Текст книги "Дед в режиме хранителя. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Магичка кивнула и быстро пошла по кривой узкой улочке, ведущей в сторону башни, ранее послужившей нам обзорной площадкой.

– Демоны расходятся, – сипло подметил полковник, продолжая вместе со мной тащить нашего клиента.

Да, судя по голосам, демоны и вправду решили разделиться, дабы быстрее найти своего соплеменника. И у них так явно больше шансов наткнуться на нас. А ведь ещё не стоит забывать и об Ирисе… Надеюсь, он всё же не пришёл в эту локацию.

– Владлена что-то не возвращается, – забеспокоился Барсов и едва не навернулся, споткнувшись об вывороченный из мостовой булыжник.

– Вон она, – увидел я знакомый силуэт, бегом вырвавшийся из серого сумрака локации.

– Впереди всё чисто… – выдавила тяжело дышащая Велимировна. – И башня уже за углом. Осталось всего ничего.

– Как и времени. Минут через сорок Лабиринт начнёт сводить нас с ума, а нам ещё обратно возвращаться, – напомнил полковник, шумно сглотнув. – Но пока вроде всё идёт по плану, даже удивительно. Ежели и дальше так будет, то клянусь, Зверев, я такой ужин вам закачу, что даже императору завидно будет.

– Хорошая идея, – одобрила Владлена и сунула нам с полковником по зелью выносливости, чтобы не использовать «благословение». Да, оно тоже возвращает выносливость, но при этом создаёт светло-салатовую сферу, которую легко заметить в сумерках.

Мы с Барсовым залпом выдули зелье и с новыми силами попёрли демона. Завернули за угол и оказались перед нужной нам башней. Вошли в неё и с грохотом швырнули демона на деревянную платформу подъёмника, после чего принялись крутить ворот. Цепи заскрежетали, поднимая платформу.

– Увидимся наверху! – выдохнула Велимировна и поскакала по винтовой лестнице.

Мы с полковником ещё около минуты забавлялись с воротом, а потом тоже поднялись на самый верх башни, оказавшись под крышей.

Владлена уже перетащила демона с платформы на середину приютившего нас небольшого квадратного помещения и связала его по рукам и ногам оставленными тут верёвками.

– Кляп, кляп сунь ему в рот, – проронил я и присел на корточки рядом с демоном.

Велимировна оторвала часть рукава и впихнула его между челюстями гада. Тот замычал, а после отвешенных мной звонких оплеух открыл мутные зенки глубокого орехового цвета.

– Какой потрясающий цвет глаз, – против воли прошептала Владлена, нависая над нашим клиентом.

– Пфф, ничего особенного, у меня трусы такие, – фыркнул я и снова отвесил демону пощёчину.

Его взгляд прояснился и наполнился испепеляющим гневом. Он захрипел через кляп и судорожно забился в путах, силясь разорвать их. Верёвки туго натянулись. И на миг мне показалось, что он даже сумеет их порвать. Но нет, демон обессиленно вытянулся и уставился на меня взором, полным холодного бешенства, густо замешенного на жажде мести. Он чувствовал себя котом, которого поймали мыши.

– Так, дружок, времени у нас мало, так что я сразу перейду к пыткам, ведь по доброте душевной ты не скажешь нам, на какой город Российской империи демоны клана Каас обрушат свою пробную атаку, ведь так? А может, ты знаешь и основное направление удара? Было бы очень мило с твоей стороны.

Ответом мне стал убийственный взор и почти неразборчивый хрип на русском языке. Всё же я сумел его разобрать и повторил:

– Ты не посмеешь, червь, нанести вред демону. Я тебя верно понял?

Тот кивнул, покраснев от гнева. Его глаза обещали мне самые жуткие муки, ежели я хотя бы прикоснусь к нему.

– Вынужден разочаровать тебя, дружок, но ты столкнулся с тремя явными отморозками. Итак, начну с твоего члена…

Отстегнув с пояса нож, я обнажил его лезвие и занёс над демоном. А тот лишь изобразил презрительную ухмылку, искренне не веря, что я решусь пытать его, ведь он всегда считал людей грязным, трусливым скотом, а себя – венцом творения.

Пришлось спустить его с небес на землю.

Он выгнулся от боли, когда нож с хрустом по самую рукоять вонзился в его плоть.

