Текст книги "Его одержимость (СИ)"
Автор книги: Эмилия Грин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)
Через несколько толчков я кончила с такой силой, что перед глазами все потемнело.
Возвращая мои ноги в исходное положение, любовник обхватил мой подбородок рукой, и, заставив смотреть ему в глаза, начал бурно изливаться…
Глава 67
Восстанавливая силы после головокружительного наслаждения, я старалась не смотреть на него, чувствуя, как Вадим за мной внимательно наблюдает.
– Ничего не изменилось, – я поднялась, чтобы скорее унести отсюда ноги.
– Все? А я думал, это только разминка?! – мой демон остался лежать на кровати со своей фирменной раздражающей улыбочкой.
– Не думай. Тебе вредно, – подмигнув, я поспешила в ванную, и, быстро натянув промокшую насквозь футболку, вылетела из спальни своего горе-любовника, «мужа» и еще черт знает кого…
Вернувшись в «свою» комнату, я поспешила в душ, лихорадочно прислушиваясь к своим ощущениям.
Врач, которого я посещала перед отъездом, не запрещал мне интимную близость, напротив, подчеркнул, что беременность – не болезнь, а, так как, судя по УЗИ и анализам, с моей крохой все было в порядке, особых запретов нет.
Все же я испытывала тревогу, которая, к счастью, не имела под собой никаких оснований. Натянув чистую пижаму, я приняла витамины, забравшись в кровать.
Тело пело, а вот душа…
Если в ожидании нашей с ним свадьбы я ощущала, будто за спиной выросли крылья, то теперь эти крылья сгорели, обратившись в пепел.
Под душем я безжалостно терла кожу мочалкой, пытаясь избавиться от всех следов, будто питала отвращение к тем частям тела, которых он касался.
Правда, это не помешало мне в красках вспомнить о двух пережитых восхитительных оргазмах…
«Моя слабачка».
Что верно, то верно…
И, тем не менее, я выдохнула с облегчением уносясь в объятия Морфея, ведь самая «тяжелая» часть спектакля осталась позади. Кроме того, Вадим не стал меня преследовать, убеждая или вынуждая продолжить… Еще немного и можно будет переходить к основным военным действиям…
Удачи тебе, Вера…
Удачи и… сил.
***
Проснувшись, я вновь какое-то время лежала неподвижно, прислушиваясь к себе и попутно борясь с уже традиционной утренней тошнотой.
Опытным путем было установлено, что для того, чтобы ее заглушить, нужно срочно позавтракать. Поэтому, несмотря на отчаянное нежелание вновь встречаться лицом к лицу со своим персональным демоном, мне ничего другого не оставалось, кроме как поспешить на кухню.
Натянув спортивный костюм, я спустилась вниз, услышав где-то поблизости незнакомый женский голос…
Сбитая с толку, я прошла через столовую, выруливая на залитую светом из панорамных окон кухню, застав Вадима в компании незнакомой женщины.
На вид ей было немного за пятьдесят. Невысокая блондинка с внимательным добрым взглядом. Приветливое лицо. Высокий лоб. И ямочки на щеках. Она была одета в строгое серое платье, больше напоминающее униформу.
– Вера, доброе утро. Знакомься – Ольга, – Вадим расслаблено улыбнулся, потягивая кофе.
Чувство крайнего смущения заставило мои щеки покрыться румянцем, потому что мужчина был полуобнажен.
Капли пота стекали по его четко очерченным грудным мышцам, а на узких бедрах наблюдались лишь одни спортивные треники.
Судя по чуть влажным, всклокоченным волосам, Вадим ударно позанимался спортом… Что-то мне подсказывало – в недрах этого жилища скрывался и тренажерный зал.
– Доброе. И… здравствуйте, – рассеянно поздоровалась я, замирая в дверном проеме.
– Ольга, – Вадим сделал жест рукой, представляя нас друг другу, -Это Вера. Моя жена.
Жена…
Слово резануло, скручивая нутро.
– Очень приятно, – женщина искренне мне улыбнулась.
– Ольга несколько лет была управляющей в одном из моих отелей в Горно-Алтайске, но ей пришлось уволиться по состоянию здоровья, – пояснил супружник, – Теперь она будет помогать нам по хозяйству, а еще оставаться с тобой на время моих командировок. Как раз сегодня вечером мне придется уехать.
