из Соединенных Штатов Америки ― т. н. репатриантами ― той части западной Африки, которая потом станет государством Либерия. В 1847 году здесь была провозглашена Республика Либерия с созданной по образцу США президентской формой правления. По тому же образцу Либерия имеет палату представителей и сенат, правда, выборы в первый происходят только раз в шесть лет, а во второй ― даже раз в девять лет.
Колонизация Палестины российскими, а затем и вообще европейскими евреями, была в определенной мере связана с религиозно– историческими мифами ТИ о происхождении еврейства на Ближнем Востоке. Поэтому и первые еврейские поселенцы того времени тоже воспринимали себя как репатрианты. Но реально эта колонизация основывалась в основном на других обстоятельствах, менее всего связанных с мифами традиционной истории. Она была обусловлена:
• Антисемитизмом в России, Польше и Австро-Венгрии и его последующим распространением на другие европейские страны;
• Близостью Палестины и существованием удобного морского транспорта, например из Одессы в Хайфу;
• Благоприятным отношением османских властей к евреям, в которых они видели противовес к традиционно нелояльным по отношению к Стамбулу арабам.
Даже в таком своеобразном случае, как возникновение государства Израиль на основе специальной резолюции ООН в 1947 году, историческая традиция (скорее всего, неверно понятая и интерпретированная) сыграла определенную роль в голосовании отдельных стран в ООН по вопросу о предоставлении независимости территориям с еврейским населением. Но гораздо большее влияние на голосование стран ― членов ООН оказала недавняя реальная история массового уничтожения евреев нацистами.
Легитимность государства Израиль основана не на древней истории, изнасилованной на потребу политикам и националистам всех мастей, а на признании Израиля международным сообществом. Будущее существование палестинского государства будет основано не на исторических правах палестинцев на территорию этого государства, даже если они будут признаны в рамках ТИ 99 % жителей Земли, а на признании этого государства международным сообществом независимых государств, в том числу и Израилем.
Израиль всегда вдохновлял на создание мифов. Так было в эпоху, когда европейцы зачитывались Библией и когда историки переняли библейские истории в арсенал своей «науки». Своеобразную форму современного мифа об Израиле создал широкий фронт так называемого антисионизма ― современной политизированной формы старого доброго антисемитизма. На этот счет в СССР рассказывали такой анекдот: Эмигрант из Советского Союза продолжает и в Израиле читать советские газеты и в свое оправдание поясняет:
«В местных газетах пишут, что здесь инфляция, экономическая разруха, коррупция, моральная деградация и вообще страна стоит на грани пропасти. Сплошная тоска! А советские газеты внушают мне оптимистические мысли. Они пишут, что мы уже завоевали полмира и что наша мощная держава вот – вот завоюет весь остальной мир!»
О том, какую роль исторические мифы играют в современном Израиле, я расскажу чуть ниже. Но сначала мне хочется поведать о том, какую малую роль они на самом деле играли на ранней стадии еврейской колонизации Палестины и в еврейской среде в течение последнего века до создания государства Израиль. Этот новый для многих исторический аспект был в свое время подробно описан в не получившей большой известности, хотя и заслуживавшей ее, книге Бориса Ефимова «Второй Израиль для территориалистов» (Мюнхен, 1981).
О понятии территориализма: так называет Ефимов любые попытки предоставления евреям территории для создания автономных территориальных образований. «Торой» территориалистов он называет «Еврейское государство» Герцля, которого не считает классическим сионистом, а в лучшем случае только вынужденным территориалистом – сионистом. Первоначально слово «территориалист» использовалось ранними сионистами как ругательство по адресу Герцля, который подумывал о создании еврейского государства вне Палестины.
Ефимов относит Герцля, которого считают отцом – основателем сионизма, к представителям той плеяды территориалистов, которые говорили «Лучше сионизм без Сиона ( т. е. чистый территориализм. ― Е.Г.), чем Сион без сионистов». Иными словами, если сионистов не будут пускать в Палестину, то нужно будет искать другую территорию для создания еврейского государства. Целью территориалистов являлось превращение хотя бы части членов религиозной общины иудеев, составляющей во всех странах «рассеяния» религиозное меньшинство, притесняемое и гонимое, в обычную нацию пусть на небольшой, но своей территории.
