Текст книги "Только для твоих лап (ЛП)"
Автор книги: Элизабет Прайс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)
Каттер сделал вид, что обдумывает это.
– Значит, тебя не беспокоит, как жутко торчать вокруг трупов весь день?
– Жутко? – мягко повторил Рик. – Нет ничего страшнее, чем прийти на место преступления и посмотреть на труп перед тем, как рыться в личных вещах жертв.
Волк-перевёртыш фыркнул.
– Наш последний судмедэксперт начал резать людей и продавать их органы.
– Да, он был жутким, – вздрогнув, согласилась Эйвери. – Он всё время приглашал меня на свидания пойти и посмотреть его архив немых фильмов – до сих пор не знаю, был ли это какой-то странный эвфемизм.
– Да, меня тоже, – сказала Исида. – Он приглашал меня в музей медицинских диковинок – воротит меня от таких
– И меня, – произнесла Джесси, – он хотел, чтобы я пошла с ним в океанариум. Что, я думаю, было нормальным по сравнению с этим.
Люси нахмурилась.
– Он никогда не приглашал меня на свидание. Он смотрел на меня свысока, потому что я была медсестрой – он думал, что может справиться лучше меня.
– Нелепо, – успокоил Рик. – Многие врачи женятся на медсестрах.
Он пристально посмотрел на Каттера, глаза которого тревожно выпучились, и Люси просто хотела, чтобы проклятая земля поглотила её. Ночь обещает быть долгой.
* * *
Каттер смотрел, как Люси вышла из бара, к счастью, с Джесси, а не с вскочившим, высокомерным, придурком львом-перевёртышем. Не то чтобы у него были проблемы со львом или кем-то ещё. Нет, он был совершенно равнодушен к этому ублюдку.
Поклонник Джесси, черепаха-перевёртыш, вскоре ушёл, сдувшись, учитывая, что объект его привязанностей полностью игнорировала его всю ночь и ушла с другой женщиной. Вскоре Исида и Эйвери разошлись, оставив Каттера и Рика.
Каттер как можно быстрее допил пиво. Он отчаянно пытался сбежать, но не собирался тратить пиво зря.
Рик отпил виски, прищурившись, глядя на Каттера.
– Ты действительно думаешь, что это справедливо, позволить Люси болтаться с тобой, когда она тебе неинтересна?
Он чуть не подавился пивом, когда его возмущенный волк зарычал.
– Что? – пробормотал Каттер.
Лев издал насмешливый фырканье.
– Я вижу, как она смотрит на тебя. Не секрет, что она испытывает к тебе чувства или что ты не отвечаешь ей взаимностью. АСР полон сплетен. Я знаю, что она гонялась за тобой целый год. Просто кажется странным, что ты вдруг околачиваешься вокруг неё, как дурной запах. Интересно, это из-за меня?
– Не обольщайся, – прорычал Каттер.
Кем, блять, этот лев возомнил себя? Он вёл себя с Люси не иначе, чем когда-либо. Просто потому, что этот мерзавец имел на неё виды, это ни хрена не изменило. Может быть, он предупредил Люси держаться подальше от него, но это было только потому, что он знал, как действуют львы. Львы-самцы любили иметь гаремы жён, и, если Люси – милая, невинная, наивная Люси – не будет осторожна, она может разделить мужчину с шестью другими женщинами и иметь прозвище «Суббота».
Лев-перевёртыш посмотрел на него терпеливым, почти жалостливым взглядом.
– Ты не думаешь, что тебе следует оставить её в покое? Другие мужчины могут быть заинтересованы в ней.
Его волк пытался кинутся и укусить этого засранца, у проклятого зверя практически потекло слюноотделение при этой мысли.
– Другие мужчины, такие как ты?
Рик выпятил подбородок и расправил плечи, поднявшись до своего шести футов четырёх дюймов роста. Да, он мог быть немного выше и даже немного шире, чем Каттер, но волк был уверен, что сможет победить его в бою. Ха, уверенность – ничего, он уже планировал танец победы в своей голове. К сожалению, до драки дело не дойдёт.
