Текст книги "Развод с драконом запрещен (СИ)"

Автор книги: Ева Енисеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 32 У этой женщины есть план

Глава 32 У этой женщины есть план

Моё лицо обожгло жаром от наглого взгляда парня без рубашки. Глаза сами собой потянулись к рельефному прессу, но я силой воли вернула их на уровень его лица.

Я выдохнула, смахнула смущение, как пыль с полки, и постаралась правильно поставить себя в этой ситуации.

– Нолан, во-первых, надень рубашку. Во-вторых, убери ведро с прохода. Кто-нибудь придёт и споткнётся. И забери в конце концов шляпу у кобылы!

Нолан моргнул.

Улыбнулся. Не смущённо, а с неподдельным интересом.

– Мэри, а в вас есть хозяйская жилка, – сказал он, подбирая ведро.

Шляпу он тоже отвоевал у лошади, которая фыркнула ему в лицо. А вот с рубашкой… не торопился. Наоборот, подошёл ближе, красуясь мускулами. Ещё бы у него их не было, он наверное много работает руками… Ойййй, да о чём это я?..

– Рубашку надевай, герой-любовник, – сказала я, закатив глаза. – Я – последний человек, перед которым стоит красоваться, поверь.

– Это ещё почему? – он склонил голову набок, и в его глазах заплясали озорные искорки.

Его бесстыдная уверенность оказалась заразительной. Игривое настроение передалось и мне.

Я сделала томный взгляд, прикусила губу и подошла ближе к парню. Нолан был выше меня. Явно выше, так что привстала на цыпочки, чтобы горячим дыханием опалить его ухо.

А Нолан только и рад!

– Беременным, – томно шепнула я, – порой противопоказаны всякого рода… кхм… утехи. Разве что, – я сделала драматическую паузу, – ты готов жениться на мне немедленно и содержать двоих. Правда отцу моего ребёнка может это не понравиться, а он шире тебя раза в три и обладает весьма горячим нравом…

Когда я встала на полную стопу, Нолан вскинул руки, будто сдаётся, и молча отправился за рубашкой, а я победно улыбнулась.

– Так. Теперь по делу. Мы с лордом Фортроссом выезжаем на осмотр владений. Нужен его обычный конь – в полной готовности. И ещё один – самый спокойный из всех, тот, что прямо эталон лошадиного спокойствия – для меня.

– Е… есть, – выдохнул он, несмело оглядывая мою фигуру.

– Да что ты смотришь, нет у меня ещё живота, срок небольшой, – возмутилась я.

– Вообще-то есть, – ошарашил меня конюх, – я просто раньше не замечал, а как вы сказали, так сразу и понятно стало.

Я резко опустила взгляд на свою талию.

И правда…

Да быть такого не может! Ещё рано!..

Я кашлянула и попыталась взять себя в руки.

Нолан, заметив мой шок, залепетал, пытаясь сгладить неловкость:

– Вы ничего!.. То есть, вы очень… красивая! Самая красивая беременная… То есть не моя беременная, я хотел сказать…

– Всё-всё, достаточно, – прервала я его поток сознания. – Давай готовь коней и, когда мы уедем, составь список того, что надо здесь сделать, чтобы привести конюшню в порядок. Это никуда не годится!

– Список? – неуверенно спросил Нолан.

– Да, и если тебе ещё рабочие руки нужны, тоже скажи, я найду кого-нибудь тебе на помощь.

– Так я это, – он засмущался. – Вы только не злитесь, Мэри. Я писать только своё имя умею, а Варрену приукрасил чуток.

Я вздохнула.

– Ладно. Тогда поступим по-другому.

Я достала из кармана бумагу, перо и чернила. С недавних пор везде ношу с собой писчие принадлежности. Ассистент я или мимо проходила?

– Организуй мне, пожалуйста, стол!

Парень оживился и выставил у двери бочку, положил сверху доску, принес табурет и даже протёр всё тряпицей. Вид у моего «кабинета» был шикарный.

