Текст книги "Его одержимость (СИ)"
Автор книги: Эмилия Грин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)
– Эх, Саша-Саша… – Игнатов мрачно хохотнул, хотя я говорила на полном серьезе.
– Тогда устрой нам свидание. И как можно быстрее. Я без него с ума схожу…
***
Глава 53
POV Вадим Полянский
Я наслаждался ее присутствием.
И пусть Вера согласилась на эту «сделку» ради отца, я уже ни капли не сомневался, что она останется со мной. Вряд ли я ее куда-то отпущу.
Она далеко не дура, прекрасно понимала, во что ввязывается. И раз ввязалась…
Я в очередной раз подметил, что моя женушка не из робкого десятка.
– А вот твоя спальня. Полагаю, какое-то время тебе будет комфортнее иметь свою комнату? – я облизнулся. – Хотя возможно уже сегодня ты решишь остаться со мной?
Конечно, она будет спать в моей постели.
Это всего лишь вопрос времени, и мне совершенно не хотелось его терять.
Потому что от одного только взгляда Веры меня плавило, бросая то в жар, то в озноб. Желание невыносимым импульсом распространялось вдоль позвоночника, концентрируясь в районе паха.
– Исключено, – уголки ее сочных губ поползли вверх, затем Вера нацепила на лицо уже привычную непроницаемую маску, пока в ее карих глазах нарастало нечто жгучее, цепляющее за живое.
Прекрасная в своей ненависти.
– Как тебе будет угодно. Ты ведь в курсе, что я вообще тебя здесь не держу… – хотелось ухмыльнуться, ведь теперь Вера была буквально связана по рукам и ногам.
В моей власти.
А когда она забеременеет…
– Ты бледная и выглядишь уставшей. Немного отдохнешь с дороги? Или пойдем ужинать?
Ее искаженный ненавистью взгляд пробирал до костей.
– Я хочу побыть одна, – судорожно хватая ртом воздух.
Какая досада. Потому что я чуть не откинулся, пока продумывал наш «отдых», и не готов был так быстро распрощаться…
Приблизившись, я поднял руку, накручивая на палец прядь белоснежных волос своей строптивой «пленницы».
Вера вздрогнула, стоически не отводя от меня своих печальных глаз. Отпустив бархатистый локон, я перехватил ее за высокий воротник свитера, и, слегка дернув на себя, услышал слабый треск ниток.
– Жаль. Потому что я очень соскучился, Вер, – непроизвольно наклоняясь еще ближе.
Ответом мне послужил очередной метающий молнии взгляд. Моя прекрасная жена источала ярость, которая действительно обжигала. Рядом с ней меня скручивало в бараний рог.
Это не было притворством.
Она приехала сюда не ради меня или первоклассного траха, как бы я не тешил себя ложными иллюзиями.
И это доводило до белого каления, потому что, даже засадив ее папашу за решетку, я не чувствовал эйфории.
Для полного счастья мне не хватало ее.
Веры.
Эгоистично. Да.
Мудачество в чистейшем виде.
Больное помешательство.
Но как есть.
Глядя в ее замутненные яростью глаза, я испугался. Вдруг понял, что охуеть как боюсь потерять девчонку, ведь даже рождение ребенка не было гарантом, что мы останемся вместе.
Смогу ли я ее отпустить?
Ведь очевидно, что пташка выпорхнет из клетки при первой же возможности, как только ее папаша окажется на свободе.
Я резко подхватил девчонку на руки, прижимая к груди, и, не обращая внимания на ее жалкие трепыхания, сделал несколько поспешных шагов вглубь комнаты, резко, со свистом втягивая ее блядский запах.
– Отпусти меня, ублюдок!
Вера лишала меня всяческой веры в здравый смысл. Она. Я. Кровать. Дорвался, медленно опуская свою ненаглядную на матрац. С трудом себя стопоря… Ой, с трудом…
– А ведь у нас так и не было первой брачной ночи, – склонился к ее губам, желая раствориться в поцелуях маленькой чертовки.
Дочка кровного врага. А я как мычащее животное.
М-м. Резьбу срывало с полуоборота…
– Отпусти-и… – упираясь ладошками мне в плечи, Вера прошлась кончиком языка по своим приоткрытым губам.
