Текст книги "Очень приятно, Царь! Десерт (СИ)"

Автор книги: Евгений Бергер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

– Не-не! – Вернидад поднял ладонь: – Я же говорю… Этот сигнал сильно отличался от прошлого. Он был не хаотичным… А чётким. Уверенным! Как будто, сообщение было адресовано лично нам. Понимаете?

– Повторюсь – если бы Король действительно был тут, то он бы уже давно вышел с нами на связь. – развёл руками Коул: – Это очередные происки наших врагов.

– М-м-м… – Гамма задумчиво прошёлся по переулку и постучал по стенам: – Ничего не понятно. Но очень интересно…

– Ладно. Нам тут ловить больше него. Следа нет. Сигнал растворился. Надо донести об этом Атеру-старшему. – Хома подтянул лямку рюкзака: – Мы не знаем, насколько силён наш враг.

– Скажу больше, мы, вообще, не представляем, кто они такие. – Вернидад вытащил из кармана жёлтую пачку сигарет и закурил: – Но я всем своим нутром чувствую, что это был не враг. Почему? Да, чёрт его знает… Просто, странно всё это. Да и насчёт Короля – я согласен. Если бы он был здесь, то уже давно вышел бы на нас. Мы столько знаков оставили… В общем, погнали.

Только демонюги вышли из переулка, как на них выскочил чёрный грузовичок, едва не сбив всю команду. Проскрипев покрышками, машина даже не замедлилась и суетливо поехала дальше.

– Запомнили номера? – поинтересовался Тарзан.

– Слушай, идиотов в этом мире хватает. Давайте не будем связываться! – предложил Вернидад.

– Ты сам-то слышал, что сказал? – усмехнулся Гамма, хрустнув костяшками кулаков: – Идём. Научим водятла уму-разуму.

Демоническая группа рассредоточилась по электросамокатам и пустилась в погоню.

Грузовичок продолжал вести себя максимально агрессивно, резко подрезая других участников дорожного движения. Увы, как ты не гони, а скорость московского трафика всё равно примерно одинаковая.

В итоге, дерзкий грузовичок остановился перед внушительным зданием с колоннами и золотой вывеской. Из машины вышло два человека в чёрных костюмах и балаклавах на головах, а затем быстро шмыгнули внутрь.

– БергБанк? – с удивлением произнёс Тарзан.

– Он самый. – задумчиво протянул Гамма, и в голосе его зазвучало почти благоговение: – Место, где люди хранят то, ради чего с такой готовностью продают души… Чувствую, что водятел очень хочет быть наказанным.

– Слушай, мы пообещали нашему «пахану» не влезать в дела людей. – возразил Коул.

– А то, что мы защитили завод с кучей предприятий – это не «влезать в дела людей»?

– Ты не понимаешь! Это другое. Во-первых, там на нас напали. Во-вторых, Атер-старший помешался на захвате территории, за что и получил… славу и уважение. К тому же, думай ширше. – Гамма развёл руками: – Водятлы – потенциальная угроза жизни для простых граждан. Поэтому мы их накажем. Причём, сделаем это на глазах у всех! И очистим наше доброе имя от супергеройской участи. А ещё… заберём у скотины душу.

– Вот это, кстати, да. – согласился Хома: – Мы не чмошники в цветастом трико! И на жителей этого мира – вообще, плевать. Поэтому станем максимальными «крейзи»!

– Ребят, а если нас повяжут? – предположил Коул.

– Тогда, давайте просто вытащим водятла и постукаем в переулке! – обрадованно заявил Тарзан.

– Ладно… Это уже приемлемо. – согласился Вернидад.

– Вот-вот! Тем более, сама судьба направила на нас этого ушлёпка! А значит что? У неё есть на это планы. – хитро ухмыльнулся Гамма.

Планы у судьбы, конечно же, были. С таким отменным и крайне злым чувством юмора…

Пятеро ксеноферов вошли в банк и резко остановились.

Водятел и его друг, в компании ещё парочки непонятно откуда взявшихся подельников, положили всех посетителей на пол. Причём сам виновник сего прекрасного торжества размахивал здоровенным пистолетом.

– Эм-м… А что здесь происходит? – с детским любопытством поинтересовался Тарзан.

Водятел обернулся. Его подельники тоже.

И в «БергБанке» повисла тишина. Такая густая, и настолько звенящая, что было отчётливо слышно, как капает вода с мокрого дождевика Хомы.