Уехать?
Но вслух я произнесла другое.
– Приятно познакомиться, – я заняла место напротив Вадима, несколько заторможенно принимая из рук домоправительницы чашку со свежесваренным кофе.
– Вера, яичницу или омлет? Я пока не изучила ваши предпочтения… – смущенно затараторила женщина, порхая возле кухонного островка.
– Омлет, – пробормотала я, все еще борясь с тошнотой – к сожалению, от резкого запаха кофе она лишь усилилась, – И можно мне чай. Предпочитаю с утра пить чай… Это к вопросу предпочтений, – Я натянула на лицо подобие улыбки.
– Принято! – Ольга просияла, засуетившись между чайником и заварочником.
– И мне, Оль, омлет, – таким вальяжным грудным голосом, что я почувствовала на щеках румянец, встречаясь с Вадимом взглядом.
Накрыв, Ольга как-то незаметно испарилась, оставив нас наедине.
– Уезжаешь? – рассеянно поинтересовалась у него я.
– Появились дела в Москве, – Вадим пронзил меня тяжелеющим свинцовым взглядом, – Но, обещаю, вернусь очень скоро. Ты не успеешь соскучиться, – он мне подмигнул, порочно закусывая губу, – Кстати, насчет твоего вопроса… – краткая усмешка, – Ты была права – Юлия – моя младшая сестра. К слову, она ни хера не разбирается в дизайне интерьеров! – глухой смех.
Закоротило. Словно током обдало.
Сцепив зубы, я вопросительно повела плечом, осмысливая полученную информацию, пока сердце усиленно перекачивало напитываемую адреналином кровь, а мозг генерировал десятки сопутствующих вопросов.
– Откровения взамен на удовольствие. Забыла? Вчера ночью подо мной ты была чудо как хороша… Королева… – сжав челюсти, он выдохнул через нос, – Еще раз – я человек слова. Хочешь вытянуть из меня больше информации? – его голос подозрительно сел, в глазах заполыхали дьявольские искры, – Подаришь мне еще немного экстаза? М?! – в ухмылке Вадима читалось явственное предвкушение.
Гребанный психопат.
И угораздило же меня…
Задохнувшись на вдохе, я на миг замерла, после чего медленно подалась вперед.
– А если подарю, покажешь, что же я все-таки подписала за несколько часов до Нового года? – ощущая, как от сгустившегося между нами напряжения все волоски на теле встали дыбом.
Глава 68
– Я подумаю, – скрестив руки на груди, я проглотила подступающий к горлу ком.
Хмыкнув, мой мучитель покосился на часы.
– Тогда на раздумья у тебя есть несколько дней. Мне уже надо ехать, пока погодка летная, – подмигнув мне, Вадим поднялся из-за стола.
Разумеется, я не побежала его провожать, ощутив нечто вроде запоздалого облегчения – появилось время немного перевести дух.
***
Дождавшись, когда мой супружник, наконец, отчалит, я решила более внимательно осмотреть дом, подозревая, что столь уединенное расположение коттеджа отнюдь не просто так.
Это жилище явно строилось с определенными целями, учитывая, что дом был из дерева, но первый этаж, выложенный крупным диким камнем, и высокая лестница придавали строению вид крепости.
Защищенной горной крепости.
Спустившись вниз, первым делом я начала разглядывать холл.
Просторное помещение с высоким потолком и витражными окнами напоминало королевскую приемную. Пройдя дальше, я оказалась в гостиной, вдоль стен которой выстроились диван, кресла и камин.
Над камином на толстой дубовой балке была выжжена не то надпись, не то узор – сложное переплетение клиньев и кругов, напоминающее одновременно снежинку и шишку.
Подойдя ближе, я некоторое время разглядывала этот странный рисунок, после чего переключила свое внимание на соседнюю полку.
Там стояла небольшая чаша из темной глины, а рядом лежал серповидный нож с рукоятью из пожелтевшей кости.
– Чертовщина какая-то… – пробормотала я себе под нос, медленно обходя просторную светлую гостиную.