Блядь.
Блядь!
– Тише… Я просто поцелую…
Задыхался, ощущая дрожь ее тела под собой, пока член болезненно пульсировал. Какая же невероятная. Разгневанная. Моя.
Подыхал от нестерпимого желания близости, мысленно возвращаясь на несколько недель назад в те времена, когда мог любить эту чертовку часами напролет. Оргазм за оргазмом.
Особенно сатанея, когда шалунья-Верочка приходила ко мне в чулках… игриво забираясь сверху… насаживаясь… позволяя трахать ее пальцами и членом. А чаще… одновременно.
– Я просто поцелую, малышка… – склоняясь к ее шейке. – Я помню, как ты любишь… Я сделаю очень хор…
Я замер.
И, казалось, весь окружающий мир тоже.
Она плюнула мне в лицо.
Быстро. Резко. С уничижительной улыбкой.
Я сделал шумный вздох через рот, не в состоянии насытиться кислородом. Душераздирающий взгляд глаза в глаза. До искр. Ошпаривая мои внутренности крутым кипятком.
Она в меня плюнула.
Я медленно отстранился, на ватных ногах делая шаг в сторону.
– Проваливай, нечисть! Меня от тебя тошнит! – прикрыла рот ладошкой, будто ее, в самом деле, сейчас вырвет.
Я усмехнулся, чувствуя, как влага высыхает на коже, оставляя стягивающую, липкую пленку.
К слову, этот акт бунта сыграл против строптивой девчонки – мое возбуждение никуда не делось, напротив, к нему примешалось несколько новых эмоций… термоядерных эмоций.
Игра, которую я затеял, внезапно обещала быть гораздо интереснее, чем я предполагал…
– Очень хорошо, Вера, – смешок. – Все для тебя, моя девочка. Можешь хоть всего меня захаркать, – пытаясь усмирить беснующегося внутреннего зверя, – захлебываясь в глубине ее огромных карих глаз.
Дикий расстрельный взгляд.
С ней будет нелегко.
– Через полчаса жду тебя в столовой. Вместе приготовим ужин и пообщаемся, – проглотив ком, застрявший поперек глотки, я негромко добавил. – Если, конечно, ты не хочешь, чтобы я навестил тебя уже сегодня ночью…
***
Глава 54
Вера
Когда Белиал ушел, на заплетающихся ногах я подошла к панорамному окну, и, прижав ладони к стеклу, посмотрела вниз.
Казалось, этот дом висит на краю света.
Прямо подо мной земля разверзалась в глубокое, поросшее пихтами ущелье. А дальше были только горы…
Закат, цепляясь за белоснежные вершины, зажигал на них кровавые и золотые отблески. Я затаила дыхание, сосредоточившись на этой неземной, практически первобытной красоте.
Мы добирались сюда на вертолете.
Правда, всего минут пятнадцать, и меня даже не успело укачать.
Мой личный надзиратель предупредил, что другого способа выбраться отсюда зимой нет, чтобы я знала, что даже если и выйду за ворота, бежать все равно некуда – я на несколько месяцев застряла в своей прекрасной заснеженной тюрьме.
А был ли смысл в побеге?
Непроизвольно дотронувшись до своего плоского живота, я прислонилась лбом к стеклу, выдувая тонкую струйку воздуха.
В горле стоял ком от ярости и бессилия.
Немного успокаивало только то, что Игнатов теперь знал, где меня искать – удалось незаметно воспользоваться его чудо-маячком.
Кроме того, перед отъездом я успела посетить гинеколога, собрав с собой аптечку со всем необходимым на случай каких-то непредвиденных ситуаций. В конце концов, мамочка пережила не один выкидыш…
Приняв душ и переодевшись, я все-таки спустилась вниз – как бы мне не хотелось покрутить нервы этому психопату, нужно было регулярно и полноценно питаться.
Не ради себя.
А еще … перед смертью ведь не надышишься?
Открыв дверь своей комнаты, я вышла в темный коридор, спускаясь по массивной лестнице, где меня встретила огромная гостиная с панорамными окнами – такими же, как в моей спальне. В центре комнаты на каменном постаменте стоял камин.
Повернувшись от окна, я прошла через гостиную, увидев еще одну дверь. Она была приоткрыта и из щели лился тонкий лучик света.
