Текст книги "Дикие надежды (СИ)"

Автор книги: Энжи Собран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– А когда люди теряют себя они превращаются в чудовища, – совсем негромко произнес Вершитель, напоминая ей о старых сказках. – Нам нужно поспешить, Ди, – мужчина протянул руку, подзывая Призрака.

Меррит доверчиво вложила свою ладонь, и чуть не выдернула, ощутив исходящий от него ледяной жар. Будоражащий и такой приятны.

– Вы знаете, куда нам идти?

– Это не имеет значения. В Расколотых землях куда бы ты не пошел все равно окажешься там, где нужно.

– Разве так бывает?

– А разве бывает так, что девушка ищет спасения в Диких Землях? – неожиданный вопрос почти ощутимо ударил девушку под дых, сбивая дыхание.

– Я не ищу спасения. Я ищу…

– Приера. Я помню. – Дагьер недовольно поморщился, но лазурные глаза немного потеплели, а черты лица слегка смягчились. – Я могу защитить тебя, Ди. Мой дом станет домом для тебя, и для мальчика. Ты же не оставишь его? – заглянул ей в глаза мужчина.

– Нет, – буркнула Меррит, совершенно не понимая к чему этот разговор.

– Я могу защитить его, Ди.

– Зачем вы это говорите, ваше могущество? – забывая о недавней близости, пробормотала Меррит. Просто вот сейчас, смотря в чуть прищуренные глаза этого приера, слишком подавляющего, слишком могущественного, девушка никак не могла сопоставить его с тем мужчиной, что очнулся на ее руках, таким близким, почти родным.

– А ты еще не поняла, Ди? Я могу дать вам все необходимое – обеспеченность, безопасность…

– И что потребуете взамен? – перебила Меррит, не давая договорить, разочарованно закатывая глаза и выхватывая свою руку из жаркой ладони.

Еще один… Сколько уже таких предложений она выслушала с момента побега? После третьего перестала обижаться, а после пятого считать. Почему-то все у кого была, хоть какая-то власть считали, что согреть их постель – это заветная мечта каждой юной девушки-простолюдинки и ладно б просто считали, но они постоянно и ее стремились в этом убедить.

– Честь, достоинство, любовь? Ведь именно ими я пожертвую, придя в ваш дом, ваше могущество.

Он молчал, и девушка продолжила, срываясь и паникуя, потому что какая-то часть ее рвалась к нему. К тому, с кем не придется постоянно убегать и бояться. С кем можно наконец-то просто жить и снять это бремя ответственности перед неизвестными людьми.

– Семьей, будущими детьми?

– У нас будут дети…, – как-то неуверенно произнес Дагьер.

– Нет, – решительно покачала головой Меррит, присматриваясь к мужчине, – Статус вашей возможной любовницы меня не прельщает, Вершитель. Мне не нужна такая жизнь. Лучше выйду замуж за кого-то простого парня и обзаведусь ребятишками.

– И каждый день будете жить без любви, страсти и в ожидании, что их заберут?

Почему без любви? Хотелось спросить Меррит, но готовый сорваться вопрос замер на устах. Ему не понять. Чтобы она не сказала, он не услышит. Не сейчас, когда ее отказ прошелся по его самолюбию острым мечом, обнажая неосознанные, еще только начавшие зарождаться чувства.

– Пожертвуешь малышом ради своей гордости? – спокойно бросил Дагьер последний аргумент.

– Шантажируете меня? – горько усмехнулась Меррит. – Или я еду с вами, или малыша… что? Кинут в тюрьму, отдадут жрецам? – Почему же так больно разочаровываться в этом абсолютно постороннем ей человеке? – Это бесполезный разговор, ваше могущество, как и мое пребывание рядом с вами.

– Ты придешь ко мне, Ди. Ты же чувствуешь это притяжение между нами. Оно пульсирует, как натянутая нить, – чарующе прошептал Сейл, склонившись к самому уху строптивицы и вызывая неконтролируемый сонм мурашек. И волнение горячей волной, растекшееся по телу, которое Меррит подавила усилием воли.

– И что дальше? Вы женитесь на мне? – с затаенной надеждой спросила Меррит.

Дагьер поморщил нос.