Владлена аж вздрогнула и отшатнулась, а вот многоопытный полковник лишь удовлетворённо кивнул.

Глава 5

Пытки, конечно, мне нравились не больше, чем будильник поутру. Но будучи ведьмаком, я знал, куда тыкать ножом так, чтобы демону было не просто больно, а очень больно.

Однако надо отдать ему должное, он оказался крепким малым. Стонал, дёргался в луже крови и прожигал меня раскалённым гневом взглядом, но делиться информацией, кажется, не собирался.

– Ежели они все такие, то нам несдобровать, – прошептал полковник на фоне тяжёлого дыхания пленника.

– Угу, – мрачно поддакнула Владлена и бросила на меня взволнованный взгляд.

Время-то уходило, а мы добились от демона лишь с полсотни матерных взоров.

– Не жалеешь ты себя, а посему лучше тебе не видеть, что будет происходить с тобой дальше, – покачал я головой, приблизив кончик ножа к глазу пленника.

Тот задёргался в путах и попытался отстранить голову, но та упиралась в поблескивающий от крови деревянный пол, покрытый плесенью и птичьим дерьмом.

– О-о, переживаешь за глазик? Так может, поговорим? Ты ведь понимаешь, что я не остановлюсь?

Демон внезапно затих, сосредоточив взгляд на кончике ножа.

Кажется, он всё же дошёл до кондиции. Надо устроить первый раунд переговоров.

Я хмыкнул, убрал клинок и вытащил кляп изо рта пленника, предупредив его:

– Если заорёшь, то мигом лишишься языка. Ты ведь грамоте обучен? Вот и выложишь всё в письменном виде в трёх экземплярах, ежели окажешься так глуп и расстанешься с языком.

– Ты покойник… червь… – с ненавистью прохрипел он, пуская на подбородок алую слюну. – Мертвец… я убью тебя, как сотни других скотов, подобных тебе. Грязное животное. Сразись со мной один на один, бесчестный трус. Дай мне такой же нож и давай сойдёмся в бою!

Он попытался плюнуть в меня, но его плевок позорно не долетел, упав на грудь самого же пленника.

– Сразиться? – усмехнулся я, проведя большим пальцем по лезвию ножа. – Бесчестный трус? А много ли чести в тебе самом? Почему ты не снял свою расчудесную броню, когда пытался убить мою спутницу? Почему не уравнял шансы? Нет, дружочек, ты высмеивал её, зная, что она ничего не сможет сделать с твоими латами и оружием. А ведь ты и так не только физически сильнее её, но и магически. Так чего же ты вспомнил о чести только сейчас, когда мы тебя поймали как самого тупого ублюдка, а? Думаешь, что глупый человек даст тебе шанс сразиться? Вспомнит о благородстве? И ведь на самом деле ты даже не собираешься сражаться, а просто попробуешь сбежать, мигом позабыв про все свои клятвы и обещания.

Демон зашипел и оскалил удивительно белые даже сейчас зубы, а в его взгляде мелькнула толика досады и злости… злости на себя самого, ещё недавно весело хохочущего, надменного, истинного вершителя судеб, а сейчас корчащегося на полу в дерьме и крови.

– Но знаешь что, дружок, я человек по природе добрый, можно сказать – святой, так что предлагаю тебе сделку. Ты расскажешь мне о планах клана Каас, а я отпущу тебя, позволю жить. У тебя пока нет смертельных ран. Ты лишь истекаешь кровью. Думаю, у тебя есть ещё минут пять, прежде чем ты потеряешь сознание и сдохнешь.

– Я не знаю ни о каких планах! – выхаркнул он. – Глава клана не рассказывает их рядовым бойцам вроде меня. Вы ошиблись, взяли не того.

– Пфф, ты ещё не понял, что перед тобой совсем не дураки? Нет, признаюсь, я могу ошибаться. В жизни каждого человека бывают моменты, когда зашёл не в ту дверь. Но конкретно сейчас я точно знаю, что ты младший сынок главы клана Каас. У тебя была дорогая броня из кроваво-красного сплава, отменные артефакты. Плюс наглая рожа и знание русского языка минимум на уровне гастарбайтера. Тут даже не нужен паспорт с твоим именем, и так всё ясно как белый день.

