Текст книги "Белая (СИ)"

Автор книги: Ева Сад

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Белая

Пролог

Прижимаясь спиной к шершавому дереву, я вспоминала. А больше мне ничего и не оставалось. Вокруг было так темно, что я не видела собственных рук. Сил что-то чувствовать тоже не осталось.

Я и так добежала до этого дикого места, подстегиваемая ужасом. Белая была рядом. Без сомнений. Только она мастерица прятаться, это я знала точно.

Теперь меня оставили и страх, и ужас, и паника. Потому что невозможно бояться бесконечно.

В моей душе осталась только тоскливая безысходность.

Чем, спрашивается, мне не угодила моя московская жизнь? Карьера, куча мероприятий, свидания с любящим мужчиной – как все эти радости жизни могли казаться мне избыточными?

Я стремилась к покою. Но вечный покой точно не входил в мои планы.

Белая приближалась. Я чувствовала ее вибрацию кончиками своих ледяных пальцев.

Глава 1

Уже два месяца мне постоянно хотелось плакать. И это при том, что я совершила головокружительный карьерный прыжок, заняв должность главного редактора супермодного журнала в свои неполные тридцать.

– Мечты сбываются, – сказала я и уставилась на содержимое своего чемодана. В его шелковом нутре спокойно соседствовали по-летнему ярко-желтый купальник и парочка теплых вязаных шапок.

Больше терпеть не получалось. Одна горячая слезинка соскользнула с носа. Потом вторая. И вот я уже рыдала навзрыд, уткнувшись в мягкую диванную подушку.

Я совершенно бесполезна. Даже чемодан не могу собрать. Не то что другие – нормальные – люди.

Упаднические мысли сделали еще хуже, чем было. Слезы полились непрерывным потоком – так, что я стала сомневаться, что среднестатистическая женщина может выдать такое количество соленой жидкости за раз.

Сосредоточиться на рыданиях мешал телефон. Он играл бодрый марш, который я сама поставила на звонок, когда у меня было не менее бодрое настроение. Где-то в конце весны. Тогда еще я чувствовала полноту жизни. Но после того, как окончательно сошел снег, я становилась несчастнее с каждым днем.

– Да, – хлюпнула я в трубку.

Со старыми привычками трудно расставаться. А когда ты хочешь чего-то добиться в журналистике, приходится отвечать на все-все звонки. Даже не представляю, сколько раз я выслушивала всякий спам от рекламщиков, говоривших удивленными голосами (полагаю, для кого-то я вообще была первой, кто взял трубку и покорно их слушал).

Но я не могла игнорировать звонки. А вдруг что-то важное?

– Ты плакала, – не спросили, а констатировали на том конце трубки.

– Мне просто нужно поскорее уехать, – я безразлично смотрела на огромный город с высоты двадцать восьмого этажа. Когда я только сняла квартиру, этот вид приводил меня в восторг. Каждый день. Каждую минуту.

– Надеюсь, ты подумаешь о… о нас, – мягко произнес Саша. И продолжил уже тверже: – Я по-прежнему готов найти хорошего специалиста. Валерия, милая, в психологической помощи нет ничего стыдного. Я уверен, что психолог поможет тебе куда лучше, чем побег за тысячи километров.

– Я все решила, – мой голос звучал резче, чем хотелось бы, но я решила, что Саша сам виноват.

Во-первых, за два года отношений я тысячу раз просила не называть меня Валерией. Полное имя для моих ушей звучало тяжело и официально, зато короткое «Лера» ласкало слух. Во-вторых, я уже ходила к психологу. В какой-то момент я даже повеселела, но после того, как мое фото оказалось на главной странице корпоративного календаря на будущий год, снова провалилась в пучину тоски. Хотя – и моя рациональная часть это отлично понимала – кто-то мог бы сказать, что я, пардон, зажралась. И был бы отчасти прав.

Сбрасывая в чемодан все, что попадалось под руку (потом разберусь), я с ненавистью смотрела на этот самый календарь, висевший прямо над диваном в моей просторной светлой гостиной. На стене красовалась загорелая стройная брюнетка в белом купальнике. Она излучала счастье и уверенность в себе.

– Все вранье, – сообщила я брюнетке – себе – стоя у входной двери.

И отправилась в аэропорт.

Кстати, мой, как выразился Саша, побег, психолог одобрил. Точнее, не осудил и даже не удивился моему решению. Сказал только, что я ошибаюсь, если считаю, что моя боль останется в Москве, а я приеду в новое место совершенно счастливой.

Что ж, вот я и проверю.

