Текст книги "Любовь в твоих глазах (СИ)"

Автор книги: Эллин Ти

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 9. Аня

Когда мне было четыре, мои родители приняли решение развестись. Я не знаю, в чем была причина, и не знаю её до сих пор, но факт остаётся фактом – семья распалась, а я… А я осталась жить с отцом. В свои четыре я уже могла высказывать мнение и его даже приняли во внимание во время суда. Я сама выбрала отца, хотя безумно сильно любила и люблю мамочку.

Я была абсолютно папиной дочкой. Я училась забивать гвозди вместо того, чтобы учиться готовить, и целыми днями торчала с ним в гараже, а не с мамой на кухне.

Отношения у меня хорошие и с мамой, и с папой. У мамы новая семья и ещё двое детей, а папа никого не приводит в наше с ним семейное гнёздышко. Он думает, что я не знаю о нашей соседке Юле, с которой у них отношения уже больше двух лет. Она довольная милая, а папа очень смешно пытается скрываться. Но раз ему так комфортнее, я не буду лезть в эту историю.

Я до сих пор папина дочь, несмотря на то, что мне уже давно не четыре. В свои девятнадцать я неплохо вожу, разбираюсь в машинах, умею чинить розетки и чистить слив в раковине.

А ещё я безумно люблю мужской спорт.

Танцы, фигурное катание, гимнастика – это очень красиво. Но вообще не моё.

Все детство я гоняла с пацанами во дворе в футбол, а зимой нам там же заливали каток и мы играли в хоккей. Я недолго ходила на карате, потом на какую-то ещё чушь по самообороне, а потом времени из-за учебы стало катастрофически не хватать и я бросила все.

А неделю назад доктор сказал мне, что спорт обязательно нужно включать в мою жизнь. Кардио-нагрузки. Потому что я переболела сильным воспалением лёгких, и чтобы не задыхаться до конца дней, их тоже нужно тренировать.

Я сразу решила, чем буду заниматься, потому что бокс – давняя невыполнимая мечта.

Ещё и Руслан как-то обмолвился что Дамир работает тренером и вроде постоянно боксирует, и я подумала, что это идеальный вариант. Заниматься со знакомым всегда ведь проще!

Оказалось, что не с ним… но я не сильно расстроилась, хотя немного всё-таки да. Главной задачей было дойти до тренировки и начать заниматься.

Мне не терпелось. Я позвонила по номеру в тот же день, как Дамир оставил его и записалась на самую ближайшую тренировку.

Папа поддержал меня, а мама по-доброму похихикала, что меня так и тянет туда, где нет места девчонкам.

Я в целом ничего не скрываю от родителей. Кроме… наверное только кроме Руслана. Он сильно старше, как сказал бы папа, и сильно не моего поля ягода, как сказала бы мама.

А я просто влюбилась, да и… неважно, в общем. В последнее время у нас сложные отношения, что меня очень расстраивает.

Тренер Лёша довольно милый. Он сразу задал пару миллионов вопросов о здоровье, рассказал о тренировках, и только потом мы приступили к занятиям.

Это так… вау! Это ощущение исполнения давней мечты просто невозможное. В первые секунды от адреналина и счастья у меня дрожат руки и накатываются слёзы. Я все выражаю эмоциями. Все говорят, что я эмоциональная бомба. Если плачу, то навзрыд, если смеюсь, то так, что все вокруг начинают смеяться. Я могу плакать, а через пару секунд хохотать вовсю. Кому-то тяжело со мной из-за этого, но тот, кто рядом, всегда самый ценный.

Лёша не разрешает пока бить по груше, потому что можно выбить себе локоть, запястье и все что можно выбить. Ставит меня в нужную позицию, рассказывает о технике, показывает на своем примере. Около двадцати минут мы разбираем всё это, он смешно шутит, я хохочу как всегда громко.

Не вижу, что происходит вокруг, полностью сосредоточенная на своём деле, и даже когда Лёша отходит ответить на звонок, замечаю это не сразу.

– Отдохни пару минут, – шепчет мне, и я киваю, отрываясь от груши.