Иными словами, для Ефимова сионизм ― это только одна из ветвей территориализма. Тот факт, что победила именно эта ветвь, основывающая свои притязания на создание еврейского государства на мифах ТИ, а не другие его ветви, исходившие из потребности в улучшении условий жизни изгоняемых, преследуемых или живущих в нищете и недостойных условиях евреев, для него не является ни свидетельством силы исторических мифов, ни исторической правоты сионизма, ни основанием для прекращения существования тер – риториалистского движения в еврейской среде.
Личный опыт Бориса Ефимова, эмигрировавшего из Москвы в Израиль и не прижившегося там, был связан и с его политическими взглядами, и с неприятием религиозной атмосферы и мифов сионизма, и с ощущением безнадежности для склонного к литературе человека освоить на литературном уровне новый для него и чуждый по строю язык. В результате он бежал в Германию и конфликтовал и с Израилем, и с немецкими властями, безуспешно пытаясь добиться статуса политического беженца.
Впрочем, меня здесь интересует другое: его идея о необходимости создания еще одного независимого еврейского государства, которое он предлагал назвать Новой Иудеей. Государства, свободного от рабства исторических легенд и исторических обязательств, как в связи с месторасположением, так и языком и религией. В этом плане любопытны примеры рассматривавшихся в рамках территориализма проектов, в той или иной степени описываемые Ефимовым:
• Попытка Иосифа Нази уговорить венецианцев выделить один из островов, принадлежавших Венецианской республике, для поселения евреев, изгнанных из Испании.
• Проект создания автономной еврейской колонии в Суринаме в 1654 году.
• На юге России в самом начале XIX века были созданы еврейские сельскохозяйственные поселения, наиболее известные из которых назывались Бобровый Кут и Большая Сайдеменуха. Последняя была в советское время переименована в Калининдорф.
• Движение Ам-Олям, возникшее в Одессе в начале 80–х годов XIX века и направленное на устройство еврейских колоний в США с целью добиться со временем статуса отдельного штата (как это удалось в большой мере мормонам).
• Аргентинский проект, который Герцл разрабатывал в конце XIX века.
• Кипрский проект, которым тот же Герцл занимался в конце XIX и начале XX века (и который он довел до создания на Кипре первых еврейских поселений).
• Проект о переселении евреев в Уганду, рассматривавшийся в ходе 6–го Сионистского конгресса в 1903 году.
• Проект еврейской колонизации Анголы с правом свободы вероисповедования, рассматривавшийся вплоть до первой мировой войны и поддержанный португальским правительством, но без согласия на политическую автономию; считается, что этот проект был ближе любых других к осуществлению.
• В 1927―1931 годы на Украине были созданы четыре еврейских автономных района.
• В 1928 годы Президиум ЦИК отвел город и район Биробиджан в Дальневосточном крае для заселения евреями – добровольцами.
• В 1930 году группа немецких экономистов разработала проект создания крупного еврейского поселения в Перу и получила разрешение на его создание, не осуществленное из-за последующего хода событий.
• Перед Второй мировой войной в Польше, начиная с 1927 года, на правительственном уровне рассматривался вопрос о переселении польских евреев на Мадагаскар.
• В 1931―1935 годы в Крыму были созданы два еврейских автономных района и рассматривался вопрос о создании Еврейской автономной республики в Крыму.
• Еврейская автономная область в Хабаровском крае была создана в мае 1934 года на месте Биробиджанского национального округа, провозглашенного ранее.
• Сталинский проект «еврейского самоопределения» в Восточной Сибири, во все той же Еврейской автономной области, куда на территорию в 36 000 км 2(все-таки в два раза больше, чем нынешняя территория Израиля) планировалось насильно выселить всех советских евреев, выдав это переселение за акт свободного волеизлияния, был близок к реализации незадолго до смерти советского диктатора.
