Текст книги "Бежать от злодея (СИ)"

Автор книги: Элина Амори

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Глава 47

– Ты ведь всегда хотела уйти от меня, – сказал Элемиан, и сердце Василисы больно сжалось.

Она чувствовала боль не только свою, но и его тоже. Она в самом деле чувствовала Элемиана. А вот он, скорее всего, нет. Он слишком сконцентрирован на собственной боли, чтобы заметить.

– Ты принадлежишь другому миру, а не мне, – продолжал он, спокойно глядя на нее сверху вниз. – Ты не вещь, Василиса. Никто не вещь. В этом ты права. И в глубине души я всегда знал это, только проще было смотреть на мир иначе, ведь я не мог ничего изменить. Теперь могу.

Перед глазами поплыло от выступивших слез, Василиса ощущала отчаяние Элемиана и понимала, что он не пойдет с ней. Он просто не может начать все с начала, не хочет даже попытаться. Он уже поставил точку в собственной жизни, когда заключил себя вместе с магом в глыбу льда. Что там должно было произойти, и почему он правда умер бы, Василиса не понимала, но если они так уверены, то, видать, так и должно было случиться.

Как в мутном сне Василиса видела, как Элемиан взял нож из рук мага и порезал ей ладонь быстрым едва заметным движением. А потом передал магу. Боли в ладони она не почувствовала, только боль в душе.

– Прощения просить не буду, – усмехнулся Элемиан. – Не хочу, чтобы ты простила и забыла меня. Помни обо мне, моя маленькая ведьмочка, но живи счастливо.

– Ты... Понимаешь, что говоришь бессмыслицу? – шептала Василиса, а горячие слезы струились по лицу.

Илишан притянул Василису ближе к себе, развернул ее ладонь раной вниз и тугие алые капли, напитавшись магической силой засветились и упали вниз на водную гладь. По воде пошли круги, один за другим, и в том месте под ними открылся проход, лишь слегка подернутый пленкой воды. На этот раз не маленький – размером с блюдце, а будто открытый люк.

Как в зеркале или экране монитора отобразилась картинка вечернего города: зеленели деревья, а над ними возвышались высотки. И это был не просто какой-то город знакомого Василисе мира, это был ее родной город. Тот парк, откуда она ушла. Там ее дом, ее жизнь.

Василиса подалась вперед, собираясь шагнуть в портал. Время для нее остановилось, в голове проносились за доли секунд тысячи мыслей. Она так рвалась в свой мир, что забыла самое главное – она бежала не к кому-то, а просто бежала. От страха перед Элемианом, потом перед императором и стариками, она боялась, потому и стремилась туда, где привычно и знакомо.

На самом деле, она не задумывалась, что ждет ее в мире, где она была невидимкой. Скучает на самом деле по маме? Скучает. Но по той, что обнимала ее перед сном и читала книги, по той, котороая волновалась, если что-то было не так, по той, которая заботилась и старалась ради нее. Однако той мамы давно нет, она ушла вслед за отцом, и на ее месте осталась другая – та, которая хоть и будто переживает, но думает только о себе, та, для кого бутылка стала дороже благополучия собственной дочери.

Так куда возвращаться? Чтобы заботиться о ней? Изменить? Так Василиса думала недавно. Но правда была в том, что ее мать уже сдалась когда-то, сделала свой выбор, и на самом деле Василиса всегда знала это. Она не винила ее. Возможно, тогда просто не нашлось человека, кто поддержал бы маму, помог остаться на плаву. Точка невозврата пройдена, мама осталась в прошлом.

А сейчас другой человек нуждается в помощи, другой находится в этой самой точке, когда все для себя решил и ступил на путь саморазрушения. И ему Василиса могла помочь. Она четко поняла это. И это стало ее точкой невозврата. Прежде она лишь убегала, а теперь будет сражаться, пряталась, а теперь встретит опасность лицом к лицу, боялась, а теперь бояться будут ее.

