Текст книги "Локки 8. Потомок бога (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

– Хм! – возмущённо хмыкнула Огнева, загоревшись праведным гневом. – Так муравьи не поклоняются нам. Наша сила не зависит от них. И они не строят в нашу честь храмы!

– Откуда ты знаешь? – хитро сощурился я. – Хочешь, открою тебе тайну? Все муравейники – это храмы, посвящённые людям, и муравьи в них молятся вам.

Мулатка раскрыла рот и отправила брови к нависающей надо лбом чёлке.

– Ха-ха, хорошая шутка, – пробурчала Белова и обозначила саркастичные аплодисменты.

Огнева тут же раздосадованно фыркнула и в великом смущении отвела взгляд, кляня себя за то, что на миг поверила в мои слова.

– А что дальше, Локки? Что ты будешь делать? – вдруг спросил Шилов, серьёзно посмотрев на меня.

– Планирую стать полноценным богом. Мне пока чуть-чуть не хватает до этого статуса, а потом решу часть накопившихся мелких вопросов, – честно ответил я.

Мужчина задумчиво потёр колючий небритый подбородок и произнёс, азартно сверкнув тёмными глазами-маслинами:

– А нужны ли тебе помощники?

Смертные синхронно удивлённо посмотрели на Шилова. Даже меня слегка проняли его слова.

– Ты же понимаешь, что такая роль сопряжена с уймой опасностей? – вкрадчиво спросил я, прямо посмотрев на него. – У камикадзе больше шансов выжить, чем у моих помощников.

Рафаэль Игоревич посмотрел вдаль, вдоль кривой улочки, стиснутой халупами. И на его лице появилось странное выражение, словно он смотрел сквозь стены, грязь и прохожих куда-то за горизонт, где его ждало нечто, заставляющее мужчину чувствовать одновременно боль, восторг и страсть.

– Знаете, – медленно произнёс он, хмуря лоб, – тот день, когда случилось это сражение, был лучшим в моей жизни. Я ещё никогда не чувствовал себя таким живым и… нужным.

У меня мигом родилась острота, но я проглотил её. Уж слишком она показалась неуместной. Шилов выглядел серьёзным. А другие смертные сидели притихшие и задумчивые. Каждый из них будто вернулся мыслями в ту битву и анализировал послевкусие от неё.

Однако все они встрепенулись, стоило им увидеть мчащегося по улице Сломанного рога. Из-под его копыт вылетали облачка пыли, а глаза наполнял страх.

– Твою мать, лучше бы я не приходил в сознание. Опять что-то стряслось, – выдохнул я, глянув на бегущего минотавра.

Глава 5

Сломанный рог, мчась в клубах пыли, громко заорал:

– Черти! Черти!

– Что он кричит? – взволнованно поднялась со ступени храма графиня Белова, которая, естественно, не понимала языка хаоситов.

– Надеюсь, он перепил и ему просто мерещится всякое, – пробормотал я на русском, а потом бросил минотавру на его языке: – Какие черти?

– Рогатые! Их много! Тысяча! – выпалил зверолюд, дыша тяжело и часто.

Он согнулся пополам возле ступеней храма и попытался отдышаться.

– Тысяча чертей? А во главе них некий Боярский с некой Земли? – давясь воздухом, протараторил я, не зная то ли плакать, то ли смеяться.

– Не знаю, не знаю, кто их ведёт, – с трудом просипел минотавр и сплюнул на землю вязкую слюну.

– Их предводитель в шляпе?

– Нет вроде бы.

– Ладно, хоть одна хорошая новость. А где ты их видел?

– Разведчики донесли, что они через полчаса появятся неподалёку от города, – хрипло проговорил Сломанный рог, со стоном выпрямился и вытер блестящие губы.

– Отлично. Значит, у нас есть время. Свистай всех наверх, то бишь оповести всех наших воинов. Большую часть отведи к месту появления чертей, а остальных рассредоточь вокруг города. Фенрир их знает, может, это отвлекающий манёвр – показать нам тысячу чертей, чтобы какая-нибудь сотня рогатых с другой стороны проникла в беззащитный город и устроила тут резню, пока все воины будут пялиться на тысячу хвостатых.

– Ох! – выдохнул минотавр, явно не ожидавший такого коварства от чертей.

Он со всех копыт помчался прочь, оставив после себя лишь тяжёлый запах кислого пота и свалявшейся шерсти.

