Текст книги "Локки 8. Потомок бога (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

– Не смей. Даже не смей открывать рот. Ты всё знал… и молчал.

Она резко схватила Павла и Александра за руки и поволокла их прочь.

Громов-старший несколько мгновений постоял, потом опустил голову и пошёл следом.

Они быстро скрылись за поворотом коридора, оставив меня наедине с Тахрир и моим родным телом.

– Если честно, чего-то подобного я и ожидал. Был к этому готов. И даже не жалею, что позволил Громову рассказать им всю правду, – произнёс я вполне искренне, посмотрев на стражницу.

– А мне расскажешь правду? Мы ведь теперь скованы клятвой на века. И мне следует узнать тебя получше, – проговорила Тахрир, облизав сочные губы, на которых всё ещё поблёскивали капельки крови магов.

– Расскажу, – пообещал я и заметил, как взгляд стражницы метнулся куда-то мне за спину.

Я резко обернулся, ожидая увидеть какого-нибудь врага или, на худой конец, Лидию с кухонным ножом, несущуюся на меня с криком «за веру и сына». Но это оказался Павел.

Он, весь в слезах, подскочил ко мне и крепко обнял. Вот этого я, признаться, не ожидал.

Губы у него дрожали, а голос был пропитан волнением:

– Ты навсегда останешься моим братом…

Он обнял меня ещё крепче, стиснув так, будто хотел оставить на память отпечаток. А потом резко развернулся и кинулся прочь, услышав сотрясший дом вопль матери:

– Павел! А ну сюда!

– У меня сейчас слёзы навернутся, – с ухмылкой протянула Тахрир и демонстративно провела пальцем под глазом, будто вытирая выкатившуюся слезинку.

– А мы, похоже, можем сработаться, – с удивлением сказал я, подметив в её голосе ехидство, которое в определённых дозах всегда было мне по душе. – А теперь посторожи мои тела. Мне нужно кое с кем поговорить.

Стражница кивнула. А я закрыл глаза и нашарил в глубине, в самом дальнем углу, трусливо забившуюся душу прежнего владельца этого тела.

Разговор с ним вышел короткий и не особо содержательный. Он, естественно, вывалил на меня всё, что знал. Мол, была некая засекреченная ячейка ярых поклонников Тира Ткача реальности. И в какой-то момент к ним неожиданно пришёл жрец. Представился посланником из Пустоши, якобы от самого бога. Передал артефакты, ткнул пальцем в цель, то бишь в меня, и раскрыл кое-какие мои секретики, после чего приказал уничтожить. А потом так же внезапно растворился.

Естественно, ребята-киллерята поверили ему. Видимо, жрец был весьма убедителен. Да и артефакт, способный спеленать бога, прямо скажем, весомый аргумент. Вот они с радостью и взялись за дело. Придурки.

Получив нужную информацию, я снова вернулся к управлению телом и уселся на подоконник, задумчиво глядя в окно.

Моя насквозь подозрительная душа буквально кричала, что заказ мог поступить вовсе не от Тира. Кто угодно мог притвориться его жрецом.

Зачем Тиру всё это? Мы же буквально только что с ним разговаривали. Для чего? Проверка? Ну так и Древний мог устроить проверку. И вообще, жрецом мог назваться кто угодно, хоть какой-нибудь недобитый поклонник Маммоны. Или кто-то ещё более изобретательный.

Причём, что самое обидное, этот жрец не оставил после себя вообще никаких зацепок. Ни имени, ни точки встречи. Даже лица никто не видел, он скрывал его всё время. Хотя рожу можно и подделать, да и тушку надеть любую. Сегодня ты почтенный старец, а завтра – жрица любви.

Единственное, что, возможно, приведёт меня к нему, – это камень, тот самый артефакт, обездвиживший моё оригинальное тело.

Я вытащил артефакт из кармана и ещё раз взглянул на него. Да, прежде мне действительно не доводилось видеть подобных вещей. Даже не знаю, как он работает.

