Текст книги "Проклятая и безликая (СИ)"

Автор книги: Ермак Болотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 40 страниц)

Глава 16

Внизу оказалось темно и холодно, несмотря на горящие факела и плотные стены, что должны были хранить в себе тепло. Аккуратно спустившись по лестнице, мне стало доступно прекрасное зрелище того, как яркий, теплый огонь небольшого камина отражаются на лезвиях аккуратно сложенных мечей, кинжалов и копий. Пляска пламени сверкала, маняще притягивая взгляд к своему дребезжащему естеству, в неровных, кривых обликах огня, что я видела на смазанной и блестящей стали, возникали и пропадали нарисованные огнем животные, искривленные символы и мой отражающийся в них взгляд. Но сейчас, я не могла позволить себе любоваться этим великолепием, что окружило меня со всех сторон. Мне нужно было взять охапку небольших, коротких метательных копий, что сохранили свое историческое название, пилум, но уже давно видоизменился, став чем-то напоминать гарпун, которым моряки сражались против морских чудовищ. Признаться, глядя на них, я уже и не знала, насколько целесообразно брать с собой множество копий, поскольку мы все равно не обладали ни достаточной точностью, ни силой, чтобы кидать их достаточно метко. Казалось, что я действительно могу попросту не взять все, что хотела. С другой стороны, копья хорошо помогали держать расстояние против зверей, даже несмотря на то, что пилумы давно стали другими, их длинна по прежнему доходила мне до груди. Растерявшись, я схватила четыре штуки, решив, что этого вполне хватит, как для защиты, так и возможно для охоты. Ведь если копья не смогут пробить шукуру, то неважно, будет их десять или четыре. Аккуратно сжимая в пальцах оружие, взятое во имя благого дела, я ощущала себя воровкой, хотя абсолютно все, что здесь лежало, так или иначе принадлежало именно мне и моему роду. Отойдя от одной стороны комнаты, я шагнула в противоположную, выбирая два наиболее длинных кинжала, от мечей толка не было, мы попросту не умели ими пользоваться, я аккуратно вложила их в ту же руку, где и негромко скрежетали пилумы. Мне оставалось взять только несколько медвежьих капканов, но подойдя к полкам, я лицезрела невиданное разнообразие ловушек и силков, лежащих аккуратными рядами на полках из толстого дерева. Глядя на них несколько секунд, я поняла, что не смогу утащить больше одного самого большого капкана, который явно предназначался для самой крупной добычи, а соответственно, являлся медвежьим. Он был размером почти что с мою голову, из стали, с ржавым механизмом, остатками засохшей крови на острых зубцах, еще и стоял на самой верхней полке до которой я дотягивалась только встав на цыпочки, что в условиях тяжести самого капкана, казалось слишком рискованным и опасным. Переведя взгляд, я остановилась на капканах, что были значительно меньше, казались новее, и весили во множество раз меньше. Решив, что лучше взять четверо небольших, скорее всего, волчьих, чем пытаться дотащить лишь один единственный медвежий, я быстро начала собирать их к себе, вешая на предплечье руки. Выглядело это крайне ненадежно, можно даже сказать, опасно, но… я была слишком поглощена тем, что делаю, для того, чтобы задумываться о последствиях. Мне хотелось наконец выйти из поместья, а для этого, нужно было добраться до моих покоев незамеченной, либо замеченной минимально. Потому собравшись с силами, приняв всю тяжесть железа, что была со мной, я развернулась, становясь лицом к дверям, готовясь бежать. В голове начался медленный отсчет, я поднималась по ступеням, стараясь не греметь сталью, но капканы все равно ударялись друг о друга, разнося по коридору потусторонние звуки, что наверное, привлекут внимание. Впрочем… Если быть достаточно быстрой, все должно обойтись, а дальше, мы спрячем это в сумках, избавившись от лишнего шума и, самое главное, каких-либо подозрений.