Я толкнула дверь и вошла в кухню, увидев своего тюремщика у плиты.
Супружник стоял ко мне спиной, помешивая что-то в сковороде. На нем были темные штаны и светлая рубашка с закатанными до локтей рукавами.
– Садись. Почти готово, – не оборачиваясь, отозвался он спокойным, ровным голосом.
Подойдя к кухонному островку, я опустилась на стул, сделав так, как он просил, будто мы обычная семейная пара, вернувшаяся после энергозатратного трудового дня.
– Омлет с лососем и шпинатом, – сказал он, перекладывая аппетитную массу на тарелку и ставя ее передо мной.
Какой заботливый!
К слову, еда пахла божественно, и мой предательский желудок сжался от голода.
– К чему все это? – негромко произнесла я, встречаясь с ним взглядом.
Белиал улыбнулся, глубоко вздохнув, будто разговаривает с непроходимо тупым человеком. Хотя после того, как я ввязалась в эту поездку, стоило всерьез засомневаться в своем психическом здоровье…
– К чему омлет? – он вопросительно приподнял бровь, и мне снова захотелось плюнуть ему в лицо.
– К чему эта псевдозабота? – едва не проорала я, в защитном жесте обнимая себя под грудью.
– Почему ты думаешь, что это псевдозабота? – чуть откинув голову, он смотрел на меня сквозь ресницы, – Я люблю готовить, и рад бы делать это для тебя хоть каждый день, – долгий испытующий взгляд мне в глаза.
Мило улыбнувшись, я подумала, что у меня вот-вот сведет челюсть от напряжения.
– Вер, мой тебе совет, расслабься. Не забивай свою белокурую головку ненужными мыслями, – проникновенно, серьезно, – И тогда все будет хорошо. По крайней мере, на какой-то период, – продолжая съедать меня глазами.
– Для тебя все это часть какой-то безумной игры, да? Не просто растоптать моего отца, а еще и сделать из его дочери шлюху?! – не удержавшись, я прыснула от нервного смеха, хотя ситуация в общем-то была грустная, пожалуй, даже трагическая.
– Я много раз говорил, что не планировал тебя втягивать, – он пододвинул ко мне тарелку с омлетом, – Тем более… – его карие глаза блеснули, словно ненастоящие, – Вспомни, как ты сама сунула свой маленький носик куда не положено? – проводя кончиками пальцев по моему запястью, – Пробралась в мой дом…
– В ту ночь мы оба были пьяны, – опустив глаза, я сделала глубокий вздох, невольно переносясь в ночь своего падения, поспешно проведя языком по пересохшим губам.
– И, тем не менее, я прекрасно соображал, – медленно рисуя теплым пальцем узоры по моей коже.
– А я нет…
– Поэтому на следующий день, проспавшись, ты снова пришла ко мне на конюшню? – надзиратель не скрывал тихого смешка.
Я почувствовала, как сбивается мое дыхание, не решаясь заглянуть ему в глаза.
– Я отдыхала… – сердце все сильнее заходилось в груди, – Была в отпуске… – еще один вздох, и я, будто очнувшись от гипноза, резко вырвала свою ладонь.
– Так что тебе мешает вновь воспринимать все происходящее как отпуск? – устремляя на меня свой хитрый взгляд, – Полагаю, всем нам надо немного отдохнуть… – чуть прищуриваясь.
Похоже, он в самом деле не понимал…
– Я даже имени твоего настоящего не знаю… – почти беззвучно, – Все, что ты мне говорил – ложь, – с придыханием, отмечая, что аппетит все-таки пропал, – Кто ты? – ощущая, как накаляется между нами воздух, усилием воли выдерживая его леденящий душу взгляд.
– Меня зовут Вадим, – Белиал подмигнул, – Я не врал, когда сказал, что рос в интернате, – краткая пауза, – В Великобритании. В закрытом частном интернате для мальчиков.
Нахмурившись, я взволнованно прикусила губу.
– После первого покушения отец подстраховался и оформил развод. По легенде мать сбежала с его компаньоном в другую страну, а он ударился во все тяжкие, – тяжелый вздох, – Времена тогда были лютые. Дележка сфер влияния на самой верхушке… Чуть заморгаешься, и ты уже не жилец.
