Текст книги "Бежать от злодея (СИ)"

Автор книги: Элина Амори

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

Глава 19

Василиса не понимала, что происходит, но мычала и дергалась изо всех сил. Потом ее кинули поперек седла и поспешно куда-то повезли. Было ужасно неудобно, Василиса терлась правым ухом обо что-то твердое и металлическое, руки за спиной затекли, живот сдавило седло. И с каждой минутой было все невыносимей. Из глаз невольно капали слезы, а нос начало закладывать, отчего сделалось совсем плохо.

В конце концов чудесным образом Василиса сумела освободить рот от тряпки и завопила, что есть сил.

– Сколько проблем с тобой, – раздался уже знакомый голос похитителя. – Проще было бы убить и закопать в снегу, но этот монстр найдет тебя и живую, и мертвую, – удрученно говорил человек. И чего он, интересно, расстраивался? Что убить сразу не может? – А если поймет, что убийца из лагеря, моему господину плохо придется.

– Зачем меня убивать? – тихо всхлипнула Василиса. – Я ничего плохого не делала.

– Не делала… – вздохнул он. – Ты нарушила естественный порядок вещей. Не всем это по душе.

– Да что я сделала-то? – пискнула Василиса.

– Не мне говорить с тобой об этом, – вздохнул рыцарь.

– А кому? Куда ты везешь меня?

Он проигнорировал вопросы и продолжил подгонять лошадь под Василисой, иногда и ей перепадало хлыстом по ноге, отчего она вскрикивала. Вскоре Василиса почти перестала соображать. Кровь прилила к голове, болело абсолютно все тело. Она еще несколько раз пыталась разговорить своего палача, и наконец он ответил:

– Было велено бросить твое тело в реку. Тебя унесет далеко, и генерал уже никак не докажет, что это сделали мы, даже если найдет. тем более говорят, ты несколько раз пыталась сбежать от него.

– Послушай, – заерзала она, с трудом разлепив отяжелевшие веки. – Может быть, не надо? Ладно, я умру, а ведь потом умрет кто-то еще, потому что ваш генерал взбесится и успокоить его будет некому. И ты тоже можешь попасть под горячую руку! Так стоит ли оно того? Отвези меня обратно. Клянусь, не скажу никому! Ошибку может совершить каждый…

И тут прозвучал странный свист, удар, а следом хриплый стон и будто что-то упало. Лошади заржали, та, на которой везли Василису, встала на дыбы, Василиса без возможности удержаться, скатилась и рухнула в сугроб, тут же ощутив связанными руками холод. Рядом с ногой опустилось тяжелое копыто, вдавив ткань штанов в снег.

Василиса вскрикнула, съежилась. Звук копыт быстро отдалялся. Рядом теперь слышалось только сиплое дыхание.

– Что происходит? – пробормотала Василиса. – Эй… Ты тут?

– Если ты и правда святая, – прохрипел солдат. – Ты выживешь…

И затих. Василиса от ужаса едва дышала, но кое-как умудрилась сесть. Простонала от обреченности и заерзала с новой силой, пытаясь вытащить руки из пут. Но вскоре поняла, что это бессмысленно и стала тереться щекой о плечо, чтобы сбросить с головы мешок. К счастью, тут ее не завязали, и вскоре она наконец увидела белый свет.

Вокруг лежал снег, вдалеке виднелся серый лес, с другой стороны темнела полоса то ли ручья то ли оврага, а за ней поднимались ввысь окутанные снегом скалы. Из признаков жизни только следы копыт. Ну ничего себе! «Вывезли и выкинули, спасибо, хоть подснежники собирать не заставили», – подумала Василиса и поднялась. И как же повезло, что ноги ей не связали?

– Да уж, везунчик, блин… – удрученно пробормотала она.