Я села, развернула лист и мы начали составлять план.

Пока Лорик, невозмутимый, как инспектор, прыгал с тюка на тюк и деловито трусил вдоль стойл, мы с Ноланом записывали и зарисовывали, что надо было сделать в первую очередь.

Список оказался обширным, в какой-то момент я стала сомневаться в компетентности Нолана, и мы спорили до хрипоты о том, как часто надо убирать в стойлах.

В этой запаре я и не заметила, когда за моей спиной, в дверях конюшни, появилась высокая, молчаливая тень, наблюдавшая за нашей… громкой сценой с приподнятой бровью.

– Что здесь происходит? – спросил Ардан, видимо, когда ему надоело слушать взаимные обвинения меня и Нолана.

– Вы ничего не подумайте, милорд! – Нолан выпрямился так резко, что чуть не опрокинул мою бочку-стол. – Мы тут… это… планы строим. По конюшне.

Я медленно обернулась, чувствуя, как метка на запястье начинает тихо, но настойчиво греть кожу.

Ардан стоял в дверях, заслоняя собой свет. Его взгляд скользнул с моего лица на разложенные передо мной бумаги, испещрённые пометками и кривыми схемами стойл, затем перешёл на Нолана, который вдруг вспомнил, что у него есть руки, и судорожно начал их куда-то девать – то ли в карманы, то ли за спину.

– Планы, – повторил Ардан без интонации. Он сделал шаг внутрь.

Грозный, его вороной жеребец, нетерпеливо топнул копытом в своём деннике.

– Лошади готовы?

– Л-лошади… – обречённо протянул Нолан, и в его глазах мелькнула паника человека, который только что понял, что забыл про главное. – Сию секунду!

И он умчался готовить лошадей.

– Это я его отвлекла, – поспешила я вставить слово, защищая парня. – Виновата.

– Кажется, вы не довольны его работой. Мне надо искать нового конюха?

– Нет, я думаю, нет, – задумчиво ответила я. – Он целеустремлённый и работящий. Где-то ему не хватает опыта. И рабочих рук. Но он научится. Просто нужен… чёткий список.

Ардан подошёл ближе, взглянул на мой «список». Его глаза быстро пробежали по пунктам:

Вывести козу за пределы конюшни (срочно!),

Починить засов на дверце сеновала,

Отмыть зелёное пятно у третьего стойла (выяснить происхождение).

– Обстоятельно, – произнёс он, и в углу его рта заплясала знакомая тень усмешки. – Надеюсь, «происхождение зелёного пятна» не станет темой для отдельного расследования.

– Я тоже.

– А вот засов на сеновале чинить бесполезно, – продолжил Ардан, указывая пальцем на второй пункт, – чинить бесполезно. Вся прислуга туда по ночам по очереди бегает.

Я засмеялась.

– Красивый у вас смех, Мэри.

И так он это сказал…

Я тут же посерьёзнела. Неужели догадывается, что никакая я не Мэри?.. Или это просто комплимент?

– доложил, возвращаясь, запыхавшийся Нолан. Он вёл под уздцы великолепного вороного Грозного и ещё одну лошадь.

Вот тут и начались мои основные сегодняшние проблемы.

– Вы думаете, это хорошая идея? – спросила я, с сомнением глядя на шоколадного жеребца. Он выглядел так, будто мог легко перепрыгнуть через замковую стену.

– Да, мы будем двигаться шагом, я не собираюсь причинить вред вам или вашему малышу, – ответил Ардан.

– А если он поскачет?

Я кусала губы и ужасно волновалась. У нас в Усть-Волжинске самым опасным транспортом была маршрутка, но ЭТОТ монстр выглядел куда страшнее!

– Конь не посмеет ослушаться дракона, Мэри.

Ардан посмотрел на меня с лёгким недоумением, как будто я спросила, не упадёт ли солнце, если на него слишком пристально смотреть.

