Текст книги "Слепой отбор. Тень для Лунного дракона (СИ)"

Автор книги: Елена Соловьева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 21

Определив новые условия для участниц отбора, Михаэль Авертон убыл вместе со своей маленькой свитой. Вот только о завтраке принцессы тут же забыли.

– Да за кого он нас принимает?! – возмутилась Зельда, с такой силой бросив ложку на блюдо, что тонкий фарфор треснул. – Мы что же, теперь пленницы в его замке?

– Точно, как пленницы, – грустно вздохнула Цила. – Он ужасно обращается с нами. Мы такого не заслужили!

– Разве? – заметила Леа. – Михаэль и так был к нам слишком добр. Он и его Советник. Мы сами выставили себя истеричками. Или, вы думаете, Советник ничего не рассказывает повелителю о том, как проходит подготовка к этапам отбора?

– Это все он, этот урод Ярон! – не сдержалась Гила. – Мерзкий ябеда и сплетник, а не Советник!

Это было уже слишком. Я вообще-то не собиралась встревать в новую ссору, но не мгла не встать на защиту Советника. Который был к нам по-настоящему добр и снисходителен.

– Это перебор, Гила, – предупредила я. – Его Величество Михаэль Авертон и Советник, распорядитель отбора, заботятся о нашей безопасности. Разве это плохо? Они уже не раз показывали нам свое расположение.

– Вот именно, – согласилась Леа. – Наши личные вещи не проверяли, дали полную свободу передвижения по замку. Поначалу. И вообще: нам даже не устроили проверку на девственность, обязательную при отборах.

– А зачем им это?! – хмыкнула Цила. – Лунные драконы и так видят каждую из нас насквозь. Они и по запаху могут отличить девственницу от распутницы. Да и магию чувствуют…

– Вы оправдываете Ярона?! – возмущенно бросила Леванна. – Уверена, это он заставил Михаэля превратить нас в бесправных пленниц. Лишить магии… Ха! Пусть только попробует, я покажу ему, на что способна настоящая фея.

– Ярон долго терпел выходки некоторых, но и его драконьему терпению пришел конец! – заявила Леа. – Единственное,что мы можем сделать, так это не уподобляться тем, кто уже вылетел с отбора.

– Правда, давайте не будем ссориться? – предложила я. – Так мы только усугубим ситуацию. К тому же… Вам не приходило в голову, что Михаэль может слышать все, что мы сейчас говорим? А, может быть, не только слышать, но и видеть.

Потайные комнаты, зеркала и заговоренные картины ― не редкость для огромных замков. Да и прислуга далеко не глухая, к тому же, преданная своему повелителю. Михаэль Авертон или Советник Ярон вполне могут наблюдать за происходящим.

Мое замечание заставило девушек оборвать неприятную беседу.

После завтрака нам предложили прогулку по саду. В сопровождении стражников и горничных, разумеется. Мне достался угрюмый молчаливый парень, вышагивавший сзади, громко топая огромными сапогами. А вот Шана была сегодня особенно мила. Во время прогулки она развлекала меня рассказом о разных растениях в Лунном королевстве. Ее отец служил садовником у повелителя, так что о цветах и растениях она могла говорить бесконечно долго.

– А это розаритки, – восторженно произнесла Шана, подведя меня к очередному кусту. – Помесь розы и маргаритки. Только понюхайте, принцесса!

Да, запах от цветов исходил действительно волшебный. Сладкий, но не приторный. На ощупь розы были пушистыми и мягкими, а у их стеблей не было привычных шипов.

– Присядьте вот здесь, на этой скамейке, – предложила Шана. – Это одно из самых чудесных и укромных мест сада. Отдыхайте, Ваше Высочество. Я оставлю вас ненадолго…

Что?!

Она собиралась уйти, невзирая на запрет повелителя не оставлять нас одних? Еще более странным оказалось то, что стражник тоже ушел.