Василиса не перешагнула прозрачную завесу, а развернулась к Элемиану, стремительно обхватила руками его шею и затылок, притянула к себе. И пока он не успел опомниться, поцеловала. Яростно, страстно, вторгаясь в его рот языком и покусывая губы. Она вцепилась в него и руками. И все свои чувства, всю решимость она направила в силу. Яркий, ослепительный свет вспыхнул, ощущение единения, правильности собственного решения накрыло ее с головой. Вода под ногами нагрелась, стала превращаться в пар, сделалось жарко.

Элемиан поддался. Он обхватил ее, поцеловал в ответ, приподнял над полом, и куда-то понес. Василиса плохо понимала, что происходит. Какой-то отдаленной частью себя ощущала спиной твердую поверхность, слышала возмущенные возгласы смутно знакомых людей. Но лучше всего она чувствовала его. Своего Элемиана, которого собиралась бросить из-за своей слабости. Но больше она так не поступит. Здесь и сейчас она сделала выбор.

* * *

Элемиан ничего не видел из-за слепящего света, его бросило в жар, и теперь нестерпимо душно было не только из-за испаряющейся горячей воды, но и из-за сжигающего изнутри пламени страсти. Это было невыносимо терпеть, но он и не пытался, просто потянулся к этому свету, поддался яростному желанию и Василисе. Она победила. Его порыв все закончить растворился, будто его и не существовало. Он вновь был готов на все, чтобы держать в объятьях эту девушку. Даже если придется сжечь весь мир или заковать его в лед.

Она остановила его, не сбежала, пока он отпускал, и больше он ни за что не предложит. В горе и в радости. Он будет с ней, даже когда она оттолкнет, даже когда захочет уйти. Но странная уверенность сидела в самом сердце – больше она не побежит, она изменилась. Но менялся и он.

И весь этот безумный ворох мыслей отступал перед ощущением ее тела под собой, ее горячего лона, ее сладких стонов, жадных прикосновений и нежного запаха, смешанного с запахом сырости подвала. Они так безумно хотели друг друга, что забыли обо всем и всех. Об опасности, что шла по пятам, о побоище за стенами этого дома, о маге и Ройноне.

Впрочем, к ним никто и не мог подобраться – густой, словно молоко, и горячий туман, пропитанный насквозь слепящим светом был их завесой и спасением от лишних глаз и всего мира, они точно растворились друг в друге, слились в единое целое…

Элемиан пришел в себя, когда волна невероятного экстаза прокатилась по телу и сознанию и затухла. Он замер, пытаясь отдышаться и осознать, что произошло. Света уже не было, но густой раскаленный как в парилке туман окутывал их до сих пор. Василиса лежала под ним на деревянном столе, на котором прежде лежали его доспехи. Она дышала часто и шумно, ее глаза были прикрыты, а ее обнаженное тело покрывали капельки влаги. Когда Элемиан успел раздеть ее, он не помнил. Ее беззащитный вид взбудоражил его снова, и он опять наклонился, чтобы целовать ее влажную шею, гладить ее нежную кожу и слушать желанные и ласкающие слух стоны...

Вот только теперь вернулись и здравые мысли, и Элемиан с сожалением отстранился.

– Что ты делаешь со мной, Василиса? – простонал он и принялся одевать ее как ребенка, пока она, разомлевшая, лежала с прикрытыми глазами и улыбалась. – Как ты вообще здесь оказалась? Вы должны были ждать меня в поместье.

– Спроси у Ройнона, – сонно проговорила она, словно не она набросилась на него сейчас как дикая кошка. – Если коротко: оставаться было нельзя.

– Очень коротко, – усмехнулся Элемиан, посадил ее и придержал рукой под лопатками, чтобы она не улеглась на стол снова. Надо было скорее уйти и найти теплое место и сухие вещи. Потому что вся их одежда промокла насквозь в этой парилке. – Зря ты не ушла, Василиса. Маг точно сбежал, второго шанса не представится.