– Я просто… ну у нас в деревне напряжёнка была с конями, – начала выдумывать я.

– Не умеете обращаться с лошадью? – с сомнением спросил Ардан.

Таиться не было смысла.

– Совсем не умею, – призналась я, разводя руками. – Примерно как Нолан умеет писать…

– Хорошо, я помогу.

Он подвёл меня к коню и… осторожно обхватив мои бока там, где рёбра, поднял вверх, чтобы я устроилась в седле.

И вот я бы так и сделала! Так бы и сделала, честное слово!

Только вот мой ребёнок, наш общий ребёнок, в этот самый момент…

Глава 33 Похолодание

Глава 33 Похолодание

Внутри что-то шевельнулось, будто бабочка вспорхнула крыльями.

Я замерла, глаза широко распахнулись.

Ардан тоже остановился. Его руки всё ещё лежали на моей талии.

– Что? – спросил он тихо, почти беззвучно.

Я не могла ответить. Лишь прижала ладонь к тому месту, где только что ощутила жизнь. Мой ребёнок. Наш ребёнок. Он дал о себе знать.

Обернулась и наши с Арданом взгляды встретились.

Он всё ещё не отпускал меня, и от его прикосновения кожа под одеждой загорелась, а метка на запястье запульсировала в такт моему ускоренному сердцебиению.

– Он… пошевелился, – прошептала я и сама не поверила.

Взгляд Ардана стал остекленевшим, зрачки резко сузились до вертикальных щелочек. Он медленно, будто боясь спугнуть, опустил одну руку с моего бока и приложил свою широкую ладонь поверх моей. На живот.

Это было совершенно неуместно, но Нолан, к счастью, смылся, унося куда-то уздечки и свою нелепую улыбку. В конюшне остались только мы и лошади.

Мир сузился до точки под нашей общей ладонью, где бился крохотный пульс новой жизни.

– Этого не может быть, – засмущалась я. – Должно быть мне показалось. Срок ещё совсем небольшой, не должно быть так скоро…

– Я почувствовал, – так же тихо ответил Ардан. Пальцы его левой руки на миг сильнее сжали мой бок, и он тут же отдёрнул руки, будто обжёгся. – Простите.

– Мне не показалось? – спросила я.

– Ваш малыш… – прошептал Ардан, и в его голосе не было ни генеральской твёрдости, ни насмешки, ни холодности… Только глубокая, первобытная нежность, от которой у меня в груди всё сжалось. – Он очень сильный, Мэри.

– Но это же невозможно…

А потом он снова задал вопрос, которого я бы всеми силами хотела избежать.

– Кто отец вашего ребёнка?

– Какое это имеет значение?

– Прямое. От силы отца и матери зависит скорость, с которой ребёнок развивается. Рута не рассказала вам про то, что срок беременности может варьироваться, если ребёнок одарён?

Я нахмурилась. Да, Рута говорила об этом, но я думала мы говорили о разнице в пару недель, не больше…

– Так кто отец вашего ребёнка?

– Тот, кому… он не нужен, – ответила я, удивляясь, как спокойно это прозвучало. – И кто достаточно жесток, чтобы сделать вид, что ничего не было. Я его имени не скажу. Не хочу возвращаться туда.

Он медленно кивнул, будто примерял мои слова к себе.

Ардан сжал челюсть. В его глазах промелькнуло что-то тёмное. Гнев?

– Я знаю, что значит быть связанным долгом, который важнее личных чувств, – проговорил он негромко. – Мне тоже пришлось… отпустить человека. Общество, традиции, долг перед родом… Всё это диктует свои правила. Порой они слишком жестоки. Лорду нельзя оставаться без наследника. Кайра появилась очень кстати. И метка на её запястье тоже.

Он потянулся взглядом к моей руке, но я удержалась от того, чтобы поплотнее прикрыть её рукавом.

Не узнаешь ты, дракон, который так зависит от общества, что перед тобой твоя истинная.