Слышу разговор Лёши с женой, видимо, смотрю по сторонам, замечаю парня в другом углу зала. Он очень сильно колотит грушу, мне кажется, что это так больно…

Отвлекаюсь тоже на телефон. Беру в руки, открываю мессенджер. Руслан. Зовут меня сегодня к себе смотреть фильм. Боже… Ну дурой нужно быть, чтобы не понять, о чем речь. Он давно намекает на секс, несмотря на то, что вместе мы совсем-совсем недолго. Я понимаю потребности и все остальное, но я пока не готова… Конечно я не собираюсь ждать целый год или того больше, но пока я не могу сказать что доверяю Руслану на все сто процентов.

Он злится, когда я ему отказываю, а я пытаюсь мирно объяснить свою позицию. Я не хочу хранить невинность до свадьбы, но и отдаться парню через две недели отношений я тоже не готова.

Это серьезный шаг для меня, как и для любой другой девушки. Хочется глупой наверное романтики, долгих поцелуев, успокаивающего шёпота… Руслан не самый нежный парень. Последний раз он очень толсто намекал на секс в подворотне у двора, где мы сидим вечерами. Я отказывалась, но он не слышал, лез под майку… я даже испугалась немного, а потом его отвлёк Дамир и я убежала. Потом только подумала, что мне нечего бояться. Он ведь мой парень, он не сделает больно.

Пишу в ответ на сообщение, что занята на тренировке, а потом у меня куча дел в универе и по плану встреча с мамой. Руслан читает и оставляет меня без ответа, но я не успеваю начать грустить, потому что из плена мыслей вырывает голос тренера.

– Аня, это Дамир, – говорит Лёша и я поднимаю голову от телефона. – Он тоже тренер, сегодня с ним закончите, прости, у меня непредвиденные обстоятельства. По поводу следующей тренировки позвоню, – говорит быстро и за секунду вылетает за дверь, оставляя меня наедине с… Дамиром.

Это он колотил грушу так сильно, что мне больно было даже смотреть. Он не похож здесь на того Дамира, кто иногда сидит с нами вечерами, поэтому-то я и не узнала его.

Во-первых, под его неизменной толстовкой скрывается по-настоящему красивое тело с кучей татуировок. У Дамира широкие плечи, грудь, кубики точно у парней из тиктока, косые мышцы живота на которые я на пару секунд залипаю как настоящая девчонка. Это же ничего не значит, да? Все смотрят, даже замужние! Дамир действительно выглядит очень хорошо.

Смотрю на него и улыбаюсь. Его чрезмерная серьезность всегда вызывает во мне улыбку. Я не смеюсь над ним. Мне просто будто хочется разбавить эту хмурость на его лице.

– А говорил, что тренировки по боксу не ведёшь, – выдаю первое, что приходит в голову. Дамир чуть щурится, проводит ладонью по короткому ёжику волос на голове, качает головой в разные стороны и наконец-то подходит ко мне.

– Это исключение. Лёхе отъехать к семье надо, иногда подменяем друг друга.

– Раз подменил, то тренируй! – откладываю телефон в сторону и встаю в стойку, которой меня все двадцать минут учил Лёша.

Дамир тут же включается. Он как будто переходит в тело тренера, бросая своё. Не знаю, как объяснить… Преображается сразу же.

– Если ты будешь бить в такой стойке, то твое колено не выдержит и двух тренировок, – он наклоняется и поправляет мою стопу прямо рукой, ставя ту в правильное положение. – И руку держи выше. Это важно. Бей.

– Прям так сразу? Бей?

– А ты сюда пришла зачем? Хороводы водить?

От предвкушения первого удара сводит все мышцы. В животе словно ураган поднимается, который все органы между собой перекручивает.

Делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, выбрасываю руку вперёд для удара и… не долетаю до груши. Мой кулак, обмотанный большим слоем бинтов, оказывается в ладони Дамира.

– Ты захотела остаться без пальца? Если будешь так кулак сжимать, то надолго твоих рук не хватит.

Он разжимает мои пальцы своими, прикладывая силу, потому что мои от адреналина свело, и складывает обратно, но уже в правильное положение.

Встаёт рядом, плечом к плечу. Он такой горячий, меня словно обдает кипятком…

– Повторяй за мной.

Я пытаюсь, правда. Встаю как он, кулак держу как он, но выходит пока хреново. Это гораздо сложнее, чем я себе представляла.

Но Дамир не бросает меня, он помогает, терпеливо подсказывает, сам регулирует все мои конечности в верное положение.

Сходу можно понять, что он прекрасный тренер. Обязательно ему об этом скажу, когда выйдем отсюда.