В этот момент я обратила внимание на несколько ковров и шкур, развешенных в дальней части помещения.
– А это еще что-то такое…
На одной шкуре были вышиты символы солнца с лучами-стрелами и фигурки с возведенными к небу руками.
Б-р-р.
Невольно вздрогнув, я почувствовала, как по спине побежали мурашки, потому что все эти странные предметы интерьера вызывали во мне неконтролируемое чувство тревоги, хотя выглядели они вполне безобидно, возможно, являясь всего лишь воплощением чьей-то неуемной дизайнерской мысли…
Однако самым загадочным предметом для меня оказался камень – небольшой плоский валун, стоявший на низком табурете у стены.
На его поверхность было налито немного воды, в которой отражалось пламя камина. Вокруг камня по кругу лежали одинаковые отполированные до блеска камушки.
Все вместе это напоминало некую медитативную композицию.
Удивительно, что Вадим увлекался восточными практиками…
– Вы не знали, да?
Вздрогнув, я резко обернулась, обнаружив за спиной Ольгу.
– Прошу прощения, что напугала… – на лице женщины возникло виноватое выражение.
– Ничего страшного… Вы меня о чем-то спрашивали?
– Да. Вы так внимательно разглядывали массебу… – Ольга кивнула в сторону диковинного плоского камня, – Я подумала, вы не в курсе об увлечении Вадима Михайловича этнографией и культурологией, – явно смущаясь, она дергано повела плечом.
– У Вадима Михайловича оказывается столько скрытых талантов и увлечений… – я едва подавила смешок, еще не успев отойти от нашей вертолетной прогулки в купе с известием о том, что мой так называемый муж несколько лет назад покорил самую высокую гору в мире.
А тут новые сюрпризы подъехали…
– Этнография, если я не ошибаюсь, это наука, изучающая народы и их культуру? – я вопросительно прищурилась, вновь бегло осмотрев часть неизвестных мне предметов интерьера.
– Верно, – женщина просияла, – А еще религиозные верования, обряды, мифы и традиции, а также их происхождение и развитие. Вадим Михайлович давно коллекционирует предметы, относящиеся к разным религиозным культам.
– Культам? – нахмурившись, я закусила губу.
Ольга порывисто кивнула, пока я пребывала в полнейшей прострации, нокаутированная ее неожиданными откровениями.
– Вы назвали этот камень массеба? – рассеянно уточнила я, косясь в сторону странного валуна.
– Да, это своего рода алтарь бога Молоха. По легенде плоский камень – место встречи мира людей и мира богов. Вода в нем служила порталом, а семь отполированных камней вокруг – символы семи древних городов, семи кланов, семи нисходящих в жертву душ… Ритуальное число полноты и абсолютной отдачи, – добавила она чуть ли не с придыханием.
Семь нисходящих в жертву душ… Какой бред.
– О… как вы хорошо осведомлены! – процедила я, испытывая нарастающее напряжение.
– Какое-то время я работала культурологом, и, кстати, консультировала Вадима Михайловича перед тем, как приобрести некоторые предметы для его коллекции. Так мы, кстати, и познакомились, а потом он пригласил меня работать в один из своих отелей.
Мифы... Религиозные культы.
С брезгливостью покосившись на «алтарь бога Молоха», я вновь вспомнила о сестре Вадима и названии кондитерской сети, конкурирующей с «Сахарком».
«Алекто». Богиня мщения. Не трудно было провести определенную параллель…
Значит эти двое всерьез увлекались мифами и всей этой оккультной чушью… Хм.
– Вера, знаете… – щеки Ольги залились румянцем, она кашлянула в кулак, – Я так рада, что Вадим Михайлович решил остепениться, – вдруг выпалила она, вводя меня в еще большее оцепенение.
– Э-э… – я состроила кислую мину, не в силах изобразить даже подобие радости: если она реально будет жить здесь, то довольно быстро догадается, что из себя представляет наш союз…
Однако, пока, похоже, женщина нас не раскусила, путанно продолжив.
– Понимаете, Вадим Михайлович всегда утверждал, что заводить семью, а уж тем более детей, ему не по судьбе… За годы работы на него я ни разу не видела, чтобы Завьялов связывал себя с кем-то серьезными отношениями… – раскрасневшись, сетовала она.