– Да, как я, – просто ответил лев. – Я просто волнуюсь, что Люси не заинтересуется, пока ты по-прежнему цепляешься за неё. Мне кажется, у тебя было более чем достаточно шансов быть с ней, а теперь, когда у нее есть шанс быть счастливой с кем-то ещё...
Каттер ударил бутылкой пива по столу, мгновенно разбив её. Это заставило нескольких других посетителей подпрыгнуть и вызвало саркастические аплодисменты более чем одного из его товарищей по АСР.
Каттер проигнорировал вопли своего животного.
– Люси – взрослая женщина, – сказал он другому мужчине, – если она хочет быть с тобой – это её дело.
Его ответ на самом деле немного отвлёк Рика.
– Так ты отступишь?
Каттер обнажил клыки, и из его рта вырвался рокочущий смешок.
– Тебе нужно, чтобы я это сделал? – насмехался он.
– Ради неё, да. Для меня – нет, – снисходительно ответил он, оглядывая Каттера с головы до ног. – Для меня нет разницы, шастает ли паршивая дворняга поблизости, я всё равно буду тем, с кем она пойдёт домой, но я просто не думаю, что у неё есть какие-то причины, чтобы ей без надобности причиняли боль. Тем не менее, что будет, то будет. Береги себя, Каттер.
Лев начал насвистывать, – да, он действительно насвистывал весёлую мелодию, – когда вышел из бара. Каттер игнорировал все инстинкты своего тела, чтобы преследовать животное из семейства кошачьих и разорвать его в клочья.
Он не мог этого сделать. Он не мог поддаться этим инстинктам. Не потому, что он почувствовал бы какое-то раскаяние по этому поводу, а из-за реакции, которую это вызовет у Люси. Разозлится ли она на него? Или того хуже, разочаруется? Исчезнет ли этот сладостный взгляд, который она всегда бросала в его сторону? Каттеру было больно признавать это, но он этого не хотел.
Но это не уменьшило его ярости. Прошло слишком много времени с тех пор, как он перекидывался. Он чувствовал, как мех пробивается сквозь его кожу, его кости начали трескаться, когда в нём произошла перемена.
Внезапно он вырвался из бара, едва дойдя до переулка, как его одежда разорвалась, и Каттер упал на землю на четвереньках. Он взвыл в небо, пока его отточенные чувства улавливали все виды, звуки и запахи оживлённого города. Он уловил запах дикой лисы и устремился за зверем. Да, небольшая охота была именно тем, что ему нужно.
Глава 10
Четверг
Каттер впился взглядом в агентов, сидевших перед ним. У Диаса хватило изящества выглядеть немного застенчивым, но Примроуз была безжалостно холодной и бесстрастной. Не то чтобы он ожидал от неё ничего меньшего. Ледяные скульптуры выдавали больше, чем она.
Они вдвоём задавали ему дополнительные вопросы о Клейтоне и Сэди Бошамп. Судя по всему, они не смогли найти Сэди. Она не была в отпуске – она просто исчезла.
Её сестра, Мэри, была убита в доме Сэди. Сэди переехала в Лос-Лобос пару недель назад. Она снимала дом и работала в клубе официанткой. Мэри приехала в город несколько дней назад. Обе женщины были рысями-перевёртышами. В то время как Сэди, казалось, вела нормальный образ жизни, помимо того, что ранее работала в клубе, принадлежащем мафии в Урсе, у Мэри было множество обвинений, связанных с наркотиками, на её имя и, по-видимому, она была активным потребителем, а также предполагаемым дилером. Она и её давний неудачник-парень за эти годы попали в многочисленные неприятности. Если бы не тот факт, что баллистика доказала, что Мэри и Клейтон убили из одного и того же оружия, они могли бы заподозрить, что мишенью на самом деле была Мэри. Но на самом деле они подозревали, что и Сэди, и Клейтон что-то знали о деле Марони, и кто-то пытался их заткнуть. На месте преступления были обнаружены капли крови Сэди, так что казалось, что она, по крайней мере, была ранена. Каттер предположил, что они проверяют на её наличие все больницы.