– Если бы я только мог. Но я не волен это решать, Ди. Приказы императора не обсуждаются, – разочаровал ее приер. А ведь она уже почти влюбилась в эти широкие плечи и лазурные глаза.

– Вы поспешили с предложением, ваше могущество, рановато приоткрыли карты, – еле сдерживая накатившие слезы, выплюнула Меррит.

– Ну что ты, Ди, я просто немного старше тебя и вижу все выгоды. Я надеялся, что ты – умная и сообразительная и понимаешь очевидное. Несомненно, что ребенка ты не оставишь, а деваться с ним тебе просто некуда. Ты и сама то с трудом справляешься. А Гаэрт уже очень стар и не сможет тебя защитить. Остается только радоваться, что я достаточно терпелив и подожду, пока ты все осознаешь.

– Не осознаю, – отрицательно качая головой, отрезала Меррит, спеша удалиться от презренного Вершителя. – К тому же у меня есть защитники. Гаэрт принял меня в свой род.

– Но на тебе нет знака его рода, – потерянно шепнул ей в спину Дагьер.

Но девушка уже не слышала. Не хотела слышать. Так горько и обидно, ей еще никогда не было. И почему ее так все это задело? Почему, сердце рвется в груди так будто ее только что предали?

И пусть Меррит точно знала, что Дагьер не станет настаивать, ее очень пугала собственная реакция на него и та боль неотвратимости, что разливалась в душе.

***

– Ты магичила? – окликнул ее спустя несколько минут гнетущей тишины Сейл.

– Нет.

– Ты магичила. – Вершитель догнал ее и взяв за плечи повернул лицом к себе. По телу разлилось предательское тепло.

– Нет, – упрямо буркнула сосредоточенная на том, чтобы скрыть свою реакцию на этого невыносимого мужчину Меррит. – Это Мерт.

– Спрайты приходят лишь за теми, чья магия им нравится.

Она молчала. Не хотела отвечать. Да и не была бы уверена, что смогла б.

– Прости. Я должен был попробовать. Иначе у нас никаких шансов, – от его тихого голоса полного вины, что-то внутри Меррит сжалось, затрепетало и оборвалось с гулким ухом.

– Разве мужчины не сами решают на ком им женится? – встретилась с его проникновенным взглядом Меррит.

– Только приеры.

– Но ты…

– Я должен подчиниться воле императора.

– Расскажи мне все, – попросила Меррит, смиряясь с необратимостью происходящего. Если она забыла про навязанного мужа, это не значит, что и остальные могут решиться забыть про обязанности.

– Ты слышала предсказание о том, что только старая кровь может спасти наш мир? – издалека начал Вершитель.

Меррит кивнула.

– Тормуд загорелся этой идей давно, но приступить к ее осуществлению смог лишь несколько десятилетий спустя.

– Приеры, – поморщилась Меррит.

– Да приеры. Каждый из тех лордов, в чьих венах текла кровь Изначальных (а надо сказать, среди аристократов их безусловное большинство) должен был обеспечить рождение ребенка с кровью приеров.

Меррит кивнула – эту часть истории она знала.

– Но лорды не хотели видеть своими наследниками приеров. И поэтому, чтобы они не взбунтовались, император ограничил все одной ночью.

– Придурок, – вынесла вердикт Меррит, чувствуя, как тело холодит леденящая дрожь – отголосок чувств девушки– приерки, вынужденной провести свою первую ночь с незнакомцем.

Сейл кивнул, соглашаясь:

– Да это было довольно глупое решение и рискованное. Но цель у него была благородная?

– Благородная? – взвилась Меррит. – Что благородного в том, чтобы спасать мир ценой счастья сотен-тысяч других людей?

– Легче пожертвовать одним, чем потерять всех. У всего есть цена, Ди.

Она отвернулась, не желая больше обсуждать императора. Слава Безликому в ее жизнь этот старый иржист, а другого приличного слова девушка просто не могла подобрать, не вмешивается.

Снова повисла тишина. Лишь шорох камешков под ногами. И гулкое эхо их слов громом, разлетающееся в белесой дымке.

– Это он приказал тебе жениться на Рейвен, – подвела итог разговору Меррит. – Почему именно тебе?

– Во мне сильнее всех кровь Изначальных. Только Коул может соперничать. Но у него уже есть какая-то история с браком.