Я вышла в коридор, делая вдох, после чего, бросилась бежать, пытаясь не уронить с рук капканы и кинжалы, которые, как назло, начали постепенно выскальзывать из сжатой руки. Сердцебиение заглушило все звуки вокруг, я старалась двигаться так быстро, что начинала ощущать острую боль не только в ногах, но так же голове и правом боку, который заставлял меня двигаться чуть скривившись, завалившись на бок. Кровь в висках бурлила, ударяла по мне, словно пытаясь вырываться, я ощущала, как собственное сердце гоняет по телу кровь, пока перед глазами пляшут размытые огни факелов и редкие всполохи каминов, что виднелись в раскрытых дверях. Благо, это все было лишь следствием того, что я приносилась так скоро, что даже те слуги, которые находились в комнатах по пути, выходя, уже не могли рассмотреть, кто именно бежит, и тем более, куда. Возможно, они последуют за мной, но скорее всего, просто оставят эту ситуацию, вернувшись к работе. Им не было нужды задаваться вопросами и искать на них ответы, вряд-ли им вообще было дело до того, что происходит вне их жизни, по крайней мере, сейчас, мне хотелось в это верить. Я добралась до лестницы, что практически было для меня победой, начиная перепрыгивать через ступени, абсолютно не страшась того, что вот-вот могу упасть, всего лишь чуть оступившись или поскользнувшись на ковре. Благо, за два года я смогла побороть ту неуклюжесть, что была со мной на протяжении всей жизни, во многом благодаря Дереку, который крайне серьезно относился к ловкости. Настолько, насколько вообще Дерек мог относиться серьезно хоть к чему-то. Он помог мне научиться балансировать, заставлял делать растяжки, зачастую, весьма болезненные, при этом неизменно твердя, что если воин не будет гибок, то никакой доспех не сможет спасти его от меткого удара. Я верила ему... И это дало свои плоды, позволив мне оказаться куда ловчее, чем когда-либо прежде.

Я смогла добраться до второго этажа, начиная успокаиваться и наконец, давая себе отдышаться, что давалось с огромным трудом, ведь перестав двигаться, тело начало задыхаться, наконец почувствовав нехватку кислорода. Здесь практически не должно было быть слуг, стражи, или хоть кого-то, способного сейчас увидеть меня. Только мои наставники, но они редко покидали свои комнаты, предпочитая спать или изучать книги, взятые из отцовской библиотеки, Аколиты неизменно молились, и их шепот слышен был даже. Поэтому я не сильно беспокоилась о том, что наконец дала себе возможность отдохнуть и отдышаться, безопасность слишком радовала меня. Хорошо… Я правда сделала это! Оглянувшись, я убедилась, что никто за мной не идет, слуги действительно не стали пытаться узнать, что же произошло и кто бежал, а значит, у меня получилось. До комнаты оставалось всего несколько метров, и я преодолела их быстрым рывком, чтобы не проиграть уже на финишной прямой. Все было хорошо… меня вряд ли кто-то заметил, и раз никто не шел следом, то даже если заметили, то не придали значения.

Я зашла в комнату, плотно закрывая дверь и начиная снимать с дрожащих рук капканы, которые истощили меня, заставив почувствовать сильнейшее ощущение слабости, накатившееся на меня словно волна. Я буквально ощущала, как что-то смывает меня, заставляя ноги дрожать а сознание плыть. Быстро спрятав всю свою добычу под кроватью, я легла на нее, прерывисто вздыхая и закрывая глаза. Меня одновременно подташнивало, и при этом, я ощущала странный, очень болезненный голод. Безвольно расслабившись на кровати, я попыталась унять странное, утихающее дыхание, которое постепенно, словно сходило на нет. Раз Гвин еще не было, можно позволить себе немного отдохнуть, особенно, учитывая как рано я сегодня проснулась, и как длинен будет весь оставшийся день... Отдыхать в тишине всегда было приятно, это позволяло расслабиться, и я сама не заметила, как задремала, оставшись где-то между явью и сном. Постепенно, уходили и странные последствия моего бега, оставляя только тишину, всеобъемлющую и притягательную в своем спокойствии. Кошмары не явились, и уже вскоре, послышался звук аккуратно открывшейся двери.