Всё это приводило к тому, что Каттеру снова и снова задавали одни и те же вопросы. На самом деле он узнал о Сэди Бошамп больше, чем когда-либо знал до этого дня. Она работала в одном из БДСМ-клубов Марони. Он вспомнил, как допрашивал её. Она была хорошенькой женщиной, немного пугливой, но казалась слишком напуганной, чтобы лгать им. Клейтон сильно давил на неё, но она оставалась непреклонной, что ничего не знала о внутренней работе шайки Марони, и они ей поверили. Она знала Марони, – довольно близко, – но ничего не знала о его бизнесе.
В то время Каттер ничего не знал о сестре Сэди и о том, что она торгует наркотиками. Однако он не мог понять, зачем Клейтон приехал в Лос-Лобос, чтобы увидеть её. Каттеру удалось загнать Джесси в угол перед допросом с манекеном Диасом и ледяной сукой. Поначалу белка-перевёртыш была немного сдержанной, но вскоре он заставил её сообщить ему некоторые подробности. Диас и его команда допросили некоторых людей, с которыми работала Сэди, и некоторые из них сообщили, что видели Клейтона несколько ночей, пытающимся поговорить с Сэди, и в последнюю ночь, когда он был там, они сильно поссорились, и вышибалам пришлось выгнать Клейтона. К сожалению, никто не мог услышать, о чём идёт речь.
Хотя Диас не хотел задавать вопросы снова и снова, он всё же задавал. Тонкое, как бумага, терпение Каттера истощилось. Если бы не очень приятная ночь в погоне за различными дикими животными по всему городу, а затем пару часов, потраченных на охрану дома Люси – просто чтобы убедиться, что не появятся заблудшие львы, – его волк в этот момент сошёл бы с ума. Как бы то ни было, зверь в тот момент казался добродушным, и Каттер хотел, чтобы он таким и остался.
Примроуз цокнула языком.
– Судя по делу Марони, как думаешь, у нас будет ещё одна жертва?
– Если вы двое не поднимите свои задницы и не найдёте Сэди, я предсказываю, что она будет убита следующей.
Диас выглядел немного оскорблённым, но Примроуз это не тронуло.
– Что? Вам недостаточно? – усмехнулся Каттер. – Хотите, чтобы я снова посмотрел в свой грёбаный хрустальный шар ради вас? Как насчёт того, чтобы пойти и заняться расследованиями вместо того, чтобы тратить моё время на то, чтобы снова и снова задавать мне одни и те же грёбаные глупые вопросы?
Он откинул стул и уставился в стену, тихо и непрерывно рыча. Ладно, называть себя добродушным было небольшим преувеличением.
– Знаешь, если ты дашь нам за что зацепиться… – начал Диас прежде, чем умолк, когда из ушей Каттера вылетел пар.
Его волк начал шевелиться, больше не пресытившись расслабляющей охотой и заботой о том, чтобы Люси оставалась нетронутой.
– Я не знаю, сколько раз, блять, я могу тебе это говорить. Я, блять, не очень хорошо понимаю, почему Клейтон был в городе. Я не знаю, блять, почему Клейтон хотел поговорить с Сэди, и я уверен, что не знаю, блять, почему кто-то захотел, блять, убить её. Всё, что я, блять, знаю, это то, что ты зря тратишь моё, блять, грёбаное время!
К этому моменту Каттер бессознательно встал и склонился над столом, его янтарные глаза сверкали на агентов перед ним. Примроуз изогнула идеальную бровь, совершенно не впечатленная его поведением.
– Семь «блять» в одной вспышке эмоций, это личный рекорд?
– Нет, его лучший результат – восемнадцать, – вмешался Диас, – и это было намного меньше.
– Сядь, Каттер, мы здесь даже отдалённо не закончили, – властно приказала Примроуз.
– Может, ты и не закончила, но я – да, – прорычал он, шагая к выходу.
Диас втянул воздух и встал.
– Каттер, ты ещё не можешь уйти.
– Смотри на меня, – пробормотал он, когда его рука потянулась к дверной ручке.
Он больше не отвечал на глупые вопросы. Ещё немного, и он мог бы просто выпустить своего волка, тогда они пожалеют.
– Не раньше, чем ты объяснишь, почему недавно на твой счёт было переведено двести тысяч долларов, – произнесла Примроуз.