А если я его заряжу, он не бабахнет, как ядерная бомба? Или бабахнет?

Чую, с артефактом после его зарядки точно случится что-то непоправимое, потому-то жрец и сказал киллерам, что такой финт ушами надо проделать в крайнем случае, ежели что-то пойдёт не так.

Видимо, жрец хотел сохранить артефакт, но в то же время был готов и пожертвовать им лишь бы избавиться от меня.

Я показал камень Тахрир и спросил:

– Видела когда-нибудь нечто подобное?

– Нет.

– Что ж, тогда покажу его кое-каким другим существам, – решил я и отправил артефакт в карман брюк своего родного тела, а затем переместился в него.

Повёл плечами, потрогал кончик острого уха и мрачно уставился на юнца, получившего власть над своим телом.

– Я… я… – начал в ужасе заикаться он, а затем ринулся прочь.

Он споткнулся о кости, упал на ковровую дорожку и дальше помчался как зверь – на четырёх конечностях, а если быть еще точнее – на четвереньках.

Конечно, паренёк понимал, что после всего им затеянного я просто не могу оставить ему жизнь. Потому-то он тоненько подвывал от ужаса, звал маму и через плечо бросал на меня пропитанные всепоглощающим страхом взгляды.

– Фас, – приказал я Тахрир, кивнув на мага.

Стражница рванула с места, и двумя точными взмахами отросших когтей смахнула голову с его плеч. Она упала на ковровую дорожку, раззявив рот в немом крики. А безголовое тело грохнулось рядом, толчками выплёскивая рубиновую кровь из шеи.

Тахрир же снова метнулась в тень, не успев получить урона от солнечных лучей, льющихся из окна.

Жестоко ли я поступил с юнцом? Каждый ответит по-своему. Но куда деваться? Если не наказывать таких уродов, то уже завтра меня даже крысы из Гар-Ног-Тона раком поставят.

– Ладно, дорогуша, пора возвращаться домой, – поднял я с пола камень-артефакт, служащий вместилищем для Тахрир. – Если ты, конечно, не хочешь закусить этим безголовым.

– Пожалуй, обойдусь. Я слежу за фигурой, – усмехнулась она, стиснув ладонями тонкую талию. – Пока.

Стражница втянулась в артефакт.

А я активировал кубок-портал и перенёсся в Гар-Ног-Тон. А там меня ждал сюрприз…

Глава 17

Очутившись в городе хаоситов прямо на центральной площади, я сразу заметил гору деревянных ящиков, поставленных друг на друга. Возле них суетились зверолюды – перетаскивали их, увозили на телегах и перекрикивались, как заправские грузчики.

– Вот это сюрприз… – пробормотал я себе под нос, подойдя ближе и разглядев на ящиках выжженные гербы Огневых и Беловых.

Похоже, это были первые поступления от глав этих родов. И как-то так уж вышло, что товары прибыли в город одновременно: в жаркий, сука, полдень, когда солнце изо всех сил пыталось испепелить всё живое в Пустоши.

– Грузи, грузи! – раздался зычный голос Шилова, что-то чиркнувшего карандашом в блокноте.

Стоящий рядом с Рафаэлем Игоревичем зверолюд тут же перевёл его слова своим сородичам. Те немедля подняли проверенный Шиловым ящик, водрузили его на телегу и покатили прочь.

– Работа идёт? – спросил я, подходя к Рафаэлю Игоревичу, рядом с которым с задумчивым видом стояли Илья и баронесса Огнёва.

– Идёт, – задорно ответила девушка вместо Шилова.

– А ты чего вся едва не светишься от счастья, словно уже опрокинула мир в тартарары и приблизила царство Зла по всей земле?

Та не удержалась и улыбнулась во весь рот:

– Отец меня похвалил. Более того, сказал, что гордится… и даже благословил на то, чтобы я помогла Гар-Ног-Тону обрести черты имперского города.