Меррит поморщилась, слышать это невольное подтверждение из уст Дагьера было невыносимо.

– Коул? Расскажи мне про него.

– Да нечего рассказывать. Он тоже Вершитель. Только недавно вернулся из столицы.

– Он когда-нибудь был в Бердене? – осведомилась Меррит.

– В Бердене? Почему тебя это интересует? А впрочем неважно. Нет из всех приеров Риас-Аш-Ана в Бердене был только я. Это тебя успокаивает?

– Нет, – Меррит растерянно мотнула головой. Как же так? Она украдкой бросила взгляд на шагающего рядом Сейла. Может это быть правдой? Но тогда Коул? Она снова мотнула головой, не в силах справится со всеми этими сведениями.

«Безликий, помоги!» – мысленно взмолилась она и ей почудился смех в ответ.

Она обернулась. Все та же белесая дымка вокруг. И пусть она стала немного реже, растаяла в свете двух лун, позволяя видеть тени холмов и деревьев, но все равно оставляла желать лучшего.

– Заночуем здесь, – бросил Дагьер, останавливаясь возле невысоких деревьев. – Нам не стоит выходить из серой зоны обессиленными.

Меррит лишь кивнула. Вдумываться в брошенные им слова не было сил. И едва ее спина, коснулась приготовленного из сухого валежника места ночлега, она провалилась в сон. Тревожный. Беспокойный. Неминуемый.

И уже не слышала, как обнял ее крепче мужчина, кутая в свой плащ, прижал к себе, как убрал, волосы с ее лица, как прильнул губами в быстром поцелуе, наслаждаясь ароматом ее волос.

– Спи, моя Ди… Завтра будет трудный день. Если бы я только мог все изменить.

Голос его сорвался, дрогнул. Лазурный взгляд устремился в безоблачную даль. Если бы он мог хоть что-то изменить, первое, что сделал бы Сейл, это покончил с навязанной помолвкой. Дагьер вздохнул, вновь вжимая губы в макушку.

– Если бы я только мог…

Глава 29

– Что ты там высматриваешь?

Вершитель остановился, позволяя Меррит догнать себя.

– Воду, еду, – пробормотала девушка.

И как только заметил? Ведь с утра доброго слова не сказал, разбудил, нахмурено кинул короткое «идем» и на этом все. Ни улыбки, ни ласкового взгляда. Холодное равнодушие на лице.

Первые пару часов Меррит сверлила взглядом темный затылок, придирчиво провожала широкую спину. А потом разозлилась на себя и принялась вертеть головой по сторонам в безнадежной попытке найти хоть что-то цепляющее взгляд.

– Ты проголодалась?

– Нет, – с удивлением осознала Меррит.

– Хочешь пить? – заглянул ей в глаза Дагьер.

Меррит качнула головой.

– Призрак куда-то запропастился.

Мантикор оставался с ними весь вчерашний день, но сразу после пробуждения Меррит просто исчез из виду, растворившись в белой дымке.

– На охоту убежал. Ему тяжело тут.

Девушка кивнула. Хотя от такого объяснения вопросов меньше не стало. Только больше. Например, почему есть или пить она не хочет, а ноги гудят от усталости, будто она пробиралась по вязкому болоту.

– В эпицентре бурь очень много магической энергии. Она давит, гнетет, уничтожая все живое. Если бы мантикор и дальше оставался с нами, уже скоро нам бы пришлось его нести.

– А как же мы?

– Изначальным это не вредит. Они дети этого мира. А вот магам… Магов она опустошает до полного выгорания. Поэтому нам нужно спешить, – он обеспокоенно взглянул на Меррит, словно она вот-вот должна была без сил упасть на каменистую землю.

Девушка пожала плечами – слабости она не испытывала. Только усталость, соизмеримую дню работы на кухне.

– Если что-то изменится, скажи, – попросил Сейл спустя пару мгновений.

– Хорошо.

Меррит кивнула и обогнав Вершителя пошла вперед.

– Нет, – ухватил ее за руку Дагьер, разворачивая к себе. – Обещай, что, если почувствуешь голод, жажду. Если у тебя закружится голова, начнет тошнить. Да мало ли что… Ты сразу скажешь!

– Обязательно, – Меррит поморщилась, закатывая глаза: – Доложу о первых же симптомах.