– Что происходит? – с тревогой спросила у меня Огнева, тоже поднявшись со ступеней, как и остальные смертные.

– Черти идут, – задумчиво ответил я, мысленно костеря этих тварей.

Вот не могли они подождать до завтра? У меня, блин, в комнате сидит Семаргл, чья кровь сделает меня богом, а я вынужден тянуть с этим благим делом из-за всяких мелочей. Ах-х, пожри их всех Хель!

– Черти? – удивлённо вскинула брови Белова. – Это такие маленькие вертлявые существа с картинок, похожие на поросят с копытцами?

– Нет, те черти, что идут к городу, скорее всего, их старшие братья. Мне уже доводилось сталкиваться с ними, и смешного в этом было мало. Хотя, признаюсь, звучит всё это забавно, – улыбнулся я и почесал в затылке. – Знаете, Пустошь временами бывает чем-то вроде детской сказки, населённой кошмарами, где Колобок ходит в лисьей шкуре, а у Красной Шапочки багровый берет и плащ, подбитый волчьим мехом. Так, ладно, что-то я отвлёкся. Вы со мной или тут насладитесь чудесным полуднем?

– С тобой! – в один голос выдохнули смертные.

Мы впятером пошли по улице, а над городом уже разносился дребезжащий колокольный звон, оповещающий жителей, что враг на пороге.

Признаться, звук был довольно мерзким. У меня аж глаз дёрнулся.

Шилов же болезненно скривился, будто у него зуб заболел, а затем подошёл ко мне и прошептал, пытаясь скрыть волнение:

– Я бы хотел вернуться к предыдущей теме. Так ты возьмёшь меня в помощники?

– Ну, ежели ты хочешь расстаться с жизнью, то, конечно, я тебе не откажу, – отвлечённо проговорил я, попутно мысленно сетуя на то, что вокруг Гар-Ног-Тона нет крепкой городской стены. Даже какого-нибудь захудалого забора нет. Заходи кто хочет. Да ещё и воинов в городе наверняка кот наплакал, а то и меньше. А этих рогатых тысяча.

– Ты же знаешь, что помощникам обычно платят? – попытался заглянуть мне в глаза Рафаэль Игоревич.

– Чего ты хочешь? Не мнись, говори, – покосился я на него, пока остальные смертные шагали позади нас.

– Помнишь мою бывшую жену Маргариту? Ту, что пропала в Петрограде, и её так и не нашли? – глухо произнёс мужчина и отвернулся, чтобы скрыть лицо, на которое выплеснулась чашка обжигающих страданий. Таких, что похожи на ноющую боль, то затихающую, то просыпающуюся с новой силой, когда аж выть хочется от бессилия, срывая голос и закрывая лицо подушкой.

– Ага, – скупо ответил я, прекрасно помня, как её телом завладела одна мерзкая особа по имени Дагра, решившая устранить меня из-за некоего пророчества.

– Ты бы не мог спросить у богини Марены – в её ли царстве Маргарита? – сдавленно произнёс Рафаэль Игоревич, глядя только себе под ноги.

– В её, – уверенно сказал я, прекрасно зная, что случилось с бедной женщиной.

– Точно? Откуда тебе известно⁈ – резко повернул ко мне голову мужчина и до боли закусил нижнюю губу.

– Уже спрашивал, – соврал я.

– А… а как-то… э-э-э!.. – почти бессвязно с жаром выпалил он, но тотчас замолчал, несколько раз глубоко вздохнул, успокаивая несущееся вскачь сердце, после чего почти спокойно произнёс: – Как-то можно вернуть Маргариту к жизни? Я готов обменять свою жизнь на её. Богиня Марена согласится на это, если ты её попросишь?

Шилов сглотнул и уставился на меня с такой надеждой, что у меня аж сердце дрогнуло. Так, отчаявшиеся, уже все перепробовавшие люди смотрят на небеса и ждут чуда, понимая, что только оно может им помочь.

– Я поговорю с ней. Но сразу скажу, не питай ложных иллюзий. Есть законы, которые неспособны обойти даже боги.

Рафаэль Игоревич кивнул, принимая к сведению мои слова, но надежда из его глаз не ушла. Она продолжала жить в них, даже когда он отстал, а его место занял лысеющий маг.

