Текст книги "Дед в режиме хранителя. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

На облицованных светло-коричневыми деревянными панелями стенах коридора висели шкуры волков, а под потолком мягко светились люстры из оленьих рогов. Пахло шерстью, дубом и чуть-чуть моющим средством.

Двери же оказались из цельного древесного массива. За одной из них была просторная спальня с медвежьей шкурой на полу, парой двухстволок на стене и огромной кроватью, нарочито грубо сделанной из древесных стволов, распиленных на метровые чурбаки.

И тут же на круглом лакированном столике красовался новенький компьютер. А чуть в стороне от него пучило зенки чучело медведя, вскинувшего когтистые лапы.

Я приветливо кивнул ему и проник в спальню. В ней, как мне и думалось, обнаружилась небольшая дверца, ведущая в ванную комнату, где поблёскивала бронзовая ванна на изогнутых львиных лапах.

Не меньше четверти часа я нежился в тёплой воде, а потом, полностью голый, вернулся в спальню и завалился на кровать, заняв лишь её пятую часть.

Вытащил телефон и снова вернулся к изучению фотографий демонских документов. Та, что ранее заставила меня ахнуть, теперь вызывала злость. Грёбаные демоны клана Каас, оказывается, проводили эксперименты над людьми, пытаясь понять, как нас проще всего убить… массово.

В документе рассказывалось и о газе, и о вирусе, и о каком-то магическом артефакте. Пока вроде бы особых результатов не было, но рано или поздно они что-то эдакое найдут…

– Вот суки, – пробормотал я, сжав пальцы левой руки в кулак. – Вас бы так всех грохнуть. Все остальные миры вздохнули бы с облегчением. Хм, если Железный Пётр не дурак, то он задумается о том, чтобы создать нечто такое, что потравит демонов как тараканов.

Кивнув сам себе, я продолжил изучать документы. И через час понял, что всё остальное мне не особо-то и интересно. Увы и ах, но военных планов не было, так – простые отчёты, приказы, назначения и донесения о делах других кланов. Так что направление пробной атаки на империю так и осталось неподтверждённым, как и главный удар. Следовательно, титул барона мне никто не даст. Пока, по крайней мере.

Мрачно сунув телефон под кровать, я сомкнул налившиеся тяжестью веки и провалился в сон. А тот снова меня огорошил…

Глава 19

Мне опять снилось, что я где-то лежу под грудой чего-то тяжёлого. Не могу даже повернуться. А подо мной что-то холодное, вроде бы даже ощущалась вода. И будто не хватало воздуха. Да так сильно, что аж в груди жечь начало.

Внезапно я распахнул глаза и сделал судорожный глоток воздуха, словно и вправду задыхался. Грудь лихорадочно вздымалась, а вокруг царила ночь. В окно лился серебристый свет луны, где-то лаяли собаки и ухала сова. Природа…

Сглотнув появившуюся во рту горечь, я свесил ноги с кровати, коснувшись босыми ступнями мягкой медвежьей шкуры.

– Что за хренотень? – прошептал я во мрак, потирая ладонями лицо. – Почему мне снится всякая ерунда? Причём однотипная, словно у её автора кончилась фантазия. Постоянно лежу как парализованный. И ладно бы мне, как многим другим ведьмакам, снились сражения, кровь и смерть, так нет же… ерунда какая-то с плоским сюжетом.

Тяжело вздохнул, встал и направился в ванную комнату. Дверь открылась бесшумно. И даже выключатель не щёлкнул, когда я нажал на него. Под потолком загорелась лампочка, освещая раковину и висящее над ней зеркало. В нём появилось моё хмурое отражение, обзавёдшееся новыми шрамами после приключений в мире демонов.

– То ли ещё будет, – усмехнулся я, открыл кран и умылся обжигающе холодной водой.

Несколько капель попали на прохладный кафельный пол, где в беспорядке лежала моя одежда. Я усовестился и решил собрать её. Поднял брюки, рубашку и пиджак. Под последним лежал «Вампир». Камень в его навершии тускло поблёскивал, словно укоризненно.

Я присел и взял кинжал. Тот оказался мокрым и холодным. Мокрым и холодным…

И тут меня словно боженька в темечко поцеловал, одарив безумной, но логичной догадкой!