– Это… чего? – растерянно выдавил один из подельников, и пистолет в его руке нервно дрогнул: – Кто заказал доставку⁈ Липкий, тут что? Праздник какой у них? День рождения у кого?

Вернидад оглядел зал с видом инспектора, прибывшего с внезапной и очень неприятной проверкой.

– Добрый вечер. – произнёс он с ледяной вежливостью: – Нам нужен вон тот Водятел. Отдайте нам его и никто не пострадает.

– Чего⁈ – Липкий и по совместительству – тот самый Водятел, поднял ствол и наставил его прямо в бледный лоб демонюги: – А ну на пол, клоуны! Живо, я сказал! Мы банк вскрываем, идиоты!!!

– Ограбление. – произнес Коул с внезапной, почти нежной ноткой профессионального уважения: – Как любопытно. То есть вы отбираете чужое имущество, против воли владельцев, путём прямых угроз и насилия?

– Ну да… – подтвердил Липкий, прищурив глаз: – А что? Тут кто-то возражает?

– Напротив! – Гамма мечтательно прикрыл глаза: – Это же прекрасно. Гордыня, алчность, гнев – целых три смертных греха в одном тесном помещении, да ещё в таком концентрированном виде. Коллеги, вы чувствуете этот божественный, простите за выражение, аромат?

– Какой аромат⁈ Вы что несёте⁈ – не выдержал один из грабителей и уверенным шагом направился в сторону демонюг.

– Аромат грехопадения, конечно же. – хищно улыбнулся Хома и щёлкнул пальцами.

Мощная энергетическая волна откинула преступника на добрых шесть метров.

– Липкий… – прошептал тот, кто первым заговорил с демонюгами: – Липкий, давай уйдём. По-тихому. Прямо сейчас… Видишь? На них не работают индикаторы! А это значит, что они из Кремля… Нас повяжут! Или ещё чего…

– Ой, ну колдуны и колдуны. Чего такого? – Липкий быстро подошёл ближе и направил пистолет на Хому. Выстрел эхом отразился от стен. Только вот… смятая пуля с трусливым звоном упала на мраморный пол.

Мохнатый медленно поднял руку и задумчиво потрогал лоб.

– Как невоспитанно… – тихо, почти печально произнёс он. И в этой тишине его голос был страшнее любого крика: – ТАРЗАН!

Тот мгновенно оживился, и глаза его вспыхнули двумя ярко-красными огоньками.

– Ломать? – с трепетной, почти щенячьей надеждой спросил он.

– Не убивать. – строго уточнил Хома: – Это не в наших правилах. Просто научи этого прелестного гражданина водить… И не тыкать стволом, в кого не просят.

Тарзан резко схватил Липкого за воротник и тихо произнёс:

– Выпрями ручку. Не бойся! Я быстро.

– Нет! ВЫ ЧТО ТВОРИТЕ, УБЛЮДКИ⁈ Я НАПИШУ В ПРОКУРАТУРУ!!!

– Поздно. Слишком поздно. – Гамма щёлкнул пальцами, и все камеры в здании резко оплавились, а из комнатки наблюдения с гулом вырвался сгусток чёрного дыма: – Про нас даже никто не узнает. Хе-хе-хе…

– НЕ-Е-ЕТ!!! – истерически заверещал бандит, пока Тарзан медленно «выпрямлял» ему правую руку

Третий грабитель попытался было рвануть к запасному выходу, но на его пути, будто из воздуха возник Вернидад.

– Куда же вы, молодой человек? – с усмешкой поинтересовался он: – Знаете, у каждого человека есть своя душевная травма. Если хотите, то можем поговорить о вашей? Хотя… нет. Это слишком легко. Давайте лучше пообщаемся о смысле жизни? Он у вас есть?

Грабитель открыл было рот, чтобы огрызнуться… Однако глаза Вернидада вспыхнули жёлтым пламенем. И вдруг с ужасающей ясностью парень осознал, что смысла в его жизни, пожалуй, и правда нет. Что мама была права. Что надо было учиться.

Грабитель тихо сполз по стеночке на пол и заплакал. Не от страха, а от внезапно нахлынувшего, всепоглощающего экзистенциального отчаяния.