– Давай быстрее, – бросил я ему, заметив, как нерешительно мнётся мужчина, постоянно приглаживая редкие пегие волосы, сквозь которые прекрасно была видна загорелая кожа.

– Мне бы в империю вернуться, господин Локки, – смущённо улыбнулся тот. – Я не прошу многого. Хотя бы укажите мне направление, куда идти. Попробую добраться сам.

– Ты никуда не пойдёшь, Илья. Тебя же Ильёй зовут?

– Да, – сглотнул тот.

– Так вот, Илья, ты слишком много знаешь…

– Вы меня убьёте? – выдохнул мужчина и судорожно потёр горло, будто уже почувствовал впившуюся в него грубую верёвку виселицы.

– Хуже… – оскалился я, мрачно сверкнув глазами. – Я сделаю из тебя учителя.

– У-учителя? – проблеял он.

– Ага. Ты наверняка заметил, что местные практически не знают русского языка. Надо бы их обучить. Ты этим и займёшься. А я тебе заплачу.

– Сколько? – заинтересовался тот, мигом успокоившись, поняв, что смерть ему не грозит. А то мужчине явно было обидно умереть сразу же после того, как он пережил такую кровопролитную битву.

– Тебе хватит. Год-другой здесь поработаешь учителем, потом отправишься на родину. А императору я скажу, что ты здесь у меня трудишься, дабы тебя не посчитали погибшим или дезертиром.

– А я могу отправить весточку жене?

– Конечно. Более того, ты можешь пригласить её сюда.

– Да вы что! Тут и так не курорт, а если ещё жена… – испуганно замахал руками аристократ. – Нет уж, я лучше один, так комфортнее будет. Я, в общем-то, из-за неё снова в армию и пошёл.

Он хотел сказать что-то ещё, но резко осёкся, увидев клетки, полные хмурых зверолюдов, покрытых запёкшейся кровью, гематомами и синяками. Все они были в рваной одежде и проклинали солнце. То нещадно допекало их, поскольку здоровенные клетки стояли прямо на улице возле стены ещё крепкого дома из жёлтого песчаника.

– Пленные? – бросил я подтянувшейся при виде меня женщине с копьём.

Ещё парочка таких же стражниц сидела в тенёчке под навесом. Но они мигом вскочили и приняли бравый вид, заметив меня.

Никого из мужчин поблизости не оказалось. Видимо, всех выгреб Сломанный рог.

Колокол перестал рвать барабанные перепонки, а это значит, что все бойцы уже были подняты на ноги и отправлены на боевые посты.

– Они, – с почтением ответила зверолюдка, беззастенчиво и с любопытством рассматривая моих спутников. – В подвалах уже нет места. Вот Сломанный рог и приказал определить их в клетки.

– Накройте клетки чем-нибудь, а то они все помрут. И дайте им воды. А Сломанному рогу передайте, чтобы он организовал им помывку, – проговорил я, прикидывая, что кто-то из этих пленников вполне может поступить ко мне на службу.

Правда, пока они весьма злобно зыркали на меня, но не без страха и уважения, а где-то даже со священным трепетом. Им ведь уже сказали, что я сын Сварга, победивший своего отца.

– Будет сделано, – заверила женщина, тревожно поглядывая на меня и словно к чему-то прислушиваясь.

Её товарки тоже взволнованно блестели глазами, да постоянно поворачивали головы в сторону Великого Болота.

– Дамы, не переживайте, мы одолеем чертей, – понял я причину их тревоги.

– Говорят, их много, – облизала губы зверолюдка.

– Ну, значит, у нас рогов, копыт и хвостов будет в достатке.

– Они спалят дотла ваш поганый городишко! – вдруг яростно зарычал один из пленных хаоситов, схватился руками за прутья клетки и просунул между ними часть волчьей морды. С его клыков капала слюна, а зенки полыхали как угли. – Месть! На вас обрушится месть верных слуг Сварга! Никогда вы не будете жить в покое! Ваши кишки вырвут из животов, проломят грудные клетки, а из черепов сделают чаши! Мы будем пить из них брагу и ждать возрождения нашего господина.

– Что он кричит? – нахмурилась Белова, взведясь как курок.

Она явно готовилась применить магию, если случится что-то эдакое.

– Восторгается твоей красотой, – на русском сказал я ей, а женщинам бросил на языке Хаоса: – Крикуна надо удалить. Мне такие не нужны. Его слишком долго перевоспитывать. Мы поняли друг друга?