– Мокрый и холодный, – ошарашенно прошептал я, округлив глаза. – Мокрый и холодный! Так это всё ты! Ты причина моих странных снов!

Мой горячечный взгляд обрушился на кинжал, а в памяти замелькали фрагменты снов. Впервые мне приснилась подобная хрень, когда я оставил «Вампира» в доме Владлены в воде в сливном бачке унитаза. Мне тогда снилось, что я тону!

Второй похожий сон пришёл, когда я сунул кинжал под матрас. Меня в тот раз мучил кошмар, в котором я не мог пошевелиться, как будто лежал под завалом чем-то придавленный.

А в третьем сне я словно очутился под чем-то воняющим кровью и дымом. И как раз в ту ночь «Вампир» лежал под моим костюмом, едва не сгоревшим во время боя с брюнетом Розенштейном в том проулке, где я в итоге его убил!

– Всё сходится, всё сходится, – взволнованно посмотрел я на кинжал.

Рубин в навершии погас, оставив меня с сильно колотящимся сердцем.

Готов поспорить на свою душу, что у меня с «Вампиром» возникла какая-то связь!

– Мать драконов, – потрясённо прошептал я, глядя на артефакт. – Неужто ты полулегендарное живое оружие?

Мне лишь однажды доводилось слышать о таких клинках, но их существование считалось мифом. Даже Ирис не верил в них. И вероятно, он не подозревает, что «Вампир», скорее всего, является таким клинком, иначе бы демон наплевал на всё и украл у меня кинжал.

Хм, а что же бывший хозяин «Вампира»? Он знал о его особенностях? Вероятно. Тот демон не показался мне дураком. Но сумел ли он полностью раскрыть потенциал кинжала? Не знаю, не знаю.

А что вообще будет, когда «Вампир» прокачается на сто процентов? Как это повлияет на нашу с ним связь? Она, по идее, станет крепче. И что будет дальше?

– Вариантов много, и далеко не всё из них приятные, – нахмурился я, понимая, что подобный кинжал – это не послушный пудель. Он опасен, как кобра.

Что мне о нём вообще достоверно известно? Да практически ничего. Есть только та заметка из библиотеки тайной канцелярии. В ней рассказывалось об агенте, столкнувшемся сорок лет назад в Омске с демоном, владевшим копьём-артефактом, выпивающим кровь из всех, кого он поражал. Прям как мой кинжал.

Агент тогда сумел разобрать слова, написанные на древке копья: «Тот, кого укусит вампир, сам становится вампиром».

– И что это может значить? – задумчиво произнёс я, почесав щеку, украшенную щетиной. – Имеют ли эти слова хоть какое-то отношение к моему кинжалу? Или они просто плод больной фантазии демона, решившего украсить оружие такой фразой?

Дёрнув щекой, я вздохнул и отправился в спальню. Сам лёг на кровать, а кинжал положил на шкаф, где ему, по идее, должно быть тепло и сухо. И ничто давить на него не будет.

Конечно, я сразу засыпать не стал, а начал размышлять над тайной «Вампира», прикидывая, нужно ли мне его развивать, укрепляя нашу связь? Прокачивался-то он, судя по всему, душами. А они как бы и мне нужны.

Да и как-то волнительно взращивать подобную связь, впуская в свою жизнь древний артефакт, наделённый своим разумом. Хрен знает, может, он на самом деле ничем не уступает людскому, а то и превосходит его. Как начнёт разговаривать со мной вкрадчивым, как сама тьма, голосом, и я однажды пойму, что уже не уверен – это моя мысль или его?

Хм, а может, он уже влияет на меня?

Холодок тревоги пробежался вдоль позвоночника, заставив меня задуматься. Перед мысленным взором лихорадочно замелькали мои поступки, воспоминания и решения.

Однако вскоре меня начал одолевать сон. Мысли стали путаться. В итоге я провалился в беспокойные, тяжёлые сновидения, где уже не я пользовался «Вампиром», а он мной.

Благо до утра меня больше ничто не тревожило, кроме мрачных снов.

Ну а когда я проснулся, то первым делом выпил воды из кувшина, прогоняя мерзкий привкус, оставшийся после ночных переживаний, а затем проверил кинжал. Тот тихо-мирно лежал на прежнем месте.