– Мой батя инсценировал развод, чтобы его близких не трогали. Когда шумиха вокруг его персоны немного поутихла, он организовал липовый бизнес в Европе, – холодно, безэмоционально, – Появился повод почаще туда наведываться, – пододвигаясь и сплетая пальцы на моей ладони, – Сначала на свет появился я, через несколько лет – сестра, – он помолчал, явно обдумывая количество откровений, – Я, кстати, билингв. Свободно владею русским и английским несмотря на то, что половину жизни провел за границей, – добавил он, после затянувшейся паузы.
– Значит, Вадим… Вадим Михайлович, – с дрожью в голосе, – Получается, твоим отцом все-таки был Михаил Полянский? – в ожидании его ответа, пальцы на руках сами по себе сжались в кулаки.
Глава 55
– Все так.
Я внимательно всматривалась в его глаза: в них, на удивление, сквозили только равнодушие и пустота.
– Только по документам я никогда не был Полянским, – прошептал он, тревожа сгустившуюся между нами тишину, – Сперва, жил под одной фамилией… А вскоре после возвращения в Россию стал Завьяловым.
– Как тебе удалось все это провернуть?
Я не удержалась от вопроса, ведь Анатолий побывал в интернате, в котором, судя по документам, и вырос человек, сидящий передо мной – Вадима по фотографиям опознали работники.
Как такое возможно?
Какое-то время мужчина смотрел за мое плечо прищуренным невидящим взглядом, будто перенесся в свое темное прошлое.
– В том пожаре погиб не только мой отец, но и сын его родного брата, – протяжный вздох, – Через несколько дней моего дяди тоже не стало… «Сердечный приступ», – Вадим мрачно усмехнулся, – За несколько часов до этого он связался с моей матерью и попрощался. Он знал, что за ним скоро придут. И о том, кто за всем этим стоит, он тоже, конечно, был в курсе, – глаза в глаза… замахнулся… наотмашь, – Зато у моей мамы после известия о третьей смерти за одну неделю в самом деле случился инфаркт. Сердце не выдержало.
На его лице появилось такое жуткое выражение.
Не отболевшее.
Наконец, оно прорвалось наружу.
Смесь ностальгии, отчаяния и вселенской печали. Внутри все сжалось. Я старалась заглушить в себе странное тянущее чувство, не желая его идентифицировать.
– Я остался один с десятилетней сестрой, понятия не имея, как жить дальше. Вскоре со мной связался один из приближенных людей отца – он помог нам вернуться в Россию. Даже несмотря на все предосторожности, жить в Москве или в Питере было опасно… – иронично глядя мне в глаза.
– Батину компанию уже попилили, используя третьих лиц и всякие там мутные схемы, называя все это высокопарными терминами типа «национализация» или «экспроприация». Твой папенька, к слову, принимал во всем этом непосредственное участие, был максимально вовлечен в процесс, – он мне подмигнул, – Зато у «Апостол-групп» в те годы начался самый расцвет. У Артема Александровича не осталось зубастых конкурентов. Так, парочка для ширмы… – Вадим разразился глухим лающим смехом.
Я же вся подобралась, ощутив, как по телу прокатывается волна неконтролирующей ледяной дрожи.
Прикусила губу, впиваясь зубами в чувствительную кожу. Больно. Я даже не сомневалась, что моего отца оболгали по всем пунктам.
Кто же так умело промыл Вадиму мозги?
– Разумеется, появление законных наследников не особо бы им помешало… – одаривая меня долгим прямолинейным взглядом, – И, тем не менее, надежнее было затаиться, какое-то время наблюдая за всем издалека. Хоть терять близких в каком-то смысле уже стало для меня привычкой, я бы не пережил, если бы с моей сестрой что-то случилось, – он похрустел пальцами, стиснутыми в кулак.
Сестра. Он уже второй раз упоминал о ней в разговоре.
Я сделала себе мысленную пометку при удобном случае поподробнее о ней расспросить. Возможно, я ее знаю?
– Ну, вот мы и подошли к ответу на твой первый вопрос… – низкий серьезный голос, пробирающий до дрожи, – Как мне удалось все это провернуть? – короткая, горька усмешка, и снова этот гипнотический зрительный контакт.