– Да, господин, – ответила одна из стражниц.

Я благодарно кивнул ей и заторопился дальше. Вряд ли черти окажутся настолько воспитанными, что будут ждать меня у границ города.

К счастью, когда наш маленький отряд добрался до последних домов Гар-Ног-Тона, черти ещё не появились. Зато здесь во множестве громко переговаривались взбудораженные зверолюды, готовые до конца сражаться за свой город. Они потрясали оружием, скалили клыки и сверкали глазами. А моё появление встретили громовым рёвом.

– А тебя здесь любят, – удивленно заметила Огнева, стоя подле меня в толпе хаоситов.

– Пришлось потрудиться, чтобы завоевать всенародную любовь. Аж пару дней на это потратил, – иронично произнёс я, оглядывая бойцов.

Среди них были и Крушитель, и жрица Бурая, и Сломанный рог. А чуть в стороне стояли старики-изгои, прямо между домами, построенными так, чтобы их задние глухие стены смотрели на болото.

И я только сейчас понял, что дома представляют собой некую крепостную стену. Причём из города выходило не так уж много дорог, посему если их перекрыть баррикадами, то действительно получится своеобразное укрепление, обороняющее Гар-Ног-Тон. Однако сейчас на это уже не было времени.

Среди чахлых деревьев появились сотни пока ещё плохо различимых силуэтов. Они шли по раскисшей, чавкающей почве, порой скрываясь в зелёных испарениях, поднимающихся над болотной водой, наполняющей влажный тяжёлый воздух вонью тухлых яиц.

Белова аж скривилась и прижала ладошку к точеному загорелому носу.

– Что, не нравятся тебе запахи природы? – бросил я, стоя между домами в обществе имперцев, Сломанного рога и ещё десятка зверолюдов. Остальные бойцы заняли позиции на других улицах.

Графиня кисло посмотрела на меня. А минотавр пробасил, поудобнее перехватив топор:

– Нападём первыми?

– Нет уж, будем стоять в обороне. Так проще сражаться. Чертей-то раза в два больше, чем нас.

– А они крупные, – завистливо вздохнул щуплый, но остроглазый зверолюд, одним из первых разглядев визитёров.

Однако всего через пару минут и остальные рассмотрели непрошеных гостей. Они ничем не отличались от того чёрта, который мне повстречался в Башне. Рогатые, хвостатые, с копытами и рылами с пятачками. Разве что эти оказались чуть поменьше, но всё равно статью не уступали Сломанному рогу. Да ещё они могли похвастаться кое-какой кожаной бронёй и копьями.

– Мы их одолеем, – уверенно сказал минотавр, глядя на чертей, замедливших шаг.

Они не торопились выходить из-под прикрытия пусть и чахлых, но всё-таки деревьев. Твари застыли на границе открытого пространства, отделяющего болото от города. Они выстроились в подобие нескольких шеренг, издавая противное громкое блеянье, перекрывшее все прочие звуки. Мы как будто попали на огромный скотный двор.

– А если среди них есть маги? – бросил я Сломанному рогу.

– Ты их убьёшь, – ответил тот без всяких сомнений в голосе.

– А, ну да, точно. Что это я глупые вопросы задаю?

– И часто тут такое? – спросил у меня будущий учитель Илья, облизывая губы.

– Каждую пятницу, так что скучать не придётся, – усмехнулся я.

– Они без стягов. Непонятно кому служат, – заметил всё тот же остроглазый зверолюд, поглядывая на беснующихся чертей. – А в ту пятницу никто на город не нападал.

– Ты знаешь, что такое юмор? – спросил я и тут же осёкся, взметнув брови выше макушки. – Ты понимаешь русский⁈

– Ага, – ответил тот. – Только говорить на нём не могу.

– Ну, тоже неплохо. Будешь помогать вот этому человеку, – указал я на Илью. – Он будет обучать горожан русскому языку.

Я шустро познакомил зверолюда с Ильёй, чуть не срывая голос, дабы перекричать блеянье чертей. А затем вдруг все звуки перекрыл драконий рёв, но не громогласный, а какой-то пока ещё тоненький, нежный и звонкий.

– Апофис пожаловал, – глянул я вверх.