Поколебавшись, я оставил его на шкафу, а сам, мрачно потирая виски, спустился вниз, где в компании внуков позавтракал восхитительным омлетом, приготовленным Прасковьей. Та с радостной улыбкой хлопотала на новой кухне, будто здесь ей нравилось больше, чем в предыдущем доме. Может, из-за близости к природе? Она же вроде бы из небольшого городка, окружённого лесом.

Внуки, в отличие от неё, совсем не улыбались. Оно и понятно. Нынче же похороны Алексея.

Мы молча доели завтрак, а потом Екатерина повезла нас в наш городской особняк на отремонтированном «мерседесе».

Путь прошёл гладко и без проблем. И так же без всяких проволочек каждый из нашей троицы отыскал в забитом рабочими особняке по чёрному костюму. Надо же соблюсти дресс-код.

Ну, я ещё телефон свой прихватил, а тот, что принадлежал плешивому служивому, оставил в ящике тумбочки.

Спустя час мы уже находились возле небольшого храма на окраине города. Внутрь пока не пускали, поскольку мы прибыли рановато. Но на улице уже стояло семейство Вороновых в количестве трёх единиц.

Глава рода, заметив нас, пригладил светло-рыжие короткие волосы с проседью и поправил чёрный пиджак, который весьма неплохо смотрелся на его широких плечах.

Жена Воронова с момента нашей последней встречи вроде бы начала сутулиться, как под грузом проблем. Её большие печальные глаза под чёрной вуалью обратились к нам, и она выпрямила худенькую спину, скрытую простым тёмным платьем.

Жанна облачилась похожим образом, собрав в пучок рыжие локоны. Её веснушки уже не казались такими задорными, а на мягких губах блуждала грустная улыбка. Но даже так она выглядела весьма и весьма.

– Хм, Жанне грусть к лицу, – шёпотом подметил я, двигаясь к Вороновым.

– Да, красивая девушка. И чего Алексею не хватало? – пробормотал Вячеслав, пристально разглядывая юную красотку.

Павел бросил на брата ревнивый взгляд и первым поздоровался с Вороновыми, опередив меня, что, в общем-то, было некультурно. Но никто не обратил на это внимания. Ведь между нашими семьями уже столько всего произошло.

Воронов-старший практически сразу взял меня под локоть и отвёл в сторону.

– Игнатий Николаевич, я, как и обещал, всё сделал: храм, кладбище. Могилка в хорошем месте, отличная.

– Как для себя копали? – вскинул я бровь, наблюдая за тем, как братья Зверевы негромко разговаривают с Жанной и её матерью.

– В век дуэлей у вас бы не было свободной минутки, Игнатий Николаевич, ежели бы вы не завязали со своими остротами, – поморщился аристократ, расстегнув верхнюю пуговичку чёрной рубашки. – Противники бы выстраивались в очередь возле вашей двери.

– Да, славные были бы деньки. Вот вы бы вызвали меня на дуэль? Какое бы оружие предпочли?

– Я бы вышел против вас с саблей в руке.

– А я бы взял револьвер и победил бы. Вы ведь не умеете саблей отбивать пули?

– Кажется, вы читали какой-то не тот дуэльный кодекс, – хмуро выдал дворянин, уловив мою иронию.

Я усмехнулся и хотел ответить, но моё внимание привлекло изумлённое восклицание Павла, глядящего на экран своего телефона:

– Ого, наш рейтинг разом вырос аж на тридцать позиций! – И практически тут же парень сообразил, что ведёт себя неподобающе, после чего виновато протараторил, залившись краской стыда: – Простите, дамы и господа. Мне за себя так стыдно…

Хм, а бывает иначе?

Вячеслав перестал улыбаться Жанне и с вновь вспыхнувшим подозрением посмотрел в мою сторону. Остальные же просто смотрели с громадным изумлением. Подняться разом на тридцать позиций в серебряном списке – это надо сделать что-то серьёзное. Император щедро одарил меня очками рейтинга за трофеи из мира демонов.

– Игнатий Николаевич, в чём ваш секрет? – просипел Воронов, глядя на меня острым как скальпель взором, будто хотел пробраться в мои мысли и вызнать формулу успеха. – Кому вы продали душу?