– У меня уже плечо болит, – жалуюсь, потому что действительно очень остро чувствую мышцу. Она огнем горит с непривычки, и хоть я сдаваться не привыкла, делать через боль уже не очень приятно.

– У тебя десять минут осталось, потрать их на скакалку. Где болит, тут? – неожиданно Дамир оказывается сбоку и сжимает рукой плечо. Вскрикиваю от резкой боли и даже не отвечаю на вопрос, потому что моя красноречивая реакция гораздо понятнее любого ответа.

Застываю на месте, когда Дамир начинает массировать мне плечо. Он давит ощутимо, не жалеет меня, но это повергает в такой шок, что я даже не обращаю внимания на острые ощущения.

Мы мало общались, но из тех нескольких раз можно было легко понять, что Дамир не жалует, когда много людей, не особо любит общаться и прикосновения. Это считывается сразу, тут и психологом быть не нужно. А сейчас…

Он такой профессионал! Он буквально оставляет за дверью всего себя и сюда входит уже другим человеком.

Прикрываю глаза и выдыхаю, чувствуя, как мышца расслабляется и перестает болеть. Он что-то бубнит там про тонус и пока ещё слишком большую нагрузку, но мне так хорошо от его сильных горячих рук, что вообще плевать на все в мире тонусы.

Я так отдаюсь этому ощущению прекрасного, что издаю негромкий стон. Боже! Это случайно. Я просто так ушла в себя от этого массажа, что даже не поняла, как это произошло.

Дамир застывает сразу. И я так же. Он убирает руки, а я подбираюсь, нервно заправляя выбившуюся прядь из хвоста за ухо.

Я понимаю, что по факту не случилось ничего смертельного, но почему-то краснею жутко и на Дамира смотреть не могу.

– Скакалка твоя десять минут. Если плечо ещё болит, сходи в медпункт, тебе дадут мазь.

А плечо не болит… вообще!

– Спасибо, – иду за скакалкой и не смотрю на Дамира. Отчего-то мне очень неловко. Очень…

Глава 10. Аня

Почему-то ощущаю себя очень странно. Не знаю, как объяснить. Эта невинная сцена с Дамиром, мой случайный стон… Вот вроде бы ничего такого! А почему-то неловко было очень.

Пока я прыгала на скакалке, Дамир недалеко от меня месил грушу, ко мне не подходил. Но поглядывал, контролировал, тренер ведь.

Потом я сказала, что закончила, а он просто кивнул и продолжил дальше боксировать, как будто бы я перестала существовать.

Немного обидно от его такого поведения, но вряд ли я пойму его. Дамир сложный человек, он для меня самая закрытая книга из всех, что мне доводилось видеть.

В раздевалке никого, да и в целом зал практически пустой. Видимо, я выбрала не самое популярное для занятий спортом время.

Переодеваюсь, сушу волосы после душа, выхожу и замечаю Дамира. Он уже в футболке, это сразу бросается мне в глаза. Сидит на одном из диванчиков, опершись затылком о стену и прикрыв глаза. В секунду мне кажется, что он задремал, а потом охватывает легкая паника. А вдруг его стало плохо?

Подбегаю к нему, уже охваченная легкой паникой, и кладу ему руку на плечо, чуть тормоша.

А потом… Я вообще ничего не успеваю понять, но за каких-то полторы, а то и меньше, секунды, мне скручивают руку, разворачивают спиной и прижимаю к себе, фиксируя всё мое тело так, что я не то что двигаться, я дышать с трудом могу!

– Ты чего? – пищу, испугавшись, а потом мы оба замираем.

Всё, что делал Дамир, привело к тому что я буквально сижу у него на руках, всем телом прижата спиной к его груди, а он обнимает меня крепко-крепко и дышит в шею.

От горячего дыхания мурашки бегут, мне внезапно становится очень приятно, а потом я мысленно даю себе подзатыльник. У меня парень есть! Мне не должно быть приятно!

– Отпустишь?

– Не подкрадывайся ко мне так никогда, – почти хрипит на ухо и отпускает так же резко, как прижимал меня к себе.

– Я просто хотела проверить, жив ли ты, вот и все, – говорю негромко и встаю на ноги, когда Дамир меня отпускает. Он был очень горячий, а прохладный воздух зала тут же обдает кожу и я немного ёжусь, обнимая себя руками.