Заложники, лежавшие на мраморе, наблюдали за всем этим со смешанными, мягко говоря, чувствами. С одной стороны – их явно спасали. С другой – их спасали пятеро существ, прибывших определённо не из ближайшего отделения полиции. Но пожилая гардеробщица Зинаида Марковна – женщина, пережившая три экономических кризиса, войну с волшебниками, две пенсионные реформы и внезапный бесконечный ремонт в родном подъезде – оказалась самой невозмутимой из всех.

– Милок! – обратилась она к Коулу, который скромно наблюдал за всем происходящим со стороны: – А ты, откудова будешь?

– Да с завода местного. – подкидывая монетку, ответил Коул.

– Ой, с заво-о-ода! – с неожиданной теплотой протянула Зинаида Марковна, и всё её страхи будто растворились: – Худенький-то какой, господи! Кушать-то дают там, у вас, на заводе?

– Дают. – тяжело вздохнул Коул, и в голосе его прозвучала вся тоска от полевой кухни Генералов Абсолютной Тьмы: – Только невкусно. Повара у нас… некомпетентные. Всё пригорает вечно.

– Это ж непорядок какой! – искренне возмутилась Зинаида Марковна и, кряхтя, полезла в свою необъятную сумку: – На-ка вот. Пирожок с капустой. С утра пекла. Кушай, деточка, не стесняйся.

И вот так вышло, что в самый разгар жесткого противостояния грабителям, один из Генералов Абсолютной Тьмы сидел прямо на банковском полу и с наслаждением уплетал домашний пирожок с капустой. А пожилая московская гардеробщица гладила Коула по кудрявой голове и приговаривала, что он ещё непременно вырастет большим и сильным заводчанином, надо только хорошо кушать. И Генерал впервые за все свои четыреста лет почувствовал, как в его демонической груди разливается что-то тёплое, незнакомое и совершенно нексеноферское.

Тем временем, последний из грабителей, кто ещё держался на ногах, принял единственно разумное в его положении решение. Он медленно поднял руки. Затем аккуратно, двумя пальцами, положил пистолет на пол и оттолкнул его носком ботинка подальше.

– Уважаемые представители курьерских сил! – произнёс он с достоинством обречённого: – Я всё осознал. Полностью. Я хочу сдаться. Официально. Желательно в полицию, а не… к вам в доставку.

Гамма посмотрел на него с искренним профессиональным интересом:

– Может тогда, душу отдашь?

– А душа мне ещё самому пригодится… – твёрдо, хоть и дрожащим голосом, ответил последний грабитель: – Я, знаете ли, исправиться планирую. Мемуары написать. Молодёжи о вреде преступного пути рассказывать…

– Раскаяние. – Гамма поморщился так, будто наступил босой ногой в нечто теологически неприятное: – Терпеть его не могу раскаивающихся… Такая скукота, если честно.

– Ладно! Пакуем их и оставим ментам. Пускай сами разбираются. – Хома подошёл к кассе: – Извините, а у вас, случайно, верёвки не будет?

В этот момент все заложники полностью осознали ситуацию, подскочили со своих мест и начали аплодировать. Кто-то радостно плакал. Кто-то улыбался во все… оставшиеся зубы… В общем, демонюг окружали далеко не те эмоции, на которые они рассчитывали.

– Чёрт! – выругался Тарзан: – Нас опять неправильно поняли… Что делать?

– Ну, не знаю… нашипи на них. – пожав плечами, порекомендовал Вернидад.

– Нашипеть? Хм-м… А это идея! – Тарзан скорчил жуткую гримасу и начал неистово шипеть, словно обиженный кот, которому хозяйка случайно наступила на лапку.

– Какая прелесть! – восхитилась женщина в красном костюме: – Можно с вами сфотографироваться?

– Да твою ж мать… – обречённо выругался демонюга: – Мы не фотографируемся!

Однако, никто не желал слушать. Ксеноферов окружили практически сразу после того, как Хома связал грабителей.

– Мы секретная служба! – попытался исправить ситуацию Коул, вытирая с лица кусочек капусты из пирожка: – Нас нельзя выкладывать в сеть!

– А мы для личного хранения! – подметил школьник, неистово щёлкая демонюг на коннектор.

Коул знал, что это не так. Школьник знал, что это не так. Все знали, что это не так.

– Донаказывались… – обречённо вздохнул Вернидад: – Вот, как жопой чуял, что он того не стоит…

* * *

Отец всегда говорил мне, что у рыженьких девчонок – проблемы с «чердаком». Есть в них, что-то таинственное, забористое и с маленькой долей долбанцы, которая может раскрыться в самый неожиданный момент.