– Я просто творю добро на всей Землю, творю добро другим во благо, – мягко сказал я, постаравшись придать своему лицу ангельское выражение.

– Угу, как же. Меня-то вы не проведёте, – нахмурился аристократ. – После вашего ухода из моего дома, кошка моя, Анфиса, померла. А эти животные, как говорит молва, способны видеть нечисть и прочих сатанинских существ.

– Да просто у вас дом несчастливый. Сперва там Алексей помер, теперь вот кошка… – усмехнулся я и бросил взгляд на священника, вышедшего из храма.

Тот поманил нас рукой. И мы вошли внутрь.

Я оказался за Павлом и Жанной, невзначай услышав шёпот девушки:

– … Видела тебя с Мироновой.

– Я… я… – забормотал явно занервничавший внучок. – Я с ней расстался… почти… сегодня хотел порвать.

К несчастью, я не расслышал, что ответила Жанна. А потом уже стало не до них, началось богослужение.

Благо всё прошло без сучка и задоринки. Алексей не встал из гроба и никакие агенты демонов не ворвались в храм. Только подъехал чёрный катафалк и пара такого же цвета «мерседесов», дабы отвезти Зверевых и Вороновых на кладбище. Но у меня не было на это времени. Надо спешить в логово князя Корчинского. Он же назначил мне встречу, точнее, пригласил на совещание по поводу возможной атаки демонов на Ратиборск.

Понимая всю важность данного мероприятия, я встал возле храма и просто помахал рукой внукам, усевшимся на заднее сиденье машины.

– Дедушка, а как же кладбище? – удивился Павел, выглядывая из автомобиля. – Поторопись, а то без тебя уедем.

– Поезжайте, поезжайте. Я на кладбище совсем не стремлюсь.

– Ты не поедешь? – неприятно изумился Вячеслав.

– У меня важная встреча. Ежели встретите там кого-то из моих одноклассников, передавайте им привет, – проговорил я и торопливо двинулся прочь, чтобы не отвечать на какие-нибудь ещё вопросы.

Времени и так мало. Повезло, что я быстро поймал такси – по старинке, взмахом руки. Возле тротуара остановился древний «хёндай», который уже давно ждали на утилизации.

Водителем оказался растрёпанный паренёк с лихой улыбкой и в бейсболке. Зажигательная музыка летела из динамиков, сотрясая салон, пропахший табаком и выхлопными газами. А на заднем сиденье красовалось небольшое, но подозрительное пятно. Я уселся подальше от него и назвал адрес.

– Держитесь, сударь! – весело подмигнул он мне в зеркало заднего вида и надавил на педаль газа.

– Держаться или держать? Кажется, дверь вот-вот может отвалиться.

– Ничего, ничего. Моя малышка только с виду такая, а в душе – зверь! – приподнято выдал юный таксист.

«Хёндай», хлопнув выхлопной трубой, рванул по улице, скрежеща и воняя.

Ей-богу, было бы у меня больше времени, нашёл бы другое такси. Но вроде бы это и вправду имело все шансы вовремя довезти меня до места.

Однако рано я радовался…

На Приморском проспекте мы угодили в пробку. Машины гудели и сигналили. Водители переругивались, показывая друг другу средние пальцы. А двигались все так медленно, что у меня мигом возникло понимание – не успею. А это крайне плохо.

Ежели опоздаю, князь со своими помощниками всё решит без меня. И они выделят мне в Ратиборске самую хреновую позицию. Такую, которая не позволит мне ни славой себя покрыть, ни очки рейтинга набрать. И хрен я потом что изменю, если не явлюсь вовремя на беседу.

Корчинский наверняка с мерзкой улыбочкой скажет, что поезд ушёл. Думаю, даже опоздание на минуту-другую станет фатальным. Меня просто не пустят в кабинет, скажут, что совещание уже началось и опоздавшим там нет места.

– Разорви меня дракон, – недовольно процедил я, сжав пальцы в кулаки.

– Да поезжай ты! – бросил кому-то таксист, выглянув из окна автомобиля. – Сам козёл!

– Молодой человек, – обратился я к парню, взявшись одной рукой за «плечо» левого сиденья, а второй за правое. – Ежели я через четверть часа не буду на месте, меня ждут большие проблемы. Может, есть способ как-то объехать пробку?