К нам снижался дракончик, точнее, наверное, уже молодой дракон. Он теперь размерами напоминал быка с крыльями. Сила Сварга придала ему хороший рост.

Апофис уселся на конёк ближайшей крыши и принял горделивую позу, изогнув шею и расправив чёрные крылья. Чешуя, словно тёмное золото, отражала солнечные лучи, а взгляд торопливо бегал по зверолюдам. Мол, все ли увидели его? Все ли впечатлились?

– Красавец, жених! – бросил я ему.

– Как вырос-то! – ахнула Огнева. – Настоящий дракон. Гроза небес.

Апофис проигнорировал наши комплименты, будто не слышал их. Но его глаза довольно заблестели.

– Как-то маловато противников! – прорычал он, снисходительно глядя на чертей. – Надеюсь, это арьергард большой армии?

– К счастью, нет, – ответил Сломанный рог и спустя миг увидел, как из-за спин врагов вышел самый крупный их представитель.

Прямо мега-черт. Он ростом и весом не уступал Крушителю. Прочие черти почтительно и даже со страхом смотрели на него. А тот двинулся в нашу сторону как уверенный в себе танк. Его чёрные, словно обугленные рога загибались назад, в красных глазах полыхало дикое пламя. Свирепую морду уродовали десятки шрамов, а мускулистое тело скрывали будто выкованные из тьмы доспехи. Их кое-где покрывали зарубки и вмятины, намекая, что они прошли не через одну жестокую битву. Думаю, и выглядывающая из-за спины монстра глефа оборвала немало жизней и вкусила море крови.

Да ещё гигант был магом. Я ощущал это так же ясно, как тишину, установившуюся вокруг. Казалось, даже птицы, звери и насекомые внимательно наблюдают, как чёрт упругой походкой идёт в мою сторону. Он кривил в усмешке тонкие губы, между которыми хищно блестели зубы, подпиленные для устрашения врагов.

– Сейчас вызовет тебя на поединок, – сказал мне минотавр, когда чёрт бесстрашно остановился в пяти метрах от первых домов города.

– Серьёзный противник, – мрачно протянул остроглазый зверолюд.

– Кто из вас сын Сварга⁈ – громко выдал монстр – и это уже было не блеяние, а трубное, хриплое и одновременно басовитое нечто, словно вылетевшее из трубы, ведущей прямиком в Ад.

Я молча двинулся навстречу чёрту, слыша за спиной шушуканье хаоситов, принявшихся делать ставки на исход грядущей битвы.

Чёрт же слегка опустил голову, буравя меня взглядом исподлобья. И чутьё мне подсказывало, что у этого монстра в мозгах зреет что-то очень неожиданное.

Глава 6

Все напряжённо молчали: и хаоситы, и черти. Последние замерли среди покрытых жёлтой плесенью перекрученных деревьев с бородами седого мха и смотрели на своего лидера. А тот возвышался надо мной: могучий, опытный. От него буквально разило первобытной мощью, свирепой неукротимостью, кровью и потом.

Он был выше меня и тяжелее. Длина его глефы превосходила мой рост, а взгляд был таким тяжёлым, что мог дробить камни.

Однако я не стушевался, а стоял перед ним, гордо вскинув подбородок и расправив плечи. На моих губах играла лёгкая ироничная улыбка, а тело скрывал спортивный костюм. Кроссовки же резко контрастировали с жёлтыми мощными копытами чёрта.

– Чего тебе надо, рогатый? – поинтересовался я, вскинув бровь.

– Ты сын Сварга? – громыхнул тот, обдав меня смрадом из пасти.

Он смотрел на меня сверху вниз, блестя доспехами, отражающими лучи полуденного солнца.

– Он самый. Разве не видно?

– Не видно, – выдал тот, щуря звериные глаза.

– Тогда тебе надо сходить к окулисту.

Мых издал смешок, а Сломанный рог сердито шикнул на него, боясь пропустить хоть слово из нашей с чертом милой беседы.

– Ты убил Сварга? – прорычал чёрт.

– Да, была такая забава давеча. Если ты пришёл мстить или ещё по каким-то дурным причинам хочешь сразиться со мной, то давай ближе к делу. У меня два дня во рту даже маковой росинки не было, так что я уже наяву вижу, как обедаю. В общем, не трать моё время. Хочешь бросить мне вызов? Милости просим. В Великом Болоте полно места. Я прикопаю твой труп, а потом в том месте вырастут красивые цветы. Будешь всех мимо проходящих радовать.