Сколько прошло времени я не знала, возможно час, а быть может всего пару минут. Мне было неясно, что вообще происходит, лежа с закрытыми глазами, я слышала вокруг странный шепот и шум волн, которые плескались где-то рядом. Самое удивительно, во мне не было ни страха, ни испуга, только покой, который никак не хотел уходить, несмотря на то, что я не была способна пошевелиться. Но открыв глаза, я продолжала ощущать некую оторванность от реальности, с которой должна была помочь справиться стоящая рядом с кроватью чаша с водой. Поднявшись, меня качнуло в сторону, пол под ногами в случайном порядке двигался, словно я пыталась идти по движущимся фрагментам мозаики, но благо, тумбочка стояла в сантиметрах от меня, и сделав всего шаг, мне удалось ополоснуть лицо ледяной водой. Вмиг, все закончилось. Шум отступил, в душу вернулись эмоции, я смогла встать ровно и даже заметила, как на меня смотрит Гвин, стоящая неподалеку, с двумя кожаными сумками. Она выглядела обеспокоенной, хотя вроде ничего страшного не произошло, я часто... Выпадала из реальности, особенно после непродолжительного сна. Удивленно осмотрев саму себя, мне так и не удалось обнаружить каких-то порезов или странно выглядящих пятен. Значит, я не порезалась и не пострадала во время своих безумств, но в чем тогда проблема?

– Гвин? – Я аккуратно подошла, после чего, девушка кивнула мне, тут же отходя от своего ступора и выдыхая, протягивая мне одну из сумок. Опасливо, с молитвой в душе, обернувшись, я так и не смогла понять, куда именно она смотрела и что видела. Зато знала, что она видит лучше, чем я. Она была дочерью Годрика, если здесь есть нечто, то с большей вероятностью, она заметила это, но не я. Это действительно пугало, ведь по словам Аколита... Пока что, я была беззащитна против могущественных демонов. – Что-то случилось? Ты выглядишь очень напуганной.

– Прости… Мне просто показалось. – Гвин неуверенно поежилась, после чего подошла ко мне ближе, будто опасаясь того, что со мной что-то произойдет. Теперь, не по себе стало и мне. Вновь оглянувшись, я так и не смогла ничего увидеть, хотя очень старалась, даже стараясь применить какую-то волю и силу, но так ничего и не прояснилось. Просто стена, и лишь немного света, что выбивались из-за закрытых штор. Ей точно не показалось, Гвин никогда не была робкой и пугливой, она вряд-ли дрожала от простой тени. – Ты нашла все, что нам нужно?

– Нет, объяснись, пожалуйста. Мне не по себе… ты выглядела так, будто что-то видела. – Я не хотела вновь ощущать себя запертой от собственной жизни. Если она видела что-то рядом со мной, значит это касается меня и я имела полное право знать, что именно. В особенности, когда меня столь преступно манил неизвестный мир троп... Возможно, решивший ответить своей порочной взаимностью, наконец послав демона.

– Л-ладно… когда я вошла, увидела, что ты спишь, мне показалось, что ты не дышишь, я… знаю, как это выглядит, когда человек мертв, и я испугалась, а когда подошла, чтобы проверить, услышала, что ты бормочешь о волке который ждет… И… и… я увидела один волчий капкан, лежащий под кроватью. А после, над тобой мелькнул алый свет, и послышался тихий рык. – Гвин начала заикаться, а я пыталась вспомнить, было ли у меня видение или же сон, но ничего такого в памяти не осталось, просто звуки волн и шепот, который не имел смысла. Я просто легла отдохнуть, по ощущениям, даже не смогла уснуть, но то, что сказала Гвин, не могло просто привидеться или случайно послышаться, я не сомневалась, что подобное могло произойти, и на самом деле предполагала, что сказанное девушкой являлось правдой. Но… как это все может быть связано? Я не боялась волков, и уж тем более, никогда не пыталась найти определенного, так к чему… я говорила подобное? Тень и рык, у нас не было в доме собак, все животные находились вне имения, значит, именно я издала рык, либо я, либо что-то возле меня. Оно явилось ко мне. – Прошу, скажи мне, что ты ничего не скрываешь… особенно зная, что я боюсь их.