– Разумеется, – выдохнула я, и голос мой прозвучал резче, чем я планировала. – Вы должны были избавиться от прошлой жены. Освободить место для новой, способной дать вам то, что нужно.

– Я не избавлялся от Мэделин, – резко перебил он, и в его голосе прорезалась жёсткая нота. – Она сама ушла. Я же хотел устроить ей жизнь. Домик у моря, сад, где она могла бы быть счастлива без меня!.. Она любит садоводство. А я всё равно всегда был ей в тягость.

Он замолчал, уставившись в пустоту.

– Никогда не испытывала любви к садоводству, – сказала я, чтобы разрушить повисшую тишину.

Ардан вдруг зацепился за мои слова, резко повернулся ко мне, его изумрудные глаза впились в моё лицо с такой интенсивностью, что мне захотелось отступить.

– К чему же испытывали?

И вспыхнула перед моими глазами та ночь в его покоях. Потрескивающий огонь в камине. Широкая мужская ладонь на моей пояснице. Его горячие губы на моих. Шёпот, смешавшийся с дыханием. Ощущение полёта и потерянности одновременно.

И надежда, что уж в этот раз, что в этом мире у меня всё получится.

С этим мужчиной у меня всё получится!..

Я вспомнила, как после, утром, я провела пальцем по шраму на его плече, ощущая странное, тихое счастье. Любовь? Нет, не тогда. Но что-то очень близкое к этому.

А он ведь в тот момент уже привёз в замок Кайру.

Я откинула голову, встретив его взгляд прямо.

– К своему ребёнку, – сказала я. – К нему я испытываю любовь. И я хочу устроить нашу с ним жизнь так, чтобы нам было хорошо. Вне зависимости от… всего остального.

Самую настоящую. И я хочу устроить нашу жизнь хорошо. Без оглядки на жестоких людей и прошлые ошибки.

Наступила тягостная пауза. Грозный фыркнул в своём деннике. Где-то далеко каркала ворона. Ардан смотрел на меня, и в его глазах бушевала буря эмоций, которые я расшифровать не смогла.

И хорошо.

Это лишнее.

– Едем, – сказал Ардан.

Он развернул коня ко мне и, действуя осторожно, как будто я сделана из стекла, помог усесться в седло. Я вцепилась в его край, делая вид, что знаю, что делаю.

Он сам сел на Грозного, и удерживая верёвку, которая была привязана к моей лошади, повёл нас наружу.

Мы медленно выехали из конюшни, а потом и из замковых стен.

Лорик, появившись неизвестно откуда, устроился передо мной на седле, свернувшись тёплым комочком.

Так мы и ехали молча по проселочной дороге. Практически семейная идиллия, только вот муж и жена разведены, жена работает помощницей бывшего мужа под видом незнакомки, а бывший муж никак не женится на любовнице. Ах да, забыла упомянуть, что жена вообще не жена, а женщина из другого мира!

Я хохотнула.

– Хорошее настроение? – спросил Ардан.

– Да, как ни странно. Последние события заставили научиться радоваться тому, что есть, – ответила я.

– Знаете, Мэри, вы совершенно не похожи ни на одного моего знакомого человека, – вдруг сказал он.

– Ну тогда пользуйтесь этим, лорд Фортросс, пока я рядом и пока вы всё ещё можете.

Это было на грани приличий, но у меня было хулиганское настроение. Ему значит можно класть руку мне на живот, а я пошутить не могу?

– Да? Хорошо! – Ардан указал на одно из полей, где колосья выглядели поредевшими. – Вредители. Управляющий предлагал залить поле ядом. Что предложите вы?

– Вам такая идея не близка? – усмехнулась я.

– Продавать немного отравленное зерно за рубеж? Нет, мне это совсем не близко.

– Да уж, не очень этично, – согласилась я, всматриваясь вдаль. – Посадить растения, которые отпугивают этих вредителей? Или завести птиц, которые ими питаются? Или зверьков завести.