Рядом лежал бездыханным со стрелой в груди ее палач. Кони скакали в разные стороны по снегу. И больше никого. Странно, кто же тогда подстрелил солдата? Василиса поежилась от тревоги и побрела по следам обратно в лагерь. Хорошо хоть метели не было. А ведь мечты сбываются – вот она, на свободе. Хочешь, иди на все четыре стороны. Но не хотелось. Василиса побрела, надеясь увидеть на горизонте того, кого не так давно боялась до смерти и от кого старалась сбежать.

– Элемиан, – тихо позвала она и горько усмехнулась сама себе. Да, пожалуй, она была бы счастлива видеть сейчас его насмешливую ухмылку и с радостью согласилась бы даже посидеть на цепи.

Василиса шла совсем немного, а руки совсем замерзли, хоть она и умудрялась прятать их в складках одежды на спине. Ноги тоже начало покалывать несмотря на теплую обувь, а нос и щеки щипало от мороза. Когда там наступит обморожение? Сколько у нее времени?

И тут услышала какой-то неясный звук, обернулась и поняла, что у леса вдалеке скачут всадники. Трудно было разглядеть их с такого расстояния, но то, что это не рыцари, Василиса поняла. Какие-то черные все, лохматые, не иначе… варвары? Ее бросило в холодный пот. Она резко присела. Авось не заметили? Но тут несколько всадников отделились от общей толпы и поскакали в ее сторону. Может быть, тот, кто подстрелил солдата, был разведчиком?

Василиса развернулась и побежала теперь уже не по следам, как прежде, а в противоположную сторону прямиком к горам-исполинам. Поверх снега лежал наст, удерживая ее вес, а вот всадникам небось было сложнее, потому Василиса лелеяла крошечную надежду добежать до гор и там скрыться от преследования. Хотя в глубине души она понимала, что вряд ли удастся, ведь позади уже слышались улюлюканья, а горы все отдалялись, будто издевались над несчастной беглянкой. К тому же темная полоса впереди росла и приближалась, оттуда все громче слышался шум воды и поднимался пар. А это означало, что до гор так просто не добраться.

– Василиса! – раздался вдруг голос Ройнона.

Почти обессилевшая от гонки Василиса заозиралась. Неужели галлюцинации? Но нет, Ройнон действительно скакал с несколькими рыцарями наперерез черным всадникам. Такого облегчения Василиса не испытывала, наверное, никогда в жизни. Но долго радоваться не получилось. Теперь вся черная орда у леса устремилась к ним.

– Василиса! Беги отсюда! – крикнул ей Ройнон, подскакал ближе, спрыгнул и простонал сквозь зубы. Он выглядел бледным и едва ли здоровым. Конечно, только недавно его перевязали, а уже приходится ездить верхом и сражаться.

– Куда бежать? – ошарашенно переспросила она.

– К обрыву. Там, видишь, большие валуны, спрячься за ними! – Он разрезал мечом веревки за ее спиной. От долгого неестественного положения рук плечи заболели.

– Что произошло? Как ты нашел меня? – пробормотала она, рассматривая свои покрасневшие пальцы.

– Мы искали тебя в лагере. – Ройнон оглянулся на своих людей, потом быстро продолжил: – Потом мои люди доложили, как оруженосец одного из императорской армии самовольно покинул лагерь, ведя под уздцы двух коней. Мы поймали отвечающего за него рыцаря и допросили. Кое-кто приказал избавиться от тебя, когда увидел твои силы в действии. Это моя вина. Нельзя было выпускать тебя из палатки.

Ройнон снял кожаные перчатки и отдал ей. Василиса с благодарностью схватила их и сунула в нагретую ткань озябшие и покалывающие от холода руки.

– Спасибо, что нашли меня, но… – Василиса не представляла, как они выстоят против огромной толпы.

– Давай же, поспеши! – Ройнон подтолкнул ее в спину и вернулся к беспокойно фыркающему коню.

Василиса кивнула и побежала к валунам у обрыва. Шум воды приближался. Добежав до груды припорошенных снегом камней, Василиса глянула вниз. Голова о неожиданности закружилась: обрыв метров десять не меньше, а внизу бурная темная река, несущаяся из горного ущелья и огибающая скалы.