Монстр скрежетнул подпиленными зубами, явно кое-что уразумев из моей насмешливой речи. А затем он налитыми кровью глазами оглядел чертей, хаоситов и снова уставился на меня буравящим, испытывающим взором, будто пытался напугать, заставить дрожать и робко улыбаться. Но хрен там плавал! На меня разозлённые боги смотрели такими взглядами, рядом с которыми этот кажется ласковым и нежным.

– Что ж, – процедил чёрт и вдруг под удивлённый выдох хаоситов встал на одно колено. – Я пришёл тебе служить, сын Сварга. Я и мои воины понесут твои знамёна, будут жить и умирать во имя тебя, ежели ты проявишь милость и возьмёшь нас под свою руку.

– Что происходит? – взволнованно выдала Белова, которая не понимала язык Хаоса. Впрочем, как и остальные имперцы.

Благо Шилов сообразил что к чему и произнёс:

– Кажется, этот хвостатый тип клянётся в верности Локки.

– Ого! – потрясённо выдохнула Огнева. – Это же какое усиление для его армии!

Я тоже так подумал, скрывая удивление, молнией поразившее меня после слов чёрта.

– Я принимаю вас, – пафосно изрёк я, выставив вперёд ногу и орлиным взором окинув чертей.

А те начали радостно блеять, довольно разборчиво выкрикивая: «Сын Сварга, сын Сварга!» От их воплей чуть птицы с небес не попадали. Зато бойцы Гар-Ног-Тона расслабились, поняв, что сражения не будет.

Только Апофис притворно расстроенно прорычал, хлопая крыльями:

– Ну вот, а я рассчитывал повеселиться.

– Какие будут приказы, повелитель? – прогудел вставший с колена чёрт.

– Как тебя зовут?

– Инварр, – гордо выдал тот.

– Мощное имя, – покивал я. – Ладно, давай поближе посмотрим на моих новых подданных. Кстати, кому вы раньше служили?

– Маммоне, господин.

Инварр повёл меня к радостно скачущим чертям. А те меня сразу же начали разочаровывать. Во-первых, их доспехи, грубо сшитые из разных кусков толстой чёрной кожи, оказались настолько плохого качества, что их можно было пальцем проткнуть или особо острой шуткой. А во-вторых, в первых рядах стояли наиболее рослые и широкоплечие черти, а позади них сопели в две дырочки отнюдь не такие грозные рогатые. Там даже обнаружились совсем хилые и слабые черти, которые и кочергу не смогли бы поднять. Ну и, помимо них, среди хвостатых существ присутствовали и чертихи с чертятами.

Видать, Инварр хитрее, чем кажется. Он специально поставил позади весь неликвид, а вперёд выдвинул наиболее серьёзных воинов, чтобы я, глядя на них, сразу же согласился взять под своё крыло такую силу.

Однако сейчас уже поздно было отказывать им. Я дал слово.

– Инварр, побудьте пока здесь. Мне нужно придумать, куда вас поселить. Вы же рассчитываете остаться в Гар-Ног-Тоне?

– Истинно так, – величаво кивнул главный чёрт, свирепо косясь на Крушителя и Сломанного рога, как один альфа-самец на других.

Те тоже зыркали на него отнюдь не с радушием и дружелюбием, а смотрели оценивающе, как бойцы перед битвой.

Как бы они не сцепились между собой, выясняя кто круче.

– Инварр, давай только без драк, а то у меня разговор с возмутителями спокойствия короткий, – хмуро посмотрел я на чёрта и большим пальцем чиркнул по своему кадыку.

Тот не испугался, а медленно проговорил:

– Драк не будет, если меня не станут провоцировать.

– Остановимся на первой части твоей фразы. Драк не будет, – грозно глянул я на него, сощурив глаза.

Он промолчал. Но я воспринял молчание как знак согласия и пошёл в сторону минотавра.

– Не нравится мне он, – сразу же пробурчал Сломанный рог, стоило мне подойти к нему.

– Чертям доверять нельзя, – веско прогрохотал из-под шлема Крушитель, опираясь на свой чудовищный молот.

– Нельзя пускать их в город, – торопливо продолжил минотавр, склонив ко мне голову с остатками рогов. – Иначе они сразу начнут свои правила устанавливать, а потом и вовсе обнаглеют, и нас будут учить, как жить.