Ардан повернулся ко мне, прищурившись от солнца.

– Знаете, Мэри, вы действительно мыслите интересным способом, – усмехнулся он. – Мне нравится идея, составьте список подходящих растений. И узнайте, каких птиц или зверей можно привлечь.

Мы ехали и ехали, а поля всё не кончались.

Обсудили и способы ирригации, и корма для лошадей, и погоду…

Нам встречались работники, все они тепло приветствовали Ардана.

– Леди Фортросс! – обратился ко мне один из крестьян.

Я замотала головой, отчаянно покраснев.

– Это моя помощница, Мэри, – просто объяснил Ардан.

Крестьяне понимающе закивали. А тот, что назвал меня леди долго извинялся. Я покраснела ещё сильнее, пробормотала что-то про «ничего страшного», и в конце концов мы двинулись дальше, а к полудню остановились у ручья, чтобы дать коням напиться.

Ардан слез с Грозного, помог мне спуститься – его руки на моей талии уже не вызывали шока, только привычное, смущающее тепло.

Мы сели на большой плоский камень у воды. Он достал из седельной сумки хлеб, сыр и кожаный бурдюк.

– Рано или поздно вам придётся рассказать мне, кто отец ребёнка, – сказал Ардан весело, подавая мне воду.

Я тоже непринуждённо улыбнулась, но сердце снова зашлось в страхе и когда наши пальцы соприкоснулись, бурдюк в моей руке вдруг стал… ледяным!

Метка обожгла запястье, я снова почувствовала шевеление малыша, а Ардан вопросительно посмотрел на меня.

– Мэри, что это значит? – прорычал он.

– Я… я не знаю…

Глава 34 Эпицентр холода

Глава 34 Эпицентр холода

Бурдюк с водой стал твёрдым и холодным как лёд, словно кто-то включил режим экстренной заморозки.

– Отец твоего ребёнка – дракон? – ошарашил меня Ардан, и это прозвучало не как вопрос, а как обвинение.

Я оторвала взгляд от ледяной корки, стремительно оплетавшей теперь и мою руку.

– Я…

В его глазах полыхало что-то не очень довольное – тревога, смешанная с внезапной догадкой.

– Отвечай, Мэри.

Я прочистила горло.

Полуправда. Нужна полуправда. Она всегда лучше, чем откровенная ложь.

– Да.

– Но ледяных драконов не осталось, – его голос стал низким, почти рычащим. – Их род пресёкся два поколения назад.

Мои пальцы инстинктивно сжались, послышалось лёгкое похрустывание ломающегося льда.

Откуда мне знать, какие драконы тут водятся или не водятся⁈

Отец этого ребёнка сидит передо мной! Значит… Ардан – ледяной дракон?

Я вгляделась в его лицо – в эти пронзительные зелёные глаза.

Нет, точно нет. Там полыхал огонь.

– Это куда серьёзнее, чем я думал… – Ардан медленно поднялся на ноги, накрывая меня своей тенью.

– Почему? – спросила я, не совсем осознавая, что это меняет.

– Потому что это вопрос государственной важности, Мэри, – он посмотрел на меня хмуро.

– Я из деревни… мы там не следим за политикой, пояснишь?

Что-то подсказывало мне, что его объяснение будет не из приятных.

– Последний ледяной дракон был убит в битве при Хрустальных пиках. Его магию считали утерянной.

Да, действительно, это не сулило ничего хорошего…

Я занервничала ещё больше и по плоскому камню у наших ног распустился иней: крохотные шестилучевые звёздочки, будто мороз вышивал кружево поверх серой глади.

Ардан резко повернулся ко мне.

– Останови магию.

– Я… я не могу, – сказала я испуганно, глядя на то, как снежные узоры расползаются под ногами, как иней расползается всё дальше, как трава у ручья сереет и поникает, покрываясь ледяным пушком.

– Тише, – вдруг сказал Ардан почти шёпотом, беря меня за руку.