– Он рад тому, что ты в Пустоши среди хаоситов, без удобств и с сомнительными шансами избежать диареи? А ты не думала, что твой отец просто хочет избавиться от тебя?

На лоб девушки набежала тень, но спустя секунду она махнула рукой и фыркнула:

– Тебе не удастся испортить моё настроение.

В этот миг один из ящиков выпал из лап зверолюдов и грохнулся на грязную брусчатку площади. Дерево не выдержало – треснуло, и изнутри выкатилась пара бутылок вина. Одна разбилась, образовав ароматную алую лужицу, а вторая со звоном подкатилась прямо к моим ногам.

– А это ещё что? – спросил я, указав пальцем на бутылку. – Кто заказал?

Илья слегка побледнел и, вжав голову в плечи, выдавил:

– Я.

– Ай ты молодец. Дай тебя обниму, – радостно проговорил я и тут же облапил парня, быстро наливающегося естественным цветом.

Я поднял бутылку, выудил из ящика ещё парочку и, повернувшись к Огнёвой, показал ей добычу.

– Отметим то, что твой отец наконец-то тобой гордится?

Та на секунду задумалась, а потом не слишком уверенно проронила:

– Ну давай.

– Отлично, – повеселел я и с вожделением посмотрел на вино.

После того что произошло в доме Громова, мне определённо надо было выпить.

– Ладно, пойдём. Я хоть на часок спрячусь от этого пекла, – проговорила баронесса и первой двинулась к дому, стоявшему по соседству с халупой, где временно обитали старики-изгои.

Жилище имперцев выглядело не лучше, чем у троицы братьев. А может быть, и хуже. Вполне вероятно, что однажды они могут проснуться не в своих кроватях, а под завалом.

– Надо бы вам куда-нибудь переселиться, – пробормотал я, почесав висок.

– Ого! – удивлённо протянула мулатка, вскинув бровь. – Неужели ты проявил каплю заботы?

– А как иначе? Я ведь должен защищать свои активы. А вы – мой актив.

Девушка помрачнела, глянула исподлобья и глухо произнесла:

– Выходит, люди для тебя – это просто активы? Пешки в игре? Те, кем ты можешь воспользоваться, чтобы добиться своих целей?

– Не все. Далеко не все, – спокойно ответил я, глядя на неё. – Если ты хорошенько посмотришь на мои поступки, то заметишь, что некоторых людей я действительно очень ценю.

– И не только людей, – с кривой усмешкой произнесла она, – но и зверолюдов. Особенно некую Рысь. Помнишь такую?

– И кто тебе рассказал о ней? – спросил я, прищурившись.

– Неважно. Но я догадываюсь, за что ты её ценишь, – буркнула она и буквально выхватила у меня из рук бутылку вина.

Проворно сорвала печать, открутила пробку, сделала несколько глотков и шумно втянула воздух через ноздри, будто закусывала той вонью, что царила повсюду в этом городе.

– Сурово, – оценил я, покачав головой.

Она хмыкнула и вошла в дом, соблазнительно покачивая бёдрами, скрытыми сарафаном.

Я прошёл следом, мысленно отметив, что жилище действительно напоминает халупу стариков-изгоев: такая же грубая мебель и прилипшая к дощатым, грязным полам шерсть. Но при этом комнаты оказались на удивление просторными.

В одной из них мы с мулаткой и обосновались – за круглым деревянным столом, изрезанным глубокими царапинами, будто об него точила когти тигрица.

Я поставил на стол бутылки и с извиняющейся улыбкой бросил хмурой девушке:

– Придётся без закуски.

– Так даже лучше, – ответила она и снова приложилась к бутылке. – Еда в этом городе отвратная.

– Что ж, расскажи, как поговорила с отцом. Нельзя же пить в молчании, будто мы кого-то поминаем, – предложил я и протянул руку.

Девушка молча вложила в неё бутылку и медленно повернула голову к окну. Взгляд её стал слегка затуманенным, а между бровями пролегла неглубокая морщинка.