– Где-то я такое уже видел, – задумчиво пробормотал я, вспоминая посещённые мной развитые миры. – Ладно, в твоих словах есть доля правды. Но конкретно сейчас потрудись найти место в городе, где их можно с комфортом разместить. Пусть хотя бы месяц-другой тут поживут, а затем придумаем, куда их переселить. Может, городок какой-нибудь поблизости для них завоюем. Но пока они будут жить в Гар-Ног-Тоне поставь кого-нибудь тишком присматривать за ними, а то мало ли что. Вдруг среди них есть маньяки, шпионы или инфоцыгане?

– Наверняка есть! – жарко выдохнул зверолюд и ревниво зыркнул на грозного чёрта, после чего взволнованно дёрнул себя за козлиную бородку. – А кто из нас будет главнее?

– Сломанный рог, ты – гражданский лидер всех существ, что ходят под моей рукой. Крушитель – боевой вожак. Но если разочаруете меня, то мигом лишитесь своих постов.

Оба зверолюда сразу стали убеждать меня, что они в лепёшку разобьются, но не подведут.

– Ладно, ладно, я вам верю. Ты мне лучше вот чего скажи, Сломанный рог. Горожане находили такие же кровавые ошмётки, как в моём храме и борделе?

– Нет, – отрицательно покрутил башкой минотавр. – Ни одного. В городе точно ничего такого не было. Ручаюсь.

– Хм, – хмыкнул я, задумчиво потирая подбородок.

Древний ушёл из моего города? Впрочем, неудивительно. Что ему здесь делать? Только если вокруг Башни ходить и песни петь, да сказки рассказывать. Но осьминогоголовый точно рано или поздно вернётся, как он и говорил Хеймдаллю.

– Что ж, – пробормотал я, глянув на минотавра. – Выполняй мой приказ. Проверю.

– Выполню, – проронил тот и с озабоченностью в глазах добавил: – А чем черти будут заниматься? Другие горожане осерчают, ежели мы просто так будем кормить тысячу ртов.

– Пусть первое время дома и дороги ремонтируют, а там я придумаю, какую им дать работу.

– Хорошо, – нехотя кивнул Сломанный рог, словно ему придётся из своих закромов кормить чертей.

Я хлопнул его по мохнатому плечу и приглашающе махнул рукой имперцам, беседующим в стороне, после чего двинулся в сторону центра города.

Имперцы быстро догнали меня и пошли рядом, расплёскивая любопытство, так и плещущееся в их зенках.

– Хотите знать, что я буду делать с этими чертями?

– Да! – в один голос ответили они.

Ну я и поведал им свой пока ещё туманный план. Да и выкатил предположение, что черти наверняка прибыли сюда не от хорошей жизни, а из-за того, что кто-то вынудил их уйти с бывших земель Маммоны.

– Разумно, – пробормотал Рафаэль Игоревич, проведя ладонью по короткостриженым волосам.

– Кстати, Шилов, твоя геройская смерть где-нибудь на поле боя или в битве с монстрами пока отменяется. Ты переводишься на другую должность.

– Какую ещё другую? – облизал шершавые губы мужчина и склонил голову вбок, как собака, услышавшая странный звук.

– Тебе нравится этот город? – издалека начал я, обведя рукой грязные халупы и чуть более чистых детей.

Они целыми стайками с гиканьем и радостными криками бежали в сторону чертей, спеша посмотреть на них. Ведь по городу, как бубонная чума, уже пронеслась весть, что рогатые принесли присягу верности сыну Сварга, а значит, их нечего бояться и можно поглазеть на них.

– Нет, – честно ответил Рафаэль Игоревич и передёрнул плечами.

– А вот надо, чтобы нравился. Ты возьмёшься за его реконструкцию. Тот милый безрогий минотавр будет тебе помогать.

– Эге-гей! – вытаращил глаза Шилов, словно я приговорил его к повешенью. – Да тут работы непочатый край!

– Работай. А я поработаю над твоей просьбой.

Мужчина сразу прекратил возмущаться и коротко кивнул, уставившись себе под ноги.

Да, наверное с моей стороны несколько бесчестно тыкать раскалённой иглой в его больное место, коим является бывшая жена Маргарита, но мне нужен результат. Причём быстрый. Нет у меня времени на уговоры.