Ефимов разоблачает в своей книге и еще один распространенный историко-политический миф о том, что еврейская колонизация Палестины была делом рук английских империалистов, опубликовавших в конце Первой мировой войны в 1917 году Декларацию Бальфура, в которой давалось обещание помочь евреям создать в Палестине еврейский национальный очаг. На самом деле, считает он, сионисты оказались ― сами того не подозревая ― инструментом в руках сталинской внешней политики, который воспользовался этим движением (и оказал ему существенную поддержку), чтобы изгнать англичан из Палестины. Другое дело, что Сталин после достижения этой цели вскоре посчитал для себя более выгодным поддержать в начавшемся конфликте Израиля с арабами арабскую сторону.
В дальнейшей истории конфликта на Ближнем Востоке весь идиотизм кровопролитного противостояния базируется именно на попытке, как израильтян, так и их противников – арабов, разыгрывать историческую карту. Однако любой исторический козырь заранее бит козырем противоположной стороны. Только смена колоды карт, только переход на игру в права человека и уважение друг к другу, только создание взаимного доверия и взаимный отказ от исторической аргументации могут привести к решению конфликта.
В статье «Исторические реальности и политическая догматизация», напечатанной в начале января 2004 года в наиболее серьезной швейцарской газете «Нойе Цюрихер Цейтунг», ее автор Эрнест Гольдбергер, швейцарский предприниматель и писатель, уже более дюжины лет живущий в Израиле, разбирает некоторые из исторических мифов, которые оказывают фатальное влияние на израильскую политику по отношению к палестинцам и на способность Израиля добиться мирного соглашения с ними. Он показывает, что эти мифы находятся в вопиющем противоречии даже с официально признанной историей.
Рамки газетной статьи не позволили ему остановиться подробнее ни на анализе самого феномена использования политикой упрощенных и фальсифицированных исторических легенд, ни на всем списке исторических мифов, определяющих политику Израиля или определенных сил в этой стране. Поэтому он рассматривает ― полностью в рамках ТИ ― только два таких политикo-исторических положения:
• Миф об едином и неделимом Иерусалиме как священной вечной столице Израиля со времени царя Давида и как свидетельстве непрерывной еврейской традиции в Палестине, как центр религии и божественной благодати;
• Миф о Храмовой горе как о самом святом для еврейской религии месте на земле, где стояли два еврейских Храма и вскоре будет ― по крайней мере об этом мечтают сверх ортодоксальные и националистические круги в Израиле ― построен третий Храм.
Он считает, что историческая мифология оказывает в Израиле доминирующее влияние на политику, чувство идентичности населения, его историческое самосознание, культуру поведения и другие области общественной жизни. При этом спрессованные в форму плаката краткие формулировки оказывают большее влияние на население и политиков, чем содержательно более глубокое и комплексное описание соответствующей модели прошлого, стоящей за легендой. К сожалению, такие упрощенные формы мифов ведут к иррациональной политике, к поддержанию пламени конфликта и к возникновению безвыходных ситуаций.
Реальная сложность конфликта, в ходе которого два народа с разными культурными, религиозными и ментальными традициями вынуждены бороться друг с другом за крошечную полоску земли, состоит, как подчеркивает автор, и в том, что и на другой стороне конфликта тоже происходит аналогичный процесс догматизации препарированных для нужд политики и идеологии исторических представлений. Причем у арабo-палестинской стороны свои мифы, частично коллидирующие с таковыми израильтян. В результате возникает климат непримиримости, который может привести к фатальным для всего Ближнего Востока обострениям конфликта, длящегося в разных формах уже скоро целый век.
Гольдбергер не называет этих мифов, но некоторые из них знакомы всем, кто интересуется политикой. Для симметрии, назову здесь только два из них:
• Сионизм и его детище Израиль ― заядлые враги ислама (на самом деле только антиизраильских течений и государств, эксплуатирующих мусульманский фанатизм, ислам и массы мусульман его мало волнуют; кроме того, Израилю бы справиться со своими религиозными фанатиками).