По крайней мере, так было с теми, кого я встречал на своём пути.

Сперва мне не хотелось этого признавать… НО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, Дерек – у тебя фетиш на рыжих девах. Вот хоть ты тресни! А ничего с этим поделать не могу.

Даже если вспомнить Марику… у неё красные волосы с рыжеватым оттенком. Повлияло ли это на выбор моей «цели»? Ну, конечно!

В общем, я чётко для себя решил, что Летти мне важнее. А значит, никаких внезапных «жохен-шпохенов» с этой высокой, длинноногой, рыжеволосой, лёгкой и веселой в общении красоткой у меня НЕ БУДЕТ!!!

– Ты чего такой задумчивый? – произнесла Каролина после того, как официант принял наш заказ.

– А… Нет. До сих пор вспоминаю сегодняшний выпуск.

– Было очень весело! Особенно тот мужик с рыбой… Ты бы видел свою моську со стороны. – мило улыбнувшись, рыжуля мягко ткнула меня в кончик носа.

«Она враг, Дерек!!!» – кричало моё сознание: – «ОНА ВРАГ!!! Не ведись!!!»

Нет, конечно. Я не поведусь! Ни за что. Момо сильный… Ой, в смысле – Дерек сильный! Его таким не возьмёшь.

Мы сидели за угловым столиком «Медной сковороды» – единственного заведения в двух кварталах от Харитоновки, где бармен умел отличить односолодовый виски от тройного «хвостатого» разочарования. Первокурснику вроде меня здесь, вообще-то, полагалось робеть. Однако я был ведущим «Повелителя Адской Кухни». Человеком, чьё лицо по пятницам кричало с экранов: «ЭТО. НЕ. ГОТОВО!» Причём с такой яростью, что где-то в глубине Империи нервно пересаливали суп даже те, кто меня не смотрел.

И всё же, когда мы с Каролиной приземлились в укромном уголке, я почувствовал себя не повелителем ада, а куском теста, который вот-вот раскатают.

– Знаешь, Дерек… – произнесла она моё имя так, будто попробовала его на вкус и осталась приятно удивлена: – Я боялась, что ты не согласишься.

– Я всегда соглашаюсь. – ответил я: – Особенно, когда меня зовут столь обольстительные барышни.

Каролина тут же рассмеялась. Боже, какая прелесть… Смех у неё был низкий и тёплый. Прямо, как карамель, доведённая до той самой опасной грани, за которой начинается горечь.

– Эм-м… Ты что, нервничаешь? – поинтересовалась она, подперев подбородок ладонью.

– Ни в коем случае! Знаешь, какое давление происходит в Харитоновке? Меня трудно смутить.

– И всё-таки ты дважды переставил свой бокал.

Взглянув на бокал, я заметил, что он действительно стоит не там. Предатель.

– Это случайность.

– Пускай будет так. – мило улыбнулась Каролина: – Но… на самом деле, я заметила тебя ещё во время первого выпуска. Ты показался мне таким ярким… Уверенным. И в тоже время, таким юным. Я была крайне заинтересована тобой.

– Кхм…

– О! Волноваться не стоит. Мы же взрослые люди? – игриво подмигнула она: – Давай уберём эти противные рамки. Зачем они нужны? Лучше, расскажи о себе.

– Меня зовут Дерек. Я сирота. Долгое время отбывал срок в приюте. Но потом меня усыновил один прекрасный повар. Который, кстати, и пристроил меня в Харитоновку. И вот… Теперь я первокурсник лучшей кулинарной академии мира. А заодно – ведущий кулинарного шоу.

– Звучит, как сказочная история!

– Да. Такое иногда случается. Знаешь, когда все звёзды сходятся. Но мне очень интересно услышать про тебя.

– Меня зовут Каролина. И я рядовая сотрудница модельного агентства при «Саншайн». Родилась в обычной семье. Занималась тачками. Спортом. Иногда литературой. А потом захотела чего-то большего. И вот… Я фотомодель.

– У тебя потрясающая внешность.

– Ох… – Каролина смущённо покраснела. Причём, сделала это очень искренне.

– Что такое?

– Конечно… Мне часто делают комплементы… На улице. На работе. В компании друзей. Но от тебя они звучат… крайне непривычно.

– Мне прекратить?

– Ни в коем случае!

– Понял. Но мне бы хотелось узнать, почему среди всех – именно я? Уверен, что ты не из-за рецепта ризотто меня позвала.