– Ну а вы каким видите своё будущее? – спросил я у Огневой и Беловой, миновав перекрёсток, где над костром подростки-зверолюды жарили крысу.

– Я бы хотела побыстрее вернуться в империю, – первой начала отвечать красавица графиня, элегантным движением откинув со лба прядь светлых волос.

– Замечательная мысль, – одобрительно показал я ей большой палец. – А напомни-ка, чем занимается твоя семья?

– Всем понемножку. У нас есть и плодородные земли, и несколько заводов, и…

– Отлично, отлично, – перебил я девушку. – Шилов тебе сообщит, что ему будет нужно для улучшения города. И не только для улучшения. Надо бы тут какое-то производство организовать, пусть и не шибко технологичное, а то ведь в Пустоши даже обычные револьверы отказываются работать. Но, думаю, какой-нибудь кирпичный завод можно построить.

– А император не будет против того, чтобы моя семья станет сотрудничать с этим городом? – озабоченно нахмурилась девушка, попутно отогнав от лица упитанную зелёную муху.

– Нет. Я с ним уже обо всём договорился.

– Тогда я передам отцу твоё предложение.

– Прелестно. А пока подумай, куда именно в империю тебя перенести. И учти, нужно такое место, где есть кровь и смерть. Лучше всего подойдёт больница, скотобойня или что-то подобное. И ещё, если кто-то не знает, то для империи война окончена. По крайней мере, так мне сказали боги, поэтому можете смело покидать армию.

– Я так и сделаю, – проговорила графиня, устало проведя рукой по лицу. – Вернусь в родовое поместье и проведу там пару месяцев в тишине и спокойствии.

– Я тоже уйду, у меня же теперь другая… хм… работа, – пробормотал Рафаэль Игоревич.

– Отлично. Тогда я передам весточку куда надо, что вы с Ильёй уходите из вооружённых сил, – проговорил я, глянув на мужчин, а потом перевёл взор на мулатку. – Ну а что же ты, Огнева? Всё молчишь, бровки хмуришь, губу покусываешь, словно недоброе задумала. Как ты планируешь жить дальше?

– Мне нужно подумать, – проронила та, скользя по грязной улице потухшим взглядом, обращённым внутрь себя.

Я ещё раз посмотрел на неё и ускорил шаг, покосившись на солнце. Оно уже перевалило за полдень, выжигая жаром улицы Гар-Ног-Тона. Шилов шёл по ним и всё больше мрачнел, тяжело вздыхал, качая головой. А в его сметливых глазах отражался гигантский фронт работ, требующихся городу. И это ещё никто из нас не знает, какие из хаоситов работники. Может, они даже гвозди забивать не умеют. Вот тогда мы и взвоем.

Пока же наш крошечный отряд пересёк главную площадь и без стука вошёл в дом стариков-изгоев. Они в полном составе оказались на месте, и никто из них нисколько не поменялся после недавней битвы. Даже царапины не украшали их морщинистые физиономии.

– Не помер-таки, – грустно вздохнул Прищур, глядя на меня.

– Ага. Придётся тебе подождать до следующего раза, – также печально ответил я, стоя в дверях их кухоньки с потухшим очагом.

Благо, что хоть солнечный свет врывался внутрь через распахнутые окна.

– Ну, подожду, – проронил старик и глянул на имперцев, притихших за моей спиной. – А этих, чего к нам привёл?

– Зверинца-то у нас в городе нет. Вот и решил людям вас показать. Ты им рукой, что ли, помаши, а они тебе хлеба бросят, или чего ты там ешь?

Прищур стиснул зубы и обиженно засопел, раздувая крылья кривого носа.

Молчун проигнорировал мою остроту. И только Мых издал смешок, а затем серьёзно спросил, попивая что-то из кружки:

– Так чего привёл-то их?

– Ты же знаешь русский язык?

– Знаю.

– Так вот, будешь переводчиком у этих мужчин, а также нужно вот эту блондинку отправить в империю. – Я кивнул на брезгливо морщащуюся Белову, прикрывающую нос ладошкой.

Логово стариков явно пришлось ей не по душе.

А вот Огнева с любопытством рассматривала помещение. Я удивлённо покосился на неё, после чего уже более детально ввёл стариков в курс дела, всех перезнакомил, раздал приказы и вышел из дома.