Глаза в глаза. Аж руки начало покалывать.
– Как ты уже успела догадаться, сперва, мы перебрались на Алтай. Отец всегда просчитывал самые разные варианты развития событий, не исключая того, что в итоге произошло, поэтому у нас осталась весьма внушительная подушка безопасности, позволяющая мне начать свое дело.
– Мой батя всю сознательную жизнь занимался строительным бизнесом. Как говорится, против генов не попрешь, поэтому я начал с простенькой базы отдыха эконом-класса. Ну, а дальше в целом ты знаешь…
– Так как ты все-таки стал Завьяловым? – тихо спросила я после того, как поток его откровений иссяк, и на темной кухне установилась густая давящая тишина.
Белиал как-то обреченно улыбнулся.
– Вер, я не планировал тебе этого рассказывать… Ничего этого. И точно еще пожалею, – желваки на его заросшем щетиной лице заходили ходуном, – Девочка, до сих пор не верится, что ты здесь, – пронзительный взгляд, – Рядом с тобой я теряю голову, забывая о своем рассудке. Становлюсь слабее… – не моргая, вжирался в меня, подавшись вперед.
– Получается, ты слабак, – съязвила я.
Вадим несильно сжал мое запястье, растягивая губы в прохладной усмешке. Только вот его глубокие карие глаза оставались серьезными и внимательными, как у хищника во время ночной охоты.
– Кроме шуток, я рад, что ты проведешь эту зиму рядом со мной. Парадоксально, но я рад этому гораздо больше, чем большинству других событий последних недель, – его взгляд продолжал впиваться в мое лицо, будто пронизывая кожу мелкими иголками.
Боже, как же все это нелепо. Дикость какая-то! Я вяло усмехнулась, ощущая, как от его взгляда в моих жилах стынет кровь.
– Ты обещал рассказать… – я решила пользоваться моментом: похоже, Вадим сам от себя не ожидал подобной словоохотливости.
Возможно, скоро он снова закроется: я решила ковать железо…
– Ну, раз обещал… В конце концов, эта информация уже ни на что не сможет повлиять, – уголки его губ растянулись, обнажая белые крупные зубы, – Я забрал документы у моего тезки-инструктора, после несчастного случая, который произошел с нами в горах.
Открыв рот, я сглотнула, озадаченно покачав головой.
– Несчастного случая? – переспросила я почти беззвучно.
– Вадим Завьялов погиб во время нашего восхождения в ущелье Актру, – шепотом ответил он.
В ожидании разъяснений, я озадачено выгнула бровь.
– Но…
– Это был не самый легкий маршрут с большим количеством трещин и разрывов. Мы оказались застигнутыми врасплох в непогоду посреди узкого каньона… – его дыхание оборвалось, – Дно простреливалось падающими камнями, и мой инструктор случайно сорвался… – Белиал поморщился, опуская взгляд.
– Он разбился насмерть?
– Да, – коротко, глухо, – Там было без вариантов. И никак уже не помочь. Я и сам с трудом уцелел… Чуть не откинулся, когда ночью сильно похолодало, а у нас с собой не было даже палатки. Вот тебе и туристический маршрут одного дня… – глухой смешок. Меня чудом подобрали ребята из другой группы альпинистов. Тогда-то и пришла в голову эта идея… Забрать себе его документы. Тем более, внешне мы были похожи: примерно одного возраста, телосложения, типажа…
– Просто так забрать себе документы другого человека? – мое дыхание замерло, – Но как же его родственники, друзья, знакомые? Кто-то ведь, наверняка, должен был его хватиться?!
Едкий внутренний голосок нашептывал мне: «Тут что-то не сходится…»
Подняв на меня слегка расфокусированный взгляд, Вадим продолжил.
– За несколько часов до трагедии я узнал, что в прошлом году он выпустился из детского дома, живет у какой-то полоумной старухи в крошечной комнате на съемной квартире, и один воспитывает годовалого сына, которого бросила на него нерадивая мамаша. К слову, наличие ребенка – это еще одна из причин, по которой он стал брать слишком много частных восхождений, не успевая отдыхать и восстанавливаться… – мужчина плотно сжал губы, закончив свой рассказ.