Не по судьбе…
– А он как-то это объяснял? – прищурившись, я не удержалась от вопроса, – Ну, что не планирует заводить семью… детей…
– Отшучивался только… Что-то вроде «боги не благоволят»… – развела руками женщина.
Опять эти боги…
– Вы только не подумайте, что я рассказала вам это с каким-то злым умыслом! – внезапно спохватилась она, – Просто Вадим Михайлович такой хороший мужчина… И столько лет один… Возможно, вы не знаете, но несколько лет назад он открыл небольшой заповедник для редких видов животных на Алтае! Вы там уже были? – глаза пожилой женщины наполнились такой неподдельной щенячьей теплотой.
Меня аж передернуло – вспомнила о том, как этот лицемерный любитель зверюшек засадил моего отца за решетку…
– Еще не доводилось, – и Вадим как обычно предпочел оставить эту информацию в строжайшем секрете.
Шифровальщик хренов.
– Полагаю, он хочет устроить вам сюрприз… – тут же нашлась женщина.
Желая скорее увести разговор в другое русло, надеясь выпытать у нее еще что-нибудь полезное, я приблизилась к камину, достав с одной из полок странный нож с пожелтевшей рукоятью.
– А это что такое? – негромко спросила я, с любопытством разглядывая оружие.
– Серповидный нож херем – Ольга заметно оживилась, подходя ближе, – Орудие жертвоприношения, чей изогнутый клинок был предназначен для одного, строго определенного действия… – она понизила голос, – Думаю, вы догадываетесь, о чем речь…
– Хотите сказать, этим хер… херемом кого-то… – ощущая, как горлу подступает тошнотворный ком.
– Вера, все это очень старые ритуальные инструменты. Знаю, что Вадим Михайлович собирал некоторые экземпляры своей коллекции по всему миру, и, разумеется, это только верхушка айсберга. Подозреваю, что более ценные предметы хранятся у него в сейфе…
Так-как… Она даже была в курсе, что у моего горе-муженька имелся сейф, набитый всяким оккультным дерьмом. Как бы незаметно выпытать его местоположение? Догадывалась, что там найдется много всего интересного…
Глава 69
Пока Ольга поспешила на кухню, спохватившись, что у нее там что-то кипит, я решила закончить с осмотром дома.
Только предварительно вернулась за телефоном, чтобы запечатлеть все свои находки, отправив их Игнатову. Интуиция подсказывала, что дядя Толя найдет их «крайне занимательными».
Так кто же ты, Вадим Полянский?
Вздохнув, я поплелась в библиотеку, расположенную дальше по коридору. Хотя библиотека – слишком громкое слово для нескольких стеллажей из темного дерева, встроенных в нишу.
Но книг было достаточно.
И снова уже знакомые мне бесчисленные тома по истории военного искусства в разных переводах.
Пройдя чуть дальше, я обнаружила на полке между фолиантами небольшой бронзовый треножник, покрытый патиной. Внутри лежало несколько серых, окаменевших на вид комочков смолы.
Сфотографировав очередную «находку», я провела пальцем по корешку «Искусства войны», пытаясь собрать воедино из разрозненных деталей этот чудовищно сложный пазл.
***
С момента отъезда Вадима прошла неделя, во время которой он не выходил на связь.
Зато дядя Толя делал это с завидной регулярностью, вновь попросив меня разузнать насчет тех документов. Оказывается, адвокаты отца нашли какую-то лазейку, и важно было в кратчайшие сроки выяснить, что же я тогда не глядя подписала…
Однако Полянского так и не было.
И я ни черта не могла поделать, хоть и несколько раз тайком пробиралась в его кабинет. Увы, все ящики его письменного стола были запаролены… Кроме того, каждую ночь меня мучили кошмары, из-за которых я практически не высыпалась.
… Воздух был густым от пара.
Стоя под душем, я прислонилась лбом к теплой запотевшей стене. Так хорошо. Сама не знала, сколько простояла под горячими тугими струями, потерявшись во времени. Я медлила, потому что опасалась идти спать…
Шли минуты, пока я пыталась выровнять дыхание.