– Я больше не побегу. – Василиса наконец села ровно и поправила на себе мокрую одежду. Выглядела она решительно. – Найди мне человека, который поможет освоить мою силу. Я больше не буду обузой, Элемиан, я буду сражаться вместе с тобой.

Такая решительная, милая и забавная... Хрупкая, но сильная духом. Элемиан не мог поверить в то, что слышит. Она первая увидела в нем не монстра. Первая пожелала ему жизни. Его судьба вновь переплеталась с собственным выбором, и он был благодарен Всевышнему за такой шанс. Но тогда и он должен сделать для этой девочки все и даже больше.

Глава 48

Они вышли на улицу и, к удивлению, Элемиана, их встретил Ройнон вместе с трясущимся от холода магом. Ройнон тут же скинул плащ и накинул на Василису.

– Уходим, срочно, – тревожно проговорил он. От особняка, окруженного льдом, вела талая дорога – явно дело рук Василисы. – Пара часов, и тут будут императорские войска.

– И на этот раз они придут с магами-наемниками. Так меня и поймали, – добавил маг хмуро.

– А что ты тут делаешь? – бросил ему Элемиан. – Мог бы уже сбежать.

Маг скрипнул зубами и холодно ответил:

– А ты будто не знаешь, Амрот.

– Для тебя «Ваше Превосходительство», – толкнул его в плечо Ройнон. – Не забывайся.

– Ваше Превосходство, – поклонился маг будто даже без издевки. И Элемиан догадался почему. Похоже Ройнон нашел его родственников и успел запугать мага их незавидной участью в случае неповиновения.

Но времени и правда было мало. Они быстро добрались до ближайшего дома, который бросили хозяева, видать побоявшись погибнуть в бойне или при пожаре. Там переоделись в сухую одежду, положив взамен на стол несколько золотых монет, и остались ненадолго обогреться и обдумать план действий. Ройнон рассказал, что произошло в поместье, а Элемиан поделился докладом о государственной измене. От мага ничего не скрывали, он был пока на их крючке, кроме того, у Элемиана появилась идея.

– Это ведь Валрон придумал объединить варваров для нападения? – спросил он. – Чтобы меня выманить? Устроить там эксперимент с зельем? Для чего только, не пойму, такие сложности? Какая разница, где было его испытывать?

Маг прикрыл глаза, горько усмехнулся и покачал головой.

– Вы, господа, ничем не отличаетесь друг от друга. Теперь ты будешь угрожать мне жизнью сестры и племянников? Я должен предать прежнего хозяина, потому что теперь заложники в твоих руках? – Он смотрел с тоской и такой усталостью, что Элемиан почувствовал ее. – Ну давайте, Ваше Превосходительство, приказывайте.

Он поклонился и замер с согнутой спиной. Элемиан подумал, что наверняка маг часто жалеет, что не сбежал из семьи, когда еще мог, не потерялся, не оборвал связи. А теперь они стали для него обузой, ярмом на шее, которое он не может сбросить.

– Я исполню все, что пожелаете, – продолжил хрипло маг. – А за мой поганый язык прошу накажите меня, а не моих родных.

Василиса подошла и взяла Элемиана под руку. Он глянул в ее полные сочувствия и жалости глаза и вдруг понял, как должен поступить.

– Если поможешь доказать вину советников перед императором, – начал он, – я помогу тебе и твоим родственникам сбежать за границу. Я не стану твоим хозяином, а ты моим слугой.

– Что? Отпустишь такого способного мага? – удивился Ройнон.

Илишан резко выпрямился, задышал чаще, его лицо исказилось болью и злостью, на глазах заблестели слезы.

– Не играй со мной, Амрот, – прошипел он и угрожающе шагнул вперед, будто мог навредить. – Не давай обещаний, которые не собираешься сдерживать.

– Он сдержит слово, – встряла Василиса, улыбнувшись, и Элемиан ощутил на руке ее нежное поглаживание. Она так благодарит его? Он действительно поступает правильно? – А я прослежу за этим.

Илишан долго и с недоверием смотрел то на Василису, то на Элемиана, точно растерялся. А потом Василиса протянула руку и коснулась его плеча, и маг сдался.