Демон дёрнул щекой и просипел, сощурив глаза, полыхающие на красивом лице с заострившимися скулами:

– Ты убьёшь меня сразу же, как только получишь информацию.

– Клянусь, я даже пальцем не трону тебя, более того одарю зельем здоровья.

– Нет, человечек, ты избавишься от меня. Ты хоть и тупое животное, но всё же понимаешь, что планы клана изменятся, как только я сообщу, что выдал их тебе… кха… кха… – закашлялся в конце фразы пленник.

Из его рта потекла тонкая струйка крови, обагряя смуглую кожу, почти такую же, как у Владлены, напряжённо замершей возле окна. Она, как и полковник, наблюдала за окрестностями башни. Демоны ведь где-то рядом…

– Тупое животное? – с ухмылкой повторил я и резко схватил обессиленного демона за грудки, жарко выпалив в его перекошенную физиономию: – Тогда пусть тупое животное поучит тебя уму-разуму! Ты ни хрена ничего не скажешь отцу. Ведь он непременно разочаруется в таком глупом сыне, попавшемся в руки трёх скотов, червей. И тогда тебе не видать власти как своих ушей. А ты так жаждешь её, как и все, кто вырос в тени правителей.

В стекленеющих глазах демона что-то дрогнуло, намекая, что я попал в цель. Ещё бы… у меня опыта хоть отбавляй.

– Как тебя зовут? – продолжил шипеть я, отпустив пленника.

– Биде…

– Биде? – удивился я, вспомнив сантехническое устройство, предназначенное для интимной гигиены. – Да, отец тебя совсем не любит. Лучше буду звать тебя Иваном. Послушай, Ваня, у тебя сейчас есть последний шанс. Не упусти его… Куда клан нанесёт основной удар?

– Не знаю…

Я недоверчиво хмыкнул и назвал три города, которые в библиотеке тайной канцелярии определил как наиболее вероятные цели.

– Не знаю… отец не говорил, – снова прохрипел демон, без движений лёжа на полу. Лишь тяжело вздымалась его грудь. – Зелье… дай мне зелье здоровья… Меня ждёт блестящее будущее… я не могу умереть…

– Куда демоны нанесут пробный удар⁈ – выпалил я и принялся перечислять города, которые по моей версии подходили для подобной задачи: – Переяславск? Белогорье? Вяземск? Чернолесье? Оскол? Ладога? Смоленск? Псков? Ратиборск?

При упоминании последнего города демон рефлекторно отвёл взгляд и простонал:

– О-оскол… теперь дай мне зелье… дай…

– Зв… Звонарев, – чуть не сболтнула мою фамилию Владлена, судорожно кивнув на окно.

Я понял всё даже раньше, чем внизу скрипнула входная дверь башни. Нет, мы её не забаррикадировали. Зачем? Демоны всё равно любую баррикаду вынесут в два счёта. А так есть шанс, что они мельком заглянут в башню, поищут следы. И не найдя оные, поскольку мы их скрыли, уйдут, не став подниматься на вершину.

– Биде! – докатился до меня крик.

Пленник сразу же распахнул глаза и захрипел, будто в него впрыснули новые силы.

Я тотчас сунул кляп обратно в рот демону, прочитав в его взгляде разгорающуюся надежду.

Однако он не был идиотом, потому буянить не стал, понимая, что мы его тут же с радостью укокошим. Демон знал, что его жизнь повисла на кровавой сопле, гораздо более тонкой, чем волосок. И всё же в его глазах разгорелось злорадство и предвкушение того, как его соплеменники ворвутся в эту комнату, ставшую для нас ловушкой.

– Сударь, на вас демон, – бросил я Барсову и следом посмотрел на Владлену. – Помоги мне поставить вот эту статую на лестничный люк.

Полковник направил пистолет с глушителем на пленника. И тот затрепыхался, разгневанно уставившись на меня.

– Да, да, я дал слово, что не убью тебя и даже дам зелье здоровья. Забирай, – швырнул я на грудь демона склянку. – Но мой кровожадный друг никаких клятв не давал, потому не смей смотреть на меня как на обманщика. Я условия сделки выполнил, а вот ты пытался надурить меня. Ага, Оскол, как же… Ратиборск.

Во взгляде демона снова вспыхнуло горькое осознание, что его провели вокруг пальца. Именно с этой мыслью он и помер, получив пулю ровнёхонько между глаз, словно в полковнике проснулся перфекционист.