Все смешалось: страхи, фантазии, потаенные желания и мысли, когда моя ладонь медленно легла на внутреннюю поверхность бедра.
Я провела подушечками пальцев по гладкой коже недалеко от центра, второй рукой повторив тоже с другой стороны, и почувствовав легкую дрожь в мышцах.
Дыхание стало чуть более прерывистым, губы приоткрылись в беззвучном вздохе, аккуратно раздвигая складки и проводя между ними пальцем.
Каждое прикосновение будто зажигало крошечную горячую искру где-то глубоко внутри.
Я прижалась лбом к стене сильнее, полностью отдавшись этому потоку ощущений. Хотелось хотя бы ненадолго отключить голову. Это получилось, стоило коснуться набухшего участка плоти наверху… Коснувшись его снова, с моих губ сорвался едва слышный стон.
Ладонь другой руки уперлась в плитку для опоры.
Еще немного, и я бы…
В этот миг, когда все мои мышцы были готовы сжаться в сладкой судороге, я непроизвольно приоткрыла глаза, увидев в запотевшем стекле душевой кабины силуэт широкоплечего обнаженного мужчины, надеясь, что все это плод моего больного воображения.
Рука, скользнувшая по бедру, замерла.
Сердце, только что бившееся учащенно, теперь провалилось куда-то в пустоту под ребрами.
Я не сразу сообразила, что застыла в позе, в которой меня и застукали… с полуприкрытым ртом и рукой практически между ног, резко поворачиваясь к нему лицом.
Ну, Вера!
– Ты… ты… – изумленно зашипела я.
– Продолжай! – приказал Вадим, насквозь пронзая меня своим бешеным взглядом, мучительно больно разрывая каждый нерв.
– Ты как обычно все испортил… – я скрестила руки на груди в жалкой попытке прикрыться.
– Пришел тебя поприветствовать после недельной разлуки, а тут такая горячая встреча, – наглец кивнул на свою крепкую эрекцию, сделав шаг ко мне на встречу. – Я тоже соскучился, – по-хозяйски обивая мою талию рукой.
– А я нет… – выставила руки вперед, пытаясь его оттолкнуть, но у меня ни на сантиметр не вышло сдвинуть эту махину.
– Тебе нужно кончить. Да и мне не помешало бы… – неожиданно мазнув губами по моей влажной щеке. – Поэтому я пришел узнать, что ты решила по поводу моего предложения? Откровения взамен на удовольствие. Забыла? – в его прищуренном темном взгляде разлилось желание: бескомпромиссное, жгучее, цепляющее за живое.
– Мне нужны гребанные документы? Отдашь?! – пульс подскочил к самому горлу.
– Вера, я человек слова, – Полянский облизнулся, упираясь своим возбуждением мне в живот. – Если ты поведешь себя как мудрая девушка, то получишь то, что хочешь. И так будет всегда… – Вадим тяжело дышал, а моя грудь поднималась в унисон с его.
Пять секунд.
Десять.
Двадцать.
Я сглотнула, пытаясь оттянуть неизбежное.
Снова пойти на поводу у его демонов.
Что ж… Мы оба заранее знали исход, а еще мне надо было заполучить эти гребанные документы обратно. Я накосячила – мне и расхлебывать.
– Сядь на пол. Я хочу быть сверху, – не разрывая зрительного контакта, тихо скомандовала я.
Что-то мелькнуло в его взгляде. Зрачки расширились. Белиал провел языком по пересохшим губам, из которых просочился горячий воздух, опаляя мне лицо.
Обхватив свой каменный стояк, он погладил его вверх-вниз.
А потом подчинился, медленно усаживаясь на пол душевой.
Его поза отражала готовность принять мои правила игры.
Ха!
Я сделала шаг вперед, так, что босые ступни оказались по обе стороны от его бедер…
А затем, не торопясь, начала опускаться сверху, пока мои колени не уперлись в пол по бокам от его коленей, полностью контролируя угол проникновения…
– Я рад, что ты, наконец, начинаешь открываться… – Вадим надавил на мои бедра, чтобы насадить меня еще глубже. – Теперь точно подружимся. Чудо мое, можешь меня хоть затрахать.
Положив ладони ему на грудь, я ощутила под пальцами быстрое, глухое биение его сердца, начав двигаться.