– Я попробую поверить вам, – пробурчал он, отвернувшись.

* * *

Они скрывались почти две недели по дешевым постоялым дворам в окрестностях столицы. Снимали одну комнату на четверых и кое-как ютились все вместе, стараясь не сорить деньгами. Правда Элемиана узнавали, стоило ему показаться перед кем-то из персонала, так что заведовал всем или его помощник или маг, обернувшись кем-то другим. Ройнон часто отлучался, собирать своих людей и готовиться к предстоящему «бою».

Василиса усиленно училась контролировать свою магию, Илишан помогал ей советами и потихоньку лечился. Ему сильно досталось от рук императорских дознавателей. Василиса очень хотела ему помочь, ведь он пострадал по вине своего жестокого хозяина, который давал ему преступные приказы и бросил в критический момент. Она даже упросила Элемиана, попытаться залечить его раны, но к сожалению, его сила лечила только их с Василисой, а своих способностей она толком не знала.

Чаще Илишан молчал или давал показания, рассказывая об ужасах, что творил за спиной императора Валрон, его семейка и союзники. А все ради власти. Если бы они посадили на престол старшего сына, сына императрицы, то власть в стране бы изменилась. Император осознавал, к чему все приведет, и медлил с назначением наследного принца.

А потом они попались на глаза городской страже, и пришлось сдаться. Илишан прикинулся Ройноном, а настоящий успел сбежать. Конечно, Элемиан мог с легкостью отбиться, но смысла прятаться уже не было.

Во дворце Элемиана опоили зельем, подавляющим магию, на него нацепили магические оковы, и его окружили четверо боевых магов-наемников, о которых и говорил Илишан.

Василиса скромно шла рядом под оглушительный бой собственного сердца и звон цепей. Элемиан был у них под контролем, но не она, и надо было сыграть свою роль правильно и достойно.

В тронном зале на этот раз столпилось множество солдат, по бокам стояли вельможи. Валнор и рыжебородый стояли рядом с мрачным императором.

– Что с тобой, Элемиан? – сказал император, когда всех троих поставили на колени в центре зала. – Я не узнаю тебя.

– Ваше Величество, – подал голос Элемиан. – Прежде, чем вы вынесете мне приговор, позвольте…

– Молчать! – рявкнул император и стукнул кулаком по подлокотнику. – Ты посмел обмануть меня дважды! Твоя жена не беременна от тебя! Что ты затеял? Правильно мне говорят, я слишком мягок с тобой. Сегодня я исполню то, что поклялся.

– Ваше Величество накажет верного слугу, но позволит змее и предателю оставаться на свободе? – повысил голос Элемиан. – Разрешите высказаться. Потом делайте с нами что хотите.

– Он опять задурит вам голову, – проговорил Валрон. – Надо избавиться от девчонки, но прежде доказать всем, что они лгали. Пусть Валианна осмотрит эту лгунью. Они ведь от нее сбежали, Ваше Величество.

Василиса нервно сглотнула. Из толпы вышла пожилая женщина и направилась к ним. Василиса поймала взгляд Элемиана, он чуть заметно кивнул. Они предвидели такое развитие событий. И сейчас, пока эта женщина будет осматривать ее, Василиса должна будет накопить энергию, а потом ослепить всех, чтобы маг успел незаметно освободить Элемиана от оков. Дальше Элемиан возьмет в заложники всех, находящихся в зале с помощью своей силы. Пусть его напоили зельем, но по-настоящему его ограничивали только оковы.

Валианна подошла, помогла Василисе подняться на ноги и положила руку на ее живот. Василиса зажмурилась, пытаясь совладать с волнением. Нельзя было облажаться, ни в коем случае. От нее сейчас зависело, насколько легко и бескровно пройдет их авантюра.

– Я закончила, Ваше Величество, – произнесла Валианна и развернулась к императору.