Она вздохнула и начала рассказывать.

Я же в порыве редкой самоотверженности проявил максимум тактичности, засунув свою иронию и сарказм куда подальше.

Возможно, именно из-за отсутствия моих едких комментариев девушка довольно быстро избавилась от некой зажатости и заговорила куда искреннее. Порой даже смеялась.

И она не переставала пить вино большими глотками, словно собиралась напиться в кратчайшие сроки. Уж не знаю, что тому было причиной, но останавливать её я не собирался. Да и сам пил не хуже.

– Что-то совсем жарко стало… – пробормотала баронесса, принявшись обмахивать раскрасневшееся лицо ладонью.

– И не говори, – поддержал я её, снимая с себя многострадальный пиджак.

Сорочка, оставшаяся на мне, облепила мышцы чуть ли не как водолазка.

Девица скользнула взглядом по моему телу и неожиданно призналась:

– Слушай, а эта тушка мне нравится даже больше, чем тело Громова.

– Ты погляди, – картинно изумился я. – Неужели тебе нравилось тело Громова? Вот так сюрприз.

Она смешалась и отвела взгляд хмельно поблёскивающих глаз, словно только сейчас сообразила, что ляпнула. Даже дыхание участилось, из-за чего грудь принялась соблазнительно вздыматься под сарафаном.

Мне подумалось, что она сейчас всё сведёт к шутке, но та вдруг тихо спросила:

– Скажи, ты сильно расстроишься, если узнаешь, что Белова вроде как согласилась, чтобы отец нашёл ей жениха?

– Нет, – ответил я не задумываясь. – Наоборот, я буду рад за неё. Битва в Пустоши показала, что она, конечно, невероятно крутой маг, сильная женщина, но война, смерть и кровь – это всё не для неё. Её – это выводить из себя будущего мужа, крутить им, как брелоком на пальце, заставлять скрежетать зубами от ревности, а самой блистать на балах.

Девушка слабо улыбнулась и согласно кивнула, потревожив отросшие тёмные волосы.

– Если для Беловой балы, то что для меня?

– Для тебя? – задумчиво повторил я и скользнул по её точёной фигурке внимательным взглядом.

Баронесса рефлекторно выпрямилась, расправив плечи, и сарафан на её груди натянулся, обрисовав ореолы сосков.

– Не знаю, – пожал я плечами. – Ты всё время стремилась, чтобы тобой гордился отец. И вот он гордится тобой. А что дальше? Какие у тебя цели? Я не знаю. А ты?

Огнева задумалась, сделала глоток и ещё раз посмотрела на меня, после чего её губ внезапно коснулась задорная улыбка.

– Поживём – увидим. А пока моя цель – прикончить вот эту бутылку и как следует выспаться. А то, знаешь ли, в последние дни у меня совсем не складываются отношения со сном: зверолюды под окном рычат, крысы пищат…

– Да, понимаю тебя. Даже наши с тобой отношения, наверное, лучше, чем твои со сном.

Девушка хохотнула, мы чокнулись бутылками и ещё отпили.

Она встряхнула волосами и прямо, безотрывно посмотрела на меня омутами карих глаз, в которых невозможно было не утонуть. Они затягивали и манили. У меня аж в горле всё пересохло, а сердце забарабанило в груди.

Я даже сам не заметил, как потянулся к ней губами, а она не отпрянула. Ответила.

Наш поцелуй не продлился долго, а закончился моей ироничной шуткой, произнесённой хриплым шёпотом:

– Вот я и нашёл себе закуску.

Баронесса исторгла лёгкий смешок и запустила ладонь в мои волосы на затылке. Поцеловала снова – жарко, страстно, словно прямо сейчас сбросила с себя оковы и шелуху цивилизации. Будто все барьеры, что прежде её сдерживали, растаяли в пылу этих дней, прожитых в городе зверолюдов. Казалось, что она стала немного дикаркой, выпустив наружу звериные инстинкты.