Она поспешила отойти и выглянула из укрытия. Однако то, что она увидела, не обнадеживало. Варваров было гораздо больше. Видимо, Ройнон взял столько людей, сколько смог быстро собрать. Даже посчитать рыцарей было трудно, из-за того, что их статные закованные в доспехи фигуры терялись среди черных и бурых меховых шуб противника.

Крики, лязг оружия закладывал уши. Сердце колотилось со страшной силой и больно стучало в висках. Василиса съежилась, спряталась за камнями, зажала уши и закрыла глаза. Кому молиться в этом мире и услышат ли ее?

Почему-то в голове всплыли слова предателя – если святая, значит, выживешь. Нет, ничего сверхъестественного не произошло, но ведь Ройнон подоспел до того, как ее убьют или утащат дикари, это можно назвать чудом? Ведь чудо – это не только волшебство, а порой удачное стечение обстоятельств, неожиданность, сюрприз. То, что приходит к нам само, когда уже и не ждем… Так может ли она правда быть значимой для этого мира, если до сих пор остается жива?

Совсем рядом неожиданно раздался вскрик. Василиса вскинула голову – перед ней выскочил здоровенный косматый мужик с палицей наперевес.

– Ы-ы-ы! – протянул он беззубым ртом и занес палицу для удара.

Василиса отпрянула и… потеряла опору. Снег под ней поехал вниз, прямо в бурлящий водяной поток. Она не успела даже вскрикнуть, но увидела, как ошеломленный варвар вдруг превратился в ледяную статую.

А потом берег скрылся из глаз, она полетела сквозь густой туман. Перехватило дыхание, а через пару бесконечно мучительных секунд Василиса ударилась спиной о поверхность реки. Вода поглотила ее, а сознание померкло.

Глава 20

Василиса приходила в себя медленно. Ей казалось, что она маленькая и лежит на руках у мамы. Вот она покачивает ее и поет песенку. Ох, какие приятные были мгновения. Куда же все потом скатилось? Чтобы не исчезла иллюзия, Василиса прогнала плохие мысли и поерзала будто в руках мамы. Но сознание неумолимо выбиралось из забытья, и Василиса осознала, что действительно лежит на руках. А если точнее, на коленях. Крепкие теплые объятья сжимали ее взаправду. А ее руки касались голой мужской груди.

– Ах! – воскликнула она, отпрянула, насколько было возможно, потому что крепкие руки ее не отпустили, и поняла – не только грудь ее «согревателя» была обнажена. Сама она сидела на его коленях топлесс. – Ай!

Ноги были укрыты, но она так же не ощущала на них толстых штанов или обуви. Василиса быстро сползла рукой по своему телу и коснулась бока в надежде нащупать трусы. Отлично, хоть что-то на месте!

Ну вот и что лучше: прижаться обратно или светить «красотой» дальше? Правда, была кромешная тьма, так что, наверное, все-таки второй вариант казался более подходящим. Она обняла себя руками, пытаясь осознать, что происходит, уже произошло, и с кем предстоит иметь дело.

– Все в порядке, – раздался над ней знакомый голос.

– Элемиан, – выдохнула Василиса и постаралась отстраниться, чтобы разглядеть его, хотя глаза видели лишь темный силуэт. – Почему я без одежды?!

– Порвалась.

– А твоя?

– И моя, – спокойно ответил он.

– Отпусти, я…

– Не стоит. – Он слегка повернулся, и Василиса увидела за его спиной проем, где под сенью полной луны точно новогодняя гирлянда переливался снег, в лицо дунуло холодом. – Замерзнешь.

– Ох… Как же это.

Он вновь прижал ее, окутав своей мощью, теплом и знакомым запахом, неуловимо напоминающим свежескошенное сено.

– Не крутись, – произнес Элемиан мягко, даже ласково, и Василиса осознала – ей в бедро упирается возбужденное достоинство внушительного размера. Ее бросило в жар, в горле пересохло.