Паренёк вернул зад на сиденье, поразмыслил немного, хмуря брови, а затем нехотя проговорил:

– Есть один путь… только там нарушать придётся, а у меня и так… кхем… залёты есть. Как бы права не отобрали.

– Не отберут, на, гляди, со всеми договорюсь, – сунул я ему свои корочки спецагента тайной канцелярии.

Он с удивлением взял их и начал пристально изучать, недоверчиво косясь на меня. Наконец сказал:

– Точно не из магазина приколов?

– Точно, точно. Поторапливайся. Плачу впятеро больше! – жарко выдал я, забрав удостоверение.

Тот ещё пару секунд думал, а потом выдохнул, словно голым бросился в ледяную воду:

– Ладно, едем! Авось, сударь, вы меня не обманули!

Он резко крутанул руль, заставив машину выскочить на встречку. Мимо промчался грузовик. И ещё несколько машин, чьи водители нам истошно сигналили. «Хёндай» же юркнул в грязный проулок и помчался по мутным лужам, шурша полиэтиленовыми пакетами и пугая бездомных кошек.

Водитель от напряжения закусил нижнюю губу. Да и я, признаться, почувствовал, будто мелкие иголки колют кончики пальцев. Никак нельзя опоздать!

Такси с грохотом вылетело на дорогу, пересекло двойную сплошную и под удивлёнными взорами водителей рвануло на красный свет. За нами тут же увязалась машина ДПС, врубив сирену и проблесковые маячки.

– Полиция! – ахнул паренёк, вытаращив глаза. – И откуда они только взялись⁈ Как будто из воздуха появились!

– Может, им стали выдавать артефакты, делающие их машины невидимыми⁈ – иронично выпалил я, найдя взглядом состоящий из стекла и бетона бизнес-центр, где обитал князь Корчинский.

Казалось, что здание недалеко, но на самом деле до него ехать ещё минут пять-семь.

– Сударь, надо тормозить! – лихорадочно выдал юный таксист, сбрасывая скорость. – Прям боевик какой-то с погоней. Я на такое не подписывался, извините!

– Гони! Ты сейчас на службе империи! Ничего не бойся! – твёрдо отчеканил я, хмуря брови. – Ежели остановишься, кое-какой гад, мнящий себя умнее других, провалит важную операцию!

Паренёк облизал губы, взволнованно глянул на меня в зеркало заднего вида и посмотрел в боковое на приближающуюся машину ДПС.

Полицейские уже расчехлили громкоговоритель:

– Водитель «хёндай», номер машины А132ТС, регион 78, прижмитесь к обочине и остановите транспортное средство!

Таксист шумно сглотнул и виновато посмотрел на меня, сбрасывая скорость.

Глава 20

До логова князя Корчинского уже было недалеко, но водитель такси принял дерьмовое решение. Он, продолжая виновато улыбаться, нажал на педаль тормоза. Машина заскрипела и начала останавливаться под приближающиеся звуки полицейской сирены.

И как мне убедить его ехать дальше?

– Слушай, сейчас ты можешь изменить свою жизнь! Клянусь, я избавлю тебя от любых проблем с полицией и, более того, возьму на работу. Мне как раз нужен ещё один водитель. Да и вообще смышлёный паренёк не помешает.

– Простите, но… но я не могу, – заикаясь, проговорил он, то бледнея, то краснея.

И его взгляд изменился. Теперь он смотрел на меня как на не совсем психически здорового человека. Видимо, решил, что я всё-таки никакой не спецагент тайной канцелярии, а выживший из ума пожилой мужчина.

– Я Игнатий Николаевич Зверев. Разве ты не слышал обо мне?

Тот судорожно покрутил головой и испустил нервный смешок, сжимая баранку руля потными ладонями.

– Ну, я что-то слышал о Звереве… и нечто звериное есть в вашей внешности, но боюсь, вы не тот самый Зверев.

– Тот самый, – серьёзно произнёс я.

Нет, мне точно нужно сходить на какое-нибудь шоу, чтобы там запечатлели мою новую внешность.

– Ого! – ахнул паренёк, увидев в зеркале заднего вида отражение моей руки, окутавшейся атрибутом «Сфера Перуна».