А я, прямо скажем, никогда не страдал излишней стеснительностью, потому цапнул ещё пару бутылок, подхватил лёгкую, как дым от пепелища, девушку на руки и отнёс в соседнюю комнату на довольно большую кровать.

В следующие полчаса кровать познала весь жар нашей страсти и несколько капель вина, пролитых на неё Огневой, постоянно прикладывающейся к бутылке.

И уже после того, как мы оба – потные, горячие и довольные – достигли финала, она положила голову мне на грудь и, еле ворочая языком, пробормотала:

– Пусть ты бог… а я всего лишь смертная… но я буду любить тебя вечно. Пусть даже… для тебя жизнь человека – это всего лишь миг… однако… я посвящу этот миг тебе…

Окончание её фразы я уже додумывал сам, поскольку она на полуслове смежила веки и тихо засопела.

– Миг можно растянуть, – пробормотал я, вспомнив императора, вкусившего молодильное яблочко.

Я провёл рукой по волосам спящей баронессе и глянул за окно. Там солнце уже перевалило через зенит, и вроде бы жара спала.

Хаоситы же без устали продолжали развозить ящики – со скрипом телег, грохотом колёс и громкими переругиваниями.

– Локки, – неожиданно раздался мужской голос от дверного проёма.

– Боги… – вздрогнул я, едва не разбудив баронессу. Хотя, если подумать, она так набралась, что её бы не разбудил и взрыв ядерной бомбы. – Хеймдалль? Какого хрена ты припёрся сюда? Иди к Хель, не видишь – я занят.

– Я уже был у неё. Она сочла моё присутствие неуместным, – серьёзно проговорил асгардец и уселся в грубое подобие кресла, покрытого грязной шкурой.

– Так чего ты припёрся именно сейчас, к тому же в броне и с топором? Не мог прийти в другой раз? Или ты ради тройничка в стиле Вальхаллы? Нет, сластолюбец, я её делить ни с кем не буду, – указал я пальцем на мулатку. – Разве что с Мареной, но это уже моя фантазия. И в ней нет места ни тебе, ни топорам, ни броне.

Лицо бога оставалось серьёзным. Брови были сведены над переносицей, а взгляд оказался тяжёлым, как у человека, принявшего сложное решение и готового заплатить за него высокую цену.

– Я долго думал, – проговорил асгардец, закидывая ногу на ногу. – Нам нужно идти в Башню. Только там мы найдём информацию о Древних.

– Хем, ты чего это… яйца отрастил, раз решил нарушить приказ Древнего? – удивлённо вскинул я брови и смерил бога оценивающим взглядом. – И судя по тому, как около тебя искривляется пространство, ты отрастил не просто яйца, а супер массивные яйца. Такие, рядом с которыми чёрные дыры кажутся бубликами.

– Локки, сейчас не время для иронии, – проронил бог, плотно стиснув зубы. Настолько плотно, что под кожей на его лице вспухли желваки. – Дело серьёзное. На кону может стоять нечто большее, чем просто наши жизни и души.

– Да, возможно, ты прав, – посерьёзнев пробормотал я и добавил: – Наверное, нам действительно следует сходить в Башню.

Авось мне помогут знания Иврима, уложившиеся в моей голове. Ведь благодаря им я уже нашёл зал с Древними, чьи тела и сила питали Башню. Весьма вероятно, что мне удастся найти и какое-то подобие библиотек, содержащих сведения о Древних.

Пока же я осторожно убрал со своей груди голову баронессы и сдвинул ногу, которую она по-хозяйски закинула на меня.

Поднявшись с кровати, я быстро оделся, нисколько не смущаясь присутствием Хеймдалля.

– На вот, посмотри, – протянул я ему тот самый артефакт-кубик с огромным количеством граней, который утром превратил моё родное тело в живую статую. – Ты видел что-то подобное прежде?