От проницательного взгляда, казалось, не укрыться, не спрятаться. И все же спустя мгновение Сейл удовлетворенно кивнул, выпуская ее руку из бережных тисков.

Меррит вздохнула.

«Ну почему все так сложно?» – задала она себе тот вопрос, что грыз ее последние дни.

***

Постепенно белое марево стало рассеиваться, исчезать, обнажая голую пустошь и высохшее русло реки. Выжженная смертью деревня возникла перед их взглядом, неожиданно вынырнув из молочной удушающей пелены, порывом слабого ветерка донося запах гари, дыма и копоти, к которым примешивался тошнотворный запах жженой плоти. Тихо бушевавшее пламя, уже почти выгорело, оставляя лишь пепел и иссушенные, обгоревшие трупы.

Дагьер остановился, с трудом переводя дыхание, а память тут же услужливо вернула набившую оскомину картинку первой такой деревеньки. Тогда семилетний мальчик был так впечатлен, так шокирован увиденным, что до сих прятал за серебряными лентами светлые поседевшие пряди в длинных волосах.

Дагьер обвел взглядом уже знакомую картину. Почти один в один с той самой первой. Только вместо обычных трупов пустые оболочки. Такие деревни оставляли Опустошители, забирая дар и выпивая жизненную силу своих жертв. И теперь они, с немой упорой застывшие в своем прошлом, служили постоянным напоминанием о творимых в их мире зверствах.

– Что это?

– Деревня Иных, которую нашли Опустошители.

– Но…

– Это было еще до последней войны, Ди.

Он ускорился, спеша скорее миновать место не упокоенных душ. Но сделав пару шагови поняв, что девушка отстала, вернулся за ней.

Меррит застыла у груды разбросанных камней. Сперва она даже не поняла, что это не камни. Лишь когда самый маленький из них сверкнул пустыми глазницами, она догадалась, что перед ней. Девушка взмахнула рукой, машинально, в защитном жесте. И этого легкого дуновения ветерка было достаточно, чтобы нагроможденная куча обрушилась и иссохшая голова, привлекшая ее внимание, покатилась к ее ногам.

Меррит отпрыгнула, сдержанно вскрикнула, зажимая рот рукой.

– Тише, – опустилась поверх ее ладони мужская ладонь. – Местные твари очень любят такие места.

Девушка кивнула.

– Что это? – запинаясь, выдавила из себя.

– Жертвенный ритуал для получения силы.

– Но там же дети…

– Опустошители особо не перебирали. Им было все равно, чью жизнь и силу забирать.

– А это, – она кивнула в сторону зеленого камешка, что своим блеском привлек ее внимание.

– Дивные. Далеко они забрались, – мужчина наклонился, поднимая камешек. – Это то, за чем Опустошители охотились. Даже странно, что сохранился. Обычно силы Иных под воздействием ритуала собирались в специальный артефакт, а у этого мальца видимо была хорошая родовая защита и кто-то Изначальный в предках. Жаль, только этого оказалось недостаточно.

Весь следующий час, что они шли, Меррит не могла избавится от увиденной картинки, снова и снова возвращаясь к ней. Врученный вчера Сейлом кристалл, жег карман. Хотелось выбросить, но и обижать Вершителя не хотелось. Хорошо, что хватило сил отказаться от того второго, что Дагьер цинично отпустил в небольшой кошель.

– Их уже не вернешь, а этот послужит на благо и возможно спасет кому-то жизнь.

Меррит только скривилась, услышав его слова.

– А ведь когда-то весь мир был такой белесой дымкой, – отвлек ее от тяжелых раздумий голос Сейла. – А потом в него пришли два брата – Рет и Рек. Они отделили день от ночи и создали мир, таким каким его видишь ты. Населили его своими потомками – ледяными драконами и грозовыми птицами. И Иными – зарнами, дивными и химерами. Но однажды заскучавший Рек, услышал мольбу о помощи из другого мира. И пошел он к Рету, и открыли они дверь в мир иной, чуждый.

Цветущий край, счастливый мир, стремясь к рассвету,

Два рода правили во тьме, ведя всех к свету,

Пока один вдруг не предал, призвав творенья,

Открыв дорогу тварям из другого измеренья.

И вспыхнул мир, и озарился краской боли,

И умирали их правители в неволе.