– Пожалуй, я тоже прогуляюсь, – неожиданно заявил Стинки, спрыгнув с моих колен. – Разомну лапы. К тебе тут это… пришли.

Я и сама заметила приближающегося Ярона. Его пурпурно-фиолетовая с яркими всполохами зеленого аура была заметна издалека. Ступал он практически бесшумно, так что я не сразу подала вид, что заметила его. И только когда Советник присел рядом, коснувшись моей юбки, улыбнулась.

– Тоже решили прогуляться, Советник? – спросила, подставляя лицо теплому солнышку. – Погода сегодня чудесная, не правда ли?

Я не увидела, но почувствовала его ответную улыбку.

– Чем я выдал себя, Илона? – поинтересовался он.

– От вас всегда пахнет вербеной, – заметила я. – Мой чувствительный нос уловил этот запах, невзирая на яркое благоухание розариток.

– Значит, всему виной мой одеколон, – рассмеялся Ярон, хлопнув себя по колену. – Впрочем… Я знаю многих, кто пользуется таким же. К примеру, Михаэль Авертон, наш повелитель.

– Он пахнет совершенно иначе, – возразила я. – Все дело в том, что к запаху одеколона или любых духов примешивается собственный запах человека или мага. Будучи слепой, начинаешь легче различать малейшие оттенки запахов.

Я снова улыбнулась, вспомнив о днях, проведенных в приюте. Прогулки теплым летним днем, это время, проведенное вдали от душных стен, крикливых, вечно раздраженных монахинь и хулиганов-сверстников, были целебным бальзамом для моей души. Это время, проведенное наедине с собой, я ценила, как подарок небес. Наверное, потому, что подобное случалось редко. Слишком много разных забот сваливалось на хрупкие детские плечи.

Ярон придвинулся ближе. Даже через плотную ткань платья я почувствовала тепло его тела. Он взял меня за руку, и голова пошла кругом, как от глотка шипучки.

Глава 22

Собственная слишком бурная реакция на Советника поразила до глубины души. Рядом с ним было так хорошо и уютно, как будто вернулась в родной дом после многолетних скитаний. Еще никто и никогда не относился ко мне с таким теплом и пониманием, как Ярон. С первого дня знакомства он проявил участие, помогал и поддерживал, что стало для меня откровением. А то, что болтали про него другие невесты… Какая разница, как он выглядит, если в его присутствии моя душа поет? Скованное многолетним льдом чужого неприятия, а, порой, и презрения сердце оттаивает, будто согретое лучами ласкового солнца.

Только все это неправильно и неуместно.

Теплое отношение Ярона предназначалось не мне, а принцессе Илоне. Это ее Советник поддерживал. Ей уделял особое внимание из-за слепоты, понимая, как трудно незрячей девушке в незнакомой обстановке, среди других девушек. Я не должна была принимать его расположение на свой счет. Понимала это, но…

Как неимоверно трудно объяснить первому настоящему чувству его несвоевременность. Невозможно запретить себе влюбляться. Пожалуй, это куда сложнее, чем запретить приход весны или смену дня и ночи.

– Ваша кожа так нежна, принцесса, – проговорил Ярон с такой приятной хрипотцой в голосе, что у меня в животе запорхали бабочки. – Вы не боитесь прямых солнечных лучей?

О, не-е-ет!..

Я вздрогнула и моментально высвободила руки из мягкого захвата Советника. Как можно было настолько расслабиться? Я не должна позволять себе подобное. Как говорит ректор Хагай, демон кроется в мелочах. Расслабившись, я совершенно забыла о том, что у Илоны бледная и тонкая кожа. Солнце для нее наверняка губительно. Это я, Зилла, могла работать в поле от рассвета до заката, совершенно не боясь обгореть. Моей смуглой коже не страшны ни солнце, ни дождь, ни ледяной ветер. Но я – не принцесса Илона!

– Совсем забыла об этом, – не соврала я, прижимая ладони к горящим от стыда щекам.