– Я просто закрыл глаза.

– Ты не двигался!

– Было бы странно, если бы я сидел с закрытыми глазами и двигался, – говорит и смотрит на меня странно, как на дурочку. Ну или мне кажется, что именно так.

Вздыхаю, набираю воздуха в грудь, чтобы что-то ответить, хотя в голове ни одной мысли нормальной, и не успеваю ничего сказать. Какой-то парень выходит из раздевалки и зовет Дамира, видимо, один из его подопечных.

Дамир смотрит на меня еще пару секунд и молча уходит, оставляя меня наедине со своими странными мыслями.

Сдаю ключи от шкафчика и бреду на улицу. Мне очень нужно в универ, если я сегодня же не сдам лабораторную работу и три реферата – мне не поставят зачеты, и никакие “красивые глазки” мне уже не помогут.

Можно позвонить Русу и попросить меня отвезти, но я отметаю эту идею на уровне ее задумки. Не хочу.

В последнее время нам сложно вместе. Он настаивает на близости, к которой я морально еще не готова, и меня очень расстраивает этот факт. При любой нашей встрече он намекает на это или даже говорит прямо, а у меня портится настроение. А в универ нужно ехать в отличном настроении, с улыбкой и бодростью. Нельзя показывать Виталию Ивановичу, который преподает у нас философию, что я реферат этот до утра писала. По легенде я сделала его еще давно, но просто забыла принести.

И я правда забыла! Сделать…

Бегу за автобусом, потому что снова так крепко задумалась, что чуть не прошла мимо остановки. Прошу его подождать меня немного, и слава богу, водитель оказывается понимающим.

Любимое место у окна свободно, и я снова ухожу в свои мысли. Хорошо, что мне до конечной, и никуда в ненужное место я точно не попаду.

Почему-то в голову сразу лезут картинки сегодняшнего дня. Как Дамир учил меня бить, как помогал правильно сжимать кулак, как массировал мне плечо. Этот стон случайный, который всё испортил. До сих пор неловко и чувствую, как от одного лишь воспоминания щёки краснеют.

А потом эта сцена в холле. У него такие рефлексы… С одной стороны это немного будоражит, с другой – нагоняет жути. Это у него просто профессионально спортивное, или по какой-то другой причине? Мне кажется, он просто вовремя понял, что это я, а не кто-то плохой, и поэтому не сломал мне рёбра, когда сдавливал.

Дергаюсь от звука сообщения. Руслан.

Руслан: Малых, я приболел чёт, привезешь бульончик?

Смотрю на экран и хмурюсь. Ловлю себя на том, что перестаю доверять Руслану. Это ведь ненормально, да?

Просто еще пару недель назад он был совершенно другим! Как он мог так быстро измениться? Он говорил красивые слова, шептал на ухо нежности, цветы подарил на первое свидание. А потом его словно подменили. Я списывала все на то, что он просто не хочет показывать себя настоящего перед друзьями, они ведь все друг перед другом выделываются. Но потом он стал вести себя так всегда! У меня ощущение, что я ему совсем не нужна и кроме секса он ничего не хочет. А такие слова говорил…

Вздыхаю и думаю, что написать. С одной стороны у меня есть недоверие, а с другой… Он ведь мой парень. Лежит там, заболел, одинокий, наверняка плохо себя чувствует.

Аня: Привезу, только в универ заскочу.

Отправляю сообщение и откладываю телефон в рюкзак, чувствуя себя очень странно.

Ну я ведь не зря это сделала, да?

Глава 11. Аня

Пока я была в универе, Руслан написал мне ещё трижды. Жалуется, что плохо себя чувствует, говорит, что очень ждёт…

У меня очень странные мысли, если честно. Я не могу сказать, что вообще не доверяю ему. Он всё-таки мой парень, это неправильно, не верить его словам, но… Но он в последнее время намекает на близость очень часто. Не делает ничего против воли, конечно, но и совсем не приставать, как прошу, не может.

Я понимаю, что он взрослый парень, и у него есть потребности, но мы ведь ещё очень мало времени вместе, почему нельзя подождать немного?.. У меня не было ещё мужчины, логично, что мне пока страшно, разве нет?

Не знаю.

Голова пухнет от миллиона мыслей. С одной стороны мне хочется поехать и помочь ему в период болезни, а с другой… Черт, я боюсь!