Замешательство остановило Каттера. Его рука зависла над дверной ручкой, и даже его зверь перестал выть на достаточно долгое время, чтобы Каттер смог понять, что только что сказала ему гиена-перевёртыш. Он медленно повернулся к двум агентам и осторожно посмотрел на них. Примроуз не сдвинулась ни на дюйм и выглядела такой же отстранённой, как всегда, но напряжение на лице Диаса было очевидно.
– Это шутка? – медленно спросил Каттер.
Неужели они на самом деле сыграли с ним какую-то тупую шутку, чтобы привлечь его внимание?
Примроуз вытащила из папки несколько бумаг и разложила их по столу. Она махнула над ними рукой.
– Сам посмотри.
Каттер прокрался обратно в комнату, почти ожидая, что кто-нибудь из них выскочит из него и крикнет «бу» в любой момент. Вот как это было нелепо.
Он просмотрел разложенные перед ним листы бумаги.
– Это ошибка, – определённо сказал он.
У него не было таких денег, и он не знал никого, кто бы имел. Должно быть, оно было отправлено на его счёт случайно. Конечно, это было предназначено для кого-то другого.
Диас немного расслабился, увидев, что Каттер не собирается уходить, и снова опустился на своё место.
– Сто штук было положено на твой счёт в ночь перед смертью Клейтона, а ещё сто – за ночь до исчезновения Сэди.
Каттер вскинул голову и посмотрел на перевёртыша-ягуара, который имел приличие извиваться на своём месте.
– Тебе лучше не произносить то, что я думаю.
Примроуз пристально посмотрела на него.
– Мы просто констатируем факты. Как думаешь, что мы предлагаем?
Возможно, они не хотели этого признавать, но очень тонко намекали, что ему заплатили за убийство Клейтона и Сэди. Или, по крайней мере, попытку убить Сэди.
Каттер выпрямился и повёл плечами. Он проявил беззаботное и невозмутимое поведение, полностью противоречащее его пылкой и ворчливой натуре. Блин, он хороший актёр.
– Ясно, что это всего лишь банковская ошибка. Я позвоню в свой банк сегодня и всё улажу. Спасибо, что указали на это. Господи, разве мне не повезло, что вы случайно наткнулись на это?
Да, почему именно они копались в его личной жизни? Ему это совсем не нравилось. Не то чтобы ему было что скрывать – его личная жизнь была довольно приземленной. Помимо алиментов, всё, что он делал, это платил за квартиру, счета, абонемент в спортзал и свои счета в баре. Возможно, членство в спортзале казалось немного странным, учитывая, что в офисах АСР был свой спортзал, но иногда ему просто нравилось побыть вдали от своих товарищей по работе. К тому же посещение двух тренажерных залов предоставило более широкий выбор перевёртышей, с которыми можно было спринтоваться, и, следовательно, выбить из них всю дурь.
Диас и Примроуз посмотрели друг на друга загадочными одинаковыми взглядами. Диас уступил первым.
– Время, кажется, очень… э-э-э…
Каттер пристально посмотрел на него.
– Я не знаю, почему банк сделал эту ошибку, как они это сделали. Грёбаные дебилы. Как они посмели дать мне деньги, которые мне не нужны?
– Это не повод для шуток, – язвительно сказала Примроуз. – Я слышала слухи о тебе ещё в Урсе. Многие говорили, что ты на кормушке у Николаса Марони.
Каттер почувствовал, как его мышцы подёргиваются, а тело нагревается. Его волк хотел уйти, и секунд через пятьдесят, если он не успокоится, он ничего не сможет сделать, чтобы его остановить. Волк хотел уйти, и небеса помогут каждому, кто окажется на его пути.
– Это просто слухи. Я никогда не делал ничего плохого. Многие люди пострадали из-за этого человека, в том числе и я. Мы здесь закончили.
Он зашагал к выходу, желая, чтобы его тело оставалось в форме кожи, пока он не сможет хотя бы выбраться оттуда. Его волк перестал слушать этих людей. Они обвиняли его в том, что он лжец, во взятии денег у человека, который пытался его убить. Его волк больше не мог этого выносить. Если Каттер не выберется оттуда, его волк выйдет на свободу, и он не мог быть уверен, что не причинит им вреда или что ему это не понравится.