– Нет, честно, Гвин, мне неизвестно откуда… эти слова. Но я обещала, что защищу тебя от любого волка, и я правда сделаю это если понадобится, никто не направляет меня, я никого не слушала, отправляясь на эту охоту. – Обняв девушку, я старалась скрыть за уверенным голосом свой собственный страх. Неужели мои видения прогрессируют? Будет ли у них конец, или же, это все вина моей силы, о которой говорила Агат, и которой ныне меня учит Аколит войн. Возможно, остатки чар, наложенных на меня Эсселем окончательно развеялись, оставив меня один на один с безумием, что уже давно преследовало меня по пятам. Теперь, нужно быть осторожнее... И стоит рассказать об этом ей, пока еще, есть шанс это исправить. – Пойдем, на улице станет легче… я все взяла, два пилума каждому, по одному кинжалу и пять капканов… думаю, должно хватить.

– Почему волчьи? – Аккуратно спросила Гвин, протягивая мне сумку. Было видно, как она пытается узнать все, чтобы развеять собственные сомнения, но... Я ведь правда не шла на охоту из-за чьего зова, правда? Только если сама не понимала этого, но кажется, я была достаточно разумна, чтобы распознать чужую волю. Нужно прекратить эти мысли, сосредоточиться на деле. Попытавшись оставить тревожные мысли позади, я вытащила из-под кровати добытое оружие, отдав ей половину. Капканы скрылись в кожаных сумках, теперь, я наконец-то ощущала себя уверенно настолько, насколько могла, после подобных событий. Гвин осмотрела кинжал, после чего повесила его на пояс, я предпочитала найти свои ножны, чтобы в случае чего, не пораниться.

– Я бы не смогла утащить больше одного медвежьего капкана… Мне не хотелось рисковать. Я думаю, этих должно хватить. – Отойдя в сторону, я принялась рыться в комодах, пока наконец не извлекла изящный футляр, который прицепила на пояс, скрыв это все под рубашкой. Гвин аккуратно спрятала все, что нужно, во многои благодаря тому, что пилумы, которые лежали у нас дома, были значительно короче армейских, из-за чего легко уместились в бесформенный кожаный мешок, лишь чуть выглядывая своими концами. – Все будет хорошо, Гвин, слышишь?

– Я верю тебе, Лиз… Просто страшно. – Оглядевшись, Гвин кивнула на дверь. Видимо, она смогла подавить в себе страх, либо же предпочла наблюдать за мной. Я плохо чувствовала себя под чьим-либо надзором, но наверное, подобное было попросту необходимо, учитывая, что мы не знаем причин моего видения. – Пойдем? Я тоже хочу на улицу, там солнце и тепло…

– Сейчас, мне нужно одеться поплотнее, там много солнца, лучше быть аккуратнее. А чтобы не попасться страже… предлагаю выйти через немного… другой ход. – Я неловко улыбнулась, начиная выбирать себе накидку и закрытую жилетку, которая имела длинные рукава. Нужно просто забыть, ничего не было, это... Дурной сон, не больше не меньше. – Мне пришлось немного приврать стражам, чтобы попасть в оружейную… Я бы не хотела случайно встретить их по пути.

– Я просто стащила все, что надо, пока ваши слуги работали, это было просто, но вот зажигалки пришлось поискать… Они в сумках, возможно, стоит переложить в карманы. – Я наконец выбрала накидку, которая отчасти помогала мне сливаться с местность, правда только по моему мнению. Она имела зеленый окрас, очень нежный шелк, мех около шеи и длинные подолы, доходящие аж до пояса. – А про какой другой ход ты говорила? Мне казалось, что из поместья только один выход…

– Если выбраться через окно, то можно добраться до конюшни, а на карнизе лежит лестница. – Я улыбнулась, ощущая азарт, отступающее беспокойство уже не беспокоила меня, в тоже время в глазах Гвин страх тоже постепенно исчезал, что не могло не радовать меня. Возможно, она тоже пыталась забыть о подобном кошмаре, предпочтя сосредоточиться на вещах куда более положительных и ожидающих нас в скором времени. – Надеюсь, ты не против?