Василиса вновь мельком глянула на Элемиана, тот кивнул. Значит, пора. Итак, досчитать до трех, сконцентрироваться и…

– Госпожа Амрот носит ребенка, – произнесла вдруг Валианна, и Василиса не просто сбилась со счета, а вообще забыла – как это считать. Неужели эта женщина на их стороне и подыгрывает или она сочувствует Элемиану, или…

По толпе прокатился шепот, Элемиан дернулся, уставился на нее в недоумении. Василиса пошатнулась, едва не упав.

– Повтори, – приказал с сомнением император.

– Супруга генерала в положении, – спокойно произнесла Валианна и поклонилась. – Срок мал, но я отчетливо ощущаю новую жизнь.

– Быть такого не может! – воскликнул Валрон. – Эта женщина врет! Он подкупил ее! Отчего тогда они сбежали?

– Я волновалась за мужа! – не подумав, крикнула Василиса. Она не была уверена, стоит ли придерживаться прежнего плана, ведь Элемиан будто впал в прострацию. Она и сама не могла поверить, неужели хватило лишь раза, ведь с того момента в подвале, они ни разу не оставались наедине, даже не целовались, не говоря уже об остальном. – Помощник принес о нем тревожные вести.

– Лгунья! – крикнул обозленный Валрон и тут же повернулся к императору. – Ваше Величество, тут что-то точно не так!

– Разве условие указа не было выполнено? – Элемиан неожиданно начал подниматься с колен и суетящиеся вокруг него маги не сумели заставить его опуститься на пол вновь, лишь опасливо держали его в магическом круге, похожем на тот, который Василиса видела в шаре. – Отпустите Василису, и послушайте другое, Ваше Величество. Совсем недавно мне принесли донесение с границы и доставили пару свидетелей, которые знали о сговоре варваров с человеком из императорского двора.

Дверь позади распахнулась, рыцари Элемиана завели двух пленных.

– Наглая ложь! – вскричал рыжебородый, Валрон побледнел, и Василисе даже показалось, что он сейчас грохнется в обморок.

– Как ты смеешь клеветать в присутствии Его Императорского Величества? – Воскликнул один из придворных. – Какие же это свидетели? Всего лишь варварское отродье!

– Это отродье, как вы говорите, получало взятки от ваших людей! И одного такого мы тоже нашли, – повысил голос Элемиан.

Опять поднялся шум и гвалт, император хмурится, Валрон мрачнел, вельможи уже начали подозревать друг друга и ругаться не только на Элемиана, подозрения летали по залу как мячики на футбольном поле.

А потом в зал вошел настоящий Ройнон, ведя еще какого-то человека, и все затихли. Маги оживились, стали оборачиваться на стоявшего рядом с ними Илишана, но пока бездействовали, видимо, опасаясь потерять контроль над защитным кругом вокруг Элемиана.

Илишан снял капюшон и вернул собственную внешность.

– Это же тот самый маг, что покушался на императора!

– Что здесь делает преступник?

– Они в сговоре?

– В сговоре, – ответил громко Илишан. – Только не с ними. Мой хозяин, первый советник Императорского Величества, герцог Валрон Инский, и я исполнял его поручения. В его кабинете в императорском дворце есть секретное хранилище, где вы сможете найти доказательства его вины как в этом деле, так и в других.

Вначале на него только кричали, повалили на пол, едва не утащили в темницу, но чем больше он говорил, тем больше сомнений появлялось у придворных. Очевидная оппозиция Валрона воодушевилась, уцепилась за соломинку, и вскоре все забыли об обвинениях в сторону «пленников».

Василиса устала стоять и уже всерьез подумывала сесть на пол, как ощутила приближение Элемиана. Он взял ее на руки и прижал к себе. Она с волнением глянула на него, боясь, что он расстроился из-за новости о ребенке. Элемиан смотрел хмуро, напряженно.

– Прости, – прошептала Василиса, подумав о том, что из-за нее он не исполнит свою клятву.