Каттер выбежал из комнаты. Его тело пульсировало от неминуемой перемены, и его разум разрывался между двумя его формами. Он врезался в мягкое, сочное, восхитительно пахнущее тело. Раздался легкий писк, и его руки автоматически потянулись, чтобы поддержать её.
Большие голубые глаза Люси моргнули, и она ахнула, когда его тело задрожало, и он зарычал. Они услышали приближающиеся голоса, и Каттер позволил затащить себя в кладовку. Она плотно закрыла за ними дверь и провела руками вверх и вниз по его груди, издавая успокаивающие звуки.
– Всё в порядке, все хорошо, – пробормотала она.
Ее прикосновение прожигало его душу. Остановилась острая необходимость в изменении. В конце концов, он успокоился, и под её руководством его жестокий зверь отступил, позволив Каттеру вернуть себе контроль. Когда его когти отступили, не в силах остановить естественное побуждение, его руки обвились вокруг Люси, и он заключил её в объятия, частично для собственного комфорта, а частично, чтобы ему не приходилось смотреть на её обеспокоенное лицо. Она застонала ему в грудь, и Каттер зарылся головой в её волосы, глубоко вздохнув. Её пышное тело так плотно прилегало к его. Каттер прижался к ней ещё сильнее, проклиная себя за свою слабость, но упиваясь теплотой и удовольствием, которые она ему доставляла.
– Мне очень жаль, – пробормотал он ей в волосы.
– Не о чем сожалеть, – пробормотала Люси, потираясь щекой о его грудь.
– Мы не должны этого делать, – выдохнул он, борясь со своими инстинктами и возбуждённым волком.
– Уборщик не вернётся в течение нескольких часов.
– Нет, я имею в виду, что мы не должны так быть вместе.
Она пожала плечами.
– Мы не делаем ничего плохого. Люди всё время обнимаются. Это свободная страна. Если тебе станет легче, я буду обнимать всех, кого встречу сегодня, просто чтобы показать тебе, насколько это нормально.
Его руки крепче обняли её, когда его волк зарычал при этой мысли.
– Не смей, – предупредил он её и был удивлён, когда услышал тихое хихиканье, вырвавшееся из неё.
– На секунду я подумала, что твой волк выйдет и разозлится.
– Так и было, – твердо сказал Каттер.
– Может, мне стоило бежать в противоположном направлении вместо того, чтобы затащить тебя в маленькую кладовку, – без энтузиазма пошутила она.
Каттер откинул голову и обнял её, переводя её взгляд на него.
– Не на тебя, Люси. Тебе никогда не придётся убегать от меня.
Люси немного грустно улыбнулась и покачала головой.
– И я клянусь, если моя ежиха когда-нибудь будет буйствовать, я тоже никогда не причиню тебе вреда.
Он сжал губы, чтобы не засмеяться.
– Я рад это слышать. Я слышал, что, если ёж уколет, ты почувствуешь некоторый дискомфорт, по крайней мере, на пару часов.
– Скорее, на три, – торжественно сказала она ему, прежде чем усмехнуться.
У Каттера было необъяснимое желание поцеловать её подёргивающийся носик, но он боролся с этим. Ну, на самом деле у него было сильное желание спустить с неё штаны и вогнать своё твёрдое мужество в её влажное тепло, но это было знакомое желание, к которому он привык. Это новое желание, сделать что-то милое и интимное, было чем-то новым и пугающим. Секс – это одно. Это удовлетворяло зуд, который был у всех перевёртышей. Но хотеть сделать что-нибудь милое? Желание прижать к себе после секса? Для него это была чужая территория. Каттер даже не хотел так себя вести со своей женой, хотя это было бы слишком приятно.
К разочарованию Люси, он отстранился от неё и отступил, ударившись головой о металлический стеллаж. Она вздрогнула, когда он потёр голову, но, по крайней мере, головная боль отвлекла его от боли в штанах. Боль другого рода, но со штанами определённо было хуже.