Лицо юнца напряглось от испуга, а голова втянулась в плечи.

– Сейчас у тебя есть один шанс из тысячи перевернуть свою жизнь. Подумай об этом, – вкрадчиво произнёс я.

Тот нервно сглотнул. Его пальцы на руле почти побелели, а машина уже остановилась. Взгляд парня не отрывался от моей магии. А та была густой и яркой, намекая, что вызывает высокоуровневый атрибут. Таким вряд ли бы владел какой-то сумасшедший.

Пару долгих мгновений таксист думал так усиленно, что у него аж испарина на лбу выступила.

Он ещё раз судорожно глянул в боковое зеркало и вдруг с какой-то злостью прохрипел:

– Да хрен с ней. Живём один раз!

И резко нажал на педаль газа.

Старенький «хёндай» с пробуксовкой стартанул по асфальтированной улице, покрытой мелкими лужами. Из-под колёс полетели брызги, а позади снова заголосил громкоговоритель полицейских, только теперь уже куда яростнее и злее.

– Идите в жопу! – выпалил юнец и включил музыку на полную, чтобы не слышать служивых.

Хм, а он отчаянный парень, как я в молодости.

Мы под звуки жёсткого рока промчались через перекрёстки и светофоры до бизнес-центра. Тот поблёскивал стеклом под тусклым светом больного солнца, пытающегося вскарабкаться к полудню.

– Приехали! Теперь ваш выход, сударь! – лихорадочно выдохнул парень и с величайшей надеждой посмотрел на меня, а потом глянул на со скрежетом остановившуюся позади машину полицейских.

Из неё выскочила пара служивых, будто сошедших с карикатуры: один – низкий, толстый, краснорожий и щекастый, второй – высокий, худой и будто лишённый плеч. Но их невероятно роднил полыхающий на физиономиях гнев.

Худой сразу же подскочил к такси и открыл дверь водителя. Тот в испуге съёжился, когда толстяк заорал, брызжа слюной:

– А ну вылезай из машины!

Он замахнулся дубинкой, жаждая огреть бледного паренька, да так, чтобы у него аж глаза повылетали. Ярость корёжила лицо толстяка, сделав его багровым.

– Нет! – пискнул таксист, закрывая лицо руками от удара дубинкой.

– Надо было тормозить, сука, – злорадно процедил худой.

– А ну замерли оба! – холодно рыкнул я, шустро выбравшись из такси.

Служивые тут же застыли – привычка подчиняться сработала быстрее мозгов. И к счастью, дубинка так и не долетела до паренька.

Но уже через миг толстый повернулся ко мне и прохрипел, сузив полыхающие глаза:

– Ты ещё кто такой, чтобы приказы нам тут раздавать, а⁈ Тебя тоже положить мордой в асфальт? Или пересчитать дубинкой рёбра? Отвечай! Перед тобой капитан, а не хрен собачий!

И слово «капитан» прозвучало так, будто толстяк сам Господь Бог. Удостоверение и погоны словно наделяли его способностью по своему разумению карать и миловать обычных смертных. А те должны лишь униженно улыбаться и лебезить.

– Капитан – это, конечно, неплохо. Но у меня карты сильнее, – усмехнулся я и сунул ему в лицо «корочки» спецагента тайной канцелярии. – Этот юноша выполнял мой приказ. И мы оба действовали в интересах империи. Так что предлагаю вам, господа, заткнуться и вернуться в свою машину. Однако я почти искренне благодарю вас за службу. Вы действовали по уставу.

– Чего-о? – растерянно протянул худой, выгнув брови.

Он попытался через плечо толстяка глянуть на моё удостоверение. А оно буквально примагнитило к себе взгляд капитана. И чем дольше он пялился на него, тем сильнее бледнел, каким-то внутренним чутьём понимая, что «корочки» настоящие. Но ему будто бы не хотелось верить в это, ведь он уже настроился на то, что поставит всех раком, не сдерживая себя. А тут такой поворот…

Бушующая в нём ярость требовала швырнуть удостоверение мне в лицо, но вместо этого он изобразил заискивающую улыбку, поспешно прицепил дубинку к поясу, вытянулся и отчеканил, тряся подбородками:

– Служу Империи!