И как до такого дошло?

– П-почему ты тут? – неловко пробормотала она. – Я, кажется, упала с обрыва.

– Да, я не успел подхватить тебя, пришлось прыгать следом и вылавливать уже в воде, – объяснял он, и его голос казался довольным. – Нас унесло течением. Я нашел пещеру.

– И сколько нам так… сидеть? – прохрипела Василиса.

– Пока Ройнон не найдет нас.

– Точно! – Василиса дернулась. – С ними все в порядке?

– Я привел подкрепление, думаю, они выстоят.

– Но все-таки, где наша одежда?

– Верхнюю пришлось выкинуть, она намокла и мешала в воде. Кое-что порвалось, остальное сохнет. Не идти же по холоду в мокром.

Василиса повернула голову, но увидела лишь темноту.

– Почему бы не разжечь костер? – осторожно спросила она. – Все же было бы теплее.

– Смилуйся, моя ведьмочка, – прошептал он в макушку, и его крепкая горячая ладонь невесомо прошлась между лопаток, лишив на несколько секунд способности дышать. – Позволь хотя бы не видеть тебя.

Василиса ощутила легкий толчок в бедро тем самым, о чем старалась не думать, и ее вновь бросило в жар, а внизу живота скрутился горячий узел.

– Т-тебе не холодно? – пробормотала она, стараясь отвлечь себя и его разговорами, но в ответ прежде его слов, в бедро опять красноречиво толкнули.

– Нисколько, – ответил Элемиан, наклонился и прошептал в самое ухо: – Моего огня хватит на нас двоих.

– Эл-лемиан… – Василиса заикалась и ничего не могла с собой поделать. – Не надо, ладно?

– Не надо что? – его губы прихватили мочку ее уха, и он обнял ее крепче. – Наказание ты мое.

– Отпусти, если наказание, – едва прошептала Василиса, но сама не хотела этого. Пусть просто держит, обнимает, пусть укрывает теплом. Но не больше.

– Нет, – прохрипел он, и одна его рука принялась гладить ее бедро под тканью плаща, второй он схватил за волосы и слегка оттянул ее голову назад.

Не успела Василиса испугаться, как ее кожа засветилась, и свет перекинулся на Элемиана. Он вздохнул с облегчением, расслабился, отпустил ее волосы и в этом свете Василиса увидела на его груди и руках множество старых шрамов. Не все из них выглядели как порезы от холодного оружия, но трудно было представить, что нанесло их. Невольно ей стало жаль его. Как бы бестактно он себя не вел, какие порой безжалостные поступки не совершал, его жизнь невозможно было назвать легкой.

– Спасибо, что спас, – прошептала она, и он обнял ее крепче с шумным судорожным вдохом.

* * *

Элемиан не поверил в то, что услышал. Благодарность. Не вежливая, из-под палки норм поведения или страха. Василиса ведь знала, что он не допустит ее гибели, что нуждается в ней, может быть, больше, чем она в себе. Знает, что останется его невольницей, он не отпустит ее, как бы не просила, но все равно говорит такие слова. Зачем?

Каждый ее вдох, каждое движение испытывали его на прочность. И в каждую секунду Элемиан думал: почему, собственно, он должен сдерживаться? Она принадлежит ему полностью, и он имеет право использовать ее так, как посчитает нужным. Но он не мог. В глубине души надеялся дождаться ее согласия, получить взаимность и доверие вроде сегодняшней благодарности.

Чтобы Ройнон нашел их, он послал ледяную тропинку и израсходовал много энергии, но она появилась вновь, вспыхнула в каждом дюйме тела. И его страсть разгорелась сильнее, он почти забыл, почему до сих пор не взял подневольную ведьмочку прямо сейчас, но тут золотистое свечение окутало их, успокоило, как убаюкивает любящая ласковая мать свое дитя.