Люси скрестила руки на своей внушительной груди, и он снова почти целенаправленно ударился головой.
– Так что случилось? – мягко спросила она.
– Они думают, что я имел какое-то отношение к смерти Клейтона и той женщины, – выпалил он, обрадовавшись возможности поговорить с кем-нибудь.
Люси в шоке открыла рот.
– Едрёна кочерыжка! Это безумие!
– Знаю.
– Ты бы никогда этого не сделал.
– Знаю.
– Эти люди идиоты.
– О, дорогая, – засмеялся он, – я знаю.
Блять, а это приятно, когда кто-то на его стороне.
– Итак, что ты собираешься делать?
Каттер пожал плечами.
– Ничего такого. Я не сделал ничего плохого, поэтому против меня нет никаких улик.
Это была полуправда. Он всё ещё намеревался расследовать смерть Клейтона. Его небольшая вера в способности Диаса полностью испарилась во время только что состоявшейся встречи. Каттер не верил, что кот отдаст Клейтону дань уважения, которую тот заслуживает. Однако Каттер не собирался этого делать, чтобы оправдывать себя. Он делал это для Клейтона.
Люси кивнула.
– Они скоро увидят, что совершили ошибку.
– Надеюсь, что да, – пробормотал он.
– Я сожалею о том, что происходит, но мне нужно идти, – неохотно сказала Люсиа ему.
– На свидание? – горячо спросил он, думая о льве-перевёртыше.
Теплота и чувства между ними мгновенно исчезли, и Люси чуть не расплакалась от его резкого изменения, но она стояла на своём и выпятила подбородок.
– Нет, вообще-то у меня есть работа. Я рада, что тебе лучше.
Она выскочила из кладовки с высоко поднятой головой, и Каттер ударил кулаком по стене. Что, блять, с ним случилось? Она утешила его и помогла ему, хотя ничто из того, что он когда-либо делал, не требовало от нее такого нежного внимания, а затем он повернулся и фактически ударил её по лицу. «Разве он не мог просто сказать спасибо?!»
Каттер покачал головой, пытаясь дотянуться до своего волка. Его перепады настроения были лишь ещё одной причиной, по которой он заставлял себя держаться подальше от Люси, почему она не могла быть его парой. Выражение лица Люси резко изменилось, словно её ударили. Как он мог жить с таким взглядом каждый раз, когда вёл себя как сволочь? Потому что он будет делать это снова и снова.
Нет смысла останавливаться на этом вопросе. Он повторял это более тысячи раз, и каждый раз приходил к одному и тому же выводу – Люси будет лучше без него. Так почему бы ему просто не отпустить её и не покончить с этим?
– Блять, – выдохнул Каттер, увидев вмятину размером с кулак, которую он только что оставил в стене.
Он заставил её несколькими чистящими средствами и вышел из кладовки, убедившись, что его никто не видит. Мог быть кто угодно...
* * *
– Убирайся с дороги, дедушка! – яростно пробормотал Каттер.
Он обогнул «бьюик» и нажал на педаль газа. Дождь обрушился на его внедорожник, волнами скатываясь по стеклу. Стеклоочистители скрипели, когда они работали сверхурочно, чтобы было видно дорогу. Каттер зарычал и прищурился через стекло. Даже с улучшенным зрением он почти ничего не видел.
Смутно он подумал, что, возможно, ему стоит немного сбавить обороты, но он был слишком зол и слишком хотел вернуться домой. Его стычка с Люси возбудила его, а ссоры с другими людьми в течение дня истощили его короткий запал. Он хотел вернуться домой, попытаться привести свой член в более управляемое состояние, а затем плюхнуться перед телевизором, выпив столько пива, сколько у него было в холодильнике.
Он провёл утомительный час, разговаривая по телефону со своим банком, крича на них, чтобы они исправили свои ошибки, и пытался вернуть деньги, которые они положили на его счёт. Но как бы он ни кричал, казалось, что они не хотели этого делать. Они были непреклонны в том, что деньги принадлежат ему, и что кто-то – они отказались раскрыть кто, несмотря на все его угрозы – целенаправленно отправил их ему. Весёлый банковский служащий по телефону предположил, что, возможно, у него умер богатый дядя. Каттер повесил трубку.