Он молча прижал к себе крепче, одна его рука легла на ее живот, она ощутила легкий холодок. Видимо, он пытался удостовериться сам. Почувствовал он или нет, Василиса так и не поняла, но поймала его встревоженный и растерянный взгляд.

– Что теперь будем делать? – прошептала Василиса, не понимая, злится он или нет.

– Пока не знаю, – тихо ответил Элемиан и крепче обнял ее.

Василиса прижалась к широкой и теплой груди, ощущая тревогу. Они еще долго стояли посреди разразившегося скандала, но ей было все равно. Она думала, что будет, если Элемиан не захочет этого ребенка. Если он прикажет избавиться от него?

А вокруг все кричали и ссорились, император в конечном итоге велел арестовать Валрона и его приспешников, допросить и обыскать все помещения. Разошлись поздним вечером. Император приказал после всего остаться только Элемиана, и они еще долго говорили, о чем, Василиса не знала, но когда он вышел из тронного зала, то сказал, что пришло время изменить судьбу рода Амрот.

Глава 49

Элемиан отпустил руку Василисы только когда они вошли в уже приготовленную слугами комнату. Сопровождающий сказал, что принесет ужин и удалился, прикрыв за собой дверь. Элемиан сел в кресло, откинулся на спинку и замер, глядя перед собой. Василиса дрожала. Отчего-то сделалось страшно.

– Ты... Ты хочешь убить его? – прошептала она, подумав о ребенке, уверенная, что Элемиан поймет, что она имеет в виду.

Он посмотрел на нее долгим пристальным взглядом, потом встал и подошел.

– А ты? – Ни один мускул не дрогнул на его лице, он казался каменным изваянием. – Если скажешь, что хочешь избавиться от ребенка, то я…

– Нет, ты что! – Василиса отскочила и прижала ладонь к животу. – Я не хочу, не смогу...

– Почему? – Элемиан подошел ближе и навис над ней, заставив невольно отступить и упереться спиной в стену. – Неужели не хочешь избавиться от монстра?

– Он не монстр! – возмутилась Василиса и добавила чуть мягче: – Как и его отец. Я не отказалась от тебя, не откажусь и от него.

– Почему не отказалась от меня? – продолжал он давить на нее.

– Потому что люблю? – неуверенно пробормотала Василиса, чувствуя, как горят щеки.

– Разве меня можно любить?

– Почему нет? – растерянно прошептала Василиса. – Конечно можно.

Элемиан печально свел брови, потом опустился на колени, обхватил Василису за талию и прижался лбом к ее животу. Его горячие руки нежно поглаживали поясницу.

– Эй, ты чего? – растерянно прошептала Василиса.

– Что ты хочешь? – спросил он. – Что хочешь взамен за свою любовь?

– Взамен? – неуверенно пробормотала Василиса. – Если только твою любовь.

– Мою? – Он поднял на нее голову, на его лице читалось удивление. – Мои чувства правда нужны тебе?

– Так ведь будет честно, разве нет? – прошептала она, не понимая, почему он так странно реагирует.

Элемиан легко улыбнулся, неуверенно и будто смущенно, отчего его суровое или порой насмешливое лицо казалось даже милым.

– Тогда научи меня, Василиса, и я с радостью отдам тебе все мои чувства, – произнес он, поднялся и заключил в свои крепкие объятья.

Они не пустили слугу с ужином, закрывшись в комнате, и целой ночи им не хватило, чтобы насладиться друг другом.

Они оставались во дворце месяц, пока шли все разборки и суды. Валрона, можно сказать, «закопали» свои же коллеги, Илишана осудили и отправили в темницу, но Ройнон с Элемианом втайне вытащили его, как и обещали. Вместе с семьей им помогли добраться до границы, где начинались южные земли.

Император подписал новый документ, определяющий обязанности семейства Амрот. То, о чем сумел-таки договориться Элемиан. Теперь у него появилось место в совете и право голоса, чего прежде не было и близко. Ему не слишком хотелось появляться при дворе лишний раз, но этот шаг был важным для будущего.