Портал открыть тогда лишь Младшие сумели

И увели они народ… Кого успели...

И прокатилась вдруг волна Огня святого,

Остался править Ратана, из Ледяного…

Голос Вершителя, чуть грубоватый, завораживающе мягко таял в белесой дымке, рождая перед глазами картины авнего прошлого, пока не замолчал, оборвавшись на высокой ноте.

– А дальше?

– А дальше ты знаешь. Сперва все мирно сосуществовали. Только ледяные драконы постепенно вырождались. Без грозовых птиц их потомки ослабевали. А тут еще и Иргай решил наградить свой народ новой силой и создал приеров – потомков людей и драконов. Ниргай отрекся от брата и помог скрыться драконам и остаткам Иных в Расколотых землях. Одна за другой последовали войны. Люди не просто стремились прижиться в нашем мире, они жаждали получить те же способности. Началось все с химер. Вот только незадача, чтобы стать равным химере нужно ее убить. И они убивали снова и снова, пока химер просто не осталось на земле. Следующими стали зарны. А за ними и дивные. Но дивные заранее окружили свои земли такой волшебной стеной, что попасть туда было невозможно. Немного помаявшись, новоиспеченные маги оставили их в покое. И принялись за драконов и приеров. Приеры оказались бесполезны. А драконы… Их осталось мало… И тогда они воззвали к Рету. И тот, объединившись с Реком и Ниргаем, смог заточить Иргая в тюрьму, навсегда лишив его потомков благословения. Рек и Рет же вознеслись на небо, оставшись безмолвными наблюдателями за судьбой своих потомков.

– Но люди все равно правят миром.

– А кому править, если всех остальных они уничтожили? Даже магов осталась лишь малая горстка, сумевшая укрыться в Магозорье?

Меррит задумчиво перебирала все то, что слышала раньше о прошлом и не могла найти ответ. Пострадали все и виновники, и их жертвы. А теперь страдают даже те, кто еще не успел родиться, потому что без пяти первых родов, их мир просто умрет.

– Но еще поколение и мир станет белесой дымкой извечного ничто, – вторя ее мыслям донесся голос приера.

***

Упрямые мысли вновь и вновь возвращались к картинке разрушенного селения, цеплялись, словно она что-то упустила, не заметила. А потом перескакивали на родовой замок, Риас-Аш-Ан и заброшенные ворота. Меррит помотала головой, возвращая мысли к насущным проблемам – пора бы уже определиться с мужем и наметить следующие шаги. Вернуть себе Ниас-Рий и отомстить убийце родителей.

Муж… Девушка с сомнением посмотрела на шагающего рядом мужчину. Может ли он оказаться ее мужем? И поморщилась от недовольства – сомнительно. Прийти в храм, предстать перед Безликим и напрочь об этом забыть? Возможно ли такое вообще? Второй вариант, что он все помнит, но играет в какую-то свою игру был более реальным. Только сердце болезненно сжималось от этого предположения, отказываясь верить.

Коул… Переключилась Меррит на второго Вершителя, о котором, к ее горькому сожалению, удалось узнать очень мало. Мог ли он в нужное ей время оказаться в Бердене? Дагьер отрицал. Значит… Мысли вновь вернулись к приеру. Вздохнула глубоко, смиряясь с неизбежным – он знает, не может не знать, и играет с ней, как Призрак с добычей.

«А вдруг он, как и ты, забыл о прошлом?» – робко шепнула надежда, но Меррит ухватилась за нее, как за ту руку, что когда-то вытянула ее из пучины Оскольчатого моря. Рука… Руку Меррит всегда помнила отчетливо ярко, как и глаза. Похожие на те, что сейчас взирают на нее с укором, коря за невнимательность. Мужская рука упала ей на ладонь, поддерживая и девушка уставилась на нее, впервые лишенную грубой перчатки. Длинные пальцы, тонкие, но от этого не менее сильные. Вытянутые овальные ногти, больше похожие на когти и совсем не похожие на широкие круглые ногти остальных лордов. Меррит попыталась вспомнить видела ли она подобные ногти у других приеров, но не смогла – как-то недосуг было ей присматриваться к чужим ладоням. А вот этот тонкий с рванными краями шрам, точно мог быть только у того, кто протянул ей руку, как и знакомый узор синих вен. А ведь говорят, чем он виднее, тем сильнее внутри древняя кровь.