– Годовалый сын – это Женя? – внезапно меня пронзило осознанием, – Ты не только украл его личность, но еще и ребенка?! – воскликнула я, чувствуя, как вдоль позвоночника разливается озноб.
– В противном случае, Женя бы повторил судьбу своего отца, коротая детство и юность в детском доме, – Вадим рассеянно пожал плечами, – Да, я его забрал и воспитал как своего сына.
Глава 56
– Ты присвоил себе чужую личность… – повторила я, с осуждением глядя ему в глаза.
– Если тебе от этого станет легче, в аду уже точно копают еще один котлован. Ниже основного. Для меня, – его губ коснулась лукавая улыбка.
– Еще смеешься? – продолжала негодовать я.
– А что мне остается делать? – облизывая полные губы. – Да и если уж быть откровенным до конца, когда я очухался, осознав, что произошло… – с нарастающей хрипотцой. – Все это показалось мне, чуть ли не божественным провидением…
– Смерть этого бедолаги – божественное провидение? – я дергано пожала плечами, выдерживая ироничный взгляд его карих глаз.
– Вера, в тот период мы ломали головы, как бы незаметно, не привлекая внимания службы безопасности «Апостол-групп», подобраться к твоему отцу и его стае, отметая каждый из предложенных вариантов. В какой-то момент все зашло в тупик, – он ухмыльнулся. – А потом бинго – мне в руки попали документы парня, выросшего в детском доме маленького алтайского села. Идеальнее прикрытия не придумать, – его плечи чуть заметно дрогнули.
– Очевидно, что ты не слишком горевал из-за его кончины… – я сжала пальцы на деревянном крае столешницы, пока пульс в висках отбивал дробь.
– Я знал его меньше суток, – замолкая на секунду. – Не буду кривить душой – я довольно ровно воспринял его смерть, – пауза. – Наверное, потому что до этого похоронил всю свою семью, за исключением сестренки, – краткий выдох. – Вера, каждому из нас уготована своя судьба… Я не виноват в том, что случилось с Вадимом. Просто подстроился, научившись выживать среди всего этого дерьма…
Я поежилась, пытаясь представить, какого это долгие годы жить под чужой личиной? Выдавая себя за другого человека?
Жутко. Маниакально даже…
– Человек моего отца был в том детском доме, – я потерла переносицу. – Он опознал тебя на фотографиях, – пытаясь уловить фальшь в его прямом слегка насмешливом взгляде.
– Даже не сомневался, – его хитрая улыбка начинала подбешивать. – Говорю же, мы должны были просчитать все возможные варианты, включая и этот. Конечно, человек Апостолова не поленился съездить в такую дыру и полистать архивы, – грудь Вадима резко поднялась.
– Я тоже там отметился много лет назад. Когда понял, что прокатило и никто не упал мне на хвост, разыскивая паренька или его ребенка, я съездил в тот детский дом. Пообщался с директором, представившись другом Вадима. Сказал, что мы с коллегами собираемся сделать ему сюрприз, и нам нужно несколько его юношеских фотографий… Надавил на жалость, конечно. Ну, и бутылочка хорошего вина в купе с другими гостинцами пришлась очень кстати… – он подмигнул.
– Повезло, что бабуля оказалась падкой на откровенную лесть, без зазрений совести обнародовав мне архивные фотоальбомы. Забрав необходимые снимки, я втихаря заменил их парой своих подростковых фотографий, догадываясь, что вряд ли кто-то когда-то еще туда полезет. И не прогадал, – переводя внимательный взгляд с моих глаз к губам, Вадим замолчал, всем своим видом давая понять, что на сегодня поток его откровений иссяк.
– А теперь тебе надо поесть и спать. Неважно выглядишь, – своим густым хриплым голосом он запустил мурашки по моему позвоночнику.
Я не стала сопротивляться, хоть аппетита особо не было – не поднимая на своего тюремщика взгляд, затолкала в себя остывший омлет, поспешно поднимаясь из-за стола.
К счастью, Белиал не вызвался меня проводить, и я без приключений вернулась в комнату – почистила зубы, умылась и легла в кровать. Только сон совсем не шел…
Какое-то время я просто лежала, уставившись в темный потолок, и, чем дольше обдумывала услышанное, тем отчетливее придерживалась мнения, что у Вадима не все дома.