– За ризотто я бы позвала кого-нибудь попроще. – она вновь превратилась в жгучую красотку и наклонилась чуть ближе: – Просто я слишком долго была заперта в клетке чужого мнения.

– Это как?

– Всегда переживала, а что обо мне подумают? А что обо мне скажут? – Каролина элегантно отпила из бокала: – Но начав работать в «Саншайн», я твёрдо убедилась в одном. Жить нужно ТОЛЬКО для себя. Хочешь что-то сделать? Сделай! Не надо сомнений. Не надо всего этого вычурного ханжества. Поэтому, когда я смотрела на тебя, то невольно задумалась… А каково это – позвать на свидание человека, который мне понравился? Не ждать первых шагов от него. Не слать намёки в личку. Просто взять и пригласить его первой! Да… Я волновалась. Но сейчас… мне совсем не страшно.

– Красиво. – улыбнулся я, понимая, насколько Каролина на самом деле коварна. Да такое от роковой красотки мечтает услышать КАЖДЫЙ мужчина. Буквально каждый.

И от этого мне стало немного не по себе. Скажу больше – меня это даже отрезвило.

– Что именно? – уточнила Каролина.

– Разговариваешь красиво. Прям то, что нужно. И знаешь… будь я чуток глупее – то уже давно бы поплыл. Но есть парочка нюансов, которые тебя выдают.

– Ух ты! И что же? – в глазах роковой рыжули загорелись огоньки.

– Вон тот шрам на указательном пальце. Его никто не замечает. Но только не я. Увы, такая уж у меня профессия – обращать внимание на мелочи. Так вот, ты сказала, что занималась тачками. Не поверишь, но я тоже ими занимался. И занимаюсь. У моего учителя было хобби – древняя японская машина, которую мы иногда помогали ему собирать. И шрам твой – от ключа. Ты много работала. Потом… Ты видела свои ноги? Боже! Я душу готов продать, чтобы их… Эм-м… Об этом умолчим. В общем, они такие длинные и идеальные! И это вовсе не от спортивного зала. И не от того, что ты вечно ходишь в туфлях. Это не лёгкая атлетика… И не теннис. Ты из простой семьи, чтобы оплачивать дорогой спорт. А учитывая твой рост – наверняка это был баскетбол. И самое главное… То, на что я едва не попался. Твоя ГЕНИАЛЬНАЯ актёрская игра. Ты сейчас копируешь Джулию Робертс из «Красотки». Только вот… Болтать надо чуть-чуть поменьше. Рамки и всё такое. Да тебя же саму всю корёжит от этого образа. И самое главное… Ты застеснялась, когда я сказал тебе, что ты красивая. Комплименты тебе делают крайне редко. Потому что ты ходишь в мужской одежде. Ты типичная пацанка. И нам бы сейчас идти есть шаву, а потом рубиться в приставку под пивко. Ибо ты крайне хреново скрываешь, что «Моёт» для тебя слишком кислый.

– Ты Шерлок Холмс? – удивлённо спросила Каролина.

– Нет, но что-то типа того. Мелочи, дорогая. Дьявол кроется в деталях, понимаешь?

– Я учту это на будущее. – усмехнулась она, залпом допивая бокал: – Раз уж мы вскрываем карты, то можно мне тёмного нефильтрованного?

– Естественно. – я махнул рукой официанту: – Единственное, что мне не даёт покоя… Для чего ты всё это делаешь? Типа… Зачем тебе сближаться со мной?

– Я позвала тебя, потому что мне надоело смотреть, как Летти носится со своим… – Каролина сделала паузу, подбирая слово: – Трофеем!

– Трофеем⁈ – удивился я.

– А разве нет? Ты – самый обсуждаемый мужчина в «Саншайн», Дерек. Воробыч на тебя молится. А «Повелитель Адской Кухни» взорвал все рейтинги! Летти хвастается тобой и выставляет везде, как… как фирменное блюдо на ярмарке рестораторов. А ты… Ну посмотри на себя! Ты заслуживаешь большего. И самое главное – ты заслуживаешь того, кто оценит тебя целиком. А не как аксессуар.

– Люблю упорных, но снова нет.

– Да какого хрена⁈ – возмутилась Каролина: – Тебя, вообще, реально пробить?

– Уже нет. Учись вовремя отступать.

– Вот ещё! Я не слабачка, чтобы сваливать.