Свечение между ними в какой-то момент пропало, и Элемиан подумал, что это работает только, когда его сила начинает выходить из-под контроля. Очень удачно для маленькой ведьмочки, видать она и правда благословенная самим Гелионом.

Василиса задремала в его руках, а он сидел и слушал ее дыхание, биение сердца и утопал в спокойствии и счастье. Спину холодил морозный воздух, но энергия Мории не позволяла замерзнуть. Вот закончится поход, надо будет поехать с Василисой в главных храм Гелиона, пусть верховный жрец проверит ее, узнает какой магией обладает. А может быть, лучше ничего не узнавать, а спрятать от лишних глаз? Ведь кому-то еще может не понравиться, что Элемиан Амрот теперь в состоянии справляться со своей силой.

Вскоре Ройнон с отрядом нашли их. И опять эти смущенно-жалостливые взгляды, устремленные на юную ведьмочку, которую Элемиан кутал в плащ и нес на руках. Впрочем, он привык. Важнее и приятнее было умиротворенное выражение на милом личике. По дороге она проснулась, но продолжала делать вид, будто спит. Наверное, смущалась оказаться в таком потрепанном виде на глазах у солдат.

Когда вернулись в лагерь, он оставил ее в платке, оделся как подобает генералу, а не уличному оборванцу и вышел на общее построение. В лагерь вернулись далеко на все войска, но собравшихся было достаточно.

К нему подвели связанного рыцаря, что повиновался приказу одного из командиров и увез Василису. Этот человек знал, какое наказание заслужил, и он молчал.

Элемиан вынул меч из ножен. Замах, удар. Голова слетела с плеч и покатилась по притоптанному снегу, окрашивая его в красный.

– Любого! – крикнул Элемиан, вытерев тряпкой лезвие и сунув меч в ножны. – Любого, кто коснется Василисы без моего ведома и из желания навредить, ждет смерть!

Рыцари и более-менее здоровые селяне, собравшиеся поглазеть, склонились в низком поклоне. Показательные казни действуют лучше всяких угроз, потому Ройнон предусмотрительно не убил предателя сразу, а заключил под стражу.

– Свободны! – крикнул за него Ройнон, а Элемиан внимательно пробегал взглядом по лицам подчиненных, спасенных жителей и императорских рыцарей. Как и ожидалось, протеста или возмущения не читалась на их лицах. Только страх. И тут среди всех он уловил незнакомое лицо. Одет не как рыцарь, но его не было среди спасенных жителей. Молодой, высокий.

Секунда, и лицо скрылось в толпе.

– Ройнон, – подозвал он друга. Тот, прихрамывая, подошел ближе. – В лагере чужак. Усилить охрану Василисы и территории, прошерстить каждого и записать.

– Понял. – Ройнон кивнул. – Будет исполнено.

– И еще: назначь заместителя, которому доверяешь, а сам отдохни.

– Да. – Ройнон улыбнулся. – Я рад за тебя, Элемиан. Ты выглядишь счастливым.

Элемиану не удалось сдержать улыбку. Да, несмотря на тревоги, так хорошо, как сейчас, ему не было никогда в жизни. Жаль, отец не может разделить с ним его радость. Но вот только что за чужак в лагере? Нехорошее предчувствие поползло по венам, и он невольно обернулся в сторону своей палатки, где отогревалась Василиса.

Глава 21

Василиса не видела, как это случилось, но слышала, как снаружи рыцари обсуждают казнь императорского рыцаря.

– Ну вот, и стоило ли оно того? – пробормотала Василиса себе под нос и свернулась на постели в комок.

До сих пор ее трясло от холода. На руках у Элемиана было куда теплее. Вот бы развести печку, но и вставать не хотелось. А еще она все думала, как так выходит, что несмотря на очевидную пользу, которую она принесла, ее едва не убили? Все-таки стоит вернуться в свой мир.