– Нет… звучит вполне забавно, да и так стража точно не должна будет нас заметить. – Гвин начала медленно приближаться к окну, я укуталась в плащ еще плотнее, надевая на лицо маску и перекидывая сумку за спину, отчего вновь почувствовала себя вором. Это мое имущество, я имею полное и неоспоримое право на использование его, все хорошо... – Только давай ты первая… хорошо?

– Да, без проблем. – Раздвинув шторы, я быстро отворила затвор, распахивая окна нараспашку и одним прыжком оказываясь на каменной крыше нижнего этажа. Сделав аккуратные шаги в сторону конюшни, я полной грудью вздохнула, впуская в себя летний воздух и стараясь не обращать внимания на жару. Здесь действительно было легче, во многом из-за осознания того, что я покинула проклятую комнату. Впереди меня ждала очередь серьезная задача, которая может оказаться невероятно сложной и опасной. Так волнительно! А ведь раньше я здесь никогда не была, и даже об этом месте узнала только из-за того, что видела, как здесь ходят дети слуг, пытающиеся аккуратно пробраться к конюшням. Зачем? Я не знала... И спросить тоже не успела. Следом, куда более аккуратно, даже несколько параноидально, вышла и Гвин. Тут же начиная оглядываться по сторонам, держась за ставни руками. – Видишь? Тут даже не высоко…

– Да, ты права. – Гвин выпрямилась в полный рост, глядя на лес, что раскинулся перед нами. На восток… туда, где не было ни деревень, ни торговых путей, ни мест работы лесорубов. Просто бескрайний лес, вечный лес, который так просто был способен поглотить нас, странно, но я никогда не задумывалась, почему там не было никаких людских поселений может, мы найдем ответы и на этот вопрос. Но окажемся ли мы достаточно сильными, чтобы противостоять природе вокруг? Я верила, что да. Природа ничто, перед человеком, она способна только огрызаться, но мы уже давно стали ее хозяевами… что способны вершить ее судьбу за нее, не обращая внимания ни на животных, ни на растения. Гвин отвлекла меня от мыслей, призывая шагать дальше. Спохватившись я двинулась вперед, ориентируясь на ржание лошадей, оставленных в стойлах.

Лестницы на крыше почему-то не оказалось, но и прыгать было невысоко. Единственная проблема заключалась в мешках, но Гвин, как более смелая и подготовленная, предложила вполне изящное решение, достаточно безопасное, чтобы я согласилась на него без каких-либо раздумий. Оставив мне мешок, она спокойно спрыгнула на траву, сделав кувырок и оказываясь на ногах. Никаких проблем, судя по выражению лица, даже никакой боли Гвин не почувствовала. Теперь, пришла моя очередь, бросив на землю обе сумки, я приготовилась, делая вздох. На душе бушевал страх, но отступать не хотелось, первое испытание, такое простое, Гвин выполнила его, даже не поморщившись, я… не могла мешкаться, теряя время в никуда. Встав на самый край крыши, почти что уже падая, я взглянула на лес, мысленно ободряя себя мыслями о скорой прогулке и том, как будто славно одержать победу над ужасным медведем, что ждал нас среди этих высоких, ветвистых деревьев. Секунда, я прыгнула вниз, в воздухе пытаясь сгруппироваться и в итоге, перекатываясь по жесткой, иссеченной солнцем траве, поднимаясь около Лиз и забирая свою сумку. Больно практически не было, но все же, руки и торс начал ныть, тело покрылось грязью, маска чуть было не слетела, но после того случая двухлетней давности, так удачно произошедшего неподалеку от этого места, мой отец и я сама немного изменили дизайн, теперь она плотно облегала практически все лицо, останавливая только от ушей, а держалась маска на кожаных ремешках, которые пусть о походили на намордник, но благо, теперь я могла отвечать насмешливым аристократам, став смелее, сильнее и увереннее, чем два года назад. Сделав вдох и переглянувшись, мы бросились бежать к выходу, не теряя времени ни на передышку, ни на слова. Теперь, начиналась наша странная и пугающая в своей основе охота, что возможно приведет нас к погибели.