• Стоит арабским странам добиться единства и они сбросят всех израильтян (говорится «всех евреев», но подразумеваются все израильтяне) в море. На самом деле ни реальная политическая ситуация на Ближнем Востоке и в мире, ни соотношение сил (Израиль ― региональная сверхдержава в военном отношении) не дают здравомыслящим палестинским арабам реальных оснований надеяться на такой исход конфликта.
Эти мифы особенно опасны из-за того, что их придерживается не только политическая элита палестинцев, но и, например, такое богатое нефтью и обладающее огромным превосходством в населении (более 65 млн против 6,5 млн в Израиле) государство, как Исламская Республика Иран. Особое беспокойство вызывает военная ядерная программа Ирана и связанные с ней воинственные заявления членов иранского истеблишмента. Немецкая газета «Ди Вельт» в номере от 27 января 2005 года цитировала на стр. 7 заявления нескольких членов иранского правительства в пользу ядерного уничтожения Израиля:
«Ислам имеет шанс выжить после ответного удара израильских ядерных сил, зато Израиль будет после нашего ядерного удара навсегда стерт с лица Земли».
Относительно первого арабского мифа можно сказать, что аналогичный арабo-израильскому конфликт возник бы и в случае колонизации Палестины христианами (вспомним байки ТИ о борьбе арабов и вообще мусульман против крестоносцев в Палестине, а также реальную борьбу с английскими колонизаторами любыми средствами вплоть до союза с гитлеровцами). Не изменило бы ситуации и мусульманское заселение Палестины (вспомним войны палестинцев с Иорданией, которую палестинские арабы попытались сами колонизовать, а также кровавый террор суннитов против шиитов в Ираке, как во времена Саддама Хусейна, так и после его свержения американцами). Только соответствующие историко-политические мифы выглядели бы в этих случаях несколько иначе.
В опровержение первого израильского мифа Гольдбергер приводит множество фактов из ТИ. Назову некоторые из них:
• Две тысячи лет до завоевания Иерусалима Давидом в этом городе жили многочисленные другие народы.
• После завоевания город не стал еврейским: в нем жили и представители других племен.
• После распада Израиля и отделения от него Иудеи Иерусалим надолго перестал быть столицей всего еврейского народа.
• После захвата Иерусалима Навуходоносором и увода его жителей и вообще почти всех израильтян в вавилонский плен, город на полстолетия вообще перестал существовать (уж во всяком случае как столица).
• Не был Иерусалим никакой столицей евреев и в течение 18 с лишним веков рассеяния.
• Когда основатель сионизма Герцл посетил Иерусалим на гра нице XIX и XX веков, в городе жила небольшая кучка евреев, сконцентрированная в одном из кварталов Старого города.
• Даже сегодня, после 50 с лишним лет интенсивного еврейского заселения города около трети всех жителей Иерусалима ― арабы.
• Большая часть Иерусалима не входила в состав Израиля до шестидневной войны 1967 года, а применимость исторических мифов к новым кварталам, построенным после этой войны на аннексированной территории Западного Берега, крайне сомнительна.
В дополнение к этим признанным в рамках ТИ фактам можно отметить, что с точки зрения исторической аналитики миф о Иерусалиме имеет еще меньше основания быть признанным в качестве научно обоснованного:
• Нет никакой уверенности, что нынешний центр Иерусалима, по-арабски ― Эль Кудс ― это действительно библейский Иерусалим (на роль прообраза библейского Иерусалима могут претендовать Стамбул и Киев, Казань и Толедо).
• Сто лет археологических исследований в Палестине не смогли дать никаких доказательств исторического существования ни Давида, якобы захватившего Иерусалим, ни его сына Соломона, якобы построившего первый еврейский храм.