Медленно, плавно.
С полным ощущением своей власти.
Замечая, как глаза Монстра темнеют, как сжимаются его челюсти, как его руки, лежавшие сначала на моих бедрах, стискиваются в кулаки от полного отсутствия столь привычного контроля.
Постепенно ритм толчков стал меняться.
Мое дыхание превратилось в короткие влажные выдохи. Каждое движение моих бедер создавало раскаленный импульс, уходящий вглубь тела. Раз-раз… Еще и… Быстрее. Мне необходимо было набрать скорость, увеличив амплитуда толчков.
Дыхание перехватывало. По телу бежали ручейки пота.
Тихие стоны, которые я больше не могла сдерживать, рвались наружу, как ответ на мой собственный разыгравшийся голод во время этой дикой скачки.
Больше. Сильнее. Еще. Сейчас.
Я ускорилась, повинуясь только нарастающему давлению внизу живота, вскоре позволив измученному телу взять свое… Я кончила одновременно с дьяволом Полянским.
***
Когда я, наконец, вернулась в спальню, Вадим, облачившись в черный халат, сидел в кресле, сжимая в руках мультифору с документами.
– Ну, интересно взглянуть? – сверля мою переносицу нечитаемым взглядом.
Глава 70
Я молча кивнула, и, забрав у него документы, уткнулась в них, лихорадочно скользя глазами по строчкам.
«Агентство по организации свадеб и торжеств «М. Левицкая & Партнеры». Полный цикл: от концепции до реализации»
Что? Сквозь оглушительную тишину в ушах прорывался лишь бешенный стук биения моего сердца.
Я листала дальше.
«...Агентство обязуется предоставить полный пакет услуг по организации торжества, включающий: разработку уникальной концепции, подбор площадки, работу ведущего, флористику, фото– и видеосъемку...»
Воздух вырвался из легких, пока я бегло пролистывала страницы, выхватывая взглядом строчку за строчкой…
«... Дата события, предварительные пожелания к стилю и бюджету указаны в Приложении №1. Настоящим Заказчик подтверждает свое ознакомление и согласие...»
На всех страницах в поле «подпись заказчика» красовалась моя закорючка.
Долистав до конца, я неосознанно стиснула листы одеревеневшими пальцами, подняв на Вадима растерянно-вопросительный взгляд.
– Думала, я заставил тебя подписать какую-то дичь? – его хриплый полушепот безжалостно разорвал мою попытку взять свои эмоции под контроль, – Ты подписала договор со свадебным агентством Марии Левицкой.
От его зловещего смеха по моей спине пробежала дрожь.
– Но ты же сам сказал об этом моим родственникам? – я отбросила договор в сторону, так, что белоснежные листы, разлетевшись, упали нам под ноги.
– Я взял их на понт, чтобы выиграть время, – его лицо оставалось таким же бесстрастным, как и всегда, – Не спорю, я не оправдал твоих ожиданий, но я никогда не пытался сделать тебя разменной монетой в своих играх. Хотя, как ты догадываешься, вариантов было предостаточно. Да и сейчас они есть, чего уж греха таить, – он мне подмигнул, но в глазах так и не появилось ни одной эмоции.
– Значит, я не подписала ничего, что способно навредить моей семье? – порывисто уточнила я, пытаясь вернуть самообладание.
Вадим провел языком по своим крупным белоснежным зубам, на долю мига по-звериному ощерившись.
– Верно, – опустив голову, он резко втянул воздух, – У тебя возникли еще какие-то вопросы?
Несколько секунд я молчала, осмысливая полученную информацию, буквально каждой клеточкой тела ощущая, как понемногу отпускает титаническое чувство вины.
Значит, он все это выдумал… надеясь заполучить рычаги давления на мою скромную персону? Ведь все это время я была убеждена, что, подписав эти бумаги, знатно подставила свою семью. Самых родных и близких людей.
Вот же манипулятор…
– Вера…– на лице Полянского мелькнула тень улыбки, – Неужели ты не воспользуешься тем, что после столь радушной встречи, я особенно словоохотлив?