Глава 17

Лес… это то место, которое для большинства имперцев, да и всех, живущих в мире, является обыденностью, приевшимся рассадником зверья или наоборот, тем, что позволяет существовать с помощью охоты и собирательства. В лесу зачастую жили отшельники, маги, священники, что отгородились от целого мира, в попытках посвятить себя чему-то большему, найти истину и правду. Окружавшие нас деревья с трудом могли произвести впечатление на Гвин, которая путешествовала от севера, где некоторые из лесов застали еще основание первой Империи, и многие видели ее крах, до наших земель, где могучие леса скрывали от посторонних глаз потерянное величие, гниющее среди деревьев. Но сейчас, для меня, это место казалось чем-то невероятным, удивительно прекрасным. Будто бы я впервые в жизни увидела свет и истинную, живую природу. Несмотря на то, что я часто гуляла вокруг имения, где тоже была трава, где тоже росли деревья, тоже бродили некоторые животные, дикий лес не шел с этим ни в какое сравнение. Здесь… здесь все казалось оторванным от реальности, диким, самобытным и новым. Шершавая, почти что острая трава доходила мне по пояс, в ней я видела десятки мелких жуков, муравьев, тех, чьего наименования я не знала. Они дрались, бегали возле друг друга, убивали, вгрызаясь своими небольшими жвалами в освежеванную плоть себе подобных. Я видела это, так отчетливо, будто… сама являлась частью, тоже жила в подобном круговороте, только более медленном, практически полностью остановившемся, но неизменно протекающем. И немного отойдя от первого шока, мне удалось осознать, что я и есть часть круговорота. Просто мне дарована честь стоять на его вершине, лишь созерцая, как низшие организмы отчаянно сражаются ради выживания, в то время как мы... Сражаемся друг с другом ради господства. Ради новых вершин власти и ее удержания... Но так ли далеко мы ушли от них? Ведь несмотря на все, мы живем так же, как они, и в итоге умираем от самих себя. Тогда чем их сражения отличается от того, которым живет Империя? Да люди научились создавать оружие, броню… но это лишь компенсация, восполнение того, что было у этих мелких, безобидных насекомых с самого первого дня своего жалкого существования. Панцирь, когти, шкуры... Мы были их лишены, и поэтому пытались компенсировать их, а они... Они были такими изначально. И тогда, картина резко менялась, ведь если бы подобное было у человечества… нет, нет, если бы эти насекомые оказались размером с нас, то мы были бы уничтожены, стерты с лица земли, ведь каждый из них был одновременно и орудием, и оружием, совершенным воином, который оказывался намного лучше нас. Удивительно, как разнообразен был мир... Какая сила была в нем сокрыта, и чем глубже я задумывалась об этом, тем сильнее сомневалась, что именно мы его властители и владыки. Возможно, он просто позволял нам существовать в себе… а возможно, чтобы уничтожить и создавал все более совершенных, более опасных и разъяренных животных, подстерегающих нас в глубинах лесов, океанов и гор. Наверное… так и появились демоны. Только вот изначально, когда были только боги, природа пыталась уничтожить именно их с помощью демонов, а теперь, когда они возвысились и создали нас, своих защитников и почитателей, мы стали главной целью демонических отродий. Наверное, из-за этого они выглядят как звери, зачастую подражая им, ведь по сути, демоны и являлись животными, только лучше, сильнее, быстрее и разумнее. Новая ступень, которая сравнялась с нами, а может быть, и вовсе уже ушла далеко вперед в своем развитии. Аколит Войн показывала мне их, порой даже позволяла задать опасные вопросы, и тогда мне открылась истина, скрытая от простых воинов. Они развиваются, неизменно, постоянно, с каждой битвой и сражением становятся лучше. Аколит назвала этот процесс адаптацией, и с каждым десятилетием, они все глубже и яснее понимают нашу природу, сражаются с нами все ожесточеннее, осознавая слабости и пользуясь страхами. Их тела разрастаются, становятся сильнее, лучше. Некоторые, прямо как эти муравьи, такие жалкие и беззащитные передо мной, имеют панцирь, жвалы, огромные, изуродованные клешни, из глубоких расщелин которых тянутся щупальца. Иные походят на псов, с врезавшимися в кожу когтями, истекающей кровью пастью и множественными, зубастыми головами. Третьи похожи на людей, владеют магией, но стоит только раскрыть маскировку, и те становятся ужасными, извивающимися словно змеи тварями, лишенные всякого человеческого. Демоны никогда не спят, им неведом отдых, они ровно как и животные подчиняются инстинктам и мыслям своих владык. Собственный, обособленный от зова хозяев, разум имеют лишь единицы, и может ли это быть совпадением? Что лишь единицы смогли адаптироваться до нашего уровня. Что стали зваться Высшими, именно благодаря нам, что подарили им разум. Демоны это такие же звери, но мы сделали их лучше, очеловечили. И какой тогда выход? Если мы делаем их сильнее тем, что убиваем их, как нам сражаться? Нужно тоже адаптироваться, и Аколит войны призналась мне, что нет другого пути, кроме как познания их сущности. Но лишь один орден готов принять на себя ношу тьмы, изменив всему, чтобы защитить Империю. И вновь, мои витиеватые, поросшие страхами, кошмарами и надеждами мысли, приводили меня к Чтецам о Смерти. Я слишком часто слышала о них, но помимо коротких встреч с воинами, которые никогда не вступали в разговор, не могла узнать ничего об их ордене. Казалось, кроме общеизвестных фактах, никто ничего не знал об этом загадочном ордене смерти. Они являлись призраками, заточенными в тяжелые панцири, горящие внутри от боли и гнева, но молчаливые в войне. Все, что можно услышать от них, это молитва, все их мысли только о победе, и неважно, какой ценой она обойдется. Так описывала их Аколит. Только так.