К слову, Барсов ни капельки не сомневался. Он без всяких угрызений совести безжалостно устранил врага империи.

Душа демона оказалась в моей «клетке», заняв девять «ячеек». Ради неё пришлось отпустить души всех василисков. Оставил только душу брюнета, науськавшего Алексея.

– Что дальше? – выдохнул Барсов, забрав и гильзу, и зелье здоровья, и пулю, прошившую голову демона насквозь.

– Действуем по плану, – просипел я и вместе с Владленой кое-как поставил тяжёлую каменную статую на люк в полу.

Вряд ли, конечно, от статуи будет много пользы, скорее как от обогревателя в жаркой пустыне, но на несколько секунд она точно задержит демонов. А те уже грохотали ботинками по ступеням лестницы, ведущей сюда.

– Их минимум пятеро, – протараторила магичка.

– Тогда поторопимся, – выдал я, подскочил к окну и посмотрел на довольно толстый канат.

Он был привязан к вмурованному над окном крюку и шёл под небольшим углом вниз к башенке ратуши, дряхлеющей в нескольких улицах к югу от нашего нынешнего местоположения.

– Ты уверен, что канат выдержит? Кто его вообще привязал? – взволнованно спросила Велимировна, сняв пояс.

– Я же тебе ещё час назад говорил, что канат надёжен как швейцарские часы, – улыбнулся я, мимолётом вспомнив, как сам же и протянул его здесь ещё в том году.

– Нынче швейцарские часы делают в Поднебесной, а там качество отвратительное, – проворчала декан, накинула пояс на канат и глубоко вздохнула. – Ну, Зверев, ежели я сорвусь, то вернусь из любого Ада, чтобы ночами выть под твоим окном и пугать любовниц.

– Жестоко, но справедливо, – усмехнулся я и ободряюще сжал её плечо.

Та испустила нервный хохоток, оттолкнулась ногами от подоконника и заскользила по канату над домами, разбросанными внизу.

– Полковник, теперь ваш черёд, – кинул я Барсову, взволнованно прислушиваясь к шагам на лестнице.

Демоны были уже совсем рядом.

– До встречи на той стороне, – просипел Артур Петрович, сложил ремень вчетверо и тоже воспользовался бесплатным аттракционом.

Эх, как бы он не грохнулся. Руки-то у него наверняка ослабли после работы с бумажками.

Но пока полковник вполне благополучно исчез в серых сумраках.

Я взгромоздился на подоконник, тоже накинул пояс на канат и заскользил по нему, успев заметить, что люк вздрогнул, будто в него ударил чей-то кулак. Статуя покачнулась и, словно прощаясь, помахала мне рукой. Это было последнее, что мне довелось увидеть перед тем, как встречный ветер засвистел в ушах. Он выворачивал веки, так что пришлось зажмуриться, крепко держась за ремень. Тот с лёгким свистом скользил по канату, изрыгая запах нагревшейся кожи.

Сердце бешено колотилось в груди, а воображение рисовало, как демоны со злобными ухмылками режут канат. Тот обрывается, и я вверх тормашками лечу вниз да прямо на какой-нибудь шпиль, и не абы как, а точно задницей на него падаю. И войду я в легенды как ведьмак, погибший позорнее прочих.

Благо все мои страхи оказались всего лишь страхами.

Я без происшествий добрался до крыши ратуши, увидев Владлену и Барсова.

Полковник сразу же перерезал канат, и тот, соскользнув со здания, упал на дома, вытянувшись, как огромный питон.

– Быстрее, за мной! – выдохнул я и забежал через дверной проём в купол ратуши, где принялся спускаться по лестнице.

– Демоны успели тебя заметить? – с тревогой в голосе спросила бегущая за мной Владлена.

– Да хрен их знает. В любом случае они найдут канат и смекнут, что им воспользовались не ксеноморфы, а кто-то поумнее. Нас будут искать, так что надо ускориться. Тем более через полчаса Лабиринт уже начнёт сводить с ума наше весёлое трио.

– Зверев, но мы же не зря сходили сюда? – прохрипел мчащийся последним Барсов.

– Конечно не зря! Нам как минимум было весело.

Полковник издал какое-то бульканье.