– Не страшно, принцесса, я помогу вам, – пообещал Ярон.

Я не видела, что именно он сделал, но уловила всплеск магии. Сразу после этого солнце стало припекать не так сильно – наверное, Советник раскинул над нами защитный полог.

– Спасибо, – поблагодарила я, все еще мысленно ругая себя за неосмотрительность. Надо думать не о собственных чувствах, а о деле. О том, как выиграть отбор или заполучить лунный камень другим способом. – Вы в который раз помогаете мне. Но почему?

В ауре Ярона промелькнуло и тут же исчезло волнение.

– Я поклялся найти для повелителя лучшую жену, – проговорил он, как будто тоже вспомнив о долге. – И сделаю это. Вы, Илона, одна из фавориток отбора. Вам это известно?

Я замешкалась с ответом.

Да, принцесса безумно красива, умна и добра. Но хватит ли мне сил достойно представить ее на всех этапах отбора?

– Не уверена, – вздохнула я. – Но хочу в это верить.

Ярон несколько минут молчал, а после задал новый вопрос, который поставил меня в тупик:

– Вам нравится Михаэль Авертон?

Разве я могла сказать нет? Десять достойнейших принцесс бились за право стать женой повелителя Лунных драконов. О нем, этом могущественном маге, ходило множество легенд. Слышала,при его появлении многие девушки падали в обмороки, сраженные мужественной красотой. Но не это главное. Для меня – нет. Михаэль Авертон слыл мудрым и дальновидным правителем, который заботился о подданных. Мало повелителей могли похвастаться всенародной любовью и признанием.

– Для меня было бы честью стать парой для Михаэля, – проговорила я, придя к выводу, что это еще одна проверка. Все эти разговоры, подозрительные вопросы… Не иначе, как прямо сейчас, в эту самую минуту, проходит еще один этап отбора. Действительно, почему бы советнику, доверенному лицу повелителя, не поговорить с невестами с глазу на глаз. Устроить проверку, пока мы ее не ожидаем. – Он мудрый правитель, сильный маг и красивый мужчина.

К сожалению, такого ответа Ярону показалось недостаточно.

– Вы говорите общими фразами, принцесса, – заметил он, склоняя надо мной лицо. Непозволительно близко. – Но мне хотелось бы знать, ваше личное мнение. Вы могли бы влюбиться в Михаэля? Или уже сделали это?

Я невольно сглотнула.

Так речь зашла о любви?

Но что я могла рассказать об этом. Что знает о любви та, кого родители выбросили в младенчестве, как бракованную игрушку? Та, что столько лет провела в застенках монастыря, испытывая на себе всеобщую враждебность. Сначала меня презирали за слепоту, потом ненавидели из-за дара метаморфа. Да я и сама, признаться, не испытывала к себе ничего, кроме отвращения. Меня так долго убеждали, что метаморфы ―гадкие создания, не достойные даже имени, что, в конце концов, я приняла это как данность.

Так было не всегда…

В детстве я, как все сироты, мечтала о том, что когда-нибудь объявятся настоящие родители. Скажут, что искали меня долгие годы. Признаются, что любят, и заберут с собой. Нет, я не мечтала о том, что они окажутся королем и королевой. Мне было бы достаточно того, что они просто есть на свете. Что они любят и принимают меня со всеми недостатками.Такой, какая я есть. И не важно, будут они нищими попрошайками или ремесленниками, магами или обычными людьми. Любовь – это высший дар, превосходящий все остальные.

– Я слишком мало знаю, чтобы ответить на ваш вопрос, Советник, – призналась, тихо вздохнув.

– Слишком мало знаете Михаэля? – уточнил он.

И снова в его ауре промелькнуло возбужденное волнение, как будто этот разговор был для него особенно важен. Неужели он так сильно волновался за своего повелителя? Или переживал за будущее страны? А, может быть, Ярон преследовал какие-то личные цели?