Его команда – или, по крайней мере, трое оставшихся членов команды – расследовали ещё один случай. Это было убийство-самоубийство, которое в значительной степени раскрылось само собой, поэтому он послал Уэйна и Эйвери разобраться с этим. Понимая, что другие агенты относятся к нему холодно и искоса смотрят на него, Каттер ушёл и отправился искать бездомных, которые знали его жертву-ежа. По-видимому, начали распространяться ложные слухи о его причастности к смерти Клейтона. Людям не нужно было много думать о вас плохо. «Агентство хуже, чем грёбаная средняя школа», – мрачно подумал Каттер.
Итак, напомним, один из его старейших друзей только что был убит, его коллеги подозревали, что Каттер имеет к этому какое-то отношение, с ним обращались как с прокажённым на работе, он не стал ближе к раскрытию своего дела, ему удалось отнестись к Люси как к дерьму, у него было двести тысяч неучтённых денег, и шёл дождь. Пре-во-сход-но, вашу ж мать.
Что ж, по крайней мере, погода соответствовала его настроению. Жалкая.
Дейл пытался уговорить его пойти в бар, но, блять, ему это место надоело. Зная его везение, он наткнулся бы на Люси и доктора, чёрт побери. Нет, его нынешняя ситуация требует пить в одиночестве.
Его волк всё ещё не переварил то, что произошло раньше. Угрюмый зверь дулся и зализывал свои раны. Он действительно был готов разорвать и Диаса, и Примроуз новую идиотку... Слава всем богам, что Люси была там, чтобы остановить его. Может, ему стоит сказать ей спасибо. Своим членом. Каттер нахмурился при этой мысли. Он был чертовски похотлив, чтобы в этот момент о чём-либо думать с какой-либо ясностью. Хотя, если он проведёт с ней ночь, она может забыть об одном льве-перевёртыше...
Каттер издал рёв, въезжая на стоянку своего дома. Его грёбаный сосед Возняк был в его квартире. Он боролся с желанием выпрыгнуть и порезать когтями все покрышки придурка. Эй, этот идиот водил «Фольксваген Битл» – что за взрослый мужчина водит такое?! Эту машину презентуют на шестнадцатилетние бойким девчушкам.
Ах, что за чертовщина? Скрипя покрышками, Каттер прижался к месту рядом с ним и лишь чуть-чуть помял «Жука», когда он хлопнул дверью. У него не было времени вызвать Возняка по этому поводу, у него имелись дела и поважнее.
Каттер поплёлся к себе в квартиру, тряся головой, сбивая капли дождя со своего тела. Он пробрался в свою квартиру и замер. «Что-то не так».
Он тихо закрыл за собой дверь, стоя на месте, он фыркнул. Он не мог никого учуять, но в его квартире всё ещё стоял странный запах. Обычно здесь пахло его естественным запахом, потом, пивом, пиццей и гелем для душа, который он использовал – ладно, это был черничный гель для душа. Он получал огромное удовольствие, распределяя его по всему своему телу – ну, он получал огромное удовольствие, распределяя его вверх и вниз по одной конкретной части своего тела.
Однако сегодня вечером ощущалось странное отсутствие запахов. Нового запаха не было, просто старые ароматы – те, которые должны были присутствовать – были не такими сильными. Это было почти так, как будто они были стерилизованы, будто кто-то распылял дезодорирующий спрей, чтобы скрыть собственный запах. Блять, возможно, тут кто-то был.
Каттер насторожился, пытаясь уловить посторонние шумы. Он слышал тиканье своих прикроватных часов и тихий стук кондиционера. Стук дождя барабанил по окнам. Через квартиру слева он слышал плаксивый лай собаки Возняка, а слева – приглушенные звуки телевизора. Они смотрели игровое шоу, если он не ошибся.
Нерешительно Каттер вошёл в холл и направился на свою кухню. Он действительно не думал, что там кто-то есть, но ему нужно было убедиться. Он оставил свет выключенным и незаметно двинулся в темноту. Он знал планировку и с завязанными глазами, когда впервые въехал сюда, много раз, проходил по квартире, чтобы убедиться, что знает планировку. Этому трюку он научился ещё в армейские времена, когда отправлялся на боевые операции.