– Осторожней! – Сейл снова схватил ее ладонь, удерживая от падения. – Устала?

– Нет, просто задумалась. Не могу забыть ту деревню.

– Подумай о чем-то другом, – предложил Вершитель.

– О чем? – спросила, приноравливаясь к его шагу. Выдергивать руку, вспоминая о приличиях, не хотелось. Ей было приятно его тепло и сила. И то, как все внутри откликается на это прикосновение, ускоряя кровь, отгоняя усталость. Рождая ощущение всесильности и понимание того, что все исчезнет, как только ее рука покинет ладонь-гавань, в которой она нашла пристанище.

– Возле ворот Киршата растут удивительные цветы. У них нет бутонов и потому, никто и никогда не может угадать время их цветения. Но те, кто видел говорят, что они распускаются фиолетовым сиянием в ночи и приносят счастье увидевшему их цвет.

– И ты видел?

– Нет, – широко улыбнулся Сейл и от его открытой улыбки в сердце девушки что-то сжалось. – Но я уверен, что их свет померкнет перед сиянием твоих глаз.

Щеки Меррит обожгло смущением. Девушка потупилась и чуть не подскочила, заметив пробивающиеся сквозь каменистую почву травинки.

– Совсем немного осталось. Нужно быть начеку, – предупредил приер, отпуская руку девушки.

Меррит вздохнула, пряча осиротевшую ладошку в складках платья. Оглянулась, выискивая невидимого врага и шагнула следом.

Спустя примерно полчаса, девушка ощутила, как пространство натянулось, а потом лопнуло с тихим хлопком, выпуская их на залитую лунным светом лужайку с редкими, изогнутыми стихиями, деревцами. Синие Рета и красные Река, смешивались рождая удивительный в своей яркости фиолетовый свет.

– Умопомрачительный. Такой же, как твои глаза, – прошептал Сейл, вновь беря в плен ее ладонь.

Меррит робко улыбнулась, забывая обо всем на свете, кроме этой потрясающей красоты и блеска в лазурных глазах.

Сбоку что-то зашуршало. Вершитель обернулся, на глазах превращаясь в того опасного хищника, к которому она уже успела привыкнуть. Девушка даже вздохнула от облегчения – она знала, как себя вести с этой версией приера, с ним таким – всё было ясно и понятно. И никаких тебе искр в глазах, от которых глупое сердце радостно рвется из груди.

– Призрак, – успокоила она приера, четко распознавая шумное дыхание мантикора.

Дагьер кивнул, но меч прятать обратно в ножны не стал, а так и остался настороже. Лишь улыбнулся чуть виновато и обещающе. И от этой улыбки гулко ухнуло сердце.

– Отдохнем немного и в путь, – обрадовал он Меррит и та устало упала под ближайшее дерево. – Тут недалеко есть древний храм…

– Ты знаешь, где мы? – встрепенулась девушка.

– В двух часах от ворот Киршата, – Бросил Дагьер и ей послышалась какая-то недоговоренность в его голосе.

– Это плохо?

Сейл отвел глаза:

– Буря подобралась очень близко. Так близко, как никогда прежде.

Меррит покрутила головой, разглядывая окрестности. Но никаких признаков бури не увидела. Только в тех местах, где сливались лучи двух светил, рождая фиолетовый цвет, закручивались маленькие игривые вихри.

Девушка молчаливо вздохнула, подбирая нужные слова, но их казалось не было в ее лексиконе. Да и как спросить? Ты уверен, что это чарующее место так опасно? Эти маленькие ураганчики и есть та буря, об опасности которой ты говоришь? Что это?

Один за одним все эти варианты, как и многие другие, были безжалостно отвергнуты.

А маленькие вихри меж тем водили свой хоровод, отплясывая свой замысловатый танец, складывались в причудливые картинки. Пока из двух не вырастал один, побольше. И снова не пускался в пляс, сливаясь с другими такими же вихрями.

– Вставай. Нужно убираться!

Голос Дагьера прозвучал отстраненно-холодною. А сам Вершитель, далекий и недосягаемый, напряженный, готовый действовать и абсолютно не интересующийся мнением остальных, застыл в ожидании.