***

Базу отдыха на Алтае мне посоветовала коллега, Лара. То есть, конечно, по паспорту ее звали Ларисой, но в нашей среде все любят более звучные имена. Лару на Алтай вытащил муж, поклонник дикой природы, и после этой поездки утонченная Ларочка восторгалась так, словно побывала на Мальдивах, не меньше. Называла Алтай местом силы и уверяла всех вокруг, что вернулась в Москву обновленным человеком.

Я не слишком вслушивалась в Ларину болтовню, пока она не сунула мне под нос телефон с фотографиями.

И вот тут я влюбилась.

Как зачарованная, я смотрела на голубое до рези в глазах небо. На такие зеленые деревья, что, казалось, их нарисовал художник, а не создала природа. На реку, которая даже на фотографиях была стремительной и бурлящей.

– Река Катунь, – сказала Лара, заметив мою неподдельную заинтересованность.

… И вот теперь я ехала навстречу Катуни. На свидание с природой в ее первозданном виде. В том виде, который я, как закоренелая городская жительница, видела только на картинках.

Во время перелета до Барнаула я пыталась поспать. Но волновалась все четыре часа полета так, будто меня ожидало волнующее и, безусловно, приятное приключение. Не будь у меня Саши, я бы, пожалуй нафантазировала бурный короткий роман.

Я отругала себя за такие мысли, но они были настолько приятные, что я все-таки погрузилась то ли в грезы, то ли в полудрему. В полубессознательном состоянии я увидела мужчину. Совсем не похожего на моего жениха. Мы с Сашей похожи друг на друга, нас не раз принимали за брата и сестру. Саша – невысокий изящный брюнет, с большими карими глазами и правильными, словно вылепленными талантливым скульптором, чертами лица. Мужчина во сне был совсем другим.

Я видела перед собой высокого – наверное, под два метра, блондина. Его сложно было назвать красивым, но был в его лице тот самый хищнический магнетизм, перед которым не могут устоять многие женщины. Чуть длинноватый нос, довольно узкие глаза и твердый подбородок. Светлые волосы падали мужчине на плечи.

В своем полусне я окрестила блондина викингом. И шагнула к нему поближе, чтобы получше рассмотреть. Но тут картинка дрогнула и поплыла. Возвращаясь в реальность, я услышала объявление о посадке.

Вот так всегда, на самом интересном месте, подумала я. В голове промелькнул обрывок образа: кажется, перед самым пробуждением я увидела за спиной красавца-блондина злое женское лицо с изогнутыми в гримасе ярости губами. А может, это я уже сама напридумывала. Хотя неудивительно, что у такого мужчины нашлась охранница!

Отбросив мысли о несуществующих людях, я, не торгуясь, села в первое подвернувшееся такси. Молодой таксист, услышавший тщательно заученное мной название села Улаган, даже не стал скрывать своей радости.

– Это далеко. Часов шесть ехать, не меньше.

Похоже, он уже подсчитывал, сколько заработает на этой поездке. Но меня больше интересовал, скажем так, вопрос логистики.

– Мне не в само село, – объяснила я. – Там есть база, она вроде как в безымянном поселке. «Белые ночи» называется. Координаты у меня есть.

– Разберемся, – таксист покосился на мой скромный багаж из двух дорожных сумок. – Ненадолго, наверное, приехали.

– Дней на десять, – коротко ответила я.

Болтать шесть часов с таксистом я не хотела, но и совсем не ответить было бы невежливо.

– И одна. Бесстрашная вы девушка.

– А что, есть чего бояться?

– Ну так. Место безлюдное. Бывали там?

– Нет. Но знакомая очень хвалила. Говорила, там полное единение с природой.

– Чистая правда, – кивнул таксист, уверенно ведя машину по ровной дороге. Удивительно, никогда бы не подумала, что в такой глуши могут быть такие хорошие дороги!

– Мне того и надо, – я улыбнулась своим мыслям. В мечтах я уже сидела, умиротворенная, на берегу горной реки, а передо мной возвышались величественные горы. И никаких словоохотливых таксистов поблизости.

Дальше мы ехали в молчании. Мой водитель включил музыку, и я прослушала штук десять лирических песен. Преимущественно о любви и страданиях.

– Слава у того места не очень, – таксист убавил звук и бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида. Хорошо, что я специально села так, чтобы он не видел моих глаз.

Однако, информация все же меня растревожила.

– Неужели преступность высокая? – спросила я наиграно беззаботно, словно сама понимала нелепость своих предположений.

– Да нет… Какая преступность? Место безлюдное, говорю же. Да и базу вашу проезжать приходилось. Не самое популярная в округе.