Когда он пробирался в гостиную, его внимание привлек слабый металлический запах. Он проигнорировал это на мгновение и проверил другие комнаты. Обнаружив, что все они чисты, он вернулся в гостиную и стал искать причину странного запаха.
Каттер опустился на колени и заглянул под свой потрёпанный и покрытый царапинами журнальный столик – тот, что был в квартире.
– Что за хрень? – выдохнул он.
Он побежал на кухню и нашёл тряпку. Он использовал её, чтобы подобрать пистолет, лежавший под его кофейным столиком.
– Откуда ты, блять, взялся? – пробормотал Каттер глядя на предмет.
Его охватил холодный ужас. Это несомненно не его пистолет. Он не оставил бы его там. Итак, кто-то пробрался в его квартиру и оставил его. Кто-то, кому удалось это сделать, не оставив следов, кроме странного отсутствия запаха. Зачем кому-то это делать? «Кто-то пытался подставить его». Так и должно быть, иначе зачем тратить столько хлопот?
Что, блять, ему делать? Каттер знал, что ему делать. Он должен отнести его прямо в АСР и рассказать им всё. Но поверят ли они в это? Это была довольно неправдоподобная история. Его инстинкт, с которым волк фактически согласился, заключался в том, чтобы выбросить его. Но нет, он не мог. Он был федеральным агентом – он не мог просто избавиться от потенциальных улик. Что, если это был пистолет, из которого убили Клейтона и Мэри? Им нужно его проанализировать. Это могло привести к настоящему убийце. Хотя, если это был тот пистолет, убийца удостоверился, что это не так.
«Блять, чёрт, блядская блять!» Что, если он...
Его мысли были прерваны яростным громким стуком в дверь. Он посмотрел на дверь, пытаясь унюхать, кто был по ту сторону. Ему не пришлось долго ждать, чтобы узнать.
– Открывай, Каттер, мы знаем, что ты там, – крикнул Диас.
– Мы собираемся сосчитать до трёх, а затем войдём, – добавила Примроуз. – Не заставляй нас применять силу.
Его волк завыл. Они здесь, чтобы арестовать его. Если бы они хотели поговорить, они бы попросили его зайти в офис. Его собираются арестовать.
Нет, он не мог этого допустить. Если он будет заключён в тюремную камеру, как он сможет доказать свою невиновность? Нет, он не позволит им забрать его.
Дверь распахнулась и слетела с петель. Каттер уронил пистолет, когда агенты ворвались в его квартиру. Он побежал в спальню, когда агенты закричали: «Стоять и не двигаться». Да, как будто он действительно собирался остановиться! «Когда такой крик вообще работал?»
Пистолет выстрелил пару раз, и пули попали ему в ногу и плечо. Жгучая боль немедленно обожгла его. Всё его тело было словно в огне. Желание остановиться и отомстить за свои раны было огромным, но волк толкнул его, заставив бежать.
– Какого хрена, Харви? – услышал он крик Диаса.
Каттер проигнорировал это и ворвался в спальню. Он кинулся к окну и спустился по пожарной лестнице, прежде чем они даже поняли, что он делал. В тот момент, когда его ноги коснулись земли, он заёрзал, разрывая одежду.
Его волк бросился прочь от здания, скуля от боли, проходящей через него, но не осмеливался остановиться ни на секунду. Он бежал и бежал, проскальзывая по закоулкам, пока не затихли сирены. Он остановился, тяжело дыша и всхлипывая. Дождь скользил по его коже, кровь капала с него, смешиваясь с водой и стекая в канализацию.
Его тело сводило судорогами, и боль только усиливалась. Его зрение начало размываться, и он опасался худшего – они использовали серебряные пули. В этот момент ядовитый металл пробивался через его организм, заражая его тело. Он не был уверен, сможет ли пережить их.
Каттер почувствовал муки печали по поводу смерти, но мысленно взревел и велел себе собраться с мыслями. Он ещё не умер. Он заставил себя двигаться и инстинктивно направился к тому месту, где хотел быть в этот момент.