Худой, помедлив секунду, тоже гаркнул, взволнованно тараща зенки:

– Служу Империи!

В глазах обоих появился страх, навеянный мыслью, что я могу их как-то покарать, наплевав на здравомыслие, как делают многие начальники, облечённые властью. А ведь, по идее, их не за что было наказывать. Они действовали правильно. Хотя оба и выглядели как типичные самодуры в погонах и взяточники.

– Ладно, идите, – буркнул я.

Служивые так и сделали, успев бросить на меня короткие взгляды, однако в них смешалась целая куча эмоций: досада, страх, а также зависть и ненависть к тому, кто стоит выше них в табеле о рангах.

Юный таксист проводил их взглядом и облегчённо выдохнул, посмотрев на меня с неподдельным уважением:

– Вы всё-таки не лгали… Вы действительно Зверев.

– А то, – подмигнул я ему и со всех ног ринулся в здание.

И так, блин, задержался. Потратил лишнюю минуту на эти разборки. Но кем бы я был, ежели бы оставил паренька на растерзание полицейским, когда сам же и втравил его в эту историю?

Благо, что хоть охрана пропустила меня без всяких проволочек, а вот потом Судьба опять решила испытать на прочность мои нервы…

Между этажами ползали аж пять лифтов, но ни одного не оказалось на первом! Ближайший находился на десятом и медленно спускался вниз, останавливаясь на каждом этаже.

– Твою мать! – зло прорычал я, напугав какую-то девушку в белой блузке.

Она вздрогнула и отступила от меня на шаг, тоже дожидаясь лифта. А тот не торопился. Но если подниматься по лестнице, то это займёт ещё больше времени! Мне-то нужно попасть на тринадцатый этаж!

Я уставился на небольшой дисплей, показывающий, где сейчас находится лифт. И всё во мне начало торопить его, обещая новую смазку, неделю отпуска и нежные руки самой сексуальной уборщицы. А тот явно решил меня доконать. Застрял на втором этаже, будто в него грузили какую-то мебель.

А время совещания между тем неумолимо приближалось. До начала осталось буквально две-три минуты. И я едва не пинками выгнал из лифта тех, кто прибыл в нём на первый этаж. Торопливо нажал на кнопку с цифрой 13 и замер возле зеркала.

Лифт повёз меня на нужный этаж.

Внешне я выглядел невозмутимым, но вот внутри полыхал вулкан. Он заставил меня быстро выйти из лифта на тринадцатом этаже. А там меня встретила дама в офисной одежде и очках с прозрачными линзами.

– Игнатий Николаевич Зверев? – с сомнением спросила она, разглядывая меня.

– Он самый. Где князь?

– Прошу за мной.

Она повела меня по коридору мимо однотипных дверей, ритмично покачивая бёдрами. Причём пятая точка у неё оказалась весьма и весьма, но мне сейчас было не до эстетики. Внутри всё хрипело и булькало от напряжения. Успеваю? Пока не окажусь у Корчинского – всё может пойти наперекосяк.

Где же этот хренов кабинет⁈ А, вот же дверь с табличкой «князь Корчинский»!

Дама подошла к нему и деликатно постучала, словно за дверью занимались опасными опытами очень пугливые учёные-вирусологи, способные разбить пробирку с Т-вирусом, после чего люди начнут превращаться в зомби.

– Кто там ещё? – раздался из кабинета недружелюбный голос князя.

Дама приоткрыла дверь, сунула голову внутрь и проговорила:

– Прибыл Игнатий Николаевич Зверев.

– Скажите ему, что он опоздал, – бросил Корчинский со злорадством. – Пусть отправляется восвояси. Я пришлю ему стенограмму совещания.

Ах ты сука! Так я и знал! Неужели всё зря? Ага, как же! Меня хрен возьмёшь!

Я схватил дверь, распахнул её и вошёл под испуганный вскрик дамы, не ожидавшей от меня такого решительного манёвра.

Просторный офис встретил меня невероятной чистотой и стерильным воздухом. Здесь не было ни одной лишней вещи – только стекло, тёмный металл на стенах и холодно поблёскивающие сталью гербы князя.