Ладно… Нужно подышать и все пройдет. В конце концов он не сделает мне ничего плохого, он не такой. Если будет намекать, я просто уйду.

Прыгаю в маршрутку и отвечаю на сообщение Руслану, который снова пишет и спрашивает, где я пропала. Говорю ему, что уже еду, и спрашиваю, что привезти.

Руслан: вези только себя, малыха, остальное мне не нужно.

Любая девчонка наверное бы умерла от счастья, услышав эти слова, да?.. А я нет. Я снова чувствую себя очень странно и с трудом заставляю себя сидеть на месте, а не вскочить на первой же остановке и сбежать домой.

В магазин я всё-таки захожу, покупаю немного фруктов, как принято носить заболевшим, и вкусный имбирный чай. Надеюсь, это поможет ему поправиться.

Я была у Руслана дома всего один раз, и то несколько секунд. Мы гуляли недалеко оттуда, встречались тогда пару дней, и он заходил мне за кофтой, потому что я замёрзла. Дальше порога я не проходила, хотя Руслан приглашал выпить чай и согреться. Но мне позвонил папа, волновался, где я есть, и нам пришлось уйти без кофе.

Поэтому адрес уже не спрашиваю, иду по памяти. Поднимаюсь на третий и несколько секунд думаю перед дверью, точно ли я готова туда зайти.

Снова осаживаю себя. Так нельзя! Не должны мои глупые мысли мешать отношениям. Встряхиваю кистями и негромко стучу в дверь пару раз.

Руслан открывает быстро. В одних домашних шортах он стоит с широкой улыбкой и приглашает меня внутрь.

– Я уж думал забыла обо мне, – говорит довольный и наклоняется, чтобы поцеловать меня. Подставляю щёку и невольно сжимаюсь. Я веду себя странно? Наверное. Но ничего не могу поделать. – Малых, все норм?

– Да, я просто устала. Тренировка, потом универ, а ещё нужно с мамой встретиться через час, я ей обещала.

Я не обещала. Но почему-то временные рамки расставить между нами сейчас необходимо.

– Бросишь меня больного, одинокого в пустой квартире? – оттопыривает губу как несчастный котенок. Тянет руки ко мне, обнимает за талию и притягивает к себе.

Он совершенно не выглядит заболевшим. Да и горячим не ощущается, у него нет температуры.

– По-моему ты себя прекрасно чувствуешь, – говорю и выдавливаю из себя улыбку. Мне ужасно некомфортно сейчас. И от понимания этого тоже дерьмово.

– Нет, мне плохо, у меня болит все тело. Поцелуешь? Чтобы прошло.

– Всё тело?

– Как пойдет.

– Фрукты вот привезла, – перевожу тему и тяну ему пакет с апельсинами, бананами и яблоками. – Мы не обсуждали, что ты любишь, но надеюсь, хоть что-то из этого.

– Ага, спасибо. Пройдешь, может, или так и будешь в пороге стоять? – спрашивает Руслан. А я не знаю. Меня все смущает. Его голый торс, его словечки, и то что он совершенно точно не заболел.

– Не знаю. Ты же болеешь, я боюсь заразиться. Мне тренироваться надо, универ, опять же, отец переживать будет…

– Ой, да мне нормально уже! – сразу говорит Руслан. – Я таблами закинулся и как огурец. Кашляю ещё немного, – делает два каких-то странных звука, что даже не похожи на кашель, изображая прошедшую болезнь. – Заходи, Аня.

Это было сказано не очень дружелюбно, но надеюсь, мне просто показалось. Всё-таки киваю, соглашаясь с ним, и снимаю кроссовки, проходя внутрь квартиры.

Смотрю по сторонам, рассматривая все что здесь есть, и когда замечаю кухню, направляюсь прямиком туда, хотя Руслан идёт дальше по коридору.

– Что ты собралась делать здесь? – спрашивает, заходя за мной. Он ставит пакет с фруктами на стол и смотрит на меня не отрываясь.

– Ты просил бульон. Привезти было неудобно, значит нужно сварить. У тебя есть что-то для бульона?

– Не надо ничего варить, – говорит Руслан и подходит ко мне близко. Я машинально разворачиваюсь лицом к нему и он прижимает меня к кухонному островку, нависая. Смотрит в глаза, а я свои отвожу машинально, как будто бы это может хоть как-то помочь. – Ну чё ты бегаешь как дурочка? Знала же, зачем сюда ехала.