Глава 23

Хотела бы я знать ответы на свои вопросы. Но сильнейшая магия Лунных драконов отражалась и на их ауре. Определить, о чем они думают, что чувствуют, было практически невозможно.

– И это тоже, – согласилась я. – Мы почти незнакомы с Михаэлем Авертоном. Но для желания стать его женой мне достаточно того, что я уже о нем знаю.

– Похвальная откровенность, – признался Ярон и снова замолчал, как будто переваривая услышанное.

Так и знала: это была еще одна проверка. Советник наверняка нарочно разрешил невестам прогуляться по саду. Зная, что девушки не дружат между собой, он выцеплял их поодиночке и выводил на серьезный разговор.

– Вы хотели бы узнать что-нибудь еще, Советник? – спросила я, складывая руки на коленях и ощупывая принесенный ветром маленький бутон розаритки. – Или узнали все, что велит вам долг распорядителя отбора?

Собственные слова показались мне грубостью. Даже дерзостью. Никогда прежде я не позволяла себе разговаривать подобным образом. Но почему-то осознание того, что Ярона привлек ко мне лишь долг, нанесло острую обиду. Сердце, еще недавно бившееся так гулко, замерло от разочарования.

«А ты что думала? – мысленно отругала я себя. – Что Советник Его Величества заинтересуется тобой? Принцессой Илоной ― вполне возможно. Но ты – не она!»

«Ого, какие внутренние баталии, – вторгся в мысли голосок Стинки. Он незаметно вернулся, мой маленький помощник. – Прости, что подслушал. Но не мог оставить тебя наедине с этим здоровяком. Если хочешь, я пойду еще прогуляюсь?..»

«Нет, нет, оставайся, – попросила я, запрещая себе даже думать о Яроне. Он только распорядитель отбора. Не больше. – Думаю, Советник узнал все, что необходимо».

Но я ошиблась.

– На самом деле я пришел предупредить вас, принцесса Илона, – проговорил он обеспокоенным голосом. – Вчера у дверей вашей комнаты я обнаружил следы смертного заклятья. Я не сумел определить, кто его сплел, потому что оно не было доведено до конца. Но след витал в воздухе. Шана, стражники и я лично будем присматривать за вами, но, прошу: будьте осторожны. Не выходите никуда без сопровождения. А ты, малыш, внимательно следи за своей хозяйкой.

Советник взял на руки обалдевшего Стинки. Мой помощник был удивлен такой точности, ведь в тот момент он был невидим. Не иначе как Советник Ярон тоже обладает магическим зрением.

– Постараюсь, – пообещала я.

Умереть, не исполнив первого и главного задания королевства Новелтрон… Нет, такого я не могла допустить.

Выходит, испорченное платье – это меньшая из бед, что обошла меня стороной. Все могло выйти гораздо, гораздо хуже.

– Спасибо вам, Советник, – в который раз за встречу поблагодарила я. – За заботу и за предупреждение.

– Вы подозреваете кого-нибудь, принцесса? – спросил он и тут же поправился: – Да, на отборе много сильных, магически одаренных девушек. Ради достижения своей цели они способны на многое. Но убийство… Еще ни на одном отборе подобного не случалось.

Есть ли у Илоны враги? Кто-то, кроме других принцесс?

Я в этом сильно сомневалась. В нашем королевстве все ее боготворили. А правду обо мне самой знали только немногие избранные. Но здесь, на территории Лунных драконов, не было никого из них. Если только…

Да нет, идея показалось мне глупой и надуманной. Я отбросила ее как несущественную. Даже если бы кто-то из других принцесс заменил себя другим метаморфом, мы не узнали друг о друге. Академия тщательно хранила свои секреты и не выдавала тайн нанимателей.

С другой стороны, кто-то дал Стинки беснующее зелье перед тем как мы вошли в портал. Кто-то уже пытался избавиться от принцессы Илоны. Возможно, тайные помощники одной из принцесс-соперниц не отказались от этой затеи.