Бог взял артефакт двумя пальцами и поднёс к глазам. Несколько секунд изучал, едва не облизал, а потом удивлённо проговорил, дёрнув головой:

– Нет, за все века своей жизни я не встречал ничего подобного. Однако я чувствую отголоски божественной энергии Хаоса, что прежде обитала в этом артефакте. Его явно заряжал бог Хаоса.

Хеймдалль вопросительно посмотрел на меня, изогнув бровь, словно спрашивал, где я взял эту штуку.

– Потом как-нибудь расскажу, – отмахнулся я, забирая у него артефакт. – А ты не можешь конкретно сказать, что за бог мог напитать его энергией?

– Ты слишком много от меня хочешь, – скривился он. – Уже само по себе большое чудо – что я сумел почувствовать отпечаток силы. На это, знаешь ли, способен далеко не каждый бог. Даже опытный.

– Благодарю, – бросил я асгардцу и вернул артефакт в карман.

Неужели его хозяин всё-таки Тир Ткач реальности? Слова бога указывали именно на него. Впрочем, это ещё не стопроцентное подтверждение вины Тира. Надо разбираться дальше.

– Локки, нам нужно немедленно идти в Башню. Я чувствую, что время утекает, – произнёс Хеймдалль, проводив взглядом артефакт.

Ему явно было любопытно узнать его подноготную, но он усмирил своё любопытство.

– В принципе… – задумчиво протянул я, почесав в затылке, – можем отправиться и прямо сейчас. Однако вдвоём мы будем слишком долго рыскать среди знаний Древних, если, конечно, вообще их найдём. Ты же помнишь, сколько табличек было в той комнате, где ты безответственно лапал шар, который в итоге и перенёс Башню сюда? Их там были сотни. Нам потребуются помощники.

– Кого ты хочешь взять с нами?

– Увидишь, – загадочно ухмыльнулся я. – Это отличные ребята: весёлые, энергичные, удалые. Пойдём, познакомлю тебя с ними.

Я отвёл асгардца в дом по соседству, где на кухне обнаружил стариков-изгоев. Те воззрели на нас, держа в руках помятые кружки с грибным варевом, чей земляной запах ударил мне в нос, как заправский боксер.

– Вот они, наши новые помощники, – торжественно указал я рукой на братьев.

– Я не вижу среди них ни весёлых, ни энергичных, ни удалых, – скептически выдал бог, оглядывая стариков. – Они больше похожи на тех, кого тебе не жалко терять.

– Вообще-то, мы всё слышим, – мрачно прохрипел Прищур, уставившись на нас одним глазом.

– Хорошо хоть у них со слухом всё в порядке, – саркастично проронил Хеймдалль.

– Господа, – обратился я к старикам. – Вас ждёт незабываемое путешествие в невероятно интересное место. Вы же очень любопытные и хотите познать мироздание? Вот в этом месте вы его и познаете. Правда, там вас могут убить, а вы ещё толком и не пожили.

– Хотя бы введи нас в курс дела, – подал скрипучий голос старик Мых и перекинул длиннющую спутанную бороду с одного плеча на другое.

– Как пожелаете, – развёл я руками и вкратце рассказал, что нам предстоит сходить в Башню, дабы найти что-то вроде библиотеки. Снова упомянул и об опасностях, поджидающих нас там.

После моих слов старики переглянулись. Слово «библиотека» их явно заинтересовало. Они же любознательные.

– Мы рискнём, – за всех ответил старик Мых.

Я благодарно кивнул и азартно сказал:

– Только нам нужно вооружиться. В Башне, скорее всего, до сих пор не работает магия, так что давайте брать факелы, сабли, топоры, доспехи – и в путь-дорогу!

Благо никто из нас не стал рассусоливаться, так что мы довольно быстро очутились возле Башни во всеоружии.

– Ну, какой-нибудь христианин сказал бы «с богом», а я скажу «с богами», – азартно проговорил я и первым вошёл в Башню, нарушая приказ Древнего.