Он взял меня за руку – его пальцы были обжигающе тёплыми – и накрыл ладонью бурдюк. Из горлышка поднялся пар, лёд внутри хрустнул, начал таять. Но по камню иней снова пополз тонкой паутинкой, рывками, в такт моему дыханию.

– Мэри? – его голос слегка охрип. – Твоя магия… Что это значит?

– Я правда не знаю, – выговорила я и сама услышала, как фальшиво это звучит, – с отцом ребёнка я почти не знакома.

Полуправда. Снова полуправда…

Он не отнял рук. Только внимательнее всмотрелся в моё лицо, будто пытался прочесть между строк то, что я не решалась сказать.

– Как вы встретились? – спросил он ровно.

– Это не важно.

– Важно, – столь же ровно ответил он. – От силы родителей зависит, как быстро развивается дитя.

Иней на камне стал расширяться увереннее. Я втянула воздух через зубы и отчеканила:

– Я не назову имя. Не хочу туда возвращаться.

Вынул бурдюк из моих окоченевших пальцев. Я посмотрела на руки: кончики пальцев побелели, потом стали синюшными.

– Иди сюда, – он раскрыл объятия.

– Нет…

– Ты окоченеешь до смерти, – его голос потерял всю мягкость. – Твой ребёнок реагирует на страх. Выпускает магию инстинктивно. Я приглушу её своим пламенем.

Я колебалась, дрожа всем телом. Холод уже проникал под кожу, сковал рёбра.

– Это безопасно для малыша, Мэри, – он сказал это тише, и в этих словах вдруг прозвучала не привычная уверенность.

Меня начинало потрясывать от холода, так что я подошла к нему.

Он обнял меня.

Это было неловко и неудобно…

Потом пошло тепло – не резкое, а постепенное, глубинное.

Оно растекалось по моему телу мёдом.

Только вот сердце болело в груди.

Он выбрал не меня.

Выбрал другую девушку. Молодую, уверенную и красивую. С приданным наверняка. С манерами уж получше моих Усть-Волжанских.

Хотя последнее очень сомнительно, учитывая, что он выбрал Кайру…

– Я… я рожу ребёнка и уеду, лорд Фортросс. Простите меня за все те беспокойства, что я вам доставила. Добро вернётся к вам в жизни.

И зло тоже – но этого я произносить не стала.

– Не шевелись, – сказал Ардан. – И не торопись с обещаниями, Мэри. Смотри на меня, Мэри.

Я подняла голову и посмотрела.

Эти зелёные глаза…

Кольцо, что я носила с собой под одеждой, нагрелось, придавая уверенности.

– Ваша доброта заблудилась, милорд. У вас есть истинная возлюбленная и бывшая жена, а вы помогаете мне, – сказала я, глядя в его огненные зелёные глаза.

– В этом и загвоздка, Мэри, – он выделил голосом моё ненастоящее имя. – Порой мне кажется, что вы трое – это одна и та же женщина.

Я закусила щёку изнутри, чтобы не показать, как он близок к разгадке. Правда зачем-то приплёл сюда Кайру… Кайра в нашем удивительном уравнении лишняя.

– Какое вы нашли замечательное оправдание своему любвеобильному поведению, – едко бросила я.

Воздух вокруг вдруг стал густым и горячим.

– Вы переходите границы, Мэри, – его голос звучал тихо, но в этой тишине была стальная хватка. – Моё поведение не предмет для обсуждения. Особенно с вами.

Я тут же отпрянула.

– Благодарю вас за прекрасную прогулку по округе. Я возьму в работу заботу о полях – нужно обсудить с местными животных и растения, которые помогут избавиться от вредителей.

– Мэри.

– Думаю, нам пора выдвигаться в замок, не находите?

– Мэри!..

Он выразительно посмотрел мне под ноги.

Я опустила взгляд – лёд расползался по земле, а я стояла в эпицентре холода.

– Идите сюда, – хмуро приказал Ардан, снова обнимая меня.