На то, чтобы принять решение, ушло несколько секунд. Я могла постоять за себя, но не имела права подставлять принцессу Илону. Самым очевидным предположением, кто пожелал ей смерти, была уже изгнанная с отбора Ализа. Поняв, что испортить мое платье для дефиле не вышло, она могла наложить заклятие? Но стала бы она это делать? Или ограничилась проклятием мысленным, но не смертельным?..

Взвесив все за и против, я все же рассказала Ярону о путешествии через портал. И он пообещал разобраться, сожалея лишь об упущенном времени.

– Знай я это раньше, мог бы добраться до злоумышленника. Но сейчас обнаружить следы вряд и удастся. Хотя я непременно попытаюсь. Скажите только одно, Илона: вы настолько мне не доверяетесь, что не решились рассказать о покушении сразу?

Я невольно прикусила нижнюю губу, смущенная и расстроенная одновременно.

Могла ли я рассказать сразу?

Признаюсь, такая идея приходила мне в голову. Но что, если Советник Ярон отыскал бы не только мага, испортившего портал, но и узнал о том, кто я? Настоящая я?! Метаморф, занявший место настоящей принцессы Илоны. Даже сейчас, прося его о помощи, я сильно рисковала. Разумеется, король и Рашель скрывали ото всех не только болезнь принцессы, но и ее местонахождение. Однако сильнейшая магия Лунных способна на многое. В какие-то моменты мне начинало казаться, что и повелитель, и Советник могли запросто раскусить меня, приложив небольшое усилие. То, что у Ярона есть магическое зрение, только убедило в этом. Только высокий статус принцессы Илоны избавлял меня от принудительного магического сканирования. Конечно, обнаружить метаморфа очень и очень непросто. Но, кажется, для Лунных драконов нет ничего невозможного.

Глава 24

– В первый день отбора я была сама не своя. Да и сейчас, признаться, тоже. Все это очень волнительно, Советник Ярон, – сказала, положа руку на сердце. – Я не знаю, кому можно доверять, а кому нет. Но вы… – На секунду замешкалась, собираясь с мыслями. Хотела ответить правдиво, но при этом не выдать себя. – Чем больше я вас узнаю, тем сильнее доверяю.

– Это чувство взаимно, принцесса, – признался в ответ Ярон. – С первого дня отбора вы завладели моим вниманием. И чем больше я вас узнаю, тем больше к вам проникаюсь. Не только доверием. Признаюсь, я впервые испытываю зависть к Михаэлю Авертону, ведь у него есть такая невеста.

Это прозвучало… так неожиданно!

Вопреки намерению быть сдержанной, я почувствовала, как к щекам приливает краска. Нет, то был не стыд. Совсем другое непрошеное чувство. Ярон сказал, что небезразличен. И от этого становилось радостно и одновременно грустно. Ведь это признание Советник сказал не мне, а принцессе Илоне. Той, чью внешность и судьбу я ненадолго примерила на себя. Только на время. На собственные чувства я не имела права.

– Думаю, мне пора, – проговорила, поднимаясь. Прижала к себе подозрительно притихшего Стинки. – Надо закончить последние приготовления к дефиле. Доброго вам дня, Советник Ярон.

Мне показалось, будто в его ауре промелькнуло разочарование. Он расстроился из-за моего поспешного бегства. Но я не могла поступить иначе. Не могла предать тех, кто рассчитывал на мою помощь. Стоило вспомнить о настоящей Илоне, слабой и бледной, такой изможденной, как захотелось завыть в голос. Мои собственные эмоции должны остаться тайной для всех. Я здесь ради одной единственной цели, которой обязана достичь любой ценой. Даже ценой растерзанного в клочья сердца.

«Хм, интересненько, – заметил Стинки, когда мы оказались наедине в нашей комнате. – Как думаешь, он это говорил серьезно?»

– Про что именно? – спросила я, надеясь, что помощник не раскусил меня.

Стинки я доверяла больше, чем советнику Ярону. Но даже ему не хотела признаваться в том, в чем не признавалась даже самой себе.