А вот Велимировна разозлено протараторила, спрыгнув с последней ступени лестницы:

– Смиритесь, Артур Петрович, с тем, что Зверев именно такой. Он знает, что мы напряжены и слегка напуганы, в отличие от него. Но мы-то нормальные люди, а у него какое-то психическое расстройство. Возможно, оно случилось после того, как его чуть не похоронили живьём. У меня есть теория, что Зверев думает, будто находится не в реальном мире, а в чистилище или каком-то персональном аду, потому и воспринимает всё столь легкомысленно.

– Владлена, ты читаешь меня как открытую книгу, – усмехнулся я, мчась через овальный зал с рассохшимися длинными скамьями, колоннами и возвышением, откуда выступали отцы города. – Но за цель нашего крошечного приключения не переживайте. Ратиборск. Именно туда и нанесут пробный удар демоны.

– А они не смогут понять, что сын главы клана выдал их план? – спросил тяжело отдувающийся полковник.

– Такая вероятность есть, – не стал я отрицать и подскочил к трёхметровым потрескавшимся дверным створкам, но не открыл их, поскольку услышал по ту сторону чьи-то громкие шаги.

– Кто там? – приглушённо выдала Владлена, тоже расслышав шаги.

– Как громко он топает, – шёпотом удивился Барсов и залпом выпил зелье выносливости.

– Ага, – согласился я. – Наверное, соседи снизу жутко его ненавидят и думают, что над ними живёт какой-нибудь трансформер. Однако на деле это почти наверняка сатир. Очень невезучий сатир, поскольку у нас нет времени ждать, когда он уйдёт.

Ударив плечом в одну из створок, я влетел в небольшой круглый зал. А там в серых сумерках стоял козлорогий человекоподобный монстр с длинной бородой, белёсой короткой шерстью и копытами.

Он успел обернуться и открыть пасть с крупными жёлтыми зубами. Но уже в следующий миг «каскад молний» заставил его грохнуться на плиты прожаренной до корочки тушкой.

– Жареной козлятиной запахло, – подметил я, пробежав мимо дымящегося трупа. – Аж есть захотелось.

– Господи, Зверев, меня сейчас стошнит, – промычала Владлена и следом за мной выскочила из ратуши.

Мы оказались на улице перед шеренгой домов и окольными путями рванули к дворцу, окружённому башнями, облюбованными василисками. Их вопли постепенно нарастали, как и резкая вонь дерьма, отдающая запахом аммиака.

– Опять пойдём через подвал? – на бегу просипел Барсов из-за моей спины.

– Ага, но другим путём. Он короче, но опаснее. Возможно, придётся прорываться с боем.

– Ежели будет бой, то надо бы передохнуть перед ним хотя бы минутку-другую, – вставила свои пять копеек Владлена, хрипло хватая ртом воздух.

– Отдохнём, – заверил я их.

И не соврал.

Всего через десять минут мы стояли в одном из подвальных залов, где хозяйничал похожий на паутину бледный плющ с мелкими листочками. Он покрывал большую часть растрескавшегося пола, влажных стен и даже осыпающегося потолка.

– Это ведь «бледная смерть»? – уточнил полковник, кивнув на плющ. – Любое прикосновение приведёт к гибели?

– Ага, – кивнул я, переводя дыхание. – Потому этот путь и опасен. Но мало кто знает, что «бледная смерть» боится… алкоголя.

– Чего? – скептически проронила Владлена.

Я подмигнул ей, вытащил небольшую фляжку, окропил из неё руку в перчатке и потянулся ею к плющу, покрывающему стену. Он сразу же начал в ужасе отползать от моей конечности.

– Немыслимо! – ахнул Барсов.

– Смочите подошвы своих ботинок, – сказал я и протянул фляжку декану с полковником.

Они шустро взялись за дело.

– М-да, Зверев, все-то у вас просчитано, – восхищённо покачал головой Артур Петрович.

– Кроме одного… – вдруг мрачно добавила Велимировна.

– Чего же? – вскинул я бровь.

– У нас нет времени, чтобы искать цветок Эфира. Ты проиграешь это глупое пари, которое заключил с бароном. Зря ты не послушал меня, не надо было ввязываться в этот спор, – процедила Владлена. – Теперь твой дом достанется этому напыщенному индюку.

– Да, – хмуро вторил ей полковник. – Ничего не попишешь. Дом придётся отдать, иначе вы лишитесь чести. Тут уж никак не отвертеться. Пари было заключено прилюдно.