Но как убедить Наишу поменяться? Наверное, надо придумать какую-то хитрость. Добровольно она не согласится. Ну а что до ее условия... Слишком много было вокруг него «если». Если это возможно, если сама Василиса сможет и если выживет после, если Наиша сдержит слово. Нет, определенно надо найти другой способ.

Вскоре сидеть без дела стало совсем невыносимо, противоречивые мысли нещадно глодали ее. Она оделась в новые вещи и вышла. Тут же за ней последовали двое рыцарей.

– Госпожа, велено не отходить от вас ни на шаг. Просим серьезно отнестись к приказу.

– Да, теперь уж я точно от вас сама не отойду, – улыбнулась Василиса, подумав, что, пожалуй, если что-то ей не понравится вновь, лучше идти в палатку. По крайней мере, это самое безопасное место.

Она переживала, что снова придется выслушивать бред селянок, но к счастью, теперь никто не кидался на нее с вопросами и не вел себя фривольно. Все держали дистанцию. Небось Элемиан запугал. Впрочем, так будет проще.

Василиса нашла Фаира в палатке с тяжелобольными детьми. После того, как они перевязали их и напоили лекарствами, лекарь спросил не нужна ли ей помощь. Василиса пожаловалась на шею и поцарапанное ухо, которое она поранила, пока исполняла роль мешка с поклажей, катаясь на коне поперек седла.

Фаир предложил помочь, но для этого попросил рыцарей выйти, ведь надо ее осмотреть.

– Уж лучше нам попадет от генерала, что мы смотрели на его женщину без одежды, чем оставим тебя хоть на минуту, – заявил один один из них, и Фаир предложил отойти подальше от входа, где освещение магического камня рассеивалось.

Василиса села лицом к входу, где дежурили ее телохранители. Кто бы мог подумать, что у нее будут настоящие охранники. Ну прямо подружка олигарха. Василиса усмехнулась собственным мыслям и тяжело вздохнула, потихоньку спуская с плеч одежду. Угораздило так угораздило конечно…

– Милая, это дело рук генерала? – спросил Фаир непривычно мягким голосом, когда начал наносить мазь на ее шею. – Скажи, не стесняйся, если нужно залечить где-то еще. Это лучшее восстанавливающее средство.

– Спасибо, но не нужно. А вот Ройону бы не помешало. Совсем его заездили. – Василиса постаралась рассмеяться.

– И все же. – Вдруг прикосновение лекаря сделалось плотнее, он схватил ее за плечо и не дал развернуться, а потом прошептал в затылок: – Прошу, не подавай виду и ответь на мои вопросы. Кто ты такая? В лагере шепчутся, что ты святая, спустившаяся с небес.

Василиса дернулась, натянув рубашку, опять постаралась развернуться, но хватка лекаря сделалась сильной, уверенной. Василиса притворно расслабилась, а потом резко обернулась и столкнулась лицом к лицу с совершенно незнакомым человеком в одежде Фаира. Неужели превратился? Такое возможно?

– Т-ш, – улыбнулся он, глянув на стоявших у входа рыцарей, тактично не смотрящих в их сторону. – Прости, что не предупредил. Я не причиню тебе вреда. Меня послали из главного храма.

Василиса сама покосилась в сторону рыцарей. Стоит ей только крикнуть или сделать резкое движение, они точно заметят.

– Не бойся, я сейчас подойду и к генералу, – продолжил он мягким добродушным голосом, выставив вперед руки. – Но прежде хотел побеседовать с тобой. Мне важно, не удерживает ли он тебя насильно, противясь воле богини. И не нужна ли тебе помощь?

– Помощь? – пробормотала Василиса.

В голове вспыхнула надежда, но тут же погасла. Ничто не помешает этому человеку наобещать ей с три короба, а потом выкинуть где-нибудь на обочине или в лесу ее хладное тельце.

– Ходят слухи, ты из другого мира, – продолжил мужчина. – Если это так, то храм постарается вернуть тебя обратно. Мало ли что может случиться, если существо из другого мира, да еще с такими способностями останется здесь.