Меррит резко вскочила на ноги. Поскользнулась, зацепившись о корягу, под внимательным взглядом Сейла. Улыбнулась примирительно, разглядев тень волнения и шагнула к нему, протягивая руку.

Они набросились откуда не ждали. Темные тени выросли из-под земли, окружили, затрепетав на ветру темной до черноты дымкой.

– Держись за спиной! – бросил Дагьер и завертелся безумным вихрем, таким стремительным, что движения слились в неразличимое пятно.

Меррит дернулась, вздохнула и покачала головой, как бы она не спешила – не успеет. И как, прикажете, держаться за спиной? Краем глаза девушка заметила, как в бой вступил ее рыжеватый комок. Одна из тварей со рассекающим воздух свистом пролетела совсем близко, упала, где-то за спиной девушки. Выхватив кинжал, Меррит замерла в стойке, готовая отразить атаку.

Долго ждать не пришлось. Тварь выпрыгнула из пустоты – огромное темное пятно, несущееся прямо на нее. Меррит уклонилась, втыкая кинжал в что-то мягкое, податливое. Жалобно заскулил раненный зверь, отклонился, увлекая за собой замешкавшуюся девушку.

Она упала на колени, на миг выпуская кинжал из рук.

– Осторожней!

Вздрогнув от неожиданности, Меррит резко развернулась. Но все, что успела разглядеть, это несущуюся на нее еще одну тень. Гораздо крупнее той поверженной. Сейл выскочил перед ней, живой преградой между ней и монстром. Сжал ее в объятьях, вздрогнув всем телом, когда острые когти впились в плоть. Этот момент девушка ощутила невыносимо четко, как и разливающуюся впоследствии боль, словно ее тело существовало в унисон его. Но думать и анализировать было некогда. Тем более, что мужчина уже отвернулся, отображая очередной удар.

Спустя несколько долгих минут все было кончено.

– Ты как? Не ранена? – сжал ее плечи мужчина, жадным взглядом окидывая хрупкую фигурку.

– Нет. Но ты…

– Пустяки, – улыбнулся Сейл и закатив глаза, осел к ее ногам.

Меррит пыталась удержать, но в итоге упала рядом с ним. Засуетилась, ощупывая широкую спину. Именно туда, она помнила, пришелся удар когтей. И вздрогнула, разглядев глубокие кровавые борозды. Так много и такие… Выворачивающие душу наизнанку.

Сердце замерло в груди усталой пташкой, когда она ощутила горячие потоки хлыстающейся крови на руках.

– Так много? Почему так много? – зашептала она и стянув плащ, свернув, прижала к ранам. Но все старания были напрасны – темное пятно продолжило увеличиваться на глазах, окрашивая травинки в черный цвет.

Где-то рядом заскулил Призрак и девушка, чуть не рухнула наземь от боли, что испытывал ее зверь, и от картинок, что он передавал ей, прощаясь.

– Нет. Ты не умрешь. Только не так. Не сейчас, – запричитала девушка.

С рук сорвался фиолетовый свет, такой слабый, что даже одну из глубоких борозд, оставленную когтями она смогла затянуть лишь на половину. А их было еще семь! К концу первой бороздки ее начало тошнить, но она задвинула это ощущение куда подальше.

Во рту пересохло. Голова кружилась, но девушка, закусив губу, упрямо черпала остатки своих сил, осушая себя полностью, и дрожащими руками сшивала-стягивала раны. Как в детстве, когда ее часами заставляли монотонно вышивать никому не нужное приданное.

Меррит обессиленно пошатнулась, ощутив накатившую волну слабости. Прикрыла на миг глаза. И только солоновато-сладкий вкус крови, и тихое скуление Призрака, вернули ее из забытья. Она обернулась, отыскивая глазами мантикора.

– Прости, друг, – сорвалось неразборчивое. – Нужно было лечить тебя, тогда я хоть кого-нибудь спасла, – призналась обреченно.

И собрав остатки сил, направила на еще одну рану. Четвертую. Всего лишь четвертую.

– Прими меня, – вдруг услышала она уже знакомый инфернальный голос. – Прими меня. И спасешь обоих. Я дам тебе силы, – искушал он ее, нашептывая на все лады. – Прими!