Сам Корчинский восседал во главе овального стола, будто вырубленного из одного куска власти. По бокам устроились шесть человек – все в деловых костюмах, уже немолодые, серьёзные аристократы, но с лёгким флёром тех, кто привык угождать. Такие люди первыми улыбаются, когда их начальник только-только начинает говорить какую-то шутку. Однако это не делает их менее опасными.

И теперь все семеро и даже виднеющийся за панорамными окнами туман, клубящийся над Финским заливом, осуждающе смотрели на меня, ведь, по их мнению, я совершил дерзость, ворвавшись в офис князя.

Корчинский столкнул брови над переносицей. Желваки вздулись под кожей, а рот приоткрылся, желая устроить мне отповедь.

Однако я опередил его, бросив взгляд на электронные часы, висящие на стене:

– Без одной минуты одиннадцать. А вы, ваше сиятельство, назначили совещание на одиннадцать? Значит, я удивительно пунктуален. Пришёл прямо вовремя.

Шестеро аристократов глянули на Корчинского. Его холеное лицо с длинным носом, широким ртом и подбородком, украшенным бородкой-эспаньолкой, на миг скривилось, словно он съел дольку лимона. В глазах же вспыхнула досада и жажда выгнать меня.

Но он бы не был приближённым государя, ежели бы не умел брать себя в руки и просчитывать свои поступки. Корчинский сообразил, что если выгонит меня, то первым, кто узнает об этом, будет император.

Посему он кивнул на свободный стул и язвительно сказал, поправив длинные тёмные волосы, над которыми потрудился косметолог:

– Присаживайтесь, Игнатий Николаевич, хоть вы и явились последним. Будто судьба Империи вас не слишком волнует.

– Волнует, – спокойно ответил я, усаживаясь. – Так волнует, что я даже добыл сведения, благодаря которым мы здесь все и собрались.

Шестёрка аристократов недовольно глянула на меня, словно я макнул их рожами в дерьмо.

Ну и ладно. Они же и так настроены против меня.

– Не сведения, а лишь догадки, основанные на догадках, – желчно поправил меня Корчинский, сцепив тонкие пальцы. На них сверкнули золотые перстни-артефакты.

Пуговицы из такого же металла украшали его роскошный красный костюм-тройку с вышитым на нагрудном кармане княжеским гербом.

– Игнатий Николаевич, ежели вас не затруднит, поведайте нам, что вам удалось узнать от демона в локации «Небесный замок», – подал голос восседающий справа от князя седоусый дворянин с уродливым шрамом на лысине. – Да, мы все читали отчёт, но хотелось бы всё услышать собственными ушами, так сказать, из первоисточника.

– Что ж, почему бы и не рассказать? – проговорил я, откинувшись на спинку стула.

Тот стоял дальше всех от князя, будто я был самым младшим по статусу, но меня это ни капельки не смущало. И это явно слегка раздражало князя. Он-то думал, что меня подобное отношение разозлит. Но не место красит человека, а человек – место.

Потому я без всяких проблем спокойно и подробно поведал, что произошло в локации «Небесный замок».

Вот только после моего рассказа аристократы начали недоумевающе переглядываться и скептически перешёптываться, косясь на меня как на лжеца, обещавшего чудодейственное средство от морщин, а по факту это оказалась мазь от геморроя.

– Что вас смущает? – вскинул я бровь, беззаботно разглядывая ногти.

– Кхем, – кашлянул в кулак всё тот же седоусый, сидя возле презрительно усмехающегося Корчинского. – Наверное, я выскажу всеобщее мнение, но его сиятельство прав, вы добыли не сведения, а лишь догадки. Вы сделали вывод о том, что враги атакуют Ратиборск лишь по поведению пленённого вами демона, по его взгляду, мимике. Этого мало…

– Простите, Игнатий Николаевич, а у вас есть диплом физиогномиста, специализирующегося на мимике демонов? – подал голос какой-то рыжий хрен, пряча насмешливую улыбку.

Князь испустил смешок и тут же прикрыл рот ладонью, всем видом показывая, что ему стыдно за свою несдержанность. Но на самом деле ему было так же стыдно, как лисе, укравшей курицу из сарая.

– Ежели вы думаете, что такие дипломы существуют, то вы, наверное, верите и в крылатых пони? – с усмешкой посмотрел я на рыжего.