– О чем думаешь, Лиз? – Гвин бодро шагала рядом не обращая внимания на то, что было вокруг. Закономерно, учитывая, как много времени она провела в странствиях, но несмотря на это, мне было сложно поверить, что она ни о чем не задумывается, не пытается понять этот дикий, забытый мир вокруг. Возможно, она уже давно поняла его, и от того не терзает себя этими предположениями, уже зная для себя верный ответ. Но я желала найти для себя ключ самостоятельно. Мотнув головой из стороны в сторону, я попыталась переключится на другие мысли, пение птиц, которое мне было слишком сложно объяснить, ведь ими они выдавали свое местоположение, шелест и шорох вокруг… Которые могли таить в себе как опасность, в лице дикого зверя, так и безобидного зверька, например ежа, все это могло помочь забыться, но к сожалению, всего лишь на секунды, после чего, мысли вновь возвращались. – Ты не молчала так долго уже очень давно… Все в порядке?

– Да, я думала о муравьях… – Мы шли около часа, точно по тому направлению, которое указал мне Тэдд. Позади осталось имение, затерявшееся за высоким частоколом живых деревьев, мы уже успешно прошли все вытоптанные тропинки, остались позади последние охотничьи знаки, начертанные на деревьях с помощью ножей, затерялись высокие столбы дыма, выходящие из множественных дымоходов нашего дома. Теперь, мы оказались во власти леса, который сейчас давал нам полную свободу и не мешал, позволяя углубляться. Возможно, лишь для того, чтобы наши крики не были услышаны людьми… Но я предпочитала не задумываться о подобном. Мы были сильнее, нужно просто быть настороже, и тогда, мы сможем отбиться от любого зверья. – Гвин, как думаешь, как нам победить демонов?