– А кто-то из вас знает, как выглядит цветок Эфира? – задумчиво спросил я и ударил кулаком по клочку стены, очистившемуся от плюща, испугавшегося алкоголя.

Несколько камней выпало из кладки, обнажив нишу, где сгорбился небольшой синий цветок, похожий на колокольчик.

Я кивнул на него и насмешливо спросил у поражённо замерших спутников:

– Как вы думаете, вот эта херовина может быть цветком Эфира?

– Я… я… я отказываюсь в это верить, – просипела Владлена, тараща глаза так, словно воочию увидела, как с небес спустился сам Господь.

– Зверев, – вдруг еле слышно прошептал полковник, глядя на меня с каким-то суеверным ужасом, – а не вы ли и построили Лабиринт?

Глава 6

Посёлок Стрельня, башенка с проходом, ведущим в Лабиринт

Люстры заливали жёлтым светом зал ожидания, где в креслах расположились барон Крылов и пара его отпрысков.

– Осталось всего две минуты, – взволнованно произнёс старший сын барона, покосившись на механические часы, висевшие на стене.

– Чего ты нервничаешь? – через губу надменно бросил ему отец, проведя пальцами по пышным седым кавалерийским усам.

– А как не нервничать? – встрял младший сынок, дёргая правой ногой, заброшенной на колено левой. – На кону стоит наш загородный дом, а он, знаешь ли, папенька, стоит ого-го сколько.

– Лучше тебя знаю! – огрызнулся барон Крылов, сощурив глаза, утопающие в набрякших веках. – Но дом не достанется Звереву. Он не победит в пари! Для того, чтобы этот мерзкий старик нашёл цветок Эфира, должно свершиться какое-то невероятное чудо. Хотя в случае с Игнатием, наоборот, не чудо, а что-то мерзкое и чудовищное. Ему должен помочь сам Сатана – ткнуть Игнашку рожей в цветок Эфира, ведь сам он его хрен найдёт. Вы же оба знаете, насколько огромна локация «Небесный замок». У старика нет никаких шансов. Так что вы оба лучше подумайте, что нам делать с родовым гнездом Зверева.

– Надо его продать, – подал голос старший, приободрённый словами отца.

На его губах даже растянулась улыбка.

– Или можно сделать в особняке Зверева дешёвую гостиницу, а то и вовсе публичный дом, – хихикнул второй сынок, лучше зная характер отца.

– Вот это хорошая мысль! – одобрительно покачал толстым пальцем барон, оскалив жёлтые зубы с изъеденными кромками. – Род Зверевых будет унижен. Но так им и надо, выскочкам. А то ишь чего… как-то сумели войти в серебряный список, а сами вчерашние нищеброды. Надо показать им, где их истинное место.

– Верно, – поддакнул довольный младший и с надменной улыбочкой покосился на своего брата.

Тот проткнул его ревнивым взглядом, явно конкурируя с ним за внимание отца.

Барон в этот миг посмотрел на часы и сказал, хлопнув ладонями по коленям:

– Так, время вышло. Скоро они будут здесь.

– А представляете, если они вообще погибли? Вот это будет здорово, – ещё шире улыбнулся младший.

– Ты что, дурак⁈ – хмуро бросил ему папаня. – А кто нам тогда передаст родовое гнездо Зверевых, если Игнашка помер?

Сынок сразу сконфуженно замолк, а его братец обидно хохотнул, достал телефон и проговорил, спеша воспользоваться ситуацией:

– Отец, когда они придут, я начну тайком снимать их на камеру. Потом выложим получившееся видео в сеть или оставим в семейном архиве. Будем по вечерам смотреть его и смеяться над оконфузившимся стариком, возомнившим себя умнее тебя.

Крылов-старший довольно кивнул и взволнованно посмотрел в сторону двери, ведущей вглубь башенки. Та открылась, и в зал вошли Владлена Велимировна, полковник Барсов и, собственно, сам Зверев.

Все трое выглядели потрёпанными, хотя уже успели побывать в душе и переодеться в новые спортивные костюмы.

– Гляди, отец, – прошептал старший, наблюдая горящими глазами за приближением трио, – Владлена Велимировна хмурая какая-то. А полковник как-то странно косится на Игнатия Николаевича, как… как на будущего бомжа. Гы-гы.