– Я ехала тебя лечить! – вспыхиваю. Эмоции на пределе, буквально через край. Мне хочется смеяться от истерики и одновременно плакать. Дура! Какая же дура! Ещё сомневалась до последнего, ругала себя, что наговариваю на парня.

– Слушай, это банальный намек, легче не придумаешь. Ты согласилась приехать, я понял, что ты сломалась. Что начинается опять?

– Я ехала только лишь для того, чтобы лечить тебя. И по глупости доверилась тебе и не нашла в словах никаких намёков. Но я ошиблась. Тебе от меня нужно только одно. Что, слишком долго сопротивляюсь, слишком это волнует?

– Рот. Закрой, – говорит Руслан, зажимая мне рот ладонью. Возмущённо мычу несколько секунд, а потом в панике замолкаю. А что он может сделать сейчас?.. Да что угодно. Мы одни в его квартире, я уже прижата и буквально обездвижена. Это в подворотне нашелся Дамир, который смог отвлечь Руслана, да и сама подворотня ни к чему такому не располагала. А тут… В его руках все карты.

И я… в его руках.

Внезапно хочется чтобы Дамир каким-то чудом дал о себе знать. Как в тот раз. И сразу перед глазами картинка, как он лупит грушу. Дамир сильный мужчина. Принципиальный, это видно. Он бы смог меня сейчас защитить, несмотря на то, что ему по большому счету на меня плевать. Просто он… хороший. Не прошел бы мимо девушки в беде, я точно уверена.

– Вкусно пахнешь, – говорит Руслан и наклоняется к моей шее. Рот мой так и не отпускает, и меня охватывает сумасшедшая паника. Я не готова сейчас. На сто из десяти не готова, я не хочу!

Меня парализует от страха, я не могу сдвинуться с места, буквально прилипаю к полу.

Руслан касается кожи на шее губами, целует влажно, а я не могу… Я не могу!

Мычу в его ладонь негромко, а потом чувствую, как паника и перебор с эмоциями перетекают в слезы. Беззвучно всхлипываю, пока Руслан целует меня в шею, и когда слезы касаются его ладони, он останавливается и смотрит на меня.

– Ань, тебе настолько противно? Я твой парень, если ты забыла. Чё происходит, а?

– Боже, что ты несёшь? – я не собираюсь чувствовать себя виноватой в этой ситуации. Точно не сейчас. – Я тебе сотню раз говорила, что не готова, но ты словно не слышишь меня.

– Малых, мы почти три недели вместе.

– Да это ничтожно мало!

– Это дохера, Аня!

– Много для чего? Для твоих прошлых девушек? Ты думаешь я не знаю, сколько их было до меня?

– Проваливай. Я не собираюсь выслушивать всё это дерьмо только из-за того что хочу потрахаться со своей девчонкой, – он злится и отходит от меня. Чувство вины рождается внутри, но я стараюсь его погасить на начальной стадии.

Я. Ни в чем. Не виновата.

Я не должна отдавать ему свой первый раз сразу, как он попросит. Я должна быть готова к этому. И сейчас абсолютно точно не это время.

Отталкиваюсь от кухонного островка и убегаю в прихожую. Мне ужасно обидно и немного противно, слезы не перестают бежать по щекам.

Запрыгиваю в кроссовки и вылетаю из квартиры.

Все это так ужасно!

Я ведь влюбилась в него, я же верила каждому слову. Самое паршивое, что я и сейчас не потеряла к нему чувства. Это не происходит по щелчку пальцев, к сожалению…

Бегу по ступеням, чуть не падая от скорости, вылетаю на улицу совершенно не глядя по сторонам и врезаюсь во что-то твердое плечом, чуть не падая от этого столкновения.

Черт, как больно…

– Скажи пожалуйста, а ты по сторонам принципиально не смотришь, когда несёшься куда-то, или это только не везёт каждый раз? – спрашивает Дамир. Точно! Они ведь живут с Русланом в одном дворе.

Дамир… мне так радостно его видеть, что я передать не могу свои эмоции. Они выливаются ещё большими слезами, и я, сама себя не контролируя, кидаюсь к нему с объятиями.

Он подумает, что я сумасшедшая!

Хотя… он наверное и без этого так думает.