– А? – Девушка стала боязно озираться, словно ожидая, что вот-вот, демоническое отродье выпрыгнет из-за кустов, набросившись на нас. Мне было слегка забавно, но гнетущие мысли не позволили мне улыбнуться, лишь чуть искривиться в лице, что вызывало у Гвин еще больше паники и страха. Впрочем, она боялась не меня, ее не страшил ни мой ночной бред, ни крики, ничего, с чем она жила два года. Сейчас, ее напрягало и пугала именно внезапная, несколько запретная тема разговора, которую я завела. Но мне было слишком любопытно, осознает ли она, насколько тщетна та борьба, которую мы не начинали но которую не можем остановить. – Лиз… ты чего?

– Они меняются, становятся умнее, лучше, сильнее… Мы останемся такими же даже спустя века, постепенно умирая от их силы и разума… Как ты думаешь, можем ли мы когда-нибудь закончить с этим? Или рано или поздно, наш мир просто сломится под их натиском? – Я решила не менять тему разговора, доведя ее до конца и наконец узнав ответ. После чего, стоило перестать пугать девушку, которая видимо, оказалась совсем не готова к подобным темам, опасливо оглядываясь по сторонам, словно веря, что мои слова привлекают их. Аколит войн научила меня, что простое упоминание демонов не несет опасности, лишь их имена действительно служат маячком, ровно так же, как имена ангелов запрещено упоминать вне молитвенных песнопений, именно из-за того, что таким образом мы начинаем звать их к себе.

– Лиз, с тобой точно все хорошо? Не ври мне, если тебе плохо, то стоит вернуться. – Кажется, я действительно напугала ее… наверное, стоит чуть аккуратнее обращаться со словами, иначе подобное может очень быстро привести к неутешительным последствиям, которые явно не стоят ни ее беспокойства, ни опасений. Пусть мне и было интересно, это не стоило ее страха, нужно было убедить девушку, что все хорошо… . Пока еще не поздно. Она была внучкой Годрика, демоны и без того являлись больной темой, пожалуй, я действительно слишком наседала на нее...

– Я просто очень сильно задумалась, Гвин, поверь, я не одержима, никто не шепчет мне, ничего такого… мне лишь интересен твой ход мыслей, это все. Я… знаю, что делать, в случае чего. Не переживай за меня. – Кажется, это сделало ситуацию чуть лучше, Гвин вновь встала ровно, ее шаг перестал казаться напуганным и напряженным, глаза стали постепенно успокаиваться, переставая метаться из стороны в сторону, но при этом, отражая опасения и беспокойства. Вот поэтому я не любила говорить вслух то, о чем думала, многие попросту терялись, пугались, начинали зазря беспокоиться, будто бы я призывала демона прямо перед ними, хотя все, чего я искала, было ответами на вопросы. Но Гвин... Здесь было что-то другое. Она боялась за меня, и это грело душу, потому я всеми силами старалась не обижаться и не злиться на подобное. Я была для нее центральной фигурой беспокойства, а вовсе не ее собственная жизнь. Мне стоило быть благодарной... И я была. – Если ты не хочешь, можешь…

– Я не знаю, Лиз… Но я верю, что Они защитят нас, что в случае наших поражений, Близнецы помогут. Как помогали уже не раз, они ведь наши хранители, они не дадут нам пасть под их натиском. – Мне не была близка такая позиция, но… ее можно было понять. Я коротко кивнула, продолжая неспешно идти в лесу, уже не чувствуя того наслаждения и радости, что ранее. И это не была вина леса, он оставался таким же прекрасным, чарующим, неизведанным и желанным для изучения. Просто настроение растворилось, в недавних размышлениях. Казалось, будто у меня отняли счастье и радость, но я знала, что это все попросту шутки разума, и получив от Гвин ответ, нужно попытаться забыться. Чем быстрее, тем лучше и безопаснее. – А ты? Как ты думаешь, что нам надо сделать?