Меррит бросила взгляд на мужчину у ног, на свернувшегося клубочком мантикора и качнула головой. У нее нет выбора. Что стоит ее жизнь, если эти двое умрут?

Глава 30

Меррит плыла в бесконечном сером мареве, так похожим на то, по которому она брела. И в тоже время удивительно непохожим.

– Наконец-то!

Девушка обернулась, но никого не увидела.

– Долго же пришлось тебя ждать. Уговаривать.

– Где вы?

– Я? – рассмеялся голос. – Я – это ты. Я внутри тебя.

Из окружившего ее сумрака вынырнула тень и закружилась вокруг нее.

– Я то, что всегда хотели у тебя отнять, – шепнула она и вдруг рассмеялась: – Раньше ты была проще.

– Раньше?

– Давно, – тень шевельнулась будто мотнула головой. – Очень давно. Так давно, что я почти забыла о тебе. А теперь смотри.

Тень завертелась, увлекая Меррит за собой…

Они зависли над крепостью, в которой девушка с удивлением узнала Риас-Аш-Ан.

– Поспешите они скоро будут здесь, – запыленный всадник спрыгивает с огромного мантикора, швыряет поводья в сторону.

– Обещайте, что откроете двери, как только станет безопасно, – требует женщина с ребенком на руках и все остальные серьезно кивают и ждут затаив дыхание.

– Обещаем, – заверяют мужчины, сжимая рукояти мечей.

– Быстрее, – торопят их откуда-то сверху.

– Берегите себя. Вы наша надежда, – просит мужчина, обнимая хрупкие плечи женщины.

– И вы себя.

Рыдает ребенок, вцепившись в длинный плащ отца. Его отдирает такая же плачущая мать. Кто-то из детей подскакивает от нетерпения, но все так же, оглядывается на мужчин.

– А папа?

– Папа останется здесь.

– И мы никогда не увидимся?

– Когда станет безопасно.

Поток женщин и детей не прекращается. Мальчишки, совсем молодые, не желают уходить.

– А кто защитит там наших женщин? – спрашивает один из воинов, и спор утихает так и не начавшись.

– Береги младших, брат, – просит молодой мужчина. Меррит оборачивается и замирает, узнавая знакомые черты первого герцога.

– Береги себя, Хашар, – отвечает парнишка, держа на руках маленькую девочку….

Поле сражение. Кровь и тела, куда не взгляни, а над ними нависли лиловые облака и кровавый зажигается рассвет.

– Мы проиграли, Ратан.

– Проиграли, Хаш.

– Что будем делать?

– Беречь то немногое, что осталось и помнить, что только кровь пяти вернет обратно тех, что ушли…

– Ди. Ди!

Она вынырнула из вязкой пелены. Удивительно, но после всего пережитого, чувствовала себя Меррит довольно сносно. Не было ни головокружения, ни тошноты. Перед глазами только немного кружился улыбающийся Дагьер.

– Ты как?

– Мы уже умерли?

– Умерли? Нет, – усмехнулся Сейл. – Не скажешь, куда делись мои раны?

Меррит пожала плечами и почувствовала внезапную слабость.

– Ты спи-спи. Набирайся сил, – пробормотал Вершитель, целуя ее в висок.

В следующий раз сознание к Меррит вернулось на весу и под биение мужского сердца. Такое знакомое.

– Очнулась? – безошибочно угадал Дагьер. – Ну-ка, открой глазки?

Меррит приподняла тяжелые веки.

– Не выгорела. Хорошо. А теперь спи.

Еще несколько раз Меррит то приходила в себя, то снова уплывала в сероватую пелену. Ее несли, вертели, дергали и однажды даже купали. Девушка протестовала, но сил сопротивляться не было. Да и было что-то приятное в этих легких прикосновениях. А потом она снова встречалась со своим я и слушала бесконечные рассказы о том, как много они упустили, какими бы сильными они уже были, если бы не тот случай. Какой случай тень предпочитала молчать.

Проснулась Меррит среди ночи. Неяркий свет магического огонька лишь немного рассеивал ночную тьму.

Несколько мгновений лежала в тишине, прислушиваясь к шороху занавесок на ветру, тихому дыханию Сейла, в объятьях которого пребывала. Неожиданно мерное дыхание сменилось хрипом, и девушка чуть не подпрыгнула испуганно.