– Вообще-то у меня миллион вопросов. Начиная от участия во всем этом твоей сестры Юлии, заканчивая твоим ненормальным интересом к оккультизму, – разочарованно протянула я.
– Послушать тебя, так я вообще Дьявол во плоти? – он поднял голову и посмотрел на меня в упор.
Я почувствовала, как его взгляд прожигает мне переносицу.
– Не поверишь, меня часто посещают такие мысли, – я хохотнула, – Ты Белиал.
– Белиал? – намеренно вытянув ногу, он протиснул ее между моими, однако по выражению его лица, я поняла, что Вадим прекрасно осведомлен, кто такой Белиал, и даже согласен с этой характеристикой.
– Ты ведь увлекаешься мифологией – сам мне и расскажи, – прошептала я.
Он вздернул подбородок.
– Ну, что ж… Это ангел бездны, созданный Богом в качестве истинного зла. Будучи блюстителем воли Господа, он безжалостно и хладнокровно выполнял его указы. Однако стал одним из последних падших ангелов, – озвучил Полянский с расслабленной улыбкой на лице.
Падший ангел.
– Видишь, как точно я подобрала тебе характеристику? – я скользнула языком по пересохшим губам, когда его мускулистая нога прошлась по моей ноге.
– Вера, ты всегда отличалась проницательностью, – задумчиво произнес он, продолжая пристально смотреть мне в глаза.
– Ни черта подобного, – я вздохнула, – Если бы я отличалась проницательностью, то давно бы догадалась, что проект «Алекто» – тоже твоих рук дело.
– Вовсе нет, – Полянский пожал плечами, – Назвать кондитерскую в честь богини мести – это была Юлькина идея. Скажу больше, я был против. Уже одно название могло породить лишние вопросы, а когда сестра начала кошмарить бизнес твоей матери, я не раз предупреждал ее о возможных губительных последствиях.
Кошмарить бизнес твоей матери…
– Неужели она думает, что всерьез сможет вытеснить «Сахарок» с рынка?
Вадим усмехнулся, его цепкий взгляд неотрывно следил за каждым моим движением.
– Полагаю, к лету большая часть кондитерских вашей семьи будут прикрыты из-за систематических нарушений санитарных норм. Юлька занесла кому-то в Роспотребнадзоре, – изогнув бровь, он откинулся на спинку кресла, добивая меня насмешливым взглядом.
Я нервно рассмеялась, откинув волосы со лба.
– Ты не позволишь ей так поступить…
Полянский с усмешкой медленно скользнул взглядом по моим обнаженным ногам, а потом вернулся к лицу.
В кабинете повисло тягостное молчание.
– Нет, серьезно, ты не дашь своей чокнутой сестрице потопить бизнес, который моя мама выстраивала более двадцати лет! – гневно припечатала я, пытаясь унять сердцебиение, – В противном случае я сама накостыляю этой сучке!
Сердце, словно бешеное, колотилось в груди, наполняя виски яростными ударами, пока я неотрывно смотрела в глаза этому Монстру.
– Вера, предлагаю чуть позже вернуться к этому вопросу, – на его лице как обычно не отражалось ни единой эмоции, – Поверь, крах сети ваших семейных кондитерских сейчас не самая большая проблема…
– Согласна, у нас еще полно проблем! – закусывая губу, – И как же ты собрался их решать, скажи на милость?!
Он нахмурился.
– Я растоптал твоего отца, – он помолчал, явно смакуя произнесенную фразу, – Но, по иронии судьбы, только слияние наших капиталов и интересов способно помочь ему подняться со дна. И от этого решения, возможно, будет зависеть жизнь Артема Апостолова, – добавил он с торжествующей улыбкой, – Слышишь, Вера? Его жизнь…
Глава 71
– Отец никогда не пойдет на это, прикончив тебя при первой же возможности, – мой голос чужой и срывающийся, – Так что это не лучшая идея.
– Но и не худшая, – смешок, – Что ж… Его право, – Хотя, возможно, узнав о том, что ты носишь под сердцем его внука… он не осмелится тронуть его отца?
– Полагаешь, такой исход возможен? – я хмыкнула.