• Трудно предположить, что какие – либо евреи жили в нынешнем Иерусалиме задолго до его захвата османами. Скорее всего, они появились в Палестине в результате своего участия в составе войск Венеции, Генуи и других европейских городов и государств (вот они ― крестоносцы), которые не раньше XV века (скорее всего лишь в XVI) начали борьбу за эти земли с наступающими с севера османами.
• Впрочем, и в составе османских войск было множество иудеев, так что именно Османская империя была одно время страной с наибольшим контингентом еврейского населения в мире и какое-то небольшое дополнительное количество евреев появилось в Иерусалиме уже после османского завоевания города в XVI веке.
Несмотря на все эти неувязки, миф о Иерусалиме играет важную роль в политике националистических кругов в Израиле. Когда премьер – министр Ихуд Барак в 2000 году вел переговоры с Ясиром Арафатом и был готов признать Восточный (арабский) Иерусалим столицей арабского государства Палестина, националисты обвиняли его в намерении нарушить единство Иерусалима и продать часть оного врагам. Неспособность националистов признать палестинский статус Восточного Иерусалима является одним из главных препятствий к мирному соглашению с палестинцами.
Что касается второго израильского мифа (мифа о Храмовой горе), то и здесь Гольдбергер видит многие несоответствия оного традиционным историческим представлениям:
• Практически только при жизни Соломона его Храм был еврейским храмом. Вскоре после его смерти в нем возобладали языческие культы, возобновилось служение доиудейским идолам, а также божкам мощных соседних стран, в разное время доминировавших в регионе, таких как Ассирия, Египет и Вавилон.
• После восстановления разрушенного Навуходоносором храма в нем продолжали служить и во славу чуждых религии евреев правителей, каковыми были то персы, то греки, то римляне (как, например, в советское время в синагоге возносили молитвы во славу товарища Сталина и советского правительства).
• Храм в основном был местом жертвоприношений, которые современный иудаизм вряд ли считает славной страницей истории религии.
• Храм превратился со временем в рассадник коррупции, торгашества и интриг, что признается даже Талмудом.
• Долгие годы Храм был центром теократии, государственной формы, которую в демократическом Израиле сегодня приветствовали бы только особо фанатичные поклонники иудаизма (большая часть населения Израиля имеет светские взгляды и не в восторге от внутриполитической роли религиозных партий).
• Фиксация на Храм противоречит сегодняшней сути иудаизма и означает возврат в далекое прошлое, когда в совсем других условиях широко распространенного идолопоклонничества привязка к определенному месту имела важное значение (религия священных мест, капищ).
• Исторический опыт показывает, что преувеличение роли Храма (в противовес внутренним ценностям) для религии приводит к длящимся столетиями войнам, как это было со все теми же крестоносцами.
Отмечу, что к моменту восстановления Храма основой религиозной жизни евреев уже стали синагоги, заменившие и полностью вытеснившие Храм. «Тысячи синагог в странах рассеяния, а позже и в стране Израиля, не что иное, как тысячи осколков, на которые распался первоначальный единый иерусалимский Храм», пишет Юлий Марголин в книге «Повесть тысячелетий. Сжатый очерк истории еврейского народа» (Тель – Авив, 1973, стр. 55), имея в виду рассеяние во время вавилонского плена и после него. А более 19 веков Храм просто не существует, чем и доказывается его абсолютная ненужность для иудаизма.
Если обратиться к историко-аналитической модели прошлого, то никакого еврейского Храма в нынешнем Иерусалиме никогда и не было, а Стена Плача ― почитаемая как последний осколок бывшего Храма, на самом деле есть возведенный т. н. «крестоносцами» (на самом деле средиземноморскими европейцами XV и XVI веков) участок оборонительной стены внутригородского замка.
Гольдбергер подчеркивает сомнительную роль мифа о Храме в политике Израиля. Он считает сам этот миф возвратом к архаичным представлениям об иудаизме. Святость, привязанная ― к тому же без особого к тому основания ― к определенному пятачку земли, образует трагическое препятствие, которое стоит на пути великой универсальной святости мира.