– Тактическое отступление – это не признак слабака. Скорее, это признак грамотного стратега, который РЕАЛЬНО оценивает свои шансы. Ты считаешь, что раз старше меня, то всё – умнее, хитрее и коварнее? Увы, дорогая. Не всё определяет возраст. Повторюсь – мне теперь бесполезно врать. К тому же… С чего ты решила, что Летти везде со мной таскается и постоянно обо мне рассказывает?

– Я видела вас вместе. А ещё… Она распечатала кучу фоток с тобой! Правда, кто-то их выбросил… Я видела в мусорной корзине.

– И?

– Послушай. Я всё понимаю, но у меня достаточно доказательств того, что Летти тобой очень дорожит.

– Допустим. А дальше-то что? Мне не совсем понятен твой мотив. – я повернулся к подоспевшему официанту: – Можно кружку «Тёмного Дьявола»?

– Да, конечно! – кивнул парнишка и поспешно удалился к барной стойке.

– О… Прошу простить мою бестактность. Может, бородинских сухариков?

– Да! – радостно кивнула Каролина: – Было бы супер.

– Ладно. – я вновь подозвал официанта и дозаказал сухарики: – В общем, продолжая наш разговор про мотив. Зачем тебе всё это? Я вижу, что ты очень хочешь мне понравится. Но я совершенно не понимаю, для чего? Я же… даже не твой типаж.

– А об этом ты как догадался⁈ – возмутилась рыжуля.

– Глаз намётан. Так, зачем я тебе?

– Хочу задеть эту нахалку… – слегка насупившись, ответила Каролина: – Ничто так не бьёт по самооценке девушки, как угон её парня.

– И всего-то? – улыбнулся я: – Лина… Можно, я буду называть тебя так?

– Можно.

– Так вот, Лина… Ты же на самом деле не такая. Родители воспитывали из тебя добрую девчонку, которая спасёт этот мир. Так… что случилось?

– Устала спасать и быть «удобной». Всё! Хватит с меня. Наездились. К тому же, я устала от этой вечной несправедливости. Да с какого перепугу Летти уже в топе? Почему я не там? К тому же, эта её розоволосая подружка… Нет, она маленькая и миленькая. Но всё же…

– Что именно «всё же»?

– Мне стрёмно это говорить…

– Лина. Я тебя не для этого выводил на разговор. Выкладывай всё, как есть.

– Но это звучит по-детски…

– И что с того? К примеру, мой лучший друг коллекционирует фигурки персонажей из компьютерных игр.

– Это не то!

– В общем, Лина… Говори всё, как есть. Я же не просто так сижу тут с тобой, верно?

– Ладно. Я считаю, что заслуживаю топа больше, чем они. Я работала намного дольше! И что, что я из простой семьи? Какая разница? Мой талант специально топчут… И меня это бесит.

– Ты сама сказала, что это звучит по-детски, так?

– Да. Стрёмно. Я это признаю… Но обида всё равно есть.

– Знаешь, что грустно в этой ситуации? Совсем не то, что ты притворялась сталкером и до чёртиков напугала ни в чём неповинных девчонок.

– Откуда ты…

– Тихо. Подожди! – я поднял ладонь: – Самое грустное в этой ситуации, что ты слишком зациклилась на себе. Я не знаю, кто именно тебя обидел или задел в этой жизни, что ты в итоге всюду видишь несправедливость, но… Пошли этого ублюдка нахрен. Это раз! И два… Почему ты совершенно не думаешь о чувствах других?

– Думаю!

– Нет, не думаешь. Напугала девчонок преследователем. Это реально страшно! Статистика очень нехорошая. И если ты считаешь, что это было невинно – то я дам тебе леща прямо сейчас.

– Не посмеешь…

– Проверим? – хмыкнул я: – Дорогуша… Можно я тоже не буду врать? У меня за последние два года жизни девчонок было столько, что вся эта твоя напускная красота для меня совсем ничего не значит.

– Ты капал на меня слюнями буквально двадцать минут назад.

– Да. Капал. Но тем не менее! Я не буду трястись из-за тебя. Не буду переживать, как бы тебя не обидеть или задеть. Мне абсолютно плевать! Но… Мне не плевать на то, что передо мной сидит совершенно разбитый человек, который настолько обиделся на весь белый свет, что готов рвать и метать. А зачем? Мне вот просто интересно. Ладно, девчонок напугала. Но ты хотела обмануть меня. А затем сделать очень больно человеку, который просто… любит то, что делает. И нет, никто тебя не обделяет. И никто не закрывает глаза на твои заслуги. Просто… давай уже признаем. Ты зациклилась. Утонула в своих мрачных эмоциях. Хотя на деле… Если так подумать – являешься очень крутым специалистом в своей области.