Предстоял долгий и тернистый путь, но Василиса была рада, что в итоге все обошлось без лишнего кровопролития. Она сама же привыкала к новой роли и мысли, что станет матерью. Совсем не так она планировала встретить свои двадцать лет, но что в жизни идет по плану?

Когда они вернулись в поместье Элемиана, на этот раз Василиса с куда большим интересом осваивала новые владения и обязанности. Как хозяйка замка она должна была руководить расходами и слугами. Командовать пока получалось плохо. Однако даже тихо произнесенная фраза: «наверное, стоит рассказать мужу» действовала похлеще любого крика или наказания.

Самым непростым оказалось ведение записей и планирование расходов, очень много чего надо было посчитать. Но Василиса старательно училась, боясь прослыть безграмотной и бесполезной.

– Госпожа, скорее бросайте это дело, вам надо прогуляться перед ужином, – хлопотала Глори в очередной вечер. – Сегодня чудесная погода, несмотря на небольшой ветер. Лекарь рекомендует свежий воздух и регулярные прогулки. Надо успеть до ужина, его превосходительство обязательно спросит, как вы провели день, и будет сердиться, если узнает, что вы слишком много трудились.

– Хорошо-хорошо, – поспешила согласиться Василиса, понимая, что спорить бесполезно. – Но принеси вначале клюквенный морс, очень хочется пить.

– Не добавлять мёд, как и вчера? – уточнила Глори.

– Ни в коем случае, – хмыкнула Василиса, вспомнив, что от сладкого морса ее едва не стошнило.

– Сию минуту. – Глори поклонилась и умчалась.

Василиса откинулась в кресле и задумалась, оглядывая мрачный кабинет: темные тяжелые шторы, массивная мебель темных тонов, окна с синей мозаикой, плохо пропускающие свет.

– Придется сделать небольшой ремонт, – с приятным волнением проговорила Василиса.

В кабинет постучали, открылась дверь и заглянул стражник – молодой веселый рыцарь из новых. Контракт Амротов также пересмотрели, теперь служба начиналась от года, а не пожизненно как раньше.

– К вам посетитель, госпожа, – доложил рыцарь.

– Какой? – удивилась Василиса. – Пусть войдет, но и ты вместе останься.

Элемиан строго-настрого запретил ей оставаться с чужими наедине. Да и сама Василиса побаивалась, хоть вполне способна была защитить себя, ведь все-таки тренировки с магической силой не проходили напрасно. Пока ее учителем был сам Элемиан, и тренировок с ним Василиса ожидала с нетерпением.

В кабинет вошла пожилая худая женщина, опираясь на клюку. Ее седые волосы топорщились из-под серого платка, а неприглядный балахон говорил о долгом пути, что проделала эта женщина. Странница? Попрошайка? Но тогда почему ее впустили на территорию?

Женщина остановилась у самого входа и с улыбкой рассматривала Василису, будто родная бабушка встречает внучку.

– Кто вы? И что хотели? – спросила Василиса и поднялась, решив пройтись по кабинету и размять ноги. Подолы тяжелого синего платья зашуршали по полу.

– Наконец я увидела вас собственными глазами, госпожа. Теперь можно спокойно умереть.

– Что? – не поняла Василиса и замерла у стола, уставившись на женщину.

В кабинет забежала Глори с подносом и остановилась рядом с женщиной.

– Шиина? – мрачно кивнула Глори. – Что ты хотела от нашей госпожи?

– Мне очень многое хотелось бы рассказать, но, наверное, это ни к чему. – Женщина низко поклонилась, хоть это далось ей с трудом – ее тонкие морщинистые руки на клюке дрожали, будто не выдержат, и она сейчас грохнется на пол. – Но, пожалуй, я лишь пожелаю вам доброго здравия, светлая, милая госпожа. Прошу меня простить. Будьте счастливы, и принесите мир этому дому.

Женщина поковыляла к выходу, стражник сопроводил ее, а Василиса так и замерла, в растерянности глядя ей вслед.

Глори поставила поднос на стол и налила в кружку морс.