– Почему нет? Жизнь непредсказуемая штука, а противоположности, порой, оказываются в одной лодке. Кто знает, может мы с твоим батей когда-нибудь будем еще вести занудные разговоры за жизнь, пока ты будешь занята очередным нашим спиногрызом?
Я ненадолго задержала дыхание, после чего добавила с горечью.
– Зачем я тебе? Это ведь никак не связано с любовью…
Он усмехнулся, проведя языком по своим полным губам.
– Иногда желание обладать гораздо сильнее любви и доводов разума. Ты просто испытываешь это желание, и не всегда можешь его объяснить.
Желание обладать.
– Как массебой или херемом? Признайся, что ты просто хочешь заполучить меня как очередной трофей своей коллекции? Иначе какому нормальному человеку придет в голову коллекционировать оккультные безделушки, учитывая, чем промышлял кровожадный бог Молох? – нервно усмехнулась я.
Выдержав мой взгляд, Полянский фыркнул, с преувеличенно скучающим видом откинувшись в своем кресле.
– Ну, во-первых, я рад, что ты так быстро нашла общий язык с Ольгой. Жаль, она с возрастом не стала менее словоохотливой, – он мне подмигнул, – А по поводу коллекции… – Вадим пристально смотрел на меня сквозь ресницы, – Если бы это были действительно ценные вещи, то вряд ли бы они лежали вот так в открытом доступе, – мужчина подавил зевок, всем своим видом намекая, что устал с дороги.
– Ты уже в курсе, что из-за своего увлечения альпинизмом мне приходилось много путешествовать. Появилось что-то вроде пунктика с каждой поездки привозить новый «экспонат» – снисходительный смешок, – По большому счету, это просто хлам, который валялся на блошиных рынках за копейки.
Он помолчал, а я не стала задавать наводящих вопросов, ожидая, что Полянский вскоре продолжит. И он продолжил.
– Когда я был помоложе, реально было интересно, во что люди раньше верили… А с возрастом подобное хобби стало чем-то вроде понтового способа выделиться, когда у тебя в кармане вместе с айфоном, амулет от сглаза XVIII века, – очередной смешок, – Видела бы ты лицо одного моего приятеля, когда он узнал, что некоторые предметы в моем доме вроде как относятся к культу бога Молоха – того самого, которому приносили в жертву детей, – добавил он с расслабленной, ленивой усмешкой, – Если уж на то пошло, то меня можно скорее отнести к культу бога троллинга, нежели Молоха, Ваала или кого-то еще…
Бог троллинга. Ну-ну.
– И все равно это жутко, – поморщилась я, после возникшей паузы, – Все эти а-ля ритуальные предметы в обычном обиходе… Б-р.
– Раз тебя они смущают, я сегодня же дам Ольге распоряжение их убрать, – Вадим протянул руку, мягко, но настойчиво потянув меня на себя, – Иди ко мне? – его взгляд изменился, между бровями залегла морщинка.
Я нервозно отшатнулась, избегая прикосновения.
– Ты не ответил на вторую часть моего вопроса… Зачем я тебе?
Полянский неожиданно искренне, открыто улыбнулся.
– Я понял, что пока не готов тебя отпустить, – ответил он хрипловатым, полным желания голосом, – Это непосильная задача, Вера, – парализуя своими карими гипнотическими глазами, – Поэтому я и зацепился за соломинку, в надежде, что со временем ты и сама не сможешь уйти… – его голос дрогнул, – Я никогда в жизни не был так счастлив, как вовремя наших с тобой не столь продолжительных отношений, – Тогда-то я и понял, что мечты имеют свойство сбываться в довольно искаженном виде… – он помедлил, – И не всегда, когда они сбываются, мы испытываем удовлетворение… – с горечью.
***
Утром следующего дня во время завтрака Вадим огорошил меня новостью, что ему вновь придется уехать.
На этот раз всего на пару дней.
Но, судя по мертвенной бледности и полопавшимся сосудикам в глазах, эта поездка была не запланированной, а все мои наводящие вопросы остались без ответов.
Прогуливаясь возле дома, я видела, как взлетел его вертолет, приняв решение, что, как только мужчина вернется, я расскажу ему о своих подозрениях относительно «беременности». Тянуть больше было нельзя. Тем более, прикинув дату нашей первой близости, все вполне сходилось.