«Про то, что завидует повелителю Лунных, – задумчиво ответил помощник. – Мне кажется, ты ему действительно нравишься».

– Или это очередная проверка, устроенная для невест Михаэля Авертона, – предположила я.

Стинки помолчал несколько секунд, раздумывая, а после признался:

«Может быть, может быть… А, может быть, и нет».

Волнительный момент настал слишком быстро. Все принцессы так долго ждали дефиле, так тщательно готовились к нему, но все равно нервничали. Все, включая меня. Мы точно знали: сегодня кто-то из нас покинет отбор. Никто не хотел быть этой «кто-то».

– Держи своего мерзкого пса от меня подальше! – предупредила Гила. Сегодня от нее особенно сильно пахло успокоительными травами. – Иначе я его пну!

«Тогда я ее укушу», – ворчливо пообещал Стинки.

«Пожалуйста, не надо, – мысленно попросила я. – Держись, дружок. Пусть среди нас останется хоть кто-то разумный».

Грубое и некорректное высказывание Гилы проигнорировала. Сейчас все были на взводе. Меньше всего мне хотелось бы начать ссору, которая вполне могла перерасти в новую драку.

– Добро пожаловать, девушки! – Советник Ярон лично распахнул двери зала, приглашая пройти. – Вас уже ждут.

Кроме самого Советника и Михаэля Авертона, в зеле находился Ганс. Он стоял за креслом повелителя и нервничал, пожалуй, сильнее, чем все девушки вместе взятые. В его ауре было столько желтого и оранжевого, что остальные цвета практически не различались. Наверное, для молодого парня было огромным шоком то, что дядя взял его на просмотр невест.

Помня о наставлениях Ярона, мы в строгой очередности выступали на подиум. Я шла, наблюдая за взволнованной аурой Гилы и вдыхая запах успокоительных трав, который не могли отбить даже духи других участниц.

«Ты молодец, – подбадривал меня Стинки, хотя сам ужасно волновался. – Ты просто умница… Стой!»

Я замерла на месте, непонимающе рассматривая ауру Гилы. Она вдруг вспыхнула пурпуром с вкраплениемфиолетового. Триумф? С чего бы вдруг?..

«Что происходит? – поинтересовалась я у Стинки. – Почему замешкались?»

В ауре других принцесс появилось раздражение. Я услышала, как злобно скрипнули зубы Леванны. А еще – различила восторженный мужской возглас. Но кому он принадлежит, определить не смогла.

«Гила, эта коварная самка человека, решила всех перехитрить, – пояснил Стинки. – Она наступила ногой на собственную юбку, и та оторвалась. Идем дальше».

Пояснение помощника вызвало еще больше вопросов.

«В таком случае Гилу надо пожалеть, а не обзывать», – мысленно заметила я.

«Как бы ни так! – возразил Стинки. – Это была не случайность, Зилла, а почти цирковой трюк. Гила специально оторвала юбку, под которой была другая. Гора-а-аздо короче первой. Как ты понимаешь, принцесса не могла сразу выйти на подиум в коротком платьишке, едва прикрывающем зад. Но, обставив дело как случайность, продемонстрировала ножки».

Так вот откуда взялось это ощущение триумфа! И этот взволнованный мужской возглас. И неприкрытая ненависть других принцесс… Не думала, что дойдет до такого. Впрочем, это отбор. Финал все ближе, а участниц все меньше.

«Шаг влево! – приказал Стинки, нарушая ход моих мыслей. – Немедленно».

Просить дважды было не нужно. Я действительно доверяла помощнику, как никому другому. Отпрыгнула в сторону, наступив одной ногой на самый край подиума. Еще бы миллиметр, и позорно свалилась на пол. Но это было не самое страшное, что могло произойти, если бы не предупреждение Стинки.

Я услышала грохот и глухой стон Дайны. Той принцессы, что шла последней. Шла позади меня…