– Дикие животные? – предположила я.

– Бурундуки разве что. Или белки.

Таксист умолк, будто размышляя, стоит ли говорить дальше. Это было и смешно, и раздражало, потому как вел он себя так, словно это я выпытывала у него то, чего мне знать не положено.

– Село там есть, люди его Агарт называют. Недалеко от «Белых ночей». Ни на одной карте села этого не найдешь! Люди там пропадают. А то и гибнут. Молодыми!

Я откинулась на сидение и расслабилась. Просто ерунда! Люди у них пропадают. Да уезжают в поисках лучшей жизни, вот и все. А то, что умирают молодыми – это, конечно, прискорбно, но случается. Да и вообще, я могу не ходить в это ужасное-страшное село.

– Я как-то с девушкой познакомился, вез ее из города вот в этот самый Агарт. Ну не в само село, а до развилки, дальше там такая дорога, на машине не проехать, – пустился в откровения таксист. – И, понимаешь, влюбился. На свидание позвал, пообещал в кино в город свозить. Приехал, значит, к Агарту. Она, девушка эта, подробно расписала где живет. Приметный такой дом, с ярко-оранжевой крышей, еще и с рисунком. Что-то вроде женского лица, но я толком не разобрал, видать, старый рисунок-то. Ну точь-в-точь к такому дому я и вышел. Стучал, кричал, никто не откликнулся. А самое странное знаешь что?

– Что? – автоматически переспросила я, строя свои предположения о причине пропажи девушки из села Агарт. Я была почти уверена, что она обманула навязчивого таксиста, назвав ему неправильный адрес. Хотя, надо признать, парень за рулем был весьма симпатичным. Но мало ли что не понравилось той таинственной девушке?

– Самое странное, – продолжил таксист, – то, как вели себя местные. Это ж по сути деревня, понимаешь? Пара сотен жителей. В таких деревнях всем все интересно. А пока я там глотку драл у дома разрисованного, человек десять мимо прошли. Молча. Даже головы в мою сторону никто не повернул. Тогда я сам какого-то древнего деда остановил и спрашиваю: мол, где хозяева? Дед так зыркнул на меня и сказал, что в этом доме уж лет десять как никто не живет. Думаю, наврал. Не выглядел дом заброшенным, совсем не выглядел. А когда я отчаялся и к машине пошел, к развилке, по дороге на похороны наткнулся. Услышал, как две тетки перешептываются, что совсем молодая умерла. Подумал, вдруг та самая девушка? Спросил у тех теток, не блондинку ли хоронят. Одна сразу отвернулась, а вторая сказала, что умершая была ярко-рыжей, но к концу своей жизни потеряла все волосы. И все, никаких подробностей, ни ахов, ни охов. Как будто и не деревенские вовсе. Во дела, да?

Я пожала плечами и прикрыла глаза. Пусть симпатичный, но приставучий таксист лучше думает, что меня стремительно настигло желание поспать. Обманула его девчонка, не захотела знакомство продолжать. Тоже мне мистика. А девушка, которую хоронили, видимо, умерла от тяжелой болезни. Потому и волосы потеряла. Грустно, но совсем не загадочно.

Остаток дороги мы молча тряслись по колдобинам. Хорошая дорога оборвалась так резко, как будто рабочие вдруг передумали доделывать ремонт.

***

Подхватив легкие сумки, я выбралась из машины и поблагодарила водителя. Он что-то буркнул под нос, протянул мне визитку и покатил по направлению к нормальной дороге. Я сунула визитку в карман куртки и смотрела вслед удаляющейся машине. Хотя дружеских отношений, у нас с таксистом не сложилось, мне неудержимо захотелось кинуться вслед за ним и укатить поближе к людям.

Меня прошиб холодный пот, и я почти бросила вмиг потяжелевшие сумки на землю. Что за глупости, уговаривала я сама себя, это глупый иррациональный страх изнеженной горожанки.

Глава 2

Почти успокоившись, я повернулась к невысоким воротам, преграждавшим путь на базу. Гадать, как попасть внутрь, не пришлось, потому что навстречу мне уже бежала девушка в белой майке и, по погоде, коротких светлых шортах. Хотя на улице стоял май и утром в аэропорту было холодно, к обеду солнце стало припекать. По ощущениям, было градусов двадцать пять, а я так и не удосужилась снять куртку.

Думаю, одетая в теплую куртку до колен я, рядом с легко одетой девушкой, смотрелась странновато. Но оценить вид было некому.