– Угу, – довольно усмехнулся барон и вместе с сыновьями встал с кресла, вцепившись взором в лицо Игнатию Николаевичу.

Тот нервно поправил спортивную сумку, висящую на плече.

– Папа, папа, смотри, какая у Игнашки рожа. Он точно ничего не нашёл. Дом будет наш, – ликующе прошептал младший сын на ухо отцу.

Крылов-старший с трудом сдержал радостную улыбку и приторным голоском проговорил, изобразив участие на одутловатом лице:

– Ну как сходили, Игнатий Николаевич? Надеюсь, удачно? У меня всё-таки несколько домов, и потеря одного несильно скажется на мне. А вот у вас всего один, и если вы лишитесь его, то останетесь на улице.

– Благодарю, барон, вы прекрасный человек. И надеюсь, заботливый домовладелец, – с явной иронией произнёс Зверев и без лишней спешки, даже несколько лениво, расстегнул молнию сумки, а затем вытащил из неё цветок Эфира, заставив ахнуть всех.

Зал ожидания

Рты раскрыли все, кто был в помещении. Ну, кроме полковника и Владлены. Первый так и не отошёл от шока, а вторая не скрывала злорадной улыбки, глядя на троицу Крыловых. Те с одинаково выпученными зенками смотрели на цветок Эфира в моей руке.

Казалось, они даже забыли, как дышать. Их лица то краснели, то бледнели, а губы дрожали, словно все трое хотели разрыдаться, теряя дворянское достоинство.

– Нет… нет… этого не может быть, – судорожно простонал барон Крылов, тряся усами. – Это какое-то наваждение… галлюцинация… трюк.

Он резко задрал рукав пиджака и больно ущипнул себя за сморщенную кожу, а потом дрожащей рукой коснулся цветка. Тот согнулся, показывая, что он реальный, а не плод воображения.

Однако аристократу этого оказалось мало… Он оторвал у цветка небольшой листочек и быстро поднёс его к красному носу с прожилками. Закрыл глаза и глубоко вдохнул запах, а затем шустро забросил листочек в рот и принялся жевать.

– Барон, вы так сильно проголодались, пока нас ждали? – участливо осведомился я, не скрывая ехидства во взгляде. – Могу ли я предложить вам шоколадку из торгового автомата?

– Я просто проверяю, настоящий ли цветок! – огрызнулся тот, брызнув слюной, окрасившейся в зелёный цвет. – От вас всякого можно ожидать!

– И как, настоящий? Или может, ещё и корни погрызёте, чтобы окончательно убедиться? – усмехнулся я и следом предложил, обведя рукой зал: – Господа, нет ли желающих удостовериться в том, что цветок Эфира не поддельный?

Помимо трёх сотрудников с оружием, на меня посмотрели ещё пятеро дворян, чьи фамилии явно были известны в городе. Ведь «Небесный замок» доступен лишь для тех, чей дар выше семьдесят первого уровня, а это уже неплохой показатель.

Трое из аристократов решили подойти и поглазеть на цветок. И все они заявили, что он подлинный.

Причём, один из них, седовласый старик с добрыми голубыми глазами, восторженно покрутил головой и прокряхтел:

– Превосходный экземпляр, Игнатий Николаевич. Позвольте вас поздравить. И я готов сразу же сделать вам щедрое предложение. Готовы ли вы продать цветок? Я, знаете ли, являюсь попечителем одного детского дома, а из цветка Эфира можно сварить зелье, которое способно почти на год оградить от всяческих болезней юные неокрепшие организмы.

Я украдкой посмотрел на Владлену, вложив во взгляд простой вопрос – а не врёт ли мне этот старик, пользуясь тем, что выглядит как божий одуванчик, не жаждет ли он за бесценок выцыганить цветок, используя сказочку про детей-сирот?

Декан отрицательно покачала головой, что можно было расценить как «нет, не врёт, все так и есть».

Ага, ясно. Тогда надо воспользоваться ситуацией.

Я изобразил свою самую обаятельную улыбку и проговорил, протягивая цветок старичку:

– Ну как я могу отказать вам, сударь? Берите, конечно. И даже не думайте об оплате. Это мой дар подрастающему поколению.