Он был болен. На всю голову. Желание вендетты вытеснило из его души все человеческое, если оно когда-нибудь там было…
«Не буду кривить душой – я довольно ровно воспринял его смерть…»
Что-то в его словах резануло, только я никак не могла уловить, что именно. Хотя чего удивляться, он ведь был сыном жестокого кровожадного ублюдка…
На ум пришла цитата одного популярного писателя: «Если приближаешься к злу слишком близко, оно рано или поздно завладевает тобой…»
Не хотелось думать, но и не думать получалось весьма скверно…
Кто же ты?
Кто?
…Я вздрогнула, услышав тихий скрип открывающейся двери. Дыхание резко сбилось, через раз пропуская кислород, увидев Белиала в темном проеме моей комнаты.
На нем были только низкие спортивные штаны.
– Зачем ты пришел? – выдохнула я, подскакивая на кровати.
– Проверить, как ты, – с грацией дикого зверя сокращая расстояние, Вадим приблизился, замирая надо мной, словно голодный хищник.
Секунда и… он опустился рядом со мной, лениво улыбаясь.
– Ты же сам отправил меня спать? – пробормотала я на сиплом вздохе.
– Но ты не уснула… – мужчина пристально наблюдал за мной, слегка нахмурив свои густые темные брови. – Признайся, по ночам ты ведь вспоминала о нас? Вспоминала, как мы занимались любовью? – добавляя небрежным, почти насмешливым тоном.
– Я? Нет, конечно…
Я прикрыла глаза, не желая испытывать ощущение, которое против воли расползалось по моему взмокшему позвоночнику, вскрикнув, когда названный гость вдруг резко навалился, накрывая меня своим мощным телом.
– Врешь, Вер…– положив одну ладонь мне на грудь, второй Вадим схватил оба моих запястья, и, закинув их мне за голову, прижал к прохладной наволочке. – Я очень хорошо помню запах твоего возбуждения, моя Королева, – большим пальцем он описал круг прямо по ткани моей футболки, нащупывая уже твердый, отозвавшейся на его близость сосок.
Я судорожно втянула воздух, когда горячие пальцы моего пленителя легонько сжали гиперчувствительную грудь, продолжая играться с окаменевшим соском.
Каждое прикосновение Вадима отзывалось крошечными разрядами тока, сквозь ненависть и отвращение, обжигая меня жгучим стыдом и … волнами жара.
Глава 57
В голове уже взрывались петарды, а перед глазами понеслись белые мухи.
Унизительная реакция на этого монстра… Ох, Вера.
Увы, мое слабое тело слишком хорошо все помнило, ведь во время наших отношений Вадиму нужно было много и часто. Часто и много. А я оказалась слишком ведомой им. Плененной. Моим личным дьяволом.
Белиалом.
Падшим ангелом, если верить некоторым мифологическим представлениям.
Да, демон появлялся в облике двух ангелов, сидящих на огненной колеснице. На самом же деле он принимал такой облик, чтобы отвлечь от своей злой сущности…
А я поверила. Повелась. Подставила свою семью.
Поэтому теперь я не имела права на ошибку, учитывая, что мой план начал приносить свои плоды – сегодня я узнала то, что тянуло не на одну статью. Сокрытие несчастного случая со смертельным исходом. Кража документов. Чужого ребенка. Чужой личности, наконец.
Сколько же жутких секретов хранила его темная как деготь душа? Интуиция подсказывала – этот человек еще меня «удивит»…
Какими бы ни были мотивы Вадима, то, что он сделал, не укладывалось в голове… Я собиралась в ближайшее время поделиться этой информацией с моим «подельником» Игнатовым, не собираясь останавливаться на достигнутом.
– Вера… – Белиал внимательно рассматривал меня из-под своих длинных угольных ресниц.
Мои губы дрогнули, приоткрываясь.
– Прекрати… – это задумывалось, как предупреждение, однако вышло не особо устрашающе, скорее жалко, как писк какого-то насекомого.
– Твои соски такие твердые, – он сжал мою грудь еще сильнее, заставляя меня испытывать нехватку кислорода.
Вдох. Еще один вдох.
В-ы-д-о-х.