За забором полностью просматривалась территория базы. Ни у одного из трех домиков я не заметила никаких признаков жизни. Справа от меня разбитая дорога, превращаясь в тропинку, уходила в лес. Слева та же дорога вела вроде бы к жилым домам, но выглядели они как-то неустроенно. Позади стояло большое, но очевидно недостроенное здание.

– Я Марина, – весело представилась девушка. – Администратор.

Заметив мое замешательство, Марина кивнула на здание позади меня:

– Тоже базу отдыха будут открывать. Уже в следующем году здесь не будет такого уединения, как сейчас. Так что вам повезло.

– Добрый день, Марина, – на бэйджике, прикрепленном к майке девушки действительно было указано, что это администратор по имени Марина. Учитывая отсутствие людей вокруг, бэйджик казался не особо уместным.

– Давайте я вас провожу и все вам покажу, – Марина подхватила мои сумки и толкнула ворота ногой.

– Они закрываются? Ворота? – спросила я.

Я хотела было понести свои сумки сама, но Марина сказала, что, как администратор, не может такого допустить. Видимо, девушка очень серьезно относилась к своим обязанностям. Не исключено, что это вообще была ее первая работа, потому что на вид Марине было максимум лет двадцать пять.

– На ночь ворота мы всегда закрываем.

Я не поняла, кто это «мы», но уточнять не стала. Только обернулась к воротам, чтобы убедиться в наличии надежного замка.

На воротах из запирающих механизмов я заметила только крючок.

Ну и ну. Надежность, конечно, на уровне.

В очередной раз ощутив острое желание броситься наутек, я, тем не менее, продолжила шагать вслед за приветливой администраторшей. Ноги были такими тяжелыми, как будто я шла по топкому болоту, а не по ухоженной тропинке.

В нескольких метрах от забора стоял домик с табличкой «Администрация». Марина чуть притормозила, поглядывая на аккуратный дом, узкие окна которого изнутри закрывали плотные занавески.

Я без особого интереса посмотрела в ту же сторону и вздрогнула от Марининого крика.

– Ты куда собрался?

На крыльце дома переминался с ноги на ногу очаровательный мальчуган лет пяти. Очень похожий на Марину: такие же кудрявые русые волосы, круглые щечки и широко распахнутые серые глаза.

– Маа-а-ам, – протянул мальчик, – мне скучно.

– Вы не против, если Арсений пойдет с нами? – обратилась ко мне Марина.

– Нисколько.

Я мечтала уже скорее хоть куда-нибудь дойти. Принять душ и, если получится, поспать. В Москве со сном у меня были проблемы – бывало, что я спала все выходные, но чаще случалось наоборот: ночами я таращилась в потолок и забывалась коротким тревожным сном только под утро.

Возможно, свежий воздух мог бы помочь от бессонницы.

Ведомая Мариной, я прошла через всю территорию базы. По левую руку от нас было что-то вроде огорода. Марина сказала, что здесь «мы выращиваем овощи и предлагаем их нашим гостям». Я подумала, что под «мы» она имеет в виду себя и своего маленького сынишку.

Втроем мы пришли на самый дальний конец базы к последнему, третьему домику. Прямо за оградой начинался лес. А когда я повернулась к домику спиной и посмотрела перед собой, у меня сладко заныло под ложечкой. Моему взору открылись горы. Три горы с заснеженными верхушками были по умолчанию прекрасны. Им не нужно было никому доказывать, что они достойны занимать место в этом мире.

Не то что людям. Мы все время что-то кому-то доказываем.

Во всяком случае, я. Доказывала коллегам, что достойна своей должности, а немногочисленным приятельницам доказывала, что могу выйти замуж за парня, который носит меня на руках. А как же я? Хотела ли я в самом деле этой должности и этого парня?

Марина что-то рассказывала о горах, но я не вслушивалась. Я представляла себя на вершине одной из этих гор, в безмолвии и покое.

– Пойдемте, я покажу вам домик, – громко сказала Марина. Даже слишком громко. Не исключено, что она предлагала мне зайти в дом не в первый раз, но я, поглощенная своими мыслями, ничего не слышала.

Малыш Арсений с нами не пошел. Не знаю, почему. Может, Марина боялась, что ребенок что-то испортит или сломает? Как бы ни было, мать велела сыну остаться на веранде домика и строго-настрого запретила уходить.

Внутри дом точно соответствовал описаниям влюбившейся в это место Лары. Ну и фотографиям на сайте, конечно.

Вспомнив о сайте, я подумала, что надо бы проверить, как здесь ловит интернет. В глубине душе я надеялась, что в таком глухом месте интернета не будет вовсе, и у меня не появится даже мимолетного соблазна проверить, как там поживают мои московские знакомые.