Да, расставаться с цветком Эфира было чуть-чуть жаль. Всё-таки он крайне редкий и ценный. Но с другой стороны, не всё измеряется деньгами. Да и репутация у меня возрастёт и улучшится. Детям опять же помогу. Глядишь, карму улучшу.

– О, какой великодушный поступок! – выдохнул старик, приняв цветок. – Я постараюсь, чтобы весь город узнал о вашей доброте, сударь Зверев.

– Что вы, что вы, – принялся я отказываться, впрочем, без особого энтузиазма.

Да, пусть люди узнают, что в Северной Пальмире завёлся новый святой. Того и гляди вознесусь на небеса.

– Горожане должны узнать о вашем благородстве! – безапелляционно выдал старик.

– Угу, – поддакнула Владлена, глядя на меня с ухмылкой на губах.

Крыловы же с кислыми рожами взирали на происходящее, мысленно простившись с загородным домом.

Барону аж плохо стало… Он весь побагровел и начал задыхаться, так что его сыновьям пришлось взять отца под руки и усадить в кресло, откуда он начал полосовать меня злобными взглядами.

Распрощавшись со стариком, я подошёл к тяжело дышащему барону и спросил:

– А нет ли у вас какого-нибудь заводика? Я бы принял его в качестве ставки, ежели вы хотите заключить ещё одно пари.

– Зверев… вы… вы… дьявол, – прохрипел Крылов, рванув ворот рубашки так, что по полу запрыгали оторвавшиеся пуговицы с гербами. – Я… я больше не хочу вас видеть. Отныне вы для меня мертвы. Ежели я увижу вас в следующий раз, то пройду мимо, словно вас нет.

– Погодите, погодите. Давайте я для вас умру после передачи мне вашего загородного дома.

Аристократ шумно сглотнул, потревожив отвисшую кожу под подбородком, а потом посмотрел на одного из сыновей и сломлено бросил ему:

– Займись оформлением документов.

Тот кивнул и мрачно уставился на меня.

– И побыстрее, – улыбнулся я. – Какой, кстати, адрес у дома? Пожалуй, я сейчас же отправлю туда своих внуков. Пусть все осмотрят.

А чего? Крыловы же могут со злости испоганить мой новый дом и изрисовать стены метровыми членами, а так Павел с Вячеславом не дадут им этого сделать.

Пока же сынок барона нехотя процедил адрес. А я благодарно улыбнулся ему и вышел из башенки вместе с полковником и Владленой.

На улице нас встретил поздний вечер, пахнущий угарным газом и листвой. Прохладный осенний воздух коснулся щёк, а с чистого неба подмигивали крупные звёзды, освещая пятиэтажки перед нами. На душе же было почти спокойно.

Пари я выиграл, получил от демона информацию, поднял уровень до восемьдесят первого и вроде бы не попался на глаза Ирису, ежели он вообще заглядывал в локацию. Лепота!

Правда, насладиться моментом мне не дала Владлена, снова включившая режим госпожи Стервеллы:

– Игнатий, у тебя такое счастливое лицо, словно ты нашёл лекарство от всех болезней. Ах да, тебе для счастья надо гораздо меньше: с шутками да прибаутками пробежаться по опаснейшей локации и оставить в дураках какого-нибудь болвана-барона.

– Да, прекрасно расслабились. Теперь надо возвращаться в город, – улыбнулся я и поймал на себе внимательный взгляд полковника Барсова.

Тот облизал губы и спросил:

– Зверев, я всё-таки никак не могу взять в толк, откуда вы так много знаете о Лабиринте?

– Артур Петрович, голубчик, всё лежит на поверхности. Я ведь столько лет посвятил его изучению. Было бы странно, ежели бы я мыкался по нему как какой-нибудь новичок.

Полковник нахмурился, потёр подбородок и, подумав, проронил, сощурив глаза:

– Вы либо гений, либо… что-то недоговариваете.

– Стандартный Зверев. Он даже во сне выглядит так, словно что-то недоговаривает, – ухмыльнулась Велимировна, поправив чёрные волосы, разметавшиеся по плечам.

Артур Петрович бледно улыбнулся и вдруг повернул голову, настороженно посмотрев на крепкого мужчину в костюме. Тот миг назад выбрался из припаркованного возле тротуара чёрного внедорожника и направился к нам, застёгивая пуговицу тёмного пиджака.