– Вот как? Только в храме об этом знают? – скептически хмыкнула Василиса.

Мужчина улыбнулся. Освещение в палатке не позволяло хорошо рассмотреть собеседника, только было понятно – он довольно молод, ни бороды, ни морщин не виднелось на его лице.

– Амрот тоже знает, но его никогда не волновали жизни окружающих, – с горечью в голосе ответил он. – Сочувствие ему не ведомо. Ведь уже в возрасте пятнадцати лет он убил собственную мать.

Василиса отшатнулась и едва не упала. Рыцари сразу повернулись. Мужчина же перед ней вновь стал лекарем Фаиром.

– Я представлюсь генералу и запрошу проверку твоих способностей, – произнес он, – а до тех пор подумай, о чем я тебе сказал.

Он вышел, а Василиса бестолково смотрела ему вслед.

– Сестричка, ты уйдешь от нас? – спросил мальчуган лет пяти, выглянув из-под одеяла. – На небеса к Всевышнему Гелиону?

Василиса только нервно пожала плечами и погладила ребенка по голове. Она ничего не понимала. Неужели у нее есть шанс вернуться без Наиши? А как тогда эти люди? Скольких Элемиан убьет в очередном приступе? Свою мать он убил так же? Да, наверняка это была случайность. Вот такая ужасная случайность, когда он не контролировал себя. Василиса подумала, как должно быть тяжело ему жить, зная, что он виноват в смерти собственной мамы.

Но лучше бы уточнить. А то может быть, это вообще слухи. Василиса отправилась с рыцарями искать Ройнона. Он ведь не просто подчиненный, судя по всему, а помощник и товарищ генералу-монстру. Может быть, он знает, что тогда произошло. И если сказанное жрецом правда, то не лучше ли остаться? Если она приносит пользу, спасает Элемиана от этих ужасных приступов, а людей от него, то она и правда нужнее здесь, чем в своем мире. Да и ничего не случится с мирозданием, ведь они с Наишей равноценно поменялись.

Ройнона она нашла не сразу в общей палатке-казарме на несколько солдат. Он лежал там один и читал книжку под светом магического камня.

– Василиса? – удивился он.

– Можно поговорить с тобой наедине? – спросила она, и Ройнон кивнул рыцарям, чтобы те вышли.

– Что случилось? – Он сел и отложил книгу, когда рыцари скрылись за пологом. Вот хоть помощнику генерала доверяют.

– Мне сказали, Элемиан убил собственную мать, – начала Василиса, хоть и было довольно неловко говорить об этом. – Это из-за приступа случилось, да? Он, как и в тот раз, потерял контроль?

Ройнон помрачнел и поднялся на ноги.

– Кто тебе сказал это?

– В лагерь пришел жрец из храма, – не стала лукавить Василиса. – Он сказал, что хотел поговорить со мной прежде, чем отправится к Элемиану.

Ройнон вздохну и опустил плечи.

– Так это правда, да? – Василиса попыталась представить, что он чувствовал тогда, и невольно сжалось сердце. Как ему не повезло родиться с такой ужасающей способностью.

– Не совсем так, – туманно ответил Ройнон, не глядя на нее. – Но причина была.

– Причина? – Василиса растерялась особенно от прячущего взгляда Ройнона. Неужели он что-то не договаривает? – Подожди, то есть это произошло не во время приступа?

Ройнон кивнул, а потом растерянно почесал затылок.

– Вот проклятье… – выругался он, неуверенно посмотрел на Василису и шагнул ближе. – Я поклялся не рассказывать никому, но ведь тут дело непростое, так что давай это останется между нами…

– Конечно, между нами! – согласилась Василиса и тоже наклонилась вреред, чтобы не пропустить ни одного слова.

– Что между вами? – раздался позади голос Элемиана, и Василиса вздрогнула. – Ройнон, чем это ты решил поделиться с моей пленницей?