Марина провела меня по единственной комнате, показывая, где кровать, где диван, а где шкаф. Можно подумать, что без Марининых объяснений я бы не различила предметы мебели и улеглась бы спать не на кровать, а, скажем, в шкаф.

Справа от комнаты была кухня. Здесь Марина тоже не поленилась перечислить предметы обстановки, поочередно указывая на чайник, мини-холодильник и микроволновку.

В целом домик мне понравился. Санузел, к счастью, тоже был внутри. Из панорамных, во всю стену, окон, открывался вид на горы. Мне уже не терпелось выпроводить Марину и усесться перед окнами или прямо на веранде с вязанием, которое я прихватила с собой. Сто лет не вязала, а ведь раньше очень любила, размеренно щелкая спицами, создавать простенькие вещички вроде носков, шарфиков и салфеток.

Единственный вопрос, который меня волновал – вопрос пропитания. Только подъезжая к «Белым ночам», я подумала, что из еды у меня с собой лишь пара шоколадок, а где тут ближайший магазин – неизвестно.

Марина сказала, что пара продуктовых есть в селе. В Агарте.

– Идти недалеко, – сказала она. – Километра три. Только люди там неприветливые… Мы с Мишей, мужем, там бываем иногда. Так я стараюсь вообще из машины не выходить. Они так смотрят, как будто хотят, чтобы мы побыстрее убрались.

Ага, значит, «мы» – это Марина и ее муж. Поняв, что на базе еще живет мужчина с машиной, я повеселела. Лишаться всех благ цивилизации так резко было все-таки страшновато.

– Но тут в пяти минутах ходьбы есть кафешка, – продолжила Марина. – Вы, может, к таким не привыкли, там ничего особенного. Но кормят вкусно, голодной не останетесь. Там и кофе есть, и десерты, и вообще...

Марина – в который уже раз – глянула в сторону веранды, где оставила сына. И, прервав рекламу местного кафе, выбежала наружу.

– Се-е-е-еня! – услышала я истошный крик. – Се-е-еня!

Я выскочила на веранду. Вокруг домика бегала Марина и звала сына. С ее лица в секунду стекли все краски, девушка была мертвенно бледной, а ее губы некрасиво дергались.

– Где он? – шепнула Марина. И закричала так, что у меня заложило уши: – Где мой ребенок?

Она побежала к выходу с базы. Я, ощущая, как пульс бьется у меня где-то в горле, пошла проверить лес со стороны своего домика. Быстро поняла, что ограда там слишком высокая для того, чтобы через нее мог перелезть пятилетний ребенок, и пошла в ту сторону, куда убежала Марина. По дороге подумала, что из-за высокой ограды кто-то мог позвать Арсения, и тогда...

Я одернула сама себя. Кому-то тут нужно сохранять холодную голову, а не впадать в панику.

Издерганную Марину я нагнала уже за воротами. Она озиралась по сторонам совершенно безумными глазами и вид у нее был такой, словно она вот-вот потеряет сознание.

Не теряя хладнокровия, я постаралась зацепить взглядом любое место, где мог бы спрятаться Арсений. Мне пришлось лезть в колючие кусты и разгребать заросли крапивы. К сожалению, без всякой пользы, никаких следов малыша там не обнаружилось.

С расцарапанными руками я вынырнула прямо у деревьев, за которыми начинался лес. Вытерла пот, ручьями катящийся со лба, и порадовалась, что оставила куртку в домике. Даже в обычных голубых джинсах и серой футболке было очень жарко.

Я уперлась ладонями в колени и попробовала отдышаться. Скользя взглядом по лесной чаще, я размышляла о том, что делать дальше. Пропал ребенок, и это факт, который нужно признать как можно скорее. Надо звонить в полицию, решила я.

Мое внимание привлекло мельтешение среди деревьев. То, что я увидела, настолько не вписывалось в окружающую обстановку, что я протерла глаза, чтобы убедиться, что зрение меня не подводит.

Увиденное мной создание никуда не исчезло. Среди берез, ветви которых были покрыты молодой нежно-зеленой листвой, бродило огромное животное. Громадина была абсолютно белой и по виду больше всего напоминала собаку. Только раньше мне не доводилось видеть собак размером чуть ли не с лошадь.

Животное – или что это было – посмотрело прямо на меня. Я вдохнула, чтобы закричать, и не смогла выдавить ни звука.

У белоснежной псины были ярко-красные глаза, которые светились даже при ярком свете дня.

Немыслимая тварь сделала шаг в моем направлении. Я попятилась и упала в колючие кусты.

За спиной в режиме ультразвука визжала Марина.