– Ой, да ладно тебе… – скромно ответила Лина.

– Не ладно. Ты своим ядом отравляешь жизнь себе и другим. Просто из-за того, что не ценишь себя. И не ценишь своё место в этой жизни. Сколько девчонок Москвы мечтают оказаться в миде «Саншайн»? Сколько девчонок Империи спят и видят, как будут представлять крутые бренды вместо тебя? Ты не ценишь свои заслуги. Не уважаешь свой труд. И, конечно же, не уважаешь чужой труд. Обвинять связи можно долго, но… Ты хоть раз была на показах, где участвует Летти?

– Ну… А зачем?

– Действительно. – я обречённо хлопнул себя по лбу: – Лина! Ты должна отпустить всё. Научится РЕАЛЬНО любить себя и уважать своё рабочее место.

– Что… Она реально такая талантливая? – слегка жалобно посмотрев на меня, спросила Каролина.

– Да! Реально. Как и ты.

– О чём ты говоришь? Ты сам не видел мою работу.

– Неужели? – я вытащил коммуникатор и запустил несколько видеороликов, которые мне скинула Кнопка: – Посмотри! Ты сияешь. Но… Твой внутренний яд всё равно забирает часть этого сияния себе. Отпусти всё это! Представь, какой звездой ты тогда будешь? Ослепишь всех! Я тебе гарантирую.

– А ты… Такой милый. – впервые за весь вечер Каролина искренне улыбнулась и погладила меня по щеке. Женственно. По-настоящему.

– Эй! Нет-нет-нет! Не пытайся ластиться. Ты очень серьёзно обидела моих лучших подруг. И тебе придётся всё им рассказать и извиниться.

– Ой… Давай без этих соплей?

– Хочешь сиять и быстрее попасть в топ?

– Ладно… – обречённо вздохнула Лина: – Я сделаю это. Но… только потому, что ты такой милый и заботливый сычик.

– Я не сычик! – я закатал рукав рубашки и продемонстрировал свою «баночку»: – Я полноценная неясыть!

– Как скажешь, мальчик из телевизора. – и я услышал искренний смех Лины. Такой… дергающийся. Слегка напоминающий крик чайки. Но при этом – такой миленько-естественный.

– В общем, мы с тобой сегодня пережили всякое. – выдохнул я: – И… знаю я одно местечко. Там комнатки со столиками, телевизорами и приставками. Предлагаю свалить отсюда, набрать пивка с чипсами и надрать друг другу жопы в какой-нибудь лютый файтинг. М? Как тебе затея?

– Звучит… как-то слишком по-дружески. Вообще-то, я обидела твоих подруг.

– Все ошибаются. Это нормальная ситуация. Это опыт! Проблема заключается в том, что далеко не всегда к нам во время ошибок приходят нужные люди, которые могут грамотно поддержать. И всё… Мы начинаем страдать на тему: «О, боги! Какой же я тупень!» или «Господь-всемогущий! Ну почему же я такая сволочь⁈». И всё в том духе. Но тебе сегодня повезло. Летти попросила жестко треснуть тебя. Не в физическом смысле, не переживай. Но я подумал, что… это же всё неспроста, да? Ну, твоё поведение явно имеет, какие-то веские причины. И предпочёл не боевые действия, а разговор.

– Ты такой мудрый!

– Естественно. В общем, я хочу классно провести время с очень красивой девушкой, с которой у меня точно ничего не будет.

– Прям, точно ничего не будет? – улыбнулась она.

– Естественно.

– Что ж, в таком случае… Выбираю «Смертельную битву». Надеру тебе жопу Скорпионом.

– По рукам. – кивнул я.

Нет, ну а что? Не всё же должно вращаться вокруг пошлостей. Или…

Глава 15

– О, да! ДА!!! Давай, Дерекусик… Ещё немножечко! – томно простонала Каролина.

– Я уже на пределе… У меня пальцы сводит… – напряженно выдохнул я.

– Ну, зайка… Ну, постарайся пожалуйста! Мне ещё буквально чуть-чуть…

– Я стараюсь! Стараюсь! Господи…

Хитроумная комбинация ударов, и моя Китана на экране благополучно отправилась в полёт.