– Это Шиина, бывшая личная служанка предыдущей госпожи, матери Его Превосходительства, – сказала она. – Поэтому наверняка ее пустила стража, хотя это непростительно, я доложу сегодня хозяину.

– Странная какая-то, – поежилась Василиса и взяла кружку.

Глори вздохнула.

– Я не говорила вам о матери его превосходства, но, наверное, стоило рассказать. Она вошла в дом такой же юной и хрупкой, как вы. Напуганная, скромная девочка, проданная своей семьей ради статуса и места при дворе. – Глори печально улыбнулась. – Она пострадала в первую ночь, мы долго выхаживали ее. Но как только она поправилась, господин снова стал приходить к ней, ведь главная задача хозяйки – наследник. Господин не был плохим человеком, он старался совладать с даром богини изо всех сил, но ее страх перед ним был настолько велик, что она не выдержала.

Глори налила добавки в опустевшую кружку и продолжила:

– Шиина была рядом с ней, как я с вами сейчас. И очень переживала за госпожу, старалась отвлечь. Со временем госпожа очерствела, озлобилась, и в то же время осознала свое хозяйское положение. Но она, не как вы, не старалась помочь поместью, она вредила. Знала, что хозяин ничего ей не сделает кроме того, что и так ждет ее в спальне. Ох, натерпелись мы от ее светлости... Шиина была той, кто выполняла ее поручения и передавала их нам, и ей чаще всего попадало от госпожи, если поручение оказывалось невыполненным.

– Она хотела убить Элемиана? – спросила Василиса.

– Много раз. Первая и вторая беременность госпожи была обычными детьми. Но она не хотела от него никаких детей и избавилась от них. Ах, это были бы прелестные девочки… – Глори покачала головой, а у Василисы сжалось сердце. – В третий раз она едва ли не всю беременность была привязана к кровати и находилась под наблюдением служанок и лекарей сутки напролет. Но и так умудрялась нанести себе увечье. Только чудом малыш родился. Мы надеялись, ребенок смягчит ее сердце, но как же мы ошибались... Он стал целью нападок хозяйки. Мы балансировали между ее приказами и главной задачей – сохранении жизни наследника. Это были очень тяжелые для поместья годы, госпожа. И мы все счастливы, что вы не повторяете судьбу предыдущей хозяйки, даже старая Шиина пришла, чтобы убедиться.

Василиса улыбнулась, а на глазах навернулись слезы. Она вновь чувствовала, что поступила правильно, оставшись здесь. Здесь она правда нужна стольким людям. А еще, несмелая, но все чаще возникающая мысль посещала ее: и ей тут хорошо, и ей нужны эти люди. Особенно один человек. Острое желание увидеть Элемиана и обнять его прямо сейчас захлестнуло ее, и Василиса залпом допив свой морс, помчалась из кабинета в коридор, а оттуда дальше к рабочему месту Элемиана.

Когда Василиса заскочила к Элемиану в кабинет, растолкав стражу у дверей, он только закончил обсуждение с послами, потому что они уже толпились у выхода. Без объяснений Василиса кинулась к нему. Позади что-то кричала Глори, но Василиса не могла удержать себя в руках. Элемиан с удивлением принял ее в свои теплые и крепкие объятия.

– Что случилось? – встревоженно прошептал он ей в макушку. – Кто-то посмел ослушаться тебя? Сказал недоброе слово? Я лишу его головы!

– Все хорошо, – прошептала Василиса и крепко обняла его, с удовольствием слушая биение его сердца. – Просто соскучилась.

Хихиканье послов позади нисколечко не смущало ее. Элемиан отпустил их, взял ее на руки и усадил прямо на свой стол.

– Слишком опасные слова говорит моя дражайшая супруга, – произнес он, задорно ухмыльнувшись.

– Пойдем прогуляемся перед ужином вместе, – произнесла Василиса, – говорят, сегодня расцвела черемуха.

– Расцвела, – согласился Элемиан и принялся целовать ее в губы, щеки, шею. – И не только черемуха.