Мысли перемешались еще и потому, что мне в ногу упирался его крепкий стояк. Я чувствовала его сквозь тонкую ткань спортивных штанов Вадима, неконтролируемо перебирая пальцами по покрывалу.
– Я тебя не хочу… – всеми фибрами души ощущая свое падение.
Слаб-а-я… Слабая я…
Помянем мою силу воли.
– Хочешь. Мы оба знаем, что скоро я буду трахать тебя до потери сознания. Глупо сопротивляться и играть в недоступность, если ты все равно в моей власти. Сегодня. Завтра. Через неделю… Это произойдет. Ты это знаешь. Я это знаю. Все, о чем я могу думать с сегодняшнего утра – это о том, как снова прикасаюсь к тебе, – опасно… хрипло.
– Вадим…
– Или какой ты будешь на вкус, когда я буду трахать тебя ртом? Хочешь, начнем оттуда? – отпустив мою грудь, Вадим провел большим пальцем по обнаженной коже внизу моего живота, высекая вереницу мурашек, – Я подразню язычком? М? А потом как следует тебя распробую? – он опустил руку под резинку моих штанов, проведя пальцами по самому чувствительному месту через тонкую ткань белья.
– Отвали!!!
– Ты блядски мокрая, девочка… – сдавленный выдох сквозь стиснутые зубы, – Мне даже не нужно было к тебе прикасаться, чтобы подвести к грани… А представь, если я буду поклоняться твоему телу ночь напролет?!
Ерзая на месте, я провела языком по своим пересохшим губам, с ужасом отмечая, что его грязные разговоры провоцировали ту часть меня, о которой я никогда не подозревала. Даже не догадывалась…
Темную сторону.
Ведь у каждого из нас, несомненно, она была, и я вот-вот сделаю заступ…
Мой личный Белиал… Мой падший ангел мог стать моей погибелью. Моим проклятьем. Моим нисхождением в адовы жернова.
Я шумно сглотнула, пытаясь собраться с мыслями и противостоять этой тестостероновой атаке.
– Хочешь, чтобы на месте пальцев оказались мои губы и язык? – дрожь прошла через все мое тело, когда Вадим, наконец, медленно проник под край моего белья, мазнув шершавой подушечкой по клитору.
Нет!
Я здесь не для этого…
Я зажмурилась, ужасаясь тому, что со мной происходило…
Будь проклят он и его гребанная энергетика, которая хлестала буквально из всех щелей, туманя мне мозг.
Этот мужчина… кем бы он ни был… представлял собой мой самый раскаленный ад. Все его мучительные круги. На каждом опасном повороте проверяя меня на прочность. Нужно было его переиграть… Сбить его с толку или сделать ход, которого он не ожидал бы увидеть…
– Прекрати нести всю эту чушь… – я судорожно выдохнула, впиваясь в его ладони ногтями, – Ты прекрасно знаешь, что это сделка! Я с тобой не по собственному желанию, – хриплый смешок, – Да, ты можешь без труда завладеть моим телом… Ты опытный мужчина и прекрасно осведомлен о том, на какие струны давить, – вздох, потому как его тяжелая горячая пятерня все еще находилась у меня между ног, а Вадим совершенно не реагировал на мои жалкие попытки ее отодрать.
– В чем дело, Вера? Ты стесняешься того, что возбуждена? – его слова в тот же миг отозвались мурашками по моей спине, – Моя нежная… чистая девочка… Никто и не говорит о твоей душе… Пока… – посмеиваясь и вновь обхватывая меня через мокрое нижнее белье, – Речь лишь о том, что тебе все это безумно нравится… – с нарастающим дьявольским смехом.
– Нравится? Да ты просто псих!!! – выкрикнула я, еще глубже пронзая ногтями кожу на его ладони.
– О, да! А ты просто тащишься от моего напора и своего мнимого сопротивления. Просто признайся хотя бы себе, что только спишь и видишь, чтобы я хорошенько тебя отодрал, пока ты будешь изображать из себя попранную добродетель? Так ведь, Чудо?!
Чудо!
Миг, и я отвесила ему звонкую хлесткую пощечину, так, что его голову развернуто на девяносто градусов. Показалось, что мой пленитель даже ненадолго потерялся в пространстве, а потом вновь сосредоточил на мне свой обезумевший, полный ярости взгляд…