Пленницей? В груди кольнуло от обиды. Ну да, конечно, кто она для него еще…

– Ты убил свою мать, будучи в здравом уме? – выпалила Василиса, развернувшись к нему и скрестив руки на груди. Раз он не щадит ее чувства, она не станет щадить его. – Не из-за приступа?

Он нахмурился, потом усмехнулся, как обычно нагловато и снисходительно.

– В очень здравом уме, – холодно ответил он. – Она стала первой, кого я убил силой богини по собственной воле.

– Но… – Василиса повернулась к мрачному и смотрящему в пол Ройнону, надеясь увидеть на его лице опровержение слов Элемиана. – Это слишком…

– В такой мир ты попала, Василиса. – Элемиан подошел, схватил ее за плечо, навис над ней точно коршун, его глаза опять полыхали синим огнем. – Помнишь, я говорил о цене. Так вот за все приходится платить. Та женщина мешала, и я устранил ее.

– Та женщина… – Василиса в ужасе дернулась. Какими бы ни были разногласия, как можно убить собственную мать, как можно называть ее «той женщиной». Даже свою мать-алкашку, Василиса никогда не называла так.

– Жрец разболтал, да? – прошипел Элемиан, притянув Василису к себе. – Я прикажу вырвать его болтливый язык.

– Нет! Не делай этого. – Василиса едва не плакала от досады и разочарования. – Он просто беспокоился за меня.

Элемиан схватил ее за второе плечо и тряхнул.

– Все беспокоятся за маленькую несчастную ведьмочку, попавшую в лапы ужасного монстра, да? – усмехнулся он. – Все спрашивают, как она себя чувствует, по утрам подходят поближе к палатке, чтобы узнать, не разорвал ли монстр ее в приступе. Святая, сошедшая с небес... И как там на небесах? Зачем Всевышний отправил тебя в наш грешный мир? Что натворила маленькая богиня в божественном мире, за что подверглась такому жестокому наказанию?

– Я-я не богиня, – бормотала Василиса, пульс бешено стучал в висках. Она опять боялась его. Обернулась на Ройнона, но тот и не думал останавливать или смягчать разгневанного начальника, просто стоял с опущенной головой.

– Конечно, не богиня, – бросил Элемиан и отпустил ее, но продолжил сурово смотреть полыхающими глазами. – Ты обычная девчонка, которая даже не знает о своем даре и принадлежит по праву добычи этому самому монстру. Живо за мной.

Он развернулся и быстро вышел из палатки. Василиса растерянно замерла, пытаясь осознать происходящее.

– Не заставляй его ждать, пожалуйста, – прошептал Ройнон. Он выглядел удрученным. – Это может плохо кончиться. Для всех.

– Василиса! – рявкнул Элемиан снаружи, и она поспешила на выход, не представляя, что теперь делать.

Снаружи рыцари стояли, склонив головы, а Элемиан нетерпеливо ходил рядом взад-вперед. Как только Василиса подошла, он схватил ее и закинул на плечо. Она охнула от неожиданности и вцепилась в его бордовый плащ на спине, хотя он крепко прижимал к плечу ее бедра и вряд ли бы она свалилась.

Он так и потащил ее через пол-лагеря, невзирая на многочисленных свидетелей. Испуганный шепот то и дело раздавался со всех сторон, а Василиса едва не плакала от безысходности. Вчерашняя ночь в пещере казалась сладким сном. Но, впрочем, так даже лучше, он показал свое истинное лицо, и она теперь не будет колебаться.

В палатке Элемиан бросил ее на лежанку, скинул на пол доспехи и набросился на нее без единого слова. Оттянул ворот рубашки, как обычно, расшнуровал, но сделал это резкими дергаными движениями, отчего рану на шее защипало. А потом уткнулся носом в ее ключицу и долго просто дышал, придавив своим телом. А вот Василисе с трудом давался каждый вздох, но и вымолвить она не могла ни слова. Просто не знала, что говорить. Казалось, все рухнуло. Он такой, какой есть, как она могла обмануться?