– Скорпион! ВИН!!! – торжественно произнёс механический голос из динамика огромного плоского телевизора.

В общем-то, наш план осуществился очень легко и быстро. В ближайшем «Чёрном и светлом» мы затарились ящиком пива, взяли закусок и отправились в игровой клуб, где я взял «VIP-ку» на несколько часов.

Каролина оказалась той ещё любительницей файтингов. А ещё – очень весёлой хохотушкой. Я не зря с ней поговорил. Было видно, как девчонка освободилась от токсичных оков, в которые сама себя и заключила.

Но основной прикол был в другом. Мы не стали заезжать переодеваться. Поэтому смотрелись, как парочка весьма странных косплееров. Один в белоснежном поварском кителе и лёгкой осенней курточке, вторая в коротком чёрном платье, туфлях на высокой шпильке и пушистой белой шубейке. Все смотрели на нас с благоговейным восторгом и вопросительными знаками в глазах. Но было, как-то всё равно. Главное, что мы вдвоём наслаждались этим вечером.

– Я слышала, что кто-то тут хвастался, что порвёт меня в «Мортал Комбат»? – усмехнулась рыжуля.

– Во-первых, я говорил «уделаю». – уточнил я, отставляя бутылку: – А во-вторых, это был не пустой трёп, а научный факт.

– Научный факт, ага. – она положила голову на моё плечо: – Знаешь, для будущего великого повара ты подозрительно хорошо разбираешься в девичьих желаниях.

– Хороший шеф должен быть психологом. Иначе хорошую команду не собрать. Или ты думаешь, что я должен просто орать и швырять кастрюли, как на шоу?

– Нет, просто… Это так неожиданно! Ты щелкнул меня, как фисташку.

– Люблю, умею, практикую. Но ты не думай… Я не собираюсь тебе уступать. Колян научил меня паре хороших комбинаций.

– Ты уверен? – хитро улыбнувшись, поинтересовалась Каролина.

– На все сто процентов! Добротный «фаталити» – это как качественная подача блюда. Всё дело в тайминге и в том, чтобы зрителю было и красиво, и немножко страшно.

Каролина мило фыркнула.

– Выбирай персонажа, повар! – скомандовала она, гоняя курсор по экрану: – И не смей брать Скорпиона.

– Да-да, я уже понял, что это твой любимый персонаж. На этот раз, я возьму Саб-Зиро. Замораживать тебя будет особенно приятно.

– Ой-ой, посмотрите на него. Ледяной принц!

– Ледяной шеф. – поправил я: – Шоковая заморозка – вполне годный способ не только для заготовки полуфабрикатов, но и для приготовления пищи в целом. Молекулярная кухня, детка!

– Я сейчас тебе поправлю невидимые очки. – Каролина ласково щёлкнула меня по носу и вновь превратилось в саму сосредоточенность.

«Раунд уан» начался.

И, честно говоря, первые тридцать секунд я снова откровенно позорился. Каролина набросилась на меня своими фирменными гарпунами.

– «Гет ова хир!!!» – вопил Скорпион, и мой бедный Саб-Зиро летел через весь экран, как плохо прожаренный блинчик со сковородки.

– Это что было? – я лихорадочно тыкал на кнопки.

– Это, дорогой, называется «прессинг». – промурлыкала она, большими пальцами отплясывая на геймпаде настоящую чечётку: – Учись, пока я добрая!

– Погоди, погоди…

Не погодила. «Fatality». Скорпион эффектно поджарил моего ледяного ниндзя до состояния «Велл Дан».

– FLAWLESS VICTORY! – торжественно объявил механический голос.

– Флоулесс, Дерек! – Каролина подпрыгнула на диване, тряся кулаками: – Идеальная победа! Ноль урона! Мне даже слегка стыдно… Слегка.

– Это разминка была… – процедил я, чувствуя, как во мне просыпается спортивная злость, та самая, что заставляет в три часа ночи переделывать соус, который «почти получился»: – Разогрев духовки. Сейчас будет основное блюдо.

– Ага! Блюдо из тебя.

Второй раунд.

Теперь я не лез на рожон. Я готовил, как учил меня Дядя Рубен: терпеливо и по рецепту. Дал ей выдохнуться, поймал на очередном прыжке, заморозил в воздухе – и понеслась комбинация. Лёд, удар, подкат, ещё удар.